Ашкинази Леонид Александрович
Хвост виляет собакой

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Ашкинази Леонид Александрович (leonid2047@gmail.com)
  • Обновлено: 07/04/2011. 20k. Статистика.
  • Статья: Естеств.науки
  • Иллюстрации/приложения: 1 штук.
  •  Ваша оценка:


       Хвост виляет собакой
      
       Язык физики и техники - обобщение
      
       В процессе своего существования человечество накапливает информацию о мире. Хранить ее в виде описаний частных случаев если и возможно в принципе, то глупо. Объем хранимой информации будет огромен, а поиск в массиве - длителен. Информацию надо обобщать, и уже эти обобщения использовать для прогнозирования поведения природных объектов (чем занимаются науки), конструирования, то есть предсказания поведения искусственных объектов (этим занимается инжиниринг) и для обучения. Форм обобщения информации человечество создало много - от E = mc2 до примет о черной кошке. Обобщения могут быть разной степени общности, разной прогностической и "терапевтической" ценности. Приметы о кошке не имеют прогностической ценности, но некоторым людям полезны для психики. Стандартные стадии обобщения в науке - наблюдения, статьи, обзоры, монографии. Обобщением является и любой язык - как бытовой, так и научный, как естественный, так и искусственный, точнее - его слова, устойчивые словосочетания, речевые штампы.
      
       В физике и технике основных типов обобщений три: мировые константы (скорость света, масса и заряд электрона, постоянная гравитации и т. д.), законы физики (законы Ньютона, Ома и т. д.), законы (описания), касающиеся свойств материалов. Примеры последних: закон Гука; утверждение, что коэффициент Пуассона составляет около 0,3; утверждение, что коэффициент термического расширения положителен; что коэффициент преломления ™ 1 и т. д.
      
       Язык физики и техники - ограничение
      
       Любое обобщение является ограничением. Например, на бытовом языке трудно выразить реалии иной культуры, поэтому перевод всегда приблизителен и ограничен. Обычный язык вообще сильно ограничивает то, что может быть выражено. Примеров этого, равно как и эквивалентных утверждений, - множество. Хотя бы "как беден язык любви и как богат язык ненависти" (Ремарк) или знаменитое ломоносовское "на французском прилично разговаривать с женщиной, на немецком - с неприятелем" и т. д.
      
       Использование речевых штампов и устойчивых словосочетаний - один из инструментов воздействия на людей: от коммерческого пиара до политической пропаганды. Один из способов защиты от этого зомбирования - чтение хорошей литературы, в том числе разных эпох и народов, понемногу обогащающее наш словарь, в первую очередь пассивный, но и активный - тоже.
      
       В технике и физике язык также является ограничением. Иногда можно услышать утверждение, что физика говорит языком математики, и это в принципе верно, но у физики есть и свой, специфический язык. Можно сказать, что слова физического языка - это физические понятия (ток, напряжение, сопротивление), а фразы - это законы, выраженные в математической форме. Математический язык потрясающе универсален благодаря именно свободному творчеству математиков, а вовсе не обслуживанию ими наших физических потребностей. Но сами физические понятия, слова языка, ограничивают то, что может быть сказано. Физика не слишком охотно принимает новые слова. О техническом языке можно, как это ни странно, сказать, что он шире и гибче языка физики, потому что при необходимости пользуется словами и конструкциями из языков физики, химии, изредка - из биологии, довольно часто - из бытового языка. Тем не менее ограничен и он.
      
       Проблема ограничения языком того, что может быть сказано, примыкает к так называемой проблеме возникновения нового. Это философская проблема, не имеющая, как и все философские проблемы, решения. Ибо как только ее часть решается, она переходит из юрисдикции философии под юрисдикцию конкретного знания (математической логики, теории алгоритмов и т. д.). Возникновение нового - это возникновение или новых имен, или новых связей (законов). И по крайней мере в первом случае язык становится ограничением. Ограничением язык может быть и во втором случае, ибо законы, то есть фразы, должны конструироваться не как попало, а по определенным правилам (грамматика!).
      
       Преодоление ограничений - литература
      
       Можно ли, и если да, то как преодолеть ограничения, налагаемые языком? Рассмотрим проблему на примере техники и физики, но начнем с так называемой научной фантастики, по мнению некоторых давно уже отброшенной на обочину литературного процесса и почти забытой. Почти что похороненной под многометровыми полками с жвачкой для глаз, фэнтэзи и мистикой, результатами социальной фрустрации, крушения надежд, футуршока.
      
       Ситуаций, когда научные фантасты предлагали выйти за рамки языка, известно несколько. Фундаментальные константы нарушали Станистав Лем (постоянная Больцмана), П.Амнуэль (скорость света), Р.Ф.Джоунс и Стругацкие (постоянная гравитации). Обращение стрелы времени (направления изменения энтропии) упомянули опять же Стругацкие. Ограничение скорости материальных объектов скоростью света преодолела почти вся фантастика, в российской это впервые, кажется, удалось А.Беляеву, позже Г.Альтова тогдашние партийные "литературоведы" обвинили в фашизме (с теорией относительности они тоже боролись; нормальному человеку этого не понять). Возможность изменения самих законов физики упоминал Станислав Лем.
      
       Раз уж мы заговорили о фантастике, возникает вопрос: чем в данном случае отличается научная фантастика от фэнтези, занимающей многие метры полок? Ответ прост: в научной фантастике рассматриваются ситуации с нарушением какого-то одного или нескольких, но немногих физических законов, а далее - человеческие и технические следствия из этого странного факта, логически и научно (грамматически правильно!) вытекающие из него. Фэнтези бывает разное, но в большей части произведений нарушается все, "чего хотит левая нога автора". Иногда говорят, что там тоже делается одно принципиальное допущение (магия), а все остальное - следствия. Это-то возражение - трюизм, хотя бывает фэнтези с относительно более слабым нарушением "принципа Оккама" и большей логической связанностью предположений. Однако почему-то кажется, что в пространстве фантастичности все-таки существуют кластеры: классическая космическая фантастика с вкраплением элементов фэнтези выглядит странновато. Но вообще-то фэнтези само по себе имеет терапевтический эффект, как приметы о черной кошке. Деньги, которые люди несут книготорговцам, меньше тех, которые они заплатили бы психотерапевту. Социологи говорят, что вообще увлечение мистикой и "чудесненьким" - следствие определенного состояния общества, историки поминают тут Рим периода упадка и т. д. Но данная статья - не об этом.
      
       Особенно интересен рассказ Р.Ф.Джоунса "Уровень шума". Группе ученых сообщают, что постоянная тяготения уже была изменена, но изобретатель метода погиб и установка разрушена. Под воздействием этой информации ученые начинают работать в указанном направлении и через некоторое время решают поставленную задачу. Налицо пример (литературный) преодоления торможения мышления языком, законами физики. Имеется и косвенное, хотя и более чем авторитетное свидетельство. На вопрос о том, как делаются открытия, Эйнштейн ответил примерно так: "Все знают, что чего-то сделать нельзя. Приходит невежда, который этого не знает, - он-то и делает открытие".
      
       Преодоление ограничений - физика и техника
      
       Можно ли всерьез использовать такие "ходы" для продвижения фактического научного знания? Мне кажется, что можно, причем один из случаев у нас перед глазами. Некогда В.Г.Веселаго рассмотрел "заведомо нереальную" ситуацию, когда коэффициент преломления света меньше нуля (и преломляющийся луч распространяется не в тот квадрант, в который обычно). Прошло немало времени, и физики создали квазисреду из маленьких резонаторов, в которой коэффициент преломления для электромагнитной волны соответствующей длины действительно таков. Вполне возможно, что может быть создана и среда такого типа - из упорядоченно расположенных определенных молекул. Ничего особо странного в этом нет: в конце концов, все жидкие кристаллы и некоторые поляризаторы - это именно среды из таких молекул.
      
       Каковы следствия предположений вроде "коэффициент преломления меньше нуля"? Их может быть несколько. Во-первых, интенсификация поиска именно в этом направлении, приносящая чаемые или побочные результаты. Во-вторых, неминуемые размышления о следствиях ("научная фантастика"). Причем результаты этих размышлений могут быть полезны как непредсказуемыми побочными, так и прямыми следствиями. Они могут привести к идее смоделировать исходное предположение, что и произошло в случае В.Г.Веселаго и вышеупомянутых физиков. Не говоря уж о том, что если размышление покажет уж очень радужные перспективы, то оно может стимулировать попытки по-настоящему реализовать исходное предположение.
      
       Какие конкретно фантастические предположения могут быть рассмотрены? Оставляя на растерзание другим идеи изменения мировых констант (первым следствием будет, скорее всего, гибель цивилизации и вообще наблюдаемой Вселенной), обратимся к законам физики и техники. В механике, например, напрашиваются идеи отрицательных коэффициентов трения, модуля Юнга и модуля сдвига (что требует, естественно, дополнительного источника энергии), отрицательных коэффициента Пуассона, коэффициента линейного и объемного теплового расширения (это уже наблюдалось). В электротехнике - отрицательное сопротивление и диэлектрические потери в среде (что требует, опять же, источника энергии, "источника накачки").
      
       Идея нарушения собственно законов физики вовсе не так криминальна, как это кажется на первый взгляд. Потому что любой физик понимает ограниченность законов физики. И как бы они ни были незыблемы на данный момент, физик понимает, что будущая теория может их уточнить, - или расширив область применения, или даже оставив в той же, но "в энном знаке". Достаточно указать на относительно свежий пример - наличие реликтового радиоизлучения означает наличие во Вселенной выделенной системы координат (Я.Б.Зельдович, 1966), а из этого следует ни много ни мало как нарушение (по крайней мере, в принципе) первого закона Ньютона (А.В.Шепелев, 2005).
      
       Поэтому рассуждения типа "а что, если" могут быть и плодотворны. Разумеется, если рассуждающий знает физику и химию хотя бы в объеме нормального вузовского курса - иначе получается не смешно, а грустно. Заметим, что ученые степени сами по себе ни знания физики, ни знания химии даже на школьном уровне не гарантируют - примеры многочисленны и очевидны. И это вовсе не достижение новейшей истории, как иногда говорят - бывало это и в советское время. Конечно, было бы интересно сравнить, но статистических данных нет.
      
       Можно назвать еще две области для технического фантазирования. Одна - это радикальное изменение свойств окружающего мира. Что было бы, если земля была бы изолятором? А воздух - идеальным проводником? А если бы все проводники были сверхпроводниками? А если бы цивилизация сложилась под водой? А если бы воздух был непрозрачен? А если бы температура на Земле была бы 100®C, 200®C, 500®C и далее (биологический аспект можно временно игнорировать)? Некоторые из этих идей уже рассматривались фантастами, некоторые - в прекрасной книге "Изобретения Дедала".
      
       Другая область технического фантазирования - это "экстремальное конструирование". На какую максимальную рабочую температуру может быть изготовлена электронная лампа? Как именно? А полупроводниковый прибор? А электродвигатель? А на какое максимальное и минимальное рабочее напряжение? А давление? А гравитацию? А почему?
      
       Попытки ответа на эти вопросы - да и вообще отношение к такой их постановке - многое говорят о человеке и поэтому они могут быть использованы при диагностике профпригодности. А кроме того, при написании статей для журнала "Химия и жизнь".
      
       Язык как инструмент - эволюция названия одной науки
      
       Теперь обратимся к другому аспекту связи языка и реальности, так сказать, обратному. Сама по себе идея использования языка как политического инструмента общеизвестна благодаря Дж.Оруэллу: в романе "1984" тоталитарная власть управляла людьми, вычеркивая слова из языка. Идея понятна: слова нужны не только для согласования действий людей, слова нужны даже для того, чтобы просто думать. Если из языка вычеркнуть слова "тиран" и "ничтожество", то многие суждения о тиране и о ничтожестве станут выглядеть иначе - а за ними поменяются и мнения об этом. К счастью, идея о вычеркивании слов из языка принадлежит фантастике, но вот идея об управляемом изменении смысла слов более чем реальна. Такое изменение может происходить с годами под влиянием изменений в материальной стороне жизни, от случайных причин и от целенаправленной политики.
      
       Причем эта целенаправленная политика может быть "частично целенаправленной", то есть не подразумевающей сознательное управление поведением людей посредством влияния на язык. Она нацелена на управление поведением любым способом, но поскольку при этом используется язык, то и получается в некоторой мере управление посредством языка. Рассмотрим два примера.
      
       Первый, естественно, история слова "химия". Какое место занимало это слово в реальном языке и как сложилась ситуация, показанная на фотографии?
      
       0x01 graphic
      
       В начале прошлого века слово "химия" не означало ничего, кроме соответствующей науки. Причем благодаря лозунгу "химизация народного хозяйства" уважение к предмету вроде бы даже возросло, в частности именно этому лозунгу обязан своим возникновением журнал "Химия и жизнь". Но параллельно имел место и другой процесс. Химия - не самый простой для усвоения школьный предмет: с одной стороны, она требует точных ответов и решений, как физика, с другой - школьные учебники химии построены так, что требуют запоминания большого количества информации (как история или география), с третьей - при правильном преподавании требует хороших рук, как физика и биология. Поэтому с давних пор слово "химия" означало что-то сложное и малопонятное. Обычно по этому поводу цитируют Михаила Зощенко с его знаменитым пассажем на тему "Откуда планеты, звезды и луна /.../ Не химия ли это?" Слово "физика" никогда не выступало в такой роли, хотя как наука она не проще, и широкие народные массы не знают ее ровно так же, как не знают химию. Конечно, учебники можно было построить логичнее, "физичнее", но это сделано не было, в результате слово стало со временем символом чего-то непонятного.
      
       Общая настроенность граждан на защиту от непонятного не путем его понимания, а путем объявления его плохим, вредным и т. д. привела к тому, что словом "химия" стали называть жульничество, нечестность. "Это какая-то химия", - говорит человек, столкнувшись с непонятным. И оказавшись перед выбором - попытаться понять или заклеймить, - выбирает второе. А поскольку многое новое, в частности в экономике и финансах, непривычно сложно (особенно для советского человека, выросшего в условиях так называемой мобилизационной экономики), то оказывается, что многое, если не все новое, плохо. Как это влияет на развитие страны - очевидно. Фермеров жгут и "олигархов" ненавидят не только потому, что они больше зарабатывают, а еще и потому, что они непонятны. У некоторых моих сотрудников, сравнительно образованных людей, кандидатов и доцентов, но не имеющих по указанным причинам мало-мальски адекватного представления об экономике, стандартной реакцией на любой экономический вопрос является фраза "он отмывает деньги" (вариант - "там отмывают деньги", "они... " и т. д.). Понимание ведь на абсолютном нуле, но фраза изречена, человек счастлив.
      
       В истории с "химией" сказалось и важнейшее свойство советского государства - безразличие к конкретному человеку, то есть к его правам, соответственно стократное безразличие к совсем уж бесправным - инвалидам (которых вывозили из Москвы, чтобы они не портили вид города), военнослужащим ("Тоцкие учения", дедовщина), рабочим секретных городов (кладбища вокруг "Маяка"), заключенным, которых посылали на вредное производство - "на химию". Последнее и внесло свой вклад в отношение к слову и предмету, слово окончательно стало пугалом. Позже смысловое поле расширилось, "химией" стали называть любые принудительные работы. Потом смысл скрестился с предыдущим значением, и "попал на химию" стали применять в смысле - получил принудительные работы, но "схимичил", попал на более легкие или недалеко от дома и т. п. Но слову легче от этого не стало и по данным Л.А.Ашкинази (2001), именно химия стала самым ненавидимым московскими школьниками предметом.
      
       Исследовать ассоциации, связанные в сознании людей с тем или иным понятием, удобно с помощью Интернета. Если характеризовать "притяжение" слов частотой употребления их "подряд" в расширенном запросе Яндекса, то физика в 150 раз чаще понятная, чем непонятная, а химия лишь вдвое. Физика в 10 раз чаще умная, чем тупая, а химия втрое чаще тупая, нежели умная. Физика в 10 раз чаще полезная, нежели вредная, а многострадальная химия в полтора раза чаще вредная, нежели полезная.
      
       Язык как инструмент политика
      
       Если эволюция смысла слова "химия" сложна и видно, что действовало много факторов, то, когда слово становится игрушкой в руках политиков, ситуация упрощается до уровня знаменитой игры в "наперсток". Посмотрим на эволюцию слов "олигархия" и "олигарх". В качестве экспериментального материала используем чистую линию, но не мышей, а словарей иностранных слов. В 1928 году словарь был прост и ясен: "Олигархия - государственное устройство, при котором власть принадлежит немногим". Слова "олигарх" в словаре нет, то есть пока нет ни ненависти, ни ее персонализации. К 1941 году ситуация изменилась, причем радикально, термин стал обозначать в первую очередь не объект, а метод (!): "Олигархия - политическое господство, правление небольшой кучки эксплуататоров-аристократов или богачей", также "государство с таким правлением". Появились и ненависть, и презрение, и ее объект: "Олигарх - лицо, принадлежащее к олигархии". В 1949 году определение олигархии такое же, олигарх временно исчез с политико-лингвистической сцены. К 1979 году определение расширилось так, чтобы охватить всех, кого было удобно заклеймить: "Олигархия - политическое и экономическое господство, правление небольшой группы эксплуататоров-рабовладельцев, крепостников, капиталистов, милитаристской верхушки, а также сама такая группа. Финансовая олигархия - группа крупных капиталистов, владеющих промышленными и банковскими монополиями и фактически господствующих в экономической и политической жизни империалистических стран". Слово воспринималось как ругательное, и наконец в последние годы прошлого века термин "олигархи" стал применяться политиками как ругань. Возможно, именно поэтому определение 2002 года уже гласит: "Олигархия - политическое и экономическое господство, власть небольшой группы лиц, а также сама такая группа", "олигарх - лицо, принадлежащее к олигархии". Определение расширено так, что может быть применено к очень широкому и, главное, - неопределенно широкому кругу лиц. И опять возникла персонализация. Нельзя утверждать, что именно все эти пертурбации были целенаправленной и сознательной манипуляцией людьми. Но реализацией очевидного метода манипуляции они были. К сожалению, очевидность не означает массового прозрения.
      
       Автор благодарен И.А.Леенсону и А.В.Кузнецовой за полезные замечания.
      
       Что прочесть по теме статьи
      
       Виктор Клемперер. LTI. Язык Третьего рейха. М.: Прогресс-Традиция, 1998.
       Бенедикт Сарнов. Наш советский новояз. Маленькая энциклопедия реального социализма М.: Эксмо. 2005.
       Ашкинази Л.А., Кузнецова А.В., Гайнер М.Л. Невод, закинутый в Сеть http://fmsh.miem.edu.ru/Statya9.html
       (методы исследования, в том числе языка, через Интернет)
       http://www.politika.su/raznoe/olig-ist.html
       (история термина "олигархи" и событий, имеющих к этому отношение)
      
      
      
      
      
      
      
      
       11
      
      
      
      

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Ашкинази Леонид Александрович (leonid2047@gmail.com)
  • Обновлено: 07/04/2011. 20k. Статистика.
  • Статья: Естеств.науки
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.