Азаров Юрий
Триумф

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Азаров Юрий (azarov_u@mail.ru)
  • Обновлено: 09/11/2009. 1323k. Статистика.
  • Роман: Проза, Публицистика
  • Романы
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    - А знаете, что я решила? - спросила она, и не дожидаясь ответа, сказала: - я напишу роман, роман, который про себя буду называть "Анти-Лолитой". Я не люблю Набокова за его высокомерие и заносчивый аристократизм, и еще за совсем гадостные словечки, которыми он напрочь уничтожает свою языковую культуру. - Например? - Меня чуть не вырвало однажды, когда кажется в его романе "Дар" я прочла такую фразу: "Бабушка вобрала в себя СОПЕЛЬКИ..." Какая гадость! Это хуже, чем мат. - И о чем же будет ваш роман? - Здесь я буду вашей ученицей. Роман будет, если хотите, о духовной чистоте современной девочки, девушки и молодой женщины. Согласна, что это наиважнейшая проблема для нашего несчастного Отечества. Я буду писать, придерживаясь ваших правил. Первое, писать о том, в чем стыдно признаться даже самой себе. И второе правило: писать так, чтобы между тобой и Богом не было никаких перегородок.


  •    Юрий Петрович Азаров. Триумф. Роман о возрождении России(2009)
         Роман.
          Источник: Азаров Юрий Петрович. Триумф. Роман о возрождении России - М.: Речь, 2009. - 672 с.
         Сайт писателя Юрия Азарова www.azarov.su
          Текст представлен для публикации в Библиотеке Максима Мошкова
         (www.lib.ru) на основании разрешения автора - Юрия Азарова.
         -----------------------------------------------------
         "Триумф"
         
         Юрий Азаров
         Фотограф: Стелла Екимова
         -----------------------------------------------------
      
      
      
       ЮРИЙ АЗАРОВ
      

    ТРИУМФ

    Роман-эссе о духовно-правовом ВОЗРОЖДЕНИИ России

      
       Аннотация от издательства
       Развернутая в романе ДУХОВНО-ПРАВОВАЯ ИДЕОЛОГИЯ (Программные документы и соответствующие им технологии) отвечает на главные вопросы нашей жизни: "Как преодолеть развивающиеся кризисы и катастрофы?", "Каким видится нам будущее страны?", "Каким будет человек в грядущем мире?"
       Крайне важны ориентации на молодое поколение, активно участвующего в преобразовательной деятельности, в реализации намеченных Программ.
       Обновляя мир, молодые подвижники в союзе с представителями старшего поколения, с государством изменяют и самих себя.
       Это СОВПАДЕНИЕ ИЗМЕНЕНИЯ МИРА и САМОИЗМЕНЕНИЯ - ГЛАВНОЕ УСЛОВИЕ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ МЕССИАНСКОЙ РОЛИ РОССИИ.
       В романе впервые средствами синтеза наук, культур и искусств (научный анализ, проза, живопись, философия, право, психология и педагогика) раскрывается торжество гуманистических тенденций, отечественных преобразований, вера в спасение мира.
       Примечание. Представляем рабочую версию рукописи. За возможные опечатки приносим извинения.
      
      

    АВТОРСКОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ

    БЛИЗИТСЯ HAШ ТРИУМФ...

      
       В первом варианте этот роман-эссе был назван так: "Реквием". Замысел сводился к тому, чтобы рассказать о горестных судьбах нищенствующих педагогов и ученых с мировым именем. A потом вдруг возникло другое название - "Триумф", что-то победоносное касающееся духовного возрождения полузабытых ценностей, мессианской роли нашего Отечества и даже спасения человечества.
       Были и другие названия, скажем, "Троица" или "Трое в одном лице" и даже - "Двойники". Мои фантасмагории, впрочем вполне реалистические, сводились к объединению двух главных героев романа - Владимира Петровича Попова, Олега Петровича Круглова и автора, развивающих одну и ту же ДУХОВНО-ПРАВОВУЮ ИДЕОЛОГИЮ и взаимодополняющих друг друга. Мне даже как-то заметили: "У вас не поймешь, где Попов, а где Круглов". "Правильно, - отвечал я. Они - двойники. Как матрешки. Один в другом. Главное ведь то, какая система идей раскрывается ими в этих сложных процессах РЕИДЕОЛОГИЗАЦИИ, захвативших весь белый свет.
       Мы живем в бездуховном мире двойничества, в котором, трудно сыскать самобытную личность или оригинальную индивидуальность. Так... Ксерокопии, претендующие на творческое своеобразие.
       Никакого своеобразия. Все, скажем, педагоги-авторитаристы или чиновники-коррупционеры схожи между собой, точно сделаны из одного теста или, как говорится, одного полета птицы и одного дуба желуди. Ксерокопированная личность обладает массой специфических авторитарных качеств. Она владеет прямо-таки виртуозно тьмой стандартов и приемов, с помощью которых воссоздает людей по своему образу и подобию. Они наделаны порой невероятной работоспособностью и даже увлечены разработкой новых форм крючкотворства, позволяющих незаконные свои действия выдавать за законные, творить зло, наслаждаться пошлостью.
       У ксерокопированной личности, это давно усвоил главный герой романа Владимир Петрович Попов, мощный защитный арсенал, состоящий из таких качеств, как лояльность, исполнительность, авторитарная деловитость и лживость, прикрытая блестками абсолютной правдивости. К сожалению, большинство государственных систем заинтересованы в преумножении ксерокопированных индивидов с их авторитарным назначением всеми силами уничтожать высшие духовные ценности Любви и Свободы, утверждать повсюду авторитарный стиль жизни, принижающий истинные культуры и образование, разрушать духовно-творческие начала, всеми возможными и невозможными мерами преследовать таланты и дарования и, как говорил Достоевский, "тушить гения во младенчестве".
       Главный герой романа-эссе "Триумф" (на этом названии остановился автор) Владимир Петрович Полов более полвека назад поставил перед собой жизненную цель, точнее две цели: первая сводилась к бескомпромиссной борьбе с авторитаризмом, а следовательно, и с преумножением клана авторитарных личностей; вторая цель была связана с разработкой такой воспитательной системы, которая позволяла бы УСКОРЕННО, за предельно короткие сроки, формировать творческую личность, духовно богатую, культурную и образованную. Попов уже в свои молодые годы на своем опыте убедился, что творческая личность, как и авторитарная может и должна САМОСОЗИДАТЬСЯ в самостоятельном ДЕЯТЕЛЬНОСТНОМ УЧАСТИИ в ТВОРЧЕСТВЕ. Он понял, что и здесь могут иметь место и точная система средств и приемов и даже педагогическое искусство и мастерство применения этих средств.
       Конечно же, он сразу же натолкнулся на целые армии противников, запищавших свой родной авторитаризм и возражавших ему: "В педагогике нет и не может быть педагогического искусства. Педагогика - это наука, а не искусство!"
       И все же за десять лет борьбы с авторитарными системами Попову удалось прийти к компромиссным решениям. Ему не дали возможности защитить докторскую диссертацию по проблемам педагогического искусства, но соизволили разрешить защиту по вопросам педагогического мастерства: мастерство, по их мнению, ближе к ремеслу и к бездуховным процессам воспитательной практики.
       И здесь все было не так просто. Попову дважды пришлось защищаться на ВАКе. Отдел школ ЦК КПСС потребовал от крупных образовательных учреждений дать диссертации Попова отрицательные рецензии, но, слава Богу, эти образовательные учреждения дали положительные заключения, и диссертация была утверждена. Сам факт такой сложной победы убедил Попова в том, что в стране есть, силы, ратующие за правду и справедливость, за высокую духовность и творчество.
       Окружив себя молодыми людьми, поверившими в его педагогические технологии, Попов вместе со своими единомышленниками создал принципиально новую систему выявления и развития педагогических талантов, воспитания дарований и высших способностей личности в любой профессиональной деятельности. Так в его команде оказались Алексей Светлов, Даша Рубцова, Олег Круглов, которые в свою очередь, пользуясь совместно разработанными технологиями, подготовили плеяду талантливых исследователей и искусных педагогических практиков - Розу Матвееву, Соню Завьялову, Славу Миронова и многих других.
       Одна из основных проблем, которая мучила Попова и о которой он не хотел рассказывать своим единоверцам, состояла в том, что все его единомышленники, работая вместе с ним, как бы утрачивали свою индивидуальность, напрочь отбрасывая или подавляя свою самобытность. "Что же, - рассуждал сокрушенно Попов, оставаясь наедине с собой, - то же ксерокопирование, жалкое подражаете лидеру. Но ведь так было всегда: ученики подражали своему учителю и это не считалось зазорным. У Джотто, Рафаэля, Леонардо, Фрейда, Вернадского, Шухова, Туполева были свои ученики, которые становились знаменитостями, и в каждом из них было что-то родственное, и никто никогда не считал эту родственность двойничеством. Почему же мне эти процессы родственности кажутся подавляющими индивидуальность, будто они, действительно, формируют подражательную личность, копирующую творческие приемы своего учителя".
       Несказанно радовался Попов, когда. его ученики выступали с критикой его, Попова, мыслей и убеждений. Конечно же, тот же Олег Петрович Круглов и Владимир Петрович Попов не были абсолютно схожими, хотя и увлечены были одними и теми же видами творчества. Они, правда, в разных возрастных группах занимались проблемами ускоренного выявления и развития профессиональных талантов средствами умственной и эстетической деятельности (философия и педагогика, психология и живопись, искусствоведение и политика). У обоих острейший интерес к сложным проблемам духовного эротизма, интимной жизни человека. Обоим присущи одни и те же человеческие "заблуждения": высшей способностью творческой личности они считали способность визуализации или талант созерцания (уметь видеть весь процесс продуктивной творческой деятельности, конечный результат своего творчества, себя в этом процессе. У них общий взгляд на развитие гражданско-патриотических чувств, а главными духовными ценностями они считали Любовь и Свободу, при этом сферы Любви широки и многообразны - это и любовь к родному краю и Отечеству, к семье и воспитанию детей, к супружеской жизни, к труду, к самим себе, к своим творческим потенциальным возможностям. А свободу, подобно правоведу И.А. Ильину, они рассматривали как образ жизни, присущий любви.
       Все это самым добротным образом раз и навсегда оперировалось в их сознании, ибо все это они считают истинами в последней инстанции, а всех инакомыслящих величали весьма не лестно, иной раз прибегая к несколько грубоватым эпитетам: придурки, темнилы и даже ублюдки...
       Конечно же, они были не одним миром мазаны, не два сапога пара и не похожи друг на друга, как бараны в стаде. Но оба в своей жизни добились самой широкой популярности и даже признания во всем мире. И своим успехам они были обязаны в том числе и таким своим одинаковым достоинствам, как лояльность и глубокое уважение к государственным устоям и стремление возрождать именно лучшие традиции отечественной и мировой культуры.
       Разумеется, автор данного произведения намерен был изобразить типические явления в типических обстоятельствах, и именно для этого ему понадобился герой-учитель с его многочисленными двойниками как мужского, так и женского рода - Олег Круглев, Алексей Светлов, Слава Миронов, Андрей Курбатов, Роза Матвеева, Соня Завьялова, Даша Рубцова, Алина Котова и многие другие. И здесь уместно заметить, что несмотря на всех их ксерокопированные особенности, - они отпочковались от одного корешка и производили одни и те же плоды. Владимир Петрович Попов тщательно следил за их развитием и главной своей заботой считал широкое воспроизводство (во всем мире) именно таких типических личностей с развитыми, воспроизведенными с точностью до одного микрона, качествами творческой личности.
       При всем при этом автор допускал возможные отступления от общей программы воспитания и развития: для него был важен общий круг намеченных проблем воспитания творческих личностей. Хотя и здесь он постоянно сталкивается с рядом возражений: "А нужно ли, чтобы все люди на земном шаре были творческими?", или: "А кто будет выполнять черновую, нетворческую работу?".
       И еще об одном. Работая над циклом своих романов-эссе, автор изобрел принципиально новый стиль научно-художественного повествования, основанный на синтезе наук, культур и искусств. Этот стиль, совершенствуя и дополняя своими творческими находками, все герои романа-эссе внедряют в исследовательскую и практическую деятельность высших и средних учебных заведений как в своем Отечестве, так и в других странах мира.
       У Попова часто спрашивают: "А почему именно живопись взята вами в качестве одного из важнейших средств развития профессиональных талантов? Вы что занимаетесь вопросами художественного творчества?" Попов, как и его друзья, отвечал: "Живопись, как ничто другое развивает главнейшую способность творческой личности - способность визуализации. В Японии в начальной школе в неделю 12 часов рисования, и они говорят, что технический прогресс ими выигран благодаря приобщению детей к живописи. В нашей начальной школе - один час. В США на уровне Белого дома было решено ввести рисование в старших классах. До революции в высших технических училищах было до пяти часов занятий живописью. Достоевский, учась в железнодорожном высшем училище, писал отцу: "3амучили уроки рисования". Восприятие цвета, света, линий, композиций - важнейшая черта творчества. Мы не занимаемся художественным творчеством, но мы убеждены, что развитие цветового и светового восприятия формирует талантливость в любой профессиональной деятельности. "Ну а зачем тогда ваши выставки, вернисажи, репродуцирование картин и написание рассказов по мотивам своих произведений и даже сочинение музыкальных пьес?" Попов отвечал словами великого русского инженера Владимира Григорьевича Шухова: "Вне культуры нет и не может быть хорошего инженера". И добавлял слова отца отечественного воздухоплавания Николая Егоровича Жуковского: "Хороший инженер должен быть художником".
       А теперь о двойничестве. У Попова часто спрашивают: "Круглов - прямо-таки ваш двойник. И Светлов, и Роза Матвеева, и Соня Завьялова - это все ваши альтер эго?" Попов так отвечал на эти вопросы: "Мы делаем общее дело. Работаем как родные братья и сестры. Не знаю: хорошо это или плохо, но каждый из нас ощущает себя частицей единого целостного творческого организма, где каждый творец, каждый помогает друг другу. Вместе с тем у каждого из нас свои тревоги, своя печаль, своя неустроенность. Мы гонимы, хотя в наш адрес современный официоз, отечественный и международный, сочиняет и публикует хвалебные отзывы, называя нас талантливыми, выдающимися и даже гениальными. Мы будем внедрять наши открытия в области ускоренного развития талантов, дарований и высших профессиональных способностей, "чего бы это нам ни стоило: позора, унижений и даже смерти" (Д. Ушинский).
       Наш триумф близится...
      

    ПРЕДИСЛОВИЕ. ДИАЛОГ автора романа-эссе, Председателя Комитета Содействия Духовному Возрождению России Ю.П. Азарова с Председателем МОД "Крестьянский Фронт" Е.В. Авсеенко

      
      

    О ЕДИНСТВЕ ДУХОВНЫХ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЦЕЛЕЙ РАЗВИТИЯ НАШЕГО ОТЕЧЕСТВА

      
       Юрий Азаров: В одном из Федеральных выпусков "Российской газеты" Вы рассказали о целях Движения "Крестьянский фронт", которые органично соединяют задачи ДУХОВНОГО и СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ КРЕСТЬЯНСТВА. Причем решение обеих проблем Вы связали с ЗАЩИТОЙ ИМУЩЕСТВЕННЫХ И ТРУДОВЫХ ПРАВ ГРАЖДАН. Не могли бы Вы подробнее раскрыть эту тему?
       Евгений Авсеенко: Действительно, в нашей основной Программе сказано, что Движение "Крестьянский фронт" преследует цель духовного и социально-экономического возрождения крестьянства, защиту имущественных прав граждан. Эти проблемы нерасторжимы, ибо в них заключен именно ДУХОВНО-ПРАВОВОЙ СМЫСЛ социально-экономического развития Россия. Здесь мне видится аналогия, раскрывающая единство таких СОЦИАЛЬНО-ДУХОВНЫХ явлений, как Родина и Государство. Вы в своих книгах, Юрий Петрович, справедливо отметили, что Родина и Государство - это не одно и то же. Родина вбирает в себя самое лучшее, что есть в стране: неповторимую прелесть родной природы, духовную святость народного подвиженичества, всемирную славу ее сыновей, даже если они выступали против государства. Достаточно вспомнить Лермонтова: "Прощай, немытая Россия, страна рабов, страна господ..."
       Государство, здесь правы великие отечественные правоведы Новгородцев и Ильин, в большей мере опирается на право, на законодательные нормы, разработка или совершенствование которых диктуются и дальними, и ближними перспективами".
       Ю.А.: Но ведь истинное Право всегда учитывает духовные начала народа...
       Е.А.: Именно эту нерасторжимость духовности и права мы и хотели особенно подчеркнуть в нашей Программе. Вы заметили такое явление: многие городские жители, бывая в деревнях, наслаждаются не только природой, но и общением с простыми тружениками села, которые свято хранят многие народные традиции. Изучая эти проблемы, мы пришли к непреложным выводам: современное крестьянство оказалось могучей хранительницей и народной мудрости, и истинно христианских заветов, связанных с КУЛЬТОМ, в самом хорошем смысле это о слова, Любви, Красоты, Социальной Справедливости. Причем диапазон Любви крайне широк - это и Любовь к родному краю, к Матери-Земле, ко всему живому, что есть на ней, к семье и воспитанию детей...
       Причем, что крайне важно: на первом месте у крестьян - трудовое воспитание. Дети не спят в летние дни до 12 часов, как горожане, а просыпаются вместе с родителями в 6-7 утра и, слегка позавтракав, начинают трудиться, помогают по хозяйству, иной раз выполняя весьма трудную работу. Помните, как Некрасов, обращаясь к городскому мальчику, писал: "Эту привычку к труду благородную нам бы ни худо с тобой перенять". Эти слова актуальны и по сей день. Трудолюбие - главное достоинство духовности...
       Ю.А.: Вы не назвали еще одну составную духовного становления личности - ЛЮБОВЬ К САМИМ СЕБЕ, К СВОИМ ПОТЕНЦИАЛЬНЫМ ВОЗМОЖНОСТЯМ.
       Е.А.: Согласен с вами. Я специально хотел об этом сказать. У современного нашего крестьянина самая низкая САМООЦЕНКА, потому он не редко, а точнее слишком часто уступает тому произволу, который над ним чинят так называемые рейдеры или бездуховные чиновники...
       Ю.А.: Вы считаете, что надо поднимать самооценку крестьян в наших деревнях и селах?
       Е.А.: Непременно. И в этом направлении члены нашего Межрегионального Движения "Крестьянский фронт" работают самым активным образом. Мы создали, скажем, в Подмосковье, специальные региональные и районные отделения, главной целью которых является защита ПРАВ СОБСТВЕННИКА, ЗАЩИТА ПРАВ КРЕСТЬЯНИНА.
       Мы разрабатываем целую систему мер по развитию именно государственно-правовой активности селян. И в решению этих проблем мы широко привлекаем профессиональных юристов и адвокатов, известных публицистов и крупных ученых из других отраслей, из той же промышленности. С нами изъявили сотрудничать такие крупные вузы, как МГТУ им. Баумана, Ассоциация исследовательских технически университетов, Учебно-научный Центр "Технологическое образование". Мы уже сейчас еженедельно проводим юридические консультации и оказываем помощь по возникающим правовым проблемам жизни крестьян, их имущественных прав.
       Ю.А.: Вы как-то заметили, что создание Межрегионального движения "Крестьянский фронт" - мера вынужденная. Как это понять?
       Е.А.: Мы считаем, что формы нашего движения будут в зависимости от социальных условий и развития общества и государственности меняться. В настоящее же время одно из главных наших направлений - это активная борьба с различного рода произволом, имеющим место в сельских условиях. Мы и назвали наше движение ФРОНТОМ, потому что объявили решительную и бескомпромиссную войну всем, кто посягает на права наших сельских граждан, пытаясь отнять у них землю и многое другое... Мы ведем активную борьбу с рейдерами и коррумпированными чиновниками, бесчинствующими на селе.
       Ю.А.: Я читал в прессе, как вы разделались с земельным магнатом Бойко в Рузском районе Московской области. Чем закончилось это дело?
       Е.А.: Василий Бойко получил заслуженное наказание. Но то, что он оказался за решеткой, не главное. Проблема состоит в том, чтобы, если можно так выразиться материализовать духовные цели, то есть добиться, чтобы люди типа Бойко сами, осознав свою вину, на определенных законных основаниях добровольно передали народу награбленное или приобретенное незаконным образом.
       Ю.А.: Вы думаете это возможно?
       Е.А.: А для чего мы, собственно, создали Комитет по вопросам духовного возрождения России? Я верю в мудрость нашего народа и даже в то, что рано или поздно те же нынешние рейдеры, среди которых немало талантливых людей, опомнятся и станут активно помогать народу, государству, обществу в этих сложнейших процессах материализации духовных целей...
       Заметьте, любой, даже очень скверный человек на словах, по крайней мере, убежден, что главное в жизни любовь, а не злобность, свобода, а не насилие, совесть, а не бессовестность, честь, а не бесчестие. Мне кажется, наш духовно-творческий Комитет должен создать своего рода "Кодекс чести гражданина духовно-правового государства. Собственно, этот Кодекс есть в реальности: в неписаных законах наших крестьян... Да, да, в крестьянских семьях свято придерживаются названных мною достоинств.
       Ю.А.: А вы знаете, в США вдруг стали изучать забытый нами "Кодекс строителя к коммунизма". Как говорится, мы вместе с водой выплеснули и ребенка. А американцы сейчас хотят создать такого рода программный документ. Сегодня такой документ нам необходим, как воздух. Он нужен на только селянам и в воспитательной практике в условиях города, но и нашему производству, всем отраслям народного хозяйства. Общеизвестно производительность труда резко увеличится, если каждый труженик будет работать по совести, как подвижник, как патриот своей страны...
       Е.А.: Ну такие громкие слова, возможно, и не нужны, а вот по-деловому подойти к решению этих проблем крайне важно. Надо закрепить основные духовные достоинства в официальных документах, в четко разработанных мерах и нормах поддержки и развития духовных начал...
       Ю.А.: Кто-то из наших философов сказал, что государство есть Родина, оформленная правом... Интересно, как отнесется наше Правительство к такого рода взаимосвязи духовности и права?
       Е.А.: Положительно отнесется. Собственно, об этих связях уже неоднократно высказывался наш Президент Дмитрий Медведев.
       Мы представили Председателю Счетной палаты Сергею Степашину документ "О массовых нарушениях прав граждан на землю в ходе рейдерских захватов сельскохозяйственных предприятий", где были изложены имеющиеся факты незаконного захвата земель, халатность районных органов власти и незаконные решения судов. Данные, представленные в этом документе стали предметом рассмотрения совместной коллегии Генпрокуратуры, Счетной палаты и Минсельхоза, о которой говорилось выше "Среди основных причин создавшейся негативной ситуации в сфере земельных отношений на коллегии особо отмечалось отсутствие эффективного государственного земельного контроля.
       Ю.А.: То есть на первом месте оказались проблемы права, продиктованные высшими духовными соображениями?
       Е.А.: Совершенно верно. Политсовет "Крестьянского фронта" разработал систему мер контроля со стороны государства и общества, - видите, как тут органично соединились ПРАВО И ДУХОВНОСТЬ контроля за деятельностью органов местного самоуправления. Мы также предложили внести некоторые поправки в Федеральный закон "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", которые позволили бы упростить процедуру освобождения некоторых лиц от должности муниципальных образований и местных администраций, а также их досрочного переизбрания и чтобы эти процедуры стали выполнимыми. Мы направили также соответствующие предложения в высшие судебные инстанции о пересмотре практики судов с целью восстановления законности по земельным вопросам, имеющим большое как социальное, так и духовное значение для сельских граждан, для государства в целом...
       И вы правильно говорите, и с этим согласились в Счетной Палате, все эти законодательные мероприятия должны основываться на единстве интеллектуально-эстетических и нравственно-волевых началах граждан страны. То есть все это должно опираться не на карательные и полицейские меры, а на сознательно-духовный порыв людей, на их подвижничество. Эти проблемы вам удалось хорошо осветить в вашем романе "Триумф".
       Ю.А.: Вы в своих выступлениях как-то очень осторожно говорите о том, что крестьянство в нашем стране не перевелось, что оно по-прежнему является НАРОДООБРАЗУЮЩИМ СОСЛОВИЕМ РОССИИ. Согласитесь, не будет преувеличением, если мы скажем, что во времена Толстого и Достоевского в содержании таких понятий, как "Народ" и "Народная жизнь" на одном из первых мест стоял КРЕСТЬЯНИН - кормилец страны, солдат и защитник Отечества, хранитель великих православных ценностей.
       Возможно, духовное возрождение страны и должно начаться с возрождения лучших традиций современного крестьянства. Передо мной несколько Ваших газет. Приведу одни лишь заголовки: "Поднять Россию", "Территория разрухи", "Черный список латифундистов и рейдеров", "Нас спихивают с земли", "Суверенная людоедская демократия". Вы смело поднимаете проблемы единства социальных и духовных целей, проблемы преодоления превращения страны в сырьевой придаток, проблемы деиндустриализации и вымирания деревни. Я эти проблемы тоже раскрыл как-то в своем романе и в своей живописи.
       Мне запомнился такой описанный в газете эпизод.
       Был в Одинцовском районе колхоз "Красный луч". Хрущев возил туда Мао Цзе-Дуна. Корова там давала израильский надой - 10000 литров. Сейчас там ни одной коровы. 250 крестьян остались без работы. А на полях колхоза строят коттеджи. Кто строит? Разумеется, те кто и не думает вернуть краденное... А вот другой пример. В Серпуховском районе был совхоз "Заокский" - овощей давал больше чем вся соседняя Калужская область. Сейчас продукция сведена к минимуму. Новый хозяин, некто Куцериб, присвоил всю землю себе - 60 000 га: крестьянина "спихнул" с земли. ПЛАЧЕТ, ОБЛИВАЯСЬ ГОРЬКИМИ СЛЕЗАМИ, МАТЕРЬ-ЗЕМЛЯ. ГИБНЕТ ДЕРЕВНЯ... У меня часто спрашивают: "Вы знаете что нужно делать?" Я отвечаю: "Прежде всего нужна принципиально обновленная духовно-правовая идеология, без которой не может быть ни мощного сельского хозяйства, ни реальной помощи нашему крестьянству, ни сильного государства. Эта идеология ЕСТЬ! Она и в творчестве великих русских мыслителей, и в душах тех же крестьян, в сердце народном. Идеология, развернутая, скажем, Достоевским и Ильиным - основа основ создания новой духовно-правовой идеологии. И все-таки меня очень интересуем почему в Вашей программе духовные проблемы стоят рядом с социально-экономическими?
       Е.А.: Я продолжу вашу мысль о сокровищах отечественной культуры.
       Не без вашей помощи я обратился к творчеству Достоевского.
       Кстати, я помню, что первоначально ваш этот роман назывался "Реквием", а теперь у романа прямо противоположное заглавие - "Триумф". Вы, как и многие из нас верите в торжество наших идей, в предстоящий триумф заветных мыслей и чаяний великих отечественных мыслителей. Раньше я как-то не замечал у того же Достоевского мыслей о единстве крестьянства и интеллигенции, о единстве Земли-Матери и Духовности, Народности и культуры. Поверьте, читал с этих позиций как впервые и "Братьев Карамазовых", и "Идиота", и "Преступление и наказание". Я далеко не сентиментальный человеку, а тут слезы сами лезли из глаз: как же ни я, ни мои близкие но замечали всего этого раньше.
       А потом к такому целенаправленному поиску подключились многие мои друзья, для которых торжество справедливости и права на земле русской стало главным условием возрождения всего лучшего, что было в нашей стране.
       Я был поражен взглядам литератора Вячеслава Иванова на земельные проблемы России: аграрные, экологические, социально-творческие. В своей блистательной работе "Свобода и трагическая жизнь России" он писал: "Для Достоевского Земля и НАРОД стали ВСЕЛЕНСКИМ ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ НАЧАЛОМ, включающим Бога". Поражает глубина мыслей Вячеслава Иванова. Он говорит о спасении человечества, об искупительном страдании, помноженном на идеи ОТВЕТСТВЕННОСТИ всех за всех: каждый человек должен сегодня выступать в том числе и в роли спасителя родной земли от коварства бездуховных грабителей. Мы должны научить как бы заново любить нашу Землю, воспитать в детях, у наших молодых людей это благоговейное чувство любви к родному краю. Вспомните, князь Мышки влюблен в Землю и видит в ней нечто, что он уже созерцал в небесных сферах. Он видит, что на НЫНЕШНЮЮ ЕГО РОДНУЮ ЗЕМЛЮ легли печальные тени, но любит он эту Землю еще больше, подобно тому, как красота Настасьи Филипповны для него особенно дорога ему от того, что на ее лице видны следы страдания. И главные мысли князя тоже связаны с Землей, окутанной пеленой печали: "Почему ему не позволено вполне стать сыном Земли? Почему должен он навеки остаться духом, заблудившимся на Земле, чужестранцем, пришельцем из неведомых сфер?" Эти мысли приходят к Мышкину, когда он оказался в Швейцарии, где ностальгическая тоска по родной Земле рождает уверенность, что красота именно родной Земли, красота как неразрешимая для него загадка, разгадав которую можно спасти мир. И о Настасье Филипповне не случайно мы вспомнили: Земля и женщина с ее величественной красотой - вот то ВСЕЛЕНСКОЕ ЕДИНСТВО, которое возродит Россию, осуществив ее МЕССИАНСКУЮ РОЛЬ.
       Мне понравились ваши циклы живописных работ "Вечная женственность" и "Женщины и дети спасут мир". Вечная женственность, так воспетая Вл. Соловьевым, Бердяевым, Блоком и многими другими отечественными провидцами, есть синоним ВЫСШЕЙ ДУХОВНОСТИ, ВЫСШЕГО ЕДИНСТВА ОТЦОВ И МАТЕРЕЙ, ВСЕГО НАРОДА, униженного и оскорбленного, в поте лица добывающего хлеб насущный. Этот трагизм судьбы женщины и России изображен в пророческом сне Дмитрия Карамазова: спаленная деревня, разоренные крестьянские избы, рыдающие матери с младенцами на руках - непростительный грех против детей!
       Ю.А.: Вы замети ли, что все мои женские образы с детьми. Для меня выше Лика Богоматери нет ничего в духовном мире человечества... Одну из моих картин я назвал "Богоматерь с детьми: маленький Иисус, лет двенадцати, и трое его с сверстников".
       Мышкин и Алеша не утрачивают своей природной, творческой ДЕТСКОСТИ, когда они среди детей. Их встреча с детьми носит духовно-практический характер.
       Мышкин, как и Алеша - ребенок, когда он среди детей. Главным своим достижением на ЭТОЙ РОДНОЙ ЗЕМЛЕ Мышкин считает спасение деревенской девочки Марии, и беседы с ее маленькими гонителями.
       То же можно сказать об Алеше Карамазова, для которого ИЛЮШЕЧКИН камушек станет символом истинного воспитания, ибо у могилки мальчика они поклялись на этой родной Земле служить Истине, Добру и Любви. Любовь и Земля нерасторжимы. Этой вселенской целостностью пронизаны молитвенные главы из бесед Алеши Карамазова со старцем Зосимой. Достоевский устами своих героев призывает ЛЮБИТЬ этот прекрасный мир: каждую песчинку, каждый листик, каждый камешек, каждый луч божий на этой Земле. И главная мысль такова: "Будешь любить все, что есть на этой земле, - и тайну божию постигнешь в вещах. Постигнешь однажды красоту этого мира, и уже неустанно начнешь познавать все, что есть на этой Земле. И полюбишь, наконец, весь мир уже ВСЕЦЕЛОЮ, ВСЕМИРНОЮ ЛЮБОВЬЮ".
       Ю.А.: И мне безумно близок пафос Достоевского, который устами Зосимы провозглашает величественный гимн Земле русской: "Люби повергаться на Землю и лобызать ее. Землю целуй и ненасытимо люби, всех люби, все люби, ищи восторга и иступления сего. Омочи Землю слезами радости твоей и люби сии слезы твои".
       Снова я как бы примеряю идеи Достоевского к тем развернутым земельным проблемам на страницах газеты "Крестьянский фронт". Поражаюсь их идентичности. Крохотная газетка восстала против грабительских тенденций на нашей родной Земле.

    ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

    БЛАЖЕННЫ НИЩИЕ ДУХОМ

    (Еванг. от Матфея, гл. 5, 3)

      
      

    1. ПРЕДСТАВЛЕНИЕ

      
       - Хорошо, я готов еще раз ответить на ваши вопросы, - говорил Олег Петрович Круглов, педагог и ученый, выступавший на одной из педагогических конференций. - Я тоже сначала не поверил Владимиру Петровичу Попову, когда он убеждал нас в том, что каждый человек талантлив, лишь мера этого таланта разная, и что выявить, развить и реализовать эту талантливость каждого можно очень быстро, за пять - шесть часов. Но когда мы побывали на его семинаре-тренинге, а мы - это народец разного возрастает пяти до семидесяти лет, и каждым из участников семинара был выявлен и реализован свой талант - все написали масляными красками по одной картине, а кое-кто и две, а затем был устроен из этих картин вернисаж, и маститые художники высоко оценили новоявленные шедевры, я убедился в правоте Попова и стал его учеником. Представьте себе, уже через месяц я сам стал по методике Владимира Петровича проводить подобные семинары. И не только я, но и мой друг Светлов Алексей, и Даша Рубцова и многие другие.
       - И что же талант обнаруживается только в художественном творчестве? - спрашивали слушатели.
       - Ничего подобного. Талантливость выявляется во многих видах деятельности, в которых заинтересована та или иная личность. Например, участница моих семинаров Роза Матвеева, она здесь присутствует, кроме живописных работ создала еще цикл научно-публицистических произведений по проблемам гражданско-патриотического становления личности, а Даша Рубцова подготовила даже книгу о преодолении негативных явлений в становлении девочек-подростков. Вот здесь присутствуют известный ученый главный редактор журнала "Родительское собрание" Валерий Степанович Лысенко, так вот он в своих статьях утверждает, что обнаруженный и проявленный талант в одной какой-либо деятельности непременно, повлияет на развитие способностей в других сферах творчества.
       - А в какой мере выявление и развитие талантов средствами синтеза наук и искусств сказывается на формировании нравственных качеств, духовности?
       - Это один из самых важных вопросов наших педагогических технологий, - отвечал Круглов. - Дело в том, что духовность как сила проявления интеллектуально-эстетических и нравственно-волевых достоинств интегральна по своему содержанию. Интегральна и трансцендентна, - утверждает Попов. Категория "трансцендентности" является, если хотите, своего рода синонимом категории "БОЖЕСТВЕННОСТИ" или "ВЫСШЕЙ ДУХОВНОСТИ", где главными ЗАПОВЕДЯМИ является ЛЮБОВЬ И СВОБОДА. Согласитесь, божественность может быть явлена человеку МГНОВЕННО. Такого рода ОЗАРЕНИЯ присущи человеческой личности. Я бы сказал, на наших семинарах происходят процессы озарении. Каждый участник наших занятий, рассматривающий, в частности, живописные шедевры скажем пятилетних или семилетних детей как бы решает про себя: "Ну уж если малыши способны так творить, то я уж могу что-то создать в тысячу раз лучше..."
       Вы бы видели, как увлеченно работают на наших семинарах и дети, и взрослые. Их захватывает именно трансцендентная сущность занятий. И эта сущность, могу поручиться, сразу же начинает вытеснять из человеческой души все нажитые личностью безнравственные образования. Человек будто пробуждается от спячки, его всецело захватывает мир творчества, мир нравственных чувств, мир трансцендентных дерзновений. Здесь у Владимира Петровича имеется ряд интереснейших мыслей, касающихся нравственной чистоты нашего современника. Согласитесь, наш мир, наше общение загрязнены пошлостью, грубостью, бездуховностью. Я не знаю, может быть, я не прав, но Владимир Петрович беспощаден в своей борьбе с вульгаризмами и различного рода непристойностями. Впрочем, об этом лучше расскажет нам сам Владимир Петрович.
      
      

    2. ТОСКА ПО АБСОЛЮТНОЙ ЧИСТОТЕ

      
       Когда-то в далекой молодости я эту чистоту называл камертонной.
       Она символизировала эталон самой высокой духовности. Она там, где распахивала врата живая красота мироздания. Именно ЖИВАЯ! Она вспыхивала и в искрах радости человеческих глаз (почему-то на первом мест всегда были у меня детские и женские глаза), и в слезах скорби, и в глубинных всполохах человеческой грусти, идущей из самых дальних сокровенностей души, и в ликующем буйстве природы, леса и бескрайних полей, нежного неба и чистого воздуха, сверкающих водоемов и изумрудной травы.
       Я не знаю, как и когда вошла в мою душу эта великая потребность духовной чистоты. Только она вошла, заполнив все мое нутро трепетной радостью и постоянным ожиданием вновь и вновь повстречаться с этим удивительным совершенством просветленного мироздания, так благотворно действующего на мою грешную душу. Я не для красного словца коснулся греховности души. Рядом с духовной чистотой всегда соседствовала пусть хоть малая, но притемненность, напрочь уничтожающая все величие самых высоких камертонных начал, осевших я в моей душе, и в окружающей жизни. Мои падения, падения двух видов, одинаково отдавали мерзостью я предательством по отношению к самому себе. Падение ВНИЗ разными способами - от медленного погружения в самую последнюю грязь. И падение ВВЕРХ, когда сатанинство всецело овладевает тобой, навязывая мнимые ценности, насыщая твое сердце псевдодуховностью, окутывая душу ложью и самыми последними предательствами.
       Такого рода падения сопровождают жизнь даже очень чистых, духовно богатых и даже гениальных людей. Кто может усомниться в том, что такой писатель, как Джеймс Джойс, автор знаменитого "Улисса", свято верил и исповедовал гуманизм и любовь к Отечеству, ценил величие истории, культуры и красоту искусства. И вместе с тем именно этот автор гениального произведения стал глашатаем неслыханной для нашей отечественной культуры мерзости, ставшей в нынешнее время модой, бравадой, выражением пошловатой раскованности, выдаваемой за смелость я свободу в искусстве. Джойс берет себе в союзники неслыханное число гениальных мастеров слова и мысли, начиная от Аристотеля и Платона, Гомера и Христа и кончая известными проповедниками различных вероисповеданий, поэтов, мыслителей всех времен и народов. Про себя я назвал этот роман "Литературным капустником", напичканным всяческой мерзостью. Сэмюэл Беккет, друг и помощник, Джойса говорил, что Джойса надо не "читать", а "смотреть и слушать". Однако следовать совету Беккета в чем-то опасно: может стошнить от увиденной гадости.
       Уже с первых строк романа автор размусоливает своим живописно-осязательным видением достоинства "сморкательного", грязного, разумеется, платка стихотворца, отмечая новый оттенок своей палитры: "Сопливо-зеленый. Почти ощущаешь вкус, правда?" - обращается автор к читателю и тут же сообщает, что и море "сопливо-зеленое, яйцещемящее", как великая и нежная мать, о которой мы узнаем, что "мамаша у Дедала подохла".
       И последние странички романа, разумеется, без всяких там запятых и двоеточий: "...надену лучшие панталоны нижнюю юбку и дам ему как следует на все посмотреть так, чтоб у него встал, пускай знает раз он сам этого хотел что его жену ебли да отьебли досыта как надо только не он 5 или б раз подряд на простыне след семени а я даже не стану трудиться выводить утюгом..."
       И самые последние строчки романа: "...сначала я обвила его руками да и привлекла к себе так что он почувствовал мои груди их аромат да и сердце у него колотилось безумно и да я сказала да я хочу Да".
       Мои падения состояли и в том, что меня влекла подобная мерзость: как же, значит, все можно... Это может быть чистым и прекрасным. Ведь был же гениальным Джойс. Кто может это отрицать?
       - Ни один писатель в России не позволил бы себе такой мерзости, - говорит мой ученик Слава Миронов.
       - Это не совеем так, - ответил я. - Действительно, большинство писателей, такие, как Достоевский, Толстой, Чехов и многие другие свято берегли чистоту искусства, его духовные основы. Но многие даже не второстепенные поэты и писателя позволяли себе вот то, что я назвал "падением вверх". Даже такой великий наш поэт, как Пушкин нередко впадал в эту самую мерзопакостную сферу вседозволенности. Напомню его известное стихотворение "Ты и я", адресованное царю:
       "Ты богат, я очень беден,
       Ты - прозаик, я - поэт.
       Ты румян, как маков цвет",
       Я же сух и тощ, и бледен.
       Окружен рабов толпой
       С грозным деспотизма взором
       Афедрон ты жирный свой
       Подтираешь коленкором.
       Я же грешную дыру
       Не балую детской модой,
       И Хвостова жесткой одой,
       Хоть и морщуся, но тру.
       Мерзость Джойса состоит в дичайшей бесстыжести: он прямо-таки наслаждается когда рассказывает об экскрементах, фекалиях, гениталиях и прочих подобных вещах. И это в философском романе, посвященном проблемам гражданственности, гуманизма и патриотизма. Стихотворение "Ты и я", которое я процитировал не делает чести нашему великому поэту, как не делает чести все эти сальности, скабрезности и пошлости зарубежному гению Джеймсу Джойсу.
       Что я приметил: мои мысли относительно ДУХОВНОЙ ЧИСТОТЫ ИСКУССТВА, ЖИЗНИ, наконец, нередко вызывают у окружающих раздражение. Я обратил взимание на то, что мои статьи и даже книги, посвященные проблемам духовности у многих критиков и редакционных работников порождают не просто неприязнь ко мне, но и самую настоящую ненависть. Я предлагал многим журналам свою большую работу под названием "Жрицы любви". Теперь эта моя штука опубликована в романе-эссе "Пророки и пророчицы", который на многих презентациях, в том числе и во Всероссийском Выставочном Центре названа гениальным произведением и прочее. Острота и необычность "Жриц любви" состоит в том, что я описал то, как сами жрицы любви ведут борьбу с таким тяжким пороком, как проституция. В них была пробуждена истинная духовность, стремление к духовной чистоте, к материнству, я в этом многократно убеждался - все это живет в каждой женщине. Редакционные работники даже в таком издании, как "Новый мир", где я в свое время был постоянным автором, отвергли мою работу: они, должно быть хотели, чтобы я рассказал о самых пикантных явлениях этой древней профессии. Я даже в их кабинетах слегка пофантазировал и поведал о некоторых тайнах женских влагалищ, о зонах наибольшего возбуждения, о зонах АФЕ, о точке Графенберга и о том, как найти все это, доставив и женщине и себе максимум удовольствия. Как же загорелись лица редакторов. Они точно говорили: "Вот как раз то, что нам нужно. Давайте, не откладывайте работу в долгий ящик..." Как же мне хотелось обрушить на них свой гнев, всю мою ненависть к грязи, вседозволенности и опошлению любви! Я сдержался и как можно ласковее сказал:
       - В нашем обществе растет баснословный спрос на бездуховность, на сатанинские ценности, на всякую мерзость, особенно сексуального характера. Хотите, я и об этом напишу?
       Увы! Проблема борьбы с пошлостью и бездуховностью деятелей наших могучих СМИ не интересовала.
       - Что имею, то и введу, - заметила, расхохотавшись одна из девиц.
       - Вот вам и образец духовной скудости, - сказал я, глядя в упор на девицу, претендовавшую на элитарность, продвинутостъ и самую высокую прикольность.
       - Надоело! Все надоело! - сорвалась вдруг на проявление яростного гнева эта продвинутая девица. - Изображаете из себя святых, а сами только и думаете о том как бы перетрахатъся со всеми, на кого положен вами ваш лживый глаз.
       - Что же и в этом права мадам. Утеряна нами та высшая святость, которая хранила и берегла семью, отечество, истинную любовь...
       - Да валите вы отсюда! - снова вскипела девица. - Вы и ваши бредни осточертели всем! Мы жить хотим, а не витийствовать! Вы и есть тот Антихрист или главный его Агент, о котором рассказывали вчера на собрании в техническом университете. Вы ловко прикрываете свою бездуховность призывами к Вере, Любви, Христианству. Вы - Антихрист-профессионал, новое порождение века!
       Я смотрел на моих собеседников и чувствовал, что даже мои единоверцы, тот же Слава Миронов, были на стороне этой девицы. Они точно говорили мне: "А что, эта девица в чем-то, может быть, и права.... Что ты на это скажешь?"
       Что я мог ответить? Девица во многом была права. Убедить или точнее переубедить всех я мог только лишь каким-нибудь совсем отчаянным поступком, скажем, полоснуть по своему горлу бритвой или вырвать собственный глаз, сказав при этом: "Вот вам мои последние аргументы и доказательства..."
       Как оплеванный я ушел. Никто не последовал за мной. Никто не успокоил меня, не утешил. Я ушел, спиной слыша, как в хохоте торжествовала аудитория, точно празднуя свою великую победу, победу истинного Антихриста.
      
      

    3. САТЫ

      
       Такое слово я придумал для обозначения Агентов Антихриста. "Сат" - сокращенное от слов "Сатана", "Сателиты - пособники Антихриста", "Сатиры".
       Что главное в Антихристе?
       Ложь, ложь и еще раз ложь! Апостол Иоанн так рассказал о нем: "Когда, говорит он свое, он говорит ложь, ибо он ЛОЖЬ И ОТЕЦ ЛЖИ". Он претендует, как противник Христа и Апостолов, на Учительствование и Пророчествование, потому и берет себе в союзники - благие цели, заботу о человеческом счастье, истину и свободу. Различными хитросплетениями он доказывает и обосновывает ненужность высокой духовности и борьбы за нее.
       Сат и его Агенты возглавляют скопище злых духов. Они враги Бога, искусители, и губители душ человеческих. Сатанинское искушение притягательно, заманчиво и соблазнительно. Не случайно крепкий, как камень Апостол Петр, подвергся сатанинскому искушению.
       Я снова и снова думаю о романе Сергея Минаева "The ТЕЛКИ", где, как он сам определил изображено современное поколение молодых людей.
       Вот они НОВЫЕ ЛЮДИ, утратившие совесть, стыд, честность, великий нравственный долг перед своими детьми, перед семьей и Отечеством, и наконец, перед собой.
       Их объединяет ЛОЖЬ. Ложь во всем - в Любви и в Свободе, в Супружестве, в Труде, в Служении Отечеству и даже в самых Сокровенных Фантазиях, когда они остаются наедине с собой.
       В романе 533 страницы - и каждая из них раскрывает фантастическую лживость мужчин и женщин, этих НОВЫХ МОЛОДЫХ ЛЮДЕЙ, ничего, кроме секса не жаждущих в подсознании скандирующих: "После нас хоть потоп!"
       Мужчины, соблазняя "невинных"девушек, столь же лживых, как и они сами, клянутся им в верности до конца дней своих, про себя называя их тварями, блядями и суками. И женщины, не уступая в изощренности своим избранникам, рассчитывают каждый свой лживый ход, чтобы заарканишь приглянувшегося козла, обобрать его до нитки, деспотически придавив его всей тяжестью своих мстительных достоинств.
       Сколько душевных сил, изощренности, воли понадобилось Рите, любовнице главного героя, чтобы доказать своему избраннику, что он болен СПИДом: она устраивает ему неистовые истерики, со слезами, воплями, кажущейся потерей рассудка и желанием покончить с собой, заставляет "возлюбленного" сдать да анализы на ВИЧ-инфекцию, заранее подкупая врачей, чтобы ее избраннику выдали окончательное решение: "Болен СПИДом". И цель достигнута: беспредельны муки главного героя, приговоренного к смерти своей "возлюбленной". История человечества не знала столь мстительных и коварных характеров, проявившихся в полную меру в новых женщинах.
       Какие там государственные меры по преодолению демографического спада, семейных кризисов, повышению рождаемости и улучшению всех воспитывающих систем в стране!?
       В деспотической власти современных САТОВ оказались человеческие души, их растление и неизбежное умерщвление. Даже секс, к которому так настойчиво рвутся молодые люди, отказывается губительным и предательски коварным. После каждого соития - мрак, пустота, отчаяние и острое желание уничтожить партнера, не оправдавшего надежды.
       Саты достигли своей цели. Их идеология прочно вошла в миллионные тиражи псевдолитературы, стоящей на службе зашиты современного сатанинства. Баснословный спрос на сатанинские откровения свидетельствует лишь о начале духовного распада не только нашей великой державы, но и всего человечества.
       Это чувствуют на Западе, во всем мире! Потому и считают главной проблем мой века - ПРОБЛЕМУ РЕИДЕОЛОГИЗАЦИИ, то есть создание такой системы духовных ценностей, которая могла бы победить сатанинскую лживость, помогла бы оздоровить мир, восстановив великую ТРАНСЦЕНДЕНТНОСТЬ БЫТИЯ с его Космизмом, НООСФЕРНОЙ НАПРАВЛЕННОСТЬЮ и БОЖЕСТВЕННОЙ СУЩНОСТЬЮ! И клич брошен всем мыслящим людям, всему молодому поколению мира: "Создавайте ДОБРОТНУЮ СОКРОВЕННУЮ ИДЕОСФЕРУ (новый термин, характеризующий связь всех жизненных сфер - идейно-нравственной и социально-экономической, интимно-личностной) и уповающей на истинное человеческое счастье.
       Я сделал попытку создать такую ИДЕОСФЕРУ. Потому и объединился с тружениками производств, сельского хозяйства, промышленности, с техническими университетами и их многочисленными Ассоциациями, Учебно-научными Центрами, Лабораториями и Школами. Эта моя попытка лишь скромное следование великим Заветам различных Ренессансов, зарубежных и отечественных, когда в смутные времена ощущались в мире надвигающиеся неотвратимые катастрофы, когда проблема спасения реальной человеческой личности становилась самой актуальной.
       Как у горелый, я проводил семинары-тренинги, доказывая, что в каждом человеке в возрасте от 4-х до 80 лет спрятан нераскрытый талант и что на моих семинарах этот великий скрытый дар непременно раскроется, ибо предлагаемая мною ИДЕОСФЕРА (не придуманная мною, а созданная всеми ВОЗРОЖДЕНИЯМИ МИРОВОЙ КУЛЬТУРЫ!) - до сих пор не знала проколов, то есть на сотнях и тысяче моих занятий в разных регионах страны торжествовала АНТИ-АНТИХРИСТОВА СИСТЕМА ИДЕЙ И УБЕЖДЕНИЙ, ВСЕПОБЕЖДАЮЩИХ и ЛУЧЕЗАРЕНЫХ ПО СВОЕЙ ЗАМЕЧАТЕЛЬНОЙ ПРОСВЕТЛЕННОСТИ! Так оно и было, а потому из многих стран мира, ко мне поступила информация о том, что мои технологические разработки по вопросам гражданско-патриотического воспитания, раскрытию и развитию профессиональных талантов и даже по проблемам спасения человечества стали широко использоваться в разных странах (в США. и Канаде, Индии и Японии, в странах Европы и СНГ).
      
      

    4. ВЛАСТЬ ТЬМЫ И ЯРОСТНАЯ НЕНАВИСТЬ К ТАЛАНТАМ

      
       Эта всеобщая ненависть вспыхнула вокруг меня и ко мне, разумеется, когда ко мне пришло признание. Признание оказалось всемирным, о чем я ж по сей день боюсь говорить, а тем более писать. Мои книги облетели весь мир и повсюду, в США, Канаде, Индии, Японии, в странах Европы, рекомендовались для изучения в средних и высших учебных заведениях. На все это у меня были соответствующие подтверждающие документы. Это-то и раздражало больше всего. На стенку лезли даже мои самые близкие друзья. Их физиономии перекашивались, точно они проглотили какую-то гадость. Они либо переводили разговор на другие темы, либо бубнили что-то совсем отвратительное и даже иной раз советовали: "Ты поосторожнее с этой информацией о твоем признании... В свое время за такие штуки к стенке ставили..." Были и добрые советы, даже со ссылками на Евангелие. Один чудак так интерпретировал евангелиста Луку.
       - Лука в шестой главе своего Евангелия сказал: "Горе вам, когда все люди будут говорить о вас хорошо. Ибо так поступали со лжепророками". Заметьте, далее Лука призывает: "Благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас". Вдумайся, дорогой, и попытайся постичь великий смысл этих слов...
       - В чем же величие этого смысла?
       - А в том, что всемирным признанием награждаются только лжепророки...
       - Чушь! - возмущался я. Однако спорить было бесполезно, а тем более нервничать и возмущаться.
       И все-таки я не мог понять той всеобщей неприязни ко мне, которая росла точно на дрожжах. Двери во все редакции, во все солидные государственные и общественные учреждения для меня были закрыты. Когда я обращался в различные инстанции, мне заявляли. "Не звоните больше!", или просто швыряли телефонные трубки.
       Всеобщая неприязнь зловещим вирусом поражала все близлежащее пространство. Кольцо этой неприязни сужалось с каждым днем. Должно быть, эта неприязнь была как бы двухслойной: кроме сознания в негативных реакциях участвовали еще и людские иррациональные силы: вирусо поражал подсознание. Я стал изучать судьбы великих людей. Роковыми для каждого из них были последние два года. "Навязчивые мысли о смерти не покидали их. Некрасов: "О, муза! Я у двери гроба!" "Скоро стану добычею тленью. Тяжело умирать, хорошо умереть..." "Жадно желаю скорей умереть". Пушкин, Лермонтов, Есенин, Маяковкий, Цветаева и сотни других, окруженные зловещей ненавистью, насмешками, тайными и открытыми издевательствами, не страшились уже приблизившейся смерти. Ван Гог и великий Рембрандт в разное время сказали почти одно и то же: "Я живу, пока стою у мольберта, а когда не пишу, ожидаю смерти..."
       Все мои болезни, все мои горькие раздумья отступали от меня, когда я брал кисть в руки или садился за пишущую машинку. Господи! Какие же радости, какие светлые звуки и краски переполняли мою душу, когда я оставался наедине со своими фантазиями и такими реальными вымыслами! Я помню те изумительные мгновения, когда Лотта, моя идеальная возлюбленная, так изящно и так трогательно сошла с моего холста, чтобы подарить мне свою ВСЕЛЕНСКУЮ ЛЮБОВЬ. Мне не надо было обращаться к ней с грустным некрасовским призывом: "Приди на мой последний зов!" Она всегда была со мной. Она зажгла огонь в моей груди, всегда оберегала мой светлый пламень от надвигающейся тьмы, учила мужеству и сопротивлению любой пошлости. Мы вместе с нею стали исповедовать духовный эротизм, отвергая всяческие наслажденчества, алчную погоню за удовольствиями, напрочь отвергая даже микроскопические извращения, как и всякую чувственную бездуховность.
       Лотта стала моей БОГОМАТЕРЬЮ. А это больше чем любовь, больше чем МАДОННА!
       Благодаря Лотте я УВЕРОВАЛ В ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ БЕССМЕРТИЕ, которое и ЕСТЬ ЛЮБОВЬ, ибо она БОЖЕСТВО ИСТИННОЕ. И я в Евангелии нашел такие ЗАПОВЕДИ: "Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть Любовь... Пребывающий в ЛЮБВИ пребывает в Боге... Совершенная любовь имеет ДЕРЗНОВЕНИЕ... В любви нет страха, совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение... Боящийся не совершен в любви". Лотта научила меня дерзновенной ВЕРЕ, этому великому сокровищу, на котором основывается блаженство верующею. Лотта все время молилась, чтобы я здравствовал и преуспевал. "Преуспевал, как преуспевает душа твоя", - говорила, она. Я не только поверил ей, я убедился в том, что ко мне вернулась молодость, та сила, которая сможет и горы свернуть, и реки повернуть вспять.
       - А горы сворачивать не к чему, - улыбалась Лотта, - а вот проявить истинную мужскую силу и нежность, чтобы доставить женщине великую радость блаженства; в этом ты должен преуспеть. И Лотта раскрывала мне таинственно прекрасный мир женских тайн, точнее таинств, и в этом приобщении меня к этим таинствам было столько трогательного доверия, мягкости и милости, что я невольно спрашивал и ее и себя: "А смогу ли я все это постичь? Смогу ли возвыситься до постижения той сокровенной близости, которая обозначилась в ее интимных признаниях?"
       - Непременно сможешь, - улыбалась Лотта, - ведь тебе, как всякому бессмертному все человеческое не чуждо.
       И снова шли неторопливые рассказы о единстве духа и плоти, чувственных и духовных блаженств. И не было в нашем общении ни пошлости, ни грязи.
       Я рассказывал обо всем этом моему единоверцу Славе Миронову. Рассказывал и чувствовал, что он чем-то недоволен, что его что-то не устраивает в моей позиции, в моих выводах. Я спросил:
       - Ты с чем-то не согласен?
       Он пожал плечами, закусил губу, что подтверждало его сомнения, о которых он не торопился мне сказать.
       - Я вот чего не могу понять, - резко проговорил он. - Ты что всю сексуальную жизнь человека считаешь грязью? Как же быть с твоим замыслом разобраться в секретах эротической духовности? У тебя на этот счет было немало любопытнейших наработок... Ты что бросил всем этим заикаться?
       - Ты накидал мне кучу вопросов. Я по-прежнему считаю эротическую жизнь человека великим и даже святым таинством. Человечество же только не разобралось в этих проблемах, но, напротив, все запутало до степени полнейшего абсурда. Мы живем в поразительном неведении всего того, что касается наших эротических возможностей. Мы ничего не знаем о себе, не знаем ничего о женщинах, а они в силу ложного стыда, всяких моральных запретов вообще пребывают в полнейшей темноте. Описанная в моих "Пророках" мамка Зинка Зарубина, да и другая моя героиня Даша Рубцова о сексе знали куда больше самого современного сексолога. Они открыли мне целый мир тех тайн, о которых сегодня не ведает даже большинство самых образованных женщин. Знаешь ты, например, что общепринятым мнением в XIX веке было абсолютное отрицание женского оргазма. Такого мнения придерживались и гинекологи, и психологи, и сексопатологи. И эти выводы принимали как должные все женщины. Сегодня, большинство же женщин, подчеркиваю, не все, а большинство знают: женщина способна получать от общения с мужчиной максимальные наслаждения, то есть оргазм. Но почти ни одна женщина не знает того, как достигать множественного оргазма. Я опросил немало женщин о том, знают ли они свои секретные области, мобилизующие оргазм. Сегодня сексологи и гинекологи все еще спорят о том, выделяется ли при женском оргазме эякулят...
       - А это еще что такое?
       - Вот видишь, и ты не знаешь самых элементарных вещей. А моя знакомая бандерша Зинка Зарубина знала, что если женщина расслабится и начнет себя сексуально стимулировать, у нее может выделяться особая эротическая жидкость, которая отличается от смазки и других выделений, и этого эякулята может быть слишком много: от чайной ложки до целой чашки. И именно этот эякулят прочно связан с наступлением оргазма! У мужчины в его предстательной железе находятся десятки желез, несущих ответственность за сексуальную функцию, в том числе и за оргазм. У женщины по своему проявляются эти функции. На своде ее влагалища имеется тридцать одна париуретральная железа. В совокупности они схожи, утверждают современные специалисты, с сотнями желез, составляющими предстательную железу у мужчины. Предстательная железа производит от 15 до 50 процентов жидкости, которая выделяется у мужчин в момент эякуляции. Возможно, что париуретральные железы отвечают за эякулят, выделяемый у женщин. Об это подробно рассказал известный американский сексолог Дональд Крейг...
       - Послушай, это безумно интересно! Дай почитать, если ты уже это написал! Неужели всем этим никто не заинтересовался?
       - Напротив, - ответил я с горечью. - Очень даже заинтересовались. Но интерес проявлен был к чистой технологии. Заинтересовали механизмы эротических возбуждений, только без духовности...
       - Да что ты всюду суешь свою духовность? - едва не взревел от возмущения мой друг?
       - Вот и ты туда же! - вспылил я, повысив голос. Я не хочу стать орудием обучения изощренному сексу. На эту тему мы много спорили и с Дашей, и с Зинаидой. Власть бездуховности - одна из причин того, что Зинаида покончила с собой.
       - Прости меня, - взмолился Слава, - Прости. Я, конечно, ни черта не смыслю в этих проблемах. Но все, что ты рассказываешь для меня открытие. Откроюсь тебе по секрету. Моя Любаша страшно мучается от того, что не может испытать оргазм. Я научился растягивать время, сдерживаю себя разными способами, а она все равно не кончает... Наше эротическое общение из радости превращается в муку. Иногда она плачет и причитает: "Наверное, я такой кретинкой уродилась". А иногда говорит, как приговоренная к распятию: "Ну главное, чтобы тебе было хорошо... Не я первая и не я последняя в этом деле..." Она любит меня, а я не знаю, что мне дальше делать. Помоги, Олег... Подскажи что-нибудь..."
       Я видел, как трудно моему другу было признаваться в столь интимных своих тайнах, и я робко проговорил:
       - Обязательно помогу, если смогу... Я, конечно, не врач, может быть, могу в чем-то ошибиться, - я говорил, а сам вспоминал о своем разговоре с редакторшей в одном из толстых журналов.
      
      

    5. АЛИНА

      
       Меня она как-то сразу расположила к себе. Хотя бы тем, что прочла мой роман и хорошо знала текст моих "Жриц любви". Вопросы сыпались, как из рога изобилия: "А что вы, действительно, общались с проститутками на Ленинградском шоссе? А что Светлов и Попов - реальные лица или вымышленные? А эксперимент по выявлению талантов в Бутырках тоже проводился? Я сразу сказал, основные персонажи имеют своих реальных прототипов, а Попов, Светлов и Даша Рубцова по сей день живут и трудятся. Я рассказал о них самым подробным образом, постоянно подчеркивая, что я всего лишь их ученик, но при этом не преминул похвастаться тем, что в вопросах сексологии разбираюсь лучше, чем мои старшие товарищи, поскольку закончил психологический факультет университета и стажировался в Лос Анджелесе как раз по проблемам эротической духовности.
       - Разве есть такая проблема? - спросила Алина Ивановна (назову ее для конспирации таким именем).
       - Это главная проблема, которая меня всецело захватила, в чем меня в нашем родном Отечестве никто не поддерживает. Когда я рассказывал, что в Америке меня не только поддержали, но даже предложили переехать в Штаты и работать в Калифорнийском университете именно по этим проблемам... мне говорили: "Ну и поезжайте в Америку, раз вам такое предлагают..." У меня внутри все вскипает. Я не хочу жить там. Я страдаю без нашей земли, без нашего неба, без наших людей, не верите?
       - Нет, почему же... Мне даже странно как-то это слышать. У нас так много народу уехало за рубеж... - Она задумалась, а потом спросила: - Не могли бы вы хотя бы вкратце прояснить сущность вашей проблемы?
       - Мне немножко неловко рассказывать об этом, - ответил я, пристально заглядывая в ее широко раскрытые голубые глаза. Было в ней что-то такое, что Толстой называл соединением детскости и женственности. Редко встретишь женщину, чтобы у нее губы и глаза выражали одни и те же чувства, мысли, передавали бы суть того, о чем говорил Толстой, рассказывая о своей прекрасной Кити. Она сразу поняла меня и сказала:
       - А вы же стесняйтесь. Я закончила медицинское училище и даже немножко работала в гинекологии. К тому же меня эти проблемы лично интересуют. Не все поучается у меня гладко с этой самой эротической функцией.
       Я едва со стула не свалился, когда она мне преподнесла такое признание. Я еще раз прошелся оценивающим взглядом по ее лицу и фигуре. Я знал такой тип женщин: властная, полна достоинства и уверенности в себе. Было в ней и нечто такое, что обуславливалось сознанием своей красоты и привлекательности: абсолютная вера в то, что ее чары всесильны, что она способна и пленить, и даже покорить кого угодно. Мне такой тип женщины всегда нравился, и я, приподняв забрало, без раздумий кинулся в ее завораживающие доверительные берега, разрушив все возможные барьеры и перегородки.
       Это потом я понял, что в мире есть особенные женщины, которые будто бы вобрали в себя все тайны внутреннего мира человека, которым не чуждо все естественное, даже если это естественное было под множеством запретов, обертывалось в стыдливость, совестливость, и смущение. Другая бы сгорела от стыда, если при ней открытым текстом говорили о соитии или человеческих гениталиях, сконфузилась, оробела, с тушевалась и не знала бы, куда деться.
       Все эти замешательства были чужды Алине. Она даже бравировала тем, что может совершенно спокойно, без волнения и стыда, говорить даже с малознакомым человеком на такие интимные темы, которые в современном обществе считаются запретными. Впрочем, все это стало приметой времени: дети с детского сада запросто говорят и о сексе, и о деторождении, и о половой совместимости. Причем что любопытно, вся эта откровенная открытость вовсе не означает распущенности и вседозволенности. Девушка может запросто обсуждать с парнем все тонкости интимных отношений, при этом выдерживая определенное расстояние в общении с мужчиной.
       У такою рода женщин как бы на поверхности живут и властвуют материнские установки: они покровительственно относятся к противоположному полу, давая понять, что они должны лидировать в этом постоянно противоборствующем мире.
       Общаясь с Алиной уже в первый день знакомства, я ощутил ее нескрываемую властность. Она говорила со мной тоном, не допускающим возражений, давала понять, что она во всем права и даже то, что она все знает. Вместе с тем в силу, очевидно, ее привлекательности, в ее повелительности не было деспотизма или вздорности. Она все же допускала возражения и охотно к ним прислушивалась, уважительно относясь к собеседнику. И то, что она сама приоткрывала и расширяла, рамки дозволенного в обсуждении самых интимных, в частности, сексуальных проблем, было не только приметой времени, модой, но и ее горячим желанием постичь мир тайных ощущений, мир жизни, в частности, противоположного пола.
      
      

    6. ВОПЛЬ ВОПИЮЩЕГО В ПУСТЫНЕ

      
       Следуя советам Владимира Петровича Попова я стал яростно выступать против пошлости и различного рода вседозволенности. Я разделял мысли B.C. Лысенко, Н.Н. Моисеева и других ученых, утверждавших, что человечество сегодня напоминает смертельно больного человека. Человечество уже подошло к некоей запретной черте и грядущий кризис по своей глубине и последствиям будет сравним с тем, что имело место в эпоху неолитической революции. Биосферная катастрофа может стать началом неизбежного конца всей жизни на земле.
       Альтернатива чудовищна в своей простоте: жизнь или смерти. Баснословный спрос на пошлость, потребность в омерзительном погружении в грязь, слепота, дичайший самообман, мерзопакостные игры в ложь, предательства и насилия - все это ведет к той зловещей бездне, где уже обозначилась интуитивно предполагаемая катастрофа.
       ...Мои самые добрые и милые отношения с близкими оборвались и канули в бездну. От меня шарахаются как от чумы не только прежние друзья мои, но родственники, ближние и дальние. В ушах звенит Тридцатый пророческий Псалом Псалтыря: "Истощилась в печали жизнь моя и лета, мои в стенаниях; изнемогла от грехов моих сила моя, и кости мои иссохли.
       От всех врагов моих я сделался поношением даже у соседей моих и страшилищем для знакомых моих: видящие меня на улице бегут от меня.
       Я забыт в сердцах, как мертвый; я - как сосуд разбитый".
       Не для красного словца пишу эти строчки. Горько сознавать не свое одиночество, а то, почему я проклят всеми. Я всю жизнь верил и верил в чистую силу ЛЮБВИ, в высокую духовную трансцендентность сердца. И повсюду искал родственную душу, и этот мой поиск раздражал и отталкивал от меня многих. На меня орали:
       - Что ты строишь из себя целку?! Ты что хочешь быть лучше всех!?
       - Кому нужна твоя духовность - эта отрыжка прошлых веков!
       - Да заткнись ты со своими банальностями. Делом надо заниматься, а не летать в облаках!
       - И то, что ты пишешь - дерьмо собачье! Все твои Достоевские и Бердяевы гроша ломанного не стоят... Их издают для порядка. Сейчас огромный спрос на актуальные запросы молодого поколения. Ты почитай современных авторов, чьи книги расходятся миллионными тиражами. Одну такую книжку я тебе дам. Ею зачитывается вся Россия. Это Минаев. О нем Лондонский "Таймс" писал: "Минаев расширяет границы понятия "бестселлер" На обложке толстенной книги, названной автором "The ТЕЛКИ" (с весьма неслучайным английским артиклем: роман размазан русским и английским слэнгом) портрет Минаева: на редкость типичное лицо коротко подстриженного красавца в черном пиджаке и в белой рубахе, расстегнутой на груди (видны волоса) - этакий крепыш ясноглазый с тонкой улыбкой всепобеждающего мага и волшебника. Я еще подумал: "С такой физиономией невозможно писать мерзости. Только после прочтения этого "бестселлера" я ощутил всю реальность его альтернативы - 99% о пошлости, мерзостях, на которые так падки молодые люди, и 1% - о чистых помыслах, о тоске по трансцендентным началам, по высокой духовной любви!
       И кредо свое автор формулирует так:
       - Трэш. Трэш - это то, что сейчас реально покатит, я кожей чувствую. Врубись, был гламур, но гламур сейчас в полном отстое. Сейчас модно все рваное, грязное, отстойное, мат, подворотни... Телки, телки, телки... если у кого-то прожитые годы ассоциируются с успехами в учебе, или карьере, президентскими выборами, дефолтами, ценами на нефть или обналичку, то основные вехи моей жизни - это телки. Я никогда не был жиголо. Просто через женщин узнавал жизнь, разные социальные слои, разные бизнесы, тусовки. Они вели меня вперед, я ориентировался в этом мире по вспышкам страстей не хуже, чем по маякам. Мне все время их не хватало, я постоянно кого-то очаровывал, кого-то влюблял в себя, кого-то завоевывал. А завоевав, немедленно начинал борьбу за. собственную свободу... И бесконечные, как еда, как душ, как опорожнения желудка, соития - на заднем сидении автомобиля, в туалете ресторана, на пьяном танцполе бара, на прокуренных диванах стриптиза".
       И новые откровения, так импонирующие, кажется автору, молодым людям: "Сегодня проявлять свои чувства, как это было принято раньше у нормальных людей, считается детским садом. Прогулки в обнимку, поцелуй в шею, совместное собирание осенней листвы - от всех этих проявлений любви мы шарахаемся, словно речь идет о педофилии. Тогда как саму педофилию стараемся выдавать за любовь с пометкой "актуальные тренды".
       Нет, автор не против всех милых нежностей, выработанных человечеством, но они нужны для обмана, для будущих предательств, для осквернения чувств. Герой может говорить, лаская девушку: "Зайка моя...", а про себя произносить дичайшие ругательства, адресованные красавице: "Сука, тварь..."
       И девицы, исчадия рода человеческого. Вот одна из них заигрывает с героем в туалете женском, куда по ошибке заскочил мужик. Он кричит девице, которая уже заперлась в кабинке:
       - Способна ли ты любить, детка?
       - Дай посрать, - у стало отвечает она. - Без твоей клоунады тошно..."
       Трагизм и романа, и самого автора, и нынешней жизни состоит в том, что многое, если не сказать все, написанное автором, - чистейшая правда. Правда без прикрас, в которой многие узнают самих себя. Самих себя, со своей ложью, цинизмом, извращенной сексуальностью. Откуда взялось это трагическое загаженное и замусоренное поколение? Как и кто сформировал столь развращенные души молодых людей? И ответ дан: в первую очередь - родители.
       Отец, "удолбанный работой (а скорее всего молодыми телками) разрушил семью". Если бы не этот алчный и похотливый козел, жили бы мы все вместе, и ровно. Бег переездов, смен школ и круга общения и прочего отстоя.
       ...Раздражала и мать, постоянно находившая себе нового бойфренда... Такой уж я раздолбай, гены подвели. Именно из-за них у меня предрасположенность к беспорядочным половым связям, махровый эгоизм, поверхностное и потребительское отношение к женщинам - и вечный похуизм вдобавок.
       И атмосфера всего нашего социума, где превыше всего котируются бездуховность, оснащенная вседозволенностью, извращенностью, цинизмом и лживостью.
       Автору, благодаря его недюжинному таланту, удалось передать всю мерзопакостность этой атмосферы. В романе почти нет событий: один треп и внутренний голос главного героя, которому вдруг говорят: "А ты расскажи что-нибудь свое", и он рассказывает анекдот про слоненка, мартышку и удава, якобы из мультфильма "38 попугаев", которые нашли сто рублей и не знали, на что их потратить.
       - Давайте купим стеклянные бусы, - предложила мартышка.
       - А нахуя они нам нужны? - интересуется слоненок.
       - Тогда давайте на все деньги купим леденцов, - предлагает удав.
       - А нахуя они нам нужны? - снова интересуется слоненок...
       И так далее. А потом все замолкают и даже кто-то пытается хихикнуть.
       Герой расстроился и идет в туалет, где пятнадцать минут сидит на толчке, раздумывая о том, как бросить Риту и послать Лену ко всем чертям, как позвонить Кате...
       Герой, как и автор, сознают абсурдность своей бесцельной жизни, в которой все ложь: девицы лгут, вымогают, льстят, организовывают для своих возлюбленных зловещие подставы (с беременностью, СПИДом и прочими бедствиями), бросаю т своих ненаглядных, обрекая их на муки и унижения. И нет выхода из этого кромешного ада!
       Я закрываю книгу, а на, обложке снова читаю: "Эта книга о поколении двадцатилетних. О женщинах и мужчинах. О большой любви, которая может простить все. Или почти все. Как женщина, преданная однажды".
       Вспоминаю о том, что наши женщины предпочитают пошлость в конфетных обертках. Без грубятинки. С кайфом. Поигрывая в стыдливость, с нескрываемой радостью слушают всевозможные таинственные легенды о всяких эротических явлениях. И единственный мой шанс вернуть старых друзей - это впасть в потоки пошлости, чтобы замаранным и извращенным припасть к их ногам...
       Многие женщины, как и мои друзья знают о моих занятиях специальными научно-эротическими проблемами (я даже был приглашен за границу с одним из таких докладов). Я стыжусь делиться своими познаниями в присутствии женщин. Но иногда вынужден уступать их настойчивым просьбам.
       Читая романы типа Минаевского, я ловил себя на том интересе, который обнаруживал в себе к некоторым пикантным явлениям сексуального плана. Мне становилось неловко от этого, и я спрашивал у себя: "Неужто и ты такой пошляк, как все?"
       Я делился своими мыслями со своими знакомыми. Говорил:
       - Пошлость проникла во все поры нашей жизни, нашей души. Мы лишь на словах хотим душевной чистоты, а на самом деле нам не скоро удастся очиститься от той грязи, которая скопилась в наших душах"...
       - Что ты имеешь ввиду? - спрашивали у меня.
       Я помню свое тайное желание хоть в чем-то смутить мою собеседницу. Разумеется, я не употреблял бранных слов, но мое изложение некоторых особенностей духовного эротизма было достаточно откровенным. Я понимал: ее профессия журналиста требует и многознания, и освоения самых сложных проблем, в частности, интимной жизни; возможно, в силу этого был такой открытый интерес ко всему запретному.
       И еще: за кадром нашего общения присутствовала какая-то игровая соревновательность. Мы будто бы общались на уровне изложения научных знаний, а науке, как известно, чужды такие штуки, как стыдливость или смущения. Наука, не озираясь на догматы, установленные обществом, вторгается в любые сферы сексуальной жизни противоположных полов, не считая эти вторжения постыдными или недозволенными. Больше того, чем глубже было это вторжение, тем привлекательнее становилось общение. А за кадром таилось еще что-то далеко не профессионально-научное, чисто человеческое приближение, или точнее сближение двух людей противоположного пола, в конечном счете прикидывающих то, во что могут вылиться столь откровенные рассуждения и признания. Между мной и Алиной сразу образовалась незримая черта, определявшая бескомпромиссность установленных пределов сближения: говорить можно о чем угодно, но это вовсе не значит, что женщина может уступить в самом главном своем богатстве. Сразу наметившееся такое расстояние меня в чем-то обрадовало: я всегда боялся первых прикосновений к женщине и абсолютно не выносил посягательств на мою персону. Очевидно, все это сразу поняла Алина, поэтому так свободно стала общаться со мной, обсуждая любые темы интимной жизни человека.
       Может быть, поэтому я, забыв о всех страхах и стыдливостях, отважился поведать ей все то, что я совсем недавно рассказал Славе Миронову. Она слушала меня, глазам не моргнув, ни разу не покраснев, точно я говорил не о женских гениталиях, а о таблице умножения или о придаточных предложениях. Она нисколько не смутилась, когда я взял листок бумаги и нарисовал на нем репродуктивные органы в области таза женщины.
       Я спросил у нее:
       - Знаете ли вы, что означает Зона АФЕ, точка Графенберга и точка У?
       Она пожала плечами: "Не совсем".
       Я рассказал ей о том, что все эти эрогенные компоненты открыты сравнительно недавно, и о них мало кто знает. Так Зона АФЕ (эрогенная зона переднего свода) была открыта американским ученым Чуа в 1994 году. Данная область именуется Зоной, поскольку она значительно шире точек Графенберга и точки У (уретра).Она расположена напротив точки Графенберга. Если точка Графенберга расположена непосредственно над входом во влагалище, смещенная к передней части тела, то Зона АФЕ расположена ближе к задней части тела.
       Другая область высокой чувствительности точка У располагается на маленьком пространстве в промежутке между клитором и уретрой.
       Если обе точки физически выражены определенными телесными выпуклостями, то Зона АФЕ не имеет ярко выраженной грубой текстуры. Физических признаков этой Зоны вообще не имеется. Однако стимуляция этой Зоны вызывает увлажнение влагалища, что делает сношение приятным, повышая вероятность оргазма.
       На основании многочисленных исследований установлено, что Зона АФЕ уступает по чувствительности другим эрогенным зонам (клитор, точки Графенберга и У), но, как отмечают многие женщины, стимуляция данной Зоны вызывает приятные ощущения и ведет к оргазму.
       Разумеется, опытный партнер, знающий архитектонику женских, интимностей при непременном режиме релаксации (расслаблении) способен, чередуя варианты стимуляций, вызвать эякуляцию, как основу оргазма...
       - Ну а где же духовность? - спросила Алина Ивановна.
       - Хороший и правильный вопрос, - ответил я. - Американцы по своей природе и по своему воспитанию - прагматисты. Они всегда хотят ограничиваться лишь технологиями, тайна эротической духовности как раз в соединении, если хотите, ПРАВА, ДУХОВНОСТИ И ОТКРЫТЫХ НАУКОЙ ТЕХНОЛОГИЙ. Да, именно ПРАВО НА ОРГАЗМ ранее бесправной женщины. Подарить реализацию этого права - первейшая функция мужчины, считающего ДУХОВНОСТЬ основой ЛЮБВИ и СВОБОДНОГО САМОВЫРАЖЕНИЯ, как своего, так и женского. Мы впервые в мировой культуре определили ДУХОВНОСТЬ как единство интеллектуально-эстетических, нравственно-волевых и физических данных личности. Что это значит?
       А то, что Разум не должен быть до конца отключен от эротических действий любящих друг друга партнеров. При этом Разум должен РАБОТАТЬ по законам красоты, то есть эстетически выражать себя: прикосновения к эрогенным зонам, голос, шепот, вздохи и даже всхлипывания - все должно быт прекрасно, нежно и любовно. Не менее важен и нравственный аспект, соединенный с волей. Жизнь мужчины, развитие его половых функций и эротической энергии в силу ряда причин определяется СКОРОСТЬЮ, ДОХОДЯЩЕЙ ДО СУЕТНОЙ ТОРОПЛИВОСТИ, НАТИСКОМ, ПРИРАВНЕННЫМ К ЖИВОТНОЙ СТРАСТИ, безвольностью, то есть неумением сдерживать себя, управлять своей эрекцией. Европейские ученые разработали специальные упражнения, благодаря которым за несколько недель осваивается привычка сдерживать оргазм и эякуляцию. Благодаря этим упражнениям мужчина и женщина оказываются способными испытывать множественные оргазмы.
       - Не кажется ли вам, что вы трактуете эротику как нечто рассудочно-обязательное? - спросила Алина Ивановна!
       - Абсолютно верное замечание. Грош цена духовности, если она не доставляет радости и удовольствий. И здесь мы сформулировали ЗАКОН ЕДИНСТВА РАЗВИТЫХ ФОРМ НАСЛАЖДЕНИЙ, ЭРОТИЧЕСКОГО ОБЩЕНИЯ И ДУХОВНОСТИ.
       - В ваших книгах и в книгах ваших друзей много говорится о Любви и Свободе, а здесь вы будто упустили эти проблемы. Как это понять?
       - Снова ваше попадание прямо в десятку! - воскликнул я. - Главными ценностям ДУХОВНОСТИ являются ЛЮБОВЬ, СВОБОДА и СОЗИДАНИЕ, то есть творческая деятельность, в данном случае эротическая. В нашей трактовке, Любовь - это и долготерпение, и ответственность, и нежность, и милосердие, и щедрость души, и подвиг. А Свобода есть образ жизни, присущий Любви. Если Заповеди Любви мы вычленили из всей мировой культуры, то определение Свободы мы позаимствовали у нашего великого отечественного мыслителя Ивана Александровича Ильина.
       - А семинары-практикумы по проблемам эротической духовности вы не проводите? - улыбнулась, слегка впервые покраснев, спросила Алина Ивановна.
       - Только на индивидуальной основе, - быстро ответил я, рассмеявшись. И в своем смехе ощутил какую-то крохотную мерзопакостность. - А можно я буду в называть просто Алиной? Согласитесь: "Ивановна" вам как-то не подходит...
       - Я тоже всегда это чувствовала, - снова улыбнулась Алина. Как вы угадали это?
       - В вас сохранилось такое прекрасное качество, как детскость. В моем понимании "детскость" - синоним творчества и духовной чистоты.
       - А вот этих двух качеств мне как раз и недостает, - как-то очень решительно сказала Алина. Мне что-то мешает найти себя, истинную. Эта истинность была в моем детстве. Я любила рисовать и писать стихи, петь и танцевать, а сейчас все это куда-то ушло.
       Меня осенило: я вдруг увидел в Алине прекрасного ребенка, любознательного и духовно совершенного. Она и сейчас излучала какое-то удивительно непритязательное очарование. Я чувствовал, что ей нравится мое проникновение в ее душевный склад, в ее скрытые тревоги. Она была совсем не такой, какой хотела казаться: уверенной в себе решительной и отважной. Я чувствовал: она, как и многие молодые женщины, пребывает во власти современных веяний эмансипированных заблуждений, сметающих женское смиренномудрие, девическую робость и даже стыдливость. Потому она так запросто стала слушать мои разглагольствования об эрогенных зонах: как же все дозволено, раз мужчинам можно это знать, чем хуже женщина, почему она должна стыдиться своего естества. Неужто всю жизнь пребывать во тьме, не ведая ни своих слабостей, ни своих скрытых достоинств.
       - Хотите, я помогу вам разобраться в вашем истинном Я и найти то, что вами утеряно, то, что вы мучительно пытаетесь обрести? - Я вдруг увидел ее как бы в разрезе: вся ее внутренняя суть приблизилась ко мне и вошла в мою душу. Она была подкупающе притягательна. Что-то вспыхнуло между нами, зажглось и высветило совершенно очевидное ее расположение ко мне. - Я сейчас проведу с вами молниеносный диагностический цветовой тест. Это займет всего три минуты, а над результатом вы будете размышлять, возможно, годы. Боитесь?
       - Почему я должна бояться?
       - Потому что большинство женщин предпочитают оставаться неразгаданными.
       - Я не принадлежу к этому большинству! - резко произнесла Алина, как бы возвращаясь в свою эмансипированную сферу освоенной вседозволенности.
       - Этот тест научно обоснован нашими и зарубежными психологами, в частности Лушером и Драгунским. Я привнес в тест свои какие-то поправки, и могу сказать, что сотни проведенных диагностик всегда подтверждали истинность анализа, то есть все соглашались с результатами моих доводов и даже предсказаний.
       - В ваших тестах есть что-то от прорицательницы Сивиллы?
       - Никаких хиромантий, магий, гаданий - я против всего этого, -сказал я, а потом добавил. - Вместе с тем, я могу вам признаться в этом, я верю, как бы это лучше выразиться, в мир чудесных явлений, в загадочный мир интуитивных предчувствий и свершений...
       - О, это невероятно интересно, - перебила меня Алина. - Надеюсь это у вас не какая-нибудь чертовщина?
       - Я же вам сказал: мне абсолютно чуждо все, что идет от Антихриста. Но я, как человек глубоко верующий, верю в одну абсолютную для меня истину. Истину, которая спасает меня от многих бед.
       - Интересно, какая же это истина?
       Я весь сжался, и Алина это почувствовала. Я не знал, рассказывать ей о моих горестных событиях и о том, как спасаюсь от них, точнее, что меня спасает от моих бед.
       - Как по-вашему я изгой в это мире или же преуспевающий ученый? - неожиданно даже для самого себя задал я вопрос. - Только скажете честно. Вы ведь достаточно осведомлены о моем положении.
       - Я наслышана о вас и о ваших друзьях столько всего разного, что мне трудно ответить на ваши вопросы. Знаю только одно - вам нелегко живется.
       - Это мягко сказано, - перебил я Алину с некоторым раздражением. - Меня обложили как волка со всех сторон. От меня отвернулись даже близкие. С одной стороны во многих изданиях, в прессе меня называют выдающимся и даже пророком России, рекомендует всем вузам страны, школам, лицеям и даже родителям, а с другой стороны, - делается все, чтобы задушить и меня, и мои педагогические технологии. Кстати, это довольно типическая ситуация. Еще в позапрошлом веке некто Франсуа Рене де Шатобриан писал: "Участь талантливых людей горька: превознося их до небес, мы тут же забрасываем их каменьями, воздаем почести и тут же обливаем презрением. Мы терпеть не можем талантливых людей, считаем, что они обкрадывают нас. Мы ждем их смерти. А когда они уходят в мир иной, с облегчением вздыхаем: "Слава Богу, почил на своих лаврах..." Я, как видите, еще не почил...
       - И как же вы все же спасаетесь? Поделитесь со мной той истиной, которая спасает вас...
       - Вы сочтете мои признания своего рода мистическим бредом... Впрочем, я вам почему-то очень доверяю. Я только сейчас почувствовал ваше абсолютное сходство с одной особой, которая имеет прямое отношение и к моим тайнам, и к моим спасительным средствам...
       - Ничего я не сочту. Я тоже верю в свои интуитивные начала. Мой интерес к вам не случаен. Я потом вам об этом расскажу... Не томите меня, рассказывайте.
       - Хорошо. Мою истину знают все, но мало кто верит в нее. Она проста: "Ищущий истину не может быть одиноким, с ним всегда Бог". А мое божество - женского рода. Мадонна, о которой я потом как-нибудь расскажу. Ее зовут Лоттой. Правда, чудесное имя?
       Мне показалось, что Алина как-то смутилась и даже чуточку расстроилась. Потом она, точно спохватившись, несколько делано улыбнулась и сказала:
       - Вы хотели меня протестировать. И что же вы за три минуты сможете определить, кто я и какова моя дальнейшая судьба?..
       - Хорошо. Слушайте, - сказал я. - Мы совершенно не знаем даже сотой части того, что творится в нашей душе. Мы никогда не задумывались над тем, какое отношение имеет цветовая гамма или аура к сущности человеческого Я. У каждого человека свой неповторимый цвет или точнее сочетание цветовых оттенков, которые с точностью до микрона характеризуют сущность личности, ее наклонности; характер, способности, ее отношение к таким доминантным достоинствам Духа, как Любовь, Свобода, Добро и Красота. Я за научное видение мира, Алина.
       - И что же вы за три минуты все это определите? - недоверчиво произнесла Алина.
       - После тестирования вы сами скажете, на сколько верно я определил ваши основополагающие достоинства и то, что мешает вам в вашей самореализации. Итак, приступим, если вы не возражаете. - Я протянул ей листочек, на котором были написаны четыре цвета: "Красный, синий, зеленый, желтый", и сказал Алине, - а теперь вы напишите в столбик эти четыре цвета по степени их предпочтения, то есть какой цвет вы ставите на первое место, какой на второе, третье и последнее.
       Через пару минут Алина протянула мне заполненный ею листок с обозначением ее цветовых предпочтений: на первом месте был желтый цвет, на втором - красный, на третьем синий и на последнем - зеленый.
       - Горю желанием узнать все тайны про себя, - с приятной улыбкой проговорила Алина.
       Я молчал, обдумывая, как бы лучше ей подать то, что обозначилось в ее диагностическом листочке. Я боялся сбиться на банально-трафаретные пояснения. Опасался также привнести в свой рассказ те черты ее личности, которые уже сложились у меня на основе моего продолжительного и несколько необычного контактирования. Я стал говорить об Алине, даже как-то избегая смотреть на нее. Я разгадывал ее сущность исключительно по цветовому тесту, хотя моя исследовательская бухгалтерия сама по себе контролировалась тем, что я уже увидел в женщине.
       - Ваше главное достоинство, - начал я свой анализ, - складывается из любви к СВОБОДЕ. Вообще далеко не каждый человек стремится к своему собственному самоосуществлению. Многие придерживаются правила: "Как сложится, пусть так и будет". Вы же стремитесь к своей САМОРЕАЛИЗАЦИИ, хотя до конца и не знаете, в чем ее суть. Мы с вами говорили о том, что свобода есть образ жизни, присущий Любви, а Любовь - это и долготерпение, как говорил апостол Павел, он ставил эту добродетель на первое место, и щедрость души, и самоукорение, и любовь к своим потенциальным возможностям, к ближним и дальним, к природе и к Отечеству, к универсальным свойствам души. Любовь - это Бог. А у вас, не будь в обиду вам сказано, Свобода отделена от Любви, а свобода без любви - это и вседозволенность, и произвол, и тьма, если хотите...
       - Выходит, я пребываю во тьме? - как-то нервно и с очевидной жалостью к себе проговорила Алина.
       - Вы не обижайтесь. Это всеобщая, типическая черта людей нашего времени. Мы отказались от универсальности Любви, а следовательно, и от любви к себе, к людям, к Богу, к духовной сущности человечества и каждого человека в отдельности. Я уже говорил, что большинство нынешних людей раздражает даже само понятие "духовность", а не только призывы к ней. Вы спросите, что же делать. Мой ответ однозначен: обрести Любовь. Обрести во что бы то ни стало. И прежде всего Любовь к самому себе, к своим достоинствам и потенциальным возможностям. И в этом вам поможет ваше второе прекрасное качество - ОТВАГА доходящая до ДЕРЗНОВЕНИЯ. Дерзновение это не дерзость, а качество личности, как утверждал Бердяев, без которого не может быть ни творчества, ни талантливой личности. Вы бесстрашны и готовы во имя своей самореализации взяться за непосильный труд, совершить подвиг, и даже, как говорят в народе, горы свернуть. Но ваше бесстрашие без любви, нежной и властной, неизбежно приводит к тупику.
       Вам недостает спокойствия, недостает смиренномудрого движения к избранным вами целям. Вам не достает качества, которое я называю "Поступью Мадонны". Что меня всегда привлекало в образе Мадонны? Ее спокойная уверенность в том, что ее путь праведный, и она никогда, ни за что не свернет с этого пути. Она воплощение вот той УНИВЕРСАЛЬНОЙ ЛЮБВИ, которая вбирает в себя и свободу, и отвагу, и самореализацию личности. Мадонна ведь знает, что ждет ее любимого сына, но она не свернет со своего пути. Она вместе с сыном несет свой Крест - Крест Любви и Свободы. В этом проявляется ее СВЯТОСТЬ, ЕЕ СМИРЕННОМУДРИЕ, ЕЕ ЛЮБОВЬ и ЕЕ СВОБОДА. Если вы это качество, еще раз назову его СМИРЕННОМУДРИЕМ, поставите на первое место, тогда ваша отвага и ваша любовь к свободе будут служить именно этому вашему доминантному достоинству, вашей СВЯТОСТИ.
       И последнее, приношу вам свои извинения, но я ничего не могу поделать с откровенными признаниями ваших тестов: ваш главный недостаток - отсутствие почвы под ногами. У вас нет прочной опоры, благодаря которой вы смогли бы обрести устойчивость в этой жизни. Почва или почвенность в моем представлении - широкое и довольно емкое понятие: в него входят и убеждения, и жизненные цели, и ценностные ориентации. Опять же, скажу вам, беспочвенность или даже отсутствие поистине духовных ценностных жизненных ориентаций - тоже типичная черта нынешнего поколения. Раньше истинной почвенностью, в особенности женщин, - была семья, рождение детей, воспитание, любовь к мужу, к близким. Сегодня эти ориентации померкли. Они заменились двумя устремлениями: "сначала пожить для себя", то есть реализовать себя в любви, эротизме, не исключая всего того, что исповедует Антихрист, а именно, проявить полную свободу в том, чтобы любыми средствами доставить себе максимум наслаждений, не ограничивая себя ни в чем: ни духовными заповедями, ни нравственными традициями, ни законами истинно женского своего назначения.
       Второе устремление - достичь в карьере таких же результатов, какие достигаются сильным полом, то есть мужчинами. И эти два момента нашей беспочвенности коснулись, не обижайтесь на меня, и вас, Алина...
       - Я в вашей диагностике прямо-таки монстр какой-то, - мрачно проговорила Алина.
       - Не обижайтесь, Алина Ивановна, - тут я ее назвал и по отчеству, как бы отделившись от нее. Мы с вами назвали лишь разрозненные компоненты вашего Я. А они без движения, то есть в своей статике - ничто! Обратимся снова к раскладу ваших плюсов и минусов в их взаимосвязи.
       Вы обладаете мощным энергетическим потенциалом, который реализуется, порой безрассудно...
       - Ничего себе, положительный аспект, - перебила меня Алина.
       - Подождите же, будет вам и положительный аспект. Если хотите, эти ваши два достоинства, вы даже не представляете себе, какую великую службу они сыграют, когда вы определитесь окончательно со своим смыслом жизни, со своими ценностными ориентациями и с основной направленностью своей великой ЛЮБВИ. А она у вас будет непременно великая, поскольку ваша отвага и стремление служить великим духовным целям беспредельны.
       - И что же я должна сделать для этого? - почти насмешливо спросила Алина.
       - Скажу, - решительно произнес я. - Прежде всего обрести почву, которая у женщины складывается из двух основ: семья с непременной любовью и рождением детей и личным творчеством в той сфере ЛЮБВИ к ЛЮБИМОМУ ДЕЛУ, которая для вас так значима, как семья и воспитание детей.
       - Ага, рожать детей, чтобы в угоду государству преодолевать демографический спад, - язвительно проговорила Алина и добавила, - какое может быть творчество и любимое дело у рожающей и кормящей матери?! Мы, женщины, хотим быть такими же самосозидательными, как мужчины, которые, как показывает жизнь, ни на что не способны. Как заметил академик Разумный, современный мужчина стал экономическим импотентом. Могу добавить, он стал импотентом во всем: в политике, в военном деле, дипломатии и во всех сферах управления, где он способен лишь корчить умника и всезнающего прохвоста. Он даже скрыть свою несостоятельность не в состоянии... Далее, а где, скажите мне, взять эту самую любовь? Кого любить прикажете? Этих ничтожеств, похотливых бездельников и тунеядцев? Где они ваши мужчины, способные дать женщине и семье счастье, покой и настоящую любовь?
       - Я впервые встречаюсь с такой агрессивностью, - выдавил я, сворачивая свои бумажки, демонстрируя намерение как можно быстрее оборвать общение.
       Меня опередила Алина. Она схватила меня за руку и сказала:
       - Простите меня. Продолжайте, пожалуйста.
       Но продолжать я не захотел.
       - Как-нибудь в другой раз, - сказал я притворно улыбаясь.
       Я уходил, понимая, что поступаю не совсем правильно. Я видел погрустневшие ее глаза. Осязал ее беспомощность, обиду и сожаление. Но ничего с собой я поделать не мог: ее слова "всезнающий умник и прохвост" я почему-то отнес и к самому себе...
      
      

    7. "ВСЕЗНАЮЩИЙ УМНИК И ПРОХВОСТ"

      
       Алина своей властностью и уверенностью в себе что-то зацепила во мне. Глядя на меня, она своей проницательностью точно раздевала меня, приговаривая: "Ты такой же сладострастник, как и то множество ничтожеств, которые прошли через мою плоть". В ней была не только проницательность, но и в каждой реплике, в каждом движении обнаруживалась уверенность в себе, властность и то, что я называю мощностями матриархата. Это, как я уже обозначил ранее, коварные мощности: они ведут к неминуемой гибели и самих себя и окружающих их стадо баранов, раньше именовавшихся сильным полом. Вспоминая свое общение с Алиной, я ощущал себя младенцем, которому позволили говорить на серьезные темы и даже выносить судьбоносные приговоры прекрасному полу, выступающему в роли всесведующей и всепроникающей матери. Я сочувствовал и трагедии Алины: она давно похоронила свои материнские чувства, которые могли бы наполнить пол-мира своим обаятельным очарованием, щедрой нежностью и бесконечно сильной любовью. Отказавшись от всех прелестей материнства, размышлял я, Алина неизбежно оказывалась в лидирующем слое той зловещей элиты, которая не брезговала ничем: ни ложью, ни насилием, ни коррупцией с многочисленными провокациями, ни жестоким и мстительным отношением к своим избранникам. Если хотите, я боялся в чем-то Алины. Боялся того, что могу оказаться в сетях ее очаровательных почти скрытых притязаний, боялся в ее объятьях потерять себя, свою независимость и свою свободу.
       Вместе с тем, ее чары уже запали в мою душу, и там во всю ворошили мое прошлое; перебирая в памяти многочисленные романы и погружения в изумительные женские миры, с их полыхающей яркостью, с их сладостно-приторными, пьянящими до потери рассудка запахами и ароматами, я сознавал, что ни одна женщина не имела надо мной такой сильной власти, какая определилась в столь кротком общении с Алиной. Я ощущал себя явным прохвостом, потому что сознавал, что никогда не смогу полюбить по-настоящему эту изумительную властную женщину. Я был слабым и мелким для ее внутренней силы. Она до конца, наверное, не сознавала это. Я вдруг оказался для нее забавной игрушкой, которой можно было бы некоторое время позабавиться.
       К тому же я был в некотором роде настоящим умником, который мог бы сгодиться для расширения ее профессионального диапазона. Я заметил, на нее сильно подействовали те многочисленные отзывы о моих теориях и технологиях, которые я получал из разных стран мира. Зацепили ее журналистское нутро и мои рассуждения о гибели мира, о надвигающихся катастрофах, о спасении человечества. Когда я рассказал ей о том, что издательство "Русский мир" готовит мой Альбом под названием "Свет Любви и Свободы", где будет не только 500 репродукций моих картин, но и научный анализ (с предложениями и рекомендациями) того, как СПАСТИ ЭТОТ МИР. Когда я сказал ей, что одна из моих статей в этом Альбоме так и называется "Как спасти мир", а другая - "Женщины и дети спасут мир", она прямо-таки загорелась, сказав:
       - Дайте мне почитать. - И столько нежности было в ее голосе, в глазах, во всем ее облике.
       Нет, я, пожалуй, ошибся, не был я в ее глазах прохвостом. Я ощущал, правда, некоторые нотки моего хвастовства в общении с нею, ко эти нотки никак не тянули на уровень истинного прохвостничества. Одним словом, я запутался в своих размышлениях. Налицо было одно: она вошла в мой мир не как добрый ангел, а как властная хорошо продвинутая, как теперь говорят молодые люди, хозяйка.
      
      

    8. ТО, О ЧЕМ Я НЕ РЕШИЛСЯ БЫ СКАЗАТЬ АЛИНЕ

      
       Я никогда не выносил женщин со скрытой или открытой агрессивностью. И все-таки раскованность и свобода в поведении женщины мне были более симпатичны, чем робость, стыдливость и покорность.
       В последние годы я много времени уделил проблемам психологии женщины, ее социальной роли в обществе. Больше того в своих живописных и публицистических работах я провозгласил мессианское назначение женщины. Одна из моих работ названа: "Женщины и дети спасут мир". Я излагал банальные мысли о том, что род человеческий произошел не от обезьяны, а от женщины и то, что воспитание нового поколения во многом зависит от женщины, и семья, как ячейка общества, может окрепнуть благодаря усилием слабого пола. Естественно, я обратился к великим психологам, мыслителям и психотерапевтам, исследовавшим проблемы развития женщины, ее роли в обществе. Как и по многим другим направлениям и в этом вопросе я разделял позиции отечественных мыслителей - Достоевского и Толстого, Бердяева и Лосского, Булгакова и Ильина. Я не мог отрицать тонкие наблюдения и аналитические выводы таких психологов и мыслителей, как Гегель и Кант, Ницше и Фромм, Фрейд и Хорни.
       Зигмунд Фрейд ж Карен Хорни доказывают, что многие негативные черты у женщины основываются на ЗАВИСТИ к мужчине, обладающего мужскими гениталиями. "Зависть к мужчинам, - пишет Хорни в своем труде "Психология женщины", - может проявляться также в стремлении превосходить их, в разных формах пренебрежительного отношения к ним, в борьбе за независимость, коль скоро последняя предполагает возможность обойтись без помощи мужчины. В сексуальной сфере отказ от женской роли может открыто проявиться после дефлорации; последняя способна возбудить озлобленность по отношению к партнеру, поскольку переживается как кастрация. Женское чувство неполноценности рассматривается как выражение презрения женщины к собственному полу из-за отсутствия пениса".
       Сегодня мы говорим о развивающихся карьеристских наклонностях женщины. Однако ученые еще в начале прошлого века, отмечали, что женщины тщеславнее мужчин и что у них особо развито стремление овладевать так называемыми мужскими профессиями. Карен Хорни вслед за Фрейдом отмечает, что у женщин "мало чувства справедливости", и что они отдают предпочтение духовным и профессиональным интересам, относящимся к сфере мужской деятельности. И основной движущей силой в этих стремлениях женщины является "ее желание пенис".
       Последователи Фрейда, в частности Элен Дейч назвали мазохизм основной силой в духовном развитии женщины. По ее утверждению, - комментирует Карен Хорни, - женщине в конце концов требуется в половом отношении - так это чтобы ее изнасиловали; что ей требуется в духовной жизни, - так это чтобы ее унизили..."
       Такого рода глупости и "открытия" на западно-европейском уровне мне просто неприятно читать. Любопытно, что "специалистами"такой стряпни считают себя женщины. До сих пор не могу понять, как могла такая умная женщина, как Карен Хорни поддержать Фрейда в его нелепейших суждениях.
       Радуюсь тому, что в отечественной литературе, в философии и психологии нет такого рода "научных" суждений".
       В творчестве Достоевского и Вл. Соловьева, Толстого и Чехова, Бердяева и Булгакова (отца Сергия), Мережковского и Зинаиды Гиппиус ЛИК ЖЕНЩИНЫ БОЖЕСТВЕНЕН и КОСМИЧЕН.
       В своем труде "Жизненная драма Платона" Вл. Соловьев называет пять путей возможной любви - мужчины и женщины. Высший путь - это божественная любовь, когда человек предстает не в виде части, то есть половинки, а в виде "целого человека, в соединении мужского и женского начал". Человек становится в этом случае "сверхчеловеком", "богочеловеком"; именно здесь он решает главную задачу любви - увековечить любимое, спасти его от смерти и тлена". А когда в девяностые годы позапрошлого столетия в России снизилась резко рождаемость, Вл. Соловьев в своих работах благословлял и женщину и ее способность к деторождению, говоря при этом об общенациональном и государственном смысле этого явлениям. Надо ли говорить о том, насколько актуальны и по сей день мысли Вл. Соловьева.
       Нигде в отечественной культуре мы не найдем высказываний, порочащих святой лик женщины, хранительницы семейного очага и продолжательниц рода человеческого.
       Мои размышления так или иначе замыкались на Алине. Читая Соловьева и Розанова, я думал о ней. Постепенно образ Лотты как-то слился с образом Алины. Я спорил с ними, не различая их особенностей, настоящего и прошлого в их жизни. Я восторгался дерзновенными притязаниями Алины: это она приуготовлена к божественной любви, потому ей так труд но сейчас. Я говорил, что Богочеловек - это высшая норма человеческой ипостаси. И ничего в этом завышенного нет, ибо противоположность богочеловеку - человекобог, то есть Антихрист или его Агенты, саты. Я слышал ее голос, ощущал чарующий аромат ее кожи и страдал от того, что не мог приблизиться к ней даже в мыслях своих.
       Я не мог ей позвонить: что-то мешало, сдерживало. Я понимал, почему я так мерзко повел себя с нею. С самого начала, когда я толь ко переступил порог ее комнаты, я, взглянув на нее, сразу уловил некоторое, как мне показалось, высокомерие. Она точно говорила: "Вот вы какой, а я уж думала что-то особенное, вас так расхваливают на каждом шагу...". А потом меня точно кипятком ошпарили.
       В комнату вошел высокий, определенно красивый мужчина. Он, не обращая на меня никакого внимания, стоял спиной ко мне, поцеловал Алину в щечку и фамильярно пригладил ее волосы. Алина слегка отстранилась, и обращаясь ко мне, сказала:
       - Познакомьтесь, наш генеральный директор Сазонов Михаил Андреевич. - Этот примерзкий тип что-то промычал, на мою протянутую руку не обратил никакого внимания, что-то еще прошептал Алине и скрылся за дверью.
       Алина извинилась за его бестактность, сказала:
       - Он неплохой человек, но с большими странностями. У него большие неприятности по работе, поэтому он так себя ведет: ничего не видит, ничего не слышит. Но вообще-то в редакции все уважают нашего главного...
       Я пожал плечами и совсем сник! Возможно, этот нелепый эпизод и определил мое дальнейшее отношение к Алине. Я точно из кожи вон лез, чтобы в чем-то превзойти этого главного; хотя зачем? Этого я понять не мог.
       Я все время порывался позвонить Алине, но всякий раз меня что-то останавливало. Я сел за мольберт и стал, не думая ни о чем, набрасывать женский портрет. Постепенно я увлекся так, что забыл обо всем: на моем холсте явственно вырисовывался облик прекрасной женщины, очень даже похожей на Алину. Только в лице ее было слишком много доброты и страдания. Я даже вел с Алиной своеобразный диалог.
       Она: Разве доброта и страдание совместимы?
       Я: Нет и не может быть доброты без страдания. Взгляните на Мадонну Рафаэля: в ней органично соединено предчувствие беды с добротой и любовью.
       Она: Каждый человек, по-моему, стремится избежать соединения любви и страдания.
       Я: А как же понять такое выражение: "Любовь настоящая должна быть выстрадана"?
       Она: Почему "должна быть"? Истинная любовь - дар свыше. "Она приходит к человеку мгновенно. Она как молния. Недаром говорят о том, что истинная любовь всегда с первого взгляда.
       Я: Вы верите в любовь с первого взгляда?
       Она: Я верю в любовь без страданий Любовь - это счастье и наслаждение жизнью.
       Я хотел на холсте передать в женском облике предполагаемой Алины эту тайную жажду любви и наслаждения. Но мне хотелось и другого: привнести в портрет мои тревоги, мои страдания, мою тоску по женскому совершенству. Я слегка у переносицы приподнял ее тонкие брови, отчего придал лицу некоторое удивление. И я не поверил своим глазам. Мое изумление усилилось, когда мне удалось соединить тоскливо-восторженное выражение ее глаз с очаровательной, несколько капризной нижней губой: в портрете явно обозначилась некоторая горделивость и стремление выразить свое превосходство над окружающими. Среди этих окружающих был и я, такой нелепый и загнанный, что мне до боли стало жалко себя.
       Она: Вы принадлежите к тем людям, которые занимаются постоянно самобичеванием? Какой смысл?
       Я: Меня никто не любит...
       Она: А вот это уж неправда. Вы родились в рубашке, но постоянно топчите ее.
       Я: Откуда вы знаете?
       Она: Я была на вашей презентации. Видела, как изнывали девицы, желая побыть с вами.
       Я: Это ни о чем не говорит.
       Она: Говорит о многом. Вот я по-настоящему одинока.
       Я: А этот длинный, ваш главный?
       Она: Пустышка и воображала.
       Я: тем не менее вы близки с ним?
       Она: Поцелуи в щечку - это еще не близость. Впрочем у него есть свои достоинства. Он честен и обязателен. Его слово - закон. Он по характеру своему добытчик. Работает как вол. Зарабатывает баснословные суммы. Живет один. Свои отпуска проводит на разных островах...
       Я: Сколько же ему лет?
       Она: Тридцать пять. Был женат, но развелся. Мечтает о жене, которая сидела бы дома и пекла ему пирожки...
       Я не мог больше слушать о ее начальнике и перевел разговор на другую тему.
       Я: Вы изумительная женщина, поистине богочеловеческая душа. О такой женщине можно только помечтать. Я боюсь даже приблизиться к вам...
       Она: А зря...
       Я думал: а вдруг она на самом деле так бы сказала мне? Нет, не скажет. Я чужой для нее человек: бедный, загнанный...
       ...Мне осталось прописать лишь фон на портрете, и тут я растерялся. Моя чистая рассудочность подсказывала использовать те тона, которые обозначила Алина на своем диагностическом листе. Однако от преобладания желтого и красного я сразу отказался: это не истинный цвет Алины. Ее гамма иная, как у Рембрандта: краплак с киноварью. Но и этим краскам противилась моя душа. Фон должен быть таким, решал я, чтобы высвечивалась ее душа: что-то от голубизны с облаками густой синевы. Но и от этого сочетания я отказался. За этим занятием меня застал Слава Миронов. Он ахнул, когда взглянул на портрет. Он сразу узнал Алину. Сказал:
       - Да ты, брат, вляпался по самые уши.
       - С чего ты это так решил?
       - А тут и раздумывать не надо. Надо слишком любить женщину, чтобы написать такой портрет.
       - Ты считаешь, что-то получилось? А я вот мучаюсь с фоном: никак не найду нужную тональность.
       - А я бы оставил так, как есть, разве что прошелся чистыми белилами - это и будет фон ее светлости...
       Как только сказаны были эти слова, так я сразу увидел яркую белизну с добавлением кадмия желтого слева, а справа в белила, думал я, добавлю киновари или неаполитанской розовой...
       - Ты посиди минут десять, а я сейчас же пропишу фон, пока кураж не прошел...
       Когда я покончил с фоном, Слава мне сказал:
       - А ты знаешь, зачем я пришел к тебе? Твои поклонницы мне проходу не дают. Трещат каждый день: "Пригласи к нам Олега". И сегодня специально для встречи с тобой устроили вечеринку у Розы Матвеевой. Эта та, которая цветы тебе подарила на презентации и даже обняла тебя, сукиного сына... А ты никак не отреагировал...
       - Никаких вечеринок! -отрезал я. - Настроение не то. А вот с тобой выпить могу. - Я достал из шкафа фужеры и бутылку "Столичной".
       - Нет, дорогой, пить я не стану, и тебе не дам. На вечеринку мы должны попасть трезвыми. Ни в одном глазу. Девки - первый сорт. Не станем их обижать. Очень тебя прошу, у меня тоже там свой интерес будет. Помоги, старик...
       Взгляд у Славы был умоляющим, и я согласился.
      
      

    9. СТРАДАНИЯ РОЗОЧКИ МАТВЕЕВОЙ

      
       В двухкомнатной квартире Розы Матвеевой было чистенько, тепло и уютно. Предки, как она выразилась, уехали на дачу и вернутся только через два дня. Стол накрывала Роза, а ей помогала ее подружка-однокурсница по университету - Соня Завьялова. Мы со Славой открывали консервы, банки с солениями и, конечно же, бутылки. Роза предпочитала красное вино, а Соня - белое. По репродукциям картин висевших на стене, по книгам на полках можно было определить уровень интеллигентности семьи Матвеевых, высоко чтивших художников-импрессионистов, отечественных мыслителей конца XIX и начала XX столетия и современных, неизвестных нам со Славой художников-модернистов.
       - Да, это мало известные художники, - пояснила Роза. - Мы познакомились с ними на Кипре, и они папе подарили эти две композиции.
       - Прекрасные работы, - отметил Слава. - По манере письма эти штуки напоминают мне работы Розенталя: все звенит кругом и дышит неуемной радостью.
       - Мой папа тоже любит Розенталя. Он немало времени провел в Латвии и хорошо знает творчество Розенталя. Папа, как и Розенталь в свое время, верит в то, что миссия искусства состоит в формировании духовной жизни человека, а сфера духовной жизни несравненно выше политической и даже общественной деятельности.
       - Вы тоже так считаете? - спросил я.
       - Я еще в этом не разобралась, но то, что в политике слишком много лжи и уродства, а искусство непременно гибнет, если в него проникает хоть толика лживинки в этом я не сомневаюсь... Вы так не считаете? - вопрос был обращен ко мне. Она пытливо глядела на меня своими прекрасными светлыми очами, и ее большие губы слегка вздрагивали от волнения.
       - Пожалуй, вы правы, - ответил я. - Ваши книжные шкафы заполнены книгами мыслителей отечественной культуры. Это дань времени или же вера о великое назначение творчества таких философов, как Бердяев и Ильин, Булгаков и Вышеславцев?
       - Названные вами наши философы никогда в нашем отечестве не станут модными, - ответила Роза. - Вы заметили, что за последние десять лет эти философы изданы огромными тиражами, но ни одной исследовательской работы по тем проблемам, которые эти философы считали основными.
       - Какие же это проблемы? - улыбнулся я, задавая ей провокационный вопрос.
       - Те самые, которые и для вас оказались главными. Это проблемы духовности и права, любви и свободы.
       - Вы тоже этими проблемами занимаетесь?
       - Интересуюсь, - иронично ответила Роза. - Представьте себе, даже в Институт философии как-то по этому вопросу ходила. Знаете, что мне там заявили? Сказали: "Мы этими проблемами не занимаемся". Впрочем предложили побеседовать с профессором Гореловым. Уж такого дурака и проходимца в жизни не встречала. Он мне сразу сказал: "Как же и я занимаюсь духовными проблемами и мой друг Панарин..." Я обрадовалась, говорю: "Дайте что-нибудь почитать". Он дал мне свою какую-то брошюрку, где ни слова о духовности и дал книжку этого самого Панарина, где философ лихо рассуждал о Гоголе, Пушкине и Лермонтове". Я не могла понять, что они меня за дурочку принимают или как. Я сказала, что меня интересует философия духовности и права в произведениях отечественной культуры конца XIX и начала XX столетия. Он как взвился, как стал на меня орать, что я едва ноги унесла оттуда...
       - Роза, Слава, ребята, ну что мы с вами конференцию устраиваем, давайте потанцуем! - это Соня не выдержала.
       - В самом деле, - поддержал ее Слава.
       Роза посмотрела на меня пытливым взглядом. Я пожал плечами: дело хозяйское.
       Включили музыку. Слава и Соня пустились в пляс, а мы с Розой продолжали беседовать.
       - Вы! Кончайте базар! - закричала Соня, - Присоединяйтесь к нам.
       Я поднялся и пригласил Розу. Я никогда не встречал такого плотного и крепкого стана. Ее талия была тонкой, изящной и легкой.
       - Как же вы пластичны и грациозны! - вырвалось у меня.
       Роза смущенно опустила ресницы.
       - Вы всем говорите такие комплименты? А я думала почему-то, что сфера общения с дамами вас не интересует.
       - Разве талия - это сфера? Кстати, талия была привлекательной сферой лишь в ХVIII и XIX веке, а сейчас на слуху и в мужских бельмах другие сферы...
       - To, что чуть повыше и чуть пониже талии. Вы это хотите сказать? - Роза улыбнулась и слегка покраснела.
       Я понимал: ей шел девятнадцатый год, и она хотела казаться совсем взрослой и раскованной.
       - У современных мужчин на первом месте даже не грудь, - крикнула нам Соня, - а попочка. Моя шестилетняя сестренка сказала недавно, что меня всегда будут любить мужчины, потому что у меня попочка круглая.
       Этот небольшой экскурс в сферу женских прелестей как-то сразу изменил атмосферу общения: девушки расковались и стали дозволять себе легкие ухаживания за кавалерами. Сонечка дважды обняла Славу и, кажется, поцеловала. Слава не сопротивлялся: напротив был доволен такого рода вниманием.
       Розочка один раз будто нечаянно коснулась грудью моего плеча, а затем своей изящной ручкой поправила мне волосы. Она смеялась, и ее глаза искрились радостью и чувством ликующего праздника. Она почему-то сказала:
       - Я хочу, чтобы вам было хорошо, а потом добавила, - хочу, чтобы этот вечер для вас был незабываемым.
       Слова эти она произнесла шепотом, но противная Сонька все расслышала и довольно громко прокомментировала:
       - Все будет зависеть от того, какой синхрон получится в вашем горизонте, милая!
       - Сонька, не хами! - оборвала Роза свою подругу.
       - Розочка, - парировала ей Соня. - Ты знаешь, что для меня открытый текст всегда был лучше всяких там ужимков и прыжков.
       Потом мы снова общались в застолье и даже коснулись снова сложнейших духовных проблем. На сей раз проблем духовного эротизма.
       - Эх, бабоньки, видели бы вы, какой женский портрет написал Олег, - сказал Слава.
       Я успел наступить ему на ногу, давая понять ему, чтобы он заткнулся, но он замычал:
       - А чо, а чо! Портрет, действительно, отдает шедевром. Что-то потрясающее. - На меня смотрела Роза с широко раскрытыми глазами. Она тихонько спросила:
       - С натуры портрет?
       - Нет? Чистый вымысел. У моего отца был друг Саша Кузнецов, который посвятил моему отцу такое стихотворение. Я прочту пару куплетов:
       Рассказать ли вам, братья мои,
       Как один человек
       Вечно юную в мире искал
       Ею грезил вовек,
       Но однажды в своем тайнике он нашел идеал,
       И хранил он его, словно солнечный дар.
       Тайну мира чудак не открыл, никому, никому,
       И печален он был незнакомец всему.
       - Прекрасное стихотворение, - захлопала в ладоши Роза. - И какое отношение имеет это стихотворение к вам?
       - Я ищу тайну моего идеала, - сказал я почему-то растрогано и смущенно. - Ищу средствами живописи, потому что в ней я абсолютно свободен и духовен. Я пытаюсь найти то великое и божественное, что есть, наверное, во мне, как и во всяком человеке. Если бы вы знали, как мне хорошо было, когда я что-то угадал в своем идеале или хоть капельку приблизился к нему! Я считаю: человек погибает окончательно и бесповоротно, если им прекращается духовный поиск. Поиск своего идеала...
       - Я на сто процентов согласна с вами, - поддержала меня Роза.
       - А я на двести, - брякнула, смеясь, Сонечка.
       - Опять мы сбились на конференцию, - рявкнул Слава. - Давайте оторвемся по полной! Кто за это?
       - Все, - крикнула Соня. - Хотите, я на столе спляшу.
       - С элементами стриптиза! - подсказал Слава.
       - Почему с элементами?! - возмутилась Соня. - Все будет исполнено по полной программе.
       - Эх ты, Сонька золотая ручка, - мрачно приостановила свою подругу Роза. Говорила же тебе: будь паинькой, а ты опять расчехвостилась...
       - А чо, а чо? - снова забубнил Слава. - Сонечка все сделает интеллигентно и доброкачественно. Можно и свет пригасить. Как ты, Сонечка?
       - По барабану мне: хоть при свете а хоть в полных потемках...
       Не спрашивая ни у кого согласия, Соня со Славой быстро убрали со стола посуду, пригасили свет, оставив лишь ночничок в соседней комнате.
       - Танец будет исполнен в стиле Айседоры Дункан. Босиком. Закрыли глазки, друзья мои. Откроете, когда будет дана команда.
       Мы повиновались. Стоило мне закрыть глаза, как я ощутил на своей груди теплую и нежную руку Розы, сидевшей совсем рядышком. Жест, я так понял, выражал что-то успокоительное, дескать, простим им, не ведающим своей греховности.
       Когда была дана команда открыть глаза, мы увидели нечто дивное. На бедрах полуобнаженной Сонечки болтались два фонарика, излучавшими синий и красный цвет. Музыка, должно быть, специально подобранная для этого номера была тихой и проникновенной. Фигура Сонечки была далека от совершенства, но то обаяние, которое исходило от ее движений, замысловатых движений всех возможных и невозможных частей тела, завораживало и исключало какую-либо пошлость и вульгарность. Мы замерли, не в силах были проронить ни оценочных слов, ни замечаний, ни выражения благодарности. Удивил нас с Розой фантастический финал танца. Изогнувшись и крыльями распростав свои руки, Сонечка, будто в полете, прыгнула над столом и ее подхватил в свои мощные объятья ее кавалер - Слава Миронов. Снова была дана команда закрыть глаза, а когда мы открыли глазки, Соня и Слава сидели рядом с нами как ни в чем ни бывало.
      
      

    10. ДУХОВНЫЙ ЭРОТИЗМ

      
       А потом уже в третьем часу ночи был включен телевизор, и мы по каналу ТНТ имели честь узреть не просто порок, а любование порочностью: показывали фантастических размеров член Распутина, различные способы совокуплений и другие сексуальные непристойности. Роза не выдержала и выключила телевизор.
       - Поразительная, вещь, - заговорил я. - С одной стороны, в народе баснословный спрос на просмотр различных форм порочности и бесстыдства, а с другой, я это точно знаю, острейшая тоска по истинно духовным ценностям в том числе и эротическим.
       - Есть и такие? - спросила Роза.
       - Ты с луны что ли свалилась, матушка! - воскликнула Соня. - Духовный эротизм или эротическая духовность - это одна из важнейших проблему, в том числе и той высокой любви, которую принято называть божественной.
       - Полностью согласен с этим, - поддержал подругу Слава. - Не будь бы духовного эротизма женщины бы рожали уродов и ублюдков. И секрет здесь вот в чем: соитие мужчины и женщины, как правило, от Бога, а не от Дьявола. Всякий раз, принимая от мужчины живительное семя, женщина приближается к Богу. В этом ее природная и духовная сущность. Но об этом лучше меня может рассказать Олег.
       Все посмотрели на меня. На лице у Розы вспыхнуло удивление и ожидание моего ответного слова. Я сказал смущенно:
       - Слава преувеличивает характер моих знаний в этой области. Готов подтвердить это словами Сократа: "Я знаю то, что ничего не знаю".
       - Не скромничай! - закричал Слава. - Должен вам сообщить, дорогие мои девоньки, что Олег по этим проблемам, а именно по вопросам духовного эротизма стажировался в Америке и в Индии. Знания о женской сексуальности, которыми сейчас располагает Олег, учеными мира получены совсем недавно, примерно с 1988 по 1994 годы, а исследования продолжаются и, по сей день. Может быть, ты продолжишь, старина, - обратился ко мне мой друг.
       Я молчал. Всепонимающе глядела на меня Роза. Я думал.
       Меня вдруг снова осенило: единственный человек, которому я мог бы поведать без стеснения все, что я узнал о духовном эротизме, была Алина. Я чувствовал: конфликт между нею и мной был лишь внешне, на поверхности, а в глубинах наших душ, я был убежден в этом, мы были едины. Она понимала меня, и я ей был несказанно благодарен за это.
       - Олег, в конце концов мы с вами взрослые люди, - сказала Соня даже с некоторой обидой, - и то, что вы не желаете нам рассказать о чем-то очень важном для нас, я воспринимаю даже как оскорбление, не будь в обиду вам сказано...
       - Духовный эротизм - явление, конечно же, весьма и весьма деликатное, - заговорил вдруг Слава вполне серьезно и располагающе. - Речь идет о таких вещах, которых не знает и не касалась ни наша медицина, ни сексология, ни другие науки.
       - Да не тяните вы кота за хвост, - снова возмутилась Соня. - Скажите, в чем суть проблемы и что же открыто западно-европейскими учеными.
       - Я не могу об этом говорить, - сказал я. - Выводы, которыми сейчас располагают зарубежные ученые, еще не проверены до конца, и было бы ошибочным говорить о них, как о выдающихся открытиях.
       - Хорошо, я попробую рассказать вам то, что я узнал от Олега, - сказал Слава. - Только с одним условием... - Слава посмотрел на девушек, улыбнулся им, добавив в форме вопроса, - надеюсь вы знаете, о каком условии я говорю?..
       - Понятия не имеем, - сказала Соня. - Да нам все равно. На любые условия мы согласны. Не убивать же ты нас собираешься...
       - Условие очень простое, - пояснил Слава. - Вы должны будете нам помочь разобраться в этой проблеме, так сказать на практике.
       Девушки улыбнулись, толком не понимая, о чем идет речь.
       Что меня больше всего поразило, так это то, что ни Соня, ни Роза нисколечко же засмущались, когда Слава стал рассказывать о париуретральной железе, сходной с мужской предстательной железой, о зоне АФЕ, о точках Графенберга и Уретры, о выделении эякулята, благодаря которому усиливается или даже обеспечивается возможность оргазма.
       Я был поражен тем, что Слава так быстро освоил все то, что я ему рассказал, так сказать, о технологической стороне духовного эротизма.
       - И все же непонятно, какое же отношение имеет духовный эротизм в структуре и физиологии женских половых органов? - решительно спросила Роза.
       Снова я испытал некоторую неловкость от того, с какой прямотой был задан Розой этот вопрос, казавшейся мне девушкой с большим потенциалом стыдливости. Слава ответил на ее вопрос:
       - Суть духовного эротизма, как и всех духовных явлений без исключения, состоит в том, что партнеры, в первую очередь мужчина совершают все свои эротические действия подчиняя их духовным ценностям - Любви и Свободе. И здесь могут иметь место в общем-то известные всем правила чисто технологического порядка, - рассказывал Слава. - Первое правило: добиться эякуляции посредством стимуляции точки Графенберга. Второе правило: релаксация, когда женщина позволяет себе расслабиться (заметим у женщины при этом может быть выделен эякулят от чайной ложки до чашки жидкости). Третье правило: стимулирование зоны АФЕ. Четвертое правило: стимуляция клитора и точки У (от слова уретра). Пятое правило: женщина должна себя чувствовать свободно, расслабленно (релаксация), полностью доверяясь любящему партнеру. Шестое правило: нежность и неторопливость вхождения мужчины в женское лоно. Седьмое правило: мужчина должен уметь задерживать оргазм. Остальные правила, связанные с увеличением продолжительности сношения, строго индивидуальны, их применение достигается длительными упражнениями, направленными на развитие у мужчин и разумеется, у женщин множественных оргазмов.
       Я понимал: девочки хотели казаться взрослее, чем они были на самом деле. Хотя им перевалило за восемнадцать, я все же воспринимал их не то, чтобы как несовершеннолетних, а как девочек, чье девичество и нравственное достоинство я должен был оберегать. Мне казалось, что я с помощью Славы опущен в какой-то непристойный омут. Вспоминались небрежно брошенные слова Славы: "Моя Сонька трахается с тринадцати лет...". Мне хотелось спросить тогда: "А Роза? Но я воздержался. Слава, почувствовав мое намерение задать такой вопрос, шепотом сказал мне: "А у Розочки ты будешь первым".
       Соня, разинув рот слушала своего друга. Задумчиво проговорила:
       - Это оказывается целая наука. И где можно найти таких мужиков, которые могли бы освоить все эти премудрости?..
       Роза, потупив взор, массировала свои ручки: нервничала. Изредка она подымала глаза и бросала взгляд на меня, точно извиняясь за изложенную непристойную информацию.
       Я сгорал от стыда и от сознания своей причастности к происходящему, которое мною осознавалось не иначе как растление малолетних. Роза, я в этом потом убедился, поняла мое состояние. Сказала мне топотом, почти на ушко:
       - Не обращайте внимания...
       - Да у нас еще в девятом классе девки не такое рассказывали, - рассмеялась Сонечка, должно быть расслышав то, что сказала мне Роза.
       - Ну вот что я вам скажу, господа хорошие, - сказал Слава. - Чтобы усвоить то, что открыли ученые, нужна практика. Приступим к ней...
       Снова я взглянул на Розу. Она чуть-чуть покраснела, а в глазах ее, широко распахнутых и таких прекрасно-стыдливых, смешались вдруг, как мне показалось, и боль, и радость, и трепетное умиление и отчаяние.
       - Не волнуйся, - сказал я Розе. - Я тебя в обиду не дам. Ты кого-то мне сильно напоминаешь. Что-то святое есть в твоих глазах... - Сказав эти слова я едва не прослезился. Голос мой дрогнул, и я добавил: - Ты в тысячу раз лучше всех присутствующих. Будь всегда такой...
       - Буду, - совершенно спокойно, блеснув в мой адрес ослепительно невинной улыбкой, прошептала Розочка. А потом, точно призадумавшись, сказала: - А можно мне как-нибудь попасть на ваш семинар-тренинг. Правда, что вам удается в каждом выявить и развить талант? Действительно, что талант есть у каждого?
       - Отвечаю сразу на оба твои вопроса, - сказал я. - У меня ответное предложение. Давайте я с вами проведу такой семинар. Кстати, Слава меня об этом уже просил дважды. Пригласим желающих, а потом устроим выставку работ, может быть, даже на Международном уровне...
       - Вы шутите?
       - Нисколько. Через два месяца планируется Международная конференция с моими участием как раз по проблемам ускоренного выявления и развития профессиональных талантов. Вот мы на этой конференции в качестве примера о раскрытых талантах организуем выставку вашей живописи...
       - Я никогда в руки не брала кисть. Не знаю, что такое холст и масляные краски - что же и у меня что-то получится?
       - Гарантирую: на триста процентов.
       - А почему профессиональных талантов? Какие профессии вы берете?
       - Любые. Талантливость нужна каждому профессионалу: токарю и пекарю, художнику и инженеру, педагогу и врачу, философу и журналисту, одним словом - всем.
       - У профессиональных талантливостей есть что-то всеобщее?
       - Определенно есть. Американский психолог Роберт Дилтс написал блистательную работу о том, как стать гением, как развивать свою талантливость. Он пришел к выводу. что на первом месте у любого проявленного таланта стоит такая способность, как СПОСОБНОСТЬ ВИЗУАЛИЗАЦИИ, или видения, или СОЗЕРЦАНИЯ. Наш отечественный мыслитель в свое время говорил, что главная черта таланта творческой личности - ТАЛАНТ СОЗЕРЦАНИЯ. Созерцание, по Далю, и по тому же Ильину, означает "смотрение вглубь", умение в любой деятельности четко видеть конечный продукт своего труда, способы работы и самовыражения личности, себя в этом процессе выявления и развитии собственной талантливости.
       - Это и к любви применимо, - застенчиво улыбнувшись, спросила Роза.
       Я снова чуть не расплакался, так был поражен ее вопросом .Позднее она основательно займется исследованием этой проблемы. Даже напишет первый свой труд, который назовет так: "Любовь к Любви" и пояснит мне:
       - Это нисколько не тавтология. Это самое главное. Если нет Любви к Свободе, к Творчеству, к Любви - ничего нет: ни таланта, ни личности, ни спасения человечества. - Я соглашусь с нею. А тогда в нашу первую встречу я ей сказал:
       - У тебя потрясающее видение проблемы. Я нутром ощущаю твою талантливость: искрящуюся, самобытную, оригинальную.
       - А почему живопись лежит в основе ваших семинаров?
       - Не только живопись. И философия, искусствоведение, психология творчества, психотерапия, сочинительство - проза, поэзия, драматургия - все это в единстве с живописью, где главными компонентами, если можно так сказать, являются ЦВЕТ И СВЕТ. Свет по существу своему трансцендентен или божественен. Ему противостоит тьма, то есть все, что идет от Антихриста, Дьявола. Дьявольская тьма тоже может быть освещена разноцветными огнями, но этот зловещий свет лишь усиливают выражение темных сил. У Апостола Иоанна Свет приравнен к Богу, как Любовь. Свет, Бог, Любовь - это синонимы, обозначающие сущность Бога. Наши глаза - это ОКНА в божественный мир, в мир Света и Любви. Об этом ты можешь прочесть в моей книге "Дорогу талантам!". О, идея, - вскричал я, - Мы проведем семинар при одном условии: если вы, участники семинара, прочтете эту мою книгу. Прочтение будет пропуском на семинар для всех. И ты будешь главной ответственной за подготовку семинара. Славе мы поручим закупить краски, холсты, рамы, разбавители. Согласны?
       - Согласны! - возбужденно почти вскрикнула Роза.
      
      

    10. МОЛНИЕНОСНОЕ ВЫЯВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ
    ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ТАЛАНТОВ

      
       На семинаре, кроме Славы, Розы, Сони, Алины, были еще педагоги, студенты и аспиранты технических и гуманитарных университетов, университета культуры и искусств, университета права, центров образования и даже представителей детских садов, дети из средней и старших групп. Такая разновозрастность меня нисколечко не смущала, наоборот, она вносила что-то чудодейственное в самом ходе семинара. Хотели того или нет, но молодые люди в возрасте от 17 до 30 лет поражались тому, как трудились на этом семинаре малыши из детского сада и школьники младших классов. Я уже сто раз рассказывал о том, что меня поражало (до сих пор не могу в этом разобраться!) то, как внимательно слушали малыши все, что касалось теории трансцендентального синтез а, природы талантливости и гениальности. А уж с каким рвением дети включались в поиски живописных самовыражений, как горели их щечки, как пылали или порой затемнялись их прекрасные глазки, - об этом обо всем не расскажешь: все великое и творческое НЕВЕРБАЛИЗУЕМО, как невербализуема БОЖЕСТВЕННОСТЬ.
       Я начал семинар с просьбы назвать каждому любимый цвет. Затем попросил назвать цвет самых различных явлений, категорий, добрых и злых сил: весны и зимы, добра и зла, любви и свободы. Цвет собственной личности и любимого дела и даже цветовую гамму нашего семинара. Я показывал всем найденные решения. У большинства весна и любовь, добро и красота изображались светлыми красками - красной, оранжевой, лимонной, розовой. Однако, когда я сказал о том, что СИЛА СВЕТА этих тонов усилится, если будет, скажем, окаймлена прямо противоположным цветом - краплаком или изумрудной зеленой, марсом коричневым или железной лазурью, участники семинара стали экспериментировать средствами соединения тонов, смешивая краски, добавляя в свое многоцветье белила и все то, что казалось им выражающим их настроение, их творческий порыв. Об этом я особо, захлебывающийся от полыхающей во мне энергии, говорил о связи цветовых и световых самовыражений с глубинными образованиями души, сердца, ума и всего того, что есть в личности.
       Конечно же, в процессе этой работы я излагал некоторые технические приемы: как смешивать краски, как наносить мазки, как строить композиции и как освещать изображаемый предмет; далее следовал рассказ о тенях и светотенях, о пятнах, линиях и даже о том, как лучше изобразить человеческое лицо, дерево, дом, дорогу, поле, животных.
       И особо о живописных темах: пейзажи, портреты, композиции, жанровые картины; живописные стили: реализм, .импрессионизм, авангардизм, ташизм, модернизм, неомодернизм. Я брал себе в союзники известных художников, раскрывал их творчество, показывая репродукции картин.
       Господи, сколько было трепетного волнения, когда я показал участникам семинара две картины Казимира Малевича, названными искусствоведами гениальными шедеврами - это картины "Пейзаж с пятью домами" и "Торс в желтой рубашке!". А уж когда на экране (через эпидиаскоп) вспыхнула во всем своем многоцветье картина Павла Филонова "Формула весны", участники занятия долго не могли оторваться от нее, рассматривая каждый миллиметр шедевра художника, угадывая его намерения, способ письма и характер самовыражения. Не менее интересными для участников семинара оказались работы Роберта Фалька "Старый мост" и "Французский пейзаж". На этих двух пейзажах мы самым подробным образом изучили суть композиционных решений в пейзаже: светлый верх и темноватый низ, едва намеченные охряные дома с примесью оранжевых бликов, и несколькими цветовыми пятнами - человеческая фигура и мощные стволы деревьев на косогоре.
       И наконец, спрашиваю у присутствующих:
       - А как бы вы изобразили человека, передав его состояние радости или печали, усталости или быстрой ходьбы?
       Молчание. И я показываю картину Константина Истомина. "В мастерской". У окна, за которым белый снег, дома, а низ комнаты темный, сложенные в углу холсты. Мольберт. Одной коленкой женщина опирается на стул, другая ее ножка на багровом полу.
       - Но самое интересное, - говорю я присутствующим, - то, что лицо женщины написано как бы одним мазком: лицо розовое, а волосы совсем темные, как платье: очевидно, краплак с коричневой.
       И я даю задание всем, но троих участников семинара приглашаю к своему столу, разумеется, с их холстиками и маленькими палитрами с красками. Прошу:
       - Попробуйте, вот так двумя-тремя мазками написать фигуру человека. Я тоже напишу сейчас за одну минуту человечка, который будет что-то делать... Итак, поехали...
       Через пару минут я уже показываю всем у частникам семинара то, что написано на холстинах. Смех и оживление в комнате.
       - Желающих что-то подправить или внести изменение в цветовую гамму прошу подойти к столу.
       Желающих хоть отбавляй. Коллективное творчество состоялось, и я прошу каждого выбрать свой сюжет, цветовую гамму, стиль и манеру письма.
       Далее следует двухчасовая работа над созданием своего живописного шедевра. Я напоминаю словами Шишкина и Модильяни о том, что "рисовать надо быстро"! Поясняю почему:
       - Надо довериться интуиции, своей душе, своему волнению. В искусстве рационализм или рассудочность - дело тупиковое. Рука также мыслит и чувствует, как наш мозг и наше сердце.
       Участники семинара верят мне. Краски, запахи, атмосфера общего волнения рождает неслыханный порыв. Вижу, как Розочка лихорадочно смешивает краски, торопясь нанести их на свою живописную работу "Моя бабушка". Несколько подражая Истомину, она неаполитанской оранжевой, которую я тут же назвал телесной, написала лицо бабушки, белый платок - белилами на фоне синено окна, а кофту - марсом коричневым с охрой, смешанной с кадмием желтым. Низ тоже коричневый с добавлением краплака. Я показываю всем портрет, созданный Розой, говорю, не жалея добрых слов:
       - Потрясающая работа! С каким вкусом написаны лицо и вся фигура бабушки, любимого человека Розы.
       И вдруг я слышу легкие всхлипывания малыша. Подхожу к нему. Он сквозь рыдания говорит:
       - У меня ничего не получается...
       - Как же не получается, когда ты написал такой изумительный пейзаж, который я бы назвал так: "3арево". - Показываю всем пейзаж мальчика. - Взгляните, сколько радости и красоты в этом пейзаже! Какое небо! Как здорово написаны поле и река...
       Такого рода, пусть завышенные оценки, нужны участникам семинара как воздух. Прием такого рода назван западными психологами "ПРИЕМОМ ЩЕДРОСТИ ДУШИ". Эта оценочная щедрость как неиссякаемое пламя охватывает всех, и малыш улыбается, радуется тому, что и в нем проявился талант, и он говорит мне:
       - Я еще нарисую. Еще лучше чем этот...
       Не оторвать от своих живописных работ ни Сонечку, ни Славу, ни Алину, ни всех остальных участников этого необыкновенного волшебства.
       - И все-таки почему вы называете это занятие развитием профессиональных талантов, а не художественным творчеством? - спрашивает Алина.
       - Прежде всего я хочу вам задать вопрос: "Вы видите мир, скажем, свою журналистскую работу, свои статьи, то, о чем вы пишите - все это вы видите в черно-белом варианте или в цветном?"
       - Скорее в черно-белом, потому что мне важна мысль, а не ее цветовая гамма. И эта мысль перед моим взором вспыхивает в черно-белых строчках.
       - А вот Пушкин, Достоевский, Набоков видели сюжеты своих романов, героев своих в цвете. У Пушкина преобладали чистые неразмытые тона: белый, красный, синий, а у Достоевского - мрачные коричневые краски, будто пронизанные огненной желтой молнией. У Набокова соединение оранжевых и голубых тонов, призрачно-мерцающая серость, лиловый румянец и оранжевая желтизна - все это в просветах нетерпеливого тумана смерти, в ледяном ужасе потустронности. Здесь, как видите, все цвета смешаны, и цветовая гамма оказывается на грани жизни и смерти, которая "угодливо и неумолимо раскинулась" и перед Лужиным, и перед другими героями.
       Талант в любом деле - это свет. Это яркие краски, это радость постижения красоты!
       Попробуйте, Алина Ивановна, увидеть содержание ваших новых статей в цвете и в свете - и вы создадите свой неповторимый стиль письма.
       А потом был вернисаж, и приглашенные мною видные художники и искусствоведы высоко оценили написанные картины, особо обратив внимание на их самобытность оригинальность, неповторимость колера.
       А самым приятным для меня было решение многих участников семинара: немедленно, сегодня же закупить холсты, краски и кисти и через месяц-другой подготовиться к персональным выставкам.
      
      

    11. ВЕРНИСАЖ

      
       Через неделю ко мне пришел Слава, возбужденный и радостный.
       - Слушай, старик, - обратился он ко мне без каких-либо подходов. - Ты задурил нам всем наши глупые головы. Мы с Сонькой написали по 15 живописных работ, а Роза намалевала целых двадцать. Все это мы выставили в Сонькиной квартире. Приглашаем тебя на наш вернисаж.
       Я несказанно обрадовался приглашению, и вечером мы встретились. Как и в прошлый раз стол был накрыт: красовались вина и закуски. В центре стола уютно расположился букет гвоздик. Но больше всего меня поразил вернисаж. Я знал авторов вернисажа, и меня восхитили не просто работы моих друзей, а то, что они сумели выразить самих себя в написанных картинах.
       Я стал анализировать, специально оставив почему-то напоследок анализ картин Розы. Что было примечательно в картинах? Они были написаны в разных стилях.
       Слава написал свои шедевры в стиле чистейшего модернизма. Его кумирами оказались Святослав Воинов, Владимир Татлин, Натан Альтман и Василий Кандинский. В каждой его картине присутствовал человек - мужчина, или женщина, одетые или обнаженные.
       Слава привнес в свои сюжеты мир техники: детали машин, шестеренки и колеса, инструменты и заводские трубы. Он назвал свой стиль "неосупрематизмом". Меня радовало то, что мои друзья запросто стали ориентироваться в живописных стилях. И еще то, что у каждого из них явно обнаруживалась, если можно так выразиться культура СОЗЕРЦАНИЯ. Я никак не ожидал, что у нашей Сонечки так ярко вспыхнет радостное чувство своеобразного поклонения жизни, самой замечательной, самой удачливой. И названия ее картин были изумительными: "На седьмом небе" - на оранжевых облаках лежащая женщина, вся в цветах. "Родился в рубашке" - здесь была нарисована огромная разноцветная рубашка, украшенная цветочками и листочками, и из этой рубашки выглядывала смеющаяся голова не иначе как Славы Миронова - рыжего и крепкого.
       Роза, слушая мои аналитические высказывания, должно быть, изнывала от нетерпения: когда настанет ее черед оказаться перед судом.
       И ее черед наступил.
       Я и по сей день не могу понять, как у этой юной девушки пробудились такие великие чувства печали и человеческой скорби. Я думал: неужто у нее всем этим тягостно-печальным грузом переполнена душа. Гамма ее картин тоже была соответственной: преобладали фиолетовые и синие тона. Изображаемые фигуры были написаны на кроваво-краплаковом, Рембрандтовском фоне. И названия картин, и сюжеты были кричащими: "Моя бабушка в вымирающей деревне": здесь она по-новому решила тот сюжет, который был выполнен ею на моем семинаре: бабушка стояла во весь рост с поднятыми руками, точно молилась о пощаде, о милости Божьей. В центре ее вернисажа было изображение Богоматери, выполненное в лучших традициях православной иконописи. Рядом с Богоматерью была картина, названная так: "Безутешная" - женщина стоит на коленях, низко наклонив голову - все это в серых тонах: все темно-серое - тучи над головой женщины, одежда несчастной, холмик могилки с крестом, над которыми склонилась женщина.
       А когда я говорил еще об одной картине, все в комнате притихли, и лица моих друзей стали предельно печальными. Картина называлась так: "Сердце кровью обливается". Здесь был изображен мужчина, лежащий на полу комнаты, а рядом с ним лужа крови.
       - Ну что я могу вам сказать, - начал я свой рассказ. - Ваши работы, все без исключения потрясли меня своим духовный накалом, своей могучей любовью к высоким ДУХОВНО-ТВОРЧЕСКИМ ИДЕАЛАМ, которые живут и в каждом из вас, и в народе в целом. Мне хотелось бы еще и еще раз сказать: мы с вами занимаемся не художественным творчеством, а истинным гражданско-патриотическим становлением личности в системе развития дарований средствами искусства.
       Я не хочу сужать проблему до уровня академической мелкотравчатой эквилибристики, когда истинное подменяется ложью, а гражданственность трактуется, как рабская покорность тоталитаризму. Казалось бы, невинное наше занятие живописью! Но как вы смогли проявить посредством нее свой гражданский пыл, свою гражданскую страсть. И здесь я хотел бы в самых высоких тонах сказать о том, что ваши работы - это крик души! Это призыв к духовно-правовому обновлению России. О ваших работах я бы хотел сказать словами Ивана Ильина: "Надо смыть позор своих преступлений, следы вынужденного страхом приспособления. Надо смыть черное бесчестие прошлых лет и поверить в свою собственную непоколебимую честь, чтобы восстановить ДОВЕРИЕ К СЕБЕ САМОМУ И НАУЧИТЬСЯ УЗНАВАТЬ ЛЮДЕЙ, то есть видеть их ДУХОВНЫЙ СМЫСЛ, радость обновления и избавления от лжи. Никакое пустословие о "демократии", "федерации", "свободе" не заменит ОБНОВЛЕНИЕ ДУШ, избавления от дьявольской лжи, бессовестности и бесчестия. Нечего браться за освобождение России, за воспитание молодых людей БЕЗ СОВЕСТИ, БЕЗ ПРАВДЫ, БЕЗ ВЫСОКОЙ СОЗЕРЦАТЕЛЬНОСТИ".
       И здесь я не удержался, а стал размышлять о том клеветничестве современных САТОВ, то бишь сатанистов, которые на все лады в своих "творениях" рассказывают о бездуховном поколении нынешних молодых мужчинах и женщинах, которые будто бы только и думают о том, как бы поскорее приблизиться к тем неминуемым катастрофам, которые надвигаются на наш мир и неминуемо ведут к гибели.
       Конечно же, я не упустил возможности долбануть как следует писателя Сергея Минаева с его разложенческим романом "The ТЕЛКИ". Мой рассказ вызвал бурное оживление. Сам факт того, что так оскорбительно были названы женщины, потряс аудиторию. Решили: написать в издательство "ACT" протест. Я заметил, что в это издательство я представил не так давно свой роман "Нежность" - тоже посвященным проблемам духовного возрождения России. Но роман был отклонен с пояснением: "ПРОБЛЕМЫ ДУХОВНОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ РОССИИ издательство не интересует.
       - Этот вернисаж, - продолжал я, - живое свидетельство того, что проблема РЕНЕССАНСА - наиважнейшая для современной молодежи!
       Своими работами, дорогие мои, вы доказали то, что дар СОЗЕРЦАНИЯ предполагает в человеке повышенную впечатлительность духа! Душа истинного гражданина, предрасположенная в СОЗЕРЦАНИЮ, всегда оказывается в сфере таинств мира, в сфере таинств Божьих. Вы не думайте, что это ваше самовыражение в представленных работах явилось просто так, само по себе. Нет, это ваш длительной поиск всего истинного в этом мире, это то ваше будущее, за торжество которого вы будете бороться всю последующую жизнь.
       Я еще раз хочу подчеркнуть, что созерцание - это интуиция, это духовное смотрение, когда углубляется взгляд человека, который "ВЧУВСТВУЕТСЯ В САМУЮ СУЩНОСТЬ ВЕЩЕЙ". Созерцание - это и воображение, и духовная любовь, и интенсивность направления к любимому предмету.
       Мне бы хотелось, и я верю в это, что вы будете себя видеть в новом свет возрожденческих тенденций нашей родной России. - И здесь случилось со мной что-то неладное: из моих глаз хлынули слезы. Голос мой задрожал, и я прервал на полуслове свое выступление...
       Ко мне одновременно подскочили Алина и Роза. У одной в руке был стакан воды, у другой - пузырек с какими-то каплями. От проявленного столь дивного внимания мне стало сразу легче и спокойнее. Я с особенном радостью воспринял слова аспиранта МГТУ им. Баумана Жени Гарцева и его руководителя, директора Межрегионального учебно-научного Центра "Технологическое образование" Валерия Кононовича Балтяна, которые мне в один голос сообщили, что намерены развивать лучшие традиции отечественной технологической культуры, в частности, все то, что завещали великие инженеры нашего Отечества - Жуковский, Шухов, Чижневский и многие другие.
      
      

    12. ЕЩЕ ОДНА НОЧЬ

      
       После вернисажа был симпатичный праздничный ужин, и Слава на нем сказал, обращаясь главным образом ко мне:
       - Ну, старик, если все то, что ты сказал правда, то нам цены нет.
       - Я не все сказал, - ответил я довольно серьезно. - Ты - будущий инженер, и обнаруженный и в какой-то мере развитый твой талант созерцания непременно проявится в твоей инженерной деятельности. Это не миф. Не случайно такие великие инженеры, как Владимир Григорьевич Шухов и отец русской авиации Николай Егорович Жуковский утверждали, я цитирую, дорогой, "вне культуры не может быть талантливо го инженера". И еще: "Настоящий инженер должен быть художником". Заметь, художником не для того, чтобы малевать картины, а для того, чтобы на уровне высокого технического искусства создавать новую технику и высокие технологии технического мастерства. Если ты создал столь замечательные живописные работы твой созерцательный талант проявится непременно и в твоем профессиональном деле. Давайте выпьем за это.
       Мы чокнулись. А Розочка с грустью спросила:
       - Неужели и моя творческая деятельность в искусствоведческой сфере будет такой грустной, как мои картины?
       - Отвечу на твой вопрос с обозначением весьма любопытной перспективы. Истинное искусство создается либо большим страданием, либо большой любовью. Не случайно в народе говорят: "Великое надо выстрадать". Но самые замечательные шедевры в любой деятельности создаются тогда, когда страдание соединяется с любовью. Вот это соединение, дорогая Роза, и есть истинная твоя перспектива.
       Мы еще долго обсуждали самые различные проблемы, так или иначе связанные и возрождением или рождением в нас самих самого лучшего, что есть в людях, и возрождение самых лучших традиций отечественной культуры. Обсуждали до тех пор, пока Слава не закричал нараспев: "Спать, спать по палатам, пионерам и вожатым!"
       Все рас смеялись, а Сонечка, схватив Славу за руку потащила его в соседнюю комнату.
       Был третий час ночи. Роза постелила постель. Выключила свет и попросила, чтобы я отвернулся.
       - Все, дорогой повелитель, - сказала она призывно и с некоторой наигранной бравадой, - Ложе приготовлено.
       Я не знал, что делать. Перед моим взором замаячил образ Алины, и я снова чуть не заплакал...
       На моей щеке до сих пор мурашки прыгают, когда я слышу ее голос. А тогда, когда я ощущал биение ее сердца, когда святая непорочность предстала в мерцающей мгле совсем обнаженной: я видел ее закрытые глаза, такие жалостливые темные губы (нижняя сильно опущенная вниз), ее дивную шею и в сиреневых отблесках ночника маленькую и бегущую навстречу мне волнующую все мое нутро трепетную грудь, и обнаженные ножки, и стыдливо прикрытый крохотными ладошками загадочный треугольник ее интимных заветностей, я едва не потерял рассудок. Инстинктивно я укрыл ее одеяльцем и нежно прикоснулся губами к ее руке.
       - Олег, - тихо проговорила Роза. - Мне от тебя ничего не надо. Посиди со мной рядом.
       В ее голосе было столько жалости и мольбы, что я всей душой сразу осознал и даже проклял свое мерзопакостное поведение. Мне захотелось как можно быстрее исправить ошибку. Я сбросил с себя одежду и лег рядом с девушкой, вдруг задрожавшей, точно ее поразил какой-то зловещий озноб. Мне захотелось сделать для нее что-то очень хорошее, чтобы душа ее успокоилась. Я погладил ее по головке. Она, должно быть, восприняла мой жест как призыв и согласие к близости. Она стала целовать мою ладонь, всем телом приближаясь ко мне.
       - Я еще там на презентации вашей влюбилась в вас, как последняя кошка. Я ночи не спала, ждала этого часа, этих прекрасных минут.
       - Успокойся, Розочка, - бормотал я. - У тебя вся жизнь впереди. Я уверен, что ты будешь счастлива, как никто другой.
       - Я знаю, - отвечала Роза сквозь слезы. - Я совсем неопытная. У меня не было мальчика, но я буду стараться делать все то, о чем вы говорили...
       Мне стало как-то горько и обидно за себя, точно я окунулся в грязные воды собственной греховности. Рядом со мной притихла святая непорочносеть, не осознающая свою великую святость. От нее шел удивительно приятный цитрусовый аромат пробуждающейся страстности. Ее тело было совершенным, доступным и жертвенным. Ее разум был замутнен освоенными социально-эротическими предрассудками: она страдала от того, что не была такой, как многие ее подруги, которые начали половую жизнь кто в шестнадцать, кто и намного раньше - в 12 и 13 лет. Она слушала рассказы своих одногодок, с восхищением рассказывающих ей, сколько радости и несказанного наслаждения доставляет им секс. Они употребляли слово "секс" также запросто, как употребляют другие обиходные слова: вода, хлеб, тепло, холодно. Суть этого слова она усвоила еще в детском саду, где дети посмеивались над мальчиком, игравшим на саксофоне. "Ты хоть знаешь, что означает слово "Саксофон?" - спрашивали у него бойкие пигалицы. - "Это музыкальный инструмент", - отвечал хлопчик. - "Дурак, саксофон - это секс по телефону..." И следовал гомерический хохот. Она и ощущала себя ущербной, и некому была рассказать ей о своем "горе". Ее воспитывала бабушка. Она водила ее в церковь и с необыкновенной проникновенной любовью рассказывала ей о Богоматери. Поэтому, когда я сказал ей, что в ней есть что-то от Богоматери, она вздрогнула, собралась в комочек и заплакала.
       - Ты радоваться должна, что в тебе есть что-то святое. Ты совсем не такая, как Соня. Соня тоже хорошая, но она уже успела растерять то, что является самым главным для женщины.
       - А что является самым главным? - робко спросила Роза.
       - Хочешь, я об этом расскажу тебе самым подробным образом?
       - Хочу, - сказала она и добавила - Очень хочу.
       - Тогда слушай, ручка и бумага у меня всегда под рукой. Иногда ночью приходят удивительные мысли: записываю, чтобы не забыть...
       В полутьме провел с нею пилотажное цветовое тестирование. На первом месте у нее оказался синий цвет, который я называл "Цветом поступи Мадонны", на втором зеленый, а дальше - желтый и красный. Я долго думал. Она с тревогой спросила:
       - Что-то не так?
       - Все, как я и предполагал. Ты - чудо. Ты еще не раскрылась, не нашла себя, не почувствовала сладость своей великой божественности. Она в тебе есть. Она глубоко запрятана, и как всему земному и прекрасному ей угрожают многие опасности. Мы живем в тревожный век взлетов и падений людских. Нас на каждом шагу подстерегают тлетворные соблазны и греховные искушения. Часто мы не в силах устоять против их натиска, разукрашенного разными привлекательными вещами...
       - Об этом мне бабушка говорила. Я боюсь этих натисков. Как разобраться, где соблазн и искушение, а где истинная радость? Как разобраться в этом? Я не знаю...
       - Это неправда! - едва не вскричал я. - Ты все знаешь, но ты гонишь прочь от себя то истинно духовное знание и видение, которые дарованы тебе через твою бабушку самим Богом.
       Комочек ее тела сжался еще сильнее. Коленками она упиралась в мой живот, и мне от этого было невероятно хорошо.
       - Поругайте меня, - сказала она, всхлипывая. - Поругайте меня, как следует. Я - мерзкая и самая прегадкая дурочка. Возомнила себя черт знает чем. Даже хотела пойти... Стыдно говорить об этом. Но вам я скажу. Мои две одноклассницы в 14 лет оказались в этом самом доме...
       - В доме терпимости? - спросил я, понимая, что слово "бордель" она не в состоянии произнести.
       - Так вот, когда я встречалась с ними, они рассказывали о том, как в лучшую сторону изменилась их жизнь: у них свобода, куча денег и какие угодно развлечения. Со своими любовниками-олигархами они успели побывать на Кипре и даже сделали по одному аборту. Они мне предлагали: "Хочешь сведем тебя с нашими мамками?" Я отнекивалась, но и не возражала: "Надо подумать". - "Думай мать, пока не поздно, пока ты в самом соку. Такой товар сейчас здорово ценится. У тебя в клиентах отбоя не будет...".
       Я слушал и сгорал от стыда и самоукоренения. Я уподобился "мамкам", "клиентам", "мерзавцам-сладострастникам". "Нет, думал я, надо заронить в ее душу великую богодуховную мысль о чистоте женской души, о ее великом человеческом предназначении.
       - Знаешь, Розочка, над чем я сейчас работаю? - спросил я неожиданно для самого себя, однако смутно представляя весь ход, точнее начало моего повествования о взлетах ж падениях юных созданий.
       - Не знаю, но догадываюсь. Вы не поверите, но я все время думала о вас, о том, как вы смело ведете борьбу с разной нечестью, как стремитесь возрождать Россию и все лучшее, что было в ней. Мне все время хотелось быть хоть в чем-то полезной вам. Во мне тоже сидит то, что вы называете тоской по идеалу или тоской по совершенству. Я и сейчас с вами не потому, что соблазнилась вашей красотой и вашим красивым телом...
       - У меня красивое тело? - рассмеялся я, а она по-детски, совсем по-детски, ответила:
       - Вы - самый лучший...
       - Ну да Бог с ним, с этим телом. Ты, Розочка, сейчас коснулась самого главного - идеала. Без идеала нет ни настоящей женщины, ни настоящего мужчины, ни родины, ни жизни. Мы в состоянии лишь приблизиться к идеалу, но и это приближение может оказаться великим подвигом для нас. Главная моя проблема, над которой я сейчас работаю - это проблема грядущего поколения. Я вижу прекрасное будущее, ну не Царство Божие, а духовно совершенное поколение в наших детях, в тех, кому сейчас пять-шесть лет. Мы уже немножко опоздали и чтобы наверстать упущенное, нужны невероятные усилия. Ты взгляни на сегодняшних малышей: их не оторвать от компьютера, их интересует информатика и устройство души человеческой, талант, дарования и способы их реализации. Я поражен тем, что на моих семинарах-тренингах, посвященных трансцендентальному синтезу, по пять-шесть часов сидят детсадовские ребятишки, сидят как вкопанные, не шелохнувшись, вбирая в себя мои теоретические построения, которые уже не в силах освоить и сделать их для себя привлекательными умудренный жизнью сорокалетний гражданин нашей страны. В моей книге изображен на портрете мой четырехлетний участник моих занятий Миша Благирев. Мама на семинаре сидела рядом с ним. Она постоянно предлагала ему выйти проветриться или попить чайку, а он однозначно отвечал: "Не мешай".
       Я и до сих пор не могу понять: как, каким образом постигается этими крохотными существами сложнейшая философия мира с ее идеалами и завышенными притязаниями. Из этих ребятишек, любознательных, восприимчивых и отважных сформируется новое поколение руководителей страны, высоких профессионалов во всех сферах труда, управленцев среднего звена и так далее. Сформируется, если нынешние поколение взрослых не помешает им, не закрепостит их дарования, не упрячет их таланты в узкие пеналы школьной схоластики. Я не хочу ругать наше образование и наше воспитание. Но оно, к сожалению, в силу гнуснейших авторитарных традиций нацелено на подавление способностей, а не на их развитие, на убиение дарований, а не на их расцвет. Я гляжу на наших детей: сколько в них красоты, гармонии, ума и чувства красоты. Они не замечают всех своих достоинств, как ты не замечаешь и не чувствуешь своей красоты, своего божественного совершенства. - Я неистово сдернул с нее одеяло, выпрямил ее ножки и расправил ей плечи.
       - Ты взгляни на себя со стороны: сколько таинственного загадочного совершенства в отчаянии, не находя себе места или самовыражения блуждает, в тебе. Я счастлив от того, что ты подарила мне эту возможность созерцать твою красоту. Она лежала с закрытыми глазами, и я знал: она каким-то чудесным своим внутренним взором следила за моим взглядом, чувствовала мое дикое неудержимое желание расцеловать ее всю от кончиков пальцев на ногах до ее чудесной, смиренномудрой головки, приуготовленной ко всему: и к добру и к сладострастной греховности. Но я сдержался и продолжал: - В тебе живет великая женщина. Ты не менее отважна и величественна, чем Богоматерь. Ты должна, обязана спасти свое совершенство и принесли его на Алтарь Спасения рода людского. Ты считаешь, что я глупости говорю?
       - Нет-нет, - поспешно сказала она. - Вы говорите именно о том, что мне было так необходимо...
       - Было?
       - Я не так выразилась. Сейчас необходимо. Продолжайте, пожалуйста. Можно мне укрыться?
       - А знаешь, кем бы я хотел быть для тебя? - спросил я, приподымая одеяло и одновременно касаясь щекой ее груди.
       - Кем? - спросила она, приоткрыв глаза.
       - Духовным возлюбленным, - ответил я и в каком-то непредсказуемом отчаянии припал к ее телу. Она обхватила руками мою голову, и мы замерли, точно погрузились в вечность мироздания. - Будем считать, что мы заключили с тобой союз братства, сестринства и материнства.
       - А почему материнства?
       - Знаешь, - признался я. - Я вдруг ощутил себя рядом с тобой крохотным ребенком, сыночком твоим. Ты меня будешь жалеть? И бить не будешь?
       - Я буду вас любить, - сказала она и крупные слезы навернулись на ее глаза. Кончиком одеяла я вытер ее слезы. Укрыл до самого подбородка.
       - Ну а теперь я расскажу тебе о твоих минусах. Я недавно тестировал одну юную особу, так у нее все плюсы обернулись в минусы...
       - Как это?
       - Очень просто. Если свобода и отвага отделены от любви и смиренномудрия, пиши все пропало: достоинства оборачиваются недостатками и даже пороками. Тебе же не достает отваги, свободы и дерзновения. Ты себя не узнаешь, если тебе удастся соединить свою ГЛУБИННУЮ НЕЖНОСТЬ И СТОЛЬ ЖЕ ГЛУБОКОЕ СМИРЕННОМУДРИЕ с ДЕРЗНОВЕНИЕМ И СВОБОДОЙ.
       - В чем и как это должно выразиться?
       - Схема предельна проста. Ты должна научиться ставить перед собой СВЕРХ-ЗАДАЧИ. А это значит, как сказал Фолкнер, уметь поднимать ношу больше той, какую ты уже осилила.
       - Например?
       - Ну, скажем, ты приучила себя вставать в семь часов. И в этом вопросе твоя сверхзадача будет состоять в том, чтобы вставать в шесть, и за один час прочесть двадцать-тридцать страниц, скажем, какого-нибудь сложного философского текста.
       - И это все?
       - Нет, конечно, сверхзадачи могут быть разной сложности. Может быть и такая: наметить для себя индивидуальную программу и закончить университет в два раза быстрее.
       - А такое возможно?
       - Наши ученики в Европейском университете права заканчивали университет в 18-19 лет, а в двадцать становились кандидатами наук и доцентами. А один из них, Андрюша Коробейников, кстати, сын уборщицы, росший без отца, кроме того, что стал доцентом, преподавал в вузе Римское право, он стал еще и великим пианистом нашего времени: он одержал восемнадцать побед на различных музыкальных конкурсах, был награжден круизом по всему миру с сольными концертами в разных странах. Вот это глобальная сверхзадача. Точнее, у Андрея были целые системы сверхзадач: бытовые, эстетические, интеллектуальные, философские, нравственно-волевые, физические. Они-то и составляли основу его ДУХОВНОСТИ. Ты, Розочка, не должна торопиться. Месяц-другой подумай, поразмысли и определись в этих самых сверхзадачах.
       - Нет, я сегодня же, сейчас выберу себе эти сверхзадачи, и у меня непременно все получится как надо...
       - Вот эта твоя вспыхнувшая уверенность - залог того, что ты достигнешь невероятных успехов в своем развитии как в духовном, так и в других направлениях становления твоей прекрасной личности...
       - Можно вас поцеловать, - вдруг шепотом произнесла Роза. Я был удивлен ее просьбой. Я даже в темноте ощущал ее моляще-жалостливый взгляд. Я наклонился и тихонько коснулся губами ее щеки, она ответила мне тем же и как-то облегченно вздохнула:
       - Теперь мне и помирать не страшно. - Она точно вся ушла в себя. Теперь я для нее уже не существовал. Она погрузилась в свой, родившийся только что мир, мир идеалов, сверхзадач и самых невероятных планов.
       - А знаете, что я решила? - спросила она, и не дожидаясь ответа, сказала: - я напишу роман, роман, который про себя буду называть "Анти-Лолитой". Я не люблю Набокова за его высокомерие и заносчивый аристократизм, и еще за совсем гадостные словечки, которыми он напрочь уничтожает свою языковую культуру.
       - Например?
       - Меня чуть не вырвало однажды, когда кажется в его романе "Дар" я прочла такую фразу: "Бабушка вобрала в себя СОПЕЛЬКИ..." Какая гадость! Это хуже, чем мат.
       - И о чем же будет ваш роман?
       - Здесь я буду вашей ученицей. Роман будет, если хотите, о духовной чистоте современной девочки, девушки и молодой женщины. Согласна, что это наиважнейшая проблема для нашего несчастного Отечества. Я буду писать, придерживаясь ваших правил. Первое, писать о том, в чем стыдно признаться даже самой себе. И второе правило: писать так, чтобы между тобой и Богом не было никаких перегородок.
       - Это не мои правила, - сказал я. - Это Толстой их придумал.
       - Но вы же тоже их придерживаетесь. Я поражалась тому, насколько вы беспощадны к себе.
       - Это не я беспощаден, а мои герои.
       - Для меня ваши герои - это вы. И я люблю ваших героев за их искренность и правдоискательство. Как вы думаете, получится у меня что-то?
       - Вы не должны сомневаться. Сомнения равносильны самоубийству.
       - Нет, уж если я чего решу...
       - То выпью обязательно, - перебил я ее.
       - Как это? - не поняла моей шутки Роза.
       - Это слова из одной песни Высоцкого: "Уж если я чего решу, то выпью обязательно..."
       - А вы знаете, я и Высоцкого не люблю. Он был честным человеком... Но грубиян и хулиганист... Я таких не уважаю.
       - Прости, я тебя перебил...Так чего же ты решила?
       - А я уже начала после прочтения ваших книжек выполнять свою сверхзадачу. Я была, у бабушки. А она живет, как вы рассказывали в вымирающей деревне. Ни магазинов, ни дорог, ни автобусов. Я предлагала бабушке бросить деревню, а она ни в какую. Сказала: "Я здесь на родной земле и помереть хочу..." И потом она мне рассказывала о том, как она любит именно эту свою родную землю. Я записала ее рассказ и включила его в свою работу... Знаете, о чем моя эта работа?
       - О чем?
       - Представьте себе, о патриотическом воспитании, о любви к Родине и к самим себе. Я на сто процентов разделяю ваши мысли о единстве развития профессиональных талантов и возрождении лучших традиций России. Когда я писала эту работу, я мечтала о том, как обязательно расскажу вам о ней, а когда закончу, буду просить вас прочитать ее...
       Из глубин моей души снова хлынули слезы. И я прошептал, заикаясь, едва сдерживая свое волнение:
       - Господи, Розочка, как же ты прекрасна! И как мне хорошо стало от твоих слов...
       - И еще, я купила краски. И уже нарисовала портрет моей бабушки, а на другой картине нашу деревню и лес, в котором я так люблю собирать грибы...
       - И ты пригласишь меня в свою деревню? В гости к твоей бабушке?
       Господи! Что же произошло с Розочкой, когда я произнес эти слова! Она вскочила с постели, прикрыв свое тело простыней, захлопала в ладоши и запела, пританцовывая:
       - И были три свидетеля: река голубоглазая, березонька пушистая и... - последние слова в песне она переиначила, - и уйма сверхзадач!
       - Я тебе не сказал о самом главном. Зажадничал в прошлый раз. В тебе, Роза живет преогромный талант, и вот сегодня я убедился в том, что ты достигнешь очень многого в этой жизни. Я тебе говорил о том, что я исповедую одну важную идею: "Каждый человек талантлив, только мера разная, но и каждый таит в себе гениальность, ведь гениальность - это высшие способности, как говорится в ней наших психологических словарях. Заканчивай свою работу и приноси ее мне. У меня есть еще одна мысль, скажу потом...
       - Какая мысль? Скажите. Ну, пожалуйста...
       - Я хочу провести среди наших друзей конкурс на лучшую работу по вопросам духовного возрождения России. Как ты считаешь?..
       Роза, притихла. Засомневалась будто бы. А потом пояснила:
       - У нас не совсем равные уровни для конкурса. Я учусь на искусствоведческом факультете, а Соня, скажем, - экономист, Слава - будущий инженер...
       - Ну и прекрасно, - ответил я. - Каждый будет развивать проблему возрождения со своих профессиональных высот, с учетом своей отрасли...
       - Правда? Но у меня есть еще одно "но".Мне в университете предложили уже по проблемам патриотизма написать курсовую работу. Выходит я в конкурсе буду участвовать не просто так, а как бы попутно... Это не совсем честно...
       - Чепуха, еще неизвестно, кто напишет лучшую работу: ты или Слава, или ребята и педагоги из Бауманки, где я много лет веду экспериментальную работу... Так что ты не волнуйся...
       - Вы, Олег, маг и волшебник, сняли все мои тревоги...
       - Я еще не маг, я только учусь на мага, - эти шуточные слова били ей знакомы.

    13. БЕГСТВО ОТ ГРЕХА

      
       - Прости, у меня утром запись на телевидении, - сказал я, хотя никакой записи у меня не было.
       Она резко придвинулась ко мне, и я понял, что она, прижавшись ко мне, ощутила напряженность моей плоти. Она словно вслушивалась в то, как разрастался взрывоопасный потенциал моего эротизма. Еще бы одно мгновение, и я бы не устоял: меня спасли вопли, раздавшиеся из соседней комнаты. Слава и Соня, должно быть, были на верху блаженства, и Роза с пониманием сути происходящего рассмеялась. Случилась меж нами такая психологическая разрядка. Я быстро поднялся. Роза молчала.
       Когда я уходил, стоны и крики из соседней комнаты стали еще сильнее. Я прислушался к голосам.
       - Мне никогда не было так хорошо, - это Соня.
       - Я чуть не умер от счастья, - отвечал ей Слава?
       - Сколько правил ты применил?
       - Последние три.
       - А я думала, что ты про все забыл...
       Мне почему-то хотелось войти к ним. Я понимал всю безрассудность моего желания. Открыл дверь и тихонько покинул жилище.
       На улице я долго не мог успокоиться. Не мог разобраться в самом себе. Перед моим взором снова возник образ Алины. Поразительная, необъяснимая избирательность мужского да и женского эротизма.
       Почему я отверг по сути дела любовь такой прекрасной девушки, как Роза? В ней было все: чистота, непорочность, красота и удивительный аромат кожи, она ни на что не претендовала, ни о чем не просила. Она хотела лишь одною: взаимности. Не будь бы Алины, которая скорее всего, так я готов был предположить, отвергла меня, я бы, не задумываясь ответил бы взаимностью, возможно, страстной и даже безрассудной любовью к Розе. Не мог я понять почему мое сердце тосковало по Алине.
       А, может быть, не сердце, а моя замороченная этим суетным развращенным миром рассудочность, моя рациональность, тупая и визгливая, как бешеная собака, жаждущая вполне доступных домогательств.
       Все, что трепетало рядом с моим сердцем, было чисто и совершенно, как родниковая вода. И в этой родниковости первозданная чистота Розы с ее сиреневой распростертостью, с ее готовностью вступить в новый тревожный мир ощущений преодоления страхов и смятений, с ее решимостью подвергнуть себя рискованным опасностям, подвергнуть себя со зрелой осознанной радостью, а не в слепой решимости - была не была!, с желанием и доброй волей пойти выше того, что именуется жизнью и смертью, с радостью оказаться на седьмом небе, ощутить блаженство с синей птицей и со всеми удачами, какие только есть в этом мире!
       Я ощущал себя грязным и недостойным рядом с ее величественной и святой чистотой. Мое тело, мой мозг, весь мой эротический потенциал протестовали против близости. Моя мощная интуиция буйствовала, подсказывая мне единственно правильное решение: сберечь во что бы то ни стало живую святость Розочки, возможно, до конца дней своих молиться за то, чтобы она была по-настоящему счастлива.
       Я шел по бездорожью, видя перед собой святой образ девушки, решившийся подарить мне свою судьбу. И слышались голоса: "Мне никогда не было так хорошо", "Я чуть не умер от счастья..." А рядом плелся Антихрист, живой, красивый, обаятельный, умный, щедрый, будто шептавший мне:
       - Глупец, тебе жизнь подарила самое лучшее, что есть в мире, а ты посмел пренебречь... За что я ненавижу этих двуногих тварей вроде тебя, так это за их лицемерие, даже когда они остаются наедине с собой. И еще за то, что они сами не знают, что им нужно, чего они хотят и во что по-настоящему верят. Ты думаешь об Алине, а она ведь тварь, не пожалеет тебя, когда потащат тебя на плаху. Сам-то ты можешь объяснить свои поступки?
       Я отвечал Антихристу:
       - Я не могу разобраться в устройстве своей натуры. Я не могу сказать, что люблю Алину и потому отказался от Розы. Я действительно не знаю, чего я хочу. Меня влечет к Алине, а что именно влечет, не знаю. Я знаю одно: истинная любовь свободна, всякая несвобода в любви - рабство и уничтожение любви. Меня влечет к Алине, и в этом моя свобода.
       - Ты исповедуешь свободу, основываясь на учениях отечественных мыслителей начала двадцатого века. Но они же утверждают, что женщина "необыкновенно склонна к рабству и вместе с тем склонна порабощать" (Бердяев). Роза склонна к рабству, а Алина к порабощению. Бойся и того и другого. Бери от жизни все, что доставляет или может доставить наслаждения. Твоей величайшей ошибкой является то, что ты отказался от Розы. Ты ее обидел на всю жизнь. Она будет страдать. Что касается Алины, то она постарается взять от тебя все, что ей нужно, а потом вышвырнет тебя за ненадобностью. Ты чувствуешь мою правоту?
       - Пожалуй, - отвечал я. - Но я ничего не могу поделать с собой. Меня влечет к Алине, а Розочку я просто боюсь обидеть. Боюсь совершить тяжкий грех. Если я ее не люблю, то, соблазнив ее, совершу грех, потому что нелюбовь всегда приводит к разрыву. Я не хочу брать на душу такой грех. Я не могу исковеркать ее жизнь. Хочу уйти от греха подальше.
       - Не говори глупостей. Ты знаешь, от чего она больше всего страдает?
       - От чего же?
       - От того, что она девственна. Она считает себя неполноценной, потому что не может сама решить своих проблем. Не может избавить себя от своей уже ставшей ненавистной ей девственности. Ты знаешь, как ее называю подружки? Не знаешь, а я скажу тебе. Они присвоили ей титул старой девы. Ты, как психолог, знаешь, что такое конформизм. Если десять человек будут убеждать одного своего товарища, что перед ним на столе лежит не бубновый валет, а король трефовый, то этот товарищ поверит в это и на вопрос: "Какая это карта?" - ответит: "Конечно же, король трефовый..." Твоя Розочка, как-то сказала подружкам: "Я ничего не боюсь, но отдамся только по любви..." Ей ответили: "Любовь бывает один раз в тысячу лет и то трагическая, как у Ромео и Джульетты". Как бы не хорохорилась твоя Розочка, а наедине с собой она страшно переживает свое, как она считает, затянувшееся девичество. А ты знаешь, кстати, что она, как и многие ее подружки, мастурбирует, запираясь в ванной. Ведь не стыдится своего порока...
       - Не клевещи! - вырвалось у меня в ярости.
       - Правда глаза колет, - расхохотался злодей.
       - Я тебе расскажу и большее. Эта другая твоя знакомая, Сонька золотая ручка научила своих подружек играть в такую игру: берут книжки о самом развратном сексе, например книжку, которая так и называется - "Жаргон-энциклопедия сексуальной тусовки для детей от 8 месяцев до 18 лет", авторы Томас Макловски, Мэри Кляйн и Александр Щуплов. Там сплошной мат. А книгу благословили довольно известные писатели России, США, Польши, Германии, Англии. Так вот о гадании. Сонька говорит Розе: "Назови страницу, где будет сказано о тебе, о самом главном для тебя". Роза называет: "99 страница". Сонька читает:
       "Во дворе сирень цветет
       Черемухой пахнет,
       Скоро миленький придет
       Через жопу трахнет..."
       Ты бы видел, как заливалась твоя Розочка, слушая эту гадость... Кстати, о твоем любимом Иисусе. Ты, собственно, знаешь, почему он так прилип к этой проститутке Магдалине?
       - Заткнись, негодяй!
       - Нет ты послушай правду о своем Боге. Врата Магдалины были всегда распахнуты для него. Ему не нужно было стыдиться или напрягаться, или подобно тебе думать о том, как уберечь и себя, и девичью невинность...
       - Не хочу слушать, - перебил я Злого духа.
       - А ты послушай. Христос такой же человек, как все мы. Одно слово - Сын Человеческий. И он без труда сошелся с распутницей из Магдалы. И ей он пришелся по вкусу, ибо в нем было все: младенчески совершенная чистота и мужская сила здорового самца...
       - Все! Прочь от меня!
       - Нет. Хорошо, о моей противной стороне не буду, а вот и тебе, два слова, и о твоей Розочке самое главное. Я предсказывал тебе и ей тоже: падет она от греха и не будет в этом раскаиваться, ибо посредством своей греховности сойдется с тобой, этаким невинным чистюлей. Пойми ты, дуралей несчастный, греховность вас соединит, ибо таков закон жизни, ибо в самом соитии заложена порочность и все сладости этой порочности. Ты не принял непорочность, а затем, предсказываю тебе, окунешься в безбрежное море блуда и будешь считать себя блаженным или, как ты сейчас говоришь, счастливейшим из людей. И я не осуждаю тебя, как не осуждаю Христа за его интимную связь с жрицей любви. Моя жизненная цель - помочь всем людям обрести все: добротный кров, хорошую пищу, и все возможные плотские наслаждения. Заметь, чувственный голод не зависит от человека: он приходит свыше. Утоление этого голода - высшая радость. Согласись, тот же Христос, жаждущий Славы на Кресте, - извращенец, ибо Крест - великое горе и для него самого, и для всех близких. Горе на века!
       Ты совершил тягчайшее зло, отвергнув девичью страсть, девичью любовь, девичью чистоту. Ты растоптал невинность более жестоким образом, чем изнасилование. Ты - садист, дорогой. Ты ушел от прекрасной девочки в НИКУДА. В свои бесплодные раздумья. Ты - собака на сене. Ни себе, ни ей!
       - Сгинь от меня, нечестивец! Я не хочу такой свободы, которая разрушает жизнь других людей. Я не оставлю Розочку. Я постараюсь дать ей все то, что ей так необходимо: творчество, успешное решение сверхзадач, и кто знает, как сложится жизнь, возможно, и у меня появится чувство к ней, это ведь не зависит ни от моего рассудка, ни от моей воли...
       - А от чего же это зависит?
       - От сердца, дорогой. А сердце подвластно лишь Богу.
       Я для себя давно решил хранить верность высшим духовным заповедям, которые я храню в своей душе. Я решил посвятить себя утверждению в мире этой высшей духовности, чего бы мне это не стоило: позора, унижения или даже смерти. Так говорил наш великий педагог Ушинский, единственной и истинной любовью которого был Христос с его великим учением.
       - Опять ты за свое, глупец. Жди, когда тебе этот Распятый поможет. Что ж он себе не помог? Я, кстати, в последнее дни имел честь пообщаться с Алиной. Она отдалась одному прохвосту за оформление каких-то бумаг, бартерная сделка, так сказать: я тебе, а ты мне.
       - Это ложь, - сказал я... -Ты по природе своей клеветник, и я не желаю тебя слушать.
       - Как хочешь, только за свое упрямство ты сильно поплатишься. Странно, когда ты готов сделать для человека добро, он отвергает тебя, готовый обругать тебя последними словами. Я, кстати, дорогой, открою тебе еще один секрет, впрочем он давно открыт такими известными мыслителями, как Фрейд, Ясперс, Юнг и любимый тобой Бердяев. Эротическая жизнь, - утверждают эти мыслители, состоит из конфликтов, которые никогда не могут быть преодолены окончательно. Дисгармоничность и конфликтность - типичная черта эротической жизни ДВУНОГИХ тварей. Человек всегда испытывает травмы, связанные с полом, с сексуальными влечениями. У вашей Розочки давно под влиянием социума и своих подруг созрело решение расстаться со своей невинностью, и в качестве объекта-палача для этой цели она выбрала вас. Конечно же, здесь все так просто и однозначно, поскольку все эти эротические состязания проходят на рубеже хитросплетений сознательного и подсознательного. Смотрите, в силу чисто психологических обстоятельств вам удалось подавить свою сексуальность, а если бы не удалось? Если бы страсть вас захватила с такой силой, что ваш разум напрочь отключился и вы совершили бы то, что именуете греховностью. И этой греховности ждала Роза. Она мечтала расстаться с отягчающей ее девственностью, и ей, конечно же, было бы плевать на ваши религиозные чувства. Тайна половых отношений состоит в том, дорогой мой, что страсть или мощный эротизм, жаждущий оргазма, подчиняется лишь подсознательным силам, которые, как правило, одерживают верх над рассудком. Почему Роза для тебя более выгодный вариант в смысле твоего будущего? Потому что она покорна, влюблена в тебя по уши. Потом лет через пятнадцать она хватится и скажет себе: "Надо же было так мне вляпаться в этого урода!" Кстати, Алина никогда от тебя не откажется. Она будет потихоньку ставить тебе рога, заботясь о тебе, насколько это возможно, в бытовых вопросах и прочее.
       - Что ж в твоих прогнозах немало жизненной правды, но я такой правды не хочу знать, поэтому мое решение остается в силе: сгинь, Сатана!
       - Я все же напоследок тебе скажу. Попомни мое слово. Не удастся тебе избежать того, что ты называешь греховностью. Природа двуногих такова, что они всем ходом жизни обречены грешить, в лучшем случае каяться, а потом снова грешить. А твое падение и падение твоей прекрасной Розочки уже началось. Оно началось с того момента, когда ты покинул предложенное тебе ложе девичьей невинности.
      
      

    14. ПОЛ И НРАВСТВЕННОСТЬ

      
       Я мучительно пытался разобраться в самом себе. В своих чувствах, в своих привязанностях. Умом я чувствовал, что Алина не тот человек, каким я ее воспринимаю. А мое сердце все равно ее оправдывало. Защищало и рвалось к ней. Я не хотел, чтобы мои отношения с нею начались с моего предательства. Уже сам факт, что я оказался наедине с Розой, для меня казался началом моего истинного падения. Я ощущал себя предателем по отношению к Алине.
       Я углубился в чтение специальной литературы, посвященной сложным вопросам пола и нравственности. Я не мог понять того, как и почему пробуждается плоть, как она взамодействует, а может и управляется человеческим духом, сердцем, разумом. О единстве этих множественных величин говорит и апостол Иоанн: интимность сердца, ума и плоти, рождается тогда, когда мужчина и женщина становятся одной плотью.
       Многие сексологи утверждают, и в этом есть, наверное, своя правда, что сексуальное единение является инструментом и способом духовного удовлетворения. Без сексуального удовлетворения человек обрекается на одиночество, страдание и безысходность. Тело человека - это храм, где обитает дух. Известный американский сексолог Дональд Крейг завершает свою знаменитую книгу "Сексуальная магия (Тайны эротической духовности)" такими словами: "Наши тела - это наша связь с Землей, нашей матерью. Чем более мы открыты, чем более осознаны наши поступки, тем больше мы наполняемся любовью и доброжелательностью. Мы должны всегда помнить о том, для чего мы явились сюда: чтобы служить мостами между материей и духом, чтобы индивиды соединялись во Славу Любви и Жизни, чтобы каждый прошел свой сакральный путь."
       Сакральный или священный путь человека определяется нравственным его содержанием. Духовный эротизм - это та священная система отношений, во имя которых соединяются мужчина и женщина. Соединяются непременно Свободно, по обоюдному согласию, по Любви.
       Нравственность - основной критерий истинности в том числе и половых отношений. Простое физиологическое удовлетворение своих половых потребностей не относится к чисто человеческим функциям: подобные удовлетворения присущи всему животному миру. Человек, ставящий Любовь, в данном случае к противоположному полу, превыше всего, всегда рассматривает половые отношения с позиций нравственности. Отечественные философы Вл. Соловьев, Бердяев, Розанов и другие исследовали различные формы эротизма с позиций их нравственного содержания. Они утверждали, что безнравственно рассматривать личность, как средство "размножения", увеличения народонаселения, преодоления демографического спада и так далее. "Тоталитарные государства, - отмечал Бердяев в своей книге "Царство духа и Царство кесаря", - дошли до предельного бесстыдства, они хотят организовать половую жизнь людей для интересов родовых и государственных, как организуют скотоводство. Лицемерно утверждать, что человек влечется к половому соединению для деторождения, в то время как подобная цель может быть результатом лишь рефлексии и половое соединение имеет значение само по себе".
       Может многим показаться это высказывание философа актуальным и направленным против современных программ преодоления демографического спада. Нельзя торопиться с такого рода выводами. Современный демографический спад, выраженный в резком снижении рождаемости детей, обусловлен прежде всего бедностью и несчастными судьбами наших женщин, которые не в состоянии обеспечить своим будущим чадам нормальную жизнь, воспитание и образование. Многие женщины, которые воздерживаются от деторождения, хотят иметь детей, но жизненные обстоятельства складываются так, что на этом пути возникают непреодолимые затруднения материального порядка. И если Программы преодоления демографического спада помогают решать эти материальные проблемы, обеспечивая необходимые условия для деторождения и воспитания детей, то мы эти мероприятия государственного порядка не можем назвать безнравственными.
       Вторая точка зрения на смысл эротического единения состоит в том, что половое соединение проявляется в непосредственном удовлетворении, наслаждении, которое оно доставляет. Эту точку зрения Бердяев считает безнравственной, потому что она делает человека рабом низшей своей природы и сталкивается с достоинством личности с его свободным духом, с его нравственными началами.
       И наконец, есть еще и третья точка зрения, где смысл полового общения состоит в соединении с любимым человеком. Этот смысл личный и ЕДИНСТВЕННО ДОПУСТИМЫЙ, подчеркивает Бердяев, морально и духовно оправданный, и он предполагает одухотворение пола. Смысл и оправдание брака лишь в любви. Брак без любви всегда безнравственен.
       Размышляя о своих отношениях с Алиной и Розой, я углублялся в анализ современных проблем эротических отношений, вспоминая многие факты и тенденции в развитии психологии современных девушек и молодых женщин. Почему я подчеркиваю - молодых женщин -потому, что те женщины, которым сегодня за сорок, они не утратили тех качеств, которые порождаются женской стыдливостью, эти качества из другой эры, из другой эпохи, когда женщинам был чужд сам дух открытой агрессивности. По всей вероятности, эта агрессивность всегда жила в женском сердце .Не случайно же Бердяев с такой откровенностью описывал женский деспотизм и ее родовую склонность к порабощению. Только в прежние времена эти агрессивные данные у женщины, как правило, прикрывались такими проявлениями, как робость, смирение, покорность, стыдливость. В наш же век, в век так распространившейся маскулинизации женщин, основанной на эмансипации, открытая агрессивность стала типическим явлением: распахнулись зеленые врата женской свободы; точнее вседозволенности, пошли времена женского штурма и натиска.
       - Где справедливость?! - восклицали нередко между собой юные дамы. Мужикам видите ли, девственность подавай до свадьбы, а они при этом уже на своем счету имеют сотни сексуальных встреч. Да и какой резон беречь невинность, сохнуть в воздержании, лишать себя такого ценного эротического опыта, который может обоих партнеров сделать по-настоящему счастливыми.
       - Где справедливость? - поддерживали эти восклицания другие дамы. - Мужчины имеют возможность на основе опыта сделать конкретный выбор женщины на основах совместимости! Да, именно сексуальной совместимости, которая зависит от многих факторов и особенностей строения как женского, так и мужского строения тела. Сколько мук испытывают женщины после так называемого медового месяца, который оказался вовсе не медовым, а скорее горчично-перечным, обжигающим, а не утоляющим жажды наслаждений! Потому юные женщины и стремятся изменять именно в первые два года своей супружеской жизни. Из-за полнейшей несовместимости у женщин развивается фригидность, которая порождает разные хвори, головные боли и психофизические недомогания.
       - Мужика нисколечко не убудет, если эротические радости мы испытаем на стороне, - заключают третьи дамы, сопровождая свои выводы злорадным смехом. - Им же лучше будет, если сумеем выправить образовавшиеся пороки в нашей сексуальности, возможно, избавимся от пресловутой фригидности.
       - А что, девки, - скажет какая-нибудь Сонька Золотая ручка. Я почувствовала, себя настоящей женщиной только тогда, когда сама стала выбирать мужиков.
       А потом слышались мне и другие восклицания.
       Дама, говоря словами великого писателя, приятная во всех отношениях, дама уже прожившая свой век и имевшая на своем счету сотни любовников, вспыхивала в гневе:
       - Как вы, образованный и претендующий на культурность, человек, можете становиться на такой мизантропизм, охаивая и опошляя то лучшее; что есть на это свете. Как вы можете женскую загнанность со всеми издательствами над ее слабым полом, ее несчастную судьбу, осыпать ругательствами и самой последней площадной бранью, отлично сознавая свою неправоту, свою мужскую несостоятельность!
       - А что? - поддерживала ее дама не менее приятная во всех отношениях. - Эти вопли о женской тирании, о всяком там надвигающемся матриархате порождены в последние десятилетия резким духовным и физическим падением мужчин, нередко оказывающихся непригодными в сексуальном, в духовном и даже в экономическом отношении. Что? Хотите сказать, происходит обратный процесс? Процесс феминизации мужчин? Да, то, что современные мужчины обабились в самом худшем значении этого слова, абсолютно очевидно. Если уж знаменитые наши ученые говорят о том, что мужчины с бешеной скоростью превращаются в сексуальных и экономических импотентов, то какой вывод надо сделать нам, женщинам?
       Вспомнились мне рассуждения некоей Кочневой, очень похожей на Сонечку и по своей раскованности и по способам агрессивного самовыражения. Она, начитавшись европейских философов, с таинственным откровением вещала мне однажды, явно намереваясь завалить меня в койку, не будь в обиду ей сказано, Сонька бы добавила при этом: "Между нами, девочками, говоря..."
       - Современное ослабление женского пола, хотите признавайте это или нет так или иначе связано с развитием мужского садизма. Мужчина с этим самым проявлением чисто мужского садизма стремится удержать женщину разными посулами и обещаниями: дескать, вот-вот сложится такая ситуация, когда его финансовое положение резко изменится, и он сумеет дать даме сердца все, что она захочет. Доверчивые создания, какими являются почти все женщины, в особенности молодые, клюют на такого рода приманки и безропотно терпят различного рода обманы и издевательства.
       Есть еще и, если можно так его назвать, дружественный садизм, когда мужчина убеждает женщину в том, что она является единственным существом, способным понять его, помочь и даже пожалеть. Привязывая женщину к себе таким сострадательным образом, он как бы изолирует ее от всего мира, от родителей, близких, прежних друзей, и подобно вампиру впивается в душевный мир своей "возлюбленной": мы это слово заключили в кавычки, потому что у садиста нет и не может быть возлюбленных. Ему нужен лишь объект для его садистских вожделений.
       Нередко современный мужской садизм базируется на различных формах запугивания: "Погибнешь, если уйдешь от меня! Куда ты денешься без моей помощи! Я уйду из жизни, если ты оставишь меня!" Или: "Я прикончу тебя, если ты будешь своевольничать!"
       Карен Хорни, как умная женщина, должно быть, испытав на себе многие формы мужского садизма, рассказывает о такой разновидности садизма, который не связан с порабощением, а скорее с тонким расчетом, с тонкой игрой на переживаниях партнера. Она ссылается на Сёрена Къеркегора с его знаменитым произведением "Дневник обольстителя", где герой произведения, пустой и никчемный, ничего хорошего не ждущий от жизни, увлечен мерзопакостной игрой на чувствах и интересах будто бы любимого существа. Он хорошо знает, что может возбуждать, а что будет сдерживать эротические желания женщины. Его самого его садистская игра абсолютно не волнует, она скорее ведется подсознательно, демонстрируя даме псевдоисекренность и псевдолюбовь.
       Современный мужской садизм, здесь мы должны согласиться с Карен Хорни, часто базируется на ТОТАЛЬНОЙ ЭКСПЛУАТАЦИИ достоинств, способностей, духовных и физических усилий женщины. Среди эксплуататоров у нас появился особый тип мужчин, как правило, не работающих, и живущих за счет экономических возможностей женщины.
       Тотальный эксплуататор женской воли также ведет тонкую игру за свое выживание. Ведет по многим направлениям, демонстрируя нередко якобы способность даже умереть во имя своей любви к "возлюбленной". Здесь часто применяются десятки различных вариантов порабощения. Среди них могут быть и такие сюрпризы, как приготовление фантастического обеда, по-новому украшенного ложа, проявления неординарных форм заботы о женщине: "Давай я тебе ножки помою!". "Тебя с 10 до 12 ночи ждет настоящее чудо!", "Этот, казалось бы, дешевенький , но изящный браслетик я купил для тебя на счастье!"
       С особой силой действует на женщин мужской садизм демонического порядка, когда мужчина на глазах у женщины становится мрачнее тучи, иной раз плачет даже и говорит о каких-нибудь страшных вещах, однако имеющих под собой совершенно реальную почву. Здесь могут быть сообщения о разных надвигающихся бедах и катастрофах, болезнях и даже о конце света, о чем сегодня так часто стали говорить в средствах массовой информации.
       Если женщина склонна к восприятию различных мизантропических явлений, мужчина-садист удовлетворяет свою даму сердца рассказами о своей дикой ненависти к этому миру, к близким и к знакомым, к правительству и к средствам массой информации. При этом он проявляет невероятную изощренность в способности выхватывать из жизни самые незначительные крупицы чего-то несовершенного и на этой основе обливать грязью все то, что является безусловно добротным, замечательным и даже совершенным. Дама, покоряясь мужскому мизантропическому садизму, сама становится садисткой, получающей наслаждение от своих безнравственных убеждений, действий и даже поступков.
      
      

    15. САМОУКОРЕНИЕ

      
       Какая гнусная привычка, ставшая едва ли не моей второй натурой, образовалась во мне: все время пытаюсь обвинить всех и вся, исключая, - разумеется, самого себя. Все мизантропичны, лживы, похотливы, жадны, злы и бездуховны. Нет, я не исключаю из этих негативов самого себя. Во мне живут эти пороки, и всякий раз, когда они дают о себе знать, страдаю и чувствую: нет и не может быть мне никаких оправданий. Во мне живет внутренний садизм - особое порождение века, нашей суетной жизни. Этот садизм, я так понял, направлен на самого себя и в чем-то напоминает мазохизм. Я иной раз готов лоб себе расшибить, лишь бы искупить вину и перед самим собой и перед теми, кого я обидел. Готов, но не делаю этого. Мой лоб, очевидно, дороже мне всяких истинных нравственных начал.
       Сердцем чую, а умом не могу понять и освоить то, что в мире есть люди, подобные Иисусу: великодушные и смиренномудрые, отважные и незлобные, щедрые душой и готовые принести себя в жертву во имя высших духовных ценностей.
       Что же, идеальные, лишенные крови и плоти ценности выше человеческой жизни?
       Этот вопрос я задал Славе, когда он вскоре после той злополучной ночи пришел ко мне. Он посмотрел на меня сурово и осуждающе. Сказал:
       - Не могу понять: или ты придуриваешься или на самом деле такой дундук, каких свет не видывал. Чего ты мудришь: ценности, человек, плоть, дух. Будь добр к людям и честен по крайней мере перед самим собой. Кому нужны твои самобичевания, если к людям, любящим тебя всем сердцем, ты относишься как последний негодяй.
       - Когда я относился к людям, как последний негодяй? - вспыхнул я.
       - А как можно назвать твое отношение к Розе Матвеевой? Когда ты ушел, она ревела, как белуга. Ее била лихорадка. Поднялась температура. Мы отпаивали ее валерьянкой...
       - И причем здесь я? - виновато спросил я, еще толком не зная, в чем состоит моя вина.
       - Ты еще спрашиваешь? Девочка влюблена в тебя. Впервые в жизни полюбила человека всем своим сердцем, а ты ее оттолкнул, как самую последнюю тварь...
       - Чушь собачья! Никого я не отталкивал. Мы с нею отлично поговорили. Она даже приняла для себя ряд очень важных решений...
       - Да не темни ты мне и не вешай лапшу на уши. Какие еще важные решения, когда самым главным для нее решением было и остается - отдаться тебе, дураку несчастному! Одного я не могу понять ты идиот или кто? Если бы я не знал твоих прежних похождений, я бы решил, что ты импо последнего образца. Но я же знаю о тебе больше, чем ты предполагаешь. Чего стоят одни только рассказы о тебе Клавки Нерюбиной, твоей недавней пассии. Знаешь, как она о тебе сказала?
       - Как?
       - Сексуальный маньяк. Супер-мужик!
       - Она разыгрывала тебя...
       - Э, нет, друг мой, меня на этом не разыграешь. Как она мучилась, когда ты оборвал с нею отношения. Что за скотская манера у тебя - причинять женщинам страдания?
       Я не знал, что ответить моему другу. В чем-то он был прав. Но что я могу поделать с собой, если мои решения принимаются мною даже помимо своей воли. Я сказал об этом Славе. Он смягчился:
       - Я понимаю тебя. Сердцу не прикажешь. Но можно же как-то поаккуратнее поступать и не обижать таких чистых созданий, как Розочка Матвеева. Я поражен, что такой удивительный цветочек вообще мог сохраниться в нашей жизни. 3наешь,о чем они, с моей Сонькой говорили, когда заперлись в ванной, еще до нашей трапезы...
       - Не знаю.
       - Так вот Роза сразу все почувствовала. Она плакалась Соньке, говорила, что ты ее никогда не полюбишь, и что она не знает, что делать. А моя Сонька, ты знаешь, какая она. Она стала ей внушать, что все мужики дураки и сами не знают, чего хотят и надо быка брать за рога..." "Как это?", - спросила Роза. - "Очень просто. Проявить инициативу. Это раньше девчонки боялись всего, были тише воды и ниже травы, а сейчас времена изменились, и девки стали во всем лидировать. Поэтому ты должна проявить активность: погладить, поцеловать своего балбеса, грудочками своими подналечь на него, одним словом; завести его на все сто, попочкой покрутить перед его мордочкой. И все это надо делать как бы невзначай, естественно, со смехуечками... Поняла?" И думаешь, что ответила Роза? Она сказала: "Не получится у меня ничего. Не соблазнительница я по природе своей. Да и он не такой. Знаешь, я как раз люблю его за то, что он не бабник и не приставала. Он - серьезный".
       Я потом, когда ушел Слава, много размышлял о двух типах женщин, точнее о двух тенденциях в духовном развитии человека, а может быть, даже и социальной общности в целом. Боюсь назвать вслух эту общность Отечеством, но речь, подспудно, идет о нем. Что такое судьба Отечества? Это судьба всех нас, мужчин и женщин, детей и всего подрастающего поколения. И здесь я вижу, как все двоится. Греховность и безгрешность, отвага и трусость, любовь и ненависть, свобода и произвол, красота и уродство, гордыня и самоукорение, талант и бездарность, агрессивность и смиренномудрие, духовность и бездуховность. Эти пары - не пустые соединения, безплотские и бескровные. Они разделяют людей на добрых и злых отважных и трусливых, честных и бесчестных, духовных и бездуховных.
       Я нисколько не собираюсь в чем-либо обвинять Сонечку. Но для меня остается непреложным фактом то, что ее характеристики определяют большую часть женской половины нашего социума с такими ориентациями, о которых я уже говорил: любви нет и не будет, а потому надо довольствоваться тем, что есть, что само в глотку лезет - жить для себя, наслаждаться жизнью, невзирая ни на разные, пусть даже самые духовные ограничения. Добиться в жизни, в труде, в профессиональном развитии успеха, пусть это называется карьеризмом, профессионализмом и еще каким угодно "измом". И наконец, последнее, меньше всего думать о том, чтобы преждевременно обременить себя заботами о семье, воспитании детей, и всяких там преодолениях демографических спадов и так далее.
       Пора женщине расправить плечи и перестать быть служанкой общества, мужской половины рода людского.
       Я не знаю, насколько искренней была Роза. Насколько честна была в высказанных ею решениях: сбило меня с толку то, что она после моего ухода "ревела как белуга", по выражению Славы. Но то, что в каждой душе молодых людей живет острейшая потребность в ДУХОВНО-ПРАВОВОМ стремлении определиться в этой жизни: жить, развизжаться не просто на ВЫСОКОМ, но и НА ВОЗВЫШЕННОМ, в этом я убежден. И каким скверным я ни был бы, но духовно-правовая основательность поселилась в мою душу с самого раннего детства. Не знаю, почему, но вся система названных мною духовных ценностей, именно красота, а не уродство, любовь, а не ненависть, доброта, а не злобность, свобода, а не произвол - все это напрочь вселилось в мое сердце, вошло во всю мою человеческую суть, стало основополагающей частью моего Я. И к этому ОСНОВОПОЛОЖЕНИЮ, я в этом постоянно убеждался, когда в разных регионах страны проводил с молодыми людьми семинары-практикумы, я ПРИШЕЛ СВОБОДНО, БЕЗ КАКИХ-ЛИБО НАЖИМОВ ИЗВНЕ, ПРИШЕЛ С ТРЕПЕТНОЙ ЛЮБОВЬЮ, КОТОРУЮ Я НИКОГДА НЕ ПРЕДАМ!
       Как этого не может понять Слава? Почему я не могу донести до его сознания это главное для меня убеждение. Ведь он тоже сделан из того же теста, что и я. Он, как и я жаждет правды и подвижничества, является ярым противником того зла, которое ни за какие коврижки я не смогу принять в свое сердце. И чем я постоянно горжусь, так это тем, что не до конца предал себя, что по-прежнему готов бережно хранить тот свет, который вспыхнул когда-то в моем детстве, ярко запылал в моей юности и по сей день горит, хотя почему-то я прячу его от людей: неприличным считается вслух говорить о высоком, тем более призывать к нему. И вот что поразительно. С высоких трибун говорить о ВЫСОКОМ или О ВОЗВЫШЕННОМ - это допустимо, и тебе будут рукоплескать, поддерживать и даже писать о тебе в газетах. А вот наедине друг с другом, в атмосфере межличностного общения ВЫСОКИЙ ПАФОС почему-то недопустим. Стоит мне хотя чуть-чуть приподнять планку в нашем общении со Славой, как он тут же перебьет меня, скажет словами Тургенева:
       - Не говори красиво.
       Или:
       - Мой друг Горацио, кому нужны твои возвышенные всплески. Опустись на грешную землю.
       Алина, буквально, прилипла ко мне, когда я выступал на презентации, когда отвечал в том числе и на ее вопросы. Но наедине со мной она не пожелала меня слушать. Отвергла.
       Роза слушала меня, как оракула, но я все время чувствовал, что она ждала чего-то другого, той близости, которая ей не давала покоя, которая для нее был выше духовности и всех тех решений, которые складывались в ее рационалистическом сознании.
       Все это я понимал, а потому и делал вывод: значит, я не достаточно умен, чтобы поведать близким то, что считаю для себя сокровенным, главным в моей душе.
       Что делать?!
       Закрыться на год-другой в моих четырех стенах, где стоит мой любимей письменный стол, и маленький мольберт-раскладушка, а пол и шкафы завалены книгами и бумагами, а напротив, почти у самого потолка написанные мною небольшие холсты: "Троица", героиня моих грез - "Боярыня Морозова". Она предпочла умереть в яме, нежели хоть в чем-то поступиться своей духовностью. Именно такие, как она воплощают и по сей день ТО СВЯТОЕ НАЧАЛО И ТЕ СВЯТЫЕ ВЕРШИНЫ, КОТОРЫЕ выступают за САМОЕ ЛУЧШЕЕ, ЧТО ЕСТЬ В НАШЕМ ОТЕЧЕСТВЕ. А рядом с Боярыней героини моей трилогии "Возрождение": Лотта, Майя и Оксана. И наконец, холст, который особенно мне дорог. Картина называется "Лучезарный СВЕТ ХРИСТА". Всегда вспоминаю, глядя на этот пейзаж, слова апостола Иоанна: "Я пришел возвестить вам о Свете". Ибо Свет есть Бог, как любовь и Свобода.
       Все, что изображено на холстах, все это никогда меня не предаст, не оставит в одиночестве. И утешаюсь БОЖЕСТВЕННОЙ МЫСЛЬЮ: ИЩУЩИЙ ИСТИНУ НИКОГДА НЕ БУДЕТ ОДИНОК: С НИМ ВСЕГДА БОГ".
      
      

    16. ШНУРОЧКИ. ВЫСОКИЙ СМЫСЛ ЛЮБВИ И ВОЗРОЖДЕНИЕ

      
       Постоянно звонила Роза. Она готова была встретиться, где угодно: в институте, в моем Экспериментальном Центре и даже на почтамте. Ей непременно нужно было посоветоваться со мной. Она набрала немало интересного, но несколько противоречивого, как она выразилась материала.
       - Так запуталась во всем, - говорила она, - что не могу отличить белое от черного.
       - Что самое главное? Что вам непонятно? - спрашивал я.
       - Видите ли, - отвечала она. Я убеждена, что проблема любви к Родине глубоко личностная. А между тем всюду она рассматривается как социальная проблема. Согласитесь, нельзя отрывать глубоко личностно-интимное от социального. Или я ошибаюсь?
       - Нет, не ошибаетесь, - отвечал я. - И это здорово, что вы решились рассматривать социальный и индивидуальный аспекты в их единстве.
       - Но вы же так не рассматривали. У вас вообще интимная жизнь личности где-то, простите меня, на задворках. - Я не ожидал от скромненькой Розочки столь решительной критики. Вместе с тем, мне понравился ее критический настрой, тем более, что я всегда сознавал, что мы всюду в анализе социальных процессов принижаем роль личности.
       Я сказал об этом Розе, и она воспрянула духом. Ответила:
       - Вы даже не знаете, как вы меня поддержали в этом вопросе. Я хотела бы вам показать и рассказать все, что касается этих проблем. Вы обещали в свое время поехать со мной к моей бабушке. Я недалеко от вас живу. Приезжайте ко мне, если вас это не затруднит.
       Образовалось небольшое напряжение. Я молчал, и она молчала. И вдруг решился:
       - Хорошо, через сорок минут я буду у вас.
       - Отлично, я встречу вас у подъезда. Кстати, я у себя в институте провела небольшую работу, и в нашем конкурсе готовы принять участие семь человек. Если вы дадите добро, я продолжу эту работу. Но об этом мы поговорим при встрече...
       Роза сразу показала мне свои живописные работы. Все было выполнено в соответствии с моими рекомендациями: холстик на картоне, масляные краски, лак и разбавители, рамочка: три работы висели на стенке. Что меня больше всего поразило, - так это то, что все три шедевра, портрет и пейзажи были выполнены в различном колере: в одном пейзаже преобладала сине-голубая гамма, в другом - желто-оранжевая, а портрет был написан в стиле русской иконописи: охра золотистая на киноварно-краплаковом фоне. Я отметил смелость юного живописца, впервые взявшего в руки кисть, исключая, разумеется, занятия в одном из моих семинаров.
       - Я поняла самое главное: надо учиться СОЗЕРЦАНИЮ, то есть смотрению вглубь, как говорил Даль. И это Созерцание, я это сразу усвоила, помогает глубже постигать даже самые сложные философские и искусствоведческие проблемы.
       - Но как вам удалось передать настроение?
       - Любовь, как учит мой учитель Олег Петрович, - отвечала Роза, улыбаясь. - Любовь и как интимно-творческое свойство и как социальная добродетель.
       - Ну выкладывайте, что вас больше всею беспокоит.
       - А можно без белых перчаток? - спросила она вдруг.
       - Что это значит?
       - То есть, могу я говорить совершенно откровенно? У меня несколько, критических замечаний, но это не значит, что я вас не обожаю. Вы для меня Бог и Царь...
       - Согласен, и чем искренней и прямее вы будете говорить, тем приятнее будет мне.
       - Хорошо. Так вот ваш основной недостаток, недостаток ваших работ состоит, как выражаются ученые, в гипертрофии социального. И я знаю, где корни этого недостатка. Вы боитесь, что вас обвинят в субъективности. Это первый самый главный корень, а вторая причина этой вашей гипертрофии кроется в уходе от сугубо личностных проблем, от той любви, которая сближает, кстати, и социально, мужчину и женщину. Заметьте, говоря о любви, вы на первое место ставите любовь в родному краю, к Отечеству, к семье, к воспитанию детей, или к труду, к своим профессиональным достоинствам и возможностям. Не придерешься! Все это в первую очередь нужно государству, чиновникам и тем негодяям, о которых говорил Толстой: "Последнее прибежище негодяя - патриотизм".
       - На сто процентов согласен с вами, - сказал я, поразившись тому, как в этой невинно-стыдливой девчушке проявилась такая отвага и такая четкость мысли.
       - Возможно, да невозможно, а точно я буду говорить сбивчиво. Меня тревожит самое главное: как индивидуальный аспект любви связан с социально-духовным? Как преодолевается эгоизм личности? И как скажем, в любви, в добрачных и брачных отношениях любовь обогащает межличностные, а следовательно, и социальные отношения?
       - Прекрасные вопросы, - сказал я, поощряя собеседницу к новому бесстрашию.
       - Ну так вот, смысл человеческой любви со всеми ее сферами, отмечает Вл. Соловьев вообще есть ОПРАВДАНИЕ И СПАСЕНИЕ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ ЧЕРЕЗ ЖЕРТВУ ЭГОИЗМА... Смысл и достоинство любви как чувства состоит в том, что она заставляет нас действительно всем нашим существом признать за другим то безусловное центральное значение, которое, в силу эгоизма, мы ощущаем только в самих себе...
       Истинная жизнь индивидуальности осуществляется в браке, когда любящие друг друга существа в любовном взаимодействии стараются во что бы то ни стало найти всю полноту жизненных условий и возможностей, благодаря которым любовь обогатит друг друга новым духовным содержанием, сделает любящих счастливыми. Такая любовь, отмечает Вл. Соловьев в своей блистательной работе "Смысл любви", облагораживает социальную среду, отношения не только к своему народу, но и к человечеству.
       Как мы сегодня можем говорить о духовном возрождении России, если в ее, если так можно выразиться, в основных элементах, мужчине и женщине царит нередко полнейший разлад, свирепствуют распущенность, эгоизм, вседозволенность и бездуховность. В известной своей книге "Сотворение" Владимир Мегре пишет: "Разводится огромное количество людей. Процентов семьдесят. А те, кто не разводятся, бывает, живут как кошка с собакой, или равнодушными живут друг к другу. Известно это всем, но почему такое в массовом порядке происходит, неясно никому". И все же писатель дает ответ на подавленный вопрос: "Когда дел нет общих для будущего, нет совместного стремленья. Когда лишь плотскою утехой увлекаются тела, чтобы потом ребенка своего отдать на растерзанье миру, в котором чистой нет воды, бандиты, войны и болезни. От этого энергия любви уходит..."
       - Я не очень люблю Мегре, - сказал я, перебивая рассказ Розы. - Но здесь он прав.
       - Так вот я хочу спросить у вас: что стоит за этим? Отвечу. За этим стоит все тот же смертельно опасный демографический спад, кризис семейных отношений, о котором даже в государственных документах говорится: духовная смерть мужчины и женщины, массовые самоубийства детей, молодых и пожилых людей, несчастные и разбитые судьбы, миллионы беспризорных и безнадзорных детей. Мы на краю бездны и новых социальных катастроф и вовсе не потому, что экономика отстает и несовершенные законы, и способы управления производством. А потому что духовная, интимно-личностная жизнь мужчины и женщины исковеркана, испоганена и уничтожена. И это уничтожение произведено и государством, и обществом, и самими мужчинами и женщинами, утративших духовный смысл своей любви, своих межличностных взаимоотношений. А отсюда вывод: разрабатывая проблемы духовного возрождения России, надо в первую очередь думать о любви мужчины и женщины, об утраченных идеалах в этом вопросе...
       - И как же думать? Что вы конкретно предлагаете?
       - Давайте в этом разберемся. Человеку свойственна двоякая любовь: любовь инстинкта и любовь духа.
       Чувственная любовь или точнее чувственные стремления к наслаждениям, возводимые в абсолют, отрицают любовь духа и тем самым убивают то истинное БОГОЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ НАЧАЛО, каким живет и утверждается истинная жизнь, и истинная любовь.
       "Духовная любовь, - отмечает И.А. Ильин в своей книге "Путь к очевидности, есть как бы некий ГОЛОД ДУШ ПО БОЖЕСТВЕННОМУ, в каком бы обличии это Божественное ни появилось... Духовнае любовь есть нечто иное, как ВКУС К СОВЕРШЕНСТВУ; или - верный душевный ОРГАН ДЛЯ ВОСПРИЯТИЯ БОЖЕСТВЕННОГО СОВЕРШЕНСТВА как на небесах, так и на земле".
       Какие же советы дает великий правовед любящим, вступившим в брачный союз? Что он рекомендует? Половое воздержание? Аскетический образ жизни?
       Нет! "Духовная любовь, - подчеркивает Ильин, - совсем не исключает инстинктивную или чувственную любовь. Она не отрицает ее, а только прожигает ее Божьим лучом, очищает, освящает и облагораживает. Инстинкт примирившийся с духом, участвующий в ЕГО видении и в его радовании, не перестает быть инстинктом и не отрекается от чувственной, плотской любви; он утрачивает только тягу к самовольству, силу буйного соблазна и присущую ему плотскую бессмысленность. Сила инстинкта и сила духа сочетаются, чтобы не разлучаться; и тогда ЧУВСТВЕННАЯ ЛЮБОВЬ СТАНОВИТСЯ ВЕРНЫМ И ТОЧНЫМ ЗНАКОМ ДУХОВНОЙ БЛИЗОСТИ И ДУХОВНОЙ ЛЮБВИ..."
       Слушая Розу, я вспомнил замечание Алины в свой адрес, о котором тут же сказал Розе:
       - А не слишком много мы теоретизируем? Сплошные абстракции...
       - Абстрактное мышление всегда было и будет главным методом и духовных, и социальных преобразований. Вы обратите внимание на такое явление: Россия перестала быть читающей страной. Вместо величайших мыслителей человечества, Достоевского, Толстого, Мережковского, Бердяева и Ильина, народ погрузился в чтение пошлейшей и бездуховной литературы, наслаждается гадостными телепередачами. Почему это произошло и происходит? Только по одной причине: у народа уничтожены духовно-восприимчивые органы. Вот советы Ильина по этому вопросу: "чтобы увидеть духовное и священное, надо самому обратиться к миру из духа и святыни; чтобы увидеть свет и тайну, надо иметь в душе орган для света и тайны".
       И еще: "Одно - несомненно - никакое волевое напряжение не распахивает духовно-незрячие очи и не сможет вызвать к жизни глубинный огонь любви. ЧЕЛОВЕК МОЖЕТ УВЕРОВАТЬ, ТОЛЬКО СВОБОДНО И ПОДЛИННО ПРОЗРЕВ, ДУХОВНО ПРОЗРЕВ СЕРДЦЕМ, или иначе - УЗРЕВ БОГА в ГОРЕНИИ СВОБОДНОЙ И ИСКРЕННЕЙ ЛЮБВИ. Но это каждый из нас должен пережить сам себе и за себя... У верующего человека открыто ДУХОВНОЕ ЗРЕНИЕ, отличающее добро от зла, совершенное от несовершенного. И потому он видит Бога, ибо Бог есть добро и совершенство... Только ДУХОМ можно познать Дух, как высшее естество, и существо всех вещей и людей".
       - И что же делать, чтобы этот ДУХ восторжествовал в нашем Отечестве?
       - Вот главный вопрос! И я знаю, что нужно в первую очередь делать. Нужно создавать духовно великие произведения литературы, живописи, кино. Вы обратили внимание на то, что в эпоху того же итальянского Возрождения чиновники и государственные мужи точно соревновались друг с другом в том, чтобы выявлять, развивать и поощрять появление все новых и новых дарований. Именно этим мы должны заняться и мы, и государство в целом. Восторжествует Дух народа с его великими идеалами и не менее великой идеосферой, поднимется и малый, и большой бизнес, станет процветать экономика и все отрасли народного хозяйства! Кстати, предложенный вами конкурс на лучшую духовно-творческую работу есть добрый и хороший шаг к тому, чтобы у народа появилось новое духовное зрение, новый духовный слух ж новые потребности в развитие духовных начал в стране.
       Мы долго еще спорили и прикидывали, какие конкретно шаги должны предпринять, по вопросам духовно-правового возрождения. Затем мы пили чай с принесенным мною тортом. А потом случилось нечто такое, чего вообще в моей жизни никогда не было. Когда я пришел к Розе, то снял ботинки. У меня препротивные старые ботинки на шнурках. А когда стал уходить, то в первую очередь расправил запутавшиеся шнурки, а затем вогнал в туфли свои ступни.
       Должен заметить, что у меня никудышное зрение, и я тыкался и мыкался, не попадая шнурочками в соответствующие дырочки. Роза стояла рядом и наблюдала за моими старательными движениями, а затем нагнулась, выхватила у меня шнурки и принялась решительно за дело...
       - Роза, ну что вы... Вы меня ставите в неловкое положение, - мямлил я, пораженный ее поступком.
       - Ничего. Потерпите, дайте мне хоть как-то искупить свою вину перед вами. Я, должно быть, столько гадостей наговорила вам... Не туго так? - спрашивала она затягивая шнурочки...
       - Нет, замечательно, - вынужден был я согласиться. - Вы просто ангел.
       Ангел поднял глаза, и в них было столько "ДУХОВНОГО ЗРЕНИЯ", что я не преминул об этом тут же сказать.
       А потом? Что было потом? Мы несколько мгновений стояли друг против друг. Она, не смотря на свою ДЕТСКОСТЬ, казалась мне любящей матерью, такой доброй, нежной и заботливой...
       - Никогда в жизни у меня не было столько настоящей радости и столько бесконечно прекрасного счастья, - сказала она тихонечко...
       Господи, какие у нее были глаза при этом. Это был святой взор юной богини, воплощающей в себе все совершенство мира.
       Когда я уже переступил порог, Роза вскрикнула:
       - Боже мой, я же вам не показала наработанные мною материалы. Еще секунду. Только взгляните, - Она повела меня к письменному столу и показала горы материалов, карточек с цитатами, набранные на компьютере наброски, заметки начала статей.
       Я был в восторге. Был поражен такой неслыханной работоспособностью столь юной исследовательши.
       Придя домой, я твердо решил не размениваться на мелочи, сократить до предела всякие организационные игры и тусовки и основательно засесть за разработку тех проблем, которые, в частности, обозначила Роза.
      

    ЧАСТЬ ВТОРАЯ

    ДУХОВНО-ПРАВОВОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ РОССИИ

      
      

    1. КОРОТКО О РЕНЕССАНСЕ

      
       Я готовился к ряду докладов на различных Собраниях страны - на Международной конференции, посвященной развитию инженерных талантов, на VIII Международном Форуме "Высоких технологий XXI веке", на Межрегиональной конференции по проблемам духовно-правового возрождения России.
       В центре внимания моих выступлений были так или иначе проблемы духовности и права, ускоренного выявления и развития профессиональных талантов в системе гражданско-патриотического становления личности, педагогическое искусство и мастерство развития дарований.
       Меня в моей практической и теоретической работе активно поддержали технические университеты, Ассоциация технических вузов, Межотраслевой учебно-научный Центр "Технологическое образование" МГТУ им. Баумана и многие другие учебные и научные учреждения страны.
       В своих докладах я исходил из следующих положений.
       Во все СМУТНЫЕ ВРЕМЕНА, как и в наше время, развивались две тенденции. Первая - агрессивно-бездуховная (все против всех, грабежи и убийства, чудовищные преступления, ограбление народа, коррупция и предательства). Вторая тенденция - ВСПЫШКА духовно-творческих сил народа, выявление и формирование дарований, профессиональных талантов во всех сферах жизнедеятельности страны.
       Нас интересует в данный момент два высоких явления, две трансцендентных категории - ДУХОВНОСТЬ и ВОЗРОЖДЕНИЕ (РЕНЕССАНС), которые мы определяем как СИЛУ ПРОЯВЛЕНИЯ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНО-ЭСТЕТИЧЕСКИХ И НРАВСТВЕННО-ВОЛЕВЫХ ДОСТОИНСТВ И ЛИЧНОСТИ, И НАРОДА, которые в полную меру выразились в творческой деятельности гениев ИТАЛЬЯНСКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ. Духовность и ВОЗРОЖДЕНИЕ нерасторжимы, ибо Ренессанс в нашем, да и во всеобщем понимании, не есть категория времени - здесь олицетворяется вся трансцендентная мощь дерзновенной культуры, которую мы определяем, как развернутый во времени духовный мир человека. И этот ДУХОВНЫЙ МИР выражается в ЕДИНСТВЕ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ, материальных, промышленных факторов и духовно-творческих, художественных, где властвуют СОЗЕРЦАТЕЛЬНАЯ СИЛА КРАСОТЫ, ВКУС К СОВЕРШЕНСТВУ, САМОРЕФЛЕКСИЯ и САМОВЫРАЖЕНИЯ средствами СВЕТА И ЦВЕТА, ОБЪЕМА И ПРОСТРАНСТВА, ГЕОМЕТРИЧЕСКИХ ФОРМ и ИНЖЕНЕРНО-ТЕХНИЧЕСКИХ ПОИСКОВ, как это было у Леонардо да Винчи и отечественных авангардистов - Малевича и Кандинского, Татлина и Филонова. Итальянский или Флорентийский РЕНЕССАНС - это не только живопись Джотто и Рафаэля, Чимабуэ и Микеланджело, это и бурное развитие промышленности, торговли, мореплавание; именно во Флоренции была создана первая в мире торгово-банковская компания, сделаны великие географические открытия (Америки и Индии), открытия в области астрономии, анатомии, архитектуры, скульптуры, музыки, поэзии и драматургии. Но авангардная роль принадлежит ИСКУССТВУ, способам РАЗВИТИЯ ГЛАВНЫХ СПОСОБНОСТЕЙ ЛЮБОГО ПРОФЕССИОНАЛА - СПОСОБНОСТИ ВИЗУАЛИЗАЦИИ или ТАЛАНТА СОЗЕРЦАНИЯ. Эту способность замечательный психолог США Роберт Дилтс среди тридцати прочих - поставил на первое место.
       Надо ли говорить о том, что любая страна с ее правителями и авангардной интеллигенцией спит и ВИДИТ расцвет своей державы, ее экономической и военной мощи, рыночных отношений и конкурентоспособности, и величество всей той трансцендентной мощи, которая осуществлялась в РЕНЕССАНСАХ разных стран? Это аксиоматично! Ренессанс нужен всем, ибо это и лучшая безбедная жизнь, и преодоление всевозможных кризисов, и удовлетворенное тщеславие.
       Основной вопрос: при каких условиях возникает и формируется ВОЗРОЖДЕНИЕ. (Заметим, что в русском языке синонимом слова "возрождение" или "возрождаться" являются такие слова, как "рождаться заново".)
       Проанализируем на примере Итальянского Возрождения факторы и условия расцвета экономики и искусств в крохотной Флоренции в период XIII-XV веков.
       1. Главное условие - все слои населения были вовлечены в РЕНЕССАНСНЫЙ ПРОЦЕСС - правители и мясники, торговцы и пастухи, краснодеревщики и каменотесы, кузнецы и скульпторы, художники и поэты, философы и священнослужители.
       2. Активное участие ПРАВИТЕЛЕЙ Италии и различных государственных чиновников в выявлении талантов и профессиональных дарований, в оказании им моральной и материальной поддержки. Пример: правитель Флоренции Лоренцо Медичи увидел подростка, сына каменотеса, на рыночной площади. У оборванца блестели глаза, когда он созерцал выставленные скульптуры, и Лоренцо пригласил мальчонку в свой дворец, объявив сыну каменотеса, что ему открыт постоянный доступ в королевские чертоги. При этом сказал: "Кто знает, может быть из этого Буонаротти вырастет гениальный скульптор. И эта провидческая оценка глубоко запала в душу будущего гения, поразив своей щедростью окружающих.
       3. Каждый интеллигент-профессионал в своей области считал своим долгом (это стало традицией Ренессанса!) найти в могучей народной среде будущего своего ученика.
       Родоначальник Итальянского Возрождения Джотто, будучи подростком, пас овец и углем на камнях рисовал вверенных ему животных. Проходивший мимо великий художник Чимабуэ привел мальчика в свою мастерскую. Кроме Чимабуэ, Джотто, подражая Марку Аврелию с его трактатом "К самому себе", называл своих учителей: это и Николо Пизано, и Коваллини, и мастеров-архитекторов флорентийской готики, пробудивших в нем новое чувство ритма, простора и нового видения пространства и объемности предметов.
       4. Традицией стало поддерживать таланты из народа всеми согражданами страны.
       5. Широкое развитие дарований во всех сферах жизнедеятельности в экономике, торговле, мореплавании, в строительных сферах, в сельском хозяйстве и др.
       Важнейшим условием возникновения и развития Ренессансов было органическое единение ДУХОВНОСТИ И ПРАВА.
       Духовно-правовая идеология предполагает поддержку доминантных духовных ценностей на законодательном уровне. Связь между правом и духовностью настолько подлинна и существенна, что вне ее признания невозможна жизнь НОРМАЛЬНОГО ПОЛОЖИТЕЛЬНОГО ПРАВОСОЗНАНИЯ как отдельной личности, так и народа в целом. Мертво то право, которое лишено одухотворенности, культуры как развернутого во времени духовно-творческого мира человека. Взаимодействие правосознания, права и духовных законов, свободы и ограничений, работа по совершенствованию нормативных актов - все это углубляет процессы воспитания чести и достоинства граждан.
       Основываясь на творческом наследии великих отечественных мыслителей - Бердяева, Ильина, Лосского, Вышеславцева, Булгакова и многих других, кстати, заметим, проработавших все европейские и восточные философские системы, мы даем такое определение культуры: КУЛЬТУРА ЕСТЬ РАЗВЕРНУТЫЙ ВО ВРЕМЕНИ ДУХОВНЫЙ МИР ЧЕЛОВЕКА, ЗАФИКСИРОВАННЫЙ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ ИСКУССТВА, НАУКИ, В ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ДЕЯНИЯХ, В СПОСОБАХ ХОЗЯЙСТВОВАНИЯ, ПОЗНАНИЯ И ПРЕОБРАЗОВАНИЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ. Да, действительно, культура может быть НАЦИОНАЛЬНОЙ ПО ФОРМЕ И ДУХОВНО-ТВОРЧЕСКОЙ ПО СОДЕРЖАНИЮ. РАЗВЕРНУТОСТЬ во времени означает ее исторический путь, скажем, культура Египта, Античного мира, Возрождения, Русского "бунташного века", знаменитого XIX столетия, Серебряного века, великого социального российского эксперимента, культура современных правовых ценностей страны. Культура неотделима от права, правосознания, государства и поиска оптимальных путей РАЗВИТИЯ РОДИНЫ.
      

    2. ИНЖЕНЕРНЫЙ ТАЛАНТ И ДУХОВНОСТЬ

      
       Так назывался наш доклад, которым довольно успешно прошел на одном из Международных форумов. Доклад был опубликован в Материалах конференции Международного Форума в таком виде:
       а) Талант, духовность, патриотизм
       Значительная часть нашей книги "Дорогу талантам!" (Изд-во "Русский мир", М., 2005 г., 550 с.) посвящена проблемам инженерного искусства в системе гражданско-патриотического становления личности, разрабатываемых группой вузов под руководством Межотраслевого учебно-научного центра "Технологическое образование" МГТУ им. Н.Э. Баумана.
       Нам иной раз замечали: "Неправомерно объединять столь разные темы: талант, гражданственность, профессиональное искусство и патриотизм". Мы отвечали: Эти проблемы нерасторжимы. Духовная мощь государства, Родины создается талантами и дарованиями, а не посредственностями, которые, по выражению Толстого, "демагогами и негодяями находят свое последнее прибежище в патриотизме".
       Сегодня мы вдруг спохватились: в стране будто бы не стало талантов и гениев на уровне Менделеева и Жуковского, Шухова и Флоренского, Циолковского и Вернадского. Осмелюсь сообщить: они есть, мы лишь не даем им дороги. Живуч сакраментальный вывод Достоевского: "стало нормой "потушить гения во младенчестве". И главная причина удушения молодых профессиональных талантов - авторитарность, ратующая за нивелировку всего и вся, мешающая возвести в ранг права ту высокую духовность, которая именуется талантом.
       Мы на духовность смотрим порой как на некоторый модный довесок к системе того же инженерного образования: дескать, пусть будет, не помешает. А вместе с тем, духовно-правовые основы образования - не довесок, а фундамент мощного потенциала профессиональных талантов во всех отраслях народного хозяйства и, прежде всего, в сфере пятнадцатимиллионной армии настоящих и будущих инженеров, руководителей производств, научных работников.
       Совместно с редакцией журнала "Высшее образование в России", с Ассоциацией технических университетов и Международной академией экономической безопасности мы в этом году проводим опытно-экспериментальную работу по проблемам духовно-творческих основ развития инженерных талантов, привлекая при этом к этому исследованию студентов, педагогов и руководителей вузов. Эксперимент проводится с учетом ТРАДИЦИЙ, ИННОВАЦИЙ И ПЕРСПЕКТИВ, где утверждаются такие максимы:
       - "Вне культуры нет инженера" (В.Г. Шухов);
       - "Инженер должен быть художником" (Н.Е. Жуковский);
       - "Духовность подобна Вселенной и ее сущность - Любовь" (К. Циолковский).
       б) Новые определения - новые тенденции
       В последних номерах "Литературной газеты" и в других изданиях отмечается, что у нас нет даже определений - культуры, идеологии, духовности с ее доминантными ценностями. Мы даем приемлемые для системы образования, для семьи, для каждого гражданина страны, для государства - емкие, на наш взгляд, определения.
       Культура есть развернутый во времени направленный на идеалы духовный мир человека, где духовность выступает как сила проявления интеллектуально-эстетических, нравственно-волевых и физических данных личности, ориентированных на сохранение, создание и обогащение материальных и духовных ценностей. При этом доминантными духовными ценностями являются ЛЮБОВЬ и СВОБОДА. Любовь к Отечеству, к семье, к своему профессиональному делу, к своим достоинствам и потенциальным возможностям неразрывно связана со свободой САМОРЕАЛИЗАЦИИ, ТВОРЧЕСТВА И САМОСОЗИДАНИЯ, ибо "свобода есть образ жизни, присущий ЛЮБВИ" (И.А. Ильин). Вычлененные из мировой культуры (светской и религиозной) заповеди Любви и Свободы одобрены основными конфессиями мира (Православием, Ватиканом, Буддизмом, Исламом), ведущими научными учреждениями страны - РАН, РАО, РАЕН, НИИ высшего образования Минобрнауки, Академией космонавтики и др., представителями многих зарубежных стран, где переведены и высоко оценены наши произведения. Попутно заметим: значит, может быть определен так необходимый консенсус в борьбе с экстремизмом, лжепатриотизмом, религиозным фанатизмом, терроризмом и другими формами порочного правосознания.
       в) Технология преодоления пятипроцентного барьера
       Наши скромные педагогические открытия базируются на идеях единства ДУХОВНОСТИ и ПРАВА, объединенных третьей силой - творчеством, основанным на взаимосвязи интуиции и разума, сознания и подсознания, воображения и фантазии. В связи с этим, мы впервые затронули такую сложную проблему, как ПЕДАГОГИКА И КОСМОНАВТИКА (См. "Звездный час", МГТУ им. Баумана, 2004 г. с предисловием И.Б. Федорова). Космонавтика во многом повлияла на все сферы жизни. Появились новые научные направления: космонавтика и промышленность, космонавтика и медицина, космонавтика и экология. Как во всех творческих видах деятельности СКОРОСТЬ РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМ в педагогике, как и в космонавтике, стоит на одном из первых мест. Пытливому уму молодых людей нужен адекватный их природе РИТМ, названный философом Шеллингом "музыкой в музыке". Отечественные космисты Жуковский, Циолковский, Умов, Сетницкий, Вернадский и другие постоянно пребывали в состоянии полета, при этом, как заметила дочь Сетницкого, в их душах будто постоянно играл мощный оркестр.
       Средствами культуры и искусства мы учим за предельно короткий срок (10-12 часов) преодолевать так называемый ПЯТИПРОЦЕНТНЫЙ БАРЬЕР (по данным зарубежных ученых только 5% способностей раскрываются при жизни той или иной личности, а остальные 95% уходят в мир иной вместе со смертью человека). Основной метод - семинар-тренинг, когда будущие профессионалы с высшим или средним образованием, никогда не бравшие в руки кисть и масляные краски, создают по два-три прекрасных художественных произведения, затем сочиняют по мотивам своей живописи музыкальные, драматургические и даже хореографические работы, знакомятся с некоторыми проблемами культуры и искусства.
       Особо еще раз подчеркнем: мы занимаемся не художественным творчеством, а развитием таких креативных способностей, которые необходимы каждому профессионалу-мастеру. Среди них на первом месте стоит СПОСОБНОСТЬ ВИЗУАЛИЗАЦИИ, являющаяся, по мнению великих ученых (Менделеев, Эйнштейн, Эдисон и др.), а также отечественных космонавтов, главнейшим достоинством продуктивного творчества. Эту способность великий отечественный мыслитель И.А. Ильин называл ТАЛАНТОМ СОЗЕРЦАНИЯ, суть которого - мгновенно увидеть главное звено решаемой задачи, так же быстро определить способы ее решения и включиться в творческий процесс, четко представив конечный результат и себя в нем.
       Сотни раз проверив эффективность предложенной системы разностороннего развития личности и профессионального мастерства, мы отважились предложить ее государству, тем более, что основные концепции и теоретические подходы, в частности, по проблемам гражданско-патриотического воспитания в 2003 году были одобрены и поддержаны.
       Эти системы основаны на теории развития подвижничества, в частности инженеров, ориентированных на ускоренный выход из всевозможных кризисов. (См. "Искусство развития дарований", МГТУ им. Баумана, 2003 г.).
       г) Закон активизации подсознательных сил
       Подсознание может быть творческим, пребывающим в постоянном напряжении, в стремлении угадать единственно правильное решение. Но оно может быть и спящим, не разбуженным к восприятию явлений рациональной сферы. Одно из главных назначений педагогического искусства - будить дремлющие силы скрытых дарований. Если всего лишь пять процентов творческих данных получают выход у личности за весь период ее жизнедеятельности, то задача педагогического искусства состоит и в том, чтобы довести эту весьма ограниченную проявленность по крайней мере до 15-20 процентов. И это возможно при систематических тренировках подсознания.
       Наши занятия с людьми различного возраста, от четырех лет до семидесяти, показали, как мгновенно пробуждается человеческое подсознание, как оно молниеносно вписывается в рациональную ткань, привлекая для опознания человеческой талантливости сознание, мышление и аналитическое творчество. Для этих занятий мы избрали работу по созданию цветовых живописных композиций, где выбор и соотношение линий, цветовых оттенков, световых бликов ставили личность в необходимость пробуждаться, будто говоря себе: "Неужели это я все сотворил".
       Создаваемые с помощью цвета и света зрительные образы обладают МОЩНОЙ ОБРАТНОЙ СВЯЗЬЮ: они приводят в движение подсознательные силы личности, вторгаются в сознание и средствами мыслительной деятельности создают условия для взаимопроникновения рациональных и иррациональных компонентов в творчестве. Причем самое интересное то, что иррациональные компоненты, проникая в разум, как бы оседают в нем, становятся собственностью рациональных сил. Когда мы даем задание участникам наших экспериментальных занятий изобразить на картоне красками любимый уголок родной природы, или поразивший воображение пейзаж, мы ставим личность в необходимость обращения к своему подсознанию. Мы говорим: "Не торопитесь и не насилуйте свои глубинные кладези впечатлений. Окунитесь в изумительную красоту этих впечатлений. Вспомните, как прекрасно было небо, как блестела зелень травы, как сияла река, излучая таинственный свет лета".
       И тут же слегка подсказывающий переход: "Какими красками вы будете изображать явленные вам картины: блеклыми, грязновато-серыми или полыхающими, чистыми и берущими за душу? Краски оживут, когда каждой их них вы найдете свое обрамление. Вспомните слова художника: "Красный цвет в окружении изумрудной зелени или ультрамарина, будто стремится выпрыгнуть из своего соседства. ..".
       Наблюдая за участниками эксперимента, мы отмечали то, как зажигались их глаза волнующим светом, как ускорялось движение руки, как лихорадочно совершался поиск нужного цвета и т.д. Это все признаки деятельности освобождающегося подсознания, диктующего свой непредсказуемый иррациональный выбор.
       И, наконец, работа завершена. На столе, а затем на вернисаже 40-50 талантливых работ. Участники этого таинства глазам своим не верят. Сомневаются в талантливости своих работ. И вот здесь-то необходимы прицельные мощные точечные удары, чтобы разбить вдребезги возникающие сомнения, рассеять страх, вселить уверенность. Порождение энергии уверенности - одно из важнейших условий развития таланта.
       Здесь нужны прекрасные эксперты, возможно, профессиональные живописцы, которые с МАКСИМАЛЬНОЙ ЩЕДРОСТЬЮ ОЦЕНЯТ ТВОРЧЕСКИЕ работы.
       Им не придется лгать, поскольку все работы строго ИНДИВИДУАЛЬНЫ, ибо каждой личности присущ свой неповторимый цвет, свое сочетание композиционного строя и цветовых бликов, своя радость мироощущений. Обо всем этом го эксперты. И если после этого вернисаж окажется на какой-нибудь престижной выставке или запечатлеется в репродукциях, самооценка каждого участника эксперимента неизбежно повысится, и каждый скажет себе: "И вправду у меня талант...". Потом эта выявленная талантливость будет иррадировать на многие другие виды деятельности, и человек, включенный в такого рода самовыражение, почувствует себя намного сильнее, а выросшее самоуважение личности будет способствовать его дальнейшему росту. Все вышеприведенные действия мы определили как взаимодействие двух законов педагогического искусства - ЗАКОНА АКТИВИЗАЦИИ ПОДСОЗНАТЕЛЬНЫХ СИЛ И ЗАКОНА НЕПРЕМЕННОГО ОБОГАЩЕНИЯ РАЗУМА ДОСТОИНСТВАМИ РАЗБУЖЕННОГО ПОДСОЗНАНИЯ.
       Наши исследования показывали, что становление великих отечественных инженеров и ученых в области техники во многом определялось их общей культурой, их непосредственным общением с искусством, их подвижнической способностью в решении сверхзадач.
       д) Развитые формы наслаждения
       Категория "наслаждение" обозначает в некотором роде смысл и радость человеческого бытия. Понятие "развитые" характеризует в данном контексте высоко нравственные или трансцендентные проявления человеческого духа, творчества. Любое искусство, в том числе и инженерное, стимулируется и регулируется наслаждением. Когда Бетховен говорил о том, что музыка приобрела над ним деспотическую власть, он имел в виду тайные узы наслаждения, которые не отпускали его, властно требуя все новых и новых музыкальных испытаний в нахождении неповторимых самовыражений. О таком "деспотизме" поведали нам в своих признаниях и В.Г. Шухов, и Н.Е. Жуковский, и А.Н. Туполев, и С.П. Королев. Здесь мы вынуждены назвать и такой закон педагогического искусства или САМОСОЗИДАНИЯ СВОЕЙ ТАЛАНТЛИВОСТИ, как ЗАКОН "ПОВТОРЯЕМОСТИ НЕПОВТОРИМЫХ ЯВЛЕНИЙ" (Гегель). Повторяемость творческих актов в решении сверхзадач - основа развития трудолюбия, подвижничества.
       е) Дерзновенные прогнозы
       Творческое дерзновение - главное условие развития любого таланта, - утверждал Н.А. Бердяев.
       Мне грех жаловаться на судьбу: мои концепции и технологии поддержаны народом и государством. Многие книги переведены на различные языки и получили высочайшую оценку в США, Канаде, Индии, Японии, Китае, в странах Европы и СНГ.
       И все же главные мои открытия сосредоточены в новых произведениях - "Евангелие от Учителя" в трех томах, "Откровения и открытия", "Духовно-правовые основы идеологии", написанных в принципиально новом жанре, соединяющем в себе прозу, драматургию, научный анализ, живопись.
       Многим видным чиновникам предлагал прочесть мои романы-исследования, трансцендентальные романы-эссе. Слышал в ответ: "Некогда нам романы читать. Делом надо заниматься. ..". Напомню им: предельно занятый государственными делами Наполеон нашел время для прочтения педагогического романа Руссо "Эмиль, или о воспитании". Прочел и сделал вывод: "Не будь "Эмиля" Руссо, не было бы французской революции".
       Кто может дать гарантию, что наши книги не совершат своеобразный переворот в умах людей нашей державы, да и в умах жаждущих инноваций граждан других стран?!
      
      

    3. СОЗДАНИЕ КОМИТЕТА СОДЕЙСТВИЯ ДУХОВНОМУ ВОЗРОЖДЕНИЮ РОССИИ

      
       Уйти в глухое подполье, как я намечал для себя, мне не удалось. Звонок Алины изменил все мои планы и намерения.
       - Куда вы пропали? - сказала она. - Я вам двадцать раз звонила и вот по какому вопросу. Нашим Правительством создается Комитет по содействию духовному возрождению России. На пост Председателя этого Комитета мы, это наша редакция "Родина", предложили вашу кандидатуру. Не вздумайте отказаться, дело уже завертелось. Ответственные за эти преобразования познакомились с вашими работами, их все у страивает...
       - Что именно? - спросил я, радуясь не столько моему выдвижению в Председатели Комитета, сколько тому, что мне звонит Алина, о которой я не переставал думать.
       - Во-первых их заинтересовали ваши соединения ускоренного развития профессиональных талантов и воспитания гражданственности; во-вторых, все, что касается создания духовно-правовой идеологии, и в-третьих, весь ваш трансцендентальный синтез наук, культур и искусств.
       - Действительно, заинтересовали? - спросил я.
       - Неужели я бы стала трепаться просто так... Если у вас есть время, приезжайте завтра к нам, и мы обо всем поговорим более подробно.
       Естественно, я согласился и на следующий день был у Алины в редакции.
       Я спросил:
       - Насколько серьезно все, что связано с созданием Комитета?
       - Почему вы сомневаетесь в этом?
       - Потому что я многократно обращался в различные правительственные инстанции, доказывая, что без приемлемой научно разработанной духовно-правовой идеологии не может быть ни эффективной политики во всех сферах жизнедеятельности страны, ни сильного государства, а в ответ шли мне разного рода отписки: "Мы используем ваши предложения в нашей практической работе... Желаем вам успехов в вашем благородном труде" и прочее. Кстати, были и такого рода ответы, в частности, из Министерства культуры: "Мы такого рода проблемами не занимаемся, просим вас обратиться в Министерство образования" и т.д.
       - Ну вот, а сегодня многое изменилось, очевидно, раз принято решение создать специальный Комитет по этим проблемам. Так согласны вы возглавить такой Комитет?
       - Я не знаю, справлюсь я с таким ответственным заданием, - сказ ал я весьма неуверенно.
       - Хороший ответ, - сказала главный редактор Людмила Петровна, начальница Алины. - У нас к вам в связи с этим маленькое предложение подготовить статью для нашей газеты, которую условно можно так и назвать "О духовном возрождении России". Собственно, вы основные идеи своей будущей статьи уже изложили в своих предложениях, ранее подготовленных для Правительства Российской Федерации? Так что рыба у вас уже есть. Думаю, что вы не затянете время с подготовкой материала. А мы быстренько тиснем статеечку. Она и станет вашей визитной карточкой при избрании на этот пост. Как вы?
       Я пожал плечами. Пояснил:
       - Я этой проблемой занимаюсь много лет. Буду стараться...
       Когда мы с Алиной покинули кабинет главного редактора, Алина мне сказала:
       - Молодчина. Вы отлично держались с нашим шефом. Предельно уважительно. Она любит это.
       - А вы? - улыбнулся я.
       - Я тоже не люблю строптивых и обличительных.
       - Это вы по поводу нашей предыдущей встречи?
       - Вы догадливы.
       - Я даже хотел вам позвонить, чтобы покаяться, но как-то не решился.
       Алина посмотрела на меня так, будто нас уже связывало больше чем какие-то деловые отношения. Я ощутил себя подвластным, подопечным, подчиненным, маленьким, совсем крохотным субъектом в жизнеспособном круговороте деятельностных отношений, где полновластной хозяйкой была Алина.
       - Присаживайтесь, - сказала она, когда мы вошли в ее кабинет?
       -Алина, - сказал я. - Вы разговариваете со мной так, будто я являюсь вашим самым ничтожным подчиненным. Вы снова хотите, чтобы у нас случился конфликт. Я о вас много думал, и вы не совсем такой человек, каким хотите казаться.
       - И какой же я человек на самом деле?
       - Вы страдаете от того, что не можете найти себя, себя истинную.
       - И вы знаете, какая я истинная?
       - Представьте себе, знаю. Но я вам этого никогда не скажу. И вообще я не хочу с вами разговаривать на эту тему. Вы мне неприятны в таком вашем амплуа, заносчивом и противоестественном.
       - Опять вы начинаете грубить, а я собиралась тоже повиниться перед вами. Я тоже не права была в том прошлом общении с вами. Меня задело ваше слишком откровенное пренебрежение к моей личности. Что же сегодня я могу сказать вам, что на все девяносто или даже на сто процентов вы были правы в своих аналитических выводах относительно моей личности. Больше того, я хотела бы знать, что бы вы мне посоветовали, чтобы мне избавиться от названных вами недостатков.
       - Простите меня, Алина, вы очень гордый человек, а гордость, как известно, мать всех пороков. Видите, я опять начинаю с обвинений, и вы снова обидитесь на меня.
       - Обещаю. Я никогда не буду на вас обижаться.
       - Зачем же так категорично? Я действительно, могу незаслуженно обидеть любого человека. Это, если хотите, специфика моей порочности. Скажу больше. Я меньше всего хочу вас обидеть, потому что чувствую в вас родственную душу и такой духовный потенциал, который может мне помочь открыть и в самом себе, и в других людях, а может быть, и в целом социуме что-то очень важное, значимое для тех поисков, которые я веду много лет.
       - Спасибо вам, если это правда. Я готова вам помочь в ваших поисках. Надеюсь они будут связаны с предстоящей вашей работой на посту Председателя Комитета по содействию духовному возрождению России.
       - Этот пост - слишком высокая ступень для моих скромных притязаний. Я по своим творческим данным не управленец, не организатор-менеджер, не командир и не гаулейтер подчиненных мне исполнителей, а простой разработчик неизведанных пластов человеческой духовности. Я могу помочь многим руководителям различных отраслей жизнедеятельности страны более эффективно работать в своей сфере на основе разработанной мною и моими коллегами ДУХОВНО-ПРАВОВОЙ ИДЕОЛОГИИ.
       - Все ясненько, - сказала весьма дружелюбно Алина, - не будем вдаваться в детали наших возможных разногласий, будем считать их некоторыми недоразумениями нашего общения... Хотите чаю или кофе? - она посмотрела на меня таким ласковым взглядом, что мне сразу даже стало неловко от той белиберды, которую я нес раньше, пытаясь оправдать свое прежнее поведение. И я перевел разговор в совершенно деловое русло.
       - Что касается проблем духовного возрождения России, то я убежден в следующем: рассчитывать на сиюминутный успех или даже прорыв в решении этих проблем не приходится. Сколько бы мы не старались, а изменить нам психологию нынешних людей, стоящих во главе государственных и общественных организаций, не удастся по многим причинам. Целесообразно сконцентрировать все усилия на воспитание нового поколения тех, кто способен будет в будущем реализовать основные направления духовного возрождения России.
       - В чем они? Что в первую очередь надо делать? К чему надо звать и к чему надо готовить нашу молодежь, наше грядущее поколение? В чем сущность возрождения и что надо возрождать в первую очередь?
       - Мне кажется, что термин "возрождение" в известном смысле нам не подходит. Возрождение в средние века имело прямой целью ВОЗРОДИТЬ ЛУЧШИЕ ТРАДИЦИИ ДРЕВНЕГО РИМА И ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ в политике, искусстве, культуре. В чем-то средневековые возрожденцы, если можно так сказать, превзошли своих учителей, создав принципиально новое искусство, культуру и способы развития человеческой личности, оберегаемых правом, государственными законами и нормативами.
       Что касается нашего времени, то тут не совсем понятно, что возрождать. Крепостное право или то, что утверждалось прогнившим самодержавием? Нищету крестьян, рабочих и несчастной интеллигенции? Конечно, в частности XIX век дал такие образцы культуры, литературы философии, живописи, архитектуры, которые могут рассматриваться как ориентиры для развития нынешней культуры, все больше и больше погружающейся в безбрежный океан пошлости, цинизма и бездуховности.
       Мне кажется мы должны на основе возрождения лучших традиций прошлого в развитии нашего Отечества, создавать принципиально новый мир духовной культуры. Поэтому я бы сейчас говорил бы не о возрождении, а о РОЖДЕНИИ новой культуры разумеется, на основе всего того лучшего, что было достигнуто в прежние времена.
       - Я с вами не совсем согласна, - сказала Алина. - Вы же сами говорили, что категория "ВОЗРОЖДЕНИЕ" несет на себе нагрузку не только и не столько временную, сколько качественно-содержательную. Под возрождением понимается как раз современное творчество в сфере культуры, основанное на великих достижениях прошлых времен. Когда мы употребляем категорию "ВОЗРОЖДЕНИЕ", перед нашим взором вспыхивают великие имена Рафаэля, Леонардо, Микеланджело, Боттичелли, Рабле и Данте, Шекспира и Сервантеса, Эразма Ротердамского и Монтеня. Я бы сказала, что ВОЗРОЖДЕНИЕ - это высокий гуманизм человечества. Это РЕНЕССАНС в культурном, идейном и даже политическом развитии стран Западной Европы. И наконец, значительный временной промежуток - от 14 до 17 века включительно. Идеи Возрождения во многом способствовали разрушению феодально-религиозных и политических представлений и во многом объективно отвечали потребностям зарождающегося нового социально-экономического уклада.
       Нам незачем менять термин "возрождение" на какой-то иной, тем более, что в одном лишь XIX веке сосредоточено столько достижений в области науки, культуры, искусства, образования, философии, что достичь их вершин окажется не только трудным, но и в чем-то недосягаемым...
       - Убедили, - сказал я. - У вас поразительный аналитический ум. Вы что философ по образованию?
       - И философ и искусствовед. Имею два диплома, - рассмеялась Алина. - Только вот до сих пор не могла найти применение своим знаниям, а потому пошла в журналистику. Здесь хоть какая-то практическая реализация.
       - Знаете, о чем я постоянно думаю и чего не могу понять?
       - Скажите.
       - Я поражаюсь какому-то невероятно странному и бешено ускоренному развитию тех ребят, которым сейчас по 10-12 лет. Они не вылезают из-за компьютеров, обладают удивительной способностью мгновенно схватывать самые сложные научные проблемы. Я вам уже говорил, как на моих семинарах по трансцендентальной синтезу дети в возрасте от 4 до 12 лет сидели, не шелохнувшись, впитывая в себя сложнейшие теории развития дарований и высших способностей, освоить которые оказывалось не под силу ни их родителям, ни педагогам, которые учили этих детей.
       - И что же вас тут удивляет?
       - Удивляет то, что названные мною дети в чем-то намного умнее и своих учителей и своих родителей, и меня, наконец, имеющего за плечами степень доктора еаук.
       - Ничего здесь удивительного нет, - сказала Алина. - В стране создается мощнейшая информационная индустрия и соответственно МОЩНОЕ ИНФОРМАЦИОННОЕ ПРОСТРАНСТВО, в котором как рыба в воде плавают наши детишки. Тут загадкой является то, почему нашим детям так приглянулись новейшие открытия в области информатики, кибернетики, компьютеризации всего и вся. Вы послушайте, о чем говорят первоклассники и второклассники, и на каком языке говорят. Они без нашего ведома свободно вошли в мир этой самой новейшей информационной индустрии и не замечая того, формируют себя в совершенно новом, неведомом нам стиле.
       Кстати, нечто подобное было и в среднее века, когда тот же сын каменотеса Микеланджело посещал различные выставки и потом на этой основе с увлекся искусством. Правда, ему помог правитель Флоренции Лоренцо Медичи, обративший внимание на талант мальчика. А много ли у нас педагогов, инженеров, управленцев, готовых поддержать в своем дерзновении наших детей. Здесь полный ноль. Взрослые, часто заносчивые и высокомерные, не хотят видеть тех процессов, которые происходят с нашими детьми.
       - Согласен с вами. Первой и основной задачей, возможно, на ближайшей время в нашей программе должно стать выявление, поддержка и развитие детских дарований, способностей и талантов.
       - А что давайте попробуем разработать такую программу, на основе которой можно развивать детские дарования по уже проверенным вашим технологиям. Могу вас порадовать: мы имели честь на прошлой неделе побеседовать с руководителями Правительства Московской области. Они даже готовы профинансировать эту программу. Какой результат вы можете гарантировать?
       - Тот результат, который уже многократно апробировался в нашей экспериментальной школе.
       - Это в Центре Образования  1804, где каждый второй ученик является победителем Международных, Межрегиональных, столичных и районных конкурсов, олимпиад и различных состязаниях как в спорте, так и в области различных наук?
       - Совершенно верно. Мы можем гарантировать ускоренное выявление и развитие талантов у детей и их родителей, педагогов и руководителей школ. Это крайне важно, поскольку создание широкого пространства в борьбе за развитие детских и педагогических талантов может дать невероятный положительный результат. Я несказанно рад тому, что именно дети и педагоги сельской местности могут включиться в борьбу за ускоренное развитие своих дарований и способностей.
       - Вы считаете, что в сельских условиях больше возможностей для развития талантов на основе духовного становления личности?
       - Да я так считаю.
       Сельские школьники, как и их родители, мне кажется, духовно чище, их дедушки и бабушки не утратили Духовную связь с традициями прошлых времен. И здесь дело не только в том, что в условиях села существует у людей неразрывная связь с православием, с тем религиозным сознанием, которое глубоко осело в душах людских, а талантливость, положенная на духовность, - это особый сплав для развития основ ВОЗРОЖДЕНИЯ РОССИИ. Нам нужны Ломоносовы и Циолковские, Достоевские и Толстые, Жуковские и Шуховы, а они есть в народе: мы да должны помочь, как помог тот же изверг рода человеческого правитель Флоренции Лоренцо Медичи простому и бедному мальчику - Микеланджело. Мы должны и сможем содействовать духовному возрождению России. Мы сможем обозначить новый этап в развитии нашего Отечества!
       Алина вдруг встала, подошла ко мне, сияющая и как-то по-доброму расположенная.
       - Спасибо вам, Олег, я не ошиблась в вас. Хочу вам преподнести маленький подарок.
       Я был несколько удивлен таким неожиданным поворотом в наших взаимоотношениях. А она между тем продолжала:
       - Я много думала о вас. Может быть вы меня осудите за некоторую навязчивость, но вы не просто мне понравились. Вы сразу сумели затронуть мои главные жизненные струны. Вы правы, у меня слишком много дерзновения, но не было под ногами почвы. А я всю жизнь рвалась к чему-то значимому и необыкновенному. И вот теперь, в этом я убеждена, благодаря вам я нашла это значимое и настолько прекрасное, что не перестаю о нем думать, ни ночью, ни днем. - Она подошла, к книжному шкафу и вытащила большую книгу, завернутую в бумагу. - Это вам. От сего сердца.
       Я развернул бумагу и прочел. Это был Альбом, на котором огромными буквами было написано "Итальянское ВОЗРОЖДЕНИЕ".
       - В честь чего? - удивленно спросил я.
       - В честь того, - ответила она, смеясь, - что мы вместе с вами начинаем работать над "Основами Отечественного Возрождения". Но это еще не все. Еще один маленький для вас сюрприз. - И она протянула мне еще одну толстую книгу, на обложке которой огромными буквами было написано "СМЫСЛ ЖИЗНИ" (Сокровищница русской религиозно-философской мысли).
       Я открыл оглавление: о смысле жизни писали В. Розанов, А. Введенский, М. Тарсев, Е. Трубецкой, С. Франк и другие.
       - А почему именно эту книгу вы решили мне подарить?
       - А потому, что на мой взгляд возрождение России начинается с определения смысла жизни, с определения целей нашего существования... Вы смогли бы определить цель вашей жизни? - Не дожидаясь ответ, она добавила. - Я, например, не могу...
       - Сегодня очень многим даже умным людям жизнь кажется абсурдной, не имеющей никакого смысла. Я не разделяю такого рода мысли. Я как-то задался целью узнать ответы на этот вопрос у многих моих друзей. Общее их мнение сводилось к одному: этого никто не знает... У меня спрашивали: "А ты знаешь?" - Я отвечал: "Знаю ближние и чуть отдаленные свои цели". - "Ну какие же?" - "Закончить трилогию "Возрождение" и еще один роман о моем поиске смысла жизни..." Они расхохотались. На этом мы поставили большую точку. Я им не сказал о самом сокровенном своем, о том, что мой смысл жизни - Любовь и Свобода. А связь между ними такая: Свобода есть образ жизни, присущий Любви. Эту мысль подарил мне Ильин. А Любовь проявляется в таких сферах: Любовь к родному краю и к Отечеству, к людям, к семье, к воспитанию детей, к отечеству, к своим достоинствам и потенциальным возможностям, и осуществляется Любовь через такие Заповеди: долготерпение, подвижничество, самоукорение, щедрость души, у меня их целых двадцать. Я их вычленил из всей мировой и религиозной культуры. Вот через эти Заповеди реализуется Свобода, которая, как и Любовь, есть Бог. Поэтому вопрос о смысле, который определяется богословами - жить во Славу Божью - сразу опадает. Такова моя философия смысла и целей жизни.
       - Ваша Любовь безлика...
       - Вы хотите сказать, что в моей трактовке Любви нет отношения к противоположному полу?
       - Хотя бы....
       - Этот вопрос крайне сложен для меня...
       Когда мы подошли к ее дому, она взяла меня за руку и глядя мне в лицо (свет фонарей осветил ее свергающий взгляд) она сказала:
       - Не откажитесь посмотреть мою живописную мазню, - она молчала, ожидая, что я отвечу на ее предложение.
       - А не поздно? - пролепетал я, сдерживая свою радость. - Мы никому не помешаем?
       - Я живу одна. Папа к моему юбилею подарил мне однокомнатную квартиру.
       В комнате я сразу уловил так знакомый мне запах лака и растворителей. Стены были увешаны пейзажами, яркими, но, как это ни странно, соединяющими в себе буйную радость и тревожно-невыносимую грусть. Я перескакивал взглядом с одной картины на другую, стремясь постичь сущность ее художественное поиска. Два сюжета меня поразили: на одном была изображена распластанная на берегу озера девушка, уткнувшаяся лицом в траву, а на другом, должно быть, эта же девушка сидела на том же берегу, обхватив голову руками.
       - Я бы эти два сюжета назвал бы так: "Отчаяние". Имеют эти картины какое-нибудь отношение к вашей жизни? Не думаю, чтобы в вашей жизни были столь тревожные мгновения.
       Она ничего не ответила. Вышла из комнаты, сказав мне, что ей надо кое-что разогреть.
       Я рассматривал ее картины и будто узнавал себя: свои живописные поиски, свои отчаянные стремления постичь свою смуту, свое беспокойство, свои тревоги.
       Если она писала небо, то непременно оно было наполнено душераздирающим криком, а лес, овраги и дома передавали какое-то сумрачное беспокойство, точно к обитателям природы подкрадывалась неумолимая смерть.
       - Я был убежден, что вы неисправимый оптимист, а вы оказывается совсем другой человек, - сказал я, когда она снова вошла в комнату.
       - Пессимист? - спросила она.
       - Да нет, это совсем другое. Я ощущаю за кадром ваших откровений яростное жизнеутверждение. Могу вам предсказать, что следующий ваш цикл живописных работ будет связан с поиском жизнелюбивых мотивов: непременно появятся теплые тона, не будет бурь и воплей о надвигающихся бедах и катастрофах... Вами овладеет потребность выражать радость и нежность...
       - А вы предсказатель, - перебила она меня.
       - А вы знаете, что такое нежность? - спросил я. - Кстати, в словарях вы не найдете пояснения этого слова, и даже такой знаток русского языка как Даль, столько глупостей наплел о нежности, что не просто стыдно говорить об этом.
       - Как же он назвал нежность?
       - Страшно сказать. Он назвал ее рыхлостью, и еще дал такие синонимы: тонкий, мягкий, жидкий...
       - Не может этого быть, - сказала Алина и, выхватив из шкафа второй том Даля, стала читать пояснения, относящиеся к прилагательному "нежность". - Вы кажется пишите роман под названием "Нежность"? - спросила она.
       - Уже написал. Я считаю, что нам в этой жизни всем недостает нежности, которую я называю ВЫРАЖЕНИЕМ ЛЮБВИ. Должен вам сказать, что и ВОЗРОЖДЕНИЕ таит в себе то, что я называю нежностью. Взгляните на картины Рафаэля, Леонардо, Боттичелли - ИСТИННОЕ, ВЫСОКОЕ ВЫРАЖЕНИЕ ЛЮБВИ, ИМЕНУЕМОЙ НЕЖНОСТЬЮ. У меня дух перехватывает от избытка нежности, когда я смотрю на их живопись. К счастью, мне довелось увидеть их подлинные работы. Я смотрел и млел от восторга. Вспоминал, как часами стояли у этих шедевров наши великие мужи: и Толстой, и Достоевский, и отец отечественного воздухоплавания Николай Егорович Жуковский.
       - Вы почему-то особо его выделили?
       - А знаете, почему? Он ведь не гуманитарий, а как теперь говорят чистый технарь, но утверждал, что никаких открытий в технике быть не может, если инженеры и изобретатели не будут художниками, если они будут жить и творить вне культуры и искусства. Это утверждение относится и к нам. Я восхищен вашим творчеством, Алина. Ваш художественный дар еще не вошел в ту главную зону вашего творчества, которую вы называете чем-то необыкновенным и значимым. Но вы уже на подходе к вашим новым открытиям, а без этих художественных всплесков вам никак не удастся выйти на желаемые рубежи.
       - Я еще не вышла? - перебила меня Алина.
       - Все, братец-кролик! Лед тронулся! Вы определенно на новом пути! Я не экстрасенс, не предсказатель, но я сейчас, основываясь на тех же тестах и на анализе вашей цветовой гаммы, пришел к удивительным выводам. Вы совсем не такой человек, каким себе представляетесь. Ваша модель своей личности несостоятельна, дорогая!
       - Опять вы начинаете обличать, - теперь уже нежно проговорила Алина. - Бог с ними с этими мотелями. Давайте я вас лучше угощу вкусненьким экзотическим рагу, которое я недавно научилась готовить.
       А я не мог остановиться. Я говорил о ней так, будто говорил о себе. Она и была в моем воспалившемся мозгу отражением моих, именно моих потаенных мыслей, чувств, ожиданий.
       - Это необходимо сказать, чтобы не было возврата в ваше прошлое. Вы должны напрочь забыть все то, что произошло с вами когда -то...
       Господи, что случилось с Алиной, когда я произнес эти слова. Она как-то сразу вся сжалась, побледнела, опустилась на стул, схватившись обеими руками за голову.
       - Что с вами? - закричал я. - Вам плохо?
       - Уходите, - тихо проговорила она, вытирая выступившие из глаз огромные слезинки. - Вы все знаете про меня. Кто вам рассказал обо мне? Зачем вам понадобилась эта жестокая игра со мной!?
       - Алина, я ничего не знаю. Мне о вас никто ничего не рассказывал. Я ничего не знаю о том, какие беды были в вашей жизни. Поверьте мне. Я научился, если хотите, читать человеческие судьбы по цветовым выражениям личности. Не вы первая удивляетесь моим проникновениям в ваш глубоко запрятанный мир. Вы его прячете, а сами распахиваете свое нутро до полного самообнажения, полагая, что никто ничего не поймет и не узнает. Но простите меня, здесь все, как на ладони, - я махнул рукой в стороны развешанных на стенах ее живописных работ. Я конечно могу уйти, но, поймите меня, мне так хочется вам помочь...
       - Я вам не верю! - проговорила Алина. - У меня нечто подобное уже было в жизни. Вообще не верю тем, кто так напролом лезет в душу! Уходите!
       Я поднялся и направился к выходу. Мне было так больно, как никогда. Меня обвинили черт знает в чем. И кто? Женщина, к которой у меня вспыхнули самые добрые и нежные чувства!
       - Я ничего о вас не знаю, но то, что вы на грани новой беды, в этом я абсолютно уверен. Вы больны, дорогая. Убежден, что мог бы вам в чем-то быть полезен. Вы дороги мне, потому что за моей спиной не менее трагическое прошлое. Я проклят миром, покинут близкими и дальними, а теперь еще одна потеря с такими гнусными подозрениями и оскорблениями...
       Я не знаю, как это произошло, но голос мой дрогнул, и я едва не подавился своими собственными слезами. Я не мог сдвинуться с местам.
       Не знаю, прозрение ли ей пришло или жалость вспыхнула ко мне в ее душе, только она решительно подошла ко мне, схватила мою голову обеими руками, до боли сдавила ее и проговорила почти шепотом:
       - Простите меня... Я не знаю, что со мной творится... Может быть я ошибаюсь. Да, наверное, точно ошибаюсь. Не уходите, Олег. Давайте я помогу вам раздеться. Мы так хорошо говорили с вами о самом главном в нашей жизни! И вдруг такой разлад. Это я во всем виновата.
       - Видно я опять с чем-то поторопился, - пробормотал я виновато. - Нельзя в лоб говорить о том, что может доставить человеку что-то неприятное.
       - Но откуда вам было знать, что доставит мне это неприятное.
       - Человек должен чувствовать то, что может причинить другому боль.
       - Ладно, забудем про все это. Мы так здорово с вами намечали программу содействия возрождению России, что просто грешно забыть об этом... Давайте лучше об этом поговорим. У меня возникли, буквально, сейчас новые мысли...
      
      

    4. ЧТО БОЛЬШЕ - МЫ САМИ ИЛИ НАША ЛЮБОВЬ?

      
       Роза в неописуемом восторге была на моих семинарах-тренингах, в процессе которых я за пять часов выявлял и развивал талантливость каждого участника семинара в возрасте от 4-х до 70-ти лет. Мои семинары проходили предельно весело и без какого бы то ни было занудства.
       - А теперь я открою вам одну тайну, - говорю я таинственным полушепотом. - Каждому из вас удалось проникнуть в глубины своей души где хоронилась ваша божественность. Это она вам подсказывает, какими красками и какой техникой выразить свои чувства, свою любовь и к самим себе, то есть к своей божественности, и к краскам, и к кисточкам, они у ас тоже не простые - волшебные. Я не случайно заговорил о ЛЮБВИ. Выше и величественнее любви ничего нет в мире... А вот теперь я задам вопрос на засыпку: "Если Любовь - это БОГ, то что же больше вы сами или ваша любовь?"
       Почти все закричали: "Конечно, любовь больше!"
       Я позволю себе прервать ход семинара и кратенько расскажу о том, как меня однажды поразила эта мысль, что во мне есть что-то такое, что больше меня самого! Согласитесь, я не такой болван, чтобы считать себя больше или выше Господа Бога. Если я микротеос или маленький бог, то во мне, в каждую минуту присутствует БОЖЕСТВЕННОСТЬ, и она появляется, то есть всякий раз дает о себе знать, когда я проявляю любовь к окружающему миру, к своей работе, к товарищам, которые рядом, к той божественности или талантливости, которая обнаружилась во мне. Я вспомнил вдруг, как я не мог раньше понять, как такие ученые, как Вернадский, Чижевский или Циолковский говорили о том, что главное в мире и даже в космосе - это духовность, в которой всегда главенствуют две ценности - любовь и свобода. Я говорил о том, что специально обращаюсь к участниками семинара, чтобы они забыли о страхах и отважно доверились той СИЛЕ, которая точно на крыльях понесла их к реализации их художественных замыслов.
       В моем общении с участниками семинара было немало игровых моментов, с помощью которых я вселял уверенность в каждого, говорил о том, ссылаясь опять же на великих отечественных ученых-космистов, что божественность каждого связана с космосом. Эти ученые и человека называли"микрокосмосом", то есть маленьким космосом.
       - Да, каждый из нас космичен - это вторая тайна, которую я собирался открыть вам, - говорил я во время семинара, когда первый этап работы был завершен. Для вернисажа подготовлено было 30 работ, преимущественно художественных композиций. Правда, были и сюжетные холсты. Так мой Федя испещрил холстик разноцветными точками. Я ахнул, выразив восторг, в общем ничего не понимая, что он изобразил. А он сказал: "Я эту картину назвал так: "Как Берта лапами ходит". Берта - это собака. Так он освоил, и может быть на всю жизнь, запомнил сущность стиля пуантуализма (от слова "пуант" - точка).
       После семинара мы с Розой снова спорили по вопросам духовности, где доминантной ценностью была Любовь. И главным вопросом на этот раз был такой: "Почему во многие времена любовь, как духовная ценность, оказывалась гонимой?"
       В первом веке христиан преследовали за то, что они считали Любовь Господом Богом. И еще за то, что они, когда шли на свои тайные вечери приветствовали друг друга святым целованием. В развратном Риме эти духовные прикосновения рассматривались как начало оргий, которым будто бы предавались христиане. Раздражало римских правителей и то, что христиане призывали любить прежде всего бедных, униженных и оскорбленных, а не римскую знать, военачальников и государственных деятелей...
       - Примерно то же самое было и у нас в России во времена казарменного социализма, - подытожила Роза. В советский период интеллигенцией и властью уничтожались такие ценности, как духовность, добро, свобода, любовь. Все эти ценности обзывались "опиумом для народа", "религиозным одурманиванием людей".
       В советских энциклопедиях любовь рассматривалась лишь как интимное чувство, устремленное на другую личность, идею или социальную общность. Идеологический тоталитаризм диктовал допустимость лишь той любви, которая вела к счастливой супружеской жизни, деторождению, к беззаветной преданности партии, народу, тоталитарному государству. Отвергалась духовная любовь, соединенная с добротой, радостью и потребностью наслаждаться чужим счастьем или "излучением своего собственного" (И. Ильин).
       Духовная любовь есть СИЛА ВСЕОХВАТЫВАЮЩАЯ, ВСЕСОГРЕВАЮЩАЯ. САМОЕ ГЛАВНОЕ в ДУХОВНОЙ ЛЮБВИ - это острейшая потребность приблизиться к трансцендентным началам своей души: это голод души по БОЖЕСТВЕННОМУ. Она тяготеет к качеству, к чести и достоинству личности, к высшим идеалам духовной жизни человека. Это своеобразный вкус к совершенству, духовный орган ДЛЯ ВОСПРИЯТИЯ БОЖЕСТВЕННОГО СОВЕРШЕНСТВА как в отношениях к близкому человеку, так и ко всему внешнему миру, ко всем видам человеческой деятельности. Духовная любовь не исключает чувственные привязанности, глубину интимных чувств противоположных полов.
       - Давайте еще раз рассмотрим проблему смысла любви в той плоскости, в какой ее развертывали отечественные мыслители. Итак, с их точки зрения, - говорил я, - даже смысл жизни был так или иначе связан с необходимостью РАЗВИВАТЬ СВОЙ ОРГАН ДУХОВНОЙ ЛЮБВИ. Только в этом случае человеку может открыться вся красота мира, вся священность человеческой жизни. Религиозные мыслители утверждали, что человек должен любить не партию, с ее лживой идеологией, не тоталитарный режим с кастрированной любовью, а объективно СОВЕРШЕННОЕ, то есть трансцендентное или духовно высшее в этом мире. Бездуховная любовь как бы отделена от высших ценностей, от воли и разума, она ограничивается проповедью чувственных наслаждений, культом плотских радостей и чувственных инстинктов. Идеология тоталитаризма (коммунизма, фашизма, нацизма, шовинизма) утверждала идеократию, то есть власть той системы идей, которые уничтожали духовную любовь, утверждая низменные чувства, потребность в жестокости, лжи и насилии. Марксистская демагогическая идеология, утверждал замечательный отечественный мыслитель Б.П. Вышеславцев, навязывала народу ТОТАЛИТАРНОЕ ЗНАНИЕ, уничтожающее СВОБОДУ И ВОЗМОЖНЫЙ ДИАЛОГ человека, людей о высших духовных ценностях. Свободный диалог - это демократия, это права и правосознание людей, жаждущих приобщения к высшим ценностям. К сожалению, на все духовно-высшее был наложен запрет. Власть с ее карательными органами делала все возможное, чтобы уничтожить высшую духовность.
       - В этой связи бесконечно продуктивной является мысль Лосского об ОНТОЛОГИЧЕСКОМ СМЫСЛЕ ЛЮБВИ. Николай Онуфриевич Лосский определял Любовь как неразрывную ОНТОЛОГИЧЕСКУЮ, то есть СУЩНОСТНУЮ СВЯЗЬ ЛЮБИМОГО БЫТИЯ с ЛЮБЯЩИМ СУЩЕСТВОМ. Эта связь сопровождается особыми эмоционально-волевыми переживаниями, привязанностями и добрыми чувствами, направленными на других людей и на многообразие своих достоинств, на созерцаемую красоту мира, на все виды человеческой деятельности, призванных улучшать эту жизнь развивать в себе и в других вкус к СОВЕРШЕНСТВУ. Такое расширение содержания духовной любви ведет к превращению личности в МИКРОКОСМ, приближает человека к высшим духовным ценностям. Кощунственная ошибка великого Зигмунда Фрейда состояла в том, что он своим учением превратил половую любовь в общее начало, определяющее содержание всех разнообразных видов любви - к супружеству, к детям, к семейному очагу, к искусству, ко всем видам творчества.
       - Интересно в этой связи рассмотреть точку зрения Фрейда, - неожиданно сказала Роза.
       Я много размышлял по этим проблемам, и вопрос Розы не был для меня неожиданным. Фрейд фактически своим учением отрицал универсальный смысл любви, сузив эту великую ценность до пресловутой сексуальности. Я высказал Розе свое мнение по этому вопросу:
       - Содержание великих открытий Фрейда, отмечают многие наши ученые, не изменится, если в центре его системы поставить не половые влечения, а любовь как абсолютную ценность.
       Что примечательно в философии любви у великих отечественных мыслителей? Ответ прост: КОСМИЗМ ЛЮБВИ с всеохватывающим диапазоном влияния на всю человеческую жизнь. Любовь больше, шире и величественнее жизни одной пусть самой одаренной личности. Она независима от личности. Она свободна и диктует лишь самораскрытия всей многозначной цельности бытия. Высокие чувства любви к тем или иным видам жизнедеятельности рождают вдохновение, укрепляют волю и ведут личность к достижению целей самореализации. Эта целенаправленность любви объединяет различных людей, образуя между ними тот необходимый союз отношений, который, будучи скрепленным правом, ведет к сплочению людей, к деятельностной любви друг к другу.
       - А вот еще один вопрос, который не дает мне покоя, - сказала Роза, - Этот вопрос может показаться вам вздорным и неожиданным. Я назвала его так: "В чем состоит таинственно-трансцендентный смысл Любви?" Вы в своих последних работах почти ответили на этот вопрос, но у вас в тени и почти незатронутым остался вопрос о ЛЮБВИ К САМОЙ ЛЮБВИ, у которой, по замечанию Булгакова, есть свой особый лик, своя ипостась.
       Слушая Розу, я поражался ее лексике, ее глубинному проникновении в сущность столь сложных проблем, поражался тому, что она не только как бы угадывала и продолжала мои мысли, а разворачивала свой комплекс проблем.
       Она между тем продолжала:
       - Тайна этой ипостаси состоит в том, что в ней заключено все человеческое, приближающееся к трансцендентным, то есть высшим духовным началам. И сама Любовь к любви находится вне БОЖЕСТВЕННОГО МИРА, она скорее помогает человеку обрести божественную мудрость или величественную силу духовности. Она не Богоматерь, хотя и обладает всеми признаками божественной женственности. Она БОГИНЯ, ВЕЧНАЯ ЖЕНСТВЕННОСТЬ, которая сосредоточена в глубинах человеческой души. Вл. Соловьев, исследовавший проблемы "вечной женственности", так писал о своих мистических грезах о ней:
       В мире, не видимом смертным очам,
       В мире без смеха и слез,
       Там я, богиня, впервые тебя
       Ночью туманной узнал.
       Странным ребенком был я тогда,
       Странные сны я видал.
       Любовь к Любви - это вселенская мудрость, которая разлита во всем мире и которая именуется СОФИЕЙ. Софийностъ мира выражает всеединство различных систем понятий, идей, взглядов. Софийность мира есть ИДЕОСФЕРА (или сфера идей, или идеология мира). Термин недавно введен на Западе для объяснения процессов реидеологизации). Снова обратимся к творчеству Н.О. Лосского, который так определял СОФИЮ: "София по отношению к множественности мира ЕСТЬ ОРГАНИЗМ ИДЕЙ, в котором содержатся семена всех вещей. В ней корень их бытия, а без них и вне их не существует ничего. В этом смысле можно говорить вместе с Платоном, что идеи суть причины бытия..." И здесь Н.О. Лосский задает вопрос, который имеет прямое отношение к нашей воспитательной практике: "В чем состоит творческий акт, которым создается мир как нечто новое?"
       - Я постараюсь предельно кратко ответить на этот вопрос, - сказал я, снова поражаясь тому, насколько Роза глубоко разобралась в проблемах духовно-творческого содержания любви. - Здесь мы сталкиваемся с кажущейся сложностью. На самом деле все предельно просто, и эту простоту приняли на семинаре не только взрослые, но и дети: "Любить не только себя или свое депо, или окружающих, но любить то волшебство возникновения этого великого софийного чувства: да, вот она вспыхнула в душе любовь и понесла тебя, точно на крыльях, и так легко стало, и все окрасилось этой изумительной софийностью. Конечно же, может возникнуть в чересчур педантично придирчивых головках вопрос: "А почему вечная женственность? Почему не мужская вечность? В этом тоже есть своя великая трансцендентная тайна: всем, что есть в мире мы обязаны женским началам. Человек произошел не от обезьяны, а от женщины, и вечная женственность означает и примирение полов, и торжество единства женских и мужских начал, и вспышку трансцендентных начал, как рождение абсолютно нового мира. Я говорил детям: "Попробуйте полюбить не только каждый миллиметрик вашего холстика, и эти чудесные краски на палитре, взгляните, с каким отчаянным трепетом обращается к вам кадмий красный, нежащийся рядом с суровым краплаком, а как нахмурился ультрамарин и как он просит вас, чтобы вы прикоснулись к его душе и нанесли на холст его чарующую синеву, так вот вы уже все это полюбили, но от вас требуется постичь новую тайну: ПОПРОБУЙТЕ ПОЛЮБИТЬ СВОЮ ПРОСНУВШУЮСЯ ЛЮБОВЬ ко всему этому вашему творческому миру! Хотите, закройте глазки и сосредоточьтесь на своей любви: КАКАЯ ОНА? СВЕТЛАЯ или ТЕМНАЯ, МУДРАЯ ИЛИ ТАК СЕБЕ? А какого цвета ВЕЧНАЯ ЖЕНСТВЕННОСТЬ? Давайте отберем краски для ее характеристики! Я буду называть краски, а вы кричите "Да" или "Нет". Итак, поехали: сажа газовая? - "Нет!", "Марс коричневый?" - "Нет!", Церелеум светлоголубой - "Да", Кадмий оранжевый? - "Да", Киноварь? - "Да"... Как же вы безошибочно разгадали вечную женственность!!! В душе каждого из вас притаилась ВЕЧНАЯ ЖЕНСТВЕННОСТЬ! Она дарит вам ваш же талант, вашу отвагу, вашу мудрость!!!"
       Как распахиваются человеческие души, как они откликаются на зов любви!? Все до предела просто! Важно предлагающему эту простоту самому верить в чудо, и чудо не замедлит явиться!
       Любовь щедра, нежна, дерзновенна, отважна! Она, как Мадонна с младенцем. Ее ничто не остановит, ибо она выражает свою любовь к любви, к своему дитя, ко всему этому земному миру. Она зовет любить и славить этот священный мир.
       Я смотрел на Розу и не узнавал ее. Она сознавала весь ход своего оригинального мышления, как иной раз сознают себя ученики, которые вдруг в чем-то стали превосходить своего учителя. Но вместе с тем в ней не было ни капельки хоть какой-то заносчивости. Она довольствовалась тем, что ее пусть крохотные открытия признали, что она получила возможность говорить со своим метром как бы на равных. Она сумела объединить многие, казалось бы, незначительные детали в единое целое, и ее женское чисто интуитивное видение сумело проникнуть во что-то такое, что мною лишь угадывалось. Я сказал ей об этом. Господи, как же она разрумянилась, как воспряла духом! Ей так было важно услышать от меня такого рода похвалу, ибо в этой похвале была сама ЛЮБОВЬ, любовь и к ее уму, и к ее чувствам. Я вдруг ощутил и нечто другое. Это мое признание как бы отделило ее от меня: я будто стоял, несколько приниженный, на грешной земле, а она уже была в полете, в далекой и таинственной трансцендентной сфере. Мне даже показалось, что ей уже не нужна была моя любовь, она точно приподнялась над своими чувственными притязаниями. Передо мной была другая Роза. Роза, вдруг возвысившаяся над нашим миром неуверенности, сомнений и многих личных тревог. Она смотрела к меня, как добрая и умная мать глядит порой на своего ребенка, быстро сообразившего о чем-то важном. И я не удержался и сказал:
       - Если бы вы сумели, все, что вы рассказали мне выразить на бумаге, это возможно, было бы новым словом в философии любви.
       - Вы не шутите? Правду говорите? - В ней снова проглянула прежняя Роза, такая маленькая, такая нежная и добрая.
       - Нет. Это истинная правда. Я поражен тем, как вы так здорово изменились и всего за каких-нибудь два месяца. Благословляю вас на подвиг ратный.
       Она поблагодарила меня, отметив при этом, что и я причастен к ее успехам. За это признание я был ей несказанно благодарен, ибо в последнее время все чаще и чаще сталкивался с тем, когда мои же идеи и разные находки мои ученики присваивали себе, не ссылаясь на меня. Я молчал, а на душе что-то скребло. Почему эти глупости пришли мне на ум, когда я покидал дом Розы, я не знаю. Я осознавал, что-то под ложечкой, у самого сердца у меня ныло, точно я потерял прежнюю Розу, любящую и привязанную ко мне...
       А потом я успокоился. Больше того, я все больше и больше радовался успехам Розы, и даже поделился своей радостью с Алиной. У Алины между тем планы с духовным возрождением России разрастались, и она забросала меня не только предложениями, проблемами, но и многочисленными материалами из разных наук, которые я должен был как-то переварить и отразить в своих программах.
      
      

    5. МЫ НЕ ЗНАЕМ, КТО МЫ И НЕ ВЕДАЕМ, ЧТО ТВОРИМ

      
       В эту тревожную встречу нам не пришлось говорить о новой нашей программе. В процессе скромного ужина с экзотическим рагу мы как-то оба успокоились. Алина вдруг стала необыкновенно веселой и раскованной. Она деликатно и вместе с тем настойчиво ухаживала за мной: подавала вилочки, ложечки, салфетки и тарелочки и даже произносила совсем неожиданные удивительные слова: "Ну-ка откройте ротик", "Вот эта штучка необыкновенной вкусноты". Со стороны можно было бы сказать, что за стволом расположилась любящая пара, молодые люди, не чающие друг в друге души.
       - Вы как-то коснулись противоречий не только моей живописи, но и моей души. Не могли бы пояснить это?
       Пристально глядя на Алину, я, улыбаясь, сказал:
       - Я уж боюсь что-либо вещать. А вдруг вылетит из моей глотки что-то такое, что снова вас оскорбит и обидит?
       - Клянусь, не буду обижаться. Вы должны знать, что я часто бываю такой глупой, сумасбродной и неуправляемой, что сама от этого жутко страдаю. Но прежде чем вы станете рассказывать обо мне и о противоречиях моей цветовой гаммы, я сделаю одно чистосердечное признание, выражаясь милицейской терминологией.
       - Это что-то новенькое...
       - Со мной не со скучишься, - снова рассмеялась как-то по доброму Алина. - Так вот... - Она вдруг замолкла, задумалась, закусила свою изумительную нижнюю губу и сказала. - Нет, нет я лучше об этом как-нибудь потом вам расскажу...
       - Ну, хорошо, - согласился я. - Я помню ваши ответы по цветовому тесту и то, как я их комментировал. Ваша живопись рассказывает о вас совсем другое, прямо противоположное тому, что обнаружилось в вашем тесте.
       - Что же живопись говорит о том, что я не дерзновенная, не слабая и цель моей жизни - семейный очаг?
       - Не совсем так. Согласитесь, что выбор цветовой гаммы в ваших живописных работах сделан как бы в двух сферах - в сознательной и подсознательной. Вы не станете отрицать того, что в вашем творчестве преобладает подсознательная или интуитивная сфера. Вы душой и сердцем выбираете цвет, а не умом и рассудком...
       - Скажу больше, - пояснила Алина. - Я гоню от себя всякие рассудочные подсказки моего сознания.
       - Ну, я так и предполагал. Так вот на первом место у вас такая цветовая гамма - синий. Это "Поступь Мадонны". Спокойное уверенное, целеустремленное следование величайшим ценностям мироздания. На втором место у вас зеленый и, особенно, бирюзовый, смесь синевы и изумрудной зелени, что означает вашу жажду обрести прочную почву под ногами, возможно; дружеские отношения с близкими в семье, в близлежащем общении, так сказать, в сфере производства только на последнем месте, как подкрепление ваших основных первых двух начал, у вас властвуют СВОБОДА и ДЕРЗНОВЕНИЯ, то есть отвага и смелость, выраженные желтым, оранжевым и красным цветом. При этом, обратите внимание желтого цвета, то есть свободы и раскрепощенности, на ваших холстах почти нет...
       - Это немножко не так, - пояснила Алина. - Желтый цвет у меня есть, только он смешан с другими цветами, то есть спокойненько пребывает ВНУТРИ той же синевы, зеленой и даже фиолетовой.
       - Вашему пояснению цены нет, - вскричал я с радостью. - Я просто с ума чуть не сошел в поисках желтого цвета и не нашел. Я даже заглянул в вашу палитру, благо там краски не просохли и отчетливо увидел там целые моря кадмия желтого, лимонного, стронциановой и неаполитанской оранжевой. "Фантастика!" - думал я. - На палитре есть этот цвет, а на холстах нет. А теперь после вашего пояснения я понял, что вы обладаете глубоко спрятанной свободой. Вы не сумели еще дать ей зеленую улицу. Вы прячете даже от себя свои дерзновенные помыслы. Вы гоните от себя прочь то спокойствие и равновесие духа, которые могут и должны стать основой вашего продвижения в этой жизни. Вы, очевидно, поддались общим социально-нравственным, а точнее безнравственным тенденциям, когда женщины стали гнать от себя мысли о своем истинном предназначении...
       - И какое же это истинное предназначение? - вскипела вдруг Алина. - Неужто семейный очаг и воспитание детей? Это мне, кстати, внушал один дьякон, который оказался потом подлецом и. негодяем...
       - Вы снова заводитесь, Алина. Я не могу в таком режиме общаться с вами.
       - Простите меня, - проговорила едва не плача Алина. Она смотрела на меня так жалобно, что я сразу проникся к ней любовью и верой в ее искренность.
       - Хорошо. Вы тоже меня простите за то, что я проявляю свою несдержанность. Все мы грешники в этом мире. Но мы должны держаться и не уступать своим злым силам. Итак, выше стропила плотники!
       - Это еще что?
       - Так назывался знаменитый роман любимого мной Сэлинджера. Послушайте, у вас есть какая-нибудь музыка? Я хочу потанцевать с вами, - сказал я весело, глядя ей в глаза, в которых прочел скорее удивление, чем радость.
       - Поздновато, правда, но мы тихонько. Что вы предпочитаете танго, вальс или что-нибудь джазовое?
       - Танго для такого тихого вечернего часа.
       Я сбросил с себя всяческие прищепки и зажимы и настроился на ожидание чудесных мгновений. Они не заставили себя ждать. Как только я обнял Алину, так во мне все зажглось: крыша поехала, можно сказать. Это аргентинское танго я знал и любил. Сказал об этом Алине.
       - Как вы угадали мое любимое танго, - я замурлыкал мелодию, скорее доставляя себе удовольствие, а не Алине. Впрочем и она улыбнулась. Однако в ней была какая-то настороженность: всякий раз как только я чуть сильнее прикасался к ней, она сразу едва заметно отстранялась, и я даже помогал ей в этом, делая, должно быть, к ее радости то же самое.
       - А вы не могли бы погасить свет? - сказал я вдруг, будучи абсолютно уверенным в том, что она отнесется отрицательно к моему предложению. Но я ошибся. Когда мы оказались у дверей, она щелкнула выключателем, и в комнате воцарился мрак, такой спокойный и восхитительный. Мы танцевали молча, наслаждаясь музыкой, тайными, едва уловимыми прикосновениями и такой восхитительной темнотой, что я не выдержал и ляпнул:
       - Иногда темнота бывает светлее самого яркого света. - Я сказал это совсем тихо. И мне было несказанно приятно, когда в ответ на эту мою фразу, она тихонько пожала мне руку в знак абсолютного понимания и согласия. - Знаете, какие мысли пришли мне в голову?
       - Надеюсь что-нибудь о возрождении России, - с некоторой иронией в голосе проговорила Алина.
       - Почти, - ответил я. - Вы знаете, что я работал над циклом живописных и публицистических работ под общим названием "Женщины и дети спасут мир"? Я и сейчас верю в мессианскую роль женщины. Правда, надвигающийся матриархат развивается по двум направлениям. Первое - женщины стремятся поработить и унизить мужчин, а второе - без них не спасти Отечество, ибо они создают, творят и формирует новое поколение людей, способных содействовать духовному возрождению России.
       - Вы все о том же. Давайте я еще что-нибудь найду в смысле музыки. - Не спрашивая меня, Алина отстранилась и вскоре зазвучала мелодия вальса.
       На узком пространстве кружиться в вальсе было далеко не просто, и я то и дело на крутых виражах припадал к Алине и радовался тому, что она не отстраняется. Мне даже казалось, что ей приятны мои касания.
       Потом к ее неудовольствию, это точно приметил, я, взглянув на часы, оборвал танец, с наигранным испугом воскликнув:
       -Мама миа! Без двадцати час? Меня в метро не впустят. - И я был совершенно поражен тем, что вырвалось из уст Алины:
       - Переночуете у меня. На кухне стоит отличный диван, на котором вы сможете выспаться как следует.
       - Ночевать у такой прекрасной дамы? Что скажут люди? - завопил я с еще большей наигранностью.
       - Людям нет дела ни до меня, ни до вас. Надеюсь в нашей редакции не проафишируете, "что ночевали у прекрасной дамы?
       - Конечно же, нет, - отвечал я, пытаясь обнять Алину.
       - Только без этого, - улыбнулась она. - Если хотите сохранить со мной добрые отношения.
       - Заметано, - сказал я, отстраняясь от Алины. - Вы мне позволите, милая и строгая госпожа, по крайней мере завершить свои рассуждения, касающиеся современной женщины и России.
       - Это, пожалуйста. Готова вас слушать хоть до самого утра. Хочу спросить у вас. Могу я вам возражать, если в чем-то буду несогласной с вами?
       - Буду рад. Искренность и честность в отношениях для меня самое главное. Так вот, не удивляйтесь только моим нелепым сравнениям. Россия для меня та же женщина - забитая; оболганная и растоптанная, но сохранившая в себе мощный скрытый пока что энергетический потенциал.
       - Здесь я хотела бы возразить, но воздержусь...
       - Я заранее принимаю любые возражения. Поясню свою мысль. Современная женщина в России расправляет плечи тем, что не только стремится во всех сферах жизни лидировать, но и на самом деле повсюду начинает главенствовать. Она чувствует себя умнее, деловитее и решительнее мужчин. Ну а самое важное, она безусловно стала главой семьи, главой семейного воспитания. Это понимают и чувствуют не только дети, но и общество в целом. Мужчина в семье оказался на задворках воспитательной практики. Он перестал быть основным авторитетом семейного уклада. Дети все время подчеркивают: "Как мама скажет, так и будет". С этим уже никто не спорит. Это очевидно. Если это так и если будущее страны зависит от того, каким сформируется новое поколение, то исходя из развивающейся ситуации, мы должны осознать, что именно женщина способна внести основной вклад в возрождение России.
       - Я не до конца согласна с такой постановкой проблемы, - не удержалась от возражений Алина. - Ну представьте себе, мы отдали все бразды правления женщине, а как же быть в этой ситуации мужику? Подчиниться безропотно и влачить лямку покорного раба? Нет, дорогой, надо думать о том, как поднять престиж мужчины. Как сделать ею полноправным и полноценным главой семьи, а следовательно, и главным воспитателем семьи? В какой мере современная женщина может помочь мужчине поднять свой престиж, обрести утраченные силы и авторитет? Россия и женщина - совершенно несопоставимые величины. Россия растоптана и унижена лишь внешне. Она - сфинкс, как кто-то сказал о ней. Никто не знает, что у нее зреет внутри и как это вызревшее нечто поведет себя в ближайшее время. Россия - это мужчины и женщины, старики и дети, бедность и богатство, страдание и сострадание. Ее невозможно ни оболгать, ни унизить, ни растоптать. Россия расправит плечи и поднимется из своей загнанности лишь тогда, когда расправят плечи и поднимутся во весь рост и мужчины, и женщины, и наши дети.
       - На сто процентов согласен с вами. Давайте думать, как это сделать. Наши программы по содействию духовному возрождению России должны наравне разрабатывать и осуществлять мужчины и женщины с самым широким подключением к этим процессам детей и молодых людей. Поэтому ваши мысли об изменении статуса мужчины в семье и в обществе я считаю первоочередной важности. Видите, как мы быстро столковались и нашли общий язык по столь важной проблеме. Я бы даже выпил по этому поводу, да вот ничего не захватил с собой: не знал, что у нас будут такие очаровательные ночные бдения.
       - Могу предложить великолепный напиток, подаренный мне моими коллегами в день моего рождения.
       - А свеча в этом доме не найдется?
       - И не одна, - ответила Алина, вытаскивая из шкафа сразу три свечки.
       Вино, наполненные фужеры, свечи и полумрак сразу изменили атмосферу общения.
       - Так здорово все, Алина, - сказал я. - Я вот смотрю на вас не знаю, какая ты. Прости меня, что я на "ты" перешел, как-то не вяжется это выканье с такой роскошной обстановкой. Правда, мы на брудершафт не пили, но это поправимо. Можно предложить тост под этот самый брудершафт?
       - Валяйте, - раскованно ответила Алина. - Все равно, с какой горы падать.
       - Нет дорогая, - отвечал я вполне серьезно. - Никаких падений. Даже, если бы вы, госпожа, и пожелали бы меня соблазнить, это бы вам не удалось. Итак, поехали. За вас, моя черешня.
       Поцелуй был несколько поспешным, но главное он был. Было такое удивительное мгновение, когда все в моей душе вдруг сдвинулось и поплыло в самое дальнее поднебесье.
       - Ты - чудо, Алиночка. Даже если это будет нашей последней встречей, я все равно буду тебя боготворить.
       - Ну, почему же последней, дорогой Олежек, - отвечала она, несколько подражая моей любезности. - Ты уже вошел в мою жизнь, и обратного хода нет и не будет.
       - Учитывая лидерство женщины в современном мире, я подчиняюсь твоему решению. Готов в любой роли быть твоим... я не знаю, как тут лучше выразиться...
       - Близким другом, - подсказала Алина, и мы еще раз за наше содружество прикоснулись губами к фужерам с вином.
       Пожелав Алине доброго сна, я все же сказал тихонько:
       - Ты уж извини меня, но я признаюсь: давно у меня не было столь прекрасной ночи...
       - И у меня тоже, - ответила Алина.
      
      

    6. ЦЕЛЬ И СМЫСЛ НАШЕЙ ЖИЗНИ

      
       Я проснулся раньше Алины. Не удержался; заглянул в комнату, где она спала, долго любовался ее спящим лицом. Нижняя губа была чуть-чуть приоткрыта. Я всегда считал, что женские губы, в частности молодой женщины, передают сущность ее души. Передают больше чем глаза, весь ее облик. Глядя на спящую Алину, я уже видел ее на своем холсте. Возможно, я приоткрою ей глаза, уберу несколько рассыпавшиеся золотистые волосы, непременно позволю себе обнажить ее белоснежные плечи и грудь. Ее коленка, почему то красноватая, одиноко выглядывала из-под одеяла, и мне так хотелось прикрыть ее, чтобы все было в соответствии с неприкасаемостью Алины, которую она так тревожно соблюдала.
       Я не знаю, сколько бы еще продолжался мой созерцательный сеанс, если бы Алина вдруг не открыла глаза.
       - Как вам не стыдно! И долго вы здесь торчите?
       - Я. только вошел, Алина. Я согрел чайник. Готов подать вам чашечку кофе. За этим я и пришел к вам.
       Алина мигом смягчилась. Сказала:
       - От кофе не откажусь Только без сливок. Черненький. И без сахара. - Через минуту я принес ей кофе.
       - Ты забыла о нашем брудершафте? - спросил я.
       - Спасибо, что напомнил. Ну и какие у нас с тобой планы на это утро?
       - Я убегаю, - сказал я. - У меня кое-какие дела, да и ты отдохни получше...
       - Фу, как скучно ты говоришь, - проговорила она капризно, поигрывая глазами. Я думала, мы позавтракаем вместе.
       Я решил не отступать Думал: так для развития наших отношений будет лучше.
       Сказал:
       - Я тебе позвоню. Ты вчера затронула предельно важную проблему о смысле и целях нашей жизни. Без ответа на эти два вопроса мы никак не продвинемся в решении проблем Духовного возрождения России.
       - Согласна с тобой. Я тоже об этом думаю. Наверное, надо все же, как ты предлагаешь, различать смысл жизни мужчины и женщины. Наверное, их цели не всегда и не во всем совпадают. Вот об этом я постараюсь даже написать...
       Я ушел с чувством ощущения какой-то полноты и светлой радости. Уходя, я даже решился прикоснуться губами к ее щечке. Она проводила меня благодарным взглядом, точно я был уже покорен ею и следовал по запрограммированным ею ступенькам.
       Дома я набросился на тексты подаренной мне книге о смысле жизни. Поразился тому, что эта проблема всегда волновала самых разных мыслителей XIX и XX столетия. И как же она, эта проблема, позабыта в наши дни. Довольствуемся тем, что живем, как трава. Не умираем до положенного срока, без цели, без стремления познать этот таинственный смысл жизни. Впрочем и в прошлые времена это сознание бесцельности жизни тревожило людей.
       Вот мысли П.А. Вяземского:
       Жил, не заботившись проведать жизни цель.
       И умер, не узнав, зачем он умирает...
       Как знать, зачем пришли мы?
       Зачем уходим мы? На всем лежит покров...
       А вот четверостишие поэта К.Д. Бальмонта, вычитанное мною в этой книжке:
       И так как жизнь не понял ни один,
       И так как смысла я не знаю -
       Всю смену дней, всю красочность картин,
       Всю роскошь солнц и лун - я проклинаю.
       И цель, и смысл жизни в отечественной философии, литературе, искусстве можно определить двумя словами: "БОГОЧЕЛОВЕЧНОСТЬ" и "БОГОДУХОВНОСТЬ". Смысл и цель жизни как нельзя лучше выразил в своей поэзии Г.Р. Державин:
       Я царь - я раб, я червь - я Бог!..
       Твое созданье я, Создатель!
       Твоей премудрости я тварь,
       Источник жизни, благ податель,
       Душа души моей и царь!
       Если БОГОЧЕЛОВЕЧНОСТЬ есть смыл и цель человеческой жизни, то человекобожие выражает сущность бытия Антихриста, утверждали величайшие отечественные мыслители Н.А. Бердяев, С.Н. Булгаков, И.А. Ильин и многие другие.
       - Если говорить начистоту, - докладывал я Алине, - то меня больше всего привлекли в трактовке этой проблемы мысли В.В. Розанова, Е.Н. Трубецкого и С.Л. Франка. Следуя их идеям и как бы сверяя их мысли многообразными теориями более позднего и даже современного времени, я пришел к такого рода выводам.
       О каком смысле жизни может идти речь, утверждали эти мыслители, если бесконечно идут братоубийственные войны, когда "звериный облик бытия утверждает себя как сущность всего ДУХОВНОГО" (Е. Трубецкой), когда убийства братьев по крови называется патриотизмом, героизмом и едва ли не высшей целью жизни человека, когда абсолютно "бессмысленна каждая единичная личная жизнь человека, так же бессмысленна и общая жизнь человечества" (С. Франк).
       В любом государстве властвуют злые и темные силы. Незначительная кучка людей грабит, унижает и уничтожает бесчисленные массы народа, для которого весь смысл жизни хоть как-то выжить в этом кромешно аду.
       - Мне не нравится твой пессимистический настрой, - сказала Алина. - Давай будем исходить из идеалов, которые выработаны и исповедуются всеми людьми на этой земле, то есть всем человечеством. Ты в самом начале сказал, что смысл жизни в БОГОДУХОВНОСТИ. А это означает - такое сближение человека с вечными ценностями Любви и Свободы, которые есть Бог. Значит, исходя из этого, весь смысл жизни состоит из жизни во Славу Божью, в приближении к высшим духовным ценностям. А исходя из такого понимания смысла жизни, мы запросто выводим и цель человеческой деятельности. По Ильину, она состоит в Любви, Свободе и Предметной, то есть Созидательной, деятельности. Согласен со мной?
       - Для себя лично я давно решил, что цель моей жизни в Любви и Свободе, в ДЕЯТЕЛЬНОСТНОМ УТВЕРЖДЕНИИ ЭТИХ ДУХОВНЫХ ЦЕННОСТЕЙ.
       - Прекрасно, - сказала Алина. - А теперь спустимся несколько ниже, ступим на нашу грешную землю и дадим такое определение жизненным целям: "Цель жизни в Любви, Свободе и в осуществлении себя в деятельности, доставляющей человеку наслаждение и моральное удовлетворение, обеспечивающей его материально и создающей условия для разностороннего развития личности.
       Я сконструировала такое определение, основываясь на теориях названных тобой философов, прежде всего Розанова. Розанов говорит о двух видах целевых устремлениях человека: сознательных, когда жизнь человека управляется сознательно поставленным, и целями, и бессознательных, когда человек живет, не задумываясь о смысле своего бытия, как говорят в народе, живет, как трава.
       - Ты совершенно верно обозначила в своей трактовке целей жизни ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ СЧАСТЬЕ. Не случайно же писатель Короленко говорил о том, что человек создан для счастья, как птица для полета.
       - Я не выделяла категорию счастья для определения целей жизни. Точнее, я хотела потом связать цель жизни с человеческим счастьем. Это особая статья для характеристики целей жизни.
       Здесь возникает важнейшая теоретическая проблема всех времен и народов - проблема ЭВДЕМОНИЗМА. С точки зрения этой теории высшей целью человеческой жизни является СЧАСТЬЕ, БЛАЖЕНСТВА и НАСЛАЖДЕНИЯ. Один из основных принципов этой теории выражен сократовской идеей свободы личности с ее независимостью от внешнего мира.
       Против эвдемонизма выступали многие мыслители мира. На вопрос: "Может ли счастье быть целью человеческой жизни" отечественный мыслитель М.М. Тарсев отвечает: "На этот вопрос нужно ответить отрицательно. Эвдемонизм не имеет оснований в биологическом и историческом прошлом человека". И поясняет: человек, скажем, стареет и сам по себе делается несчастным. На вершинах высших достижений как народов, так и отдельных выдающихся личностей (называются Байрон, Гюго, Пушкин, Лермонтов) лежат страдания, отчаяние, смерть. И вывод: "Идея счастья не может быть руководительным началом человеческой деятельности, основанием должного порядка нашей жизни". И другие доводы: "Счастье недостижимо". "Счастье убегает от человека по мере его сознательных усилий быть счастливым".
       И все же Тарсев делает и такой вывод: "Утверждая, что счастье не может быть целью человеческой жизни, мы должны помнить, что стремление к счастью в человеке неискоренимо... Склонность же к наслаждениям порождает для человека совершенно особые страдания и производит своего рода мучеников мира".
       Принципиально иной точки зрения при анализе целей жизни и человеческого счастья придерживается В.В. Розанов: который называет счастье высшим руководящим началом, удовлетворенностью жизнью, душевный покой и "равновесие всех сил человека", вернувшегося после борьбы с разными внешними силами и препятствиями.
       - Но ты-то сама какой точки зрения придерживаешься? - спросил я.
       Я разделяю точку зрения Карла Маркса, который доказывал, что только та деятельность является полезной и развивающей личность, которая связана с РАЗВИТЫМИ ФОРМАМИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО НАСЛАЖДЕНИЯ. От себя я бы добавила следующее: первое, стремление к счастью должно быть нравственным, утверждающим все многообразие этических норм: доброту и неприятие зла, активную борьбу со злом во всех его проявлениях, щедрость души, честь и достоинство личности. Второе, надо бороться за свое счастье, но не в ущерб другим. Третье, человек свободен в выборе тех деятельностей и тех отношений, которые способны доставить ему и окружающим истинное счастье. В этом состоит важнейший принцип коллективизма, основанный как на заботе о разностороннем развитии личности, так и на укреплении всевозможных деятельностных коллективных связей и отношений, способных для каждой отдельной личности создать благоприятные условия для ее разностороннего совершенствования.
       - Послушай, Алина, - сказал я, выслушав ее доводы. - Ты великолепно разобралась в проблеме. Здорово было бы, если бы ты оформила все эти мысли в виде специальных рекомендаций и для школьников, и для педагогов.
       - Спасибо за добрые слова. Я сейчас на эту тему готовлю статью. Непременно включу в нее и некоторые твои соображения.
       - И все же в наших с тобой подходах к проблеме отсутствует самое главное: конкретизация, то есть изложение, хотя бы вчерне целей жизни для женщин, мужчин, детей, матерей и отцов.
       - Ты еще дедушек и бабушек не назвал, - съязвила Алина.
       - А что предельно важная проблема. Заметила ли ты, что во многих семьях дети больше привязаны к бабушкам, а не к своим мамам и папам...
       - А почему?
       - А потому, наверное, что бабушки и дедушки ближе к смерти. Подарить своим внукам самое лучшее, что есть в них, - это становится их заветной целью. Они, общаясь со своими внучатами, испытывают высшее блаженство. Первые слова Нагорной проповеди Иисуса Христа звучат так: "Блаженны нищие духом", что означает: "Пусть будут счастливы униженные, несчастные и нуждающиеся в помощи, смиренные и благочестивые".
       - Они вроде нас с тобой, - улыбнулась Алина. - Я так всегда нуждаюсь в помощи, в добром отношении ко мне. Но что поразительно, именно, когда меня всецело захватывают хорошие мысли и чувства и я начинаю говорить об этом, от меня все отстраняются...
       - Неправда, - сказал я. - Я же не отстраняюсь. Наоборот, радуюсь твоим духовным взлетам.
       - Это потому, что ты такой же несчастный, как и я, - сказала как-то совсем по-доброму Алина.
      
      

    7. МЫ ВСЕ И АНТИХРИСТ

      
       Когда мы глубже вникли в содержание "Легенды о Великом Инквизиторе" Достоевского, затем прочли и проанализировали статьи Соловьева, Бердяева Розанова и других об Антихристе, мы едва не перессорились. Действительно, по Соловьеву, скажем, Антихрист в некотором роде воплощал некоторые черты человеческого идеала: стремление к счастью, забота об благе людском, обеспечение безбедной жизни.
       В моих подходах к характеристике Антихриста, впрочем, как и в подходах наших отечественных мыслителей, присутствовала некоторая положительная оценка сущности Антихриста. Он у меня получался куда лучше многих наших чиновников, мыслителей и видных деятелей государства. Против меня выступали мои друзья, и в первую очередь Слава Миронов.
       - Ну с чем же вы тут не согласны? - спросила Алина.
       - Здесь-то мы согласны, - ответил Слава. - Больше того, готовы взять на вооружение ваши определения. Но послушайте: как Соловьев, так и Достоевский, Розанов, Шестов, Трубецкой и многие другие отечественные наши мыслители отмечают, что как представители народа, так и представители властей, правоохранительных органов, всевозможные чиновники наполняют содержание идеалов нередко тем, что противоречит справедливости и защите истинно народных интересов. Они оправдывают казенный патриотизм, и такое служение отечеству, которое выгодно лишь подонкам. Достаточно в этой связи вспомнить слова Толстого о том, что "патриотизм есть последнее прибежище негодяя". Так идеал оборачивается в идола, а развитие идеалов в ИДОЛОПОКЛОНСТВО, утверждающее ложь и насилие, фальшивые формы служения якобы отечеству.
       - Ну так и это верно. Интересен и правилен сам факт разграничения идеала от идолов, - отметил я, размышляя уже, над тем, как здорово это может быть использовано в наших теоретических основах возрождения России.
       - Подождите, - сказал Слава весьма решительно. - Сейчас мы перейдем к самому главному. Возьмем работы наших выдающихся мыслителей Соловьева, Достоевского и Розанова, посвященные критике Антихриста и Великого Инквизитора. Дело в том. что образы эти двух дьяволов, если хотите, почти всецело соответствуют тому идеалу, которые представлены, в частности у Соловьева в его работе "Краткая повесть об антихристе". Этот Антихрист "благодаря своей высокой гениальности к тридцати трем годам (возраст Христа) широко прославился как мыслитель, писатель и общественный деятель. Сознавая в самом себе великую силу духа, он был всегда убежденным спиритуалистом, и ясный ум всегда указывал ему истину того, во что должно верить: Добро, Бога, Мессию. Он был во всем воздержан, бескорыстен. Он говорил: "Я дам людям все, что им нужно: пищу, кров, мир на земле. Не будет войн, распрей, междоусобиц. Будет и правда в моем суде... Я всех различу и каждому воздам то, что ему нужно". Он написал книгу "Открытый путь", которая принесла ему мировую славу, ибо была "пронизана истинно христианским духом деятельной любви и всеобъемлющего благоволения. Он стал великой всемирной знаменитостью, а затем императором-сверхчеловеком, обеспечившим всем людям Земли мир и счастье. Он обращался к гражданам своей державы: Я хочу, чтобы не по чувству долга, а по чувству сердечной любви вы признали меня своим истинным вождем во всяком деле, предпринимаемом для блага человечества. Я хотел бы оказать всем вам особые милости. Христиане! Скажите мне, чем мог бы я вас осчастливить? Что дать вам не как моим подданным, а как единоверцам, братьям моим? Христиане! Скажите мне, что для вас всего дороже в христианстве, чтоб я мог в эту сторону направить свои усилия?".
       - Я хочу у вас теперь спросить, дорогие мои, - обратился к нам Слава. - Был в мире такой гениальный правитель, который бы так заботился о народе, мире и о счастье каждого гражданина своей страны?
       - Вопрос серьезный, - сказала Алина. - Ну, а какие пороки были у него?
       - Скажу, - ответил Слава. - Он больше всего на свете любил самого себя, считал себя вторым Богом, точнее сыном Божьим, а Христа он не отрицал, называл его своей Предтечей, даже в связи с этим приводил слова Христа, подтверждающего, что после него придет истинный Спаситель, а он лишь Предтеча.
       Новоявленный "Сын Божий" подчеркивал, что Христос был ИСПРАВИТЕЛЕМ человечества, а он - БЛАГОДЕТЕЛЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, который даст людям все, главное - счастье и мир на земле.
       Мы долго молчали, не в силах осмыслить приведенные факты.
       - Действительно, - сказала Алина. Зачем понадобилось нашим отечественным философам награждать Антихриста столь замечательными качествами: гений, красавец, необыкновенно умный, щедрый, добрый, любящий все живое на этой Земле. И единственный недостаток - большое самолюбие. Да кто же из императоров не любил себя? Кто не считал себя посланником Божьим?
       - Для народа главное не то, как относится правитель к себе, - вмешалась в разговор молчавшая до сих пор Соня, а то, что он может дать народу, в какой мере сможет обеспечить счастливую жизнь каждого. Разве не так?
       - А я вот о чем еще думаю, - сказала Алина. - Если бы сейчас появился такой государственный муж, который бы объявил, что он непременно обеспечит и мир на земле, и счастье каждого гражданина, все бы его боготворили и молились бы за то, чтобы он правил народом как можно дольше... Ничего себе Антихрист!
       - Получается так, что наши государственные мужи, возглавляющие государство, не могут или не хотят дорасти до уровня Антихриста, - подвел итог Слава.
       - Тут что-то не так, - возразил я. - Ты, видно, не донца рассказал нам суть этой повести об Антихристе. Скрыл от нас какую-то главную мысль. Помнится, когда я когда-то читал эту повесть, моему возмущению против Соловьева вначале не было предела. А потом я понял великий смысл его размышлений. Только я забыл сегодня, в чем он. Надо перечитать все.
       На следующий день мы снова встретились и стали обвинять Славу в лжесвидетельстве. Таким древним словом мы обозвали его рассказ.
       - Ты нам не рассказал главного, - сказала Алина. - У Соловьева этот лжепророк встречается с темной силой, с настоящим Дьяволом, который ему говорит, что тот Распятый, чужой для Бога человек, что Богом является он, Дьявол, и что сын его, Антихрист, единственный и единородный сын Божий. Он говорит ему: "Мой дух родил тебя в красоте и в силе. Прими мою новую силу и мой новый дух, делай доброе дело для людей во имя твое, а не МОЕ". И Антихрист, названный ГРЯДУЩИМ СВЕРХЧЕЛОВЕКОМ, единогласно и пожизненно избранный президентом Европейских Соединенных Штатов, с вдохновенным красноречием изложил универсальную программу установления мирной и счастливой жизни на всей Земле. Он сказал: "Народы Земли! Я обещал вам мир, и я дал вам его! Придите же ко мне теперь все голодные и холодные, чтобы я насытил и согрел вас". И он провел ряд реформ, и всякий стал получать по своим способностям, и всякая способность - по своим трудам и заслугами.
       Снова Грядущий СВЕРХЧЕЛОВЕК предлагает людям бесконечное множество благ, лишь бы они с чистым сердцем поверили ему и признали, как единственного посланника Бога на Земле.
       И вот тогда появился на сцене неофициальный вождь православия старец Иоанн, который хотя и числился епископом, но не жил в монастыре, а странствовал по родной земле, проповедуя учение Христа. Его и прозвали апостолом Иоанном.
       И вот, когда император заговорил о необходимости укреплять ДУХОВНЫЙ АВТОРИТЕТ и ДИСЦИПЛИНУ, поднялся старец Иоанн и сказал: "Великий государь! Всего дороже для нас христианство и Сам Христос, ибо в нем, мы это знаем, вся Полнота Бога! Исповедуй Христа и мы примем тебя всем сердцем!"
       Император задрожал. Лицо его потемнело и перекосилось. И старец крикнул сдавленным голосом: "Детушки, Антихрист!", и в это время грянул гром, и огромная круглая молния покрыла старца. Иоанн лежал мертвый, а очнувшийся от страха Антихрист кричал: "Это суд Божий. Я не хотел ничьей смерти. Но кто будет спорить с Всевышним?! Зло наказано Богом!"
       ...Финал печальный для Антихриста. Восторжествовали праведные силы, и Вселенский Собор Божьих церквей, собравшийся в Иерусалиме навсегда отлучил великого обманщика, Антихриста, от церкви Божьей, после чего воскрес из мертвых старец Иоанн, который, очнувшись от тяжкого сна, сказал: "Ну вот, детушки, мы и не расстались. Пора исполнить нам последнюю молитву об учениках Христовых, чтобы они были едины, как Он сам с Отцом".
       - А вы знаете, что мы опять не ответили на главный вопрос, который у Соловьева поставила одна дама, - сказала как-то робко и застенчиво Роза. - Эта дама сказала: "В чем же смысл всей этой драмы? Почему ваш Антихрист так ненавидит Бога, а сам в сущности добрый, а не злой?" И ей отвечают пословицей: НЕ ВСЕ ТО ЗОЛОТО, ЧТО БЛЕСТИТ. Блеска ведь у этого поддельного добра хоть отбавляй, ну а существенной силы - никакой".
       - Все равно я понять ничего не могу. - сказала Соня. - Он же сделал людей счастливыми. Дал им все, чего они хотели. За что же его отлучать? Что Христос ваш дал людям? Если бы мне пришлось выбирать между Антихристом и Христом, я бы выбрала Антихриста!
       Снова восстановилась гнетущая тишина. А потом Роза сказала:
       - Знаете, я встречала в последнее время немало богатых людей. У них было все, но они были глубоко несчастны...

    8. НАШЕ ВОСПРИЯТИЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ КУЛЬТУРЫ

      
       Мы пришли к общему выводу: все в отечественной культуре приемлемо для нас. Мы должны взять на вооружение то лучшее, что было в учениях великих наших мыслителей.
       - Мне особенно близок Иван Ильин, - рассуждал Слава. - Он государственник в лучшем смысле этого слова. У него Право органично соединено с самой высокой духовностью. Пожалуй, никто из наших мыслителей отечественного Ренессанса так проникновенно не говорил о воспитании детей, об образовании, о семье. Он создал целый мир, я бы сказал, правовой ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ЭСТЕТИКИ.
       Как чист и высок он в этом мире! Может быть потому и прощаешь ему крайности: не только Маяковского и Брюсова, примкнувших к большевикам, сбросил он с поэтического пьедестала, но и Есенина, Блока, Андрея Белого, Игоря Северянина, Ахматову и Гумилева.
       У него единственный критерий - БОЖЕСТВЕННОСТЬ! По его мнению грешно примеривать этот критерий к "продажному и бесстыдному бреду Маяковского", "шепелявому неистовству Волошина", "безграмотно-развратной манере Игоря Северянина", "хулиганскому озорству Есенина", "развязным строчкам Анны Ахматовой: "Когда б вы знали из какого сора растут стихи, не ведая стыда". Конечно же, бывает и так; но только это будет СОРНАЯ и БЕССТЫДНАЯ ПОЭЗИЯ" (И.А. Ильин. Одинокий художник. М.: Искусство, 1993 г., с. 226).
       Сорная и бесстыдная педагогика: Луначарский, Крупская, Макаренко - сколько их "выдающихся", ставших вровень с названными поэтическими "выжигами"?!
       Сорная и бесстыдная психология. Здесь-то, кроме примитивного рационалиста Выготского, и имен-то нет! Но есть армия безымянных последышей, марксистской удавкой сковавших российское образование, российское детство!
       - Слава в чем-то прав, - сказала Соня. - Ильин все во мне перевернул. - Он развенчал не только Маяковского, но и Бока, Андрея Белого, Ахматову и Волошина.
      
      

    9. О ДВУХ СПОСОБНОСТЯХ ИСТИННОГО ТАЛАНТА

      
       А потом мы пришли к таким выводам.
       Во всяком духовном творчестве (а педагогическое прежде всего является таковым!) есть две функции, - говорит И.А. Ильин, - две способности, которыми люди бывают одарены в неравной мере: способность творческого СОЗЕРЦАНИЯ и способность легкого и быстрого проявления или, если угодно, удачного, яркого, меткого, может быть, приятного или сладостного ВЫРАЖЕНИЯ" (И.А. Ильин. Одинокий художник. М.: "Искусство", 1993 г., с. 263).
       Ильин сознает, что слово "созерцание" не совсем подходит для характеристики первой способности: надо найти более "значительное и СВЯЩЕННОЕ ОЛОВО". Только в этом случае, то есть если будет найдено такое слово, "осветится последняя глубина творческого процесса".
       Мы, утратили не просто связь с истинно родным языком, мы изъяли из живой семантической плоти духовные начала, отчего слова оскудели, приобрели характер жестких черенков, оттого и "созерцание" в наших словарях нередко трактуется на птичьем жаргоне марксистско-ленинской психологии: "начальная ступень познания, состоящая из ощущений и восприятий, непосредственно связывающих мышление с бытием". (Словарь русского языка. М., 1961. Т. IV. С. 256). И.А. Ильин не принял этот жаргон. Он жил в языковой культуре блистательного XIX-столетия, когда "созерцание означало - "смотреть со смыслом, углубляясь в предмет, проникая его насквозь, любуясь им, вникая в него МЫСЛЕННО, РАЗУМОМ, ДУХОМ, как СОЗЕРЦАЕТ ПОМЫСЛЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ГОСПОДЬ". Истинный человеческий талант возвышается до подобия Божьего. Такой талант становится ПОСВЯЩЕННЫМ, ЯСНОВИДЧЕСКИМ, ПРОРОЧЕСКИМ. Во времена Толстого и Достоевского были в ходу слова "пророчествование" и "учительствование". Толстой стремился к учительствованию, а Достоевский стал и Пророком я Учителем. Достоевский СОЗЕРЦАЛ СВОИМ ДУХОМ и человека, и семью, и общество.
       Такой созерцательности, такого созерцательного Духа не достает нам, погрязшим в мнимой учености, в мусорной диалектике железобетонной философии.
       - Но есть еще одна тайна, которую мы должны разгадать, - сказала в конце наших занятий Алина. - Это тайна преодоления СЛЕПОТЫ, тайна истинного СОЗЕРЦАНИЯ.
      
      

    10. ТАЙНА СОЗЕРЦАНИЯ

      
       Она проста и вовсе, может быть, не тайна. Однозначные выводы И.А. Ильина таковы:
       - Надо смыть позор своих преступлении, следы вынужденного страхом приспособления. Надо смыть черное бесчестие прошлых лет и поверить в свою собственную, непоколебимую честь, чтобы восстановить ДОВЕРИЕ К СЕБЕ САМОМУ И НАУЧИТЬСЯ УЗНАВАТЬ ЛЮДЕЙ, то есть видеть их ДУХОВНЫЙ СМЫСЛ, радость обновления и избавления от лжи.
       В разных регионах страны я рассказывал об Ильине, Бердяеве, Вышеславцеве, о возможных путях духовного обновления, о великой общечеловеческой ПЕДАГОГИКЕ ЛЮБВИ И СВОБОДЫ, и всюду ВИДЕЛ, ПОСТИГАЛ И СОЗЕРЦАЛ живую потребность обновления. Никто и нигде из моих многочисленных слушателей не сказал, не прервал меня словами:
       - Мы - самые замученные из всех сегодняшних трудовых сословий. Нас, школьных учителей, обобрали до нитки, и мы на пределе крайней бедности и нищеты! Может быть это кощунство, но я осязал их потребность духовного очищения, духовного самоуглубления. В них рождалась та великая созерцательная сила, которая именовалась Ильиным первой ступенью раскрытия человеческой талантливости. Кстати, темой моих выступлений была такая - "Развитие детской и педагогической талантливости".
       Самое трудное увидеть то, что перед тобой (Гете).
      
      

    11. О ЦАРСТВЕ КЕСАРЯ И БЕЗДУХОВНОМ ПРАВЕ СИЛЫ

      
       Читаю роман и ощущаю нынешние смягченные, псевдодемократические и политические хитросплетения, за кадром которых, в кромешной гулаговской тьме проглядывают железобетонные установки зловещего сатанинства: "Только железная воля одной партии и кровавая беспощадность помогут нам удержат власть. Для этого надо избавиться от мелкобуржуазных предрассудков. Надо раз и навсегда покончить с интеллигентскими разговорами о свободе, совести, любви, добре и прочем социал-демократическом, меньшевистско-эсеровском слюнтяйстве".
       И вопль "гениального" Ильича: "Диктатура означает - примите это раз и навсегда к сведению, господа кадеты, - неограниченную, опирающуюся на силу, а не на закон, власть" (см. Т. XXV. С. 436).
       И продолжатель великого кормчего Иосиф Сталин: "Диктатура пролетариата обязательно включает в себя понятие насилия. Без насилия не бывает диктатуры, если диктатуру понимать в точном смысле этого слова. Ленин определял диктатуру пролетариата как "власть, опирающуюся непосредственно на насилие" (См. Т. ХIХ. С. 315).
       В крови современного интеллигента (философа, политика, литератора) прочно осели ожидания жестоких гулаговских извращений, прикрытым дипломами Гарварда и Оксфорда, согретых пленительным зноем Кипра, Гавайских и Канарских островов. Ему нет дела до тревожного ЦАРСТВА ДУХА. Превыше всего для него - Царство КЕСАРЯ, признающего ПРАВО СИЛЫ и напрочь отвергающего СИЛУ ПРАВА, защищающего духовность с ее высшими ценностями Любви, Свободы, Социальной справедливости.
       Духовно-правовое ВОЗРОЖДЕНИЕ РОССИИ немыслимо без преодоления всех остаточных элементов сталинизма, казарменного социализма и бездуховности.
       ...Им, современным коррупционерам, сытым ничтожествам и противникам духовного возрождения России, чужд сам ДУХ ВЕЛИКИХ ТРАНСЦЕНДЕНТНЫХ НАЧАЛ, которые свято оберегали и обогащали отечественные мыслители. И все-таки я, исповедующий заветы Христа: "любите врагов своих", шел к моим душегубам, уже дважды изгонявшим меня из своих академических застенков. Шел в надежде установить добрые контакты, безвозмездно подарить им то, что так необходимо государству, народу, науке. А подстегнула меня гора документов, в которых рассказывалось о самом широком использовании моих педагогических теорий в учебных заведениях США, Европы, СНГ. Об этой "горе" я и рассказал Президенту российской Академии Образования Николаю Дмитриевичу Никандрову. В ответ услышал:
       - Несите все, что у вас есть, и немедленно. Это крайне важно...
       Президент принимал меня по-царски: прелестная улыбка, похлопывание по плечу, какие-то добрые слова, разумеется, кофе, и уютная беседа за маленьким журнальным столиком.
       Я выложил на стол около тридцати книг, изданных у нас и за рубежом. Стал представлять с комментариям и различные документы на русском, на английском языках.
       Никандров пояснил, улыбаясь:
       - Я английский знаю лучше Джорджа Буша, который нередко делает ошибки в своих выступлениях, непростительных для президента страны.
       А я между тем начал свой рассказ и показ документов, в которых высоко оценивались мои заслуги и Министерством образования и науки, и Министерством культуры, и другими Ведомствами:
       - Вот два письма Министра образования Фурсенко, а вот это высокая оценка моей экспериментальной работы, сделанная Министерством культуры. А вот это, - долдонил я взахлеб, точно за мной гнались двадцать бешеных собак, - два инструктивных письма в адрес субъектов Федерации по образованию с рекомендацией моих технологий всем образовательным структурам страны: вузам, школам, лицеям, колледжам. Письма подписаны начальником департамента молодежной политики Левитской... А вот мои четыре книги, изданные лучшим нашим издательством "Русский мир"...
       Никандров будто и не слушал меня. Он отшвырнул документы отечественного образца, и глядя на меня в упор, спросил:
       - Где зарубежные материала?
       - О, их несколько, - с радостью отвечал я. - Вот пять страниц тоже на английском языке - это о том, что мои двадцать книжек исследуются и широко используются Библиотекой Конгресса США, вузами и колледжами Америки...
       - Интересно, - заметил Никандров, несколько мрачнея.
       - А вот это совершенно потрясающие два документа о продаже и рекламе моих книг на русском и английском языках в Интернет-магазинах "Амазон - сом" и "Русское слово" (США). Обратите внимание на то, что рядом с ранее изданными книгами даются и совершенно новые мои произведения "Паразитарий", "Дорогу талантам!" и "Пророки и пророчицы". Здесь же в документах даны многоканальные телефоны в США, Факсы, Адреса...
       Я вытаскивал и подавал президенту отзывы на мои книги, полученные из Канады, Индии, Китая, Германии, Англии. В частности, о "Семейной педагогике" говорилось, что это лучшая из книг на эту тему когда-либо опубликованных в мире.
       По мере того, как я суетился, подавая собеседнику все новые и новы документы, лицо президента все больше и больше темнело.
       - А вот этому документу, с моей точки зрения, просто цены нет, - я протянул Никандрову документ с таким названием: "Научные исследования, книги профессора Ю.П. Азарова в целостном процессе образования в колледжах и университетах США". В нем сообщалось: "В список литературы, рекомендуемой студентам в американских колледжах и вузах, обучающихся по специальностям "психология", "педагогика", "менеджмент", "маркетинг", включены научные исследования профессора, доктора педагогических наук Юрия Петровича Азарова. В Калифорнийском университете (г. Лос-Анджелес) две книги данного автора, указанные ниже, включены в список обязательных при подготовке письменных работ к экзамену по программе "Психология".
       Данные книги на английском языке представлены в продаже в крупнейших Интернет-магазинах США и Европы, в частности - "Amazon.com" (отделения в США, Канаде, Германии, Франции и других странах), "Русское слово" (США, г. Нью-Йорк) и других. В названных интернат-магазинах имеются также и последние работы профессора Ю.П. Азарова на русском языке - "Дорогу талантам!" (М: Русский мир, 2005), "Пророки и пророчицы". В 2-х томах. (М.: Русский мир, 2007), "Паразитарий" (М.: Русский мир, 2006), "Подозреваемый": трансцендентальный роман" (М.: Вагриус, 2002), "Групповые люди" (М.: Советский писатель, 1990).
       В крупнейшей библиотеке США - Библиотеке Конгресса (г. Вашингтон) представлены 15 книг профессора Ю.П. Азарова, из них 2 на английском языке, остальные - на русском. Книги представлены в свободном доступе в различных видах - в оригинале, в виде микрофильмов, в электронной версии.
       Список книг профессора Ю.П.Азарова на английском языке, включенных в программы колледжей и университетов США.
       1) Azarov Yuri. Teaching : calling and skills (Translated from the Russian by Inna Medow). Moscow: Progress Publishers, 1988
       2) Azarov Yuri. A book about bringing up children. Moscow: Progress Publishers, 1983."
       Прочитав этот документ, президент сощурился:
       - И сколько вы заработали на этих акциях?
       - Ни копейки я не получил. У меня даже моего согласия не спросили. Браконьеры! Черные рейдеры! Но я им все же благодарен за правдивую информацию о моем творчестве. Послушайте, что они пишут: "Созданная Ю.П. Азаровым трансцендентальная педагогика позволит ускоренно выявлять и развивать профессиональные таланты"... И далее: "Его роман-антиутопию "Паразитарий" критики назвали произведением на уровне самых высоких шедевров мировой культуры. Главный герой романа приговорен к эксдермации - снятию кожи в показательном шоу. Он мучительно ищет выход из своего трагического положения, повсюду сталкиваясь с фарисейской ложью, издевательствами и бесправием. Анализируя развитие культуры за последние две тысячи лет, автор утверждает: "Без духовно-правовой идеологии с главенствующими ценностями Любви, Свободы и Социальной справедливости, без общенациональной идеи не может быть ни эффективной политики, ни сильного государства..."
       Я ощущал, как нервничает президент, но не мог остановиться. Мне казалось, что до него дойдет, наконец, великий государственный смысл моего международного признания: ведь сам факт этого признания должен радовать Никандрова... Но не тут-то было... Никандров взревел. Он стукнул кулаком по столу и заорал, что есть мочи:
       - Хватит рекламироватъ себя! - Лицо его исказилось. Глаза пылали гневом. Он готов был сожрать меня с потрохами: так я был ему ненавистен, и в те доли секунд мне что-то открылось... Я слышал от его сослуживцев, что он, Никандров, самый главный взяточник: продает должности, звания, степени... И я взорвался. Меня понесло так, как никогда не несло. Я готов был его убить, но прежде высказать все, что я о нем думаю. Я заорал:
       - Ты, сучье вымя, пригласил меня, чтобы ознакомиться с зарубежными отзывами. Ты, падла рогатая, коррупционер чертов, не можешь мне простить моего успеха... Я тебя удушу, гада... - А дальше пошел самый натуральный мат: я поливал президента последними словами, и он замер, побледнев, точно из него выжали все соки... Потом он тихо промычал:
       - Не думал, что вы способны на такую грязную брань...
       - Ты меня, скотина, довел до такого состояния...
       И тут вдруг президент резко переменился. Лебезящим тоном он проговорил:
       - Простите меня, дорогой. - Сейчас мы все уладим. Я приглашу сейчас моих товарищей, и они все сделают для вас по самому высшему разряду.
       Я опешил. Сел. Через пару минут в кабинет были приглашены вице-президент Академии Владимир Пантелеймонович Борисенков и академик-секретарь Георгий Николаевич Филонов.
       Никандров был краток и по отношению ко мне был предельно любезен. Своим замам он сказал:
       - Вот документы из США, Европы, наших Министерств. А вот книги профессора Азарова. Ознакомьтесь и подготовьте соответствующие заключения. Полагаю мы заслушаем его на очередном заседании Отделения Президиума.
      
      

    12. ОБЫЧНЫЙ ФИНАЛ

      
       В кабинете Вице-президента Академии Борисенкова я был обласкан.Я возложил на стол Борисенкова мои тридцать книг и стопку отзывов с самыми высокими оценками от нескольких наших Министерств и Ведомств, крупных издательств, Фондов, Центров, вузов и школ. А также отзывов, где давалась оценка моему творчеству и говорилось о моем мировом признании.
       - Мы все это проработаем самым тщательным образом, - говорил Борисенков. Ему поддакивал Статс-секретарь РАО Филонов. - Дайте нам пару недель. Разумеется, зная ваше творчество, мы тоже дадим самые высокие оценки и постараемся сделать для вас следующее. Мы заслушаем ваш доклад на Отделении Президиума и постараемся вынести решение об избрании вас почетным членом Академии Российского образования. Затем попробуем помочь издать ваши работы. Будем рекомендовать ваши педагогические технологии вузам и школам страны.
       Борисенков еще долго говорил. Улыбался. Хвалил. Восторгался. Я только потом понял, что все это делалось, чтобы я спокойно покинул академические хоромы, что я, разумеется, и сделал.
       Особо хочу отметить. Борисенков был одновременно и главным редактором журнала "Педагогика". Он заказал мне статью, сказав, что они быстро ее напечатают.
       Статью я предоставил через пару недель, а еще через неделю Борисенков сообщил мне, что статья моя для журнала не подходит: в ней слишком много рекламного материала.
       Я проглотил пилюлю, сказав, что я пришлю другую статью. Я самым тщательным образом работаю над новой статьей, но и ее постигло то же решение: "Не подходит"... Мало в статье практического материала, то есть школьного или вузовского опыта". Я снова не возражаю. Даю новую статью, построенную на живом опыте. Но и эта статья тоже не подошла.
       И, разумеется, никаких обсуждений на Президиуме, никаких публикаций, никаких почетных академиков. Несколько раз звонил. Новые обещания: приторные любезные... И так прошло полгода...
       Я понял: двери Российской Академии для меня закрыты. Про себя я называю руководителей Академии придурками и сволочами, предельно невежественными людьми, язвами на теле России. Но только про себя. Впрочем, написал большую картину под названием "Кость невежества". Изобразил академиков, точнее верхушку РАО, грызущих ОБЩУЮ КОСТЬ НЕВЕЖЕСТВА. Включил ее в реестр выставочных работ у нас и за рубежом.
      
      

    13. НЕВЕДОМАЯ ЭНЕРГЕТИКА

      
       - Только не говори мне, что все у тебя хорошо, - остановил меня Слава с каким-то нервным надрывом. - Я знаю все: тебя снова щелкнули по носу. Этот недоумок Никандров со свойственным ему иезуитством любезно предупредил своих соратников, чтобы к тебе они бережно отнеслись, потому что ты на грани нервного срыва. Он даже заикнулся, что хорошо бы тебя определить в хорошую клинику...
       - В психушку, разумеется, - подсказал я.
       - Психушку он не назвал, но что-то подобное обозначил. Чем ты сейчас занимаешься?
       - Возникла интересная мысль: проанализировать все основные условия и факторы духовного возрождения России. Одной из наших бед является неуверенность в свои силы и слабая вера в мессианскую роль России, да и каждого из нас...
       - Опять ты за свое. Откуда только у тебя силы берутся...
       - Хочешь знать? Почитай начало моей новой работы, которую я назвал так: "Русский космизм и судьба человеческая". - Я протянул Славе несколько листков своей рукописи. Он прочел вслух первые два абзаца:
       "Одной из тяжких наших бед является крайне низкая самооценка, особенно у наших детей, их родителей и педагогов. Если бы я от себя произнес вслух слова Бердяева, которые приведу ниже, меня бы сочли сумасшедшим. А максимы великого отечественного провидца должны стать исповедальным ОТКРОВЕНИЕМ каждого гражданина нашей великой державы. Вот эти слова:
       "Моя вечная судьба не может быть изолирована: она связана с судьбой истории, судьбой мира и человечества. Мировая всечеловеческая судьба есть и моя судьба, и наоборот, мировая всечеловеческая судьба не может быть разрешена без меня. Моя неудача, неудача любого существа, будет и мировой неудачей, всечеловеческой неудачей. То, что моя личная судьба для меня не меньше значит, даже больше значит, чем судьба всей солнечной системы, не есть выражение обыкновенного человеческого эгоизма, а есть подтверждение микрокосмичности человека."
       Н.А. Бердяев. "Царство Духа и царство Кесаря". М., 1995. С. 277-278."
       - От скромности ты не умрешь, - улыбнулся Слава. Неужели ты уверен в том, что каждый из нас что-то значит в истории человечества? Мы всего лишь песчинки в безбрежном жизненном море...
       - "Человек - не песчинка. Он больше, чем Вселенная хотя бы по тому, что постоянно преодолевает свои ограничения, постоянно жаждет достойной любви и достойной свободы, яркого самораскрытия и духовно-творческой самореализации.
       Истинного человека не покидают мысли о возрождении лучших духовных традиций своего Отечества.
       Если человек - творец самого себя, своей души и своей культуры, он непременно внесет определенный вклад в духовно-правовое развитие своей страны. Именно ДУХОВНО-ПРАВОВОЕ, ибо бесправная духовность ведет лишь к мучительным страданиям, к томительному одиночеству, к неминуемым социальным и экономическим кризисам и катастрофам. Истинное ПРАВО всегда защищает духовность, оберегает ее и ее выразителей санкционированными государственными нормами. Гармония духовности и права - важнейшее условие духовного возрождения и человека, и общества, и государства."
       - И что у тебя сейчас на первом плане? - спросил Слава, как-то сразу по-доброму изменившись в лице.
       - Дети. Я тут недавно познакомился с творчеством гениального художника Жана Тэнгели. Так вот он говорит, что единственным его настоящим учителем являются дети. Они - эталон творчества. За ними будущее.Они обладают мощной творческой силой, которая именуется ДЕТСКОСТЬЮ. А детскость - это почти синоним гениальности...Так что я благодарен Никандрову за очередное надругательство над моей персоной. Это надругательство, как и все другие, породило во мне бешенную энергию. Вчера я еще лежал на тахте, как труп, а уже утром воспрянул духом. Выбежал на улицу, прислонился к огромному дереву и почувствовал, как чудодейственные силы Матушки-Природы вошли в мою душу, и мне стало так легко и счастливо как никогда, вот так, мой друг Гораций.
       - Я восхищен тобой, - тихо проговорил Слава. - Мне бы такую душу нажить.
       - Беру тебя в сообщники. Вместе да еще с нашими девочками мы выстроим истинный храм духовного возрождения и не только России...
       Слава протянул мне руку и я крепко пожал ее.
       Когда он ушел, я стал думать о том, откуда и каким образом рождается эта моя энергетика? Какие силы поддерживают меня? Неужто самые высшие?

    14. ПОТРЕБНОСТЬ В МОРАЛЬНОЙ ПОДДЕРЖКЕ

      
       Мое противостояние темным силам нуждалось в моральной поддержке. И я несказанно был благодарен Владимиру Петровичу и Алине, Славе и Сонечке, Розе и главное - детям и тем молодым людям, с которыми я проводил творческие занятия по вопросам изучения способов духовного возрождения нашего Отечества. Особенно моим друзьям понравилось то, как я сформулировал основные причины неверия в духовное возрождение. В своей новой работе "Что нам мешает?" я перечислил эти причины:
       - Жизнь человека в авторитарном режиме, где личность до предела принижена: режим всячески преследует движение личности к свободе, любви и проявлению своего человеческого достоинства.
       - Укоренившийся в человеке страх и боязнь проявления подлинно гражданских мыслей, чувств, поступков.
       - Предельно заниженная самооценка, удачно выраженная в свое время поэтом Владимиром Маяковским: "Мы только мошки и ждем кормежки".
       - Привычка жить по сложившимся в авторитарном обществе шаблонам, по формуле "жить, как все живут".
       - Боязнь проявить инициативу, самостоятельность, отвагу, творческое дерзновение: в авторитарном государстве сложились и действуют неписаные законы и правила: "Не высовывайся!", "Инициатива наказуема!", "Творческое дерзновение дестабилизирует жизнедеятельность коллектива!", "Тише едешь - дальше будешь!"
       - Опасения потерять тот минимальный прожиточный минимум, который дает человеку авторитарный режим.
       Надо ли говорить о том, что общество, в котором доминируют названные правила, создает благоприятную почву для авторитаристов разного пошиба: воров и коррупционеров, насильников и грабителей, подлецов и негодяев?
       Я делился своими мыслями с Алиной. А она будто и не слушала меня.
       - Тебе все это неинтересно? - спросил я у нее.
       - Ты говоришь общеизвестные вещи. А меня интересует не теория, а живая реальность. Я хочу знать, есть в стране люди, которые во имя правды и социальной справедливости пошли бы на любые лишения, на любые невзгоды. Ты вчера хорошо говорил о современном декабризме. Где они, эти твои декабристы? Я имею в виду не молодых людей, число которых растет с каждым днем, а именитых и умудренных опытом людей, занимающих высокие посты, я имею в виду литераторов и философов, готовых вступить в неравный бой с разной нечистью...
       Я смотрел на Алину. Ее лицо исказилось болью. Густым румянцем были залиты ее щеки. Глаза сверкали гневным огнем.
       - Они есть, эти люди. Мы слишком разобщены. Нам порой дела нет до того, о чем и как думают те же литераторы и те же философы... - Я пытался рассказать ей о своих знакомых, которые думают так же, как и мы. Я сказал, - Нам соборности не достает...
       - А почему в XIX веке была эта твоя соборность? Были ведь не только Пестели и Бестужевы, Рылеевы и Каховские. Были еще Герцены и Огаревы, Некрасовы и Белинские. Они находили друг друга, подтверждая свою преданность идеалам своим печатным словом.
       Они были беспощадны к злу, к любому проявлению пошлости и негодяйства...
       - Очевидно, мы еще не созрели до таких высоких потребностей, какие огнем пылали в душах интеллигенции того же XIX века...
       - Ты прав! Сейчас у народа иные потребности. Потребности в пошлости, порнухе и чернухе, и нет просвета - кругом кромешная тьма... Мне вспоминается Белинский. О нем Некрасов писал:
       И он пришел, плебей безвестный!..
       Не пощадил он ни льстецов,
       Ни подлецов, ни идиотов,
       Ни в маске жарких патриотов
       Благонамеренных воров!
       Где он нынешний Белинский?! Где Некрасовы и Герцены!
       Я понимал: это камушек в мой огород. Я - не Белинский, не Рылеев, не Герцен. Во мне нет той страсти, какая была у них. И моя готовность к любой жертвенности под большим вопросом. Это знает Алина. Она готова идти на любые баррикады, а я нет. Я прикрываюсь разумными доводами: революции и всякие перевороты губительны для всех! Это не значит, что я против борьбы. Я побывал на нескольких демонстрациях. Увидел беснующуюся толпу. Толпа выпускала пар. Она-то была готова на все. Это нравилось Алине, а мне - нет. И не потому, что я боялся неожиданных последствий. Просто во мне томилась другая исповедальность. Я помнил: ни Христос, ни его единоверцы не выступали против режима и правителей государства. Они делали большее: утверждали ИДЕАЛЫ! Эти идеалы живут и по сей день. Они в душе моей, и я хочу в обновленной форме вложить их в души тех молодых людей, чьи искаженные лица я видел в толпе демонстрантов.
       Я не мог не видеть святую горячность молодых людей, идущих навстречу омоновцам. Их бесстрашие было многообещающим. Ими восхищалась Алина.
       Вместе с тем я чувствовал свою вину перед молодыми людьми, готовых ценою своей смерти помочь своей стране обрести подлинно духовное право и самую высокую духовность, оберегаемую санкционированными нормами государства. А наша общая вина, не только моя, состояла в том, что мы не сумели создать для своего народа такую ДУХОВНО-ПРАВОВУЮ ИДЕОЛОГИЮ, которая бы покорила сердца и умы людей, звала не на кровопролитный подвиг, а на ЛОЯЛЬНОЕ, СМИРЕННОМУДРОЕ ПОДВИЖНИЧЕСТВО. Об этом я рассказал Алине. Я говорил с несвойственной для меня страстностью. В моем голосе, я это ощущал, несмотря на то, что я говорил тихо, набатно звучал металл: в нем была та особая сила убежденности, которую ничем нельзя было одолеть.
       - Наконец-то! - сказала она многозначительно...
       - Я же ничего нового не сказал,
       - Важно не то, что ты сказал, а то, как ты это сказал. Я впервые почувствовала, что ты создашь так необходимую нам систему идеалов, которую ты именуешь гнусным словом "идеология". Наши пикеты и демонстрации - вопль вопиющего в пустыне. Всем нам недостает научно обоснованных и страстно изложенных идеалов, возрождающих лучшие отечественные традиции, в частности нашего Серебряного Ренессанса.
       Алина впервые за последние месяцы посмотрела на меня влюбленными глазами.
       - Ты противоречишь самому себе, - сказала Алина, когда я, основываясь на концепция Любви, изложенной И. Ильиным, высказал мысль о том, что любовь, как и любое творчество могут быть бездуховными, если они начинаются с чего-то приятного, или если эта любовь стремится к максимальному внутреннему и внешнему наслаждению.
       - Нисколько не противоречу, - ответил я. - В этом вопросе я полностью согласен с правоведом-мыслителем Ильиным, который доводит эту мысль до такой крайности: бездуховная любовь чаше всего отвращена от воли и разума и обращена к воображению и чувственным ощущениям. В то же время духовный выбор и духовная любовь в силу своего Разума готова отвернуться от "нравящегося" и "приятного". Духовная любовь всегда готова к подвижничеству, которое бывает и трудным, и безрадостным. Согласись, гражданский долг-штука суровая. Когда человек говорит себе, или друзьям, или возлюбленной, или государству, наконец:" Я это сделаю, чего бы это мне ни стоило: позора, унижения или смерти", он далек от удовольствий, напротив он своим ДУХОВНЫМ РАЗУМОМ устанавливает для себя жестокий режим жизни, отказываясь и от многих радостей, и от многих наслаждений, ибо он стремится не к наслаждениям, а к СОВЕРШЕНСТВУ ДУХОВНОГО МИРОСОЗЕРЦАНИЯ, СВЕРШЕНИЯ САМОСОЗИДАНИЯ.
       - И каким же образом я должна молодым нашим людям донести эту мысль?
       - Они поймут тебя, если ты скажешь им правду. А эта правда состоит в том, что привлечь сердца молодых людей, их разум и волю к пониманию того, на что они идут, с чем связывают свою судьбу. Ты вот долгое время считала, что я трус только потому, что я против демонстраций и пикетов. Я, если ты хочешь знать, делаю более опасную работу. Моя Духовно-правовая идеология яростно бескомпромиссно обоснованно выступает против таких негативных явлений нашей жизни, как коррупция, насилие, грабежи, ложь, зомбирование народа и манипулирование человеческим сознанием. Заметь, в нашей стране воров и коррупционеров не отстреливают. Убивают правдолюбцев и правозащитников, какими были та же Старовойтова, Юшенков и многие другие. От меня сановные чиновники и даже мои недавние друзья уже отвернулись, когда я опубликовал свои мысли о своем понимании Любви, Свободы и Социальной справедливости. Я не призывал к переворотам и к экспроприации грабителей-олигархов. Но многие почуяли во мне некоторую опасность, ибо высказанная правда не только разъединяет многих, возбуждает у некоторых лиц неприязнь к правдоискателю. Я отлично знаю, на что я иду, и в этом знании представь себе, мало удовольствия и Наслаждения. Мною движет ЛЮБОВЬ К СОВЕРШЕНСТВУ, ЛЮБОВЬ К ВОЗРОЖДЕНИЮ ВЫСШИХ ДУХОВНЫХ ТРАДИЦИЙ, а не любовь к самоудовлетворению. Пусть этой мастурбированной любовью занимаются те, о которых Толстой говорил: "Последнее прибежище негодяя - патриотизм".
       - Убедил, дорогой мой, - сказала Алина как-то робко и приглушенно. Я тут прочла несколько написанных тобой страничек и пришла в ужас. Ты наотмашь лупишь сильных мира сего, не взирая ни на лица, ни на занимаемые ими должности. Очень прошу тебя... будь поосторожней. Я не хочу потерять тебя...
      
      

    15. ЭНЕРГИЯ ЛЮБВИ

      
       Совсем иные отношения у меня складывались с Розой. Она мне не перечила, во всем соглашалась со мной, и я даже с какой-то болью вспоминал то время, когда Роза вступала в полемику со мной, подвергая критике то, что не принимала ее душа. Я чувствовал, что у Розы идет как бы процесс накопления творческого потенциала, который в скором времени непременно даст о себе знать.
       Роза присутствовала на моих семинарах, общалась о участниками занятий, что-то записывала, иногда делясь со мной своими соображениями. Ей особенно нравилась, так сказать, технологическая сторона моего общения с молодыми людьми: трансцендентная вера в успех, выраженная движениями, голосом, широкое привлечение различного материала - литературного, художественного, научного.
       Я говорил: "У современных психотерапевтов есть такие образы - "сорваться с цепи" (А. Маслоу) или "соскочить с крючка" (К. Свит). Подсчитано: 50% учащихся усваивают преподносимый им материал за счет мощи и выразительности голоса педагога, более 30% - за счет развернутого содержания программы или темы занятий.
       Я знаю: в занятиях со студентами и педагогами решающую роль играют моя энергетика и моя демонстративная готовность сорваться с цепей и увлечь за собой всех присутствующих.
       Я говорю так, будто это последний день моей жизни, последнее слово перед казнью. И дело, разумеется, не в громкости и не в грубом напоре, а в чем-то более высоком, цепляющем тончайшие струны сердца. Здесь работает принцип Б. Вышеславцева - воспитывать на высоком. Поэтому и союзники мои - гении, выдающиеся личности. Потрясающее признание Альберта Эйнштейна: "Я хочу знать мысли Бога, все остальное - детали", высветило для меня тот путь, по которому я жажду пройти вместе со студентами и преподавателями, сидящими в зале. В моей душе набатно гремит могучий голос Николая Бердяева: "Я всегда шел, ориентируясь на высшие ценности, а не на рассудочный здравый смысл", утверждение Иммануила Канта: "Трансцендентность не знает никаких пограничных столбов и демаркаций!", заверения Райха, Лоуэна, Маслоу: "Трансцендентность - это слияние с Богом. Без нравственно-высшего невозможно приобщить учащихся к творчеству". Я не тороплюсь поджигать бикфордов шнур моего педагогического натиска. Я иду, будто по тонкому льду, точно боясь оступиться или спугнуть волшебную птицу, мелькающую в зарослях моих откровений и дразнящую меня своим уютным клювиком. Я не признаю никакой игровой техники, ибо считаю: только искреннее волнение может всколыхнуть души сидящих передо мной.
       Я показываю репродукции своих картин в циклах "Россия с протянутой рукой", "Нищие и бомжи великой державы", "Вечная женственность", "Смута". Каждый цикл решался в своем цвете, и я призываю каждого заглянуть в таинственные сияния моих цветовых перехлестов.
       - Посмотрите, это же необыкновенно! Какой блеск! Сколько нежности и огня. Набоков об этой краске написал такие восторженные стихи: "И заверну погуще кончик в оранжевую желтизну!!!"
       Бикфордов шнур, соединяющий мой голос и их души, зажжен, и нет отступлений, и я жду ответных взрывных, возможно, совсем неприметных, тихих реакций. Рассказывая о философии или литературе, или драматургии, я стараюсь подать самое интересное, все подаваемые средства образования душевных вибраций развертывать в духовно-личностном плане. Если рассказ о личностях, то непременно будут такие эпизоды, которые берут за душу, скажем, пойдет разговор о поэтике Ф.М.Достоевского, - то он предстанет за один день до предстоящей казни, а затем - само ожидание казни с помилованием и письмо брату о самом главном, что его мучило: как же жить дальше? Как любить? А любить непременно надо! В этом весь смысл бытия..."
       Общаясь с Розий, я замечал, что она слишком уж склонна к теоретизированию, что так были невыносимо для Алины, которая однажды заметила Розе:
       - Ты чересчур увлечена теорией. Это неплохо. Но отрыв от земли чреват дурными последствиями...
       - Я не вижу здесь никаких дурных последствий, - поддержал я Розу. - Роза увлечена сложнейшей проблемой гражданско-патриотического становления личности, а здесь все не так просто. И самое интересно то, что Розочка соединила эту проблему с педагогическим искусством и мастерством. Этого никто никогда не делал. Вот прочти, Алиночка, одну страничку текста и ты поймешь, насколько глубоко она копает... - Я протянул Алине Розину рукопись, где были сформулированы некоторые главные положения разрабатываемые Розой концепции. Роза писала: "Педагогическое искусство как трансцендентная деятельность есть не только выход за пределы человеческого Я и взлет в божественную сферу духовности, но и погружение личности в бесконечные глубины своей души, именно в те глубины, где зарождается и развивается патриотическое чувство.
       Только опосредованно, через высшие духовные искусства государство может приблизиться к душам людей. Н.А. Бердяев справедливо утверждал "недопустимость власти государства над человеческими душами, над духовной жизнью, над человеческим творчеством... Душа человеческая стоит дороже, чем все царства мира. Человек выше государства... Государство не есть воплощение на земле абсолютной идеи, как думал Гегель... Государство всегда неадекватно, всегда греховно, и в нем всегда возможно торжество царства зверя" (Бердяев, Н. О русской философии. Изд-во Уральского университета. 1991. С. 201-202).Чувство любви к родине есть сердцевина высшей духовности. Это глубинное чувство принадлежит личности, Богу, только не государству. "Государство, - писал Н.А. Бердяев, - имеет дело лишь с оболочкой человека, оно регулирует лишь внешние отношения людей... Духовно государству положены пределы на веки веков и признаны бесконечные права человеческой личности" (Бердяев, Н. Философия неравенства. М., 1990. С. 85). Государство неизбежно становится авторитарным, то есть злоупотребляющим своей властью, если бесцеремонно вторгается в глубинный трансцендентный мир неотчуждаемых чувств личности.
       Вероломное вторжение в интимно-творческий мир личности разрушает и мир патриотических чувств, и мир доброго, честного и предельно уважительного отношения к государству.
       Государственность, в отличие от патриотизма, не может быть основана лишь на любви. Гарантия безопасности граждан, свобода и независимость требуют того, чтобы в основу государства была положена не только любовь, но и принуждение... Здесь вступает в действие СИЛА ПРАВА как ПРАВО СИЛЫ. РОДИНА, ГОСУДАРСТВО ВЗАИМОСВЯЗАНЫ, но никогда не вытесняют друг друга, как никогда не происходит ПОЛНОГО СЛИЯНИЯ, ОТОЖДЕСТВЛЕНИЯ. РОДИНА как трансцендентное совершенство веками накапливает то вечное, что есть в данном социуме, культуре, духовности.
       Педагогическое искусство также веками через творчество великих педагогов приумножает потенциал искусства воспитывать и влиять на развитие человеческой души. Педагогическое искусство, как правило, преодолевает недостатки педагогической практики, регламентируемой государственными программами и методиками.
       Главнейшим фактором педагогического искусства является мощная духовная энергия, воплощающаяся в средствах и методах общения педагога и учащихся, духовного наставника человеческих душ и граждан своей страны.
       Руководители Царскосельского лицея, ненавидевшие Пушкина и его близких друзей, не имели доступа к душам своих воспитанников, потому не могли должным образом влиять на их патриотическое становление. Но зато такие педагоги, как Галич и Кошанский, духовно близкие лицеистам, могли в полную меру обогащать новым содержанием патриотизм юных своих питомцев.
       Справедливое государство и духовно развитое общество всегда поощряют различные виды искусств, ибо только искусство, культура, творчество и вероисповедание способны осуществить ту великую миссию, выполнение которой подвластно лишь трансцендентным началам человеческого духа. Вот почему расцвет искусств, в том числе и педагогических, во многом зависит от расцвета справедливого государства.
       - Об этом в свое время очень хорошо писал Макаренко. Кстати, ты расскажи, Роза, какое замечание тебе на этот счет сделали педагоги, - это Слава вмешался в наше общение с Розой.
       - А насчет Макаренко? Им показалось, что я выступаю против Макаренко. Они считают, что раз я сторонница Владимира Петровича, значит я претив коллективизма и всего того, что Владимир Петрович называет авторитарной макаренковщиной... А я совсем не против Макаренко.
       - Тут такая аксиома, - не унимался Слава. - Раз ты за Бердяева и Булгакова да еще за апостола Павла, значит ты и против Макаренко и всего того, что наработано советской педагогикой. Я предлагаю по этим проблемам провести специальные занятия со старшеклассниками.
       - Согласна, - сказала Роза. - Я даже знаю, в какой школе мы сможем провести такого рода занятия...
       - Давай вместе проведем эти занятия, - предложил Слава. - Здесь кроме всего прочего есть и такие противоречия, как противоречия между правом и духовностью, между нашей педагогикой и всем тем, что изложено у наших религиозных мыслителей. Я поясню свою мысль.
       Государственные учебные программы являются законом для деятельности педагога. Однако, как подчеркивают отечественные мыслители, закон не есть высшая творческая сила. Высшая творческая сила есть любовь. Больше того, любовь есть высшая ценность, ибо "Бог есть Любовь". Конечная цель евангельского провозвестия, говорит апостол Павел, есть "любовь от чистого сердца и доброй совести, нелицемерной веры". Вот чего закон принципиально достичь не может, ибо нельзя приказать или запретить любить; нельзя приказать или запретить нелицемерно верить, ибо вынудить можно только лицемерие. Сфера чистого сердца трансцендентна, а императивы закона касаются лишь внешних поступков и деяний. Закон и правовые нормы являются РАЦИОНАЛЬНЫМИ СИЛАМИ, обращенными к сознанию, к уму, к сознательной воле людей, "но не к иррациональным, бессознательным и подсознательным инстинктам и влечениям". Подсознание - сфера бесконечных потенций и возможностей, из которых возникает и порок, и добродетель.
       Трагизм права состоит в том, что подсознание людей непредсказуемо, а потому неуправляемо. Разрешение противоречий между законами и властью, правом и духовностью, сознанием и подсознанием может быть осуществлено в системе правового воспитания средствами педагогического искусства, утверждающего честь и достоинства человеческой личности, правду и совесть, социальную справедливость, истину, красоту и добро в жизни граждан данного демократического государства.
       Педагогическое искусство есть практическая ПЕДАГОГИКА ВЫСШИХ ЦЕННОСТЕЙ, ОПИРАЮЩАЯСЯ НА ТРАНСЦЕНДЕНТНЫЕ, ТО ЕСТЬ ВЫСШИЕ, ГЛУБИННО-ЛИЧНОСТНЫЕ ДУХОВНЫЕ ЦЕННОСТИ, еще раз, в сотый раз повторим, доминантными среди которых являются ЛЮБОВЬ И СВОБОДА.
       Эти простые истины сегодня пребывают в людских душах, но они завалены непробиваемым хламом псевдогуманитарных знаний, схоластических научных построений, задушены амбициями невежд и лицемеров, осмеяны скептиками и политиканами, дельцами и доктринерами, считающими себя реалистами, владеющими конкретными технологиями...
       ЭТИ ИСТИНЫ, ЭТИ ДОМИНАНТНЫЕ ЦЕННОСТИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ВОСТРЕБОВАНЫ ГОСУДАРСТВОМ И НА ЗАКОННЫХ ОСНОВАНИЯХ ВКЛЮЧЕНЫ В ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ПРОГРАММЫ ВОСПИТАНИЯ И ОБРАЗОВАНИЯ. Только таким способом можно по-настоящему модернизировать или реформировать образование. Только при этом условии государство окажется способным влиять на развитие педагогического искусства, НА ЕДИНЕНИЕ ПРОЦЕССОВ САМОСОЗИДАНИЯ И ВОСПИТАТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКИ.
       Педагогический чиновник может возмутиться: "Как можно любовь и свободу включить в государственно-педагогический стандарт?!" По-своему, с позиций чиновничьей психологии он будет прав. Но есть психология творчества. Наконец, есть само ТВОРЧЕСТВО, способное СВОБОДНО И ЛЮБОВНО оперировать государственными стандартами. Способно, порой возвышаясь над стандартами, преодолевать узость рекомендаций, создавать в процессе творчества новые, более эффективные методы воздействия, методы воспитания.
      
      

    16. ИДУЩАЯ ОТ СЕРДЦА КРАСОТА

      
       Я радовался тому, с каким увлечением работали Роза и Слава над подготовкой к этим урокам.
       - Я не знаю, согласитесь ли вы со мной, - обратилась ко мне Роза, - но я во многом не согласна с Бердяевым и Вышеславцевым, которые считали, что патриотизм не воспитывается, а созидается.
       - Самосозидается, - поправил Розу Слава.
       - Правильно. Я ошиблась. Так вот мы тоже считаем, что патриотизм не может быть навязан, насильно внедрен в сознание и чувства людей, не может быть сформирован, подобно тому как формируются поезда. Но патриотизм и самосозидается, и воспитывается, ибо всегда выступает как органическая часть целостного воспитательного процесса, в рамках и за пределами которого ЧЕЛОВЕК САМ ТВОРИТ СВОЕ ВОСПИТАНИЕ. Великое педагогическое искусство как раз и состоит в том, чтобы создавать оптимальные условия для самосозидания личности, для ее самораскрытия, самореализации, саморазвития. Для того чтобы человек реализовал эти многочисленные "САМО", необходимо сотрудничество, содействие, соучастие и даже сострадание. Единство этих "САМО" и "СО" характеризует сущность педагогического искусства, целостность которого достигается в том числе и совпадением интересов взрослых и детей.
       - Я детям решил рассказать, как учитель словесности Мефодий Васильевич Нестеров, это герой произведений Макаренко, воспитывал у своих учеников чувства любви к своему отечеству. Учитель плакал, рассказывая о героизме князя Игоря и его дружины по "Слову о полку Игореве", плакал и не стыдился своих слез. Он говорил о самых главных своих чувствах - о любви к гражданской литературе и о любви к Родине.
       Должно быть, и дети плакали, и эти общие слезы не просто объединяли учителя с его питомцами, но где-то в глубинах подсознания в глубинах их душ раскрывали те сокровенные чувства, которые долгие годы будут давать о себе знать: вспомнил же великий подвижник Антон Макаренко своего учителя десятки лет спустя. И кто знает, может быть когда он писал эти проникновенные слова о своем учителе-патриоте слезы скатывались по его щекам. Вспоминается в связи с этим великое признание другого гения - Песталоцци, который такими словами охарактеризовал свое великое таинство общения с детьми: "Моя рука лежала в их руке, мои слезы текли вместе с их слезами...".
       Заметим, не метод, не приемы и дидактические хитросплетения свидетельствуют о наличии педагогического искусства у Песталоцци и Нестерова, а простые человеческие слезы, пробуждающие сокровенные чувства взрослых и детей. Проявление чувства - это не бездна подсознательных эмоций, а та высота, с вершин которой открываются взрослым и детям тайны разума, величие искренних духовных начал человека. Это явление я бы назвал ИРРАЦИОНАЛЬНЫМ КАМЕРТОНОМ, который является ЭТАЛОНОМ ВЫСОТЫ ВОЗДЕЙСТВИЯ ПЕДАГОГИЧЕСКОГО САМОВЫРАЖЕНИЯ, ПЕДАГОГИЧЕСКИХ СРЕДСТВ. Эта высота у разных педагогов строго индивидуальна, и поэтому ее нельзя рекомендовать: она не есть чисто технологическое решение, она пребывает в одухотворенности личности. А одухотворенность, как деньги: либо есть, либо нет.
       Рассмотрим главные "приемы" учителя: он говорил так, что каждое слово "ХВАТАЛО ЗА СЕРДЦЕ", абсолютная ДОВЕРЧИВОСТЬ И ИСКРЕННОСТЬ, ВЕРА В ИСПОЛИНСКИЕ СИЛЫ ГЕРОИЧЕСКОГО СВОЕГО НАРОДА, ИСПОВЕДАЛЬНОСТЬ В РАССКАЗЕ О ГРАЖДАНСТВЕННОСТИ, НЕПРИЯЗНЬ К ТЕМ, КТО ОТРИЦАЕТ ГРАЖДАНСТВЕННОСТЬ, ГРАЖДАНСКУЮ ПОЭЗИЮ, ГРАЖДАНСКИЕ ЧУВСТВА. Есть еще один неформализуемый момент в трепетном преподавании Нестерова - его ЛЮБОВАНИЕ ИДУЩЕЙ ОТ СЕРДЦА КРАСОТОЙ ПОЭТИЧЕСКОГО СЛОВА! Как изумительно звучит, какая гордость в нем: "А мои куряне опытные витязи: под трубами повиты, под шлемами укачаны, концом копья вскормлены..." Каждое слово берет за душу. И не прибегает Нестеров к декламации, к внешним эффектам, ибо он слит с волнением древнего Баяна, слит с горестной судьбой князя Игоря. Его судьбу он переживает как свою собственную и к этим переживаниям зовет своих питомцев. И не случайно Макаренко в самом начале рассказал о житейских невзгодах учителя. Его слезы - это мужественное и непреклонное оплакивание и собственной судьбы. Он понимает душой своей великие строчки поэта: "Где когда была без жертв искуплена свобода?" Цена свободы, достоинства, мужества бывает слишком высокой, и об этом учитель говорит детям, рассказывая о великом мужестве наших предков. "...На третий день к полудню пали стяги Игоревы!"
       Читая это, старик уже плакал, плакал странно: в его голосе не было слышно слез, они сбегали из-под очков и терялись в спутанной седой бороде".
       Макаренко далеко не сентиментальный педагог. Он любил повторять: "Мои нервы подобны тросам". Но здесь он смело соединяет, если можно так выразиться, технологию (в данном случае проблемный метод) с той святостью своей души, которая является главной ценностью, во имя которой он и живет. Макаренко не упускает случая развернуть свои заветные мысли о коллективизме, что ж, здесь они уместны: народ погибает в рассеянии, погибает, когда рушится сплоченность людей, ибо истинная гражданственность и высокий патриотизм всегда зовут к ЕДИНЕНИЮ, а не к РАЗЪЕДИНЕНИЮ, всегда забота о ДРУГОМ, А НЕ О СЕБЕ.
       "Он снова опускал книгу, снова смотрел на нас, и мы не могли оторваться от его лица. Он спрашивал у нас сурово, как будто и мы виноваты в чем-то:
       - Отчего? Отчего погибли эти доблестные сильные люди, любящие свою Русскую землю?
       Также сурово, с неотразимым осуждением он читал дальше: "...ибо говорил брату: "Это мое и то мое же"
       И снова Макаренко напоминает будто невзначай о горестной судьбе учителя, но его горестность отступает перед горячей верой в святую Русь.
       "Старик уставал от горя и сдержанности, он опускал голову и говорил тихо:
       - Юноши! Много страдания у этого поэта. Это было трудно видеть, как погибает Русская земля, как погибают доблестные люди от эгоизма, от жадности, от разделения: "Это мое и то мое же". Так погибла красивая, богатая мужественная Русь. Может быть, и сам-поэт погиб где-нибудь в половецких степях. Он отдыхал снова, потом говорил сухо и спокойно последние слова:
       - Видите: более семисот лет тому назад так сильно, с убеждением, с чувством поэты призывали русских людей к единодушию, к защите родины. А против них стояли не только половцы, стояли и свои хищники, грабители, насильники - Гориславичи и другие. Видите? Ну вот. Вы все поняли? Вы поняли, как это было? - Мы отвечали ему, преодолевая волнение:
       - Поняли, Мефодий Васильевич! Спасибо вам. Тогда он улыбался просто, по-домашнему:
       - Ну и хорошо. Я так и думал, что вы поймете, юноши!"
       Мы с Розой написали одну небольшую главку по этой проблеме, которую посвятили творчеству учителя.
      
      

    17. ТВОРЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ УЧИТЕЛЯ - ГЛАВНОЕ УСЛОВИЕ ПАТРИОТИЧЕСКОГО ВОСПИТАНИЯ

      
       Слава положил мне на стол несколько страниц машинописного текста, который я тут же прочел.
       "Патриотизм - явление живое, творческое. Богатство души учителя - вот основной фактор разностороннего воспитания, в том числе и патриотического.
       Обратимся вновь к учителю словесности Мефодию Васильевичу Нестерову, в котором Макаренко увидел подлинно патриотические качества. Макаренко сразу обращает внимание читателей на два фактора патриотического воспитания. Первый, можно сказать, технологический - нахождение того необходимого материала, который волнует учителя, является для него родным, ибо в нем присутствует подлинный патриотизм, присутствует открытая гражданская позиция. Таким материалом в данном случае было "Слово о полку Игореве". Второй фактор - личностные достоинства педагога: любовь к Родине, гражданская смелость, его совестливое и мудрое педагогическое кредо, его любовь к ученикам, которым он готов отдать самое лучшее, что в нем есть, ибо его питомцы - часть РОДИНЫ, больше того - БУДУЩЕЕ ЕГО ОТЧИЗНЫ. Своим сознанием, подсознанием, всеми фибрами своей души он не только пробуждает в детях гражданско-патриотические чувства, но закладывает на всю жизнь те духовные основы, которые формируют подлинного гражданина своей страны.
       Как же схож Нестеров со многими нынешними учителями - беден, одинок, что-то не состоялось в его судьбе, но он полон достоинства, демократизма, независимости. Он суров в требованиях, но ученики прощают ему строгость, поскольку учитель бесконечно честен и добр. За его фигурой ученики различали тени великих демократов - Добролюбова, Некрасова, Чернышевского. Макаренко подчеркивает, что Нестеров, сам истинный гражданин страны, особенной любовью любил истинных патриотов своей родины, всех, кто готов был отдать жизнь за нее. Он сорок лет читал русскую литературу, и, казалось бы, уже не должен был волноваться, когда рассказывал о горестях и бедах родины. Но всякий раз он будто забывал о своем почтенном возрасте, волновался, как ребенок, и плакал навзрыд...
       "Первый раз это было, когда он говорил о "Песне про купца Калашникова", но тогда он плакал скромно и старался показать, будто у него глаз засорился. А передавая "Слово о полку Игореве", он плакал свободно и доверчиво, и мы одновременно преклонились и перед его стариковской слезой, и перед силой "Слова". Он умел так рассказывать о нем, что его слезы глубоко волновали нас...
       - Юноши, если кто-нибудь когда-нибудь перед вами начнет поносить гражданскую поэзию, напомните ему "Слово о полку Игореве". Впрочем, давайте читать...
       Читал он просто, без приемов декламаторских, но он умел незаметно вложить в каждое слово столько чувства, такую убежденность, что древнее слово неожиданно хватало за сердце..."
       В приведенном уроке по патриотическому воспитанию мы ощущаем в каждой детале СПЛАВ МЫСЛИ И ЧУВСТВА, объединенных эстетическим содержанием, логикой красоты. Этот сплав мысли и чувства не только в учителе, но и в детях, ибо они являются тоже СУБЪЕКТАМИ ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ПРОЦЕССА. Их живое восприятие волнует учителя не менее, чем само "Слово". Согласитесь, учитель бы не плакал, если бы находился в пустой комнате. Патриотические чувства, зарождаясь и развиваясь в глубинах человеческого Я, всегда адресуются к сокровенным достоинствам той социальной общности, которая для воспитанника да и для учителя является родной. Мы называем единство мыслей и чувств СПЛАВОМ, потому что дети и взрослые в таких случаях оказываются в горячем бурлящем круговороте чувств и мыслей. Этот круговорот, то и дело возвращаясь к прошлому, всегда нацелен на будущее. Как всякий сплав, он крепок и монолитен.
       Сорок лет спустя я встретился со своими учениками, которым преподавал отечественную литературу. И почти каждый из них безошибочно называл те уроки, которые "хватали за живое", волновали, оставляя в душе каждого след на всю жизнь. Каков, если так можно выразиться, механизм сохранения и развития патриотических чувств? Подсознание - свято оберегаемая часть души. Это запретная зона не только для посторонних, но и для самого хозяина своей души. Как зерно, брошенное в благодатную почву, дает всходы, так и образ, попавший в подсознание, долгое время может быть невостребованным, но на каком-то этапе жизни человека он непременно даст о себе знать. Мои ученики сорок лет спустя повторяли своим детям и внукам те максимы, которые я пытался вложить в их души во время их гражданского становления. Помню, как часто я повторял мысль Достоевского: "Выгоднее всего быть честным человеком". Или слова Толстого: "Любить - значит жить жизнью того, кого любишь".
       Любить детей - это значит жить их жизнью, понимать их тревоги, их настроения, разгадывать их просчеты, помогать им выкарабкиваться из порочных сетей. Этим целям служит великая отечественная литература, которая всегда соединяет в себе эмоциональное и интеллектуальное воздействие.
       Подсознание может быть творческим, пребывающим в постоянном напряжении, в стремлении угадать единственно правильное решение. Но оно может быть и спящим, неразбуженным к явлениям рациональной сферы. Одно из главных назначений педагогического искусства - будить дремлющие силы скрытых дарований. Если всего лишь пять процентов творческих данных получают выход у личности за весь период ее жизнедеятельности, то задача педагогического искусства состоит и в том, чтобы довести эту весьма ограниченную проявленность по крайней мере до 20-30 процентов. И это возможно при систематических тренировках подсознания.
      
      

    18. УРОКИ ПО ПАТРИОТИЧЕСКОМУ ВОСПИТАНИЮ

      
       Провести цикл уроков по вопросам гражданско-патриотического воспитания личности - эта идея всецело принадлежит Розе. Слава поддержал идею и вместе с Розой приступил к ее разработке. В центре внимания у наших молодых исследователей оказались проблемы соотношения сознания и подсознания. Слава доказывал, что надо найти такую систему средств и такие способы подачи материал, чтобы взволновать учащихся, чтобы пробудись в них самые сокровенные чувства. Таким средством в первую очередь должно, по мнению Славы, а с ним согласилась и Роза, стать ИСКУССТВО. Уже на первом этапе занятия с детьми показали, как мгновенно пробуждается детское подсознание, как оно молниеносно вписывается в рациональную ткань, привлекая для опознания человеческой талантливости сознание, мышление и аналитическое творчество. Для этих занятий Роза и Слава избрали работу по созданию цветовых живописных композиций, где выбор и соотношение линий, цветовых оттенков, световых бликов ставили личность в необходимость пробуждаться, будто говоря себе: "Неужели это я все сотворил?" Живопись, или художественное творчество, были не самоцелью, хотя и это учитывалось, а лишь средством для быстрого выявления и развития творческих данных личности. Исследователи выбрали для этого именно живопись, поскольку СПОСОБНОСТЬ К ВИЗУАЛИЗАЦИИ является ГЛАВНЕЙШИМ СВОЙСТВОМ ТВОРЧЕСКОЙ ЛИЧНОСТИ. Причем именно эта способность может помочь в развитии всех других данных человека. Создаваемые с помощью цвета и света зрительные образы обладают МОЩНОЙ ОБРАТНОЙ СВЯЗЬЮ: они приводят в движение подсознательные силы личности, вторгаются в сознание и средствами мыслительной деятельности создают условия для взаимопроникновения рациональных и иррациональных компонентов в творчестве. Причем самое интересное то, что иррациональные компоненты, проникая в разум, как бы оседают в нем, становятся собственностью рациональных сил.
       Причем каждое занятие как бы обозначало новый поворот в развитии рациональных и эмоциональных связей, направленных на пробуждении сокровенных чувств, так или иначе соединенных с чувством любви к родному краю, к Родине. Вот как поясняли содержание и направленность своих уроков Слава и Роза.
       Урок первый: Пробуждение детской радости средствами цвета и света.
       Слава: Когда мы даем задание участникам наших экспериментальных занятий изобразить на картоне красками любимый уголок родной природы или поразивший воображение пейзаж, мы ставим личность в необходимость обращения к своему подсознанию. Мы говорим: "Не торопитесь и не насилуйте свои глубинные кладези впечатлений. Окунитесь в изумительную красоту этих впечатлений. Вспомните, как прекрасно было небо, как блестела зелень травы, как сияла река, излучая таинственный свет лета".
       И тут же слегка подсказывающий переход: "Какими красками вы будете изображать явленные вам картины: блеклыми, грязновато-серыми или полыхающими, чистыми и берущими за душу? Краски оживут, когда каждой их них вы найдете свое обрамление. Вспомните слова художника: "Красный цвет в окружении изумрудной зелени или ультрамарина будто стремится выпрыгнуть из своего соседства...""
       Наблюдая за участниками эксперимента, мы отмечали то, как зажигались их глаза волнующим светом, как ускорялось движение руки, как лихорадочно совершался поиск нужного цвета и т.д. Это все признаки деятельности освобождающегося подсознания, диктующего свой непредсказуемый иррациональный выбор.
       Урок второй: Щедрость оценок.
       Роза: И наконец, работа завершена. На столе, а затем на вернисаже - 30 талантливых работ. Участники этого таинства глазам своим не верят. Сомневаются в талантливости своих работ. И вот здесь-то необходимы прицельные мощные точечные удары, чтобы разбить вдребезги возникающие сомнения, рассеять страх, вселить уверенность.
       Здесь нужны прекрасные эксперты, возможно, профессиональные живописцы, которые с МАКСИМАЛЬНОЙ ЩЕДРОСТЬЮ ОЦЕНЯТ ТВОРЧЕСКИЕ работы.
       Им не придется лгать, поскольку каждая работа строго ИНДИВИДУАЛЬНА, ибо каждой личности присущ свой неповторимый цвет, свое сочетание композиционного строя и цветовых бликов, своя радость мироощущений. Обо всем этом говорят эксперты. И если после этого вернисаж окажется на какой-нибудь престижной выставке или запечатлеется в репродукциях, самооценка каждого участника эксперимента неизбежно повысится, и каждый скажет себе: "И вправду у меня талант..." Потом эта выявленная талантливость будет иррадировать на многие другие виды деятельности, и человек, включенный в такого рода самовыражение, почувствует себя намного сильнее, а выросшее самоуважение личности будет способствовать его дальнейшему росту. Все вышеприведенные действия мы определили как взаимодействие двух законов педагогического искусства - ЗАКОНА АКТИВИЗАЦИИ ПОДСОЗНАТЕЛЬНЫХ СИЛ И ЗАКОНА НЕПРЕМЕННОГО ОБОГАЩЕНИЯ РАЗУМА ДОСТОИНСТВАМИ РАЗБУЖЕННОГО ПОДСОЗНАНИЯ.
       Урок третий: Закон единства наслаждения и творчества.
       Слава: Любовь к Родине, как и многие другие духовно-творческие состояния, всегда связана с переживаниями, в том числе и лучших мгновений, доставляющих человеку величайшую радость, наслаждение. Уже в самом замысле воспитать счастливого человека, любящего свою семью, близких, страну, с которой духовно сроднился, свой родной край, свое профессиональное дело, заложена идея патриотического воспитания, неотделимого от общих целей воспитания и образования. Любовь ко всему живому в этом мире так или иначе пронизана ожиданием наслаждений, счастливых мгновений, создающих подлинно творческую и счастливую личность. Могут возразить: "Страдание формирует гения". Отвечу словами поэта: "Горе - хорошая школа, но подлинным университетом является счастье".
       Категория "счастья" характеризует эмоциональное состояние человека, уверенного в себе, в доброй судьбе своей страны, человека, испытывающего НАСЛАЖДЕНИЕ от своего труда, общения с близкими, с родной природой, с культурой и традициями своего народа. Категория "наслаждение" обозначает в некотором роде смысл и радость человеческого бытия. Создавая коммунистическую утопию, Карл Маркс говорил о том, что при коммунизме едва ли не главной положительной чертой человеческого общения станут РАЗВИТЫЕ ФОРМЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО НАСЛАЖДЕНИЯ. Понятие "развитые" в данном случае, и в моем представлении, означает "духовные", "высоконравственные", "трансцендентные". Такое понимание категории "развитые формы наслаждения" сближается по смыслу с категорией "Любовь". Любовь к делу, к своим достоинствам, к ближнему, к нравственно-высшим идеалам - это далеко не полный содержательный объем этого "наслаждения". Искусство. Причем любое искусство держится и регулируется наслаждением. Когда Бетховен говорил о том, что музыка приобрела над ним деспотическую власть, он имел в виду и тайные узы наслаждения, которые не отпускали его, властно требовали все новых и новых уникальных музыкальных испытаний в нахождении неповторимых самовыражений.
       Урок четвертый: Повторяемая неповторимость.
       Роза: Эта гегелевская формула крайне важна для освоения уникальных обучающих процессов. Здесь "повторение - не просто мать учение", а сложнейший этап развития духовно-творческого потенциала личности. Здесь мы непременно должны учесть, что ЗАКОН ПОВТОРЯЕМОСТИ НЕПОВТОРИМЫХ ЯВЛЕНИЙ неразрывно связан с действием ЗАКОНА ЕДИНСТВА НАСЛАЖДЕНИЯ И ТВОРЧЕСТВА. Мы должны отметить, что на первом этапе освоения неповторимых творческих явлений (создание, скажем живописной работы) учащиеся сильно устают, поскольку их захватывает творческое возбуждение, эмоциональное и интеллектуальное напряжение, и они, как правило, не очень охотно включаются в процессы, цель которых закрепить усвоенное. Здесь важно педагогу проявить особую активность, направленную на пробуждение острейшего интереса к самому процессу повторения: "Кто сможет быстро и легко создать подобный пейзаж?", "Кто найдет новые решения в создании пейзажа?", "Кто сумеет превзойти себя в создании нового шедевра?" Такого рода вопросы стимулируют процессы повторяемости, вызывают желание "повторить самого себя".
       Патриотическое воспитание всегда имеет дело с уникальными явлениями, доставляющими педагогам и учащимся великую радость, наслаждение увиденным, услышанным, сделанным. Неважно, чем будет выражена эта патриотическая реальность - историческими событиями, блестящими всплесками отечественной культуры, победами на поле брани или научными открытиями. Эта патриотическая реальность может быть выражена и микромиром родного узнаваемого бытия. Льву Толстому этот микромир открылся в репейнике у дороги, у Некрасова - в необычном сравнении: "Как женщину, ты родину любил", у Бунина - "мокрая веревочка в трактире и запах мокрых кожухов" - все, казалось бы, обыденно, но как пронзительны эти детали! Как они могуче точно выражают единение увиденного с мощным духом человека.
       Урок пятый: Поиск лучшего, что есть в этой жизни.
       Слава: Я хочу коснуться, если можно так выразиться, технологии искусства патриотического воспитания. Никто не станет спорить с тем, что самое главное в технологии педагогики высших ценностей - ДУХОВНОСТЬ. Педагогика высших ценностей имеет дело не с мертвыми предметами и даже не с одухотворенной природой, а с живыми людьми, субъектами воспитательного процесса, ПРИУГОТОВЛЕННЫМИ для творческой деятельности. А истинная творческая деятельность - это всегда любовь, всегда свобода, в рамках которых раскрываются рациональные и иррациональные силы учащихся. Материализованная часть духовных начал технологии зафиксирована в снятом виде в учебниках и программах, но только творческая сила приводит в движение скрытую духовную мощь учебников и программ. В этом сложном процессе педагогу и учащимся помогает творческая интуиция, угадывающая и ведущая к осмыслению технологических процессов. Творческий учитель всегда, подобно древним странникам, ищет главное, "ищет отечество", отыскивает "лучшее, что есть в этой жизни" (Б. Вышеславцев).
       Итак, еще раз напомним, что в нашей трактовке технология педагогического искусства - главное живой процесс наполненный голосами взрослых и детей, волнением живых сердец учащихся, наделенных ВООБРАЖЕНИЕМ, ПЫТЛИВОСТЬЮ УМА, СТРЕМЛЕНИЕМ ПОЗНАТЬ И СЕБЯ В ЭТОМ МИРЕ, И ИЗУЧАЕМЫЕ ЯВЛЕНИЯ СВОЕЙ СТРАНЫ.
       Обратимся к темам, имеющим прямое отношение к патриотическому воспитанию, к определению своего смысла жизни, к пониманию гражданских процессов бытия. Но об этом лучше расскажет Роза. Она даже преподавала такой предмет, как граждановедение.
       Урок шестой: Связь со школьной программой.
       Роза: Первое занятие по граждановедению в восьмом классе посвящено проблемам СЧАСТЬЯ И СМЫСЛА ЖИЗНИ.
       Детям предлагается альтернатива: "Человек создан для счастья, как птица для полета" (В.Г. Короленко) и высказывание А. Шопенгауэра: "Есть одна врожденная для всех ошибка это убеждение, будто мы рождены для счастья". Кто из них прав? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо ВООБРАЖЕНИЕ, то есть войти в ОБРАЗ. Первые попытки раскрыть суть предложенной альтернативы восьмиклассникам не удаются, хотя они и погружаются в глубины своих догадок.
       Затем задается "абсолютно жизненный вопрос", опирающийся на полноценность знаний учащихся, особенно девочек, которые в свои тринадцать лет обладают скрытым, никем не востребованным пониманием жизненных острых ситуаций. Учебник рекомендует такое технологическое решение: "Женщина решилась развестись со своим мужем". "И чего ей не хватало? - судачат бабушки-соседки. - И квартира, и машина, и муж-добытчик: все в дом, все в дом!" Вопрос учителя детям: "Каковы, на ваш взгляд, представления этих бабушек о счастье? Какими могут быть причины развода, даже если дом - "полная чаша"?"
       И дети после долгих размышлений и дискуссий приходят к выводам - счастье не в сытости и материальном благополучии, а в любви, свободе, в настоящих друзьях. Нужно еще иметь заветные желания. Одна девочка заметила: "Я у своей старшей сестры спросила: "У тебя все есть, чего же ты еще хочешь?" Она ответила: "Я хочу того, чего нет ни у кого..."
       - Выходит, могут быть вздорные желания? - спросил учитель.
       - Конечно. Надо быть мудрым, щедрым и нравственным человеком, надо иметь высокие желания!
       И пошел разговор о ВЫСОТЕ СМЫСЛА ЖИЗНИ. Вспомнили декабристов, жизнь которых изучают в это же время по истории.
       - Чего им еще было нужно? Богаты, любимы, счастливы... И ответ детей, маленьких детей, всего тринадцать лет:
       - Они не могли быть счастливы, видя, как страдает народ, как мучается в крепостничестве их Родина!
       Вот оно, достижение заветной педагогической цели гражданско-патриотического воспитания. Заметим, не специально педагог ставит вопрос о патриотизме. Не прямо, а обходным путем идет учитель, пробираясь сквозь путы обыденности к детским сердцам. Для этого он будит детское воображение, взывает к их жизненному опыту, предлагает пофантазировать на эту тему, представить свой жизненный путь...
       И оживают детские предчувствия, касающиеся своего будущего, воскресают будто бы забытые чаяния, рождаются новые представления, образы и воображаемые картины своего будущего бытия. И тайные решения: "Нет, я не буду "жить в собственное брюхо"" (А.П. Чехов). "В жизни есть только одно-единственное счастье - жить для другого" (Л.Н. Толстой). "Задача жизни не в том, чтобы быть на стороне большинства, а в том, чтобы жить согласно с внутренним, сознаваемым тобой законом" (Марк Аврелий).
       И снова технологическое решение - вопрос: "Как вы относитесь к этим высказываниям?"
       И совсем решительно: "Мы восторгаемся судьбами декабристов. А хотели бы вы, чтобы у вас сложилась подобная судьба?.." Учительница, задавшая этот вопрос, поделилась со мной: "Я даже сама не знаю, как вырвался у меня такой вопрос. Наверное, он непедагогичен. Я даже сказала потом ребятам: "Возможно, мои вопрос бестактен?" Но они разубедили меня. Ответы были столь неожиданными, что я, слушая детей, едва ли не прослезилась. Вот их слова:
       - Все знают, что наша родина в опасности. Кто, как не мы, должны помочь ей. Мне рассказывал мой дедушка, как он, будучи в десятом классе, стоял в очереди у военкомата, чтобы его взяли на фронт для борьбы с фашистами. А многие были готовы переделать документы, лишь бы попасть в действующую армию.
       - Если криминальная элита пришла к власти - добра для страны не жди. Как тут можно еще раз раздумывать о том, идти на бой или прятаться в теплых своих хибарках...
       - Мы должны готовить себя к борьбе со злом в нашей стране - в этом наше счастье и наша судьба...
       Говорили в основном мальчики, будто мгновенно повзрослевшие. А девочки с восхищением слушали и молчали.
       Это и был настоящий урок патриотического воспитания.
      
      
      

    19. ТВОРЧЕСКОЕ ВООБРАЖЕНИЕ В ПЕДАГОГИЧЕСКОМ ИСКУССТВЕ

      
       Итоги по проблемам проведения занятий по патриотическому воспитанию подтвердил Слава. Он заметил при этом, что его выступление дополнит Роза. Я слушал молодых людей и радовался: они так здорово шагнули вперед в разработке наших общих проблем, что во многом превзошли мои ожидания. Я понимал: на из стороне молодость и могучая энергия РОСТА!
       Свое выступление Слава посвятил проблемам единства красоты и духовности:
       - Любое из искусств предполагает создание определенного ОБРАЗА и воплощение его в том или ином материале: в камне, цвете, звуке, в плоти и крови, в живых деяниях живых существ. Педагог, в отличие от других деятелей искусства, имеет дело с живым неподатливым материалом, точнее, с материалом, имеющим тенденцию к противоборству, к сопротивлению.
       Снять это сопротивление может лишь тот педагог, кто способен поразить своим воображением детское воображение, и на этой основе обозначить развитие того ОБРАЗА, который обозначился в педагогических целях, который внутренние принят детьми. На стыке взаимопроникновения воображений взрослых и детей высекаются ИСКРЫ КРАСОТЫ, красоты, безнасильственно западающей в человеческие души, искры, освещающие самые дальние закоулки подсознания. Здесь мы должны особо сказать о детском подсознании. Оно подобно выпорхнувшей из гнезда птице. Его ничем не остановить. И здесь нет уже вопроса - откроется ли подсознание творческому воображению или нет. Станет ли воображение той силой, которая всегда будет помогать подсознанию высекать те замечательные искры красоты, благодаря которым будет раскрываться и крепнуть человеческий дар?
       Разбуженное подсознание отважно входит в величественные чертоги творческого воображения, становится его частью; выходит за его пределы, становясь частью уже другой целостности - разума. Вот эти мосты между воображением и подсознанием, между воображением, включающим в себя подсознательные компоненты, и сознанием ведут к созданию своего рода ЭМОЦИОНАЛЬНО-ИНТУИТИВНОЙ ЛОГИКИ, способной влиться в педагогическую логику дискурсивного плана, то есть со своим логическим выявлением цели, определением средств и анализом результатов деятельности педагога и его питомцев.
       Рассуждая по этим проблемам, Вышеславцев говорит, что существует рационалистический предрассудок о том, что воображение и фантазия всегда иллюзии, всегда обманчивы, ненаучны и прочее. Не возражая против такого рода упреков, Вышеславцев подчеркивает, что мы здесь имеем дело с критериями не научной истины, а с критериями ПРАВДЫ, ОЧЕВИДНОСТИ, ДОСТОВЕРНОСТИ ОТКРЫТОГО СОЗЕРЦАНИЯ. Воображение есть орган ЭМОЦИОНАЛЬНОГО МЫШЛЕНИЯ, которое формулирует правду жизни на основе специфической образности. В основе этого эмоционального мышления лежит эмоциональная интуиция, которая, как подчеркивал Н.О. Лосский, всегда может соединиться с логической или интеллектуальной интуицией, способной помочь проанализировать данные подсознания.
       Роза: Эти положения крайне важны для понимания всей глубины патриотического и гражданского становления личности. Ребенок или молодой человек ставятся всей системой образования в необходимость развивать зароненный в душу образ человека, или специалиста, или семьянина и этой цели подчинить лучшие свои порывы и силы. Нельзя не согласиться с мыслью Вышеславцева о том, что "сущность души есть творчество, а сущность творчества есть воображение. В науке интеллект, конечно, бесспорный властелин; но в творчестве господствует суверенитет, созидающий фантазии, и интеллект вместо царя становится вспомогательным средством, инструментом".
       И вот здесь мы вынуждены отметить присутствие в технологии двух начал: духовной и инструментальной. Книги, учебные пособия, методы, скажем, проблемного обучения и развивающие игры, домашние задания, сочинения и живописные образы - это все инструментарий для выявления истинных духовных сил воспитанников. А вот сила проявления интеллектуально-эстетических и нравственно-волевых данных в конкретном созидающем творчестве - это незримая область воображения, фантазии, расцвета и созидательной деятельности души человеческой. Приведем небольшой пример. Учитель предложил тем же восьмиклассникам написать крохотное эссе на тему: "Кто я в этом мире?" Подсказал возможность сравнить себя с явлениями природы, с растительным миром, с представителями фауны. И вот большинство ответов были грустными и даже с оттенком суицидных настроений: "Не вижу перспектив для себя в этой жизни...", "Я - волк, обложенный красными флажками, и нет у меня будущего...", "У меня, я это знаю, не будет ни любви, ни счастья...". Педагог ужаснулся: "Как же так, дети так хорошо еще на прошлом уроке говорили о служении Родине, о праведном смысле жизни, а тут... просто бездна..."
       Классный руководитель этого восьмого класса понимал, что такая неуверенность в себе и в своих силах связана с крайне низкой самооценкой школьников. Созрело несколько технологических решений:
       1) Провести собрание учителей, работающих в этом классе. Цель - обсудить меры повышения самооценки.
       2) Провести родительское собрание с единственной целью: обсудить возможности повышения самооценки в семье.
       3) Провести "КОНКУРС СВЕРХЗАДАЧ" с самими детьми. Суть конкурса: каждый ученик намечает три сверхзадачи: ближнюю по времени, скажем, прочесть "Войну и мир" Л. Толстого или решить двадцать задач и т. д., среднюю и дальнюю. Последняя связана и с выбором профессии, и с общим развитием личности, и с физической закалкой и т.д.
       Примечательно: все дети в своих решениях стремительны, порывисты и максималистски настроены. Их подсознание пластично и может порождать самые, как дети говорят, "крутые образы". И действительно, через два месяца в результате диагностических обследований было установлено: самооценки ребят резко повысились.
      
      

    20. КОНФЛИКТ ИСКУССТВА И МАСТЕРСТВА

      
       Когда Фолкнер говорил о том, что Хемингуэй своим талантом убил свою гениальность, он как раз имел в виду неразрешенный конфликт у писателя между искусством и мастерством. Суть подобного рода конфликтов - явление обычное. Однажды овладев определенной системой приемов, творческая личность как бы устанавливает барьер для дальнейшего развития своего творчества. Освоенная техника становится препятствием для выхода из подсознания новых, неведомых ранее художнику решений, способных обратиться в живое принципиально новое для личности искусство. Конечно же, здесь есть свое закономерное противоборство. Мастерство художника - это и освоенный стиль, и система замыслов, приемов, средств для достижения целей. Все это может быть совершенным, как у Рембрандта или Моне, Толстого или Достоевского, однажды открывших свои законы творчества, реализовавших их с великим мастерством, доведенным до совершенства, что и есть великое ИСКУССТВО. Казалось бы, здесь нет конфликта. Но только казалось бы. Если проследить творческий путь названных художников, то можно вычислить, с каким упорством преодолевали художники свое мастерство с тем, чтобы возвыситься до истинного искусства. Мастерски написанные "Бедные люди" или "Униженные и оскорбленные" в сравнении с "Братьями Карамазовыми" или "Бесами" - в какой-то мере проигрывают. За созданием "Братьев Карамазовых" стоит не только трагизм жизненных потрясений писателя, но и бесстрашное дерзновение, направленное на преодоление конфликта между мастерством и искусством. Искусство основывается на мастерстве, вбирает в себя освоенную ранее технику, становится благодаря мастерству независимым и легким, свободным. И именно трудом добытая свобода становится крепкой ступенькой для продвижения к возвышенному искусству.
       В педагогике конфликт между искусством и мастерством непомерно усложняется. Здесь разрешение конфликта проходит как бы на двойственной основе. Если дерзает педагог, то и дети должны быть захвачены творческим дерзновением. И сила педагогического искусства как раз и будет состоять в том, чтобы, раскрепостив детскую свободу, освободив их дары из подсознательных тайников, подвести их к рубежам самой высокой самореализации.
       Дети растут, и их рост связан с усилиями, направленными на то, чтобы не отстать от учителя, находящегося в постоянном поиске. Здесь мы имеем дело с двумя движениями - детским и педагогическим. И великое педагогическое искусство как раз и состоит в том, чтобы ученик хоть в чем-то опередил своего наставника. В этом опережении как раз и скажется результативность искусства воспитывать и образовывать. Я мог бы назвать педагога, который то и дело говорил студентам: "Вы должны превзойти меня..." Он постоянно отмечал тех, кто проявил себя творчески, кто ставил постоянно перед собой творческие, казалось бы, непосильные задачи. Снова мне хочется напомнить совет Фолкнера: "Талантливый человек должен брать ношу чуть больше той, которую он может поднять".
       В постановке сверхзадач истинный художник, неважно кто он - слесарь или пекарь, инженер или живописец, писатель или врач, учитель или директор школы должен руководствоваться тремя принципами: принципом НОВИЗНЫ, диктующим отказываться от повторов ранее выполненных работ, требующим постоянного обновления своей творческой палитры; принципом движения к более возвышенному творчеству, ставящим творца в необходимость идти ТРАНСЦЕНДЕНТНЫМ ПУТЕМ, и принципом ОБОГАЩЕНИЯ СВОИХ ДУХОВНЫХ НАЧАЛ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНО-ЭСТЕТИЧЕСКИМ СОДЕРЖАНИЕМ. На последнем принципе есть смысл несколько остановиться, поскольку он выражает своего рода завершение действия названных двух предыдущих установок. Мы соединили два начала, две сферы деятельности - интеллектуальную, характеризующую сознание, обогащенное всеми фиоритурами рациональности, и эстетическую, пребывающую на стыке двух величин - подсознания и сознания. Когда мы говорим о том, что возвышенное РОЖДАЕТСЯ в красоте, как раз и подчеркиваем глубинно-родовую сущностную природу красоты. Здесь, по меткому выражению философа Майера, действует ЛОГИКА КРАСОТЫ. В основе этой логики лежит эмоциональная интуиция, эмоциональное воображение и даже эмоциональное мышление. Логика красоты - всегда движение к совершенству. Отечественный философ Зеньковский отметил, что в высших сферах художественного творчества всегда присутствует "момент УЗРЕНИЯ И УСЛЫШЕНИЯ ЧЕГО-ТО СВЫШЕ ДАННОГО". Красота основывается на трансцендентности. Она всегда со всей ОЧЕВИДНОСТЬЮ И ЛОГИКОЙ ПРАВДЫ подтверждает наличие совершенного, нравственно-высшего.
       Педагогическое искусство, разрешая противоречие между искусством и мастерством, всегда стремится к КРАСОТЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ, развивающихся в педагогической среде, между учителем и учеником, в детской среде, в сфере межличностных отношений.
       Чтобы пробуждать гражданские и патриотические чувства, необходимы и мастерство, и искусство. Мастерство может сказаться и в подборе необходимого материала по проблемам патриотизма, и в разработке игр, творческих уроков, приемов обращения к детям, в коллективной и индивидуальной работе. Искусство педагога скажется и в том незапланированном волнении, которое соединит переживания взрослых и детей, и в том единстве стремления к возвышенному, и в распахнутом подсознании, готовом вобрать в себя светлые образы Родины, деяния истинных патриотов своей страны. Снова обратимся к учителям, воспитывающим их в восьмом классе, решивших во что бы то ни стало повысить самооценку своих питомцев.
       На стыке трех дисциплин - граждановедения, литературы и истории - было проведено сочинение на тему "Декабристы: их честь и достоинство, патриотизм и любовь к свободе". Здесь тоже действовал принцип новизны: никогда не было такого, чтобы за одну и ту же работу три учителя ставили в своих журналах оценки. Были даны и наводящие вопросы: "Почему они выступили против властей?", "Почему на следствии каждый брал вину на себя, выгораживая товарищей?", "В чем состоит патриотизм декабристов?", "Почему Пушкин написал на рисунке с изображением казненных декабристов: "И я бы мог..."?", "Объясните смысл ответа декабриста Одоевского Пушкину:
       "Но будь покоен, бард, цепями, Своей судьбой гордимся мы".
       Педагоги не торопили детей. Беседовали с каждым. Докапывались до кладезей подсознательных глубин, пробуждая пытливость: "А как ты думаешь?", "А ты прочитал эту книжку о декабристах, а эту, а эту статью?", "Как отнеслись в ссылке декабристы к призыву Пушкина: "Мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы!"?"
       Детям был понятен замысел педагогов, и они стали их союзниками. "Не надо писать много, главное, чтобы все шло от сердца", - говорили педагоги, а потом спрашивали: "А как это "от сердца"?" И разъясняли, и спорили, и снова задавали вопросы. Совесть, честь, достоинство, отношение к обездоленным, к Родине, любовь к Родине, к свободе - вот вопросы, которые то и дело выходили наружу в разговорах с детьми. Все это требовало огромного мастерства, четко разработанной и согласованной между педагогами технологии. И именно эта разработанность, это осуществленное мастерство служили основанием для рождения педагогического искусства, искусства творения красоты. Здесь неотступно развивался и такой критерий - вспышка наслаждения от СО-творчества педагогов и детей. И самое главное - здесь не было конфликта между искусством и мастерством. Конфликт был преодолен в ходе работы над проблемой.

    21. НАША ТРАНСЦЕНДЕНТНАЯ СОБОРНОСТЬ

      
       Алина сначала возмутилась критическими высказываниями Славы Миронова и его подруги Сонечки, но я ее в чем-то переубеди л, пояснив следующее:
       - Критический настрой Славы для нас крайне полезен, поскольку не только обостряет проблематику, но и помогает увидеть просчеты. Наши теоретические разработки, которые мы намерены публиковать в журналах для широкою их обсуждения, должны быть как можно меньше уязвимы. А для этого мы должны предвидеть возможную критику наших основных положений, в чем, собственно, нам и помогает Слава.
       Алина согласилась, хотя и пробурчала несколько недовольно:
       - Ну не до такой же степени заниматься критиканством. Он даже Достоевского и Соловьева не пощадил, обозвав их творчество словоблудием.
       - Я его предупредил, чтобы он в дальнейшем поаккуратнее обращался с великими именами. И что ты думаешь? Он столько хорошего накопал в их книгах, что я просто был восхищен им. Правда, все, что он написал слишком противоречиво, но с этим можно работать... А потом, где мы еще найдем такого энтузиаста, как Слава, который за каких-нибудь два месяца переработал горы философской литературы...
       - Да, ты прав, - согласилась Алина. - Я как-то об этом сразу не подумала.
       Слава оказался легким на слуху. Едва мы закончили о нем говорить, как он сам с Розой и Сонечкой вошел в мою обитель.
       - Ну что я вам скажу, - начал он с места в карьер. - У меня для вас две потрясающих новости. Мы только что от Владимира Петровича Попова. Он познакомился с нашими предложениями по вопросам возрождения России и дал нашим материалам, девчонки не дадут соврать, самую высокую оценку. Он даже сказал: "Теперь мне и умереть не страшно". Ему понравилась концепция в целом, и особенно он расхваливал заметки Розы о гражданско-патриотическом воспитании. Он сказал, что ее работы, как и все наши подходы - истинное открытие для создания духовно-правовой идеологии России, без которой не может быть ни истинного воспитания, ни сильного государства. Он тоже работает над проблемами духовно-правового возрождения России. Он подарил нам кое-какие заметки с некоторыми своими воспоминаниями даже. Вот почитайте хотя бы одну страничку.
       Слава протянул нам страничку с машинописным текстом.
       "Идея возрождения, - писал Владимир Петрович, - вошла в мою душу в далекие студенческие годы, когда мы с моим другом Сашей Кузнецовым, яростно ненавидящие сталинизм, плакали, читая запрещенные по тем временам книги великих отечественных религиозных мыслителей, решая для себя главный вопрос: "Как жить дальше?"
       - В народ идти. В нем спасение! - твердил Сашка.
       И после окончания университета я отправился по доброй воле учительствовать в места не столь отдаленные, куда в свое время были сосланы и мой отец, и мои родственники. О своем духовном возрождении, о своей радости приобщения к ВЕЛИКИМ НАРОДНЫМ ИДЕАЛАМ я рассказал в своем первом романе "Соленга".
       Полвека я пытался приблизиться к постижению сущности духовного возрождения и себя, и близких моих, и моих коллег-педагогов, с которыми не прекращал работать, и своего Отечества. Я был убежден, и верю в это по сей день: нужны новые средства, новый синтез наук, культур и искусств для познания главных процессов духовного обновления; Конечно же, я думал и о своем ЛИЧНОМ ПРАВЕ заниматься столь фундаментальной проблемой. Слышал постоянно и от близких своих, и от дальних: "А кто ты, собственно, такой, чтобы взваливать на свои хилые плечи столь громадную ношу?"
       Решимости даже в шутку назвать себя "МИКРОТЕОСОМ" у меня не хватало. Отмалчиваясь, нередко подвергаясь насмешкам и гонениям, я упорно создавал свой трансцедентный жанр, число моих произведений, как и число моих единомышленников, росло с каждым днем: педагоги и родители, инженеры и рабочие, простые труженики самых отдаленных деревень страны. И признание, какое и не снилось ни Макаренко, ни Сухомлинскому, ни Руссо, ни Дьюи: миллионные тиражи, циклы телепередач, презентации, выставки, репродуцирование моих живописных работ, сотни семинаров-тренингов. на которых УСКОРЕННО, за пять-шесть часов выявлялся, развивался и утверждался талант каждого участника занятий в возрасте от 4-х лет до 70.
       А потом в разных местах нашей страны появились талантливые последователи и их достижения превосходили все то чего я добивался долгие годы. И то, что сейчас делают Курбатовы и группа Славы Миронова, Роза Матвеева - все это и сверхактуально и сверхперспективно. И вот, что я вам скажу: коль наши педагогические технологии рекомендованы на самых высоких правительственных уровнях всем образовательным структурам в нашем отечестве, в США, во многих странах Европы, СНГ, мы поставлены в необходимость разобраться в происходящем, в самих способах духовного влияния на развитие и обновление человече душ.
       Мы должны понять, почему те же американцы или англичане так широко внедряют наши педагогические технологии в практику образования своих стран? Что их привлекло? И в отношении нашей державы: что должен знать в первую очередь наш управленец или руководитель того же образовательного учреждения, чтобы утверждать и обогащать новым содержанием духовно-правовую идеологию? И именно в этой связи ГЛАВНЫЙ ВОПРОС: в какой мере согласуется разработанная нами духовно-правовая идеология с теми задачами, которые ставят перед страной руководители государства? Этот вопрос принципиально важен, поскольку нередко именно ДУХОВНОСТЬ С ЕЕ ДОМИНАНТНЫМИ ЦЕННОСТЯМИ ЛЮБВИ и СВОБОДЫ вызывает раздражение. Чиновник, как правило, не в состоянии постичь существенную разницу между ПРАВОМ СИЛЫ, не нуждающейся в нравственных началах, и СИЛОЙ ПРАВА, всецело опирающегося на высшие нравственные нормы. Однако, мы многократно убеждались в этом, любой, даже малообразованный труженик сразу принимает высшие духовные ценности, когда ему разъясняются основные сферы, скажем, Любви - любви к родному краю, народным традициям и родной культуре, к Отечеству и семье, к воспитанию детей и к самореализации личности, к духовному самосовершенствованию, к труду и к свободе, к собственным своим достоинствам и потенциальным возможностям. Убогий чиновничий ум нередко ассоциирует любовь с различными формами телесного наслажденчества или порноцинизма, а свободу воспринимает как опасный произвол и вседозволенность. Ассоциации такого рода имели место и две тысячи лет тому назад. Римляне, наблюдавшие, как поцелуями встречают друг друга идущие на тайные вечери христиане, не могли понять нежнейшей энергетики этих ДУХОВНЫХ ЦЕЛОВАНИЙ, называя их началом сексуальных оргий, так распространенных в императорском развратном Риме.
       Я согласен с вами: категория возрождение характеризует не столько временные рамки культуры, сколько духовно-качественный смысл идеалов, традиций, убеждений, отвечающих на главный вопрос: "Как жить дальше?" Ответ на этот вопрос связан с возрождением тех высоких идеалов, которые, в частности, исповедовала и утверждала великая отечественная культура. Утверждала средствами деятельности, самоотречения и самоукорения, Любви и Свободы.
       Идеологический голод захватил и современный Запад. Не случайно стали актуальными в какой-то мере две НОВЫХ КАТЕГОРИИ: ИДЕОСФЕРА, как система инновационных идей и ценностей, и РЕИДЕОЛОГИЗАЦИЯ, как ВНЕДРЕНИЕ этой ИННОВАЦИОННОЙ ИДЕОЛОГИИ во все сферы жизнедеятельности страны.
       Процессы РЕИДЕОЛОГИЗАЦИИ стали крайне актуальными, ибо в них ответы на вопросы: "Каким видится будущее родной державы?", "Каким будет человек в этом будущем?"/'Каковы пути приближения к высоким духовно-правовым идеалам?"
       Меня осенила и такая максима: духовное возрождение России неотделимо от духовного обновления других стран. Каждый народ призван, обязан развивать СВОЮ ДУХОВНУЮ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОСТЬ, НО НЕ В УЩЕРБ ДРУГИМ НАРОДАМ. ВЗАИМООБОГАЩЕНИЕ ДУХОВНЫМИ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНСТЯМИ ЕСТЬ РЕАЛЬНЫЙ ПУТЬ ДУХОВНОГО ОБНОВЛЕНИЯ ВСЕХ СТРАН и ВСЕХ НАРОДОВ МИРА."
       Алина после прочтения рукописного текста нашего учи геля была в восторге. Я тут же созвонился с Владимиром Петровичем, и мы договорились встретиться.
       - А вторая моя новость... Нет вы послушайте, какая новость! - кричал Слава. - Мы долго бились с вами над тем, как определить понятие "ВОЗРОЖДЕНИЕ". Василий Васильевич Розанов определяет возрождение одним словом: "Любовь есть ВОЗРОЖДЕНИЕ" (Т. 2. С. 334).
       - Прости, - перебила его Алина. - Розанов так определил Любовь, а не возрождение...
       - Тут каждому понятно, если любовь есть возрождение, то и возрождение есть любовь.
       Меня ошеломила такая гениальная простота. Далее Розанов в своей парадоксальной манере пишет: "Любовь подобна жажде. Она есть жаждание души... Любовь всегда - к тому, чего особенно недостает мне, жаждущему... Любовь вовсе не огонь, любовь - воздух. Без нее нет дыхания, а при ней "дышится легко". Вот и все."
       Если любовь - свободное дыхание, если она воздух, то в ней все: и право, и закон, и социальная справедливость, "и божество, и вдохновенье".
       Отечественные философы и правоведы Вл. Соловьев и Новгородцев, Петражицкий и Чичерин, Ильин и Бердяев, Вышеславцев и многие другие внесли неоценимый вклад в разработку проблем единства права и духовности, правосознания и самосознания, нравственных начал и государственности, Любви и Свободы, составляющих сущность ДУХОВНО-ПРАВОВОЙ ИДЕОЛОГИИ, без которой не может быть ни полноценного права, ни сильного государства, ни свободного дыхания".
      
      

    22. ДУХОВНОСТЬ И ПРАВО

      
       Идея единства духовности и права увлекла Розу Матвееву. И Владимир Петрович похвалил Розочку, сказав, что это наиважнейшая проблема.
       Ссылаясь на работы Владимира Петровича, Роза удачно, на наш взгляд, раскрыла проблему единства права, любви, свободы и социальной справедливости, как идеологической основы правового демократического государства. Я поражался тому, откуда у девушки, только что закончившей вуз столь глубокое понимание проблем развития демократии и государственности. Из характеристик Любви и Свободы она особо вычленила такие заповеди, как подвижничество и долготерпение, ответственность и силу воли, дерзновение и социальную справедливость, развитие формы общения и самореализации, выявление и развитие дарований и профессиональных талантов в системе гражданского становления личности. Она писала: "Ни одна страна в мире не высекла из своей души столь благородные искры духовных ценностей, обеспечивающих развитие здорового народного организма и государственной философии, призванной укреплять сильную власть, избавлять свой народ от "тревожных волнений, самодовольной безмятежности" и различных кризисных состояний. Одна из работ Вл. Соловьева так и называется: "Государственная философия в программе министерства народного просвещения". Мыслитель подчеркивает при этом: "Россия уцелела не с помощью "сильной власти", подвигом всей земли с лучшими людьми во главе". Обращаясь к Императору Александру III Вл. Соловьев призывает "проявить всю силу власти, даровав России простор духовный, без которого не может она исполнить и своего всемирного призвания - вносить христианскую правду во все области общественной и национальной жизни".
       И этот ПРОСТОР духовный должен сказаться во всей народной жизни, во всех сферах культуры, политики, образования, воспитания, молодого поколения, в духовном САМОСОЗИДАНИИ каждой отдельной личности.
       Но как может быть дан этот ПРОСТОР ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ, если нет в стране соответствующей ИДЕОСФЕРЫ, поясняющей, анализирующей и раскрывающей сущность таких категорий как духовность и смысл жизни, цели воспитания, интеллектуально-эстетического и нравственно-волевого саморазвития и великих народных идеалов на современном этапе жизни страны.
       Заметим еще раз, ни в одном Словаре, даже у Даля нет определения категории "Духовностъ". Мы первые сделали попытку приблизиться к пониманию сущности таких категорий, как "духовно-правовые идеалы", "духовно-правовые отношения", "духовно-правовое воспитание".
       Рассматривая культуру как развернутый во времени духовный мир человека, мы заявляем: только ДУХОВНОСТЬ как сила проявления интеллектуально-эстетических и нравственно-волевых данных личности, подкрепленная ПРАВОМ и санкционированными государством нормами, утверждаемая третьей силой - творчеством граждан страны, способна помочь правильно ответить на поставленные вопросы и, по крайней мере, приостановить развитие всевозможных кризисов. В этих вопросах заключен и смысл жизни каждой отдельной личности в системе ускоренного развития дарований и профессиональных талантов, и смысл духовно-правовых ориентации в государстве, семье, обществе.
       Если целью воспитания является культурный, просвещенный, лояльный творческий человек, любящий свое Отечество, свою семью, свое профессиональное призвание. самого себя и свободные способы самореализации, то основой духовно-правового становления личности являются такие доминантные духовно-творческие ценности, как Любовь, Свобода, Право и Созидательная деятельность. При этом СОЗИДАТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ включает не только противостояние различным формам извращенного правосознания (коррупция, ложь, насилие, терроризм, экстремизм, бюрократизм и др.), но и активную борьбу с ними. Здесь возникают крайне актуальные проблемы: какой должна быть борьба, чтобы она не уничтожала физически носителей негативных проявлений? Как в ходе борьбы прийти к духовному согласию между людьми разных национальностей и социальных общностей? Как формировать у граждан России ЧЕСТЬ и такие достоинства, как уважение к себе и другим? Как воспитывать отвращение ко всякой лжи, насилию, бесчестию? Как способствовать воспитанию воинского и гражданского долга, уважения к исторической государственности, к культуре и традициям народа? Как создавать необходимые условия для стимулирования процессов ускоренного развития самореализации, то основой духовно-правового становления личности являются такие доминантные духовно-творческие ценности, как Любовь, Свобода, Право и Созидательная деятельность. При этом СОЗИДАТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ включает не только противостояние различным формам извращенного правосознания (коррупция, ложь, насилие, терроризм, экстремизм, бюрократизм и др.), но и активную борьбу с ними. Здесь возникают крайне актуальные проблемы: какой должна быть борьба, чтобы она не уничтожала физически носителей негативных проявлений? Как в ходе борьбы прийти к духовному согласию между людьми разных национальностей и социальных общностей? Как формировать у граждан России ЧЕСТЬ и такие достоинства, как уважение к себе и другим? Как воспитывать отвращение ко всякой лжи, насилию, бесчестию? Как способствовать воспитанию воинского и гражданского долга, уважения к исторической государственности, к культуре и традициям народа? Как создавать необходимые условия для стимулирования процессов ускоренного развития дарований и профессиональных талантов в системе гражданско-патриотического становления личности?
       Разрабатывая духовно-правовые основы преодоления различных стремительно развивающихся социальных катастроф, мы руководствовались богатейшим наследием отечественной культуры, представленной трудами И.А. Ильина и С.Н. Булгакова, Н.А. Бердяева и И.О. Лосского, Б.П. Вышеславцева и многих других, а также многочисленными работами и выступлениями в печати современных руководителей государства, общественных деятелей и ученых в области политики, культуры, искусства, образования.
      

    23. ВОЗРОЖДЕНИЕ ИДЕЙ МЕССИАНСКОЙ РОЛИ РОССИИ

      
       Председатель Совета Федерации Сергей Миронов выступил на страницах "Литературной газеты" с таким заявлением: "Каждый гражданин России, которому небезразлична ее судьба, должен понимать, что на его глазах разворачивается подлинно социальная драма... С точки зрения демографии нет большой разницы между Гражданской войной, включая коллективизацию, Великой Отечественной войной и концом XX века... Это три почти равноценные по глубине демографические ямы... Мы ежегодно теряем около миллиона человек..."
       Что примечательно: во все смутные времена соседствовали такие крайности, как осознание надвигающейся катастрофы и упование на чудо, вспышка талантливости народа и развитие агрессивно-преступных начал, непреодолимый пессимизм и вера в великое будущее своей державы.
       В самые тяжкие периоды истории отечественные мыслители, изгнанные за кордон, предсказывали осуществление мессианской роли России и делали все возможное, чтобы помочь стране возродиться к лучшему.
       Как же важно сегодня постичь духовное величие главного завета И.А. Ильина: "Россия выйдет из того кризиса, в котором она находится, и возродится к новому творчеству и новому расцвету - через сочетание трех основ духа: свободы, любви и предметности (то есть созидательной деятельностью). А вся современная культура сорвалась на том, что не сумела сочетать эти основы" (Ильин, И. А. Наши задачи. М., Т. 2. С. 114).
       Нам нужна сегодня как воздух ДУХОВНО-ПРАВОВАЯ ИДЕОЛОГИЯ как система идеалов и убеждений, где доминантными ценностями являются Любовь, Свобода и Созидательная деятельность, помноженные на ПРАВО, ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ САНКЦИИ, ТВОРЧЕСТВО МАСС ВО ВСЕХ СФЕРАХ ТРУДОВОЙ ЖИЗНИ НАРОДА.
       В утверждении такой идеологии мы видим осуществление МЕССИАНСКОЙ РОЛИ РОССИИ, развитие духовного согласия между людьми, спасение человечества.
       Развитие МЕССИАНСКОЙ РОЛИ РОССИИ, о чем в свое время писали Гоголь и Достоевский, Бердяев и Лосский, Вышеславцев и многие другие, - не легенда, не миф, а живая реальность нашей жизни, наших международных отношений, в системе которых проходят процессы самого широкого использования именно нашей Духовно-правовой идеологии разносторонней деятельности многих держав мира.
      
      
      

    24. Смысл жизни и смысл духовного возрождения России - в ЛЮБВИ И СВОБОДЕ

      
       Мне не давала покоя мысль Бердяева о том, что моя судьба, как и судьбы всех других людей, неотделима от настоящего и будущего всего человечества. Об этом я опасался говорить даже со своими единоверцами. Нескромно отождествлять свою жизнь с судьбой всего мира. Приравнивать себя к мирозданию.
       А оставаясь наедине с собой, я вчитывался в слова Бердяева: "Мировая всечеловеческая судьба есть и моя судьба, и наоборот, мировая всечеловеческая судьба не может быть разрешена без меня. Моя неудача будет и мировой неудачей, всечеловеческой неудачей..."
       Однажды, не удержавшись, я зачитал эти мысли отечественного мыслителя своим друзьям. Они долго молчали, а потом Слава выразил, очевидно, общее мнение:
       - Очередной загиб Николая Александровича...
       И то, что Слава назвал Бердяева по имени и отчеству означало однако особое уважение к философу.
       Я не обратил внимания на реплику Славы и сказал;
       - А знаете, что мне кажется, не сочтите, что и у меня очередной загиб, так вот ЧЕЛОВЕЧЕСТВО ТАК ЖЕ ОДИНОКО, как каждый из нас. Заметьте, когда сегодня говорят об инопланетянах, подчеркивают всегда враждебный характер отношения пришельцев из другого мира и к нашей земле, и к нашей жизни. Страдает не только каждый из нас, страдает все человечество, если хотите, страдают и БОГИ, сознавая всю неприглядность нашей жизни, всю зловещую неустроенность человеческих судеб. Мы боимся не только говорить, но и признаваться в том, что мы бесконечно одиноки в этом мире...
       - Так уж и одиноки, - с иронией заметила Сонечка и еще теснее прижалась к Славе. - Я, например, не чувствую себя одинокой.
       - Смотря что считать одиночеством, - глубокомысленно заметил Слава. - Мы все время говорим о Любви и Свободе, но ведь каждый из нас не знает толком, что означают эти две великие категории, какой СВЕТ они излучают и как постичь их таинственное содержание.
       Я поддержал Славу, однако заговорил о другом. Я сказал:
       - Если Любовь и Свобода есть Бог, то эти два, я бы сказал, космогонических явления, выражают и смысл жизни отдельной личности, и смысл ВОЗРОЖДЕНИЯ всего лучшего, что есть в мироздании, что было и есть в нашем Отечестве... Когда мы с вами говорили о том, что сферы любви обширны и включают все: и отношение к родному краю, к людям, к семья, к воспитанию детей, мы подчеркивали вселенский характер этих явлений.
       ...Надо сказать, что наши "тайные вечери", как мы называли наши сборища, значительно расширились. К нам пожаловали Балтян Валерий Кононович, директор Межотраслевого учебно-научного центра "Технологическое образование" МГТУ им. Баумана, Курбатов Андрей Всеволодович, ведущий научный сотрудник Российской Академии образования и завуч ЦО  1804, его супруга, Людмила Анатольевна, директор этого Центра образования, их дочь Наташа, студентка университета и их сын Всеволод, тоже студент университета и ряд других педагогов, публицистов, художников.
       Что примечательно было в наших собраниях и творческих поисках, так это то, что в поле зрения каждого наряду с анализом, так сказать, общественных проблем стояли проблемы семейного плана. Мы были убеждены в том, что семейное и общественное, и даже государственное, социальное неотделимо от семьи. Семья не только основная ячейка социума, но и хранитель основных духовных ценностей своего Отечества. Семья непосредственно участвует в обогащении этих ценностей новым духовным содержанием. Она реально и предельно активно творит новые формы жизни, всякий раз обновляя социальные представления и о смысле жизни, и о способах возрождения лучших традиций своего народа, своей страны.
       Наш учитель Владимир Петрович Попов в нескольких книгах самым подробным образом рассказал о подвижнической семье Курбатовых, где родители занимались поисками творческих методов воспитания и образования. На наших глазах, не побоюсь громких слов, крепла и развивалась педагогическая ДИНАСТИЯ Курбатовых. Их вклад в развитие проблем духовного возрождения России был бесценен: отец, Андрей Всеволодович разрабатывал проблемы спасения человечества, а его дочь Наташа, еще будучи Председателем детской школьной Думы, организовала Миротворческий отряд, связалась с представителями ООН и ЮНЕСКО, которые высоко оценили ее деятельность: школа стала ассоциированным учебным заведением ЮНЕСКО. Людмила, Анатольевна, мама Наташи, была не просто директором Центра Образования  1804 - она была выдающимся педагогическим деятелем, чье имя было широко известно далеко за пределами нашей страны. Я горжусь тем, что долгие годы и поныне являюсь в этом центре одним из руководителей научно-исследовательской работы в области изучения проблем духовного возрождения России, проблем определения смысла и целей человеческой жизни.
       - Вы обьединяете все три проблемы - цель, смысл человеческой жизни и духовное возрождение России? - задал вопрос Валерий Кононович Балтян. - Насколько это правомерно?
       - Эти проблемы нерасторжимы. - ответил я. - В духовном возрождении участвуют современные люди, и от того, как они определяют свой смысл жизни, цели своих деятельностей, как они связывают свою судьбу с судьбой своего народа, всецело зависит и возрождения всего того лучшего, что утверждали наши предки.
       Цель жизни каждого живого существа на этой земле, мыслящего и разумного существа, имеет один и тот же смысл, заключающийся в Любви и Свободе.
       Здесь видятся мне четыре основы духа или четыре смысла жизненных целей, имеющих прямое отношение к определению СМЫСЛА ДУХОВНОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ ВСЕГО ЛУЧШЕГО, что БЫЛО В НАШЕМ ОТЕЧЕСТВЕ.
       НА ПЕРВОЕ МЕСТО Я СТАВЛЮ РЕЛИГИОЗНЫЙ ИЛИ ДУХОВНО-ВЫСШИЙ СМЫСЛ ЛЮБВИ, КОТОРЫЙ РАСКРЫВАЕТСЯ В ЛЮБВИ К Б01У, К ВЫСШИМ ДУХОВНЫМ ЦЕННОСТЯМ.
       Когда мы говорим о БОГОЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ сущности человека, мы в первую очередь имеем в виду то, что все божественное не только вне нас, но и внутри нас. И наши богочеловеческие начала, их развитие и обогащение, всецело зависят и от нас самих, и от воспитания, и от той среды, в которой мы живем и формируем себя самым разносторонним образом. Мы с вами не богословы и исповедуем светскую мораль и светские убеждения, которые не противоречат, если они истинны, религиозным законам и заповедями. Духовно-высший аспект Любви проявляется в единстве ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНО-ЭСТЕТИЧЕСКИХ и НРАВСТВЕННО-ВОЛЕВЫХ ДАННЫХ ЛИЧНОСТИ, Созидательной деятельности, утверждающей высшие идеалы, а следовательно, основывается на таких ценностях, как Истина и Добро, Красота и Милосердие, Сострадание и Свобода, Подвижничество и Воля. Реализация ДУХОВНО-ТВОРЧЕСКОГО СМЫСЛА ЛЮБВИ требует того, чтобы человек придерживался таких Заповедей и Правил, которые были сформулированы еще Апостолом Павлом, а затем обоснованы и раскрыты величайшими мыслителями нашего Отечества, о которых мы уже много раз говорили здесь. Назову важнейшие из этих Заповедей: Долготерпение и Милосердие, Самоукорение и Ответственность, Подвижничество и Щедрость души, Смиренномудрие и Красота. Любовь не гордится, не завидует, не радуется неправде и не мыслит зла. Она все переносит, все покрывает, защищает свободу безнасильственными средствами, делает человека сильнее смерти и всех злых сил на этой земле.
       Все христианское учение, Ветхий и Новый Завет, самое сокровенное в учении Христа и Апостолов, всего Евангелия в полную меру раскрывается в многостороннем богатстве Любви. Духовный смысл человеческой жизни основывается на потребности преодолеть в себе тревогу и отчужденность, разнообразные формы страха и одиночества посредством соединения с Богом, с другими людьми, с противоположным полом, с творчеством, с заветными чаяниями народа, Отечества.
       Как видим, Любовь к высшим духовным ценностям неотделима от Любви к человеку. Во многих религиозных и светских учениях БОЖЕСТВЕННОЕ рассматривается как высшее желанное благо, к которому со всей душой стремится человек. Чтобы понять БОГОЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ СУЩНОСТЬ личности, надо определить, что представляется для человека самым главным в его жизни.
       Философы, в частности Эрих Фромм, утверждают, что природа Любви к Богу соответствует природе Любви к человеку. Правда, эта любовь остается часто скрытой в подсознании. Любовь к человеку, ее божественный смысл находит свое выражение в отношении к семье, в отцовских и материнских чувствах, в любви к самому себе и ко всему окружавшему миру.
       Таким образом, нет пропасти между религиозным и социально-культурным смыслом любви.
       Цель жизни неотделима от социального смысла Любви. Больше того, это отмечает H. Бердяев, "утверждение Бога вне богочеловечности есть форма идолопоклонства... Нет Бога без человека. Бог исчезает, когда исчезает человек... Христос учил о человек как образе и подобии Божьем, и этим утверждалось достоинство человека как свободного духовного существа. Человек не был рабом необходимости. Свобода возможна лишь в том случае, если кроме царства Кесаря существует еще царство Духа, то есть царство Божье".
       - По-моему, мы несколько отвлеклись от темы, - перебил меня Слава.
       - Нисколько, - ответил я быстро. - Сейчас я остановлюсь на социальном смысле любви, который не только неотделим от духовного смысла Любви, но который раскрывает деятельностную природу богочеловеческой Любви, как основы построения разумного социума. Социальный смысл любви включает такое многообразие сфер: любовь к родному краю, к народу с его прошлым, настоящим и будущим, к семье и к воспитанию детей, к Отечеству и Государству.
       - Мы не должны забывать нашу главную проблему, - перебил меня Слава. - Нас проблемы целей и смысла жизни должны интересовать с точки зрения их отношения к проблемам ДУХОВНО-ПРАВОВОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ РОССИИ.
       - Именно духовно-правового, - поддержал я Славу. - На сто процентов согласен с тобой. К сожалению, мы не располагаем идеальной моделью духовно-правового демократического государства, в чем я вижу социальный смысл наших поисков, но мы располагаем огромным материалом теоретических построений такой модели, созданной такими гигантами правоведения, как Ильин, Новгородцев, Петражицкий, Чичерин и многие другие.
       - Мне кажется, что для успешно о решения проблем возрождения России необходимо разобраться в сущности таких категорий, как Родина и патриотизм, гражданственность и государство, социальность и политический режим, - внесла такое предложение Алина и даже попробовала рассмотреть некоторые аспекты во взаимосвязях этих категорий.
       - Когда мы говорим о социальном смысле Любви к Родине, и о Возрождении всего лучшего, что было и есть в нашем народе, - говорила Алина, - мы прежде всего должны учитывать психологические особенности народа, всю совокупность чувств, настроений, направленности воли, черт характера. В своем открытом письме к И.С. Аксакову B.C. Соловьев раскрыл сущность народного идеала в России, составляющего ВЫСОКУЮ ИДЕАЛЬНОСТЬ СТРАНЫ. Он отмечал, что народный дух, народная самобытность, национальный тип и самобытный характер проявляются прежде всего в святой вере в высшие духовные ценности, где на первом месте стоит любовь к Родине. Соловьев различает два вида любви Отечеству: слепую, кажущуюся любовь, которая противостоит и святой вере в высшую духовность народной любви. И истинная любовь к Отечеству, которая способна укрепить самобытность народа, его веру в высшие духовные ценности. И именно высшие духовные ценности ставит на первое месте Соловьев, подчеркивая, что наш отечественный идеал является не "консервативным или либеральным, политическим или эстетическим", он прежде всего нравственно-религиозный идеал. "Это святость, которая составляет особенность нашего народного идеала... СВЯТАЯ РУСЬ ТРЕБУЕТ СВЯТОГО ДЕЛА".
       Таким образом, социальный смысл нашего идеала, святой любви к Отечеству основывается на высших духовных ценностях, какими являются Любовь, Свобода и Социальная справедливость".
       Неожиданно для нас подняла руку Роза. Она сказала:
       - Я разделяю все то, что было сказано, но мне хочется добавить кое-что. Я как раз по этим проблемам выписала некоторые важные, на мой взгляд, мысли Владимира Петровича Попова, которые я вам сейчас зачитаю:
       "Родина и государство - не одно и то же. Родина шире и глубже государства.
       Родина и патриотизм - явления духовные, священные, исключающие принуждение, насильственность и силовые воздействия извне. Государство и гражданственность - явления правового порядка, выражающие силу ЗАКОНА, ВЛАСТИ, ГОСУДАРСТВЕННОСТИ.
       Демократическое государство ЕСТЬ РОДИНА, ОФОРМЛЕННАЯ ПРАВОМ. В правовом демократическом государстве все, относящееся к СВЯЩЕННОЙ РОДИНЕ, СТАНОВИТСЯ ДУХОВНЫМ СОДЕРЖАНИЕМ ГОСУДАРСТВА, где все властные структуры, все члены правительства, работники всех ведомств и служб призваны подавать образцы честности, подвижничества, самоотречения и гражданского мужества. Только при этом условии каждый гражданин может с гордостью сказать: "Мое государство", "Моя Родина", "Наше правительство". Такое государство является ВЫСШИМ АВТОРИТЕТОМ для каждого гражданина страны."
       - Сегодня, рассматривая социальность и социальный смысл наших идеалов, мы прежде всего должны говорить о нашем государстве и о том властном режиме который складывается в нашей стране, - начал свое выступление А.В. Курбатов.
       Здесь уместно различать категории "государства" и "политического режима". Первая дефиниция несет на себе историко-духовную нагрузку, выражает преемственность законов, правовых норм, деяний, умножающих патриотический потенциал Отечества. Политический режим - явление кратковременное, нередко характеризующее болезненно-социальную вспышку тоталитаризма и властолюбия временщиков, весьма далеких от истинного патриотизма, занятых лишь собственными карьерными интересами.
       В несправедливо устроенном государстве, где властвует продажная элита, грабящая и насилующая свой народ, лгущая и циничная в своих притязаниях, патриотические чувства чаще всего соединены с отрицанием государства с его пороками и его порочными правителями. Именно о таком государстве и о таких правителях поведал великий Пушкин: "Самовластительный злодей! Тебя, твой трон я ненавижу, твою погибель, смерть детей с жестокой радостию вижу... " Такое бездуховное порочное государство, ЗЛОУПОТРЕБЛЯЮЩЕЕ СВОЕЙ ВЛАСТЬЮ, НАЗЫВАЕТСЯ АВТОРИТАРНЫМ ГОСУДАРСТВОМ, НЕИЗБЕЖНО УТВЕРЖДАЮЩИМ ТОТАЛИТАРИЗМ.
       - Я разделяю мысли Розы Матвеевой о развитии авторитарных тенденций в нашей стране, - сказал Слава Миронов. - Но мне хотелось бы добавить нечто существенное. Авторитаризм там процветает, где властвуют нелюди, нелюбовь и даже ненависть к своему Отечеству. То, что сотни тысяч наших молодых людей, талантливых инженеров, экономистов, менеджеров покидают Родину и отдают все свои творческие силы на благо других государств, не выдерживает никакой критики.
       - А что остается делать молодым людям, если страна не дает им элементарного прожиточного минимума, - заметила Соня.
       - Дело тут не только в деньгах, - ответил Слава. - В России у творческой интеллигенции преимущественно всегда имели место неоправданные переносы своей неприязни к тоталитарным режимам на Отечество. Как часто и сегодня мы слышим: "В этой стране жить нельзя... Бежать надо отсюда". И действительно, многие русские люди, отчаявшись, бежали и бегут за границу, пытаясь найти спасение в материальном благополучии или в другой вере. Об одном из таких беглецов поведал Бердяев в своей книге "Истоки и смысл русского коммунизма": "В этом отношении характерна фигура Печерина, который писал в одном из своих стихотворений:
       Как сладостно отчизну ненавидеть
       И жадно ждать ее уничтоженья".
       Типические слова отчаяния, за которыми скрыта любовь к России. На Западе, будучи католическим монахом, Печерин тосковал по России и верил, что Россия несет с собой новый цикл мировой истории.
       Я не удержался и рассказал о следующем факте нашей жизни.
       - Нашему воспитаннику, студенту 3 курса Европейского университета права Андрею Коробейникову, гениальному пятнадцатилетнему пианисту, лауреату десяти международных конкурсов, американцы предложили 36 тысяч долларов, лишь бы он учился в США. Коробейников, сын уборщицы, нищенствующий студент, отказался. Причем в этот период как раз крайне осложнилась его жизнь. Его несправедливо выгнали из музыкального Ипполитова-Ивановского института, он тяжело переносил отверженность и все же нашел в себе силы сказать: "Нет".
       Истинный гражданин действительно любит родину без какого бы то ни было двойничества, любит независимо от того, какой политический режим складывается в его стране - тоталитарный или демократический, ибо Родина в его патриотических чувствах всегда противостоит бездуховности и тоталитаризму. Такой гражданин живет тревогами своей страны, болеет и "сораспинается" с ней, делает все возможное, чтобы помочь своей державе преодолеть то зло и пороки, которые поразили страну. Неприятие зла в своей стране не мешало великому поэту искренне призывать сограждан: "Мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы".
       Слияние патриотизма и государственности осуществляется тогда, когда сопринадлежность людей к единому духовному образу жизни освящается любовью к Родине и к Государству. Священная любовь к Родине достигается только любовью, когда человек боготворит предмет своей любви, когда любовь к Отечеству разгорается с такой силой, которая ставит человека в необходимость любить свою страну больше самого себя. Именно при таком условии человек во имя блага отчизны готов жертвовать своей жизнью. Человек становится патриотом, когда духовная жизнь народа становится судьбой каждого отдельного гражданина, становится духовной составляющей родного государства.
      
      

    25. КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКИЙ СМЫСЛ ЛЮБВИ, СВОБОДЫ И ДУХОВНО-ПРАВОВОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ РОССИИ

      
       Духовное ВОЗРОЖДЕНИЕ РОССИИ немыслимо без ДУХОВНО-ПРАВОВОЙ ИДЕОЛОГИИ как системы ценностей, определяющих повышение эффективности КУЛЬТУРЫ, ОБРАЗОВАНИЯ, ПОЛИТИКИ во всех сферах деятельности страны.
       Разрабатывая духовно-правовые основы преодоления различных стремительно развивающихся социальных катастроф, мы руководствовались богатейшим наследием отечественной культуры, представленной трудами И.А. Ильина и С.Н. Булгакова, Н.А. Бердяева и Н.О. Лосского, Б.П. Вышеславцева и многими другими, а также многочисленными работами и выступлениями в печати современных руководителей государства, общественных деятелей и ученых в области политики, культуры, искусства, образования.
       Когда мы говорим о возрождении лучших традиций в области культуры, мы так или иначе затрагиваем проблемы становления, развития и деятельность тех великих людей Отечества, благодаря которым наша отечественная культура обогащалась новым творческим содержанием. Изучая культурно-исторические предпосылки осуществления НАРОДНЫХ, СВЯТООТЕЧЕСКИХ ИДЕАЛОВ, мы всегда обращали внимание на тех великих подвижников, которые выражали ДУХОВНУЮ МИССИЮ НАРОДА. Народные герои и таланты, подвижники во многих сферах культуры и государственной деятельности оказывались, как правило, не только способными восторгаться достоинствами своей страны, государства, Родины, но и быть "неумолимо жестокими и беспощадными" (Н. Булгаков) по отношению к порокам своей страны. В связи с этим С.Н. Булгаков отмечал, что Отечество, как собрание ОТЦОВ И МАТЕРЕЙ, непрерывно порождающих сыновство, призвано в своих недрах формировать новое поколение, способное обогатить свое отечество новым богатствами культуры, науки, искусства.
       Не случайно сегодня мы говорим о необходимости возрождать лучшие духовные традиции в наших селах и деревнях, где в большей степени, чем в городских условиях, сохранены и бережно развиваются духовные начала. Миллионы сельских детей жаждут подвижничества и деятельностного участия в развитии лучших традиций нашей страны. Подлинное ДУХОВНО-ПРАВОВОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ лучших культурных традиций нашей страны тогда будет осуществлено, когда будут открыты шлюзы для выхода народной творческой энергии, когда простым сельским школьникам будет по крайней мере сказано, что их дерзновенное подвижническое рвение будет поддержано, а их героизм во славу Отечества будет достойно оценен государством.
       Становление будущего ГЕРОЯ ИЛИ ПРОРОКА - ВСЕГДА ТАИНСТВО. Евангелист Лука рассказывает, что Иисус в детстве был обыкновенным сельским мальчиком, и никто, кроме матери, не знал, что он Помазанник Господень. Франсуа Мориак замечает о нем: "У него не было престола, а была лишь табуретка у огня в бедной хижине". А сам Иисус осознавал свою великую тайну, но никому в Назарете об этом не рассказывал. Даже с матерью не говорил о великом своем предназначении, и Мария хранила тайну в сердце своем, как замечал Лука. И это крайне примечательно и важно для тех, кто намерен насильственными мерами и понуканиями воспитывать святое чувство любви к Отчизне или развивать талант своего дитяти. Умные матери, отцы даже радость по поводу талантов у детей своих как бы скрывают, избегают словоизлияний, выспренности. Ребенку достаточно увидеть добрый материнский или отцовский взгляд, ощутить нежное прикосновение, чтобы детская великая тайна чуть-чуть дала о себе знать, чтобы екнуло сердечко детское и тем самым долгое время вело ребенка к желанной цели.
       Знакомясь с судьбами великих русских героев-подвижников, диву даешься, как скупы были их родители на похвалу, как сурово обращались с детьми, и какую радость у детей вызывала эта суровость, за которой хоронилась истинная великая любовь к детству, к будущему своих детей. Вот восьмилетний Миша Кутузов робко входит в папенькин кабинет. Он уже потому, что отец назвал его не Мишенькой, а Михаилом, почувствовал, что будет сказано нечто важное. И отец сурово говорит о том, что Михаил уже не ребенок, а отрок, и пора ему отправиться в трехмесячное плавание на военном судне... Забилось сердечко будущего фельдмаршала, но ни единым движением не выдал он своего восторга. Жаль было лишь расставаться с дворовым другом Ванечкой, с отставным солдатом Акимом да с крепостной Маврой, с которыми он дружил.
       И славен был Кутузов своей мудростью и добротой, своим неприятием любого национализма, шовинизма или космополитизма. Одинаково дороги были ему и шотландец Барклай, немец Александр Фигнер и русский Денис Давыдов, отважные партизаны, и зять Кутузова татарин Кудашев, и немец Пестель, "рыцарь из чистого золота", казненный декабрист. Идея всеединства, идея самой высокой народности была выношена всей жизнью этого великого ОТЧИЗНОЛЮБЦА. То же можно сказать и о других талантливых людях России - Пушкине и Лермонтове, Бердяеве и Булгакове, Вернадском и Сахарове и многих других.
       Русский РЕНЕССАНС конца XIX и начала XX столетия выразился прежде всего в культуре, искуccтвax, науках. Не будем сейчас перечислять всех великих подвижников этого периода, отметим лишь, что их становление во многом обязано образованию и семейному воспитанию, которое всегда является ОСНОВОЙ ДУХОВНОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ВЫСОКИХ НАРОДНЫХ ИДЕАЛОВ.
       Отец и мать - первые воспитатели ребенка, пробуждающие в нем трепетный источник любви к тому сокровенному, что ребенок впоследствии будет называть Отчизной.
       Семья и родина - это кровное родство, кровные узы, та близость, выше которой нет ничего в этой земной реальной жизни. Вот почему любовь к родине неотделима от любви к родителям, к семье.
       Ребенок рождается свободным, а его первые духовные пробуждения сопровождаются нежными материнскими и отцовскими прикосновениями, любовным отношение к нему. Свобода и Любовь становятся незримыми наставниками в развитии патриотических чувств дитяти, и если родители показывают ребенку образцы Любви и Свободы, если они свободно и с любовью относятся к своей семье, к своему труду, к родной природе, к своей стране, то они тем самым совершают великое таинство патриотического воспитания.
       Истинная культура та, которая верит в исключительность своего духовного богатства, но не в ущерб другим культурам, обогащается за счет культурного и духовного потенциала других народов, верит в исключительную уникальность культур этих народов. Только в таком случае КУЛЬТУРА МОЖЕТ СТАТЬ ОСНОВАНИЕМ ДУХОВНОГО СОГЛАСИЯ, УСЛОВИЕМ ПРЕОДОЛЕНИЯ ЭКСТРЕМИЗМА, НАЦИЗМА И ШОВИНИЗМА.
       В отечественной культуре, представленной названными выше мыслителями, главные ценности - ЛЮБОВЬ, СВОБОДА, КРАСОТА, ИСТИНА, СОЦИАЛЬНАЯ СПРАВЕДЛИВОСТЬ. В своих целевых установках культура совпадает с духовностью. Здесь уместно сказать, что духовность с ее доминантными ценностями Любви и Свободы воплощается в культуре, является ее основным идейным содержанием, выразителем ИСТИНЫ, ДОБРА и КРАСОТЫ.
       За семьдесят лет социалистического режима мы свыклись с тем, что такие ценности, как Любовь и Свобода, не имеют практического значения, не могут решаться ТЕХНОЛОГИЧЕСКИ. То есть эти ценности рассматривались как идеалистические, в ругательном смысле этого выражения, они будто бы использовались по ту сторону кордона для обмана народных масс, и умный и дальновидный пролетариат их начисто отметает как вредоносные частицы все того же опиума для народа.
       Сегодня, решая проблемы содействия духовно-правовому, мы должны подумать о том, как на законодательном уровне исправлять допущенные просчеты. И конечно же, в процессах реидеологизации, то есть в создании ДУХОВНО-ПРАВОВОЙ ИДЕОЛОГИИ, основанной на духовно-творческих идеалах народа, должно быть использовано то великое культурно-историческое наследие, которым располагает наше Отечество.
       Духовное возрождение России немыслимо без здоровой, любящей и счастливой семьи. В этой связи Ильин говорит: "Семья, внутренне спаянная любовью и счастьем, есть школа ДУШЕВНОГО ЗДОРОВЬЯ, УРАВНОВЕШЕННОГО ХАРАКТЕРА, ТВОРЧЕСКОЙ ПРЕДПРИИМЧИВОСТИ. В просторе народной жизни она подобна прекрасно распустившемуся цветку. Семья, лишенная этой здоровой центростремительности, растрачивающая свои силы на судороги взаимного отвращения, ненависти, подозрения и "семейных сцен", есть настоящий рассадник больных характеров, психопатических тяготений, неврастенической вялости и жизненного "неудачничества"... Чтобы развиваться верно и творчески, ребенок должен иметь в своей семье очаг любви и счастья."
       Идея "родины" возникла из недр семьи, как телесного и духовного единства. Семья для ребенка подчеркивает Ильин, первое РОДНОЕ МЕСТО на земле, первое "мы", где один стоит за всех, а все за одного. Истинный гражданин и сын своей Родины воспитывается именно в здоровой семье.
       Здоровая семья всегда была и будет сплоченным единством - по крови, по духу, по материальным ценностям.
       Нравственно здоровая семья дарит ребенку два священных образа - образ МАТЕРИ, любящей свое дитя больше всего на свете, и ПЕРВООБРАЗ ОТЦА, дарующего жизненные блага, справедливость, мужество и защиту от всех бед и невзгод.
       Великий Пушкин выразил эту неразрывную связь воспитания отцовства и материнства, семьи и родины:
       Два чувства дивно близки нам
       В них обретает сердце пищу -
       Любовь к родному пепелищу,
       Любовь к отеческим гробам...
       Земля была б без них мертва;
       Без них наш тесный мир - пустыня,
       Душа - алтарь без божества.
      
      

    26. СЛИЯНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ДУШ

      
       Я был недоволен собой. Страдал от того, что я все больше и больше склонялся, как мне казалось, к зряшному теоретизированию: сферы любви, государство, патриотизм, семья и материнство, духовно-правовое возрождение и наших душ, и культуры, и всего лучшего, что было в нашем Отечестве, в Мироздании.
       Даже Алина мне заметила об этом:
       - Слишком много абстрагирования и мало конкретики... - Эти слова были сказаны будто бы и не в мой адрес, однако я воспринял их как укор в мой адрес.
       Сказав эти полуобвинительные слова, Алина будто бы отодвинулась от меня. В ее глазах обозначился холодок, точно я в этом абстрагирования был только один виноват. И вместе с тем, с глубоко скрытой обидой в душе я произнес:
       - Да, я во всем виноват... Все эти отвлеченные штуки парализовали мою башку, вытравили из моей души всю эту конкретику. Я оживаю только тогда, когда остаюсь или наедине с холстом, или наедине с детьми... Ты представить себе не можешь, какие чудесные мысли и чувства рождаются в моей душе, когда я погружаюсь в живую практику, в чем бы она ни выражалась. Для меня это погружение олицетворяет полнейшее слияние со всей Вселенной: я ощущаю себя и мирокосмом и миркотеосом. И в этих состояниях, когда я один на один остаюсь и со своим творчеством, и с Мирозданием, я чувствую, что моя судьба для меня больше значит, говоря словами Бердяева, чем судьба всей солнечной системы...
       - Добавь еще, - как-то со злостью проговорила Алина, - значит больше чем, судьба всех окружающих...
       Я вспыхнул, и продолжил мысль Бердяева:
       - Это признание себя микрокосмом "не есть выражение обыкновенного человеческого эгоизма, а есть подтверждение микрокосмичности человека..."
       - Нам, смертным простым, до этих великих открытий не дорасти, - сказала Алина, и в ее голосе, в глазах во всех движениях проскользнула довольно открытая обида. Я улавливал тайный смысл ее мыслей, ее обвинений: "Нельзя так заноситься! Мы тоже люди! А в тебе говорит гордыня".
       Я сделал попытку объяснить ей мое понимание таких сложных проблем, как одиночество и божественное призвание человека, но она не пожелала меня слушать.
       - Надоело, - сказала она. - Мы никогда не поймем друг друга... Прости меня, я тороплюсь...
       Она ушла, а мое недовольство собой сменилось горьким сознанием своей полной покинутости. В голове неотступно звучала, одна премерзкая, на мой взгляд, ее фраза: "Ты только о себе думаешь". Подобного рода выводы делали большинство моих противников. Но как могла такая гадость вырваться из уст Алины, такой мудрой и проницательной!?
       Я бы определенно отдал бы концы, если бы не прекратил и свои самобичевания, и поиски обвинительно-оправдательных аргументов и против Алины, и против многих других.
       И как только я сел за мольберт, как только прикоснулся кистью к ослепительно белому холсту на картоне, на котором уже набросал угольком образ моего женского идеала, так сразу в мою плоть и кровь хлынула живительным потоком чудная реанимирующая мое сердце музыка. И по мере того как ее звучание набирало силу, исчезали и обвинительные бичевания, и тревожная покинутость и неудовлетворенность жизнью, самим собой, и всем, что так грустно беспокоило меня.
       Я узрел свой идеал много лет тому назад, когда на Дрезденской галерее ошеломлен был портретом Святой Инессы Хусепы Риберы (1591-1652).
       Я смотрел на Святую Инессу, и какие-то непонятные слезы полились из моих глаз. Это были не слезы восхищения или восторга, это было упоение, помноженное на самозабвение, когда ты, покоренный чудом красоты и гармонии духа, оказываешься на грани потери рассудка, когда неотразимость обаяния приобретает над тобой всесильную божественную власть. Власть, завораживающую, искренне-сокровенную, бесконечно щедрую в своей доброте, в своей пленительной нежности.
       В ней, говоря словами Толстого и Вл. Соловьева, соединялись божественная детскость и ВЕЧНАЯ ЖЕНСТВЕННОСТЬ. При этом женственность выражалась без насильно-уступчивой силой именно детского очарования, покоряющего и обвораживающего своей духовной чистотой, беспорочностью, невинностью.
       Я всегда чувствовал, что женская красота в большей степени, чем что-либо выражается вселенско-космическим беззвучным признанием в тайнах своей души именно - ГУБАМИ... Это грубоватое слово "губы" никак не подходит и не выражает той пленительности, какое воплощено в женских устах. Нет ничего прекраснее в мире женской красоты, чем ДЕТСКОСТЬ, выражающая ВЕЧНУЮ ЖЕНСТВЕННОСТЬ, с ее божественной чистотой, бесхитростностью, и готовностью с безусловной щедростью отдать все свое самоценное этому прекрасному миру, миру ЛЮБВИ, СВОБОДЫ, СМИРЕННОМУДРИЯ.
       В Святой Инессе ДЕТСКОСТЬ (синонимическое выражение ТВОРЧЕСКОСТИ), все дышит женским обаянием: и стыдливо взывающая к своей совестливости ручка, робко придерживающая покрытую локонами ниспадающих волос, и совсем детская обнаженная худенькая ножка с островатой коленкой, и слегка оттопыренный большой пальчик на изысканно-утонченной ножке, и белая простыня скомканным треугольничком укрывающая весь интимно-прекрасный мир очаровательного создания, оберегаемого Ангелочком, бережно придерживающего уголок простыни в самом углу картины.
       Есть в ней что-то абсолютно неуловимое, именно великое женственное, приуготовленное к самой высокой любви, материнству и спасению рода человеческого. Странно, но при всей божественной святости этой изумительной дочери Евы ее лицо абсолютно современно, ибо в нем навсегда застыло то, что мы именуем НЕПРЕХОДЯЩЕЙ ВЕЧНОСТЬЮ. При всей своей детскости, она независима от суетного мир, не подвластна ему, не одержима при этом какой-то своей недосягаемостью. Он знающая себе истинную цену, бесконечно скромна и скромность ее не от мира, сего. В ней воплощено ВСЕЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ДОСТОИНСТВО, способное или призванное облагородить весь род человеческий: и слабый, и сильный пол, и детство, и отцовство, и материнство. В ней то невербализуемое духовное богатство, в котором так нуждается современный мир. Женщина, лидирующая в семье, супружестве, общественной и государственной жизни, негласно присутствующая при всех значимых социально-экономических решениях, утверждающая отнюдь не матриархат и заносчивую деспотическую власть слабого пола, а БОЖЕСТВЕННОЕ БЛАГОРОДСТВО ДУХА, повелевающее и ЗОВУЩЕЕ К ДУХОВНОМУ СОГЛАСИЮ не только МИКРОМИР какой-нибудь одной социальной общности, но всех народов, ибо в этом СОГЛАСИИ и спасение каждой отдельной личности, и всех народов на нашей грешной земле.
       Конечно же, созерцая дивную красоту Святой Инессы, я меньше всего думал о народах и о социальном статусе подобной женщины. Моя душа вбирала в свои самые дальние глубины ее ИДЕАЛЬНОСТЬ, ее ТРАНСЦЕНДЕНТНОСТЬ, говоря языком отечественных религиозных мыслителей, ее интимно-творческую силу. Нет, во мне не было ничего подобного тому, что именуется в наше порнографическое время эротизмом, даже духовным. Весь ее ЛИК дарил мне торжественную святость, к которой я хотел прикоснуться лишь своей душой. Появись бы в моей жизни такое чудо, я бы был счастлив целовать бесконечно ее оттопыренный пальчик на правой ножке, касаться ее дивных волос, ниспадающих до самых колен.
       Как только вспыхнул в моей душе такого рода предательский эротический огонек, так снова нахлынули на меня и самобичевания, и воспоминания самого худшего толка, когда Бог весть по каким причинам я предавал и самого себя, и тех изумительных ДОЧЕРЕЙ ЕВЫ, которые, наверное, высвечивали не менее прекрасную духовную красоту, чем та, которая ошеломила меня в Дрезденской галерее. Это потом, да и сейчас, я думаю и проклинаю свою душевную слепоту - вечный спутник всех смертных на этой земле. Сколько правды в словах Гете: "Самое трудное в жизни - это увидеть то, что перед тобой", или в словах Ильина: "Самое сложное увидеть ОЧЕВИДНОЕ". Странно, иногда размышлял я, портрет, даже фотографический, всегда менее выразительный, чем живое лицо. И тем не менее мы в портрете иной раз готовы увидеть то главное и то прекрасное, что есть в личности и напрочь игнорируем те достоинства, которые высвечивается (в скрытом и открытом виде) в живом человеке. Явись бы нашему взору девочка типа Святой Инессы в нашей повседневной жизни, мы бы в лучшем случае отметили бы про себя: "Что ж миленькая девчушка". И никакой трансцендентности! А она повсюду! И повсюду наша слепота убивает ее. Уничтожает своим равнодушием.
       Почему я вспомнил и заговорил о Святой Инессе, чей образ был так блистательно написан Хусепе де Риберой?
       Дело в том, что я сел за мольберт с определенной целью. Работая над созданием принципиально нового литературного стиля, я намерен был написать, в том числе, и для этого романа-эссе портреты моих героев и героинь. Передо мной был уже написанный портрет Алины, но я почему-то убрал его, сосредоточившись на образах Сонечки и Розы Матвеевой. На моем картоне я набросал лишь контуры поясного женского портрета, композиционно разметив лишь весьма условные очертания. Я решил в первую очередь написать Розин портрет, а затем изобразить и Сонечку. По мере того, как я продвигался в своей работе, я все больше и больше чувствовал, что в образе Розы явственно проглядывают черты Святой Инессы.
       Передо мной было несколько образов Розы. Первый образ воплощал абсолютную детскость. Это тогда, когда она меня чуточку побаивалась, стеснялась и меня, и своей любви. Ее, должно быть, мучил страх перед авторитетом, каким я ей казался, недосягаемым, вершинным. Второй образ я в шутку назвал бы так: "Не так уж страшен черт, как его малюют". После той злополучной вечеринки и таинственной ночи Розе явилось бесстрашие. Она чисто женской интуицией почувствовала, что она в чем-то сильнее ее предмета любви. В ней больше бесстрашия, и она может быть даже хозяйкой положения в нашем общении. Здесь детскость будто бы исчезла и ее будто бы вытеснил другой образ - своего рода Лик материнства, нежный и заботливый. И наконец, третий образ, когда сквозь детскость и стыдливую женственность проглянул ВСЕСИЛЬНЫЙ ЛИК мудрейшей и независимой от условных догматов, ЛИК светской дамы, у которой проявился и реально обозначился уровень даже некоторого превосходства над сильным полом, который можно не просто слегка покритиковать, а этак наотмашь влепить пощечину, срезать по каким-то важнейшим проблемам. Но за кадром этого Лика, всесильного и предельно раскованного, все равно высвечивалась самая правдоподобная, неприкрашенная ДЕТСКОСТЬ. Здесь было что-то от живописного стиля сфумато, которым пользовался Леонардо Да Винчи: один слой красок накладывается на другой, но прежний все равно таинственно просвечивается сквозь новое покрытие - так преображалась Мона Лиза Джоконда. Роза не Мона Лиза. Она без всяких покрытий и видопревращений живое явление бытия. Она все равно, что первоклассник вдруг излагающий основы высшей математики, от чего он, его Лик не перестает пребывать в образе восьмилетнего, или семилетнего мальчонки. Я мучился над тем, как же все-таки уловить живую связь всех трех ЛИКОВ столь загадочной реальности?
       Как выразить это чудное слияние столь разноликих очарований? Как войти в ее глубинный душевный мир, не обидев ее ни усложнением, ни упрощением натуры?
       Ничего толком не решив с помощью своих рационалистических напряжений, я решил довериться своей интуиции, проверенным поводырем которой была моя правая рука, мои глаза, мое волнение и мое сердце.
       Я долго воздерживался от реализации желания заглянуть в живописный Альбом, где были, я это точно помню, два изображения святой Инессы Хусепе Риберы. И все-таки в конце концов не удержался. Стал по частям рассматривать Святую Инессу: глаза, губы, подбородок. Обнаружил: все очертания глаз, бровей, лба принадлежали женщине, которой можно было дать и двадцать и даже сорок лет. В глазах есть даже некоторая суровость, или, скажем, осуждение окружающего мира, и ни на йоту - детскости. Я прикрываю листком бумаги всю верхнюю часть лица, оставляя открытыми лишь губы и подбородок. Здесь в чистом виде детскость - губы прелестного ребенка, милого, беззащитного, готового вот-вот улыбнуться, и подбородочек такой нежный и симпатичный - детский. Я закрываю глаза вспоминаю все три Лика Розы и чувствую: нашел то общее, что так ярко обозначилось в ее образе, воплощающим ИМЕННО ТО, ЧТО ИМЕНУЕТСЯ СМИРЕННО-МУДРИЕМ: губы выражают смирение, милосердноть, предельную нежность и покорную счастливость. А глаза с бровями, чуть приподнятыми бровями у переносицы с огромными янтарно-хризолитовыми зрачками, воплощение божественной мудрости, бескомпромиссной неприступности, отваги и решительности, таинственного ожидания счастья, земных и неземных радостей, абсолютной уверенности в своих достоинствах и веры в свою божественную данность. Я вспомнил Рафаэля, который со слезами на глазах после долгого сна бросился к другу с заверением, что он увидел во сне Мадонну, увидел ее Лик, и тут же сел за мольберт и в один присест сделал первый удачный набросок заветного образа.
       И я решил: напишу Розу полуобнаженной, когда той самой ночью после моей просьбы поехать в гости к ее бабушке, она выпрыгнула из тахты и, пританцовывая, слегка укрывшись простыней запела, и было в ней тогда столько-столько огня и такой безумной радости... Но и эту идею я отбросил, поскольку в той ликующей Розе исчезала мудрость, помноженная на детскость. И снова, собравшись с духом я без колебаний, повинуясь интуиции, сделал первый набросок той Розы, в которой сочетались как единое целое сразу три уже названных мною лика.
       А вот цветовая гамма, по моему мнению, должна быть схожей с тихой просветленностью смиренных бликов от синеватого ночника: возможно, будет сочетание светлофиолетовых тонов и голубой лазури, но непременно будут вкрапления киновари и краплака, неаполитанской розовой и кадмия оранжевого. Я загорелся: появился кураж, без которого немыслимо волнительное творчество. Я как сумасшедший маньяк просидел за мольбертом более двенадцати часов, все время помня о том, что надо непременно вовремя остановиться...
       В процессе работы я порадовался тому, как малейшие новые черточки, штришочки или совсем крохотные мазочки мгновенно меняли весь облик Розочки. Сколько мучительных часов я провел, выписывая кончики губ, глазниц, разлета бровей?!
       Когда портрет был закончен, я, несмотря на то, что был одиннадцатый час вечера, позвонил Розе и загадочно сказал:
       - Теперь, милостивая государыня, вы не принадлежите самой себе. Я похитил вашу драгоценную душу. Теперь она со мной.
       - Ничего не понимаю, - робко произнесла Роза. - Случилось что-нибудь?
       - Конечно же случилось. Произошло нечто фантастическое, о чем я не решаюсь сказать: вдруг содеянное мной обидит вас, такую могучую и такую непреклонную.
       - Да что же произошло? Вы никогда так поздно не звонили. Я бесконечно рада вашему звонку, но скажите, пожалуйста, что случилось? Умоляю вас, больше не могу терпеть... Что произошло?
       - А произошло некоторое святотатство. Я отважился посягнуть на вашу душу, и написал ваш портрет...
       - Правда, Олег Петрович? Не верится. У вас даже фотографии моей нет.
       - У вас, дорогая, такое запоминающееся лицо. Оно впечаталось в мою душу, так что все оказалось предельно простым: оттиск сделан как на ксероксе, а потом раскрасил. Помните, как Суриков говорил: "Нарисовал Морозову, осталось только раскрасить..."
       - Олег Петрович, я не доживу до завтрашнего дня. Можно я сейчас прилечу к вам и одним глазком взгляну на себя?
       - Не поздно?
       - Беру такси и через двадцать минут я у вас.
       - "Идет!" - сказал Финдлей.
       - Я знаю. Это Роберт Берне. Мчусь к вам. Ждите.
       Через полчаса Poзa, спросив у меня разрешение, щелкала своим цифровым фотоаппаратом, восторженно приговаривая: "Это я! Настоящая! Такая красивая!" Как вам это удалось?!"
       Мне было так жалко отпускать Розочку, но она сказала, что ее внизу ждет такси, и я проводил ее к машине...
      
      

    27. КОНФЛИКТ

      
       Алина принесла мне несколько документов, касающихся Межрегионального движения "Крестьянский фронт", в которое входил и вновь образованный Комитет духовного возрождения России. Мы горячо обсуждали проблемы, связанные с развертыванием деятельности нового Комитета.
       - Кстати, то, что вы затеяли с этим Конкурсом по проблемам духовного возрождения России, очень здорово. Россия и возрождение ее лучших традиций нуждаются в создании духовно-правовой идеологии. От того, как мы будем проводить намеченную нами РЕИДЕОЛОГИЗАЦИЮ зависит судьба страны. Нам придется нелегко. На первых порах мало кто нас поддержит. Чиновникам невыгодны различные идеологические преобразования. Им нужна мутная водичка, в которой хорошо ловятся жирненькие рыбки. Они яростные противники всяческой духовности...
       - Ты реально смотришь на жизнь, - сказал я. - От этого не легче. Я не вижу просветов в нашем движении...
       - Это не так. Просветы есть. Они в растущих потребностях народа в духовно-правовом обновлении жизни. Вспомните, наши многочисленные собрания и конференции. Не было случая, чтобы нас не поддержали. Это и есть настоящие просветы в наших исканиях.
       - Я для себя решил: у меня нет иного выхода. Могу в очередной раз произнести любимое высказывание великого педагога. Ушинского: "Готов бороться за утверждение самых высоких идеалов, чего бы мне это ни стоило: позора, унижений и даже смерти..."
       - Зачем же так пессимистично? Надо говорить о другом. Мы непременно победим в нашей неравной битве. Непременно! Кстати, как ваше самочувствие? Вы слишком много работаете и почти не отдыхаете. Хотите я буду вашим домашним лекарем, как никак у меня и медицинское образование?
       В ответ я процитировал Некрасова:
       - Нет! Не поможет мне аптека,
       Ни мудрость опытных врачей.
       Зачем же мучить человека?
       О, небо! Смерть пошли скорей!
       - У Некрасова был неизлечимый по тем временам недуг: туберкулез легких. А вам, мужику, грешно даже помнить такие вирши. Я прослежу за вашим режимом дня, питания, отдыха... Мне не нравится цвет вашего лица и какая-то пожухлость глаз. - Она прикоснулась к моей щеке, расширила глазницу и ахнула - Да у вас малокровие, дорогой... Ну-ка заглянем в ваш холодильник. - Она раскрыла холодильник и сказала - Пусто, как в душе ревизиониста... Как у вас с деньгами?
       Я молчал. Денег у меня не было. Два месяца, как меня отовсюду уводили. Но я сказал:
       - Да не беспокойся, ради Бога. Все у меня есть...
       - Ну вот что. Обещаю тебе выбить ставку Председателя Комитета, выдвинем тебя на какую-нибудь премию или добудем какой-нибудь престижный грант...
       - Вряд ли из этого что-нибудь выйдет...
       - Это почему же?
       - Все по той же причине. Государство и общество давно, возможно, подсознательно решили меня уничтожить.
       - Посмотрим, - уверенно произнесла Алина... - Если бы вы знали, как мне хочется вам помочь. А кто у вас убирает? - Неожиданно спросила она, - Не вижу присутствия женской руки. Всюду пыль, грязь, краски, все разбросано...
       - У меня нет ни сил, ни желания что-либо делать по дому. Листок бумаги не могу поднять с пола: противно.
       - Хотите я наведу вам порядок?
       Не ожидая моего ответа, она направилась в другую комнату и там застыла, пораженная написанным мною портретом.
       - Это же Роза Матвеева, - громко произнесла, она. - Какой изумительный портрет и такое сходство! Она вам позировала?
       - Писал по памяти, как и твой портрет Алина.
       - Да, но она же почти обнажена, совсем...
       Я помолчал, а она продолжала размышлять вслух:
       - Надо сильно любить женщину, чтобы написать такой шедевр. Скажите честно, вы влюбились?
       - Я влюблен в ее душу...
       - Однако написали ее полуобнаженной. Эротичная душа у вашей подруги...
       - Алина, нельзя так... - сказал я сурово. Гнев подступил к моей душе, а она, смотрела на меня холодным взглядом, точно говоря: "Не думала, что вы такой сладострастник и охотник до женских прелестей..."
       - Ну что ж желаю удачи, - сказала Алина и направилась к выходу.
       - Обождите, - сказал я. - Надеюсь, вы меня ни в чем не обвиняете?
       - Какое я имею право обвинять вас в чем-либо?
       - Тогда выслушайте меня...
       - Ну, что вы хотите сказать?
       - Хочу поговорить с вами о Розе Матвеевой и ее друзьях, которые с большой охотой примут самое активное участие в работе вновь созданного комитета.
       - И в чем выразится это участие?
       - Роза возглавляет проведение Конкурса. Ею и ее друзьями уже разрабатываются соответствующие документы и статьи о духовно-правовом возрождении России. Они выполняют эту работу безвозмездно. Могу вам кое-что показать из того, что написано ими. Это и наброски к Манифесту, обращенному к нашей молодежи и статьи по вопросам возрождения России, патриотического воспитания и развития профессиональных талантов. Как видите, огромная программа. А знаете, почему я написал этот портрет?
       - Почему же? - с недоверием как-то произнесла Алина.
       - Потому что я давно не ощущал такого душевного подъема у молодых людей, какой мне пришлось увидеть у той же Розочки. За один месяц их труда они освоили то, что многим студентам гуманитарных вузов не удается постичь за весь университетский курс.
       - И что же они освоили?
       - Они теперь знают не хуже меня все основные учения наших мыслителей. Я был поражен, когда они у Достоевского, Соловьева и даже Чернышевского и многих других нашли мысли и о земле, и о воспитании детей для новой жизни, и о способах возрождения лучших традиций отечественной культуры. Та же Роза Матвеева в пух и прах раскритиковала содержание моих книг, и я вынужден был с нею согласиться...
       - В чем конкретно она вас обвинила? - насмешливо спросила Алина.
       - В гипертрофии социальности в ущерб вниманию к личности человека. Она даже написала целый трактат на эту тему. В нем выражена идея нерасторжимости ЛЮБВИ К ОТЕЧЕСТВУ И ЛЮБВИ К КАЖДОЙ КОНКРЕТНОЙ ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ.
       - Что ж она, возможно, и права в этом вопросе, - как-то сразу смягчилась Алина. - Почему вы сразу не рассказали мне о проделанной с ними работе?
       - Собирался даже предложить вам провести совместное собрание Комитета и Межрегионального Общественного Движения (МОД).
       - Что ж это неплохая идея, - давайте проведем такое собрание.
       Я чувствовал, что Алина медлит с уходом. Еще что-то ее беспокоит. О чем-то хочет спросить. И я предложил:
       - Ты еще о чем-то хотела узнать?
       - Прости меня, - она прикоснулась к лацкану моего пиджака. - Ты когда-то очень хорошо говорил об одной женщине. Я даже имя ее запомнила. Лотта. Где она? Кто она? Я хотела бы с нею познакомиться.
       Я вздрогнул от неожиданной просьбу. Подумал: "А говорил ли я Алине о Лотте?" Мне показалось, что не говорил. Тогда откуда она знает о Лотте? Может быть, заглянула в мои записки, где я так мучительно и сладостно описывал идеальный образ моих ясновидений?
       Я посмотрел на Алину. Ее любопытство показалось мне добрым. Я подвел ее к книжному шкафу и вытащил оттуда, первый мой роман. Я помнил страницы, где описывался идеальный образ любви моих грез. Сначала Алина прочла отчеркнутое на одной странице: "Лотта плавно сошла с холста к тихонько произнесла: "Ну вот мы и встретились... Опять проблемы?" - "Да, меня не покидают мысли о смерти. Эти тревожные мысли покидают меня, как только сажусь либо за пишущую машинку, либо за мольберт..." А на другой странице было отчеркнуто нечто совсем загадочное: "Она соединилась с моей единственной абстракцией красоты, с моим единственным идеалом женщины. С тем идеалом, который жил во мне своей жизнью, идеалом, который я боготворил. И теперь я вот так просто и счастливо обрел этот живой образ красоты, бездумно прикоснулся к нежной груди, чтобы так неожиданно разрядиться сладостной болью.
       Я тогда не знал, сколь разнится идеальный образ женской красоты и реальный, с запахами, блеском глаз, где столько всего: лукавства, страдания, ликующего колдовства, смирения, жалости, победного зова и раскаяния. Я знал, что значит боготворить женщину-идею, что значит возвышать и возвышаться до полного перехода в мир забвений и грез. И я не знал, что значит ощущать последнюю границу чистоты женского нравственного начала, женственности и будущей еще большей женственности, уходящей в материнство, счастливой полнотой обнаруживающей себя в будущем..."
       - Ничего понять не могу, - сказала Алина.
       - Бред сивой кобылы, - подсказал я, как-то примерзко иронично улыбаясь.
       - Да, нет это не бред. Тут что-то заложено, а что именно, не могу постичь. Знаешь, что пришло мне в голову сейчас. Между тем, что я прочла сейчас и твоим портретом Розы Матвеевой есть определенно что-то общее: какая-то удивительно сложная ускользающая от взора людей тайна. Конечно же, в этом есть какая-то загадочная сумасшедшинка. Но какая? Может быть, пояснишь мне, глупой и бездарной?
       - Ну зачем же так? Ты вовсе не глупая и не бездарная. Меня однажды разгадал мой друг Саша Кузнецов Он посвятил мне стихотворение, которое я, кстати, прочел однажды и Розе, и Славе, и Сонечке. Там есть такие строчки:
       ... один человек вечно юную в мире искал
       Ею грезил вовек.
       Но однажды в своем тайнике он нашел идеал
       Их ранил он его, словно солнечный дар.
       Тайну мира чудак не открыл - никому, никому.
       Все печален он был, не знакомец всему...
       Во мне живет эта тайна, она и мной до конца не разгадана. Но именно благодаря ей я живу, творю и надеюсь. Имя этой тайне - Лотта....
       По мере того, как я говорил, Алина все мрачнела и мрачнела. Она расставалась со мной. Уходила от меня, от моих тайн, от моих грез.
      
      

    28. ВСТРЕЧА

      
       Женщины каким-то десятым, двадцатым своим чувством быстро распознают характер взаимоотношений мужчины и женщины. Они мгновенно угадывают то, как относятся другие женщины к их избраннику. Потом после встречи мне Роза скажет: "У вас с Алиной роман?"
       - Откуда вы взяли это? - спросил я.
       - Она относится к вам, как к своей собственности.
       - Это потому, что она начальница. Работодатель.
       - Она вам платит что-то?
       - Пока нет. Обещает.
       - Типично для халявщицы, - с некоторой злостью сказала Роза и тут же обратилась к Соне. - Сонь, тебе понравилась Алина?
       - Крутая тетка. Ей пальца в рот не клади: руку отхватит. Но ей зачем-то очень нужен Олег. Бисером перед ним рассыпается.
       - Может быть влюблена в него? - улыбнулась Роза, поглядывая на меня.
       Практичная Сонечка как ножом отрезала:
       - Ей такие, как Олег для любви не нужны. Она реалистка, а Олег, можно сказать сентиментальный романтик, трепетная лань...
       Сначала мы обсудили основные условия Конкурса. Желающих участвовать в нем уже набралось 16 человек. Были и групповые заявки и даже от отдельных школ и вузов.
       - А можно на Конкурс представить две или три работы? - спросила Роза.
       - Да хоть десять, - ответил я. - Важно помнить одно: представленная работа должна быть такой, чтобы она будила мысль, чувства, чтобы читающий это произведение загорался желанием активно участвовать в духовно-правовом возрождении России.
       - А почему вы всегда подчеркиваете то, что возрождение должно быть не просто ДУХОВНЫМ, а ДУХОВНО-ПРАВОВЫМ? - спросила, Соня.
       - Духовность, подкрепленная государственными санкциями, то есть правом, становится сильнее, могущественнее. От соединения с духовностью выигрывает и право, и различные государственные нормативы. Поэтому надо думать и предлагать, какими санкциями будут сопровождаться ваши предложения...
       - А не кажется ли тебе, - обратился ко мне Слава, - что духовность во многом проиграет от того, что воссоединится с правом. Духовность выше законов и различных нормативов. Она трансцендентна, то есть божественна и в полную меру свободна и независима от различных санкций...
       - Да есть и такая точка зрения, - ответил я Славе. - Но я противник жесткого разделения, точнее отделения Царства Духа от Царства Кесаря, Духовность для государства - та питательная сфера, в которой вырастают демократические свободы, права, защищающие человека и его свободы.
       - И все же как вы видите конечный результат нашей работы? - спросила Алина. - Мы определим победителей конкурса, наградим их дипломами и денежным премиями, кстати, мы уже нашли потенциальных спонсоров для этой нашей затеи. - Ну а дальше что? Каков конечный продукт всей нашей работы?
       - Существенный вопрос. Самый главный, - ответил я. - Конечным продуктом должны быть ряд документов. Это "Манифест о создании духовно-правовой идеологии", "Заповеди Духовного согласия", "Основы преодоления демографического спада в стране" и "Система ускоренного выявления и развития профессиональных талантов". Полагаю, что в задачу конечного продукта, должны войти и такие мероприятия: создание "Книги о духовно-правовом возрождении России", учебных пособий по обозначенным нами направлениям, создание Программ по вопросам духовного возрождения России для всех СМИ, а главное для телевидения и Радио. Все это мы должны представить нашему Правительству и Государственной Думе. Это и станет нашим реальным вкладом в общее дело Возрождения России.
       Когда закончилось наше собрание, и все потихоньку стали расходиться, я заметил, что Роза как-то замешкалась, что-то стала искать и в своей сумке и даже под столом.
       - Ты что-то потеряла? - спросил я, подходя к ней.
       - Да вот листочки у меня были такие маленькие. Я заметки о любви к Родине на них набросала, а теперь их нет. - В ее глазах и во всем облике была печаль.
       - Может быть, дома оставила?
       - Да нет, я их точно в сумку положила, и здесь я их видела, когда бумаги вытасвала. Может, Сонька прихватила их...
       - А что это у вас за книжка? - спросил я, обратив внимание на толстенную книгу в добротном переплете...
       Роза засмущалась, однако сказала:
       - Вы будете смеяться, но это арабские сказки. Тысяча, и одна ночь.
       - Не буду смеяться. Мне тоже нравятся восточные легенды.
       - Это не легенды. Это самая настоящая правда, окутанная в фантастические вымыслы главным образом о любви.
       - В этой любви есть что-то особенное?
       - Конечно, - обрадовано проговорила Роза. - Во-первых, любовь всегда поражает с первого взгляда. И описывается это так: "Она взглянула на него, и ее взгляд исторг из него тысячу вздохов". И девушки не то чтобы были суровыми со своими поклонниками, они не питают отвращение к мужчинам, тайно любят, но прячут почему-то свои чувства. Они дико переживают, постоянно падают в обмороки, впадают в отчаяние и их охватывают мысли о смерти. Особенно мне нравится сказка "Ганим - безутешный раб любви". Ганим трудолюбив и для него важнее всего - исполнение чувства долга. Он, как выразились бы теперь, честная и творческая личность. И хотя он будто бы бесстрашен, он постоянно находится как бы в тисках одиночества и страха. Он будто постоянно пребывает в зловещей темноте, у него нет ни близких, ни друзей, ни любимой девушки. Он мечтатель, и верит в свою мечту. Часто ночью он забирается на высокую пальму и смотрит, как зачарованный на звезды, Это особенно мне понравилось, потому что я тоже люблю ночью смотреть на звездное небо.
       Рассказывая все это, Роза то и дело поглядывала на меня, точно улавливая, некоторое сходство между мной и Ганимом. Я эту сказку не знал, но сходство между мной и безутешным рабом любви определенно было: я был также одинок, и меня мучили непонятные для меня какие-то тревожные страхи.
       - И что же в этой сказке тебя поразило? - спросил я.
       - Так вот однажды, сидя ночью на пальме, он увидел двух негодяев, закапывавших в землю огромный сундук. А когда они ушли, Ганим откопал сундук. Открыл и в нем оказалась спящая от наркотического опьянения красивая девушка. Они знакомятся, и Ганим влюбляется в девушку. Девушка казалась Ганиму совершенством, и он от любви едва не лишился чувств. Девушка поняла его состояние и попросила Ганима тайно доставить ее в этом сундуке в его дом. Такой просьбе Ганим несказанно обрадовался. И в сказке особо подчеркивается, что между ними вспыхнула страстная любовь: они были одних лет и одинаковой красоты. Но вскоре девушка отказывает Ганиму в его притязаниях, и несчастный Ганим узнает причину отказа - девушка была наложницей халифа. И тогда Ганим решает: он будет всегда, до самой смерти своей любить свою избранницу, но не обладать ею. И каждый раз, когда девушка пытается его переубедить в этом, его ответ всегда один и тот же: "Что принадлежит господину, для раба запретно". И тут является Харун. Он ищет свою возлюбленную и узнает правду о ней. Харун разграбил дома Ганима, довел соперника до нищеты, и тогда возлюбленная Ганима советует ему бежать из Багдада. И вот Ганим, нищий, одинокий, голодный и больной.
       - Ты меня зачаровала своей сказкой, - перебил я снова рассказ Розы. - Я почувствовал, что эта сказка, очень близка тебе. Не так ли?
       - Близка, потому что это необычная правда. В ней в полную силу раскрыто то, что вы называете идеальной любовью.
       - Мне тоже очень близко содержание этой легенды.
       - Это не легенда. Это чаяния народа. Острейшая потребность приблизиться к духовной любви. Снова я вас цитирую...
       - И чем же закончилась сказка?
       - Финал, что мне особенно понравилось, счастливый, благородный. Такие эндшпили нужны сегодняшним людям. У нас ведь так: если постигло человека горе, особенно связанное с любовью, то пиши все пропало - полнейшая безвыходность. А тут все по-другому. Девушка, ее звали Кут ал-Колуб, рассказала халифу, что Ганим вел себя крайне благородно и целомудренно. И Харун проникся к Ганиму величайшим уважением. Более того, он решил искупить свою вину перед ним. Он просит у Ганима прощение и женит его на Кут, а сам, чтобы породниться и с Ганимом, женится на сестре Кут. И автор сказки заключает: "И халиф с Ганимом вошли к своим женам в одну и ту же ночь". А в самом конце сказки говорится: "Халиф приказал всю эту историю занести в летопись, и на вечные времена сохранить в казне, чтобы читал тот, кто придет после него, и просветился и изумлялся бы превратностям судеб и вручил бы дела свои творцу дня и ночи".
       Когда произносились эти слова, голос Розочки дрогнул, и она, всхлипывая, закрыла лицо руками.
       - Что же ты плачешь, миленькая, - сказал я. - Такой прекрасный конец у этой сказки.
       - Наоборот, очень грустный, - ответила Роза. - Такое бывает только в сказках.
       - Хоть в сказках, - печально поддержал я. Твой рассказ задел меня за что-то самое сокровенное в моей душе.
       - Я это чувствовала. Простите меня. Вы как-то говорили мне, что у каждого человека есть свои тайны, особенно у женщины. У тебя тоже есть тайна?
      
      

    29. ЗА СЕМЬЮ ПЕЧАТЯМИ

      
       Я часто плакал, но не от горя и боли, а от прикосновения к своим сокровенным тайнам. Я потом уже, после ухода Розочки, размышлял не о содержании ее рассказа, а том, что стояло за этим рассказом, что хоронилось в ее неокрепшей душе, в ее милой головке. Вспоминая интонации ее повествования о Ганиме и Кут я переносился в дальние мои грезы, и даже не в грезы, а в абсолютные реальности, когда беда настигала меня и обходилась со мной крайне сурово, и не приходил на мой безутешный зов просветленный добрый халиф, хотя впрочем... и тут в памяти возникали все мои крушения, и после них, как правило, светлое воскресение со всеми жизненными благами, радостным вдохновением и самой последней надеждой на самое лучшее будущее. Я хотел продолжить общение с Розой как раз в связи с рассказанной ею сказкой. Точнее, не сама сказка меня интересовала, а то, что стояло за ней, то волнение, которое соединило ее душу с восточной трепетной фантастикой. Я откладывал встречу с Розой, и она не звонила мне. Так прошел месяц. И вот однажды, когда в Интернете вдруг опубликовали мой первый роман, мне позвонила Роза. Она взахлеб стала говорить мне сначала о чем-то непонятном, а потом заговорила о моем романе.
       - Понимаете, все сходится. Мы об этом даже с Алиной говорили. Вы знаете, они будут - эти перемены. Она выходит замуж за своего генерального. Когда я спросила, любит ли она его, она смеясь, ответила: "Люблю безбедную жизнь". А помолвка у них будет на Кипре. Да Бог с нею, я о другом хочу вам рассказать.
       - Поверите мне или нет, - говорила Роза, приехавшая ко мне, - но когда я читала ваш роман, в особенности те куски, где вы, то есть ваш герой, общаетесь с Алиной и Незнакомкой, то есть с Ларисой Морозовой, я как никогда чувствовала. ваше сегодняшнее состояние, вашу душу и даже ваше сердцебиение...
       - И какое же оно? Мое сердцебиение?
       - Понимаете, все сходится, - снова повторила она эту непонятную для меня фразу. Я не понимал, что именно сходится. А она продолжала как-то очень бойко и уверенно. - То, что описано в вашем романе - абсолютная копия вашего сегодняшнего состояния. Полнейшее одиночество и постоянное ожидание новых бедствий. Мне стало страшно от того, что человек может жить в полнейшем сиротстве, когда рядом нет ни одной души. Скажите честно, все, что написано в романе, было и с вами... Нельзя же выдумать такое.
       Я смотрел на Розу. В ее глазах было участие и желание не только разгадать мои тревожные жизненные тайны, но и стремление, я это чувствовал, разгадать меня. И то, что она так искренне интересовалась мной, как-то приблизило ее ко мне. Я поверил ей. От нее шло тепло и какая-то особая нежность, располагающая и к доверию, и к откровенности.
       - Что ж, признаюсь вам, как на духу, - сказал я. - Про себя я свои книжки называю исповедальной прозой. Когда я писал этот роман, я больше всего боялся хоть на йоту солгать. Я доходил в романе до самого крайнего самоуничижения, обвиняя героя, а фактически самого себя во всех смертных грехах: во лжи и авторитарности, в гордыне и бесчестии, в трусости и различных страхах. А потом, много лет спустя, я вычислил самую суть моих жизненных циклов. Да я так их и назвал: циклы, или узлы моей жизни. Они выстраивались по одному и тому же сценарию, состоящему из трех актов. Первый: реализация самых благородных целей, когда я всецело отдавался работе, с великой радостью выполнял свой гражданский и профессиональный долг. Во мне пылала, любовь к творчеству, к детям, ко всем окружающим, при этом разгоралась ответная любовь. Мои усилия и мои старания отмечались на различных уровнях в самых разнообразных формах - благодарности в приказах, грамоты и даже денежные премии. Во втором акте медленно и порой непонятно для меня как-то огонь любви пригашался. Потихоньку тускнело вокруг, а мои успехи многих раздражали. Я служил как бы живым укором для окружающих. Меня нельзя было назвать выскочкой, я всегда старался отмечать достоинства и заслуги других. Всегда подчеркивал и свои недостатки и свою неспособность добиваться, в частности, в работе тех успехов, которые уже были у моих коллег. Но и это воспринималось как некоторое зазнайство и высокомерие. Я из кожи вон лез, чтобы сблизиться с другими работниками школы или вуза, где я трудился, но от меня по разным причинам и предлогам отворачивались.
       И совсем гнусным был третий акт. Все то, что накапливалось против меня, становилось взрывоопасным. Кто-нибудь один неожиданно поджигал бикфордов шнур назревшей или даже перезревшей неприязни, и вспышка прорвавшегося гнева или несдержанности, опрокидывая все законы профессиональной этики и приличия, по-новому освещала мою личность, отмечая в ней лишь негативы и отрицательные черты.
       И моя ошибка состояла в том, что я нередко, не сдерживаясь, обрушивался на своих обвинителей, что с еще большой силой порождало неприязнь. Следовал главный вывод: "С ним невозможно работать". И пошло, поехало. Кличка "некоммуникабельный" плотно вошла в мою человеческую и профессиональную сущность.
       Меня было трудно подловить на каких-либо профессиональных ошибках Выискивалось что-то другое. Несусветное. Например, мою любовь к детям стали именовать панибратством, поясняя, что с детьми надо держаться на расстоянии. Или еще, обвиняли в погоне за дешевым авторитетом. Как бы то ни было, а все складывалось так, что я должен был по доброй воле подать заявление об уходе. В моих романах этот третий акт описан самым подробным образом.
       Что меня больше всего раздражало и усиливало безнадежность моего одиночества, так это то, что гонения на работе, порождали неприязнь ко мне в межличностном общении. Никто не хотел общаться, а тем более дружить с гонимым.
       Конечно же, загнанный в глухой угол, я совершал неверные ходы и делал попросту глупости.
       - И какие же это глупости? - спросила Роза, снимая с моего рукава какую-то пушинку: тоже знак внимания.
       - Я тогда, как и теперь постоянно изучаю характер тех гонений, которые обрушивались на талантливых или даже великих людей, того же Рембрандта, Ван Гога, Некрасова, Цветаеву, Есенина и на многих других. Конечно же, я делился своими мыслями с приятелями и приятельницами, с разными сослуживцами и своими учениками. И когда это происходило, я чувствовал их подозрительные взгляды, говорившее следующее: "Неспроста этот мерзавец говорит об этом. И себя к великим причисляет". И окончательно распоясавшись, совали мне такой анекдот: "Карл Маркс умер, Гоголь умер, Достоевский помер, и я себя плохо чувствую..."
       А был и такой случай, когда я спросил у своих сослуживцев: "Никак не пойму за что распяли Христа? Может вы мне поясните? Он ведь и против властей не выступил, потому что считал, что власть от Бога, и Законы Моисеевы чтил. Не бранил фарисеев и своих идейных противников. А его все-таки распяли. За что? Неужто за то, что любил людей и призывал к любви?" Тут же мне было выдано: "За Христа себя выдаешь!", "Тоже мне Христосик нашелся..."
       - А, действительно, за что казнили Христа? - спросила Роза.
       - Я уже, по-моему, говорил об этом, Но скажу еще раз. Ответ на твой вопрос дает такая историческая справка: Робеспьер казнил людей в двух случаях: когда человек был против революции и когда человек слишком яростно защищал революцию. Провозглашение самых высоких идеалов более опасно всегда чем критика режима. Помнится один литератор говорил: "Горят на позитиве, а не на критике. Чернуха никому не страшна, а вот идеал опасен". Идеалы ниспровергают пошлость и коррупцию, насилие и ненависть к людям. Христос провозгласил идеалы Любви и Свободы, а эти идеалы фактически ниспровергали существовавший тогда режим насилия и лжи.
       - И сейчас, вы считаете, опасно утверждать идеалы? Как же тогда возрождать то лучшее, что было в нашем Отечестве?
       - Здесь расчет только один: надо верить в растущую потребность и народа, и человечества в развитии и утверждении высших духовных ценностей.
       - Мне страшно.
       Я пожал Розе руку. Сказал:
       - У тебя столько бесстрашия...
       - Да я не за себя боюсь... - Она не пояснила за кого она боится, а переключилась на другую проблему, имеющую однако прямое отношение к идеалам. - Я боюсь вот чего. Имею ли я право разрабатывать проблемы возрождения лучших традиций отечественной культуры или, скажем, проблемы патриотического воспитания. Я вам признаюсь: я не знаю, что такое любовь к Родине. Вот бабушку свою я люблю больше себя самой. И все, что вокруг деревни, - лес, речку, поля, люблю. Небо над деревней люблю. А вот сама деревня, такая убогая и расхристанная, вся в развалюшках и в покинутости, вызывает у меня только бесконечную жалость, а не любовь.
       - Ну и прекрасно. Ты же говорила, что жалость и любовь - это одно и то же. Если ты способна жалеть свой родной край - это куда больше чем та казенная любовь, к которой нас призывают чиновники-негодяи, о которых говорил Толстой.
       - Значит, я по-вашему, имею право писать о любви к Родине? И вот я хочу признаться вам еще в одном. Только не смейтесь надо мной, может быть, я ошибаюсь... Мне Алина рассказала, что вы влюблены в какую-то загадочную женщину по имени Лотта. А когда я прочла ваш роман, я поняла, что Лотта - это и есть та Незнакомка, в которую вы были влюблены. Будете ругать меня?
       - За что?
       - За то, что я лезу в ваши сокровенные тайны.
       - Не буду ругать. Сказка о Ганиме и Куте, которую ты мне рассказала в прошлый раз поведала о тебя значительно больше, чем ты о себе знаешь. Прости, что я так наотмашь тебе об этом вещаю. Но во мне, тоже живет какое-то особое интуитивное чувство. Во мне с детства развивалась способность многое предугадывать в жизни.
       Ты затронула, как и в прошлый раз, сразу несколько проблем. Любовь к Родине и любовь к индивидуальности человеческой во многом совпадающие понятия. Нельзя любить Родину и ненавидеть людей, испытывать к ним чувство неприязни и недоверия. В этой связи отношение к женщине, к женскому полу, будь-то это двухлетняя кроха или старушка преклонного возраста, молодая девушка вашего возраста или зрелая женщина, мать троих детей, во многом совпадает с отношением к Родине. Родина, от слова "родить", несет в себе и духовный и материальный потенциал, обеспечивающий продолжение рода в данной социальной общности. Твое отношение к бабушке и есть основа твоего отношения к Родине. И то, что твоя бабушка, как ни горько ей видится ее родная деревня, любит свое село и ни за какие блага не расстанется с ним свидетельствует и о том, что она истинная патриотка своей страны. Пусть не покажется такая казенность выражения чем-то кощунственным. Мы с тобой возмущались тем, что сотни тысяч молодых людей убежали за рубеж, потому что там нет такой бедности и таких унижений, какие культивируются в нашей стране. А потом, видите ли, они испытывают ностальгию по бедному отечеству. Я не считаю своим героизмом тот факт, что я, когда мне предложили жить за рубежом в особняке на берегу озера и работать так, как мне хочется, я отказался, подчеркиваю вовсе не в силу патриотических чувств а, из-за того, что я за рубежом изнываю от тоски. Я в Швейцарии, в этой прекрасной стране чуть не сдох от того, что душа была будто не на месте. И это было не наше отечественное одиночество, щемящее и беспокойное, а какое-то скучно-неприкаянное состояние: места себе не находил. Я сумбурно говорю. Но смысл один: в душе каждого человека живет великая любовь к чему-то родному, близкому, родственному. Родина - это и ОТЕЧЕСТВО (от слова "отец", и материнство). Родина-мать, говорят в народе, и родственность от слова родные, родить или род человеческий. Все это живет в тебе, Роза. Живет, как ни в ком другом.
       - Почему как ни в ком другом?
       - Потому, что ты святая! Да, Роза, твоя чистота очевидна всем. Я постиг ее, когда писал твой портрет.
       Розе, должно быть, неловко было слышать столь завышенные оценки, и она быстро перевела разговор в другую ранее обозначенную плоскость.
       - И все же вы не ответили на мой вопрос. - Лотта и Незнакомка - это одно лицо? Расскажите о Ней или о Них, если хотите. Для меня это очень важно.
       - Хорошо. Пусть не покажется тебе мой рассказ чем-то мистическим, но в нем, действительно, много загадочного. Странно, но образ Незнакомки, как вы ее называете, жил во мне задолго до встречи с нею. Эта особенность моей души или моего видения живет во мне и по сей день. Ее суть - видеть человека задолго до встречи с ним. В репродукциях моих картин даны портреты Андрея Всеволодовича Курбатова и Лианы Анурековны Тухватуллиной, - которые были написаны задолго до встречи с ними. Когда я встретился с ними и показал им их портреты, они признали сходство, и не возражали, чтобы я подписал эти портреты их именами.
       Образ Ларисы Морозовой жил во мне задолго до встречи с нею. Когда я увидел ее впервые в автобусе, меня ошеломило сходство с тем образом, который жил во мне, который безумно любил и с которым постоянно общался. Вы скажете чистый шизоид. Однако это так. Она тоже сильно похожа была на Святую Инессу Хусепе де Риберы.
       - Вы сказали "тоже". А кто еще?
       - Вы, ваша светлость. Я бесконечно рад этому сходству...
       - И как же Незнакомка обернулась Лоттой?
       - Поясню. Если вы внимательно прочла роман, то могли заметить, в каком трагическом состоянии был мой герой, то бишь я, после смерти Ларисы, какие муки испытывал, когда она лежала на этом оцинкованном столе во время распроклятого вскрытия.
       - Я это хорошо помню. Когда я читала про все это, то ощущала будто меня режут на куски.
       - Так вот у меня было такое же состояние. Дело доходило до сумасшествия. Она мне снилась по ночам. А тут еще надвигались все эти беды, связанные с мои увольнением. Ты правильно увидела связь между сегодняшним моим положением и тогдашним. Сейчас, правда, еще хуже: все отказались от меня, близкие и дальние родственники, друзья и приятели, а главное те, с которыми я много лет вел экспериментальную работу в вузах и школах по тем же проблемам, о которых мы только что говорили с тобой. Замечу, кстати, в этом романе "Печора" одна из главных проблем, которую решает герой, - это проблема ОТЕЧЕСТВЕННОГО и ИТАЛЬЯНСКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ...
       - А не кажется вам каким-то мистическим явлением то, что и в то время и в это рядом с Незнакомой была, как и сегодня, именно Алина.
       - А кого вы видите в нынешней Незнакомке?
       - Лотту, разумеется. Вы по-прежнему ее любите?
       Роза шла ва-банк. Она беззастенчиво вторгалась в самые сокровенные глубины моей души. И мне не хотелось ее обрывать. Я понимал: она радовалась тому, что с ее пути и ее притязаний сошла нынешняя Алина, и теперь ей важно было узнать, есть ли на свете человек по имении Лотта. Роза сидела передо мной такая маленькая, тоненькая и по-детски беззащитная, однако решительная и неотступная. Она во что бы то ни стало хотела дознаться до правды, до той истины, которая уже будто и была схвачена, ею и в то же время ускользала от нее. Как мне хотелось в эту минуту пожалеть, нет не ее, а себя, такого непутевого и неприкаянного. Я боялся ее. И дело тут вовсе не в целомудренности, а в страхе перед моим собственным одиночеством. Я мыслил свое одиночество своеобразной бездной, глубоким колодцем, у края которого я оказался с этой чудной премиленькой девочкой. Одно неловкое движение, и мы вдвоем оказываемся в бездне или в колодце, откуда уже не будет выхода ни мне, ни ей...
       - А как можно понять такие ваши рассуждения, я даже их выписала на отдельную карточку? Я зачитаю: "Я вспомнил: Достоевский говорил о себе: "Я - дитя века, дитя неверия и сомнений". Во мне нет ни неверия, ни сомнений. Для неверия нужна свобода. У меня только любовь и вера. Цельная, радостная, мученическая любовь и неуступчивая бескомпромиссная вера. Даже с жаждой жертвенности. Единственно, кто меня понял бы, так это ОНА. Она, приуготовленная к спасению человечества".
       - Мне самому мало понятны эти слова, хотя я написал их от чистого сердца и как говорят в чистосердечных признаниях, пребывая в здравом уме и хорошем здравии. Снова здесь возникают те же проблемы, о которых мы говорили с тобой. Мне нужен был идеальный образ личности, гражданина и творца, мудрейшего из мудрейших, и микротеоса и микрокосма одновременно. Такой образ мог быть воплощенным лишь в женщине, которую я любил больше всего на свете. Вы заметили, что моя Незнакомка отвечает на самые главные вопросы бытия: "Как спасти Родину и Человечество?", "Как постичь самую суть Ренессанса, и Отечественного и Итальянского?" "Как преодолеть в государстве, семье обществе авторитаризм и репрессивные условия жизни?", "Почему гражданственность является основой гармонического развития личности?", "Почему каждый отдельный ребенок равен и Космосу и человечеству, а спасение одного ребенка равноценно сбережению всех?"
       - И она знала ответы на эти вопросы?
       - Поверьте мне. В жизни я не нашел ни одного человека, который не то чтобы разделил мои мысли, а даже чтобы выслушал меня до конца.
       Я нуждался в сердечном друге, одно присутствие которого, дальнего или ближнего, приблизило бы меня к постижению мучивших тайн бытия.
       Мне нужна была Она. И что поразительно - она явилась ко мне в образе Лотты, в образе идеальной и мудрой красоты, знающей все в этом мире, неотступно следующей самых великих ЗАВЕТАМ МИРОЗДАНИЯ. Тут есть одна трансцендентная тайна. Если Бог в нас, и мы горячо верим в это, и не только верим, но исповедуем то, что заложено в БОЖЕСТВЕННЫХ ОСНОВАХ БЫТИЯ, то непременно эта БОЖЕСТВЕННАЯ СИЛА ПРОЯВИТСЯ В НАС: во время даст нам нужный совет, сбережет нашу энергию от напрасной траты сил, укажет пути дальнейшей жизни. И эту великую роль взяла на себя Лотта. Она не всегда соглашалась со мной, не всегда торопилась разрешить все возникающие противоречия. Я спрашивал у нее:
       - Как уберечь истинный свет от темных сил зла?
       Она отвечала:
       - Ты многого хочешь Ты нередко сражаешься с вещами, которых нет. Они, действительно, подобны тьме. Ты иной раз думаешь, что утверждаешь нравственность? Это не так. Нравственность разрушается, когда нет любви. Твоя нравственность строится на отрицании, на ненависти. Ты ищешь везде темные силы. Ты сам гасишь свой свет. Когда есть свет - тьма сама исчезает. Если ты хочешь что-то сделать с тьмой, надо улучшить свет. Тьма - это отсутствие света. Не борись с отсутствием.
       - Выходит, борьба не нужна?
       - Напротив. Только не слепая. С тобой борются твои противники только лишь потому, что ты их раздражаешь и тем самым несешь тьму.
       - Я несу тьму?
       - Перестань нести темное и с тобой никто не станет бороться. Посмотри на себя: на кого ты стал похож? Губы скомканы, глаза, как у сумасшедшего, брови насуплены. Гнев - это тот вулкан, который уничтожает и свет, и все живое.
       - Я устал.
       - И усталость твоя пройдет, когда ты проникнешься светом и не станешь кидаться на людей...
       Я смотрел на Розу, видел, как в ее глазах зажегся новый огонек. Она сказала:
       - Она вас тоже обвинила в том же...
       - А кто еще меня обвинил "в том же"?
       - Я, - весело сказала Роза.
       Роза каким-то интуитивным двадцатым чувством что-то схватила, возможно, самое главное из того, что я говорил. Она поняла, что никакой Лотты, как и Незнакомки не было, но была жажда обрести идеального, слово подруга здесь не подходит, одним словом обрести в образе ДАМЫ СЕРДЦА идеальный образ бытия, вечную божественную женственность, которой я мог бы поклоняться, мог бы служить ей, боготворить. Она тоже всю жизнь мечтала только об одном: о вечной своей любви, которая непременно придет к ней.
       Она ушла от меня счастливая и радостная, точно говоря мне: "Теперь я знаю, как мне жить... Теперь у меня тоже есть своя Лотта".
      
      

    30. "ВХОЖДЕНИЕ В ЧЕРНЫЙ КВАДРАТ"

      
       Так я назвал одну из последних моих живописных работ, которая, как огонь, вырвалась из моей души. Когда, я писал картину, ощущал внутренние вибрации души: какое-то бесконечное парение в мировом пространстве вырывалось из моего подсознания. Та молниеносность решений в выборе композиции цвета и цветовых сочетаний так деспотически властно управляли моей энергетикой, порождала ликующую радость и абсолютную уверенность в том, что на моих глазах создается удивительный по совершенству шедевр и мыслей и чувств.
       Я специально, когда пришла Роза, расставил добрый десяток своих живописных работ, среди которых был и только что созданный сюжет с черным квадратом в киноварном обрамлении.
       Роза ахнула, и я поверил самому себе: не ошибся... А она, точно предаваясь своим каким-то дивным видениям говорила:
       - Представь себе, мне не доставало в моих поисках именно этих твоих живописных решений. В последнюю неделю я целиком и полностью была погружена в наш отечественный авангардизм. И конечно же, меня поразил Малевич. Я была восхищена еще и тем, что он был потрясающим художником-реалистом. Его портреты жены и других женщин, его автопортреты бесподобны. И все же ему чего-то недоставало. Он искал универсальные формулы мироздания. Его "Черный квадрат" искусствоведами назван "Иконой XX века". Меня поразило то, что после написания этой своей картины он едва не лишился рассудка: не мог неделю ни есть, не пить, ни спать. Интересна его полемика с Бенуа, которому Малевич адресовал такие слова: "Я счастлив, что лицо моего квадрата не может слиться ни с одним мастером, ни с временем. Не правда ли? Я не слушал отцов и я не похож на них. И я - ступень... В искусстве есть обязанность выполнения его необходимых форм. Помимо того люблю я их или нет, нравится или не нравится - искусство об этом нас не спрашивает, как не спросило, когда создавало звезды на небе".
       - В его понимании и в твоем разумении искусство, как Бог, раз создает небо и звезды? - улыбнулся я.
       - Абсолютно верно, - быстро ответила Роза. - Если искусство не божественно, если оно не выражает высшие духовные ценности, высшую универсальность Вселенной, то оно - НЕ ИСКУССТВО! Я для себя определила: есть искусство как процесс, рождающий мощную энергетику личности и есть искусство как результат, способный волновать окружающих, пробуждая в них мощные энергетические импульсы...
       - Ты прямо-таки теоретик авангардистского плана.
       - Я не знаю и не могу судить о художественных достоинствах "Черного квадрата" Малевича, но то, что он сделал попытку перейти к принципиально новым формам в искусстве это отмечалось многими искусствоведами и художниками всего мира. Малевич называл свой "Квадрат" царственным младенцем, и с такой трактовкой согласился Карл Юнг. Младенец - это символ целостности, охватывающий глубинные начала Природы. И еще художники отмечают, что "Черный квадрат" Малевича - это прорыв в космическое пространство, прорыв в могучие энергетические сферы Бытия...
       Я с нетерпением ждал, когда Роза перейдет к анализу моего творения. Не дождавшись этого, я спросил:
       - А не является ли моя поделка всего лишь повторением работы великого супрематиста?
       Роза еще сильнее зажглась, точно я в ее душу подбросил этакого добротного жара...
       - Истинное искусство, - сказала она, - божественно. Оно как Любовь, вспыхивает мгновенно и горит бесконечно, как звезды на небе. Я как только взглянула на твое "Вхождение в черный квадрат", так сразу, мгновенно схватила суть твоего диалога не только с Малевичем, но и со всеми отечественными авангардистами. И гениальным в твоей работе является то, что ты ввел в развитие знаменитого сюжета не просто человека, а ВСЕЛЕНСКУЮ ПРИРОДУ ВСЕГО РОДА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО, олицетворенного мужчиной и женщиной, и их прелестным МЛАДЕНЦЕМ. Очевидна ВЕЛИЧЕСТВЕННАЯ ЦАРСТВЕННОСТЬ ЭТОЙ ТРОИЦЫ. Взявшись за руки, мужчина и женщина с их младенцем смело шагнули в неведомый мир "черного квадрата" - этого непознанного Бытия, символически олицетворяющего неведомое нам наше будущее... Роза приостановилась, точно задумавшись о чем-то, а потом сказала. - Я должна тебя, возможно, и огорчить.
       - Чем же? Не бойся. Говори...
       - Я воспринимаю твое творение не как художественное произведение, а как философское постижение так необходимых нам универсальных формул Бытия, способов прорыва застоявшегося миросозерцания.
       - Ты не только не огорчила меня, ты обрадовала меня и знаешь чем?
       - Чем?
       - Примерно то же самое сказал мне Владимир Петрович, когда посмотрел мою работу.
       - Это интересно. И что же он сказал?
       - Он подтвердил мою главную мысль: надо искать новые формы изображения Бытия, прежде всего наших духовных начал. Он даже сказал, что мое "Вхождение" натолкнуло его на решение создать сто принципиально новых живописных работ, при чем каждая из них будет сопровождаться художественно-публицистическим анализом как внутренних духовных вибраций человеческой души, так и постижением универсальных формул Вселенной.
       Я смотрел на Розу, на ее раскрасневшееся взволнованное лицо и душой осязал то, что передо мной не просто красивая женщина, не просто вечная женственность, а живое, БОЖЕСТВЕННОЕ обаяние именно живой ЛОТТЫ. Я не удержался: обнял Розу и сказал:
       - Ты - моя настоящая Лотта. Единственная и трансцендентная...
       Роза смутилась. Ее плечики задрожали, а из глаз выкатились слезы.
       - Вы даже не представляете, что вы со мной сделали!. Вы подарили мне свою душу, и теперь мне ничего больше не нужно... Я счастлива... Когда я шла к вам, - она то и дело переходила на "вы", - так вот когда я шла к вам и уже подходила к твоему дому, на меня нашел какой-то жуткий страх. Меня испугало название картины. - "Черный квадрат". Чем-то не просто мистическим, а скорее дьявольским повеяло... Я перепугалась: что-то случилось нехорошее. А когда взглянула на ваше творение, тревоги мои улетучились. Ваш работа предельно оптимистична: она дышит счастьем и радостью. Я смотрю и вашу картину и вижу, точно мы с вами и нашим ребеночком входим в неведомый мир.
       Я слушал ее и думал: она совсем не стыдится своих слов, точно давно уже была моей невестой или даже женой. Я прикоснулся губами к ее руке, а она обняла меня и крепко поцеловала.
       Потом мы ужинали. И она сказала мне много любопытного:
       -Я вот о чем думаю, -говорила Розочка. - Ты создаешь концептуальную живопись. Сегодня как никогда нужны новые свежие мысли, то бишь концепции о нашем будущем, о нашем искусстве, о нашем возрождении. Знаешь, о чем я еще подумала? Возрождение не ВРЕМЕННАЯ, а духовно-творческая категория. Она, как и духовность, выражает силу проявления интеллектуально-эстетических и нравственно-волевых мощностей личности, народа, правительства и подлинного авангарда социума - интеллигенции...
       - Стоп! - вскричал я с радостью. - Это надо записать и по-настоящему расшифровать, опираясь на культурно-историческую практику всех РЕНЕССАНСОВ, имевших место в этом подлунном мире. Итак, три основных движущих фактора - народ, правительство, интеллигенция.
       - А личность?
       - В том-то и дело, что все три названные тобой фактора обращены к личности. Без личности, без обращения к индивидуальности нет и не может быть никакого возрождения. Что означает понятие "народ"? Это во-первых, то большинство трудящегося люда, который живет в данной стране. Во-вторых, это семья, которая формирует духовный мир народа, каждую отдельную ее личность. Шуховы и Жуковские, которые развивались и определялись в своих интересах и способностях, выросли в великих деятелей благодаря семье. Но и властные структуры не только не противодействовали их профессиональному росту, но и оказывали всяческое содействие в подлинном расцвете их талантов. Они имели возможность творить, выезжать, когда это им было необходимо, за границу, где, общаясь с зарубежными светилами, обогащали свой научный и духовный потенциал.
       Кстати, в последнее время я много занимался итальянским возрождением. Многие знаменитые художники того времени отмечали, что своими успехами они обязаны своим согражданам, которые всегда и во всем поддерживали их в творчестве. И конечно же, решающую роль играла та интеллигентная среда, в которой живым огнем полыхало то, что мы называем УЧИТЕЛЬСТВОВАНИЕМ С БОЛЬШОЙ БУКВЫ и ПРОРОЧЕСТВОВАНИЕМ. Родители Шухова и Жуковского, их учителя и воспитатели пророчили своим питомцам ВЕЛИКОЕ БУДУЩЕЕ. Вспомним, как тот же Жуковский не справлялся с простыми арифметическими задачами, не мог заниматься черчением, и наконец был исключен из любимого института за неуспеваемость. А мать, Анна Николаевна Жуковская, его учителя все равно верили в великую будущность своего питомца, и эта щедрая вера в конечном итоге побеждала все сомнения и неудачи.
       - Нам недостает этой щедрой веры! - перебила меня Роза. - Мы не верим в талантливость ни отдельной личности, даже если она проявила себя в чем-то, ни в народ в целом. Мы болтаем лишь о каких-то неведомых народных толщах, а вот увидеть в народе что-то индивидуальное, личностное, и дать ход в развитии этим индивидуальным проявлениям - это все забыто, похоронено в грудах мусора и болтовни!
       - Я был поражен тем, что Флорентийские правители, тот же Лоренцо Медичи, выискивали в народе талантливых детей, взращивали их таланты, морально и материально поддерживали их. Мы все время ругали Николая Первого, а между тем именно он до последних дней жизни Пушкина помогал ему и духовно и материально. Помогал, прощая поэту его гневливость и даже вспышки злобности, когда Пушкин писал:
       Самовластительный злодей,
       Тебя, твоя трон я ненавижу,
       И смерть твою, и смерть детей
       С жестокой радостью я вижу!
       - А знаешь, я глаз не могу оторвать от твоего "Вхождения", - снова перебила меня Роза. - Я вспомнила себя в детстве. Смотрела черно-белый фильм. Отец у меня спросил: "А каким ты видишь солнце?" Я не задумываясь ответила: "Красным, конечно, Каким же еще?" Вспоминаю: я видела мир в цвете, в сиянии разных красок, и радовалась этому. А потом потихоньку мое восприятие потускнело, стало черно-белым... А вот теперь, глядя на твой черный квадрат, я вижу сияющий свет. Нет даже намека на черноту. Кандинский говорил, что красный цвет в обрамлении черного будто выпрыгивает, а у тебя все черное выпрыгивает из этой полыхающей киновари. И мужчина, ребенок и женщина, в красном, розовом и голубом, точно три солнца, разрывающую кромешную тьму. Я ощущаю их идущими по широкой светлой дороге: кругом в солнечном свете деревья, и небо бесконечно яркое... Глупости я говорю?
       - Я так же воспринимаю т о, что написал, - сказал я, тоскливо улыбаясь, точно стыдясь своей едва обозначившейся хвастливости.
       Я смотрел на Розу. Вот она была настоящим солнцем. Ее губы, чуть подсохшие от волнения, ее бледный лоб с алеющими щечками, блеск ее бирюзовых глаз - все это было так прекрасно, что я неожиданно для себя схватил ее за ручки, такие тоненькие и бескостные, притянул к себе, но, слава Богу!, опомнился, извинился за свой порыв и тихонько сказал:
       - Ты так прекрасна, Роза. Мне давно уже никто не говорил столь замечательные слова...
       "Странная штука эта нахлынувшая вдруг, накаленно-острая критическая влюбленность, думал я, когда Роза покинула мой дом. - Я будто теряю разум. Я весь во власти своего желания прикоснуться к Ней. И она будто ждет моих прикосновений, а я боюсь, чего и сам не знаю. Если бы я рассказал об этом своем переживании моему другу Славе, он бы меня обозвал идиотом. Я думал откуда у меня взялась эта робость? И мне так стало жалко себя, и так хорошо стало от этой жалости. Не раздумывая больше ни секунды, я кинулся к мольберту, благо был чистый холст, и стал неистово писать женский портрет. Потихоньку складывалось название портрета: "Пречистая", или "Пресвятая", или "Владычица неземная", или "Царица небесная".
      
      

    31. МОГУЩЕСТВО ВЫСШИХ ДУХОВНЫХ ЦЕННОСТЕЙ

      
       В сотый раз готов повторять вслед за Святыми Апостолами и величайшими отечественными и зарубежными мыслителями, что высшими духовными ценностями мироздания являются ЛЮБОВЬ И СВОБОДА, определяющих сущность всех сфер человеческого бытия. Любовь к людям, к семье и к воспитанию детей, к природе и к труду, к социальной справедливости и дружбе между народами, Любовь к утверждению достижений лучших общечеловеческих традиций, Любовь к собственной разносторонней самореализации, к самим себе, к своим достоинствам и потенциальным возможностям.
       Любовь трансцендентна, божественна, ибо "есть Бог" (Апостолы Павел и Иоанн, Вл. Соловьев и Толстой, Достоевский и Бердяев, Булгаков, Ильин и мн. др.).
       Она безнасильна, живет только в свободе, ибо "свобода есть образ жизни, присущий любви" (И. Ильин).
       Любовь всегда была гонима, ибо мир держался на ненависти, жестокости, социальной несправедливости, на подневольном труде, на разобщенности и авторитаризме в семье, в воспитании детей, на принижении человеческого достоинства, самоуничижений и оскорблениях личности.
       Исповедовавших Любовь преследовали, унижали, казнили, распинали на крестах, сжигали на кострах. Первых христиан карали за то, что они, идя на свои тайные вечери, целовали друг друга. Римские власти рассматривали эти святые духовные целования, как прелюдии к развратным оргиям. Вместе с тем властные силы, деспоты и диктаторы, владыки и монархи будто выкрали у человечества могучую духовность, изуродовав ее, наполнив такими негативами, как рабская преданность властям, государству, начальникам, партиям, сильным мира сего. Изуродованная бездуховная любовь насаждалась в виде рабской покорности женщин и детей сильному полу, жестокого отношения к слабым и обездоленным. Произошло даже не раздвоение любви, а растроение. Кроме истинной и негативной любви, любви-ненависти, складывался в мире и третий, по сути своей, бездуховный мир любви, когда любовь рассматривалась, как нечто нереальное, своего рода блеф, обман, ловушка для завлечения, капкан для будущих жертв, разукрашенные мнимой влюбленностью, фальшивыми страстями, обожаниями и привязанностями. Этот третий вид живой любви обставлялся мерзопакостными определениями: шуры-муры, шашни, любовники и сожительницы, потаскуха, путана, хахали, крали.
       Примечательно, именно этот третий вид "любви", построенный на сплошной откровенной лжи, соединившийся с так называемой эмансипацией и движением к матриархату, заполонил все сферы культуры, супружества, семьи, искусства, все социально-этические отношения в обществе, государстве.
       Разумеется, этот третий вид любви, а точнее псевдолюбви, соединился с производным феноменом ПСЕВДОСВОБОДЫ, когда вседозволенность и ухищренное вранье становятся поводырем в так называемом любовном общении или в отношениях в системе различных уже названных нами сфер любви. Больше того, появились своего рода профессиональные лжецы-провокаторы (режиссеры, продюсеры, актеры и актрисы, сценаристы и писатели, драматурги и шоумэны), создающие не просто бездуховные образцы "культуры", а нечто совершенно будто бы необычные отчаянно смелые творения, которые именно в силу своей супербездуховной начинки становятся бестселлерами. Об этом и пойдет речь далее.
      
      

    32. "СКОЛЬКО ТЫ СТОИШЬ?"

      
       Идея раскрутить сущность этого третьего тип а любви захватила Розу Матвееву. Она прочла мои наброски по этим проблемам и как-то очень уж задумчиво сказала:
       - Мне странным кажется одно: почему-то большинство людей, в частности, моих знакомых и подруг, интересует проблема не истинной любви, а порочности. Они говорят мне: "В твоей истинной духовной любви одна преснятина. Итак, жить тошно... " А одна из самых лучших моих подруг, нет, не Сонька, а Вера Горбунова, она прямо заявила: "Истинная любовь целиком и полностью исчерпала себя. Ромео и Джульетты никому сейчас не нужны. Согласись, то, что ты называешь истинной любовью всегда заканчивалось трагически... Нам не нужны трагедии в личной жизни, их полно в нашем безрассудном социуме.. Жить не на что..."
       - Что ж они по своему правы. К сожалению, жизнь не дает нам призёров истинно духовной любви. А вот плотская любовь со всеми ее сексуальными загадками привлекает слабых созданий по многим причинам. Одни хотят развить в себе так называемую сексапильность, чтобы искуснее привлекать противоположный пол или выгодно предать себя, другие стремятся постичь и освоить из общения с сексуальными патнерами максимум наслаждений...
       - Я для вас стала собирать интереснейший, как мне показалось, материал о французском режиссере Бертране Блие. Он откровенно выступает против любви называя ее "мнимостью, ловушкой и дурным анекдотом". Он обосновывает свои принципы и взгляды на любовь, как никому ненужную ложь. Он отрицает красоту, нежность, и нравственную чистоту женщины. Что интересна, его высказывания привлекают в особенности молодых людей своей откровенной даже жестокой резкостью. Он, например, заявляет: "Я люблю грубость, а всякие сантименты - ложь... Ненавижу поэзию, эстетику и красивые движения камеры... Семейные свары, скандалы и даже драки супругов - вот настоящие истории любви".
       - Я полагаю, что эти его признания - игра на публику. Он отлично понимает существующий и развивающийся спрос на бездуховность, на откровенное хамство... Полагаю, что он в своей личной жизни ищет и истинную любовь, и красоту, и нежность.
       - Вы в самую точку попали. О нем пишу... Вот прослушай: "От любви к красивым актрисам ему не отречься. После Миу-Миу, Изабель Юппер и Кароль Буке звездой Блие стала Моника Беллуччи, напоминавшая своими гипертрофированными женственными формами о видениях Феллини. Она играет начинающую парижскую шлюху. Прямо-таки родная сестра Марии Магдалины из его же фильма "Страсти Христовы". И далее об этой героине говорят, что Даниэла, которую играет Моника по своей "безмозглости сродни святости Магдалины. Все они сестры, роковые женщины, а Беллуччи, пожалуй, - единственная кинозвезда, верная этому амплуа".
       - Амплуа святости или безмозглости? - иронично спросил я.
       - Вы не смейтесь. Я просмотрела кучу этих самых глянцевых журналов и на нашла снимки режиссера и его новой кинозвезды. Они сняты в обнимку. Он в свитере, она спиной к зрителю - обнаженная... Взгляни: есть на что посмотреть...
       Она протянула мне вырванную из журнала страницу и показала фантастически интересный снимок с изображением Блие и обнаженной Моники, сидящих в обнимку. Под кадром такая надпись: "Незабываемый вид. Сценарий фильма "Сколько ты стоишь?" был специально написан для Моники. В фильме много ее тела, снятого под разными углами и освещением".
       Если бы это не была фотография, я бы никогда бы не поверил, что у женщины может быть столь тонкая талия и такой же необыкновенна изящный таз. Она возлежала спиной к зрителю, левой рукой обхватив голову режиссера.
       Я мгновенно представил себе, как я напишу этот двойной портрет на большом удлинением холсте непременно на сиреневом фоне, а по краям черные прямоугольники, и сама Моника на черном, оттеняющим ее изумительные женственные формы. В свое время Блие создал фильм под названием "Валъсирующий", в котором изобразил бойцовски настроенную плеяду анархистов-пакостников, шпану, корежащую установленный миропорядок. О Блие говорят, что он взламывает не только жанр мелодрамы, высмеивая все, что связано с духовной любовью, не и глумится над всем, что так дорого в области чувств всем нормальным людям. Блие ищет и изображает гадостные сюжеты и ситуации, чтобы насытиться бездуховностью, чтобы убить все возможное, что связано с любовью. Так его герой-любовник изменяет красавице то с потасканным мужичком, то с толстушкой, пахнущей супом, а благополучная дамочка нянчится с бомжом, отправляющим ее на панель.
       "Любовь зла!" - злорадствует Блие, уверенный, как и многие его почитатели в том, что созданные им персонажи - настоящие герои нашего времени.
       Когда я писал этот двойной портрет Блие и Беллуччи, я думал над тем, почему Блие называют кинокритики режиссером-провокатором. Я всматривался в горделивый облик лысеющего шестидесятипятилетнего мужчины в черном свитере. Его огромное круглое лицо с едва заметно улыбающимися губами в моей трактовке (да простит меня режиссер-провокатор!) слишком уж гармонично связывалось с очаровательным задом кинозвезды. Даже этим снимком под названием "Незабываемый вид" Блие как бы вновь и вновь провоцирует зрителя, спрашивая у него: "Сколько же стоит такая задница с такой непомерно тонкой талией?".
      
      

    33. "ДОЛОЙ ЛЮБОВЬ"

      
       - Что с вами? - спрашивала меня Роза. - На вас лица нет. Вы больны?
       - Да нет, Розочка, я абсолютно здоров. Но какие-то непонятные процессы со мною определенно происходят. Меня несет...
       - Как это несет? Куда несет?
       - Я, действительно, не знаю, что со мной творится. Во мне зреет мощнейший кураж...
       - А это еще что такое?
       - Так мой один товарищ называл острейшую жажду творчества. Он говорил: "Не могу сесть за письменный стол, когда чувствую, что не созрел мой кураж".
       - И когда он созреет?
       - А вот это загадка для меня.
       - А почему несет?
       - Сам не знаю, почему я реагирую порой крайне, как теперь говорят неадекватно. Вчера один крупный ученый мне брякнул в шутливой форме: "Да заткните вы свою духовность в одно место..." Эх как я взревел! Я готов был его убить. И Бог знает, что бы произошло, если бы в комнату не вошла его секретарша. Я пулей вылетел из его кабинета. И в этот же день как назло еще один такой аналогичный случай. Здесь я двоих чиновников, сделавших мне замечание, что надо делом заниматься, а не витать в облаках, так вот я их обложил такой отборной бранью, что они рты пораскрывали. Сказали мне: "А мы-то Считали, что вы интеллигентный человек". Нет надо точно бежать за город, там у меня маленькая мастерская, и там за мольбертом я отведу душу.
       - Отличное решение, - поддержала меня Роза, - Вы говорите, что там у вас и банька есть?
       - Есть крохотная банька, но нагревается мгновенно - час-другой и дело в шляпе...
       - Завидую вам. Очень люблю финскую баня.
       - Так поехали со мной, - брякнул я. - Я приготовлю вам отличные блюда. Это что-то невероятное. Пельмени с капустой свежей, с помидорами и сметаной.
       - Это что все вместе?
       - Вот именно вместе.
       - Ничего подобного не слыхала. А вот поехать с вами, к сожалению не смогу. Две лекции у меня на этой неделе и один семинар... А я вот вам принесла потрясающе интересный материал, который может быть продолжением ваших изысканий по проблемам бездуховности...
       - Интересно. Что у вас?
       - Понимаете, Бертран Блие и Моника Беллуччи - не единичный случай полнейшего отрицания любви и всяких духовных начал. Причем, что интересно в обоймах западных "гениев" оказались в центре внимания именно проблемы любви и свободы. Они занялись противопоставлением этих двух духовных величин. Для иллюстрации такие две любопытные истории.
       Известная эффектная красотка, как ее называют на Западе, Барбара Новак написала фолиант под названивая названием "Долой любовь". Она обвинила всех женщин, которые влюбляются и порой страдают от этого в том, что они зря проявляют столько чувств, когда ревнуют, когда их обижают похотливые самцы, изменяя им и заставляя своих возлюбленных проливать слезы. Новак призывает:
       - Дорогие дамы, бейте наглых похотливых самцов их же оружием! К черту любовь, превращающую женщин в рабынь. Женщина не станет счастливой, если не обретет полную свободу. Вы должны преодолеть власть любви. Следуйте примеру этих негодяев. После ночи любви, клятв и уверений они могут запросто убежать к другой даме. А вы будете рыдать, как белуги. Пора кончать с такого рода сантиментами!
       - И что вы думаете, - спрашивала Роза. - Читательницы буквально штурмовали прилавки магазинов, чтобы приобрести желанную книгу и избавившись от любви, обрести полную свободу!
       - Ну а какая другая история? - спросил я нетерпеливо.
       - А вторая история продолжение первой. Известный режиссер Пейтон Рид снял фильм под названием "Долой любовь!", добавив к названию лишь восклицательный знак. В этом фильме главную женскую роль сыграла голливудская кинозвезда Рени Зельвегер, которая прославилась не только игрой на сцене, но и своими многочисленными любовниками, тоже кинозвездами, - Том Круз, Мэтью Макконахью, Джордж Клуни, Джим Керри и многие другие. Успех фильма был небывалым. Счет Рени возрос на пятнадцать миллионов долларов...
       Весело, энергично, предприимчиво, по-американски прагматично развенчиваются духовные ценности - любовь, свобода, красота, истина, добро. Утверждаются плотская "любовь" (чистый секс), прославление похоти, способность женщины быть больше, чем рядовая жрица любви. И слышатся мне вопли подонков от искусства:
       - Долой любовь! К черту высшие духовные ценности! В пропасть женскую чистоту и великое мужское достоинство, которое в силу растления века связывают не иначе как с сексуально-эротическими возможностями, с эрекцией!
       Я говорю Розе о том, что намерен написать цикл картин, иллюстрирующих мой роман "Реквием". Среди них в одном ряду с названными сюжетами будут рассказы о наркоманах, лесбиянках, жрицах любви, террористах и носителей Вич-инфекции.
       И я как проклятый бросаюсь к мольберту, и неведомая мне сила, именуемая куражом, несет меня точно на крыльях к созданию великих ценностей века, на которых непременно будет запечатлена острейшая потребность в таких великих ценностях, как Любовь, Свобода, Красота и Социальная Справедливость.
      
      

    34. ДЕТСКОСТЬ - ЭТО ОТ БОГА

      
       А потом я написал несколько детских портретов. Некоторые с их родителям, очень похожими на Розу: такое же сияние детскости и вечной женственности. Я позвонил Розе, когда первая часть задуманной работы была завершена
       - А вторая часть, - сказал я Розочке, - должна раскрыть тайны детскости. У меня есть желание как-то no-новому рассказать о том, как УСКОРЕННО развивать детские и педагогические дарования. Я ухожу в подполье и выйду в свет, когда намеченная работа будет завершена. Ты не осуждаешь?
       - Нет, что вы. Буду оберегать ваш покой и буду хорошо думать о вас.
       - Мы определенно должны выпить с тобой на брудершафт. Ты никогда не задумывалась, почему мы с Богом всегда на "Ты"? Я отвечу: "Потому что ближе Бога у никого нет... "
       - Вы мой Бог, - ответила. Роза. - Если хотите - БОГОЧЕЛОВЕК, и мне трудно говорить вам "Ты".
       - Хорошо. Ты будешь первой читательницей моих пророческих откровений.
       Однако мои планы вскоре изменились. И изменились они после того, как я показал свои последние живописные работы моим друзьям: Славе и Владимиру Петровичу Попову, Сереже Ветрову и его жене Марине.
       Мне сначала показалось странным, что они в моих портретах узнавали самих себя, узнавали свое детство, свои детские горести и радости. Они об этом наперебой стали рассказывать, подчеркивая, что человек, забывающий о своем детстве, неизбежно попадает в стан Сатов: они переняли мое обозначение Антихриста и его Агентов.
       Не боясь повторов, я решил объединить все рассказанное моими друзьями в один общий текст. Но меня опередил Владимир Петрович. Он сказал мне:
       - Я подготовил для вас материал о природе детскости и готов передать его вам. Приезжайте...
       Когда я прочел текст, написанный Владимиром Петровичем, я понял, что лучше чем он я не сумею выразить проблемы, связанные с развитием ребенка. Представлю читателю эту завершенную работу В.П. Попова.
      

    Детскость - синоним творчества

       Один придурок из Департамента столичного образования, ведающий вероисповеданиями и духовными проблемами воспитания детей заявил в Интернете: "Детскость?! Такого слова нет в русском языке! Если бы можно было бы так образовывать слова, тогда бы можно было сказать "ПЕДАГОГКОСТЬ" или "УЧЕНИКОВКОСТЬ". Обвинил меня в безграмотности. Фамилия у этого человечка звонкая: Соловьев. Ну заглянул бы господин Соловьев в Словарь русского языка и прочел бы то, как употребляли в своих произведениях слово "детскость" выдающиеся отечественные писатели Толстой, Фадеев и другие. А если бы г. Соловьев читал книги по вопросам психологии детства, он бы узнал, что "детскость" является почти синонимом "творческости". Я в том же Интернете пояснил Соловьеву, что не из всех существительных таким образом можно образовывать новые слова. Например, от слова "болван" вряд ли можно сочинить слово "болванкость".
       Заглавие этой моей статьи даже мне несколько режет слух, но для меня крайне важна мысль, которую я поясню так: Русский Ренессанс, не успев повзрослеть, погиб, задавленный революционными кошмарами большевизма. Мы знаем лишь о ДЕТСТВЕ ИТАЛЬЯНСКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ. Детство нынешнего духовного возрождения России, в котором так нуждается Отечество, еще не только не наступило, но даже и не пробудилось. Оно томится во чреве нашей Родины.
       Нынешнее поколение Соловьевых и подобных ему защитников веры, культуры и политики вряд ли создаст свой Ренессанс. Вся надежда на новое поколение, на детей, на молодежь, уже сегодня ЖАЖДУЩИХ ПРОДОЛЖИТЬ И УТВЕРЖДАТЬ ЛУЧШИЕ ТРАДИЦИИ ДУХОВНО-ПРАВОВОЙ ИДЕОЛОГИИ ОБНОВЛЯЮЩЕЙСЯ РОССИИ. И конечно же, НАДЕЖДА НА НОВОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО В ЛИЦЕ ДМИТРИЯ МЕДВЕДЕВА, ПРОВОЗГЛАСИВШЕЕ НЕОБХОДИМОСТЬ ГАРМОНИИ ПРАВА И ДУХОВНЫХ ЦЕННОСТЕЙ.
       Для меня мир, скажем, Итальянского Возрождения (Леонардо, Рафаэль, Боттичелли) - это мир, не утративший хрустальной чистоты детства, которая четко просматривается в образах Мадонны, Венеры, многочисленных Ангелов. Говорят же: истинный гений никогда не теряет своих глубинных творческих связей с детством. И гениальный педагог - тот, кто верит в гениальность детскости.
       Передо мной фундаментальная книга Е.А. Репринцевой "Игра: мыслители прошлого и настоящего о ее природе в педагогическом потенциала", рекомендованная Российской Академией образования в качестве учебного пособия для всех образовательных систем страны. Рядом с именами Аристотеля, Руссо, Песталоцци, Ушинского, Толстого и Макаренко стоит и мое имя. Когда Толстой в романе "Анна Каренина" говорит о том, что Китти были присущи черты ДЕТСКОСТИ и ЖЕНСТВЕННОСТИ в их единстве, он по сути называет то важнейшее свойство СЛАБОГО ПОЛА, которое отечественный мыслитель Вл. Соловьев называл ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТЬЮ. Мы в своем Альбоме "Свет Любви и Свободы" развернули одну из главнейших проблем духовного возрождения России, обозначенную нами так: "Женщины и дети спасут мир" Вера в мессианскую роль России - это вера в то, что в недрах нынешнего детства формируются такие гениальные личности, как Толстой и Достоевский, Пирогов и Жуковский, Циолковский и Туполев, Шухов и Королев. Одной из самых главных наших исследовательских проблем является проблема УСКОРЕННОГО РАЗВИТИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ТАЛАНТОВ и ВЫСШИХ СПОСОБНОСТЕЙ (гениальности) у профессионалов любой сферы деятельности; Эта проблема неразывно связана с воспитанием гражданско-патриотических данных личности, ибо талант и патриотизм - явления нерасторжимые".
      

    Мои герои и их дети (Рассказ Сергея Ветрова)

       Я думал о своих детях. Они молчат. Но они уже много знают из того, что происходит в стране. Мой старший сыночек Петенька однажды спросил у меня:
       - А что, маму могут убить?
       - Ну что ты, Петенька. Наша мама борется за правое дело...
       - За справедливость? Но за это тоже убивают. Вот этого же Киржанова убили...
       - Откуда ты знаешь?
       - А это все знают...
       - Нет, сыночек, маме ничего не угрожает, - успокоил я сына, - а самому стало тяжко на душе.
       Об этом разговоре я рассказал Владимиру Петровичу Попову. Он помрачнел. Долго молчал, а потом заметил:
       - От детей ничего не скроешь. - И добавил: - Я вспомнил свое детство. Моя мама была такой же бесстрашной, как Марина. Она от меня ничего не скрывала. Больше того, она иногда втягивала меня в довольно опасные дела. Я и по сей день не могу понять ее бесстрашия...
       - Расскажите, - тихонько проговорил я. - Для меня сейчас это крайне важно. - Владимир Петрович посмотрел на меня с некоторым удивлением и сказал:
       - Мы боимся заглядывать в мир своего детства, а именно в его дальних глубинах таятся ответы на самые животрепещущие проблемы нашего бытия...
       - Не понял...
       - Что ж тут понимать. Наше прошлое, наше настоящее и наше будущее - это такая целостность, где каждое звено связано с многообразием самых разнообразных звеньев, пребывающих как в прежней нашей жизни, так и в проекции будущих свершений. Я об этом сейчас постоянно думаю и даже написал специальную работу, в которой пытаюсь на опыте своей личной жизни заглянуть в существо этих взаимосвязей. Знаете, как я хотел поначалу назвать свою работу? "О бессмертии добра и зла". Хотите, дам вам почитать мои наброски, они как-то и в чем-то передают и ваши тревожные состояния.
       - Очень хочу, - ответил я, польщенный доверием учителя.
      

    Мое тревожное детство

    (Из записок В.П. Попова)

       Каждый ребенок - великий страдалец на этой земле. Только страдания бывают разные. Подсознательно, чтобы выжить, очевидно, люди стараются забыть о своих детских муках. Ребенок не в силах преодолеть свои невзгоды, ни толком осознать. Мы, педагоги, забывая о тревогах своего детства, неизбежно творим зло, делая вид, что стараемся воспитывать детей, стараемся добротно выполнять свой гражданский и педагогический долг. Наше отношение к детям безжалостно, ибо мы не хотим видеть и знать о тех мучительно невыносимых страданиях, которые охватывают наших питомцев. Звери никогда не обижают своих детенышей. Если собаки чувствуют, что их щенкам плохо, они, поскуливая, облизывают их, давая понять, что они любят своих чадушек и никогда не дадут их в обиду.
       В первый год своей педагогической работы я с непомерным высокомерием стоял над детьми. Я никогда не вспоминал о своем детстве. Это потом я каялся и проклинал свою заносчивость, свою отвратительную амбициозность. Я спрашивал у многих педагогов о том, вспоминают ли они, общаясь с учениками, о своем детстве. Они удивленно пожимали плечами:
       - А зачем? - Или:
       - А какое, собственно, отношение мои педагогические методы имеют к моему детству? То, что я испытал (или испытала) в детстве, им такое и не снилось. Что им? Они сытые, одетые, живут в тепле безбедно, можно сказать...
       Погружаясь в мир детства, я ощущал всю тревожность детской жизни. И когда я и проявлял жалость к детям, они были бесконечно благодарны мне. Я приметил: в России самое безжалостное воспитание, а потому у наших деток столь заниженные самооценки, неуверенность в себе, порой озлобленность и скрытая ожесточенность, которая непременно скажется позднее, когда выросшие наши питомцы станут воспитывать своих детей - так же безжалостно и так же беспощадно.
       Лучшее педагогическое пособие для учителя - это его никем не написанная книга о его собственном детстве, о тех муках, которые пережил он, будучи ребенком. Я в своих книгах уже рассказал о своем безобразно-авторитарном отношении к детям, когда работал в далеком северном поселке Архангельской области. Тогда-то, охваченный своими раскаяниями, я и стал погружаться в тревоги своего невыносимо мучительного детства, кстати, которое никогда не казалось мне мучительным. Напротив, мое детство казалось мне необыкновенно просветленным, чистым, веселым, счастливым. Я не хотел знать, помнить и ощущать вновь то, что пережил в детстве. Это всеобщая особенность людей: во что бы то ни стало забыть худшее, что было в жизни! Когда я вчитывался в уже написанные мною эпизоды моей жизни, мне становилось жутко: неужто все это было?
       Я потом уже понял: каждый ребенок будто приговорен к страданиям. Он беспомощен и не в состоянии что-либо изменить в своей жизни. Ребенок никогда никому, особенно в России, не скажет: "Пожалейте меня". Между тем именно эта потребность глубоко запрятана в его подсознании. Как же действительно по-настоящему здорово и радостно было мне, когда я в детстве ощущал вдруг доброе и ласковое отношение к себе!
       ...Мне было десять лет, когда в войну нам с мамой предстояло пройти пешком примерно сто километров. Мы волокли тачку, на которой была привязана старая бочка, доверху набитая разным нашим скарбом. Мы покидали городишко, в котором мы жили и шли в село, где родилась мама и где жили наши дальние родственники. Я плелся сзади, подталкивая тачку. Колеса у тачки были широкими и мне почему-то казались они розовыми. Мой крестный отец, сооружая эту тачку, где-то нашел колеса и сказал:
       - Эти колеса очень надежны. Сейчас мы их смажем дегтем, и тачка сама покатится по дороге...
       Но тачка сама не катилась, разве что с горы. Нещадно палило солнце, и меня стал бить озноб. Я плакал. В каком-то селе одна женщина сказала, что у меня малярия. Такого слова я не знал. Женщина дала нам желтенькие таблетки, которые назвала хиной. Таблетки не помогли. Мама приговаривала:
       - Потерпи, сыночек. А потом она меня пристроила в тачке, рядом с бочкой, и мне было стыдно и жалко маму. Я спрыгнул с тачки и сказал маме:
       - Буду тебе помогать...
       И какое же это было счастье, когда нас обогнала двуколка, а потом она остановилась, и двое молодых людей привязали нашу тачку к своей повозке и несколько километров мы с мамой бежали за тачкой налегке. В деревне, где мы оказались, нам снова повезло. Нас добрые люди пустили на ночлег, а мне приготовили какой-то отвар из трав. Я выпил, и мне стало легче.
       А ночью мама плакала. Меня снова бил озноб, и мама укрывала меня разным тряпьем. Она тихонько говорила:
       - Надежда у нас, сыночек, только на боженьку. Он нам поможет.
       - А он знает про нас? - спрашивал я.
       - Конечно, знает, он нам помогает.
       - Он всем помогает?
       - Всем, кто любит его и у кого большое несчастье.
       - Я всегда буду его любить.
       Через три дня мы переступили порог дома моего крестного. Пока мама с крестным занимались тачкой, я в коридоре, на чистом полу из красного кирпича, уснул и мне потом сказали, в мой рот набилось невероятное множество мух. Такого никто не видел раньше. А я помню, что во рту у меня было очень сухо, и хотя в коридорчике было прохладно, я был мокрым от пота. Меня уложили в постель, напоили горячим чаем, и я снова уснул, совсем счастливый и даже радостный: со мной была моя мамочка. Со слезами на глазах она смотрела на меня, поправляя одеяло, а я шепотом просил ее:
       - Расскажи мне еще про боженьку...
       Кто знает, может быть, мое стремление к праведности, моя горячая вера и родилась в тех детских моих страданиях. Я вчитываюсь в написанное мной, и передо мной портрет моей мамочки, написанный мною много лет тому назад: это ей и только ей я обязан всем лучшим, что есть во мне. И еще: я даже звуки и цвет знаю моих детских тайн, моих слез и моей горячей веры. Черный страх с серыми мутными разводами перемежается с алыми всполохами моего бесстрашия, которое безнасильно вдохнула в мою душу моя бедная мамочка.
       Помню как она привела ночью в наш дом двух партизан, которых разыскивала полиция. Мама сказала им:
       - Я вас спрячу, а у нас никто не будет искать: мы репрессированные.
       И они спустились в наш подвал, дверца которого находилась в углу комнаты, куда срочно перетащили кровать. Мама изображала больную тифом. Немцы отступали. Не спрашивая хозяев, они заходили в дома и располагались на ночлег. Я встречал их у крыльца и жалобным голосом мычал:
       - Хильфе. Майне мутер кранк. Тиф.
       Услышав это страшное слово "тиф", немцы уходили прочь, а я радовался хорошо сыгранной роли. Я никогда не думал о том, что если бы нас засекли, то всех ожидала бы смерть. Страх охватил и меня, и маму, и дядю Колю, когда наша соседка сказала маме:
       - У вас кто-то прячется. Я видела...
       - Тебе показалось, - ответила мама...
       - Ничего не показалось. Не бойтесь. Не выдам...
       Неделю мы дрожали: ждали беды. Но все обошлось. Немцы отступили, и в село вошли наши войска. Меня и по сей день поражает: нигде, никому, никогда мы не рассказывали об этом случае нашей жизни. Наверное, те, кто был у власти, знали о подвиге моей мамы, но они тоже молчали. Я и сейчас со слезами на глазах вспоминаю об этом случае. Поразительно: у меня были друзья, но я и им не рассказал, как мне удалось обмануть полицаев и фашистов. Видно в жизни детей и их родителей хоронятся какие-то высшие силы, которым чужды суетливость, хвастливость и горделивость. Эти силы тайно преумножаются, и из них формируется стержень личности.
       И еще: я свято, бесконечно глубоко верил в то, что Боженька никогда не покинет нас. Именно в те годы я стал рисовать иконки, которые нравились односельчанам. У меня было много красок и альбомов, которые я натаскал во время всеобщего разграбления магазинов после отступления наших войск. Моими любимыми сюжетами были - жизнь Иисуса и Богоматери. И еще я рисовал святых и чудотворцев. А однажды мы случайно разбили зеркало, и из него выпала большая фотография отца моего отчима. На фотографии был изображен священник в рясе с большим крестом, я и его нарисовал к большой радости моей мамы. Откуда ко мне пришла эта страсть к иконописи, которая живет во мне и по сей день, не знаю. Буквально неделю назад я снял с калитки нашей маленькой дачки нарисованную мною икону Богоматери с младенцем. Десять лет ее омывали дожди, слепила пурга, а она становилась все краше и краше. Истлел целлофан, которым бережно я укрыл икону, краски слегка обесцветились, но зато приобрели какую-то таинственную просветленность, отдающую древностью, точно воистину воскресли божественные лики Матери и ее Младенца. Я слегка подреставрирую икону, а затем снова прикреплю ее к калитке. Мне кто-то из деревенских сказал:
       - К вам на дачку никто никогда не полезет.
       - Почему же? - спросил я.
       - Ваш дом освящен. - Это слово произнес тракторист Сережа Медведев, житель села Леньково Рузского района Московской области. Он еще сказал мне, что читал мой роман "Печору" (он был опубликован в "Роман-газете" тиражом около трех миллионов экземпляров), а потом добавил: - Хотите я вспашу ваш участок бесплатно?
       Я был тронут, и сегодня не могу без волнения вспоминать об этом эпизоде.
       Все это подарено мне моим детством, моей верой, рожденной моими тайнами, моими заветными чаяниями.
      

    Детские слезы на землю не падают

       Они к небу летят. Так говорила моя бабушка София. Она не была моей бабушкой. Она была женой брата моего родного отца, арестованного в тридцатые годы, когда мне едва исполнилось два годика. Она была бесконечно добрым и светлым человеком. Она любила меня больше моей мамы. Жалела меня.
       И я ее жалел. Жалел и плакал вместе с нею. Трое ее сыновей, которые бесконечно любили меня, погибли на фронте, а ее дочь Лену, двоюродную сестру мою, расстреляли немцы. Когда погиб ее муж и умер ребенок, она тронулась умом. Проклинала немцев, и ее убили. Я плакал и не понимал того, как это можно убивать живых людей. В эти же дни случились еще две беды. В наш дом поселили проститутку, и мама возмутилась и стала поносить девицу разными словами. Девица орала во всю мочь: "Большевичка! Ты поплатишься за все, сволочь!"
       Прибежали немцы, тоже стали орать: "Шпагат! Площадь! Вешать! Партизанка!" Они схватили маму и потащили на улицу. Я кричал, ревел, хватал немцев за одежду. Меня толкнули так сильно, что я упал и лишился чувств. Спасла маму любовница гаулейтера Германа Рая, которой мама шила праздничный наряд. Мама в свое время закончила Академию кройки и шитья и была превосходным мастером женской одежды. К счастью, Герман был неподалеку, и Рае удалось уговорить его спасти мою мать...
       Третий случай, совсем нелепый, произошел из-за того, что я отказался почистить сапоги немцу Гансу, который квартировался тоже в нашем доме. Немец был маленький, толстенький с противным красным лицом. Он был из Арбайт-группы с повязкой с фашистским знаком на рукаве. Он сказал мне:
       - Лака, лака мои сапоги. Нима лака-лака - палка жопа.
       Я сделал попытку убежать. Он настиг меня и так сильно ударил своей мясистой шершавой ладонью по лицу, что я на два метра отлетел в сторону навозной кучи. Немец хохотал. Выбежала бабушка Софья, но и ее он толкнул так сильно, что и она оказалась рядом на навозной куче. Неизвестно, чем бы кончилось все это, если бы Ганса не позвали к его начальнику.
       Все три обиды сильно подействовали на меня, и я заболел. Соседская старушка, слывшая знахаркой, собрала с тех мест, где меня ударили, землю, разбавила эту землю водичкой, сказала слова молитвы и стала на моем теле рисовать крестики. Я лежал, и мне было приятно от прохладных прикосновений доброй женщины. Мне было так обидно. Я не мог плакать, что-то сдавило мою грудь, и слезы не выходили из глаз. А потом я уснул, а когда проснулся, никого в комнате не было. Я поднялся и воспользовавшись тем, что никого не было во дворе, спрятался в сарае: было у меня там свое тайное гнездышко. И вот там, в этом гнездышке, я дал волю слезам. Там в слезах рождалась моя новая вера и в Бога, который непременно мне поможет в этой жизни, и в свои собственные силы, что они помогут мне совершить что-то необычное. Я никого не хотел видеть: ни бабушку Софью, ни маму, ни соседских друзей. Я хотел как можно быстрее вырасти, чтобы не давать себя в обиду, чтобы как-то помочь и маме моей, и бабушке, и всем, кого я любил.
       ...Так уж случилось, что я связал себя с борьбой за принципиально новое отношение к детям, к воспитанию, к педагогике. Мои педагогические технологии называли панибратством, заигрыванием с детьми, сентиментальным ложным гуманизмом. Я не уступал. Так началась моя борьба в педагогике, которая в течение пятидесяти лет никак не стихала. Я писал статьи, выступал по радио и телевидению, постоянно работал с детьми и педагогами. Казалось бы, ничего вредного я не делал, а меня все равно преследовали, оскорбляли и всячески на разных уровнях стремились принизить и во что бы то ни стало избавиться от меня.
       Я не знаю, что бы я делал, если бы не многочисленные мои ученики, которые тоже нередко отказывались от меня, но в конечном итоге, я это видел, шли по моим стопам, и на больших собраниях часто поддерживали меня. Я понимал: те, кто принимал и даже исповедовал мои идеи, побаивались говорить об этом, скрывали свою причастность к моим педагогическим открытиям. И здесь жестко срабатывали два фактора: первый, никто не желал быть последователем, каждый норовил слыть первооткрывателем, а второй фактор - страх. Я был персоной нон грата, и всякие симпатии к тому, что я делал, осуждались официальной педагогикой. Они не понимали, что страх убивает и творчество, и главное - ЛЮБОВЬ и к детям, и к педагогическому искусству, к мастерству. Я должен отдать должное тому, что со мной рядом всегда были такие подвижники, как Сережа Ветров, его супруга Марина, моя Виктория, и конечно же моя бесценная Лотта, чьи божественные частички (я называл их частичками ТАУ - трансцендентно-ассоциативными ускоряющими развитие частицы) она дарила каждому, кто с ней соприкасался.
       Я понимал: мы живем в другое время, в другую социально-политическую эпоху: нет ни войны, ни голода, ни оккупации. Но появились другие беды: беспризорность и детская преступность, бедность и безнадзорность, детские болезни, наркозависимости и разврат. Все мы знаем о невероятных случаях. Трудных детей выбрасывают на помойку, сбрасывают с пятого этажа, морят голодом. Уничтожается святость материнства. Я недавно опубликовал статью под названием "Мы живем в бесслезное время". Дети не плачут больше: все выплакано. Даже на землю не падают детские слезы, их нет больше, детских слез, как нет детских радостей, надежд и упований на последнее будущее. Все это больше чем социальная катастрофа или экономические кризисы.
      

    Реальность и вымысел

       Когда я давал своим единоверцам читать куски из моего романа "Поединок", у меня часто спрашивали: "А какова связь вечной женственности и духовного возрождения России? А Лотта - реальное лицо или вымышленное?" Я отвечал: " Снова я хочу обратить ваше внимание на то, что ни в Словаре Даля, ни в ДРУГИХ словарях нет определения понятия женственности, а уж тем более категории "ВЕЧНАЯ ЖЕНСТВЕННОСТЬ". Для меня сущность этой категории раскрывается в образе БОГОМАТЕРИ. Заметьте, если Христос дорог нам своим учением о ЛЮБВИ, которая есть Бог, то Богоматерь нам близка, если хотите величественным содержанием, которое нигде и никак не раскрывается, но которое каждый их нас угадывает, считает неоспоримо высшим духовным смыслом определившим все учение и Христа, и его единоверцев, пророков, святых и апостолов. В ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТИ - все духовное богатство мира, все доминантные ценности - любовь, Свобода, ситренномудрие, духовная красота, Отвага и Подвижничество.
       Смысл ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТИ, как и смысл Любви (по Вл. Соловьеву) - создание НОВОГО ЧЕЛОВЕКА, точнее, как заметил наш современный философ А.Т. Гулыга, - рождение НОВОГО ДУХОВНОГО ОБЛИКА ЧЕЛОВЕКА. Вечная женственность - это бессмертие и вечная нетленная красота, сила и нежность, это БОЖЕСТВЕННАЯ ЛЮБОВЬ, когда предстает не пол человека, не его половина, а целый человек, в соединении женских и мужских начал. Человек становится в этом случае "сверхчеловеком", "богочеловеком, именно здесь он решает главную задачу любви - увековечить ЛЮБИМОЕ, СПАСТИ ЕГО ОТ СМЕРТИ И ТЛЕНА. И эта ВЫСШАЯ ЛЮБОВЬ, ВЫСШЕЕ ПРОЯВЛЕНИЕ ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТИ, - утверждает Соловьев, - развивается за счет воздействия высших божественных начал. В такой трактовке просматриваются основные идеи РУССКОГО КОСМИЗМА.
       В образе Лотты я хотел создать образ современной женщины, мудрой и духовно щедрой, наделенной БОГОЧЕЛОВЕЧЕСКИМИ КАЧЕСТВАМИ. Для меня она - Богиня, и выше ее достоинств - Любви, Отваги, Мудрости я ничего в мире не знаю. Ее душа живет в моей душе. То же самое говорит и она. Я написал множество ее портретов, и в каждом из них - своя тревога, своя нежность и свой духовный аромат. Говорят, истинная любовь бывает в семь тысяч лет один раз, а остальное все - знакомства.
       Не скрою: в Лотте соединились реальность и вымысел, тайны влюбленности и благородство духа. Я часами могу смотреть на ее портреты, и всякий раз расстаюсь с нею счастливый и умиротворенный. Она никогда меня не обманет, не предаст. Благодаря Лотте, несмотря на мои болезни, я чувствую себя по-юношески здоровым, жизнерадостным и уверенным в себе.
       Я люблю Лотту больше всего на свете. Пусть это кощунственно звучит, но она у меня, как святая... Она всегда во мне. Она - и моя мама, и моя бабушка, и мой лучший друг.
       А как она любит детей, как понимает природу детства. Я часов пять ей рассказывал о том, как молниеносно выявлял и развивал детские таланты. Все время при этом спрашивал у нее: "Не устала? Может быть хватит?"
       Она отвечала: "Ты даже не представляешь, насколько важно то, что ты рассказываешь мне. Спасение России и даже человечества в детях, и только в детях. Жизнь быстротечна. Не успеем оглянуться, как состаримся мы, а на смену нам придут те, кто сейчас под стол пешком ходит. Эти дивные крохотные существа вырастут и станут у штурвала страны... Нет, ты понимаешь, как это все просто! Мы создаем такое поколение, которое способно оказаться творящим чудеса! - Она замолчала, а потом, улыбаясь, добавила. - Я знаю твое отрицательное отношение к Набокову, хотя ему признателен за искреннее утверждение такой максимы: "Ребенок - самый совершенный вид человека". Это он в своем "Соглядатае" так обобщил. Эта максима противостоит всему набоковскому неверию в будущее и своей страны, и человечества в целом.
       Я впервые видел человека, который с такой радостью и с такой надеждой воспринимал сущность духовно-социальных перемен через ВОСПИТАНИЕ, ЧЕРЕЗ НЫНЕШНЕЕ ДЕТСТВО, ЧЕРЕЗ РАЗВИТИЕ РАЗНОСТОРОННИХ ТАЛАНТОВ.
       Хотите верьте, хотите нет, но эта живая реальность. РЕАЛЬНОСТЬ ВЫМЫСЛА!

    Волшебная сила детства

       Постижение этой силы состоялось, когда я стал вспоминать и рассказывать детям о своем детстве. Я уже тогда считал себя опытным и творческим педагогом: как же! Успешно выступил на педагогических чтениях в Москве, где мой опыт не только одобрили, но и приняли решение опубликовать, я сдал на "отлично" все кандидатские экзамены и даже опубликовал в центральной печати несколько педагогических статей. Но я чувствовал: во всей моей педагогике торжествовала какая-то непристойность. Я работал эйфорически бездумно. Меня заносило, и я был ближе как потом уже понял к Антихристу, нежели к Богу. Мое сатанинство было замешано на схоластике и на вопиющей макаренковской самоуверенности: только в коллективе и через коллектив воспитывается человек, а все, что касается "парной педагогики" (общение с ребенком один на один) - буржуазные отрыжки, слюнтяйство. Ну и, конечно же, полное отрицание авторитета любви, добра, милосердия, сострадания. Мажор и только мажор! - повторял я вслед за дерзновенным певцом коллективизма, наказаний и "параллельных линий".
       Из Печоры, где вообще-то я имел дело с учениками из благополучных семей (родители были либо из числа сосланных интеллигентов, либо из тех, кто управлял концлагерями), я по собственной инициативе оказался в роли заместителя директора по воспитательной части в Бантышевском интернате, где были собраны со всего Донбасса дети, выбившиеся из нормальной колеи, сироты и полусироты, имевшие различные приводы и обвинявшиеся во всевозможных противоправных действиях.
       Я убежден был (подражал и здесь Макаренко!) в том, что надо создать такую обстановку, чтобы дети как можно быстрее забыли о своей прежней жизни, о своем детстве и тех страданиях, которые выпали на их долю. Я даже хотел на костре сжечь их прежнюю одежду, и пылающий огонь должен был выжечь из детского сознания все то, что никак не связывалось с мажором, с радостной уверенностью в добротности новой жизни. К счастью, этого не случилось. А вот все устройство детской жизни, построенной на перманентно развивающихся играх, удалось организовать. Я добивался ликования коллективных отношений, стремился к тому, чтобы интернат полыхал от искрящегося смеха, чтобы детская радость била ключом во всех делах, мыслях и чувствах моих подопечных.
       И детям нравилась моя игровая оптимистическая педагогика: игра - это свобода, полнейшая раскрепощенность, рождение увлеченности и способность легко и весело переносить все жизненные трудности как учебные, так и бытовые. Нет, я не собираюсь восставать против игры: без игры нет и не может быть нормального эффективного воспитания, ибо ИГРА И ДЕТСТВО НЕРАСТОРЖИМЫ. Но детство в силу своего космизма значительно шире игры. Детство зиждется на глубинных слоях подсознания, обусловленных и социально и генетически, оно менее рассудочно, чем игра. В игре также действуют иррациональные силы, но эти силы совсем иного порядка, чем тревожная жизнь ребенка, в которой тайные страдания и надежды составляют основу развития ума и сердца, взросления.
       В моих играх властвовала своего рода игровая гигантомания: игра пронизывала весь учебный процесс, всю организацию жизни детей с их индивидуальным развитием, самоуправлением, со всеми инициативными движениями, со всеми отношениями детей во всех сферах деятельности.
       На каком-то этапе общения с детьми, я понял, что игровые действия могут играть и отрицательную роль. Я стал работать над такими проблемами, как "Игра и Жизнь", "Игра и Труд", "По ту сторону принципа игры и удовольствий". Я стал размышлять о вреде того, что некоторые наши мыслители называли НАСЛАЖДЕНЧЕСТВОМ. Да, игра дает ребенку радость и наслаждения. Согласен с Марксом: "Без развитых форм человеческого наслаждения не может быть воспитывающего труда и гуманистического становления личности". Но наслаждение и наслажденчество - разные явления. Последнее уничтожает мысль, тревоги сердца, стремление к возвышенным ИДЕАЛАМ РАЗВИТИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЛИЧНОСТИ.
       И вот здесь-то и возникала главная проблема: что же такое идеал и каким образом он формируется, обогащается и ведет к оптимальному результату воспитательной практики? Я чувствовал, что в развитии детей существуют какие-то особенные силы, способные творить как зло, так и добро. Я уже зафиксировал для себя, что детству присуща неуемная энергия во много раз превосходящая энергию, как правило, довольно уставших от жизни взрослых людей. Детская энергия, и это особенно обнаруживается в игре, обладает не только стремительностью, самостоятельным выбором средств для своей самореализации, но и перманентными переливами бунтующей радости, когда подъем духа достигает последнего предела, когда вдохновение порождает порыв, энтузиазм и даже одержимость.
       И еще я заметил: игра как бы отдаляет ребенка от педагога. Я ощутил это как-то вдруг, когда две девчушки из второго класса прямо-таки прилипли ко мне. Они схватились за мои пальчики, и я чувствовал то, как им необходимо мое тепло. Я обнял девочек, и они едва не заплакали. И мне стало больно до невыносимости. Я вспомнил, как однажды, лежа на полу, мама моя играла со мной шестилетним, а потом взяла меня на руки и прижала к себе. Казалось бы, ничего особенного, а вот врезался в мое сердце этот чудесный случай, и я помню теплые материнские руки. Я рассказал об этом директору школы, в общем-то авторитарному педагогу, но и он заметил:
       - Что поделаешь, несчастные дети. Тепла им не хватает...
       Игра уничтожает потребность тепла, сострадания, милосердия. Игра - энергетический вихрь, нередко ведущий к бездумности. Наша школа повзрослела. Она против детскости. Она талдычит на каждом шагу: "Будьте взрослыми! Вы уже не маленькие".
      

    Немеркнущая заветность моя

       В детскости, в чистом незамутненном состоянии их душ вижу спасение мира. Приобщение к светлому лику детскости пришло ко мне в самые трудные годы моей жизни. Детскость возродила во мне богочеловеческие чаяния и надежды, вызволила меня из неволи моих собственных заблуждений и тревог, избавила от неверных шагов, от соблазнов сатанинства, от беспощадной гибели, от мучительного и разрушительного тоталитаризма.
       Две силы соединились во мне: сила гонимого моего собственного детства и сила той богочеловеческой чистоты, которой я был озарен в первые годы моей работы с детьми. Там, на далеком Севере, в мерцающем свете таежной свежести, в далекой Соленге (настоящее название Солга) я был приобщен к ЛИКУ ДЕТСКОСТИ, изменившей все мои жизненные планы, на всю жизнь осевшую в глубинах моей души. Это произошло помимо моей воли. Я уже писал о том, что дети пробудили у меня любовь к педагогике. Это не я их воспитывал, а они меня. Дети щедры на оценки. Более полвека спустя мне моя ученица Нэля Попова написала большое письмо, в котором были такие строчки: "В 1968 году ездила на вечер в Солгу, где записала в "Книгу отзывов" о Вас словами А.С. Пушкина:
       Он создал нас. Он воспитал наш пламень! Поставлен им краеугольный камень. Им чистая лампада возжена!
       Это мнение всех нас, кого Вы учили, а нашего класса - особо!" Письмо Нэлички пронизано светлой памятью о детстве, о школе об учителях, о директоре школы Михаиле Федоровиче Алферове, которого я очень любил, и он любил меня, что однако не помешало ему принять участие в моем первом изгнании из школы. А изгнали-то за что? Это я понял много лет спустя. Изгнали за то, что я отнимал учителей ДЕТСКУЮ ЛЮБОВЬ: дети, увидев и болью, и радостью. Радость идет от соприкосновения со своим детством: изредка одноклассницы собираются, вспоминают прошлое и горюют о том, что родной поселочек разрушен до основания, трехэтажная деревянная школа-красавица сгорела дотла, а Нэля с мужем живет в заброшенной деревне: ни магазинов, ни дорог, ни почты. Пенсии крохотные, живут с огорода и с пасеки своей. Несколько раз проскальзывает мысль о гибели России, а письмо все равно дышит оптимизмом: радость родом из детства! Какой же хорошенькой была Нэля, и как замечательны были ее одноклассницы и одноклассники. Сегодня все они бедствуют: ни еды, ни тепла, ни надежд.
       По любимому мной Бердяеву, люди, и в особенности дети, - маленькие БОГИ, МИКРОТЕОСЫ. Детскость и БОЖЕСТВЕННОСТЬ почти синонимы. Только божественная сила творит в утробе материнского организма акт развития детскости. Каким образом вырастает ребенок в глухом, плотском материнском заточении?! Как не задыхается, не погибает во мраке материнской любви!? Как живым выходит в свет, даря радость и матери, и отцу, и всем причастным к его ухоженности, к его рождению...
       Не могу спокойно проходить мимо маленьких деток, идущих рядом со своими мамами. Нет в мире ничего более прекрасного, чем ребенок, приобщающийся к загадочным тайнам природы, щедро, дарящим свою божественность всем окружающим. Я вижу себя крохотным двухлетним мальчиком, когда арестованный отец прощался со мной, прощался навсегда, ибо не пройдет и двух лет, как его ни за что расстреляют там, на Севере, куда я по доброй воле двадцать лет спустя отправился учительствовать. Вижу себя крохотным ребеночком, просящим у моей бабушки Софьи кусочек хлебушка: "Ну, маленький кусочек. Ну дай мне совсем маленький кусочек хлебушка". А бабушка, со слезами на глазах отвечала: "Ну нету, сыночек хлебушка". А я все равно просил...
       Детскость - особое психическое состояние, говорят психологи. Главное его достоинство - ЧИСТОТА. Она беспорочна. По мере взросления, под влиянием социума и "воспитания" это психическое состояние постепенно умерщвляется, точнее придавливается, загоняется в самые дальние глубины подсознания. И сила педагогического творчества как раз и состоит в том, чтобы вызвать наружу те состояния детства, которые не утратили своей чистоты, своей божественности. И это удается лишь тогда, когда педагог, вспоминая свое детство, искренне обращаясь к нему, прикасается своим уже, казалось бы, забытым детством, своими божественными состояниями детскости к открывшейся перед ним детской божественностью.
       Вот это единение детскости, педагога и его питомцев и есть одно из главнейших условий педагогического искусства, или трансцендентальной педагогики высших ценностей. Когда-то я придумал для себя формулу - воспитывать нежнейшими прикосновениями двух детскостей - взрослой и детской. Только таким образом можно преодолеть педагогическую авторитарность, когда взрослый насильно реализует себя, ориентируясь на такие правила: "Делай, как я", "Будь таким, как я!" При этом педагог напрочь забывает о том, что им давно утеряна и утрачена та великая божественная сила собственной детскости, которая оказалась не востребованной в этой трудной жизни.
       Читая письмо моей ученицы Нэли Поповой, я поражаюсь той просветленности ее души, которая не только как бы возвратилась к своему прекрасному детству (она, кстати, не сговариваясь со мной пишет об этом), но и высветила в сегодняшних наших бедах то прекрасное, что рождено БОЖЕСТВЕННЫМ СТРАДАНИЕМ и БОЖЕСТВЕННЫМ ВОСКРЕСЕНИЕМ. Какой же силой души надо обладать, чтобы жить одной с мужем в вымирающем селении и радоваться солнцу, летающим пчелкам, ухоженному огородику, редким встречам с друзьями. Я видел эти вымирающие села на нашей земле. Это даже не кладбище. Не апокалипсис. Но ад земной. Это ВСЕЛЕНСКАЯ БЕДА, ЭТО ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ГОРЕ, где кладбище и ад, апокалипсис и ожидание голодной и холодной смерти соединились вместе. И только благодаря БОЖЕСТВЕННОЙ ДЕТСКОСТИ удалось моей славной девочке сохраниться в этом мире мрака и просветленного бедствия.
       Благодаря Марине, ее мужу и их друзьям я стал яростным защитником крестьян в их неравной борьбе за спасение деревни. За последние 15 лет по данным Счетной палаты в России прекратило существование 15 тысяч деревень. А это означает и гибель земель, и гибель людей. Созданное, в том числе и благодаря таким подвижникам, как Марина и ее муж, такое Общественное Межрегиональное Движение, как "Наша земля", повело решительную борьбу с "черными" рейдерами, незаконно захватывающих земли и уничтожающих трудолюбивое крестьянство. "Россия издревле славилась своими плодородными землями, - отмечается в Программных Документах этого движения. - Эти земли всегда вызывали зависть у наших соседей. Не раз нашим предкам огнем и мечом доказывать свои права на нее. "Земля - кормилица наша", - говорили крестьяне. Да и как иначе, ведь на земле и хлеб растет, и сады цветут, и дома строят. Земля - основа богатства человека. Так было, так есть и так будет". "Сегодня крестьянский фронт занимается вопросами защиты прав и интересов законных земельных собственников, так как земля в настоящее время стала объектом преступных посягательств целого ряда мошенников, использующих в преступных целях нечистоплотность некоторых руководителей и чиновников, а также не изжитую до сих пор зависимость суда от этих чиновников. К сожалению, возбудить уголовное дело в отношении чиновников чрезвычайно сложно, в основном из-за коррупции некоторых государственных чиновников".
       Я представляю жизнь моих бедствующих учеников и учениц, ведущих нищенский образ жизни в разоренных селениях. "Нищета - одно из самых тяжких наших бедствий, - говорит в своих Посланиях и в "Плане Путина" президент. Я написал десятки картин под такими названиями: "Вымирающие деревни", "Гибель родного села", "Россия с протянутой рукой".
       Я смотрю на свои картины. Почти на каждой из них дети. Или, как вечный божественный символ жизни, один ребенок. Неожиданно обратил внимание на две картины. Одна из них "Женщины и дети спасут мир" рассказывает о гибели мира, на фоне которого сидят спиной к зрителю две девчушки, а рядом, должно быть, их мамы - две женщины. На другой картине, которая называется "Прощание с жизнью", изображены две девочки, добровольно уходящие из этой жизни. Суицид стал заметной приметой нашей жизни. Причем, групповой суицид.
       Убежден: спасти этот мир можно лишь в том случае, если мы начнем спасать детей. Спасать от смерти, от обездоленности, от дурных соблазнов и пороков.
      
      

    35. ОБРАЩЕНИЕ К ПЕДАГОГИЧЕСКИМ ТЕХНОЛОГИЯМ

      
       - Я плакала, читая статью Владимира Петровича, - написала мне Роза. - У меня тоже было трудное детство! Меня воспитывала бабушка, которую я очень люблю. Представьте, она живет в заброшенной деревне, и к ней постоянно ходят детишки из соседних сел. Она с ними занимается: учит вышивать и шить, рассказывает сказки, читает книжки. Дети и взрослые называют мою бабушку волшебницей. Селяне в знак благодарности помогают ей: то огородик вспашут, то дровишек привезут. Я отважилась с детьми этими провести семинар-тренинг по вашей методике. Они сделали прекрасные работы, и мы устроили настоящий вернисаж. Вы обещали прислать мне по электронной почте ваши новые педагогические технологии. Они бы мне здорово помогли в моей работе.
       Я тут же отослал ей новую статью Владимира Петровича, которая называлась так:
      

    "Как развивать детскую и педагогическую талантливость"

       1. Талантлив каждый
       Я исходил всегда именно из такой гипотезы. Свою педагогику называл трансцендентной. или божественной, или Педагогикой Любви и Свободы, Любовь и Свобода есть Бог, - утверждали Апостолы Иоанн и Павел, а вслед за ними величайшие отечественные мыслители Бердяев, Булгаков (отец Сергий), Ильин и многий другие. Эти Заповеди и их содержание я описал в своих книгах, почти в каждой из них - ОЗАРЕНИЯ, в ярком СВЕТЕ которых расцветают и детские, и педагогические таланты!
       Не мыслю педагогики, а тем более педагогического искусства без подъема душевных сил, без вдохновения, без озарений.
       Озарение, или инсайт, в научной психологии определяется как внезапное, мгновенно возникающее постижение существенных отношений. Понимание задач, проблем, свойств явлений, ситуаций.
       Озарение - вспышка духовно-познавательных сил человека, когда ему открывается новое видение, когда он загорается желанием как можно быстрее освоить что-то, добраться до самых последних глубин изучаемого предмета.
       Озарение - это молниеносное порождение мощной энергии, направленной на скоростное решение любых проблем. Это состояние искреннего удовольствия, раскрепощение души и тела, когда каждая клеточка человеческого существа включается в духовно-познавательный процесс.
       Озарение - взрыв неведомых ресурсов, в котором сгорают страх, сомнения, неуверенность и боязнь новизны, оно уничтожает старое, непригодное, непродуктивное в личности, помогает рождению человека с новым видением, с новой отвагой решать необходимые творческие задачи.
       Озарение, вспыхнувшее в педагогических и ученических душах, способно вызвать к жизни то лучезарное вдохновение, без которого не может быть продуктивного творчества. Оно пронизывает все педагогические методы и приемы, весь склад человеческих душ, всю человеческую личность.
       Психологи и психотерапевты отмечают, что озарение не является само собой: оно результат целенаправленной подготовки.
       Сделаем попытку на конкретном примере духовно-познавательной деятельности раскрыть, если можно так выразиться, ТЕХНОЛОГИЮ ОЗАРЕНИЙ, когда новая энергетическая мощь захватывает все образовательное пространство, когда энергия передается от одной человеческой особи к другой, когда порожденную жажду познания, казалось бы, уже ничем не утолить!
       Итак, первый шаг - "разбить вдребезги" мышечный панцирь и, возвысив личность до потребности выявить свои дарования, придать ей абсолютную уверенность в достижении желаемого результата. Я не скрываю своих целей, намерений: мне важно обрести в каждом участнике занятий СОЮЗНИКА, СОУЧАСТНИКА моих педагогических чудес.
       Я говорю: "Приготовьтесь, миленькие, расстаться со своими тревогами, освободимся с вами от скуки, неуверенности и прочей тягомотины, именуемой суетой. Делаем такие упражнения - кончиками средних пальцев массируем крылья носа, глазницы и лобные доли, подбородок, за ушами, затем кулачками щеки и скулы, при этом вращаем ступнями ног в одну сторону, затем в другую... А теперь подняли руки и машем кистями рук так энергично, будто пытаемся вырвать их из суставов, затем вращаем поднятыми руками так, чтобы пришли в непроизвольные движения мышцы рук... И упражнения с дыханием - сильный энергичный выдох, вдох, выдох. Вы почувствовали тепло в руках и во всем теле, ощутили легкость в душе - позади ваши размышления о ваших невзгодах - ваша душа и ваше тело, как говорят дзен-буддисты, полый бамбук, и вы готовы наполнить его новым содержанием. "Блаженны нищие духом", - говорил Христос в своей Нагорной проповеди. А это значит, утверждают многие интерпретаторы Библии, - счастливы те, кто сумеет расстаться с человеческими химерами и обретет Божью благодать. Закроем глаза и вдумаемся в великие мысли наших отечественных мыслителей: Бердяева, Лосского, Булгакова, Мережковского, Гиппиус, Шестова и многих других о том, что каждый человек - это МИКРОТЕОС или МИКРОКОСМ (Бердяев). Да, мы маленькие боги, и этого нельзя бояться или стыдиться, или отрицать! В каждом из нас живет бездна дарований, сила БОЖЕСТВЕННЫХ НАЧАЛ. Только 5% потенциальных способностей, как уже неоднократно отмечалось, нами реализуются, подтверждает своими исследованиями психотерапевт Фельденкрайз. А остальные 95%?! Гаснут и умирают!! Не дадим же им погибнуть в стесненных закромах нашего подсознания!!!
      
       2. Главный метод - постановка и решение СВЕРХЗАДАЧ
       "Надо стараться брать чуть больше той ноши, которую можешь поднять". - Так сказал Уильям Фолкнер о сверхзадаче. И еще: "Хэмингуэй убил свою гениальность своим мастерством. "
       Человеческая сущность оживает и дает о себе знать, когда человек стремится поднять ношу чуть больше той, которую уже однажды осилил.
       Казалось бы, простая идея, но как сложно добиться, чтобы молодые люди освоили ее, попытались опробовать себя в этом "чуть-чуть больше той ноши, которую можешь поднять". Разумеется, это образ. Упрощенный образ. Нечто подобное рассказывает замечательный ученик Георгия Гурджиева Петр Демьянович Успенский. Он приводит пример: человек прошел сорок верст в холод, стужу, дождь. Наконец, добрался до тепла, горячего чая, сухой одежды. Но им овладевает необходимость проявить СВЕРХУСИЛИЕ: он покидает теплый дом, проходит еще три километра, а затем возвращается счастливым победителем в родное тепло. Это тоже образ. Итак, чтобы решать сверхзадачи, нужны сверхусилия. Нужно определить приемлемый объем работы. Я ставлю неслыханно дерзкую задачу перед двумя восьмиклассниками, изгнанными из школ за злостную неуспеваемость: закончить одиннадцатилетку за восемь месяцев, а затем поступить в престижные вузы столицы. Сначала они не верят мне, и я начинаю пробираться в их СУЩНОСТНЫЙ ИРРАЦИОНАЛЬНЫЙ МИР. ДАЮ ГАРАНТИИ. Они соглашаются, и мы выдвигаем целые системы СВЕРХЗАДАЧ: пройти и освоить синтаксис за две недели, курс алгебры за два месяца, биологии за один месяц и т.д. Первые сданные экстерном экзамены окрыляют их. Высвобожденные сущностные силы начинают предъявлять к детям деспотическую власть. Это слова Бетховена, которые я не устаю повторять своим питомцам: "Музыка приобрела надо мною деспотическую власть". То же говорил и Чайковский: "Я ни на секунду не могу расстаться с музыкой, она постоянно звучала, даже ночью..."
       И мои питомцы поражались тому, что иной раз ночью порывались решать задачи или заглянуть в учебники, чего раньше с ними сроду не было...
       Мы затронули две стороны сверхзадач - объем и перманентные переходы от одной сверхзадачи к другой, к целому пучку сверхзадач.
       Есть и третья крайне важная сторона - БЫСТРОТА, СКОРОСТЬ, или еще точнее -УСКОРЕННОЕ РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМ, УСКОРЕННОЕ САМОРАЗВИТИЕ.
       И здесь властвует закон единства рациональных, иррациональных и двигательных сил личностей. Его суть состоит в том, что человек начинает БУДОРАЖИТЬ свой интеллектуально-эмоциональный мир, возможно, чисто волевыми усилиями, а возможно, и прямо противоположными приемами, будто сказав себе: "Я обойдусь без волевого нажима. Я с радостью проснусь и стану работать с бешеной скоростью, потому что это самоиспытание мне по душе!" Не удалось обмануть свой упрямый спящий РАЗУМ. Включаем двигательную энергию: самомассаж, упражнения, бег или быстрая ходьба, - и снова этакая игровая обращенность к кладезям своего Я: "Ну, откройтесь же, миленькие! Что вам стоит! Я же ваш! До мозга костей ваш... " И снова за письменный стол. Чистый лист не должен оставаться чистым. Необходимо решить задачу. Напишите пока что условие задачи. Первое - включение руки в работу, пусть ничего не значащую, подготовительную: иной раз и такой прием способен приоткрыть вход в иррациональные пещеры вашего бытия.
       Рука мыслит, как и мозг. Она иной раз бывает находчивее мозга, она все ваше тело, ваша душа. И эта целостность, завершающаяся рукой, способна выпустить джинна из закупоренной вашей сущности.
       Все три сферы - интеллектуальная, эмоциональная и двигательная - способны привести вашу личность в ВОЛНЕНИЕ, и это ваше новое состояние может явиться важнейшим основанием для самопроявления СУЩНОСТНЫХ СИЛ.
       И новый закон - СКОРОСТЬ, ПОМНОЖЕННАЯ НА СИЛУ УМА.
       Пушкин говорил многократно о стремительной силе поэтического воображения, "О ЛЕТЯЩЕМ БЕГЕ ПЕРА", БЕЗ КОТОРОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПОДЛИННОГО ТВОРЧЕСТВА
       Великий художник Шишкин учил своих учеников рисовать БЫСТРО: только так можно добиться высокой художественности. Леонардо и Модильяни говорили о том, что точную линию человеческого тела нельзя вымучивать: только безотрывная скорость может привести к абсолютной эстетической выразительности. Когда Суворов говорил о том, что промедление смерти подобно, он имел в виду фактор мгновенного, неожиданного, оригинального, смелого решения проблем на поле брани. Вспомним и Ломоносова, мечтавшего о рождении "БЫСТРЫХ РАЗУМОВ НЕВТОНОВ".
       Быстрота, стремительность характеризуют природу детского ума, творчество, любую качественную деятельность.
       Примечательны научные выводы знаменитого знатока русского языка Александра Афанасьевича Потебни, утверждавшего, что БЫСТРОТА есть УМ. СИЛА УМА СБЛИЖАЕТСЯ С БЫСТРОТОЙ, мудростью и даже догадливостью. Этимологические исследования ученого привели его к выводам, что между ОГНЕМ, БЫСТРОТОЙ, УМОМ и СИЛОЙ есть прямая связь, есть связь между содержательным потенциалом таких понятий, как "огонь" и "свет". Быстрота очень часто переходит к силе, к огню, к свету. В народной мудрости, в былинах, песнях и сказаниях эти слова роднятся и передают великую народную мудрость: "Без спорого сметливого труда ничего не добьешься". В "Слове о полку Игореве" быстрота птицы сравнивается с умом, а в галицких песнях БЫСТРЫЙ ОЛЕНЬ НАДЕЛЯЕТСЯ НЕ ТОЛЬКО СТРЕМИТЕЛЬНОСТЬЮ, НО И МУДРОСТЬЮ.
       Нам ли игнорировать великую мудрость, уходящую в иррациональные глубины народа?!
      
       3. Чудо пробуждения мощной энергетики
       Человек должен браться за решение трудных задач. Эта мысль прозвучала в образной форме у Чингиза Айтматова: каждый писатель воздвигает свой собор. Таким собором, в частности, у Льва Толстого была "Война и мир".
       Когда я читал об этом, все время думал о молодых педагогах, которым нередко задаю такой вопрос: "А какова ваша сверхзадача?" Я думаю и о том, что даже начинающий педагог должен замахиваться на великое. Иначе какой смысл жить и работать? Тем более что великое в педагогике всегда легче, чем авторитарное общение с детьми, когда учителя превращаются в агрессоров, изнуряемых агрессивными учениками. Аналогия с писательским трудом всегда жила во мне. В своих лекциях я говорю учителям: "Если вы хотите всего лишь повторить Ушинского, Макаренко, Сухомлинского, оставьте школу: она не нуждается в повторениях. Переступая школьный порог, замахивайтесь на большее!" Учителя, слушая меня, затаенно улыбались и никогда не возмущались, как не возмущается читатель, когда читает, скажем, высказывания Айтматова о пределах писательской миссии. Айтматов в одном из своих интервью говорил: "Понимаю, что могу стать удобной мишенью для насмешников, понимаю, что и люди доброжелательные могут заподозрить меня в нескромности, но скажу, как говорил и раньше: если, садясь за стол и кладя перед собою лист бумаги, не хочешь сравняться с Пушкиным или Толстым, лучше не начинать. Писатель всегда должен стремиться к большему, нежели то, на что он способен". А. С. Макаренко выдвигал перед каждым три сверхзадачи: ближнюю, среднюю, дальнюю. Он играл, сочинял, ставил спектакли, строил, мечтал. И - чудеса в малом. На каждом шагу. В улыбке, в способности до зарезу хохотать, ходить в обнимку с детьми. Или вот так просто в темной комнате сказать (свет погас): "Считаю до трех: раз, два, три - и свет на три должен зажечься!" И детей это восхищало, и один раз они сказали ему: "Другой бы побоялся сказать: "Раз, два, три!" - "А почему побоялся?" - "А потому, что испугался бы, не поверил в чудеса. А вы верите!"
       И нечто подобное у Достоевского, когда он глядит на лица дворянского собрания: "Пришла мне в голову одна фантастическая и донельзя дикая мысль: "Если бы эти господа захотели быть в одну секунду искренними и простодушными, во что бы превратилась бы эта душная зала. О, господа, в каждом из вас живет великий человек, равный Руссо, Беатриче, Шиллеру, Лукрециро, Джульетте... а, что Шекспир! Тут явилось бы такое, что и не снилось нашим мудрецам!" Нет, это не случайная мысль великого мыслителя. Это доминанта. Это родилось там, после эшафота. И впервые, может быть, с такой силой выразилось в письме к брату: "... быть человеком между людьми и остаться им навсегда... не унывать и не пасть - вот в чем жизнь, в чем задача ее". А я скажу - сверхзадача. Макаренко - тоже рыцарь сверхзадачи, пронесший через всю жизнь свою мечту служить людям, чего бы это ни стоило - позора, унижения и даже смерти.
       Помню холодный осенний день. Я был у жены великого подвижника в Костино, под Москвой. Галина Стахиевна Макаренко рассказывала почему-то шепотом: "Он все время ждал. Тогда, в тридцать восьмом, также ветки за окном стучали в стекло, и он вздрагивал: "Это за мной пришли... " - "Ходят слухи, будто у него брат был?.. " - "Клевета! Никаких братьев у него не было!"
       А ведь брат на самом деле был. Был Василий Семенович Макаренко, офицер царской армии, белоэмигрант, жил в ФРГ еще после войны. И это было тайной - мучительной, холодной, как осенний день тридцать восьмого года. И детям он говорил: "Забыть прошлое! Во что бы то ни стало забыть! Начинаем новую жизнь!" И пламя костра унесет вместе с сожженным тряпьем воспоминания об отчем доме, если он был, о матери, о сестрах и братьях. Макаренко рисовал перед детьми реальную и великую перспективу: "Станешь летчиком, врачом, командиром, писателем!"
       Чудо, перспектива, любовь - без этого нет полыхания педагогической энергии. Без этого нет веры. Из этой веры рождаются новые чудеса и новые перспективы.
       Признаюсь: если я чему-то и научился в педагогике, так это у Достоевского и Макаренко. И еще у Фолкнера. Они сходятся в своих сверхзадачах. Каждый день прибавлять к своей ноше. Нести ношу чуть больше той, какая была вчера.
       Это и педагогический принцип. Учить и развивать на трудном. Я всегда видел разницу обращения. Скажи детям: "Надо пол подмести!" - энтузиазма не вызовешь. А скажи: "Надо сделать такое, чего никогда не было в мире!" - и после этого пол будет вылизан. Почему? А чудо! Истинное доверие и истинный авторитет. И еще пример. Хоть тресни, а группа ребят не выполняет заданий, другая группа пала духом, жить не хочет, третья вообще ничего не хочет. А скажи: "В каждом из вас живет Рафаэль, Руссо, Шекспир, Беатриче! И они обнаружатся - откройте же свои темницы, выпустите, черт возьми, на волю свою гениальность, свою красоту, свою силу и свою тайну!" Сначала робкое недоверие, потом сомнение, потом - а вдруг!
      
       4. Эффект моральной поддержки
       Талант - явление яркое, чудесное, таинственное. И методы развития талантливости должны быть адекватными, неважно, в чем они проявляются - в живописи или в музыке, в размешивании цемента или пилке дров, создании оригинальных технических моделей или в труде на ферме. Главное, чтобы в душе запылал огонь. Спичку должен поднести педагог, а воспылает желанием взять вершину сам ученик. И метод моральной поддержки, выраженной не только словом, но и взглядом, улыбкой, рукопожатием, может сотворить чудеса.
       Сарьян когда-то говорил: "Лучше перехвалить, чем сразу сказать: "У тебя не получается: ты бездарь!". Я бы назвал это эффектом сверхзадачи - когда ты выдвигаешь перед личностью нечто великое, пусть не совсем фантастическое, но непременно великое, и она принимает предложение...
       Много лет работал в школе и всегда пользоваться этим эффектом. И наблюдал потом, как зароненное в душу семя разрастается в человеке. Наблюдая за своими воспитанниками, я нахожу нечто общее у нас с теми северными ребятами, теперь уже взрослыми людьми, о которых я писал в своем романе "Соленга", и со многими другими. Это общее - огонь сверхзадачи, огонь целеустремленности.
      
       5. Промедление смерти подобно
       Мастерство - то великое чудо, которое рождается мгновенно, когда педагог во что бы то ни стало должен найти оригинальное решение, обнаружить педагогический дар, веру в бесконечные возможности человеческого духа!
       Мне скажут: "А если всего этого нет?" А я всегда отвечал и отвечаю: "Этого всегда в избытке в каждом". Я работал в тягчайших условиях, когда в школе не было туалетов, а здание заливало водой, не было стационарного электричества и почти половина воспитанников были с приводами. И тем не менее в предельно короткий срок наши воспитанники творили чудеса.
       То же можно сказать и о педагогах, ранее не подготовленных, слабо развитых в педагогическом отношении, если хотите, недостаточно образованных. Но и они творили чудеса, творили потому, что слишком много было этих самых "перекрестьев", на которых вспыхивало мастерство, освещало всех, ставило в необходимость если не повторять нечто подобное, то помогать тому, чтобы огонь творчества не погас.
       Снова и снова я готов повторять одну и ту же формулу мастерства, сущность которой в триаде: технология, отношения, личность. Мастерство не выносит болтовни. Оно непременно должно замыкаться на материальной стороне дела, которую я именую технологией. Эта технология должна быть запущена без промедления, ибо благодаря этому создаются отношения. А эти отношения формируют или "деформируют" и меня, и детей, с которыми я общаюсь.
       Чтобы прийти к такой технологии и к такой системе отношений, когда взрослые доверяют детям, а дети готовы всегда прийти на помощь взрослым, необходимо истинное педагогическое творчество, необходима та особая вера и в свои силы, и в силы твоих коллег, и в силы детей, которая непременно снимет страх, придаст мажорный настрой всем педагогическим действиям, утвердит логику радости и борьбы за лучшие идеалы жизни школы.
       Меня всегда интересовала эта причудливая взаимосвязь технологии, отношений и личности. В жизни эта связь разворачивалась порой неожиданно, увлекательно. В состязание будто вступали сознательные и подсознательные силы. Установки и ранее отработанные стандарты сами как бы давали себя знать.
       И хотя я действовал интуитивно, а все равно где-то в глубине души сидело знание об этой причудливой связи индивидуально-творческих и научно-методических начал. То есть я четко всегда знал: за что бы я ни взялся в педагогическом коллективе в смысле его организации, я должен сам показать, как надо работать, в первую очередь показать, как мгновенно можно войти в детский коллектив, как расположить его к себе, сделать его своим союзником, непременно разбудив детскую энергию, детский смех, детскую радость.
      

    ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

    ДУХОВНО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА

      
      

    1. НА ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УРОВЕНЬ

      
       На очередном нашем расширенном собрании мы решили окончательно утвердить разработанный нами совместно с вузами и школами Манифест, посвященный созданию духовно- правовой идеологии в демократическом правовом государстве. Манифест публиковался в разных изданиях, обсуждался на конференциях и различных собраниях, был одобрен Советом Федерации, Министерствами культуры и образования, Внутренних дел, промышленности и др.
       Манифест был опубликован отдельной брошюрой Ассоциацией Московских предпринимателей и группой компаний "Кутузовский".
       - Мы добьемся, чтобы наш "Манифест" стал в идеологии основополагающим документом, - подытожил Слава Миронов. - Он должен быть утвержден на государственном уровне...
       - Утвержден на конституционной основе, - добавила Роза.
       Мы еще раз проработали содержание "Манифеста" и в окончательном виде направили его Президенту страны.
       Каково было мое удивление, когда буквально через неделю Роза и Слава, не сговариваясь между собой, принесли еще два подготовленных ими документа по вопросам духовного согласия, семьи и преодоления демографического спада в стране. Мы около двух недель сообща работали над этими программными документами, а затем разослали их в школы и вузы страны, учли сделанные замечания и подготовили окончательный вариант для публикации. Что нас поразило и очень обрадовало, так это то, что Ассоциация Московских предпринимателей и группа компаний "Кутузовский" согласились опубликовать подготовленный нами совместно с вузами и школами окончательный вариант и "Манифеста", и других Программных документов. Большую работу по подготовке документов проделали Ассоциация технических университетов, "Межрегиональный учебно-научный центр "Технологическое образование" МГТУ им. Баумана, Совет ректоров Москвы и Московской области, Центр образования 1804, СШ 1278 и другие учреждения страны.
       Представляем читателю эти Программные документы.
      

    ОГЛАВЛЕНИЕ

      
       I. МАНИФЕСТ РОССИЙСКИХ ПЕДАГОГОВ, СТУДЕНТОВ и школьников о ДУХОВНО-ПРАВОВОЙ ИДЕОЛОГИИ, ДУХОВНОМ СОГЛАСИИ, ЧЕСТИ И ДОСТОИНСТВЕ ГРАЖДАНИНА РОССИИ
       1. Духовно-правовые основы идеологии
       2. Социально-экономические основы духовно-правовой идеологии
       3. Право на достойную жизнь
       4. Мессианская роль России, эсхатологические надежды как упование на последнее будущее страны
       5. Право, общественный идеал, честь и достоинство личности
       6. Идеология как система духовных ценностей Любви, Свободы, Права и Созидательной деятельности, определяющих смысл человеческой жизни
       7. О правовом единстве народа и государства
       8. Заповеди Любви - основа духовно-правовой идеологии
       9. Свобода как основа демократии и духовно-правового государства
       10. О духовном согласии между людьми
       11. Духовное самоопределение человека
       12. Цельность и гармония личности - путь к духовному согласию, к спасению и самих себя, и страны, и человечества
       13. О чести и достоинствах России
       14. Заветы отечественных мыслителей будущим поколениям
       15. Международное значение Манифеста
       II. ЗАПОВЕДИ ДУХОВНОГО СОГЛАСИЯ И НАЦИОНАЛЬНОГО ДОСТОИНСТВА В ГРАЖДАНСКОМ ОБЩЕСТВЕ
       III. КОНЦЕПЦИЯ ПРЕОДОЛЕНИЯ СЕМЕЙНОГО КРИЗИСА, ДЕМОГРАФИЧЕСКОГО СПАДА, НЕГАТИВНЫХ ЯВЛЕНИЙ В ДУХОВНОМ СТАНОВЛЕНИИ ДЕВОЧЕК-ПОДРОСТКОВ, ДЕВУШЕК, МОЛОДЫХ ЖЕНЩИН РОССИИ
       ЧАСТЬ I. СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ ПРИЧИНЫ КРИЗИСА СЕМЬИ И ЕГО ТРАГИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ
       1. Современный кризис семьи
       2. Утрата привлекательности семейного образа жизни и главнейшая цель самореализации женщины
       3. Карьерные устремления против создания семьи
       4. Социокультурные проблемы мирового масштаба
       5. Сущность и содержание духовно-правовых факторов
       6. Трансцендентальные основы педагогического искусства, высшие цели воспитания и самосовершенствования личности
       7. Структура и содержание целостного процесса развития молодых людей на основе высших ценностей
       8. О создании духовно-правовой идеологии
       9. Сублимирование эротически-бездуховной, агрессивной и других негативных видов психической энергии в оправданное социально и культурно русло деятельности
       10. Ускоренное развитие дарований, профессиональных талантов и высших способностей (гениальности)
       11. Истинное призвание человека - быть счастливым
       12. ЛИНИЯ смерти и линия жизни
       ЧАСТЬ II. РЕЛИГИОЗНЫЕ И КУЛЬТУРНЫЕ ОСНОВЫ РАЗВИТИЯ ВЫСОКОЙ ДУХОВНОСТИ У ДЕВУШЕК И МОЛОДЫХ ЖЕНЩИН
       1. Общечеловеческие ценности против кризиса семьи и духовного обнищания молодых людей
       2. Не верьте тем, кто исповедует вседозволенность! Не верьте тем, кто "свободу любви" пытается обосновать жизненным укладом диких племен или южных народов
       3. Семейное воспитание должно с ранних лет готовить детей к семейной жизни
      
      

    I. МАНИФЕСТ

    РОССИЙСКИХ ПЕДАГОГОВ, СТУДЕНТОВ И ШКОЛЬНИКОВ

    О ДУХОВНО-ПРАВОВОЙ ИДЕОЛОГИИ, ДУХОВНОМ СОГЛАСИИ,

    ЧЕСТИ И ДОСТОИНСТВЕ ГРАЖДАНИНА РОССИИ

    1. Духовно-правовые основы идеологии

       В стране нет идеологии как системы ценностей, определяющих эффективность политики и соответствующих технологий во всех сферах деятельности страны. А без этого любое государство, что корабль без руля и ветрил.
       Процессы РЕИДЕОЛОГИЗАЦИИ стали крайне актуальными для многих стран мира: в них ответы на вопросы: "Каким видится будущее страны?", "Каким будет человек в ближайшем будущем?", "Каковы пути приближения к высоким духовно-правовым идеалам?"
       Мы впервые в мировой культуре употребляем категории "духовно-правовые идеалы", "духовно-правовые отношения", "духовно-правовое воспитание".
       Рассматривая культуру как развернутый во времени духовный мир человека, мы заявляем: только ДУХОВНОСТЬ как сила проявления интеллектуально-эстетических и нравственно-волевых данных личности, подкрепленная ПРАВОМ и санкционированными государством нормами, утверждаемая третьей силой - творчеством граждан страны, способна помочь правильно ответить на поставленные вопросы и, по крайней мере, приостановить развитие всевозможных кризисов. В этих вопросах заключен и смысл жизни каждой отдельной личности в системе ускоренного развития дарований и профессиональных талантов, и смысл духовно-правовых ориентации в государстве, семье, обществе.
       Если целью воспитания является культурный, просвещенный, лояльный творческий человек, любящий свое Отечество, свою семью, свое профессиональное призвание, самого себя и свободные способы самореализации, то основой духовно-правового становления личности являются такие доминантные духовно-творческие ценности, как Любовь, Свобода, Право и Созидательная деятельность. При этом СОЗИДАТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ включает не только противостояние различным формам извращенного правосознания (коррупция, ложь, насилие, терроризм, экстремизм, бюрократизм и др.), но и активную борьбу с ними. Здесь возникают крайне актуальные проблемы: какой должна быть борьба, чтобы она не уничтожала физически носителей негативных проявлений? Как в ходе борьбы прийти к духовному согласию между людьми разных национальностей и социальных общностей? Как формировать у граждан России ЧЕСТЬ и такие достоинства, как уважение к себе и другим? Как воспитывать отвращение ко всякой лжи, насилию, бесчестию? Как способствовать воспитанию воинского и гражданского долга, уважения к исторической государственности, к культуре и традициям народа? Как создавать необходимые условия для стимулирования процессов ускоренного развития дарований и профессиональных талантов в системе гражданско-патриотического становления личности?
       Разрабатывая духовно-правовые основы преодоления различных стремительно развивающихся социальных катастроф, мы руководствовались богатейшим наследием отечественной культуры, представленной трудами И.А. Ильина и С.Н. Булгакова, Н.А. Бердяева и Н.О. Лосского, Б.П. Вышеславцева и многих других, а также многочисленными работами и выступлениями в печати современных руководителей государства, общественных деятелей и ученых в области политики, культуры, искусства, образования.

    2. Социально-экономические основы духовно-правовой идеологии

       Наивно было бы предполагать, будто духовно-правовая идеология может создаваться и развиваться независимо от экономики, от материальной сферы.
       Нынешний экономический кризис привел к распаду духовных начал в экономике, в правосознании различных слоев общества. Этот кризис породил идеологию оправдания лжи, коррупции, цинизма, насилия. Чего стоят высказывания некоторых лидеров партий с их тоской по 1937 году, соединенной с шовинизмом, нацизмом, экстремистской нетерпимостью к инакомыслящим!
       Мировоззренческий, экономический и демографический кризисы развиваются с бешеной скоростью и могут быть приравнены, по выражению Председателя Совета Федерации Сергея Миронова, к ущербам, которые нанесли нашей стране Гражданская и Отечественная войны вместе с коллективизацией. Каждый год вымирает по одному миллиону человек. Две трети лучших специалистов в области экономики, науки, техники, культуры эмигрировали за рубеж. Фактически погибли так называемые НАУКОГРАДЫ, где сосредотачивались свыше трех миллионов квалифицированных специалистов. Экономика превратилась в "мировое захолустье", состоящее из жалких экспортеров, продающих все, что можно продать: леса, недра, топливо, драгоценные металлы. В этом хаосе торговли и спекуляций не оказалось места производителю: чахнут фабрики и заводы, разрушены фермы, запущено сельское хозяйство. Растет безработица, уничтожается образование. По заявлению видных ученых и политических деятелей страны, нынешний этап демократизации исчерпал себя, Россия оказалась в капканах насилия: власти и анархии, криминализации и коррумпированности. Все это порождает идеологию человеконенавистничества, цинизма, уничтожения прав и свобод простых людей. Фашизацией идеологии занимаются более чем 100 фашистских газет, митингующие отряды национал-патриотов, нацисты, шовинисты, расисты.
       Чтобы преодолеть этот чудовищный социальный распад, нужна духовно-правовая идеология, где ПРАВО окажется способным регулировать отношения по удовлетворению материальных и духовных потребностей, что будет способствовать решению основной экономической задачи - подъему материального и культурного уровня жизни народа.
       Эта идеология тогда будет РАБОТАТЬ на государство, если каждый гражданин внутренне, духовно, с одной стороны, освоит ее, а с другой стороны, примет государственные цели, как свои собственные. В активном участии каждого гражданина в созидательной деятельности по реализации государственных целей, отмечает Президент страны, и выразится в полной мере патриотизм личности, ее гражданственность и духовно-правовая целостность.
       Отечественные мыслители-правоведы (Петражицкий, Новгородцев, Чичерин, Ильин и др.) предсказывали, что единственно верным путем ко всяким реформам является постепенное воспитание ПРАВОСОЗНАНИЯ у всех граждан России. И высшая цель государства как раз и состоит в создании духовно-правового союза своих граждан, объединенных социально-экономическим сотрудничеством, подвижническим созидательным трудом, единым духовно-творческим правосознанием. При этом правосознание выступает и как чувство права и правоты, и как особая духовная настроенность самосознания, своей чести и достоинства, и, прежде всего, как замечает И.А. Ильин, "своей духовной воли". Право, выполняя функцию регулятора экономических отношений в государстве, является атрибутом духа, его способом жизни, присущим таким доминантным духовным ценностям, как Свобода, Любовь, Созидательная деятельность. Эти высшие ценности как раз и способны развивать в каждой личности нормальное правосознание, которое характеризует ВОЛЕВОЕ СОСТОЯНИЕ ДУШИ ГРАЖДАНИНА СТРАНЫ, ищущего и утверждающего справедливое право, заставляющего соотечественников вести борьбу за утверждение и реализацию тех целей, которые выдвигаются государством.
       Одним из самых серьезных бедствий экономической и политической жизни страны является развивающийся и крепнущий союз коррумпированной бюрократии и существующей мафии, куда втянуто множество молодых людей. Эти криминальные группировки, работающие по земляческому принципу - отмечают лидеры партии "Родина" - захватили наиболее выгодные отрасли экономики. Почему так случилось? - возникает вопрос. Ответ прост: коррумпированной бюрократии и олигархии необходим партнер, который бы делал за них всю "грязную работу". Обкладывал рынки, кафе, магазины данью, часть которой идет в карманы нечистоплотных чиновников. Не боялся торговать наркотиками, разливать "паленую" водку, подделывать лекарства и другие товары, отдавать часть прибыли "крыше" в бюрократическом аппарате и правоохранительных органах. Занимался контрабандой, помогая олигархическим структурам получать сверхприбыль. Круг деятельности этих группировок крайне широк: от организации проституции до строительства шикарных торгово-развлекательных центров или громадных складских комплексов.
       Уничтожение криминальных группировок в значительной мере может изменить к лучшему экономическую и духовно-правовую ситуацию в стране.
      

    3. Право на достойную жизнь

       Право на достойную жизнь отечественный мыслитель Вл. Соловьев определил как своеобразное требование: "Чтобы всякий человек имел не только обеспеченные средства к существованию (т.е. одежду и жилище с теплом и воздухом) и достаточный физический отдых, но чтобы он мог также пользоваться и досугом для своего ДУХОВНОГО СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ".
       Итак, философ обозначил как бы два уровня потребностей. Добротный быт, хорошие условия жизни, защищенность личности - все это должно быть гарантировано на правовом, то есть юридическом уровне. А вот второй уровень, где совершается переход нравственного сознания в правовое, не вмещается в рамки юридических регламентации, ибо во многом зависит от того, как сам человек определяет и свои права на достойное существование, и свой СМЫСЛ ЖИЗНИ. Вл. Соловьев, Н.Бердяев, П. Новгородцев, как и многие выдающиеся мыслители отечественной культуры, отмечают, что эта категория открывает "простор для бесконечных требований и предложений во всю меру человеческого идеала" (П. Новгородцев). Говорят: смысл жизни в добре, творчестве, вере, в силе и красоте, в счастье. Безусловно то, что право является в чем-то субъективным феноменом, и его смысл зависит во многом от индивидуальности. Но в обоих случаях, в объективном и субъективном смыслах, есть общие условия, раскрывающие сущность права. "Когда говорят о праве на достойное человеческое существование, - пишет П.И. Новгородцев, - то под этим разумеют не положительное содержание человеческого идеала, а только отрицание тех условий, которые совершенно исключают возможность достойной человеческой жизни... Речь идет в данном случае о том, чтобы обеспечить для каждого ВОЗМОЖНОСТЬ человеческого существования и освободить от гнета таких условий жизни, которые убивают человека физически и нравственно".
       Философ подчеркивает крайне важный, но именно первый уровень права на достойную жизнь. А как быть со вторым уровнем, с более высокими требованиями к этой феноменальной части права? Как быть с людьми, которые видят свое ПРАВООСУЩЕСТВЛЕНИЕ в готовности, стремлении и духовной жажде ЗАЩИЩАТЬ ВЕЛИКИЕ ЦЕННОСТИ в СВОЕМ ОТЕЧЕСТВЕ, чего бы это им ни стоило: позора, унижения или даже смерти? Как быть с теми, кто видит свой смысл бытия в подвижничестве, в героизме, творчестве, которые требуют от них выступать против сложившихся стандартов и обветшавших устоев?
       И другой ряд вопросов, крайне актуальных для нашей страны: как государство, общество, семья должны поддерживать, помогать, обеспечивать самореализацию личности, если результаты ее труда гарантируют благо для страны, семьи, общества? Как выявлять и развивать профессиональные дарования, расширяя права личности на достойный образ жизни, присущий именно данной индивидуальности? Что надо делать окружающим, педагогическим учреждениям, чтобы не "потушить гения во младенчестве"? (Ф. Достоевский).
       В создаваемой нами духовно-правовой идеологии, как системе духовных ценностей, мы стремимся ответить именно на эти вопросы. Мы разделяем точку зрения замечательных отечественных мыслителей (И.А. Ильина, П.И. Новгородцева, Л.И. Петражицкого, С.Н. Булгакова, Н.А. Бердяева и др.) в том, что многие требования к праву на достойное человеческое существование определяются высшими духовными ценностями, какими являются - Любовь, Свобода, созидательная деятельность, Добро, Красота, Совесть, Истина, Социальная справедливость, Честь. И здесь часто возникают острейшие противоречия между обозначенными выше уровнями притязаний личности. Нередко во имя достижения высоких, именно духовно-творческих целей, порой крайне важных для государства, общества, подвижник вынужден отказываться от материальных благ, обрекая себя тем самым на нищенское положение. Именно в силу подобных обстоятельств окружающие (члены семьи, руководители предприятий, педагоги и др.) должны быть предельно внимательны к дерзающей личности, чтобы в нужную минуту прийти на помощь в реализации той или иной личностью своих ПРАВ НА ДОСТОЙНОЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ САМООСУЩЕСТВЛЕНИЕ.
       В качестве выводов мы должны отметить следующее.
       1. Право на достойную жизнь каждому гражданину страны должно гарантировать государство. Чудовищными являются такого рода факты: 80% наших граждан живут за чертой бедности. Многие не имеют возможности получить должную медицинскую помощь. Бедствуют работники бюджетных отраслей. Закрываются ясли, детские сады, высшие учебные заведения, научно-исследовательские учреждения. Сокращается финансирование социальной и научной сфер. Зарплата педагогов школ и вузов в США и в других странах в десять раз выше, чем в России. Наука, образование, культура за рубежом на 75% финансируется из федеральных, региональных и местных бюджетов, а рыночные и частные способы финансирования выступают как вспомогательные.
       2. Лидеры многих партий в период предвыборной кампании (4.11.2005 г.) отметили, что деньги в стране есть, но они идут на обогащение "новых русских", чиновников, представителей мафиозных группировок. Государство и общество должны незамедлительно использовать духовно-правовые факторы для возвращения в бюджет страны бесчестно добытых средств, обеспечив при этом правовую защищенность тех, кто незаконно или обманным путем присвоил себе и продолжает присваивать общенародные богатства страны. Данный Манифест призывает всех представителей коррумпированных группировок, всех, совершивших акты бесчестия, незамедлительно добровольно, лояльно участвовать в утверждении социальной справедливости во благо духовно-правового расцвета нашей великой державы.
       3. Необходимо принять Закон о правах гражданина России на достойную жизнь, а также "Кодекс чести гражданина России". Целесообразно разработать систему мер, пробуждающих такие достоинства личности, как совесть, честь, правдивость, подвижничество, лояльность, самоукорение и самоотречение, Любовь и Свобода. В этом благородном деле огромную роль должна сыграть интеллигенция: "ее основная миссия - утверждать высшие духовные начала, обладающие материальной убедительностью" (Р.Г. Абдулатипов, М.Е. Швыдкой, Е.П. Велихов, А.Н. Яковлев и другие члены Конгресса Российской интеллигенции).
      

    4. Эсхатологические надежды как упование
    на последнее будущее страны

       Председатель Совета Федерации Сергей Миронов 1 ноября 2005 года выступил на страницах "Литературной газеты" с таким заявлением: "Каждый гражданин России, которому небезразлична ее судьба, должен понимать, что на его глазах разворачивается подлинно социальная драма... С точки зрения демографии нет большой разницы между Гражданской войной, включая коллективизацию, Великой Отечественной войной и концом XX века... Это три почти равноценные по глубине демографические ямы... Мы ежегодно теряем около миллиона человек..."
       Что примечательно: во все смутные времена соседствовали такие крайности, как осознание надвигающейся катастрофы и упование на чудо, вспышка талантливости народа и развитие агрессивно-преступных начал, непреодолимый пессимизм и вера в великое будущее своей державы.
       В самые тяжкие периоды истории отечественные мыслители, изгнанные за кордон, предсказывали осуществление мессианской роли России и делали все возможное, чтобы помочь стране возродиться к лучшему.
       Как же важно сегодня постичь духовное величие главного завета И.А. Ильина: "Россия выйдет из того кризиса, в котором она находится, и возродится к новому творчеству и новому расцвету - через сочетание трех основ духа: свободы, любви и предметности (т.е. созидательной деятельностью). А вся современная культура сорвалась на том, что не сумела сочетать эти основы" (Ильин, И.А. Наши задачи. М., Т. 2. С. 114).
       Нам нужна сегодня как воздух ДУХОВНО-ПРАВОВАЯ ИДЕОЛОГИЯ как система идеалов и убеждений, где доминантными ценностями являются -Любовь, Свобода и Созидательная деятельность, помноженные на ПРАВО, ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ САНКЦИИ, ТВОРЧЕСТВО МАСС ВО ВСЕХ СФЕРАХ НАШЕЙ ТРУДОВОЙ ЖИЗНИ.
       В утверждении такой идеологии мы видим осуществление МЕССИАНСКОЙ РОЛИ РОССИИ, развитие духовного согласия между людьми, спасение человечества.

    5. Право, общественный идеал, честь и достоинство личности

       И сегодня крайне современны пророческие предсказания апостола Иоанна в его "Апокалипсисе", когда после зловещих катастроф, умерщвления народов и мировых пожаров, неверия и зла наступит блаженное, бесслезное и безгорестное время, ибо в новой жизни не будет греха. Новому человечеству при этом будут дарованы СВОБОДА И ЛЮБОВЬ как возможность удовлетворения духовной жажды, стремления к полноте бытия и к личностной разносторонней счастливой самореализации, выражающей полное единение с высшими духовными силами ("источник воды живой").
       Общественный идеал в истории человечества разрабатывался как социальное устройство справедливого общежития людей - гармония возможного и действительного у Аристотеля и Платона, проект религии Любви и Свободы у Руссо и Песталоцци, создание божественного государства у Гегеля, реализация принципов свободы и социальной справедливости у Оуэна, Маркса, Чернышевского, Плеханова, Ленина.
       Совпадение общественного и религиозного идеалов, мечта о безгреховном золотом веке, где право и духовность, обуславливая, дополняя и корректируя друг друга, создают реальные предпосылки для спасения людей от их разочарованности в жизни, неверия и полнейшей опустошенности.
       Мы утверждаем: без общественных идеалов нет спасения и нормальной безбедной жизни ни человечеству, ни отдельным народам. И формировать общественный идеал призван ЧЕЛОВЕК, с его непреклонной волей, мужеством, здоровым ДУХОВНО-ПРАВОВЫМ СОЗНАНИЕМ, создающим мощный сплав общественных и личностных чаяний, надежд и верований. В этой связи тысячу раз прав отечественный правовед П.И. Новгородцев, который писал по этому поводу: "Не обетованная земля, а непреклонная личность, - такова наша последняя опора. Личность, непреклонная в своем нравственном стремлении, неизменно сохраняющая свой идеал при всех поворотах истории, - вот что берется здесь за основу и для общественного созидания" (Новгородцев, П.И. "Сочинения". М., 1995. С. 346).
       Эту непреклонность утратило старшее поколение, не верящее ни в социальные, ни в религиозные идеалы, но убежденное лишь в том, что силы зла в миллионы раз превосходят немощность исторической праведности. Иных убеждений, как могучих ростков новой идеологии, придерживаются дети и молодые люди нашей страны и всего мира, готовые во имя торжества великих общественных идеалов пойти на любые жертвы, на любые трудности. И старшее поколение обязано помочь молодым людям не только понять и освоить сущность исторически развивающихся общественных идеалов, но и разработать правовые нормы реализации этих идеалов.
       Если главной задачей современной России является создание правового демократического государства, то единственным средством его построения должно стать ДУХОВНО-ПРАВОВОЕ ВОСПИТАНИЕ личности просвещенного лояльного гражданина, свято соблюдающего свои права и гражданские обязанности, личности с высоким уровнем духовного и профессионального развития, ориентированной на утверждение общественных идеалов в своей душе, в своей семье, в государстве, обществе, в культуре, во всех сферах жизнедеятельности страны.
       Развитие и утверждение высоких общественных идеалов не под силу лишь образовательным структурам. Мы стоим перед необходимостью двоякого рода -с одной стороны, необходимо создать такие образовательные системы (в семье, детских садах, школах, вузах, обществе), которые бы утверждали в детях и молодых людях высокие принципы духовно-правовой идеологии, честь и достоинство, а с другой стороны, назрела необходимость на государственном уровне РАЗРАБОТАТЬ И УТВЕРДИТЬ В НАШЕМ СОЦИУМЕ, ВО ВСЕХ ВЛАСТНЫХ СТРУКТУРАХ ОБНОВЛЕННУЮ ДУХОВНО-ПРАВОВУЮ ИДЕОЛОГИЮ, где высшей инстанцией были бы КОНСТИТУЦИОННАЯ ЗАКОННОСТЬ и НОРМАТИВНЫЕ АКТЫ, в рамках которых развивались, совершенствовались и внедрялись бы такие ценности, как СОЦИАЛЬНАЯ СПРАВЕДЛИВОСТЬ и ЗАЩИЩЕННОСТЬ ЛИЧНОСТИ, ЕЕ ЧЕСТЬ И ДОСТОИНСТВО, СВОБОДЫ И ПРАВА ЧЕЛОВЕКА, ориентированного на созидательную деятельность, на развитие и защиту духовно-правовой идеологии, чести и достоинств каждого гражданина страны.
      

    6. Идеология как система духовных ценностей

    Любви, Свободы, Права и Созидательной деятельности,

    определяющих смысл человеческой жизни

       Между светским и религиозным толкованием духовности и ее доминантных ценностей нет противоречий. Апостолы Иоанн и Павел утверждали: "Бог есть Любовь, и пребывающий в Любви пребывает в Боге". Развивая мысли святых апостолов, Булгаков писал в своей книге "Свет невечерний": "Бог есть Любовь, которая составляет не качество или свойства, не предикат, но самое существо Божие. И в этой Божественной Любви каждая Исповедь, отдавая Себя в любви, находит себя в других Ипостасях, осуществляет единое Божество" (с. 185). Эти основополагающие максимы с особенной силой проявляются в глубинных слоях интимно-творческих поисков человека - смысла своей деятельности, своего отношения к труду, к семье, ко всей своей жизни. Каждый согласится с тем, что смысл жизни нашей во многом определяется тем, насколько мы любим тот мир, в котором живем (семью, близких, условия жизни, быт, природу и прочее), свое профессиональное дело или свое учение, свое занятие по интересам, увлечения и пристрастия, насколько мы свободны в выборе тех или иных видов деятельности, общения и привязанностей, человеческих симпатий и антипатий.
       Н.А. Бердяев, подобно С.Н. Булгакову (отцу Сергию), развивает евангельские заветы апостолов, ставя на первый план следующее: "Идея свободы центральна в христианстве. Без свободы непонятно ни миротворение, ни грехопадение, ни искупление. Без свободы нельзя понять феномен веры... Дух бесконечной свободы разлит в Евангелии и в апостольских посланиях: "Итак, сыны свободны" (от Матфея). "Если Сын освободит вас, то истинно свободны будете" (от Иоанна). "И познаете истину, и истина сделает вас свободными" (от Иоанна). "Где дух Господен, там свобода" (Ап. Павел).
       Свобода есть внутренняя динамика Духа, Любви. Есть потребность веры и духовного обновления. Опыт свободы ведом каждому существу, обладающему духовной жизнью. Но и в этом опыте возникают сложнейшие духовно-творческие проблемы: как избавить свободу от порождаемого ею зла? Как предотвратить обращение свободы в свою противоположность - произвол, насилие и вседозволенность? Как избавить свободу от разных соблазнов и пороков, не истребив самой свободы? Как сделать свободу смыслом жизни, присущим Любви? Именно на эти основополагающие вопросы сделали попытку ответить педагоги Московского университета культуры и искусств в содружестве с Европейским университетом права Justo и Межотраслевым учебно-научным центром МГТУ им. Баумана в своих фундаментальных научных исследованиях, посвященных изучению проблем педагогики высших духовных ценностей.
      

    7. О правовом единстве народа и государства

       Отечественные мыслители неоднократно подчеркивали, что представления о законе и свободе на Западе и в России совершенно разные. На Западе Свобода - это свобода внутри закона, а в России чаще всего оказывается вне закона. Внутренне несогласие с законом, с государственными актами, с правовыми нормами, даже если они разумны, исторически превратились в неформальных сферах народной жизни в своего рода в браваду, в мнимую отвагу и псевдогражданственность.
       Создание и развитие ДУХОВНО-ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА возможно лишь при условии духовного единения народа и государства, как гуманистического союза граждан (политическое "МЫ"), с единой общей духовно-правовой системой власти ("наше" правительство) и единою системой права ("наши" законы).
       Истинное право как совокупность отношений, правил поведения, санкционированных государством, всегда направлено на гарантированность демократических свобод, прав, обязанностей, на воспитание чувства чести и собственного достоинства личности, уважение к себе и к другим, как к носителям законности и духовно-творческих начал, способности к волевому самоуправлению, нетерпимости к правонарушениям и готовности активно участвовать в укреплении правопорядка.
       Право как власть, сила и свобода действий тогда осуществимо, когда живет в душах людей, когда оно внутренне принято ими, когда служит и обществу, и каждой отдельной личности. Право как духовный образ жизни человека выражается через правовые эмоции, переживания, мотивы и правосознание личности (Петражицкий, Макаренко, Ильин). В правосознании участвуют не только знания и мышление, но и воображение, воля, вся человеческая душа. Большинство людей, нарушающих закон, хорошо знают правовые нормы, но в их душах и разуме сложился аморальный образ поведения, и они следуют нарушению правопорядка, подключая не только свою волю, воображение и знания, но и волю многих других людей, готовых даже за мелкую мзду совершать противоправные действия.
       Связь между правом и духом настолько подлинна и существенна, что вне ее признания невозможна жизнь НОРМАЛЬНОГО ПОЛОЖИТЕЛЬНОГО ПРАВОСОЗНАНИЯ как отдельной личности, так и народа в целом. Мертво то право, которое лишено одухотворенности, культуры, как развернутого во времени духовно-творческого мира человека. Взаимодействие правосознания, права и духовных законов, свободы и ограничений, работа по совершенствованию нормативных актов - все это углубляет процессы воспитания чести и достоинства граждан, создает предпосылки для закономерного перехода права в систему педагогических целей и способов их осуществления. (Кони, Плевако, Ровинский и др.)
       Великие отечественные мыслители отмечали неоднократно, что Россия -единственная страна, где вырабатывалась на основе ВСЕЧЕЛОВЕЧНОСТИ, НА ОСНОВЕ ЛЮБВИ И СВОБОДЫ "эсхатологическая душевная структура, обращенная к концу, открытая для грядущего, ПРЕДЧУВСТВУЮЩАЯ КАТАСТРОФЫ" (Н. Бердяев), вместе с тем мучительно ищущая пути выхода из различных губительных кризисных состояний.
       Народ и ТОЛЬКО НАРОД хранит в себе истинность ДУХОВНЫХ ЦЕННОСТЕЙ, способных привести к ДУХОВНОМУ СОГЛАСИЮ И МИРУ МЕЖДУ ЛЮДЬМИ. Поэтому НАРОДОВЛАСТИЕ является одной из важнейших целей ДЕМОКРАТИЧЕСКОГО ГОСУДАРСТВА.
       Мы не приближаемся к катастрофам. Мы уже одной ногой в БЕЗДНЕ. Преодолеть крушение можно лишь через единение с народом НА ОСНОВЕ СОТРУДНИЧЕСТВА С НИМ в УТВЕРЖДЕНИИ ВЫСШИХ ДУХОВНЫХ ЦЕННОСТЕЙ - ЛЮБВИ, СВОБОДЫ, СОЦИАЛЬНОЙ СПРАВЕДЛИВОСТИ. К сожалению, в настоящее время народ негативно относится ко многим государственным указам, требованиям, правовым нормам. Митинги протеста, стачки, забастовки, демонстрации - вот что пытается противопоставить народ криминогенно-корпоративному государству. Народное возмущение аккумулируется в семье, на производстве, в межличностном общении. Народ служит государству в той мере, в какой государство является слугой народа. Государство крепнет, развивается и духовно обогащается, если интересы народа и государства совпадают.
       Идеал государства основывается на всеобщем доверии. Если нет доверия народа к государству и власти к народу, государство неизбежно разрушается. По этому поводу И.А. Ильин замечал, что взаимное недоверие есть сила, разрушающая и правопорядок, и государство. Больше того, государство вообще не может существовать, если оно превращается в систему взаимного недоверия и подозрения. В условиях растущего недоверия любовь к родине может приобрести антигосударственный характер. Именно поэтому одной из задач патриотического воспитания должно стать развитие взаимного доверия, а государство должно идти встречным путем: пресекая всевозможные злодеяния, ложь, обман, манипулирование сознанием людей, утверждая социальную справедливость, завоевывать ДОВЕРИЕ НАРОДА. Взаимное доверие - наиболее благоприятная атмосфера развития дарований.
      

    8. Заповеди Любви как основа духовно-правовой идеологии

       Мы вычленили из мировой культуры те заповеди Любви, которые ведут к построению гражданского общества на основах миролюбия, человеколюбия, трудолюбия и свободолюбия.
       Духовно-правовая идеология в развитии гражданского общества определяется единством таких основополагающих ценностей, как Любовь, Свобода, Право, Гражданственность.
       Именно такая идеология разрабатывается в настоящее время руководителями государства и его Президентом В.В. Путиным. Политолог А. Ципко в своей статье "Президентская философия" ("Литературная газета" от 14.02.2006 г.) отметил: "Главное для нас при оценке президентской философии Путина состоит в том, что он рассматривает свободу как основополагающую ценность".
       Надо ли говорить о том, что без любви к истинной свободе, к правам человека, к демократии, к лучшим традициям Отечества, к творчеству и созидательной деятельности свобода неизбежно обращается в свою противоположность - вседозволенность, произвол, средство манипулирования сознанием людей.
       Настало время конституционно и законодательно оформить следующие заповеди духовно-правовой идеологии, связав их содержание с кодексом чести и достоинства гражданина России.
       1. Любовь к свободе, к созиданию гражданского общества и правового государства достигается деятельностным участием всего народа в утверждении высших духовных ценностей.
       2. Любовь - это подвиг. Она ставит перед человеком не одну, а целые системы сверхзадач, учит преодолевать сильные препятствия, в поте лица достигать успеха. Смысл своей жизни один из руководителей Центра образования 1804 Андрей Всеволодович Курбатов, как и его супруга Людмила Анатольевна и их дети, Наташа и Всеволод, видят в спасении не только России, но и всего человечества, не боясь ставить перед собой столь значимые цели. Ценою невероятных усилий они добились в своем Образовательном Центре того, что каждый старшеклассник стал лауреатом по трем направлениям (учеба, спорт, творчество). Как это ни печально, в традициях нашего общества считается нормой преследование талантливых людей с их подвижничеством. Наградой Курбатовым оказались тринадцать проверочных комиссий за один 2004-й год, которые довели их до больницы. И в Курбатова старшего стреляли из дробовика за то, что он объявил войну мафиозным структурам, а их сын Всеволод вступил в неравный бой с теми, кто пытался приобщать детей к наркотикам.
       Наташа стала председателем детской Думы, а затем возглавила отряд миротворцев: ее работу высоко оценили в ООН и Юнеско. Подвиг семьи Курбатовых основан на ЛЮБВИ и СВОБОДЕ, на утверждении трансцендентных, то есть БОЖЕСТВЕННЫХ НАЧАЛ, на ТВОРЧЕСТВЕ.
       Мы говорим об этом не случайно. Одна из самых страшных катастроф нашей страны - семейный кризис, разрушение родственных и дружественных связей, утрата привлекательности семейного образа жизни, заботливости и уважения друг к другу. Семья нуждается в подвижничестве. Только таким способом можно преодолеть семейный кризис.
       3. Любовь ответственна. Она помнит о человеческих обязанностях. В конечном итоге в мире живут лишь две категории людей: одни прежде всего добиваются привилегий, а другие - всегда помнят о своих обязанностях. Одних беспокоит, что они должны получить от жизни, других всегда тревожит, чем они обязаны жизни. Одни говорят больше о правах, другие об обязанностях. Естественно, вторые ближе к христианской любви.
       Проблема прав и обязанностей - это главная проблема школы, вуза, семьи. Многим педагогам, впрочем, как и родителям, кажется, что дети не должны иметь никаких прав - одни обязанности. Это неверно. Только наделенный большими правами способен почувствовать обязывающую силу всех тех необходимостей, которые человек выполняет по долгу, по велению сердца. Большие права - это большая свобода, а большая свобода необыкновенно тяжела и требовательна.
       Снова на одно из первых мест мы ставим необходимость ПОВЫСИТЬ ЗАБОТУ ДЕТЕЙ О СВОИХ РОДИТЕЛЯХ, О СВОИХ младших сестрах и братьях, показать пример ДУХОВНОГО СОГЛАСИЯ, ТОЛЕРАНТНОСТИ ПРЕЖДЕ ВСЕГО В СВОЕЙ СЕМЬЕ.
       4. Любовь долготерпит. Греческое слово "макрофумейн" означает терпение к людям, а не к обстоятельствам. Толкователь Нового Завета А.П. Лопухин подчеркивает, что долготерпение обнаруживается в отношении к разным оскорблениям, какие причиняются человеку ближними. Уильям Бартли, замечательный английский комментатор Библии, ссылаясь на Хризостома, говорит, что это слово применимо к несправедливо обиженному, который мог бы легко отомстить за обиду, но все же не делает этого. В таком человеке трудно вызвать гнев.
       Терпимость или ТОЛЕРАНТНОСТЬ - основа духовного согласия. Молодым людям свойственны максимализм, нетерпение, переходящее нередко в экстремизм: полнейшее неприятие себе подобных.
       Как часто мы говорим: "Сколько же можно терпеть тебя!" Ответ: "Беспредельно". Долготерпение и сердечная мягкость способны завоевывать любые, даже, казалось бы, неподатливые души.
       5. Любовь делает человека сильным. Она дарит человеку власть над собой. Формирует силу духа и направляет волю в русло добрых дел и поступков. Только согретая любовью деятельность личности творит добро.
       Современные тендерные системы воспитания ратуют за индивидуализированные подходы к формированию личности с учетом половых различий. На наших глазах феминизируется мужчина, нередко теряя свое мужество, высокую работоспособность и умение экономически обеспечивать свою семью. Опасна и маскулинизация девочек-подростков, девушек и молодых женщин, слишком рьяно овладевающих восточными боевыми искусствами, занимающихся боксом и даже тяжелой атлетикой. При этом, как показывают первые исследования по этим проблемам, женщины часто утрачивают свою подлинную силу - нежность и смиренномудрие, мягкую сердечность и добрую заботливость - основу семейной жизни, супружества и материнства. Сила женщины определена природой. Ее женственность и величественна, и БОГОПОДОБНА - это доказано всей культурой и историей человечества. А там, где нарушаются законы природы, там способны рождаться нравственные уроды, обессиленные существа.
       6. Любовь - основа развития таланта. Талант пробуждается и развивается лишь в любви к созидательной деятельности. Не случайно на Западе сложилось такое выражение: "Воспитание посредством ДЕЛАНИЯ". Есть и такая поговорка: "Безделье - мастерская дьявола". Однако не всякое "делание" развивает и формирует талант. Труд подневольный формирует рабскую личность. Не развивает или, точнее, слабо развивает талант простое усилие. Необходимо СВЕРХУСИЛИЕ, когда человек стремится, как говорил Фолкнер, поднять ношу чуть больше той, которую он однажды осилил. Наша система ускоренного (мгновенного) пробуждения и развития таланта, основана на выявлении и развертывании способностей ВИЗУАЛИЗАЦИИ, то есть ВИДЕНИЯ или, как называл эту способность И.А. Ильин, ТАЛАНТ СОЗЕРЦАНИЯ. Именно в этих целях мы используем живопись масляными красками, которая в силу принципа новизны захватывает участников занятий: рождается неслыханная мощная энергия, благодаря которой они (даже четырехлетние дети) готовы работать за мольбертом безотрывно по пять-шесть часов. Эта вспышка талантливости, увлеченности, энергетики и самореализации - основа формирования личности средствами созидательной деятельности. Талант без любви к творчеству умирает.
       7. Любить свои потенциальные возможности и обнаруженные достоинства - значит уметь НЕ ПРЕДАВАТЬ СВОЙ ТАЛАНТ.
       Мы утверждаем: каждый человек талантлив, лишь мера и сфера приложения таланта разные. Человек с развитыми способностями, подвижник и мастер в своем деле приносит больше пользы своему государству, своей семье и самому себе, чем тот, кто ленив и инертен. Любить Родину деятельностной любовью -значит постоянно стремиться решать ее главные задачи, значит своевременно помогать стране избавляться от различных пороков, активно участвовать в преодолении всевозможных кризисов.
       8. Любовь не завидует. Современная зависть злобна. Она порождает ненависть и уничтожает то лучшее, что есть в человеке.
       9. Любовь самоукоряет.
       Истинная любовь предпочитает согласиться с тем, что она недостойна чего-либо, нежели претендовать на свои заслуги и достоинства.
       Самоукорение - одно из действенных средств Любви. Самоукорение требует искать в себе вину и ошибки, а не в других.
       Преподобный Дорофей поучал еще в шестом веке: "Если человек совершит тьму добродетелей, но не будет держаться Самоукорения, как пути своего, он никогда не перестанет оскорбляться и оскорблять других, он не обретет покоя".
       Вновь мы хотим еще и еще раз подчеркнуть, что Самоукорение является одним из важнейших средств ДУХОВНОГО СОГЛАСИЯ, ибо своевременное признание своих ошибок приводит к миру, к восстановлению добрых отношений, а гордость, надменность, кичливость и высокомерие всегда, как показывает жизнь, приводят к РАЗНОГЛАСИЯМ, К ДУХОВНЫМ РАЗРЫВАМ, К ССОРАМ и даже к тяжким преступлениям, когда в порыве гнева и помутнения разума совершаются жестокие поступки.
       10. Любовь защищает Свободу безнасильственными средствами. Любовь освобождает человека от дурных страстей, от унижений, незащищенности. Любовь и свобода, помноженные на социальную справедливость, создают подлинную демократию жизни, подлинную гарантию человеческих прав.
       О растущем духовном самосознании народа свидетельствуют даже такого рода, казалось бы, крохотные факты, когда одна из демократических партий страны в качестве девиза выбрала следующие слова: "Свобода - это справедливость, а справедливость - это свобода".
       11. Любовь не гордится. Можно, конечно, не соглашаться с Толстым и Достоевским, утверждавшими, что большинство пороков происходят от гордости. В своей пушкинской юбилейной речи Достоевский обозначил свою главную мысль: "Смирись, гордый человек!"
       Гордыня бывает двух видов: трудолюбивая и паразитарная. Успехи иногда пьянят гордые головы. Человек превозносит себя, забывая правило: все, что возносится, должно упасть.
       12. Любовь не раздражается. Раздражение - всегда признак поражения. Когда мы выходим из себя, когда мы теряем над собой контроль, мы теряем все. Человек, владеющий собой, может владеть всем. Раздражительность - самый страшный враг семейного воспитания, супружества, человеческого общения.
       13. Любовь не радуется неправде. Не радуется тому, что дурно. Отвергает злобное наслаждение. Жить по неправде, по лжи - значит калечить себя и других.
       14. Любовь сорадуется истине. "Устами младенца глаголет истина", - гласит народная мудрость. И как часто отцы и матери не прислушиваются к голосу детей. Больше того, нередки случаи, когда мы не хотим, чтобы восторжествовала истина, если она исходит от детей или от неугодных нам людей. Христианская любовь не заинтересована скрывать истину, ей нечего утаивать, поэтому она радуется, когда побеждает истина.
       15. Любовь смиренномудра. Она готова на каждое слово сказать: "Прости", ибо только смиренномудрие сокрушает любого противника. Если человек не покроется смирением, он мало-помалу придет в гневное, бесовское состояние.
       Экстремисты и современные террористы заряжены этим бесовским состоянием, злобностью и готовностью убивать невинных людей. Смиренномудрие не есть покорность и рабское послушание. Смиренномудрие -это уверенность в своей правоте бескомпромиссно защищать высшие духовные ценности.
       16. Любовь щедра. Щедрость души, отмечают американские психологи, - одно из главных качеств педагога-мастера. В России дети и молодые люди с самой низкой самооценкой. Губительны тенденции, как замечал Достоевский, "потушить гения во младенчестве". Нашего воспитанника Андрея Коробейникова исключили из музыкально-педагогического института им. Ипполитова-Иванова якобы "за некорректное поведение". По суду он был восстановлен, тогда администраторы этого вуза заявили: "Что ж, придется исключать по закону", и посыпались "двойки". Коробейников, тринадцатилетний мальчик и гениальный пианист, уже одержавший несколько побед на Международных конкурсах за рубежом, был на грани самоубийства. Ректор Европейского университета права Justo Геннадий Михайлович Шило, прослушав игру мальчика, сказал: "У нас платное обучение, но мы тебе будем платить персональную стипендию". Андрей в 17 окончил университет, а в 18 лет стал доцентом. К 19 своим годам он объездил полмира как пианист, а в Германии и Швейцарии о нем говорили: "Это гений на уровне Моцарта".
       Помогать развитию талантливых профессионалов во всех отраслях нашей жизни - в этом видится одно из важнейших направлений спасения России.
       17. Любовь к семье, к детям, к процессу воспитания - одно из главных условий выхода из семейного кризиса, преодоления демографического спада.
       18. Супружеская любовь - в ней одна из основных целей человеческой жизни, спасения страны от безрадостной безысходности, вымирания.
       Основой истинной супружеской любви является посильный трудовой вклад в улучшение жизни своей семьи, реальная помощь друг другу, выполнение разносторонних работ и обязанностей по устройству быта, воспитанию детей и росту благосостояния семьи. В семье не должно быть деления на мужские и женские работы, хотя при этом должны учитываться индивидуальные особенности и половые различия членов семьи, супругов.
       19. Любовь эстетически выражает себя, ибо она всегда в истинной красоте, которая призвана, как утверждал Достоевский, спасти мир.
       Естественно, и красота не может быть бездеятельностной, пассивной, инертной. Известная поговорка гласит: "Лень - мать всех пороков". Красота без усилий, без увлеченности трудом, своими бытовыми и профессиональными делами, и, наконец, без подвижничества, - блекнет и непременно превращается в уродство. Созидательная деятельность создает красивых людей, создает атмосферу бесконечной ничем невосполнимой радости в семье.
       20. Любовь к Отечеству, вера в ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОСТЬ СВОЕГО НАРОДА, НО НЕ В УЩЕРБ ДРУГИМ НАРОДАМ И НАЦИОНАЛЬНОСТЯМ, стремление обогатить свою страну достоинствами других народов - в этом состоит ВЕЛИКАЯ ЛЮБОВЬ РОССИЯНИНА и к своей Родине, и к миру в целом. Именно такую любовь исповедывали замечательные мыслители и провидцы Вл. Соловьев, И. Ильин, Н. Бердяев и многие другие.
      
      

    9. Свобода как основа демократии и духовно-правового государства

       Представленные мысли о свободе есть всего лишь крупицы, взятые из того духовного богатства, которое наработано человечеством.
       1. Свобода есть способ жизни, присущий любви, - утверждает отечественный мыслитель И.А. Ильин. Следовательно, смысл жизни определяется свободой, наполненной добрыми чувствами.
       Творить и любить можно лишь в свободе. Никогда ни одному человеку не удавалось полюбить по приказу, вдохновенно творить по принуждению. Чувство любви к Родине не навязывается извне, а САМОСОЗИДАЕТСЯ в "легкой предметной радости", утверждает философ. Он подчеркивает: "Патриотизм, как состояние радостной любви и вдохновенного творчества, есть состояние духовное, потому он может возникнуть только в порядке АВТОНОМИИ (свободно) - в личном, но подлинном духовном опыте... Так называемый "казенный", внешнепринудительный, официальный патриотизм не всегда пробуждает и воспитывает в душе чувство родины, нередко даже повреждает его. А между тем опытный и тактичный воспитатель может действительно ПРОБУДИТЬ в ребенке настоящий патриотизм" (Ильин, И.А. "Путь к очевидному". М., 1993. С. 228).
       2. Развитие профессионального таланта продуктивно осуществляется только на основе СВОБОДНОГО ВЫБОРА. Именно поэтому в качестве основного метода мы выдвигаем составление каждым учащимся индивидуальных программ, состоящих из перманентного ряда СВЕРХЗАДАЧ.
       Свободный труд свободного человека создает мастера-профессионала, творческую личность в своем профессиональном деле. В практической работе мы учим молодых людей любить черновую работу, находить в ней радость. Любое профессиональное творчество предполагает наличие элементов разнообразного "нетворческого" труда, преодоление трудностей, решение порой непривлекательных задач.
       Духовно-правовая идеология, культивируя свободу и правовую защищенность личности, создает предпосылки для счастья каждого человека в современном обществе.
       3. Свобода - одно из самых высоких свойств человеческого разума. Свобода не есть осознанная неволя, но есть сознание своей воли, обретение ее всеми чувствами и всеми рациональными свойствами. Ребенок с детства должен открыть эту тайну и вместе с родителями пролагать границы свободы, с ростом расширяя их. Осознание границ своей свободы есть способ целеполагания и реализации своих возможностей. В этом отношении свобода человека безгранична, она не кончается там, где начинается свобода другого индивида.
       Истинно свободен лишь тот, кто заботится о свободе ближнего. Это вторая тайна, которую с радостью осваивает растущий наш воспитанник. Величайшее наслаждение человека состоит в его способности обогатить свободу достоинствами свобод своих ближних. В этом и состоит основа демократизации социума. Заботиться о его гуманном и безнасильственном развитии - это третья тайна свободного мира и свободного человека.
       Такая идеология с осознанной подлинной свободой приходится по душе каждой отдельной личности, становится ее духовным кредо. Такую идеологию граждане нашей страны готовы всячески защищать, бороться за ее разностороннее обогащение.
       4. Свобода всегда враждебна диктату, тоталитарности, авторитаризму. Она проходит самое сложное испытание - испытание властью!
       Очевидно, еще немало столетий свобода будет оставаться таинственной золотой жилой в мощных авторитарных пластах. Не раз под знаком свобод и демократий будут меняться режимы насильственными и ненасильственными способами, но истинная свобода, как линия горизонта для приближающегося к нему путника, будет уходить все дальше и дальше. Истинная свобода есть идеал человеческого самочувствия, есть идеал социального устройства. Диктат и авторитаризм питаются, точнее, паразитируют на свободе, ибо способы действия авторитаризма стары и однообразны, а истинная свобода всякий раз нова.
       В школах, в семьях, в искусстве дети учатся по крупицам постигать вечно обновляющуюся свободу, через прошлые падения заглядывать в будущие демократические устройства семьи, общества, государства, а в жизни, в глубинах своего подсознания они будут до смерти своей блуждать по темным авторитарным лабиринтам. Свобода - это светильник для всех, пребывающих в авторитарных застенках. Воспитание должно дать каждому надежный светильник, и в этом состоит четвертая тайна свободы, подлинно духовно-правовой идеологии.
       5. Свобода лишена стремления достичь власти любой ценой. Сегодня многие семьи захвачены жутким безнравственным ажиотажем, который можно определить двумя словами: любой ценой! Добыть деньги, приватизировать что-то, выдвинуться на важный пост, отхватить куш - любой ценой... а потом, дескать, разберемся! Ажиотажный спрос на безнравственность! Схватить, повалить, отодвинуть - и, как угорелые - по ближним, по купюрам. По трупам! И государство будто стремится любой ценой обмануть родителей и учительство, любой ценой загнать детей в производство, любой ценой продержаться! Как следствие - уродуются и гробятся ростки истинной демократии! Об этом надо говорить с детьми, вместе с ними видеть линии свободного горизонта, приближаться к великим нравственным Идеалам.
       Было бы неверно считать, что коррупционеры, воры и грабители не имеют своей идеологии. Нет, они в целях своего процветания используют те же высокие духовные ценности, всячески извращая их, манипулируя сознанием народа, допускают всевозможную критику в свой адрес и нагло посмеиваются над тем, как эта критика служит их собственной славе, является трамплинами для более вероломных авторитарных действий. Одно из главных направлений подлинно духовно-правовой деятельности состоит в борьбе с такого рода лживой манипуляторской идеологией.
       6. Свобода деликатна, она не вторгается, не вламывается в мир другого человека, считая бестактность одним из сквернейших проявлений души человеческой. Право на внутреннюю свободу и есть пятая тайна духовной власти. Когда молодые люди иной раз говорят, что они хотели бы общаться своими сущностными мирами, они подчеркивают великий смысл деликатных и безнасильственных соприкосновений сущностных свобод, то есть своих глубинных и тайных миров. Это соприкосновение и есть дружба, ибо через подобного рода контакты рождаются и личность, и справедливые социальные устройства, и крепкая семья, и подлинная Любовь. Только таким способом рождается духовное согласие.
       7. Свобода определяет смысл и образ жизни. На что я трачу свою свободу? Хочу я прожить без цели (как трава), или же я хочу направить свою свободу в русло, необходимое МНЕ, моему разностороннему становлению?
       Если цель жизни человека не минует ВОЗМОЖНУЮ самореализацию личности, развитие своих данных (физических, интеллектуальных, эстетических, духовно-культурных), создание своей семьи, выбор профессии и хобби, то какой линии намерены мы придерживаться: "самотечной" (принцип травы) или осознанно-конструктивной?
       Если смысл жизни в приближении своей сущности к Божественным, а не к сатанинским началам, в состоянии ли мы получить радость от побед над самим собой, от преодоления в себе бесовских соблазнов (в еде, сне, удовольствиях, суетном времяпрепровождении, в разжигании нечистых страстей)?
       Как бы то ни было, а во всех случаях достижение жизненных целей, как говорил Макаренко, проходит с учетом приближения к ближней, средней и дальней перспективам. Каждая из них ограничена временными рамками. Европейский университет права Justo и ЦО  1804 заняты сейчас разработкой очередного эксперимента по проблемам ускоренного выявления и развития талантов. Старшеклассники Центра становятся с 9 или 10 классов потенциальными абитуриентами университета, начиная учиться по индивидуальным программам, предполагая окончить школу и вуз на два-три года раньше положенного срока. Такого рода опыт уже был осуществлен в этом вузе: восемнадцатилетние выпускники университета стали аспирантами престижных вузов или прекрасно работают в правовых учреждениях страны. И здесь важно не столько сэкономленное время, сколько пафос личности, вселивший в души молодых людей высокую самооценку, веру в свое профессиональное призвание, в способность создать свое ТВОРЧЕСКОЕ "Я".
       8. Свобода определяет пути и методы саморазвития. Определение своей доминантной линии, своей индивидуальной программы, своего возможного достатка, своей системы ценностей способно помочь организовать жизненную цель: каким я хочу видеть себя? Какими будут мой спутник жизни и моя семья? Как реализовать себя в своем профессиональном мастерстве? Какими средствами буду достигать цели, начиная с сегодняшнего дня, часа, минуты? Школа, семья, вуз должны предоставить молодым людям столько свободы, сколько нужно для развития всех сторон человеческого ума, тела, души. Свобода мысли и свобода делания, свобода выбора и свобода общения составляют основу идеологии, духовной жизни и семьи, и школы. Духовный смысл свободы личности определяется нравственным характером обязательств, которые берет на себя человек. Эти обязательства могут находиться в эстетической, физической, интеллектуальной и духовной сферах саморазвития личности, истинное саморазвитие всегда духовно обогащает окружающих.
       9. Свобода нравственна и целомудренна. Целомудренные влюбленные состояния прекрасны: они помогают быть великодушными и мужественными, терпеливыми и милосердными, открывают глаза на красоту, ведут к укреплению семьи, к доверительным и добрым отношениям, исключающим зряшную подозрительность, ревность и антипатии.
       В супружестве должны торжествовать культ любви и свободы, доверия и взаимоуважения. Дети впитывают в себя характер отношений между родителями и как бы помимо своей воли будут воспроизводить эти отношения в будущей своей жизни. Чем больше благородных чувств они вынесут из своей семьи в период своего детства, тем свободнее и прекраснее будет, если можно так выразиться, их семейное творчество, тем совершеннее станет их воспитательная практика.
       10. Свободе противостоит ложь. Как выразился Солженицын, жить не по лжи - основа справедливого свободного устройства общества.
       11. Свобода защищает социальную справедливость. Она залог истинного общежития в государстве, в школьном классе, в вузе, в семье.
       12. Свобода бережет честь и достоинство каждого, внимательно относится к личности, заботится о повышении чувства собственного достоинства.
       13. Свобода объединяет народы, социальные общности, отдельных людей, руководителей и подчиненных, взрослых и детей. Она верит в высшие ценности мира, верит в человека!
       Все это ведет к ДУХОВНОМУ СОГЛАСИЮ, к преодолению всевозможных распрей и конфликтов между народами, к развитию отношений дружбы и сотрудничества.
       14. Свобода творит человеческое "Я", ибо творцом свободы является личность, реализующая себя в созидательной деятельности, в решении значимых сверхзадач как трудового, так и учебно-самообразовательного плана.
       Человек по своей природе призван расширять свои нравственные пределы человеческого "Я". Он ставится в необходимость преодолевать профессионально-трудовые препятствия, решая при этом все усложняющийся мир проблем и задач. Свобода реализует себя через труд, творчество, духовное единение с людьми.
       15. Свобода воли есть способ управления самим собой, есть способ одерживать победы над собой. Свобода личности обнаруживает себя в гражданской смелости неприятия зла, в любви к ближнему, в авторитете знаний, ума, сердца.
       В этой связи в Европейском университете права Justo разрабатываются инновационные формы и методы воспитания у будущих юристов гражданской смелости и умений всесторонне анализировать характер преступлений именно в нашей жизни. Педагоги этого вуза в своих лекциях затрагивает такие темы, как "Феномены коррупции в социальном поле современности", "Коррупция как механизм социальной деградации", "Коррупция - средство взаимодействия организованной преступности и властных структур". Особое внимание при этом уделяется воспитанию у студентов таких качеств, как бескорыстие, законопослушность, самоотверженность, а также таких достоинств, как честь, правовая доблесть и благородство души профессионала.
       16. Свобода немыслима без самоотречения, освобождающего каждого от тирании соблазнов, искушений, страстей, от деспотизма собственного "я".
       На основе длительного закрытого исследования проблем проституции среди девушек и молодых женщин выявлено, что эта порочность является результатом не только бедности, но и искушением "опробовать" себя во всех видах вседозволенности. Здесь свобода, обращаясь в свою противоположность, становится условием развития бездуховности. При этом образуется у молодых женщин своего рода физиологическая зависимость (по типу наркотической), когда женщина сама не в силах преодолеть свою падшесть.
       17. Раскрепощение внутренних сил, полная разбуженность души и готовность формировать по доброй воле в самой себе подлинную духовность -все это достигается единством любви, воли, порой сверхусилий и серьезными намерениями резко изменить свою жизнь, свои духовные ориентации. Естественно, молодые женщины и девушки, ставшие жрицами любви, не имеют в нашей стране добрых заступников, способных раскрыть им всю пагубность их безнравственной жизни. Больше того, вся жизнь России с ее криминальными структурами, так или иначе связанными с властями, олигархами и правоохранительными органами, все средства массовой информации будто заинтересованы в сохранении этого порочного вида "секс-деятельности". Как известно, в Госдуме пытались даже узаконить секс-услуги, как весьма доходный для государства вид экономической деятельности. В некоторых городах, в частности, в Нижнем Новгороде, даже разработан и опубликован "Кодекс секс-работницы". Такая порочная деятельность на государственно-правовом уровне бесчестие нашей великой державы!
       18. Самореализация личности - главный результат свободы. Самореализация личности предполагает общее и профессиональное развитие человека.
       19. Свобода, правосознание и самосознание (отношение к себе самому) неразлучны. Самосознание свободного человека направлено на то, чтобы постоянно сверять свою жизнь и свои поступки с идеалами свободы и любви.
       20. Свобода, помноженная на любовь, есть цель жизни для себя и для других (прежде всего не в ущерб другим), полное самоосуществление и реализация физических, духовных, интеллектуальных и эстетических данных личности.
      

    10. О духовном согласии между людьми

       Мы пережили эпоху неприятия духовных ценностей Любви и Свободы. Эпоху мерзкого низвержения Бога и негативного отношения к самим себе.
       Сегодня мы учимся любить Бога, себя и ближних своих. От нашего понимания себя и жизни зависит то, какой будет наша семья, что в ней будет преобладать - добро или зло, любовь или ненависть. Когда мы говорим, что любовь есть Бог, мы утверждаем, что Бог и вне нас, и в нас. Убивая в себе свои возможности, свои лучшие человеческие свойства, мы убиваем в себе Бога, что является величайшим грехом. О любви к Богу и к самим себе, людям, свободе очень хорошо написала Зинаида Гиппиус: "Истинная священная свобода начинается с любви к себе - через усилия воскресить в себе божественный образ, реализовать абсолютное значение своей личности. Только из такой выдержавшей все испытания любви к себе рождается действительно свободное Я, свободное сказать другому достойное Ты, и в этом "ты" открыть подлинное равенство "я" и "ты". Лишь через опыт такого равенства личность (отдельное "я") может осуществить правду любви и свободы как в символическом "ты", так и в общественном "мы". Таким образом, не утрачивая своей индивидуальности, человек открывает ценность другого и начинает жить в другом, освобождаясь от изолированности, эгоизма, инстинктов обладания, погружающих его душу еще при жизни в ледяное озеро ада" (см.: "Наше наследие". 1990.  4. С. 63).
       Мы убеждены, что в такого рода мыслях о единстве религиозного и светского сознания нуждается сегодняшний молодой человек, где бы он ни учился: в школе, в вузе или в среднем специальном учебном заведении.
       Мы ратуем за педагогику Любви и Свободы, соединенных с созидательной деятельностью, потому что в этом единстве видится нам один из важнейших выходов из духовного и социально-экономического кризисов. Нам необходимо во что бы то ни стало постичь величайший завет отечественной культуры. И.А. Ильин многократно подчеркивает, что России нужно НОВОЕ ВОСПИТАНИЕ: в свободе и к свободе, в любви и к любви, в сердечной предметности и к священной высшими ценностями предметности. И это - прогноз не на сегодня, не на завтра - на ВЕКА! И это воспитание должно быть правовым, воспитывающим духовно-правовую личность.
       И любовь, и свобода без наполнения их созидательной творческой деятельностью теряют свой высший смысл. Мы часто встречаемся с ДЕКЛАМАЦИЕЙ ВЫСШИХ ЦЕННОСТЕЙ, когда демагог и шкурник, карьерист и подлец взывают к высшим ценностям - Любви, Свободе, а на самом деле исповедуют даже не демонические убеждения, а сатанинские: лгут, изворачиваются, паразитируют на ближних, воруют и убивают, уничтожают культуру, своим невежеством оскверняют духовность и самое святое, что есть в нашей державе.
      

    11. Духовное самоопределение человека

       Право как совокупность норм и правил, санкционированных государством, регулирует отношения между людьми в процессе их сотрудничества и удовлетворения материальных и духовных потребностей, а также отношения в области развития творческой деятельности. Эти отношения могут носить самый разнообразный характер: экономический, политический, имущественный. Они могут быть связаны с межличностными отношениями в семье, в производственной и творческой индивидуальной деятельности, в свободном общении. Правовая норма предъявляет к людям данной социальной общности определенные требования, нарушение которых карается определенными мерами. Право, принимая форму объективного требования в виде тех или иных правил, регламентации или запретов, устанавливает разумный мирный справедливый порядок в общежитие людей. А правосознание, осмысливая логику тех или иных правовых норм, принимая их в свою душу, оценивает разумность или неразумность той или иной правовой нормы. Развитое правосознание умеет различать, где начинает действовать установленная правом норма, а где она кончается и начинается произвол. Таким образом, правосознание состоит в том, что человек не только знакомится с правовыми нормами, понимая их смысл, но и сознает то, что можно и что "должно" делать человеку, как поступать в тех или иных случаях.
       Право как нечто объективное, отмечает Л.И. Петражицкий, сопровождается правовыми переживаниями, при этом правовые эмоции создают и правовые отношения, и правовой опыт, на основе которых формируется и развивается ПОЛОЖИТЕЛЬНОЕ ПРАВОСОЗНАНИЕ. Положительное, зрелое правосознание основывается на духовных самоиспытаниях каждой отдельной личности, закладывающих в душе человека основы духовного опыта. И развитие правосознания, правового состояния человека всецело зависит от его способности расширять свой духовно-правовой опыт, от способности применять объективные правовые нормы в своей индивидуальной жизни, в своих отношениях с другими людьми, обладающими тем или иным уровнем духовного правосознания. Право без правосознания мертво. Только погружаясь в духовную сферу бытия человеческой индивидуальности и тем самым становясь ПРАВОСОЗНАНИЕМ, право становится мощной творческой духовной силой. И правосознание нуждается в праве, чтобы принять в свою душу объективно существующие законы и правила человеческих отношений.
       Именно из этой взаимосвязи права и правосознания рождаются ДУХОВНО-ПРАВОВЫЕ СОСТОЯНИЯ ЧЕЛОВЕКА, ГРАЖДАНИНА ТОЙ ИЛИ ИНОЙ СОЦИАЛЬНОЙ ОБЩНОСТИ. И.А. Ильин специально подчеркивает, что духовное назначение права состоит в том, чтобы ЖИТЬ В ДУШАХ ЛЮДЕЙ, наполняя своим содержанием их переживания и слагая таким образом в их сознании внутренние ПОБУЖДЕНИЯ... Задача права состоит в том, чтобы СОЗДАТЬ В ДУШЕ ЧЕЛОВЕКА МОТИВЫ ДЛЯ ЛУЧШЕГО ПОВЕДЕНИЯ, которое должно быть основано на добровольном выполнении различных обязанностей. И воспитывающими являются правовые акты, в которых личность сама признает необходимость выполнения тех или иных правовых норм, когда сама вменяет себе в обязанность выполнять различные требования права. И это СВОБОДНОЕ ПРАВОВОЕ САМООПРЕДЕЛЕНИЕ есть высший ЗАКОН ДУХОВНО-ПРАВОВОГО РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ. И духовная жизнь страны как раз и определяется множественностью этих духовно-творческих свободных самоопределений.
       Таким образом, право, объективное по своему содержанию, становясь необходимой формой бытия личности, способно ДУХОВНО ОБЪЕДИНЯТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ МИРЫ, ПРИВОДИТЬ В ДВИЖЕНИЕ огромные массы людей. Этот чисто социально-психологический механизм единения людей крайне важен для реформ и обновления правовых норм, законов. В этой борьбе за обновление правовых норм требуется самая высокая духовность, соединяющая в себе щедрость души и милосердие, любовь к людям, государству и к его традициям, знание исторической правды, социальной справедливости и тех просчетов, которые были сделаны ранее многими реформаторами и преобразователями правовых нормативов. В этой борьбе должно быть то, что Ильин называл "духовной настроенностью в отношении к себе и к другим", инстинктивным ПРАВОЧУВСТВИЕМ, в котором человек утверждает собственную духовность и признает духовность других, и хорошее знание таких аксиом правосознания, как: чувство собственного достоинства, способность к самообязыванию и к самоуправлению, взаимное уважение и доверие людей друг к другу. На основе этих аксиом рождается взаимность и солидарность, духовное согласие и стремление к искреннему сотрудничеству. Право, как Любовь и Свобода, является своего рода образом духовной жизни человека на земле или необходимым столкновением высшей духовности с обыденной человеческой душой с ее замурованным глубинным психологическим миром, зажатым суетой и всевозможными тревогами бытия. Духовная жизнь человека нуждается в адекватном духовно-творческом праве, способном примирить человеческую душу с созерцательно-тревожным идеалом.
       В основании правосознания всегда пребывают в неразъединяемой связи духовные и рациональные силы человека, его, порой скрытая, тоска по совершенству и воля к сиюминутным суетно-необходимым решениям.
       Каждый человек, отмечает Ильин, стремится к тому, чтобы обрести некоторое безусловное по своей ценности жизненное содержание и прилепиться к нему душой, получая при этом оправдания своим поступкам и действиям даже тогда, когда разум подсказывает обратные решения. Необходимость права выражает необходимость духа, ибо воля к праву происходит из воли к духу. Казалось бы, все эти усложненные соотношения права и духовности не имеют отношения к объективным требованиям законов и государства тем более. Однако это не так. Истинное духовно-правовое государство призвано заботиться не только о внешнем воздействии прав, законов и правил на человеческую жизнь, но и о внутреннем самочувствии каждой отдельной личности, ибо право всегда есть мера свободы, и свобода определяется границами, очерченными правом. Эти границы диктуются общей государственной целью бытия, которая не должна противоречить личностным целям граждан. Иными словами государство, имея общую цель создания единого духовно-деятельностного союза своих граждан, призвано обеспечить каждому возможность "идти по линии своих наклонностей" (А.С. Макаренко). И государственный интерес, как высшая цель, состоит в гармонизации всех духовно-личностных и индивидуально-правовых интересов граждан, образующих культуру бытия в данном социуме. Право служит не только свободе, но и той высокой любви и братству между гражданами, которые достигаются, воспитываются и развиваются истинной демократией.
      

    12. Цельность и гармония личности -путь к духовному согласию, к спасению и самих себя, и страны, и человечества

       Стихийно развивающийся смерч бездуховности искорежил в людях убеждения, праведные взгляды на жизнь, идеалы. Опустошенность, неверие и душевная расколотость ведут к усилению противоречий в развитии каждого отдельного человека, всей страны.
       Путь духовного спасения каждого человека и страны в целом не в бегстве от реальности, а в той очевидности человеческого становления людей цельными и гармонически развитыми, сердцевиной которого являются такие главенствующие направления жизни, как воспитание гражданственности и патриотизма, создание духовно-правовой идеологии как системы ценностей, гарантирующих с помощью права и законов расширение прав и свобод человека, являющихся ОБРАЗОМ ЖИЗНИ, который присущ ЛЮБВИ.
       В предисловии к нашему интервью в "Парламентской газете" отмечено, что такие категории, как гражданско-патриотическое воспитание, духовно-правовая идеология, связь талантливости и патриотизма нередко вызывают брезгливую опаску, а попытки научить молодое поколение любить Родину, как правило, заканчиваются провалом. Больше того, словосочетание "гражданско-патриотическое" воспринимается как нечто абстрактное, а слово "патриот" приобрело коричневатый оттенок. На страницах различных изданий все чаще цитируются слова Толстого: "Последнее прибежище негодяя - патриотизм".
       Великий Ильин писал своему сыну, что человеку НЕЛЬЗЯ ПРОЖИТЬ БЕЗ ЛЮБВИ К РОДИНЕ, ибо она является ГЛАВНОЙ ВЫБИРАЮЩЕЙ, ОРГАНИЗУЮЩЕЙ, ТВОРЧЕСКОЙ и СОЗЕРЦАТЕЛЬНОЙ СИЛОЙ ЛИЧНОСТИ. Любить или СОЗЕРЦАТЬ СЕРДЦЕМ - значит открыть себе пути единения и с самим собой, и с другими людьми. Созерцание, по Далю, - смотрение вглубь. Ильин поясняет сыну, а, следовательно, и всей молодежи: "Только созерцательная любовь открывает нам ЧУЖУЮ ДУШУ для верного, проникновенного общения, для взаимного понимания, для дружбы, для брака, для воспитания детей".
       В ответ на замечание сына: "Любви нет: кто пробудит ее в черствых сердцах?", Ильин пишет: "Да, в людях мало любви. Они исключили ее из своего культурного акта: из науки, из веры, из искусства, из этики, из политики и из воспитания. И вследствие этого современное человечество вступило в ДУХОВНЫЙ КРИЗИС, невиданный по своей глубине и по своему размаху... Без любви мы обречены со всей нашей культурой... Только созерцательная любовь открывает человеку его РОДИНУ, т.е. его ДУХОВНУЮ СВЯЗЬ с родным народом, его национальную принадлежность, его душевное и духовное лоно на земле" (Ильин, И.А. Т. 3. С. 234).
      

    13. О чести и достоинствах России

       Передо мной законопроект Госдумы "О чести и достоинстве гражданина России".
       Размышляя о проблемах спасения России, отечественный мыслитель-правовед И.А. Ильин отмечал, что Россия погибла от смуты и бесчестия и возродится только через честь, которая является ЖИВЫМ ЧУВСТВОМ СОБСТВЕННОГО ДОСТОИНСТВА и выражает любовь к своим алтарям и отвращение ко всякой кривизне, лжи и насилию. Честь каждого гражданина неотделима от чести и достоинств России с ее исторической государственностью, воинской доблестью и живым осязанием каждым гражданином своего единства с Родиной.
       Дух бесчестия торжествует тогда, когда у власти оказываются бесстыдные и лживые манипуляторы народным сознанием, жадные и жестокие грабители, целенаправленно осуществляющие террор против своего народа, загнавшие обессиливших и задурманенных своих граждан в безбрежное море нищеты и катастрофически растущей смертности.
       Как тут не вспомнить великого Гоголя с его горестным откровением: "Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа".
       Будто бы нет ответа и сегодня. Но только будто бы... Он есть, и не нужны ни медногрудые кони, ни романтические причитания о бойком народе с ярославским расторопным мужиком: борода да рукавицы. Зреет в душах людских новая реальность с новыми предчувствиями рождения живого чувства чести и собственного достоинства, с утверждением на века высоких духовных ценностей Любви, Свободы, Добра, Истины и Красоты, Социальной справедливости и Торжествующей Созидательной деятельности народа, стремящегося породниться со всеми другими народами мира.
       Общаясь с молодыми людьми разных регионов России, мы видим, как зреет их готовность утверждать самые высокие духовные идеалы, "чего бы это ни стоило: позора, унижения и даже смерти" (К. Ушинский). Чтобы не было зряшных взрывов или всплесков искаженного правосознания, лжепатриотизма, основанного на насилии и новой лжи, нужна величественная, честная духовно-правовая идеология, утверждающая великие заповеди отечественной и мировой культуры, учитывающая традиции и чаяния нашего народа. Честь и достоинства государства российского, наше прошлое и будущее обязывают каждого из нас во что бы то ни стало преодолеть катастрофически растущее БЕСЧЕСТИЕ в нашей стране, всячески развивать и обогащать новым содержанием те достоинства нашей страны, которые порой ценою жизни утверждались лучшими сыновьями и дочерьми великой державы.
       Сегодня духовный кризис, охвативший все страны мира, пытаются преодолеть средствами на государственном уровне многие державы. Очевидно, в скором времени усилия стран, вовлеченных волею судьбы в эти процессы, будут объединены во имя спасения человечества. Назрело время разработать и утвердить на уровне ООН миротворческие системы, основанные на высших духовных ценностях - ЛЮБВИ, СВОБОДЫ, СОЦИАЛЬНОЙ СПРАВЕДЛИВОСТИ, ПРАВА И СОЗИДАТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ, НА ДУХОВНОМ СОГЛАСИИ между народами.
       Защита ЧЕСТИ и ДОСТОИНСТВ каждой страны, и на этой основе защита этих духовных богатств в душах людей, в их ценностных ориентациях - в этом благородном деле поможет только Любовь, раскрывающая каждому отдельному гражданину своей страны ВЕРУ в ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОСТЬ СВОЕГО НАРОДА, НО НЕ В УЩЕРБ ДРУГИМ НАРОДАМ И НАЦИОНАЛЬНОСТЯМ, надежду на спасение человечества, на дружбу и мир между людьми.
       Данным Манифестом Российские педагоги и молодежь выступают с инициативой принять участие в разработке духовно-правовой идеологии с ее частными методиками и технологиями и на этой основе объединить усилия молодых людей мира. Европейский университет права совместно с Восточно-Европейским отделением Международной Академии Наук уже опубликовал и разослал в 27 стран мира некоторые технологии по этим проблемам, содержание которых было обнародовано 9 сентября 2005 года на страницах "Парламентской газеты" в публикации "Семинар-тренинг для талантов", а также в фундаментальном учебном пособии "Дорогу талантам" (Изд-во "Русский мир").
       Этот Манифест также будет разослан в 27 стран мира, и на этой основе по обозначенным в нем проблемам предполагается провести Международную конференцию.
       Аналогичную работу проделал и Центр образования 1804, где создан Миротворческий отряд ООН, установлены творческие связи с ЮНЕСКО.
       Успешное завершение процессов РЕИДЕОЛОГИЗАЦИИ позволит прийти к так необходимому консенсусу на мировом уровне - только такие меры помогут преодолеть развивающиеся противоречия, которые стали серьезной угрозой миру, духовному согласию между народами.
      

    14. Заветы отечественных мыслителей будущим поколениям

       Где и когда родится и угаснет со смутными предчувствиями такое историческое поколение, как наше? Родится и отмучается, исчерпав себя в фантастических кровавых экспериментах, в катастрофах и псевдодемократических виражах. В какой стране, жаждущей духовного обновления, будет выращен маленький человечек, отчужденный от самого себя, обманутый и расколотый, соединивший в себе свободу и рабство, любовь и ненависть? Эта приговоренность к мессианству согревает наши души теплом пророческих предсказаний отечественных праведников, изгнанных в свое время за кордон или умерщвленных в суровых казематах нашего Отечества.
       Их главные мысли, пророчества и теории так или иначе связаны с защитой ПРАВ и СВОБОД человека, с необходимостью развивать и укреплять правосознание народа на основе великих общечеловеческих ценностей.
       "Необходимо приблизить право к народу, - утверждал И.А. Ильин. - Необходимо укрепить массовое правосознание, чтобы каждый человек знал и ценил свои законы, добровольно соблюдал свои обязанности и лояльно пользовался своими полномочиями. Право должно стать фактором народной жизни, мерою поведения каждой отдельной личности, силою народной души".
       Духовное назначение права, размышляли отечественные мыслители, юристы, писатели Достоевский, Чернышевский, Бердяев, Ильин, Кони, Ровинский, Петражицкий и другие, состоит в том, чтобы жить в ДУШАХ ГРАЖДАН СВОЕЙ СТРАНЫ, формируя мотивы и потребности для лучшего поведения. При этом подлинная гражданственность рождается тогда, когда личность сама, добровольно, признает необходимость выполнения различных обязанностей.
       К этим актам ДОБРОВОЛЬНОГО САМООПРЕДЕЛЕНИЯ, в частности, молодых людей, говорил Булгаков, легко приобщить, ибо они всей своей жизнью приуготовлены к подвижничеству, они мечтают не об обеспеченном минимуме, а о героическом максимуме.
       Истинное духовно-правовое государство призвано заботиться не только о внешнем воздействии права, но и о внутреннем самочувствии каждой отдельной личности, ибо право всегда есть мера свободы, незримые границы которой очерчены правосознанием человека. Государство, имея общую цель - создание сплоченного духовно-правового союза граждан, призвано обеспечить каждому "идти по линии своих наклонностей" (А.С. Макаренко). И государственный интерес состоит в гармонизации всех духовно-личностных и индивидуально-правовыхинтересов граждан, обеспечивающих ДУХОВНОЕ САМОУТВЕРЖДЕНИЕ ЛИЧНОСТИ, РАЗВИТИЕ И УКРЕПЛЕНИЕ ЧУВСТВА СОБСТВЕННОГО ДОСТОИНСТВА ЛИЧНОСТИ.
       Право и государство творят новые формы жизни. Только гражданин с высоким чувством собственного достоинства "может уважать право и в то же время создавать такое право, которое не было бы унизительно для человека, не извращало бы способ его жизни, не обслуживало бы его порочных и гибельных влечений" (И.А. Ильин).
       Права, правила, законы должны быть такими, чтобы в них нуждался каждый гражданин страны. Отечественные космисты П.А. Флоренский, А.К. Горский, Н.А. Сетницкий, К.Э. Циолковский, В.И. Вернадский и многие другие связывали развитие духовного достоинства человека с "жаждой космического расширения существа" (А.К. Горский). "Рассматривая человека как МИКРОВСЕЛЕННУЮ, как единство духовных и космогонических начал, они предсказывали, как на основе СИНТЕЗА НАУК, КУЛЬТУР и ИСКУССТВ будет формироваться НОВЫЙ ЧЕЛОВЕК, человек с творческим мышлением и воображением, с чувством красоты и совершенным вкусом, с развитыми формами человеческого наслаждения" (К. Маркс).
       Отечественные космисты (Горский, Сетницкий, Муравьев, Чижевский, Вернадский и др.) утверждали, что человек, располагая специфической энергией огромной мощности, должен на основе высших духовных ценностей - Любви, Свободы, Красоты, Истины, Добра и Созидания создать в соответствии с этими ценностями и НОВЫЙ МИР, И НОВЫЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ с ПОСТОЯННО ОБНОВЛЯЮЩИМСЯ ПРАВОСОЗНАНИЕМ и с НОВЫМ ВЫСОКИМ ЧУВСТВОМ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ДОСТОИНСТВА.
       ...Невольно вспоминается, как исламские экстремисты с четырехлетнего возраста формируют будущих террористов и камикадзе. Не пора ли нам с самого раннего возраста формировать в наших детях и молодых людях острейшую потребность на основе высших духовных ценностей в преобразовании этого погибающего мира.
      

    15. Международное значение Манифеста

       Высокая оценка предложенной нами духовно-правовой идеологии представителями ООН, ЮНЕСКО, учеными, педагогами и общественными деятелями различных стран мира свидетельствует о назревшей необходимости СОЗДАТЬ ЕДИНУЮ ДЛЯ МИРОВОГО СООБЩЕСТВА духовно-творческую систему идеалов и соответствующих им технологий.
       Знаменательно такое заявление представителей США, КАНАДЫ, ЯПОНИИ и других стран, посетивших наш Центр Образования 1804: "Если бы на основах такой духовно-правовой идеологии работали бы воспитательные учреждения всех стран, не было бы ни войн, ни международных конфликтов, ни терроризма, ни других извращенных форм правосознания..."
       Как отмечалось выше, нам удалось опубликовать некоторые наши педагогические технологии по вопросам формирования гражданственности и патриотизма в системе ускоренного развития дарований, высших способностей и профессиональных талантов для 27 стран мира, откуда были получены положительные отзывы, как и в ходе ряда проведенных Международных конференций.
       Примечательно и то, что идеи "Манифеста" разделяют многие компании мира ("ЛАШ", "ИВА" - Россия, "ТОР ОПТИМА" - США, "ХАРИС" - Франция и др.), а также такие крупные фонды, как фонд "Преодоление", "Всероссийский Фонд образования" и др. Некоторые компании, в частности, "ЛАШ" и "ИВА", оказывают реальную помощь в издании различных книг и учебных пособий по проблемам реализации идей "Манифеста".
       Проблемы РЕИДЕОЛОГИЗАЦИИ, то есть проблемы создания ГУМАНИСТИЧЕСКИ-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ ИДЕОЛОГИИ, являются в настоящее время крайне актуальными для США, о чем неоднократно говорил в своих выступлениях Джордж Буш.
       Идеи Свободы, Чести и достоинства граждан мира, воспитания у молодого поколения любви к своему Отечеству (не в ущерб другим народам), к своей семье, к своим потенциальным возможностям и достоинствам, идеи ДУХОВНОГО СОГЛАСИЯ становятся самыми актуальными для обеспечения доброго мира на планете, преодоления войн и распрей, террористических и экстремистских тенденций.
       Содержание "Манифеста" направлено всецело на ОБНОВЛЕНИЕ МИРА СРЕДСТВАМИ КУЛЬТУРЫ, ПРАВА, ДУХОВНОСТИ, ВОСПИТАНИЯ. Одной из самых острейших проблем многих стран мира является проблема преодоления ДЕМОГРАФИЧЕСКОГО СПАДА, кризиса семьи, утраты привлекательности семейного образа жизни. Наши книги по проблемам семьи и семейному воспитанию облетели весь мир и во многих странах (США, Канаде, Индии и др.) названы лучшими произведениями мировой культуры по проблемам воспитания на основе общечеловеческих ценностей Любви, Свободы, Красоты, Добра, Социальной справедливости, Духовного согласия между людьми. Мировому сообществу нужна как воздух ЕДИНАЯ ДУХОВНО-ПРАВОВАЯ ИДЕОЛОГИЯ, способная привести и к духовному согласию, и к дружбе между народами. С этим согласны представители ООН и ЮНЕСКО, представители различных КОНФЕССИЙ, кстати, одобривших наши теоретические подходы к трактовке высших духовных ценностей.
       Мы рассматриваем данный "Манифест" как попытку предостеречь страны и народы от войн, распрей, междоусобиц. Спасение человечества - самая актуальная проблема каждой страны, всего мира в целом.
      
      

    II. ЗАПОВЕДИ

    ДУХОВНОГО СОГЛАСИЯ И НАЦИОНАЛЬНОГО ДОСТОИНСТВА
    В ГРАЖДАНСКОМ ОБЩЕСТВЕ

      
       Современные отечественные политологи и государственные деятели, в том числе и Глава Правительства РФ В.В. Путин, отмечают, что в основе создания обновленной идеологии лежат ценности свободы, национального суверенитета, народности, национального достоинства, построения гражданского общества и созидательной деятельности.
       Казалось бы, простые и ясные максимы: "Люди! Любите друг друга, помогайте друг другу независимо от того, какой вы национальности или вероисповедания. Помогайте, даже если ненавидите друг друга!.." - Но как трудно их реализовать.
       Сила человеческая в единстве - в нем залог успехов каждого, наше спасение и процветание. Многие народы погибли в рассеянии, из-за распрей, из-за претензии на свою абсолютную исключительность. Народная гордыня и чрезмерное самомнение нации - есть тягчайший грех и перед своим народом, и перед человечеством!
       Столь же великим грехом являются недооценка национальных достоинств, принижение статуса своего народа, национальное самоуничтожение личности. Каждая народность, будучи Божьим созданием, уже поэтому исключительна, уникальна, неповторима и имеет свой собственный путь духовного и материального развития. Народ, который не верит в свои силы, который не борется за свой национальный путь развития, за независимость своего самосознания, обречен на неминуемую гибель. Жизнь сегодня складывается так, что каждому народу выдается свой карт-бланш. Не упустить возможность помочь народу развить собственное самосознание, обрести духовную и материальную автономию, сознание своей исключительной роли в общем и едином потоке движений всех народов, всего человечества - вот первоочередная забота каждого гражданина своей страны.
       На равных соседствовать и взаимообогащать могут лишь народности с равными самооценками. Не могут не угнетать друг друга два народа, если один из них с заниженным статусом, а другой - с завышенным. Единство есть равенство потенциальных возможностей, есть равенство исключительностей, равенство не просто высоких статусов, но равенство тенденций к повышению статусов.
       Сознание своей исключительности в том случае будет оправданно и нравственно, если будут осознаны каждым народом в первую очередь его греховность, возможность тоталитарной неволи, способы защиты существующих на земле пороков, его жажда искоренять эти пороки. Такое основание исключительности способно объединить народы.
       Сознание своей исключительности, но не в ущерб другим народам - вот формула сотрудничества разных наций, формула единения народов на нравственных общечеловеческих началах.
       Однако и единство не самоцель. Оно лишь средство для достижения величайшей цели, какой являются и благо каждого человека в национальном единстве, и благо человека на перекрестьях всех наций, и благо каждой семьи, каждой народности, и благо всего человечества! Вот в чем смысл национального вопроса, вот к чему нужно стремиться. Все остальное производное, оно придет само собой. Помогайте друг другу, помогайте людям всех национальностей, и в первую очередь гонимым, униженным, проклятым и дискриминируемым! Не бойтесь прослыть националистами, интернационалистами, нациофилами и нациофобами! Не бойтесь любви к ближнему, даже если этот ближний другой национальности, другого вероисповедания, другой социальной общности. Помогайте в первую очередь тем, к кому, казалось бы, у вас не лежит душа, кого вы не выносите по каким-либо генетическим или социальным причинам! Общечеловеческое широко и вечно - его двери распахнуты настежь для всех вероисповеданий, для всех национальностей, для всех партий и государств. Истинный универсалист только тот, кто кровными узами связан с заботой обо всех национальностях, все остальное - провокация и обман! Шире привлекайте к такого рода заботам людей, близких вам по крови, ибо голос крови есть зов мудрых наших предков, голос отцов и дедов, матерей и бабушек, чья вера в добрую любовь ко всем народам никогда не иссякала.
       Самый тяжкий грех человеческий - блуд на крови. Любой призыв к шовинизму, антисемитизму, национализму есть блуд на крови. Он ведет к смертям и к духовным распадам. Термин "интернационализм" загрязнен блудом на крови. Под знаком интернационализма уничтожались целые народы - немцы Поволжья, приазовские греки, крымские татары, чеченцы и ингуши. Под знаком интернационализма уничтожались русские и евреи, поляки и испанцы, башкиры и узбеки, таджики и киргизы, литовцы и эстонцы, латыши и финны, армяне и грузины, якуты и ненцы, а также сотни других народностей.
       Блуд на крови порождал смертоносные действия и заканчивался гибелью народов, нравственным распадом социальных общностей. Блуд на крови разрушал самое великое Божье создание - РОДСТВЕННОСТЬ МЕЖДУ ЛЮДЬМИ и НАРОДАМИ. Блуд на Крови, именуемый в коммунистической пропаганде интернационализмом, утверждал самое тяжкое бедствие народов -РАЗОБЩЕННОСТЬ. Если мы хотим уберечься от неизбежных катастроф, мы должны приемлемой ценой преодолеть разобщенность и способствовать развитию межчеловеческих отношений, завещанных Евангелием. Общечеловеческое есть УНИВЕРСАЛЬНОСТЬ, где национальное непременно обогащается достоинствами других народов. Общечеловеческое есть всеединство, о котором так много говорили русские философы, оно есть тот высший универсализм, где истинно национальное объединяется с истинно общечеловеческим и достигает Божественных высот. Общечеловеческое есть форма и способ проявления и развития национальных достоинств. Национальное есть та почва, в которой пребывает, развивается или деградирует человеческий характер. Универсальность обнаруживается и развивается в национальном, на перекрестьях различных национальностей, на полном преодолении завышенных национальных самооценок. Человеческая универсальность - это то, к чему должны стремиться народы, каждый человек в этом подлунном мире.
      

    Семь заповедей национального универсализма

       1. Ищите прекрасное в каждой национальности. Настраивайте себя, своих детей, внуков, сослуживцев, соседей, всех, с кем приходится вам общаться, на то, чтобы видеть достоинства в людях всех национальностей без исключения. Поживите в этом измерении несколько дней, и вы почувствуете, как к вам снизошла Божья Благодать, и вы стали иным человеком.
       2. Обогащайте свое национальное достоинство достоинствами всех других национальностей. Эта заповедь требует соблюдать и такое правило, как неспособность возводить свое несовершенство в закон, что подразумевает постоянные раздумья о своей греховности, о преодолении гордыни и самомнения.
       3. Улучшайте воспитание своих детей педагогическими достоинствами всех народов.
       Если вы увидите, что евреям присуща необычайно кропотливая забота о воспитании своих детей, о том, чтобы дать им всестороннее развитие (а эта черта отмечается исследователями во всем мире), постарайтесь перенять эту великую национальную черту евреев и немедленно разработайте для своих детей более усложненную и всеобъемлющую программу развития.
       Если вы приметите, что англичанам свойственно воспитание джентльмена, знающего цену своему человеческому достоинству, предприимчивого и трудолюбивого, - постарайтесь перенять у англичан эту черту.
       Если вы обнаружите, что узбекские дети заняты физическим трудом больше всех детей в мире, и родители проявляют необыкновенную заботу о том, чтобы трудолюбие не снижалось ни при каких условиях, задумайтесь над тем, чтобы перенять у узбеков эти великолепные и всемогущие родительские установки.
       Если вы узнаете, что немецкие дети с ранних лет приучаются к чистоте и порядку, к дисциплине, точности и трудолюбию, сделайте все, чтобы и ваши дети росли в таком же точном и дисциплинированном ритме.
       Если вы почувствуете, что американские дети и молодые люди предприимчивы, тяготеют к самостоятельности, доброжелательны и трудолюбивы, не бойтесь привнести эти черты в жизнь ваших семей.
       Если вам удастся побывать в грузинских или армянских семьях, и вы услышите, как ласково и заботливо обращаются родители со своими детьми, поучитесь у них этой ласковости и гуманизму.
       Если вам часто приходится бывать в русских деревнях, задумайтесь над тем, насколько цельно и бесхитростно развиваются истинно природные и истинно народные начала в русских семьях...
       4. Учитесь у других народов САМОМУ ВЕЛИКОМУ УЧИТЕЛЮ ЖИЗНИ -ТРУДУ, добывая в поте лица свой хлеб и кров. Только труд способен вывести вашу душу из беды, а тело избавить от холода, голода и нищеты.
       Никогда не забуду, как с одним партийным работником подъезжал к одной деревушке в Пермской области, и этот работник сказал:
       - Сейчас увидите кусочек Западной Европы.
       И мы действительно увидели чудо. Это было селение высланных сюда немцев. Великолепные дома, кафе, удивительное обслуживание, кофе в крохотных чашечках, бутерброды с семгой и полные достоинства люди -невероятный контраст с окружающей жуткой действительностью: поваленные избы, голод и нищета, плач детей. А партийный работник рассуждал:
       - Они - как бельмо на глазу. Их, подлецов, сгрузили здесь и ничего, кроме лопат и топоров, им не дали, причем самая худшая земля, песок да камень, а они вон что отстроили, как в рожу нам плюнули...
       Надо ли комментировать столь типичный негативизм?!
       5. Заботьтесь о формировании руководящих кадров. Руководящие кадры - это святая святых нормального человеческого устройства страны. Кадры решают все! Кадры сегодня - это наше завтра! Сейчас повсюду создаются элитарные школы (замечу, где будут формироваться руководящие кадры!), постарайтесь, чтобы эти школы не стали привилегией только для одних групп людей, национальностей или социальных общностей. Каждая лаборатория, каждый институт, каждое предприятие должны стать кузницей универсальных кадров - людей, лишенных националистических вывихов.
       6. Храните честь и достоинства своего народа, своей семьи, своего имени, научитесь сотрудничеству с другими странами.
       7. Готовьте молодежь принять эстафету поколений. Пусть каждое поколение свято бережет и внедряет вышеизложенные заповеди. Каждый раз, когда со сцены уходит старшее поколение, на его смену должна стать мощная когорта заблаговременно подготовленных молодых людей разных национальностей, для этого нужно как можно раньше выдвигать на руководящие должности молодых людей, доказывая их зрелость и талантливость. Мы должны передать нашим детям больше, чем мы приняли от отцов, а те, сохраняя и приумножая принятое, передадут его в свою очередь потомкам. В преемственности поколений - наша сила, наша стабильность, наше бессмертие.
       Эти семь заповедей не исчерпывают всего богатства национального универсализма, но они открывают перспективы тем, кто сегодня озабочен избавлением народов от кровопролитных войн, от межнациональных распрей, от убийств и унижений как отдельных людей, так и целых народов. Мир жесток до тех пор, пока в загоне человеколюбие. Каждый народ - кузнец своего счастья. Если есть возможность помочь другим народам в подготовке кадров (если, разумеется, эти народы хотят этого), надо всегда помогать, от этого выигрывают и помогающие, и те, кому помогают. Есть народы, которые живут как бы созерцательно, иногда надеясь на авось, - не ругайте их за это, в этой созерцательности есть свои достоинства, своя божественная нравственная сила, которая, когда настанет черед, способна обернуться великим свершением и преимуществом. Если есть возможность, и народы не протестуют и хотят этого, помогите им выйти из состояния неразбуженности. Всегда ждите милости и от природы, и от людей, и от Бога.
       Помните, все высокооплачиваемые, влиятельные, прибыльные должности - это национальное достояние народа. Помните, тогда будет в государстве и в обществе благоденствие, когда доросший до универсальной народности гражданин станет защищать интересы всей социальной общности, окажется способным свято придерживаться великих заповедей народного всеединства. Мы придерживаемся единства, чтобы безнравственные люди не смогли воспользоваться нашей щедростью души, нашим нравственным великодушием.
      
      

    III. КОНЦЕПЦИЯ

    ПРЕОДОЛЕНИЯ СЕМЕЙНОГО КРИЗИСА, ДЕМОГРАФИЧЕСКОГО СПАДА,

    НЕГАТИВНЫХ ЯВЛЕНИЙ В ДУХОВНОМ СТАНОВЛЕНИИ ДЕВОЧЕК-ПОДРОСТКОВ, ДЕВУШЕК, МОЛОДЫХ ЖЕНЩИН РОССИИ

    СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ ПРИЧИНЫ КРИЗИСА СЕМЬИ И ЕГО ТРАГИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ

    1. Современный кризис семьи

       В "Семейном Кодексе Российской Федерации" отмечается, что "в последние годы семья как социальный институт (в России 90% граждан проживают в составе семьи) находится в кризисном состоянии. Кризис семьи обусловлен недооценкой ее роли в жизни общества, каждого отдельного индивида, выражающейся во вторичности учета чисто семейных потребностей людей по сравнению с нуждами развития экономики, другими государственными и общественными нуждами. Перегруженность взрослых членов семьи, прежде всего женщин, решением насущных бытовых проблем, высокая степень занятости женщин на производстве, низкий уровень доходов не обеспечивают стимулов к рождению детей, их качественного воспитания" ("Семейный кодекс РФ". М., 1996. С. 7.)
       Этот сложный кризис мы рассматриваем как духовно-правовое явление, где женщины, в первую очередь ответственные за воспитание детей, подают дурной пример своим детям, в частности, девочкам, которые, видя нужду, бесправие и тяжелую беспросветную жизнь своих матерей, не желают повторять их жизненный путь.
       Социальная, экономическая и духовная безысходность однозначно приводит девушек и молодых женщин к поискам выхода из создавшегося развивающегося кризиса средствами так называемой "рыночно организованной секс-деятельности".
      

    2. Утрата привлекательности семейного образа жизни и главнейшая цель самореализации женщины

       В "Кодексе" справедливо отмечается, что в последние годы семейный образ жизни РЕЗКО УТРАТИЛ СВОЮ ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОСТЬ. Девочки уже с детского сада решают для себя ни в коем случае не повторять тяжелую судьбу своих матерей, часто играют в игры, где предпочитают быть не замученными нуждой мамами, а валютными проститутками, имеющими доступ к красивой жизни: загранпоездки, отдых на Гавайских островах, роскошное жилье, одежду, хорошее питание. "Замуж выходить не тороплюсь, - часто говорят девушки и молодые женщины. - Сначала поживу для себя". Это "поживу для себя" нередко продолжается до сорока лет: женщина оказывается в водовороте сексуальных напряжений. Ее организм изнашивается и часто последствием оказывается неспособность к деторождению. Снижение рождаемости, не обеспечивающей простого воспроизводства населения, приводит к демографическому кризису с его тяжкими последствиями. Если ежегодно численность населения снижается на один миллион, то через сто - двести лет нас ждут пустующие города и вымирающие селения.
       Наблюдается и такая тенденция, как вынужденное рождение детей вне брака. Увеличивается число так называемых гражданских браков, где жизнь "супругов" не закреплена правовыми нормами. Фактически эти часто повторяющиеся гражданские браки выражают тенденцию ложной свободы или вседозволенности, утверждающей различные формы разврата.
      

    3. Карьерные устремления против создания семьи

       Многие молодые женщины до 35 лет все свои силы отдают самореализации в области своего профессионального роста, откладывая "на потом" решение проблемы создания семьи. Цель внешне выглядит будто бы благородной. Но на самом деле в жизни все происходит совсем не так, как рассчитывают девушки и молодые женщины. Сосредоточенность на карьере нередко убивает чисто женские начала (внутреннюю красоту, глубинные подсознательные зачатки будущего материнства, возможную любовь к будущему супругу, к семье, к детям). Кроме того, девушки и молодые женщины, ориентированные на достижение карьерных успехов, как правило, для поддержания жизненного тонуса (как они сами это формулируют), не отказывают себе в сексуальных связях, считая их даже необходимыми для поддержания своего здоровья.
       Эти тенденции объясняются и развивающейся эмансипацией женщин, их стремлением к независимости, что вызывается весьма часто тем, что современные молодые мужчины оказываются неспособными материально обеспечивать семью и вполне довольствуются мимолетными безответственными сексуальными связями. Исследователь психологических причин такого падения молодых мужчин профессор В.А. Разумный эти явления назвал экономической импотенцией, весьма распространенным "заболеванием" в нашей стране. Опросы молодых мужчин и женщин показывают, что 80% опрошенных считают, что современные женщины даже по своему характеру являются более решительными, смелыми, работоспособными и выносливыми, чем мужчины. Многих мужчин устраивает то, что их любимые являются основными добытчиками средств к существованию, а они нередко выполняют роль домохозяек: стирают белье, моют полы, готовят пищу. Такая противоестественность часто приводит к развалу супружеских отношений, к скандалам, губительно сказывающимся на воспитании детей, если они есть в семье.
      

    4. Социокультурные проблемы мирового масштаба

       Демографический спад проходит во всем мире, впрочем, несколько исключая страны Востока, Китай, Индию, где раннее деторождение в 14-16 лет является нормой. То, что возрастные границы рождения детей сдвинулись до 30-36 лет, тревожит многих.
       По этим проблемам существует несколько точек зрения. Так, психологи Техасского Университета под руководством профессора Джона Мировски на основе изучения истории болезней трех тысяч женщин установили динамику болезней женщины. По их данным, здоровье женщины улучшается после 22 лет и к 34 годам большинство женщин становятся здоровыми, и именно поэтому они считают, что такой поздний возраст - самый благоприятный для деторождения. Эти ученые заключают: "Женщина, родившая первого ребенка в 34 года, с точки зрения состояния здоровья на 14 лет моложе той, что родила ребенка в 18 лет".
       Против таких выводов выступили гинекологи Оксфордского университета: "Женщины, родившие в 34 года, не смогут родить второго ребенка раньше 37 или 38 лет, а в этом возрасте труднее всего сохранить беременность... Желательно не дожидаться тридцатилетнего возраста, пока появятся проблемы и придется прибегать к искусственному оплодотворению".
       Представитель Королевского акушерского колледжа выдвинул предположение, что результаты исследований в большей степени зависят от экономического "здоровья, чем от идеального возраста": так называемые карьеристки, которые откладывают рождение ребенка, имеют более высокий доход, более высокий уровень образования, лучшую диету и лучшие жилищные условия, иными словами, лучшие финансовые и социальные условия. Но самый благоприятный возраст женщины для деторождения - 18-22 года".
      

    5. Сущность и содержание духовно-правовых факторов

       Реальным выходом из создавшегося положения являются две могучие силы жизни, характерные для любой цивилизованной страны - это ПРАВО и ДУХОВНОСТЬ.
       При своей приоритетности социальных и экономических условий жизни семьи, духовно-правовые факторы являются главенствующими в создании здоровой семьи.
       Если духовность есть сила проявления интеллектуально-эстетических и нравственно-волевых данных личности, то право выражается в силе, способной оберегать духовность, законодательно гарантировать ее развитие. Высшими ценностями духовности и прав являются Любовь и Свобода. Если "Свобода есть образ жизни, присущий любви" (И.А. Ильин), то право призвано на законных основаниях создавать необходимые условия для обогащения складывающегося образа жизни глубоким интеллектуально-эстетическим и нравственно-волевым содержанием. Духовность и право развиваются и регулируются третьей силой -творчеством, основанным на продуктивном мышлении, воображении и способности совершенствовать свой образ жизни, придавать своей Любви и своей Свободе великий гуманистический смысл.
       Мы рассматриваем любовь в ее следующих сферах - любовь к тому социуму, в котором родился и живет человек (родной дом, родной край, Отечество), любовь к своей семье, к близким, к людям, любовь к своему профессиональному делу и любовь к своим достоинствам и потенциальным возможностям. Таким образом, мы не замыкаем любовь ни в отвлеченные рамки чувственности, ни в ограниченную сферу сугубо личных притязаний. Именно поэтому мы признаем и призываем свято чтить те заповеди Любви, которые выработала светская и религиозная культура: любовь - это подвиг и ответственность, стремление к истине и самоукорение, смиренномудрие и щедрость души. Любовь - это и ТРУДО-ЛЮБИЕ, и МИРО-ЛЮБИЕ, и ДРУЖЕЛЮБИЕ, и ЧЕЛОВЕКО-ЛЮБИЕ, и СВОБОДО-ЛЮБИЕ. И Свобода выступает в этом чудесном единстве, как ГЛАВНЕЙШЕЕ условие САМОРЕАЛИЗАЦИИ личности, личности, у которой в качестве ЦЕЛИ ЖИЗНИ - освоение, осуществление и разностороннее развитие человеческих достоинств на основе приведенных выше великих духовно-творческих заповедей.
       Как бы трудно ни было молодым людям, они все равно на первое место в своей жизни должны ставить свое самоосуществление в тех сферах Любви, которые названы нами выше: любовь к своим достоинствам и потенциальным возможностям, любовь к своим избранникам и избранницам, любовь к семье, к близким, к отечеству, призванному на правовой и духовной основе заботиться о новом поколении людей. И государство в том случае будет процветать и возрождаться к лучшему, если в качестве одной из основных целей поставит ЗАБОТУ О РАЗВИТИИ И УКРЕПЛЕНИИ ИНСТИТУТА СЕМЬИ - не менее важного, чем экономика и другие сферы деятельности.
       Разумеется, эта забота должна осуществляться на духовно-правовой основе. В этом нам видится главное направление преодоления многих отмеченных нами социальных кризисов.
      

    6. Трансцендентальные основы педагогического искусства,
    высшие цели воспитания и самосовершенствования личности

       Педагогическое искусство трансцендентно по существу. Педагогическое искусство - всегда прорыв в сферу духовно-высшего, в сферу никому не ведомой универсальности. Оно открывает новые пути в теории и практике образования, развития и воспитания, обогащая традиционную дидактику оригинальными формами мастерства и новыми приемлемыми технологиями.
       В философии, гуманитарных науках, в культуре духовно-высшее, или универсальное, обозначается категориями "трансцендентное" и "трансцендентальное". Рассмотрим трактовки этих категорий известными мыслителями XX века. Н.А. Бердяев: "Я никогда не шел имманентным, т.е. обычным, путем, всегда - трансцендентным, т.е. творческим". С.Н. Булгаков: "Вся истинная философия по существу трансцендентна". А. Маслоу: "Трансцендентность - это полное слияние с Богом". К. Юнг: "В категории "трансцендентность" нет ничего мистического".
       Трансцендентность применительно к педагогике - это идеал воспитания и образования, достигаемый с помощью педагогического искусства. Если трансцендентность как идеал характеризует сферу до конца не познаваемых явлений, то трансцендентальность жестко обозначает ступени приближения к идеалам учебно-познавательной и воспитательной деятельности, к идеалам становления творческой духовно-правовой личности как педагога, так и учащегося.
       Назначение трансцендентальной педагогики - стимулировать духовно-творческие процессы, которые в силу иррациональности не охватить логическими методами (сознанием, мышлением, логикой). Такие важнейшие явления, как озарение, интуиция, творческий порыв, жизнелюбие и человеколюбие, любовь к своим потенциальным возможностям, к людям, любовь к Отечеству, к родному краю, часто бывают неподвластны разуму, а постигаются лишь в недрах иррациональных глубин: "Умом Россию не понять..." (Ф.И. Тютчев).
       В известном смысле трансцендентальная педагогика является синонимом педагогического искусства, педагогики высших ценностей, педагогики любви и свободы, творчества.
       Структуру трансцендентальной педагогики составляют ДУХОВНОСТЬ И ПРАВО, объединенные третьей силой - ИНТУИТИВНО-ТВОРЧЕСКИМ ПОТЕНЦИАЛОМ ВООБРАЖЕНИЯ, воли и мощного биоэнергетического основания самореализации личности. Духовность как сила интеллектуально-эстетических, нравственно-волевых и физических данных личности есть основа человеческого права на разностороннее творческое самораскрытие, в котором заинтересован каждый учащийся и каждый педагог нашей страны. Заметим также: никогда, ни в какие времена право и духовность не объединялись, напротив, противопоставлялись друг другу, как царство кесаря и царство духа.
       Исходя из этого, можно сформулировать принципиально новую, приемлемую для государства, семьи, самой личности цель воспитания - СТАНОВЛЕНИЕ ДУХОВНО-ПРАВОВОЙ ЛИЧНОСТИ ЛОЯЛЬНОГО ПРОСВЕЩЕННОГО ГРАЖДАНИНА, ЛЮБЯЩЕГО СЕМЬЯНИНА И МАСТЕРА СВОЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ДЕЛА.
       Лояльность, или законопослушность, или смиренномудрие, или дружественность, не есть покорность и слепое послушание. Больше того, в лояльности (смиренномудрии), как в Мадонне или в Христе, заключено абсолютное неприятие зла, бесправия, принижения человеческого достоинства, бездуховности.
       Мы охотно присоединяемся к толкованию названных выше категорий на психологическом, социологическом, космологическом и даже теологическом уровнях. Духовность, или трансцендентность, - это "открытие в себе предельного источника значимости и счастья, это служение другим, это бытие в единстве со Вселенной, это видение Бога во всех вещах и обстоятельствах..." (См.: Уайт, Д. Что такое просветление? М., 1998. С. 193).
      

    7. Структура и содержание целостного процесса развития молодых людей
    на основе высших ценностей

       Исходя из цели воспитания, мы конструируем целостную систему ускоренного разностороннего развития личности, где ТЕХНОЛОГИЯ, первая подсистема, пронизанная трансцендентными началами, указывает, за какие предельно сжатые сроки развернутся мощные потенциальные силы личности.
       Вторая подсистема - СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ - заключает в себе отношение личности к высшим ценностям, к деятельности, к людям, к самому себе, самосознание личности, где на первом месте вера в свой дар, в свои потенциальные возможности.
       А третья подсистема характеризует результат воспитания - РАЗВИТИЕ ДУХОВНО-ТВОРЧЕСКИХ НАЧАЛ ЛИЧНОСТИ. Это открытие рождается в СИТУАЦИИ ПРОСВЕТЛЕНИЯ, в этом главный биоритм трансцендентальной педагогики, непременно в творческой, в частности, в художественной, деятельности, выступающей в качестве стимулирующего средства для самораскрытия дарований, заложенных в человеке.
       Не все в педагогическом искусстве поддается вербализации, т. е. не все можно описать и предложить в виде рецептов. Здесь действуют законы искусства, как, скажем, в живописи, театральном или музыкальном творчестве. Поэтому главным нашим методом является семинар-тренинг, состоящий из двух частей.
       Первая часть - теоретическая, где участники тренинга за один-два часа усваивают суть таких явлений, как отключение и включение подсознания, погружение в иррациональные глубины своего "Я".
       Вторая часть, которую можно условно назвать "созданием шедевра", начинается с экспресс-тестов, в том числе цветовых, с помощью которых определяется сущность и направленность личности, возможности создания желающим живописных работ, как правило, в двух планах: абстрактном, выражающем сущность тех или иных высших ценностей, и реалистическом, связанном с глубинными настроениями и переживаниями личности.
       Вот тренинг в Московском государственном университете культуры и искусств - пятьдесят человек в возрасте от 18 до 70 лет - студенты, профессора, доценты, аспиранты. Психотерапевтические упражнения: "Снятие тревоги", "Отключение сознания", "Доверься руке". Перед каждым - палитра, краски, кисти, разбавители, холсты. Почти все участники тренинга до этого не прикасались к масляным краскам. В ходе занятия участников кратко знакомят с живописными техниками разных мастеров, вопросами жанра, композиции, цвета, света, бликов, рефлексов. Поощрения, щедрые оценки, моральная поддержка, тонкость характеризующих суждений (так называл Кандинский творческую трепетность), бережное отношение к "душевным вибрациям" - вот психологически оптимальные способы стимулировать увлеченность и самораскрытие. Итог - множество прекрасных живописных работ.
      

    8. О создании духовно-правовой идеологии

       Только единство ДУХОВНОСТИ, как силы социокультурных интеллектуально-эстетических и нравственно-волевых данных личности, и ПРАВА, как СИЛЫ санкционированных государством норм поведения, способно возродить к лучшему общественные идеалы, отвечающие на вопросы: "Каким видится будущее России? Каким должен быть новый человек нашей великой державы? Какова роль женщины и семьи в развитии духовно-правовых идеалов?" Без нравственного подвига, о котором так горячо мечтали отечественные мыслители, этих проблем не решить. Создание духовно-правовой идеологии требует от человека прежде всего подвига, "подвига в духе и в силе духа" (Г.В. Флоровский).
       В своей работе "Об общественном идеале" П.И. Новгородцев показал несостоятельность многих идеологических систем мира (Монтескье, Бентам, Гегель, Констан, Дьюи и др.) в силу их оторванности от нравственного подвига во имя Любви и Добра. "Взаимная любовь всех друг к другу - единственное основание и цели человеческой жизни, и цели нравственного подвига". В осуществлении этой нравственной цели отечественные мыслители видели мессианскую роль России в построении ИДЕАЛОВ ВСЕЛЕНСКОЙ СОЛИДАРНОСТИ.
       Пафос стремления к мессианскому идеалу всегда был присущ гражданам многострадальной России и, прежде всего женщинам, задавленным нуждой и непосильным трудом. В этой связи тысячу раз правы были отечественные правоведы П.И. Новгородцев и И.А. Ильин, когда так страстно подчеркивали: для создания духовно-правовой идеологии ТРЕБУЕТСЯ ВЛИЯТЕЛЬНАЯ ПОДДЕРЖКА ГОСУДАРСТВА И ОБЩЕСТВА, чтобы помочь каждому вобрать в свою душу великие идеалы Любви и Свободы, Добра и Социальной справедливости, сделать их ПУТЕВОДИТЕЛЯМИ В СВОЕЙ ЖИЗНИ. И подвиг нравственный в каждом совершиться, если каждый человек окажется способным "удалиться от плотских похотей, восстающих на душу..., если каждый окажется способным братство любить, царя чтить, повиноваться начальникам, не только кротким и добрым, но и суровым" (См. "Первое соборное послание святого апостола Петра), если каждый окажется способным к ДОЛГОТЕРПЕНИЮ, чтобы вносить посильную лепту в утверждение идеалов Любви, Добра, Свободы, Социальной справедливости.
      

    9. Сублимирование эротически-бездуховной, агрессивной и других негативных видов психической энергии в оправданное социально и культурно русло деятельности

       Можно не соглашаться с концепциями Фрейда, Юнга и Вышеславцева о тождественности некоторых сторон эротической и творческой энергии, но эта эротическая энергия объективно существует, пока обладает рядом тех свойств и достоинств, которых порой не достает творчеству. Это и привлекательность, и радость общения, и тайное ожидание наслаждений, и, наконец, всеохватывающая страсть, порой приобретающая над человеком деспотическую власть.
       Жизнь показывает, что развитие таких качеств, как властность, стремление к руководству, командованию, к первенству - одна из характерных черт современных молодых женщин. Предполагаемая исследовательская и методическая работа по переводу негативных энергий в социально и культурно оправданное русло деятельности будет проведена в два этапа. На первом -молодые люди ознакомятся с содержанием и особенностями различных видов как позитивных, так и негативных энергий.
       Второй этап связан с разработкой индивидуальных программ-проектов, состоящих из цикла СВЕРХЗАДАЧ по различным направлениям творчества и самосовершенствования личности.
      

    10. Ускоренное развитие дарований, профессиональных талантов
    и высших способностей (гениальности)

       Женский экстремизм - одна из скрытых черт современной молодой женщины. Тайные завышенные самооценки, стремление к лидерству, максимализм в выборе жизненных целей - это те реальные, порой скрытые, еще раз это подчеркнем, качества юных наших созданий, которые могут обратиться как в достоинства, так и в недостатки и даже пороки личности. Эти особенности развития молодых женщин нередко предстают в искореженном виде, поскольку обусловливаются существующим неравенством в системе "мужчина-женщина", своеобразной приговоренностью женщины к созданию домашнего очага, семейного уюта, воспитанию детей, требующих от женщины много сил и времени.
       Именно поэтому в наших материалах по идеологии современной семьи заложены проблемы равенства мужчины и женщины: мужчины должны выполнять многие бытовые работы с тем, чтобы создать необходимые условия для своей подруги в плане ее саморазвития, творчества, развития собственных дарований и высших способностей. Мы не случайно употребляем категорию "высшие способности", означающую (согласно нашим психологическим словарям) - "гениальность". Согласно нашей исследовательской концепции, каждый человек - талантлив и обладает, по крайней мере, потенциально, рядом высших способностей. Разработанные нами семинары-тренинги (См. "Искусство развития дарований", МГТУ им. Баумана, 2002 г.) для всех основных категорий учащихся различной специализации показывают, как в предельно короткие сроки, за 10-12 часов, можно выявить, развить талант каждого и добиться того, чтобы каждый желающий смог ускоренно выявить и развить свой дар, проявил себя в процессе заданной ему творческой деятельности.
       В исследовательских материалах, раскрывающих содержание представленной концепции, показан процесс сублимирования и ускоренного развития дарований в среде женщин, девушек, выбившихся из нормальной жизненной колеи.
      

    11. Истинное призвание человека - быть счастливым

       Прав был отечественный писатель Короленко, когда писал о том, что человек создан для счастья, как птица для полета. Любопытна и мысль Макаренко: "Разорвитесь на части, а будьте счастливыми". Нельзя игнорировать и великую гуманистическую максиму: "Человек - сам творец своего счастья".
       Нельзя в этой связи не сказать о человеческом ДОЛГЕ, об ОБЯЗАННОСТИ, если можно так выразиться, доставлять себе и другим РАДОСТЬ от самого великого таинства, каким является приобщение человеческой личности к Любви и Свободе.
       Счастье - категория, характеризующая эмоциональное состояние человека, основанное на позитивных чувствах, на всплесках радости и умилении. При совершенном социальном строе, мечтал К.Маркс, будут в общении между людьми доминировать РАЗВИТЫЕ ФОРМЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО НАСЛАЖДЕНИЯ. Термин "РАЗВИТЫЕ" употреблялся в качестве синонима категорий "духовности, нравственности и совершенства".
       Современные дельцы от порнобизнеса, как истинные сатанисты, пользуются тем же набором духовных сентенций, что и великая мировая культура, на что в свое время обратили внимание наши отечественные религиозные мыслители.
       Для них "секс-работа" - это фейерверки радости, карнавал наслаждений, бесконечное пребывание в атмосфере удовольствий.
       Радость или "развитые формы человеческого наслаждения" (К. Маркс) ничего общего не имеют с "тенденцией наслажденчества" (И. Ильин), порой основанной на судорогах духовности, на псевдолюбии и псевдосвободе. Эта крайне опасная тенденция многими средствами массовой информации и даже "общественными организациями" оправдывается с такой гнуснейшей мотивировкой: проституция - это такой же вид профессиональной деятельности, как и любая другая работа (См. "Нижегородский кодекс секс-работниц"). В наших исследовательских и методических материалах рассказывается о том, как мамки и бандерши, используя мировую культуру, зомбируют своих "подопечных", внушая им, что они должны, обязаны не только качественно удовлетворять клиентов, но и получать от такой деятельности настоящее наслаждение. Поистине сатанинский вариант духовного распада!!!
      

    12. Линия смерти и линия жизни

       Все, кто изучал судьбы жриц любви, приходили к однозначному выводу: каждая из "падших женщин" - глубоко несчастный человек. Судьбы их ТРАГИЧНЫ, ибо каждая сознает, что она идет по линии смерти. Одна из моих картин, посвященная трагизму жизни ночных бабочек, называется "Тоска по материнству". Тайная надежда каждой - накопить немножко средств и начать новую, честную, нормальную человеческую жизнь.
       И каждая решает про себя: есть две линии в жизни женщины - линия жизни и линия смерти. Любовь и Свобода, противостоящие бездуховности, вседозволенности и произволу, борьба за чистую и святую любовь к себе, к людям, к будущей своей семье и к будущим своим детям - это истинный путь жизни, способный доставить каждой женщине великое человеческое наслаждение. Я мучительно долго размышлял над судьбой Марии Магдалины, когда разрабатывал живописные сюжеты Великой грешницы и Спасителя. Один вопрос неотступно преследовал меня: "Почему Христос избрал для своей духовной любви Марию Магдалину?" И другие вопросы: "Почему после Воскресения он явился не к Матери, не к единомышленникам своим, а именно к Марии Магдалине?", "Почему у распятия рядом с Богоматерью стояла Грешница?" Христос излечил свою духовную возлюбленную. И Богоматерь простила Грешницу. И святые Апостолы поклонились ей. Со слезами на глазах читаю "Библейскую энциклопедию" (Труд и издание Архимандрида Никифора, М. 1891 г. стр. 456), где Мария Магдалина названа РАВНОАПОСТОЛЬСКОЙ. "Она пришла, чтобы помазать тело своего возлюбленного Учителя принесенными ею ароматами. Она стояла у гроба и плакала. Пламенная любовь ее к Господу удостоилась величайшей награды: Мария Магдалина была первою, которой явился воскресший Спаситель по Своем воскресении, и она же первою удостоилась услышать отрадное повеление Господа идти к ученикам и сказать им. Что Он воскрес из мертвых..." И он сказал: "ЖЕНА! ЧТО ТЫ ПЛАЧЕШЬ?"... Святая Церковь совершает память ее 22 июля".
       ... Миллионы девочек-подростков, школьниц, девушек, в том числе и студентов вузов, молодых женщин сегодня оказались в бездне сатанинства и идут по линии смерти. Десятки, а может быть, и сотни миллионов молодых женщин идут по линии смерти, когда предают свою Божественную Свободу. Они будто бы и не жрицы любви, не всегда получают чистоганом за мнимые наслаждения и поруганную честь, но практически, предавая свое духовное предназначение женщины, они уничтожают и себя, и окружающий мир, и свое Отечество. Этот духовный распад и есть АПОКАЛИПСИС НОВОГО ВРЕМЕНИ!
       ...Десятки газет испещрены крохотными объявлениями: "Машенька, 18 лет. Могу дать все, о чем вы мечтали. Звоните...", "С тобой не буду стесняться. Жду только тебя. Оксана" и т.д. Проституция не только легализована в стране, она еще и поощряется средствами массовой информации, органами правопорядка: у порнобизнеса - сложнейшая система самозащиты, жестко отработаны механизмы развращения, все поставлено на промышленную основу. Создается впечатление, что этот духовный распад кому-то очень даже нужен. Исследователь проблем безопасности России генерал армии Г.Н. Рукосуев привел в связи с этим высказывание древнекитайского философа и военного деятеля Сунь Цзы (VI век до н.э.): "Разлагайте все хорошее, что имеется в стране вашего противника... Подрывайте престиж руководства противника и выставляйте в нужный момент на позор общественности. Используйте в этих целях сотрудничество с самыми подлыми и гнусными людьми. Посылайте женщин легкого поведения с тем, чтобы дополнить дело разложения". Г.Н. Рукосуев называет три вида МАНИПУЛИРОВАНИЯ людьми, как способов социального управления - здесь практикуются и особенно эффективны три вида воздействия - межличностный, групповой и массовый. Суть всех трех видов воздействия примитивна и проста - поставить жертву в такие условия, чтобы она действовала в интересах манипулятора. Для достижения этих целей практикуются самые различные уловки и приемы. При этом манипуляторы избегают прибегать к силовым нажимам и принуждению. Мы обратились в инстанции Министерства внутренних дел с просьбой ответить на вопрос: занимались ли правоохранительные органы хотя бы одним случаем порнобизнеса. Ответ был отрицательный: "Нет. У нас демократия, и проституция, хотя она и не легализована, но не преследуется..." Нам стало известно, что в Госдуме подготовлен к рассмотрению проект о легализации проституции в стране. К сожалению, в нашем славном государстве нередко побеждает не линия жизни, а линия смерти.
      
      

    РЕЛИГИОЗНЫЕ и КУЛЬТУРНЫЕ основы РАЗВИТИЯ высокой ДУХОВНОСТИ У ДЕВУШЕК И МОЛОДЫХ ЖЕНЩИН

    13. Общечеловеческие ценности против кризиса семьи и духовного обнищания молодых людей

       Даже тогда, когда мы все были поражены ложью социалистических утопий, когда миллионы людей искали свое счастье в самоотверженности, когда кучки профессиональных грабителей управляли всем ходом жизни, - так вот и тогда жила потребность истинной Любви.
       Поскольку Любовь не есть частность, не есть свойство чего-то, а есть Целостная Завершенность Бытия, она захватывала и личность, и общество, и весь мир. Любовь по своей природе и личностна, и социальна. Она всегда на пересечениях культуры и народности, интимной жизни и глубинно-личностных потрясений. Сегодня в разгуле войн и национальных распрей, голода и разрухи развивается испепеляющий огонь псевдолюбви, псевдосвободы. Поразительно, что книжные лавки завалены миллионами экземпляров книг по двум направлениям: книги о сексе и книги о Боге. О псевдолюбви и об истинной Любви. Даже семейные и юношеские издания наполнены торгашеской "исповедал ьностью": вульвы, вагины, клиторы, прелести "голубых", лесбиянство, способы завлечений, - все это вывалилось на головы родителей, детей, молодых людей. Все это вытесняет Истинную Любовь! Я не против того, чтобы знакомить молодых людей с проблемами сексологии и даже с технологией секса. Но какая может быть "технология" без духовных начал? Технология секса бездуховности - это убийство того счастья, какое ждет человек от чувственной любви. Больше того, сексуальная извращенность или отчужденный секс есть нравственная гибель личности. Я обратила внимание: извращения, раннее сексуальное общение, разврат, разные виды ложной любви и даже преступления, связанные с "любовью" - все это удел бедных и несчастных людей. Одна девочка из богатой семьи рассуждала среди подруг: "Эта низкопробная литература о сексе - для быдла". Девочки и мальчики из богатых семей предпочитают читать серьезную литературу о сексе от Фрейда до Кона. Они предпочитают смотреть духовно-сексуальные или сексуально-исторические фильмы... Не берусь судить о пользе названной литературы, могу лишь наверняка утверждать, что несчастья сексуально развращенных подростков трагичны, что бедность, помноженная на сексуальный произвол, оборачивается бедой, что молодые люди, не познавшие единства духовного и чувственного, в любви не просто обкрадывают себя, но становятся ущербными и несчастными. Родителям хочется посоветовать: берегите своих детей от рыночного секса, от сексуального произвола!
      

    14. Не верьте тем, кто исповедует вседозволенность! Не верьте тем, кто "свободу любви" пытается обосновать жизненным укладом диких племен или южных народов

       Нередко в печати можно встретить утверждения, будто посягательства на проституцию и разврат есть ущемление демократии. Находят еще и более тонкие связи, пытаясь научно обосновать необходимость сексуального произвола. Вот, мол, истинная свобода где - в обнаженности, в открытости эротизма, в дичайшей разнузданности прихотей, в капризах сексуальных движений.
       В литературе часто ссылаются на опыт Индии, на жизнь дальних островов, на пламенные любовные игры Юга и прочее, предлагая европейцам следовать якобы совершенным способам любви, супружества, деторождения.
       Так, в книгах по сексу часто упоминается "опыт каких-то индийских племен, именуемых "мурья". Рассказывают о системах воспитания в этих племенах, где мальчики и девочки с самого нежного возраста обучаются искусству любви, живут в общих спальнях и могут вступать в сексуальные контакты друг с другом даже на уроках. В перерывах между занятиями юные мурья могут украшать свой пансион откровенными рисунками, примерно такими, какие встречаются в отечественных туалетах для мужчин или какие в Европе бывают только в исправительных колониях. Дисциплина в этих пансионах очень строгая: никто не может претендовать на любовь к одной, скажем, девочке: никто не может сказать, что такая-то особа "его". Если кто-то проведет более трех ночей с одной девочкой, то его строго наказывают.
       Авторы описания этих нравов заверяют, что это принципиально новая сексуальная мораль, которая непременно должна овладеть сердцами всех людей на этой планете. Авторы формулируют законы эротизма, как высоконравственные законы. На первом месте стоит закон необычности или новизны ощущений. Этот закон требует наслаждаться искусно в постоянно обновляющихся объятиях. Приветствуется совокупление в людных местах.
       Второй закон - закон асимметрии, который требует, чтобы в сексуальных контактах было нечетное количество персон: третий никогда не лишний, а если его нет, надо думать о нем. Авторы поучают: "Эротизм не интересуется позами. Он рождает ситуации. Единственно важные позы, которые проносятся в ваших мыслях. Пусть в любви участвует и голова! Заполните мозг таким количеством органов, таким числом переживаний, каких не наберется у всех мужчин мира вместе взятых. Пусть каждое ваше объятие предвещает другое, пусть берущий вас мужчина будет и тот, кого вы сейчас держите за руку, и тот, с кем когда-то читали Гомера".
       Четвертый закон - закон количества - описывается так: "Эротизм нуждается в количестве. Нет большего удовольствия для женщин, чем вести счет любовникам: ребенком - по пальцам, в колледже - по количеству занятий и лекций, в замужестве - в тайной записной книжке. И отмечать там особым значком день, когда к списку прибавляется новое имя: "Смотри-ка, почти месяц после предыдущего". Или с притворными угрызениями совести: "Какой ужас -за неделю только двое!" Или радостно, бесстыдно: "Ура! В эту неделю -ежедневно!" И, прижавшись к самой близкой подружке, прошептать ей на ухо: "У тебя дошло до сотни?" "Еще нет, а у тебя?" "Да, гораздо больше". О, радость! Эти сотни, тысячи тел, которые смогло вместить одно ваше тело! И вы сожалеете только о тех, кого вам не пришлось узнать. Вспомните определение, которое я дал эротизму, - наслаждение эксцессом.
       Но закон количества требует, как необходимое следствие, другого, против которого вы возражать не будете: надо остерегаться пресыщения. Ведь так легко понять, почему для наслаждения необходимо множество любовников или любовниц, - из страха, чтобы ваши чувства не угомонились, никогда не отдавайтесь мужчине, не будучи уверены, что наготове уже находится другой".
       Надо ли комментировать юношам и девушкам подобную идеологию? Надо. Если девушка или юноша не намерены создавать свою семью, если не рассчитывают на рождение в своей душе большой, истинно человеческой любви, тогда они могут пойти по пути предлагаемого эротизма. Но и этот эротизм горек: не каждому дано успешно заниматься индивидуальной деятельностью, именуемой проституцией, не каждый способен вынести предательскую роль в общении с близким, не каждый и не каждая могут быть негодяями. Я сурово говорю? Нет. Я говорю с позиций общечеловеческой культуры. С позиций христианства, с позиций педагогики Любви и Свободы.

    15. Семейное воспитание должно с ранних лет готовить детей к семейной жизни

       Игры в "дочки-матери", "Наш дом", "Наши родители" и так далее - это первая детская школа семейной педагогики. Подрастая, дети участвуют в выполнении родительских функций: это и домашний труд, и забота о младших, и любая помощь родителям, и непременно... заработанные детьми деньги. С какого возраста дети должны включаться в добывание средств, решит каждый родитель по-своему. Важно, чтобы в труде росла и крепла личность будущего отца и будущей матери новой семьи. Дети природой и культурой как бы приуготовлены к семейной жизни. Эта приуготовленность, возможно, самое лучшее, что есть в наших детях. С особенной силой формируются семейные начала и привязанности у девочек. Эти начала и привязанности приводят уже в девичестве к нравственному максимализму, к той человеческой нежности, которая особым образом соединяется в женщине с нравственным императивом, с постоянной готовностью положить на карту все. До конца следовать избранному пути. Жить и надеяться, даже тогда, когда нет, казалось бы, надежды.
       Кто знает, может быть, от воспитания, может быть, от педагогической моей деятельности, а может быть, и от девятнадцатого века русской литературы, - только всегда, особенно в школьной практике, я был свидетелем той девичьей нравственной радикальности, которая жила в моих ученицах, - и эта радикальность была связана с готовностью пожертвовать собой, и эта радикальность всегда была чуточку затаена, чуточку спрятана, она редко произносилась вслух. Вспоминаю невольно слова Достоевского из дневника: "Женщины еще послужат нашему отечеству в трудную минуту!!!" - это после встречи с декабристами в Тобольске. А женщины у Толстого и Тургенева? Веками формировалось в народе светлое, матерински любящее беззаветное женское чувство. И яркость этого чувства запечатлена в максимах, изложенных В.А. Сухомлинским:
       "Девушка! Будь мудрой и требовательной в любви. Любовь - горячее чувство, но властвовать над сердцем должен ум. Для девушки это особенно важно. Ты - будущая мать. Природой и обществом на тебя возложена особая ответственность. Ты женщина, а настоящая женственность - это сочетание нежности и строгости, ласки и несгибаемости. Твоя мудрость, сдержанность, требовательность - могучие воспитатели юношества. Мудрость женщины воспитывает честность мужчины. Любовь и легкомыслие несовместимы".
       И требования к будущему мужу и отцу:
       "Будущий муж и отец, знайте, что важнейшей школой воспитания вашей духовной культуры в браке является ваше отношение к женщине - жене, матери своих детей, своей матери.
       Отношение к женщине - тончайшая мера побуждения совести. Умей любить мать своих детей, умей дорожить ее здоровьем, красотой, честью. Умей защищать и оберегать ее от болезни, изнурения, несправедливости. Честь твоей жены и матери твоих детей - это честь твоего рода.
       Хам в отношении к женщине - хам во всех отношениях. Уважать женщину -значит уважать жизнь".
       И требования к супружеской жизни:
       "В браке ни на минуту не прекращается взаимное воспитание и самовоспитание. Одна из граней счастья в браке в том и заключается, что муж и жена становятся духовно богаче, духовное совершенствование доставляет большую радость и обеспечивает полноту жизни".
       Крайне важно, что в семейной педагогике проблема любви решается в неразрывной связи с культурой общения и эмоционально-эстетическим развитием личности.
      

    Обычный деловой фурор

       Мы, конечно, скромничали, когда принимали поздравления в связи с принятыми на государственном уровне нашими Программными документами:
       - Ничего особенного мы не сделали. Просто обобщили наработанное. Обычная деловая стряпня...
       - Не прибедняйтесь, - возражали нам. - Вы заполнили недостающее звено и в наше: культуре, и в нашем образовании, и в нашей политике.
       Но когда мы оставались одни, радости нашей не было предела. Мы то и дело устраивали сабантуи, вечера с празднованием успехов отдельных наших единомышленников, принявших активное участие в подготовке Программных документов. Мы проводили специальный собрания и симпозиумы, на которых намечались дальнейшие мероприятия по развитию создаваемой нами духовно-правовой идеологии готовили и публиковали статьи, в которых с разных, позиций утверждалась наша духовно-правовая идеология, проводили различные встречи в школах и вузах страны.
       Эта, я бы сказал, рекламно-внедренческая работа во многом помогла нашим участникам и организаторам опытно-экспериментальной работы глубже понять и осознать значимость проведенных мероприятий. Как это ни странно мы просто стали другими людьми: больше уверенности, больше увлеченности и стремлений что-то улучшить, что-то дополнить в разрабатываемой системе развития детской и педагогической талантливости. Поистине педагогический фурор производили наши живописные вернисажи. Теперь они сопровождались "КОММЕНТАРИЯМИ АВТОРОВ", которые поясняли созданные ими произведения.
       Нас стали приглашать в различные научные и культурные центры с лекциями, выставками и с просьбами довести семинары-тренинги по вопросам ускоренного выявления и развития дарований.
       Это еще не был ТРИУМФ, но путь к нему был проложен...
      

    ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

    ПОДВИЖНИЧЕСТВО И ГЕРОИЗМ В РАЗВИТИИ И УТВЕРЖДЕНИИ ОСНОВОПОЛАГАЮЩИХ ИДЕЙ "МАНИФЕСТА"

      
      

    1. У КАЖДОГО СВОЯ КОЛЕЯ

      
       Найти себя, видеть себя в развитии, определить способы своей самореализации, испытать радость и наслаждение от продвижения к заветной жизненной цели - как это важно для молодых людей!
       Я наблюдал за моими друзьями - Славой, Розой, Сонечкой и в глубине души не переставал восхищаться их увлеченностью, трудолюбием и каким-то прямо-таки яростным подвижничеством. У каждого из них был свой участок работы, так или иначе связанной с проблемами духовно-правового возрождения лучших традиций нашего Отечества. Слава проявил себя как великолепный организатор массовых мероприятий - встречи, симпозиумы, конференции, вернисажи, конкурсы - в этих делах ему не было равных. Ему помогала Сонечка. Теперь все ее величали Софьей Даниловной - она быстро устанавливала необходимые творческие контакты с различными учебными заведениями, с отдельными группами учащихся, находила способ увлечь нашими предложениями (проведение творческих семинаров) всех желающих, заключала договора, находила нужные помещения, помогала Славе подводить итоги на конференциях и различных собраниях. Роза, как будущий искусствовед, еще увлеклась политологией, сконцентрировала свои усилия на проведении семинаров-тренингов, где на первом месте у нее были две проблемы - выявление и обогащение таланта СОЗЕРЦАНИЯ или СПОСОБНОСТИ ВИЗУАЛИЗАЦИИ и выявление и развитие профессиональных дарований в системе гражданско-патриотического воспитания. Особое место в ее деятельности занимала организация школьных и вузовских музеев, где экспонировались живописные работы педагогов, учащихся и даже родителей.
       Неоценимую помощь оказал нам в нашей творческой деятельности Владимир Петрович Попов. Он говорил:
       - Вы поставили перед собой изумительную задачу - пробудить творческие силы нашей молодежи. И то, что вы нацелились в первую очередь на экстремистски настроенных молодых людей,, - это ваша по-настоящему дерзновенная находка. Нынешние молодые экстремисты, готовые к самым решительным действиям и даже к жертвенности, пребывают во тьме, которая кажется им истинным светом. Да, тьма способна ослеплять молодые сердца. Тьма обладает мощной силовой энергетикой и постоянно видоизменяется, рядясь в самые привлекательные яркие одежды. Как вы перед этими молодыми людьми зажжете свой истинный духовный свет, так тьма уступит вашему свету место, и начнется тогда великое преображение молодых сердец. Они пойдут за вами и вступят в полосу своего истинного подвижничества. Ведь что такое экстремизм? Это прежде всего огромная энергия и готовность реализовать мощные силы своего ДУХА для достижения благородных целей. Заметьте, почти каждый экстремист захвачен идеями спасения Родины, избавления своего отечества и самих себя от того зла, которое они видят повсюду.
       - Но как добиться того, чтобы они нам поверили, чтобы зажглись нашим огнем? - спрашивала Сонечка.
       - Для этого вы должны сами засветиться. Беседы, призывы, самые страстные обращения к молодым людям не дадут еще нужного результата. Главное, они, эти молодые люди, должны увидеть ваш свет. Они должны быть очарованы и вашим энтузиазмом, и вашей просветленностью. Вы должны им рассказать правду о себе, рассказать о том, в какой кромешной тьме вы пребывали, как вышли из нее. Вы не просто должны будете рассказать о выявлении и развитии своей талантливости, но и продемонстрировать им свои дарования...
       - А почему вы похвалили нас за наше обращение именно к экстремистски настроенным молодым людям? - спросил Слава.
       - Потому что эта молодежь наделена огромной энергией отрицания, энергией борьбы со злом. Но пребывая во тьме, они перестают различать границы добра и зла и, как правило, порой громят то лучшее, что есть и в них самих, и во всей окружающей их жизни. А когда их души загорятся вашим праведным светом, их энергия всецело будет направлена на добро, любовь и защиту истинной свободы и истинной справедливости. Здесь речь идет о тех процессах, которые психологи называют процессами сублимации, то есть процессами переключения энергии в иные, приемлемые, духовно и социально оправданные русла.
       - Как же нам продемонстрировать наши дарования? - спросила Роза.
       Владимир Петрович рассмеялся. Пошел в другую комнату и вынес оттуда три живописных работы. Это были пейзажи, написанные когда-то Славой, Розой и Сонечкой. Пейзажи были хорошо оформлены, в золоченых рамах и написаны на добротных холстах.
       - Я проделал с вашими работами такой трюк, - улыбаясь, проговорил Владимир Петрович. - У меня в гостях как-то были довольно именитые художники, и я им показал ваши пейзажи и попросил их оценить по достоинству ваши творения. Один из них сказал просто: "Талантливо". Другой отметил высокую профессиональность письма. А третий, сославшись на деятельность салона, в котором он работает, сказал: "За эти пейзажи в нашем салоне, за каждую, дали бы запросто по 300-400 долларов".
       Я спросил у них:
       - А что вы можете оказать о самих художниках, написавших эти картины?
       - Что можно сказать? - ответили они. - Это, безусловно, талантливые люди. Но главное у них мощный духовный накал, мощная энергетика.
       - Так вот я вам предлагаю показать эти работы вашим подопечным молодым людям, рассказать, как оценили эти работы настоящие художники и искусствоведы и заметить при этом, что каждый из них мог бы написать, возможно, намного лучше и пейзажи, и композиции, и даже портреты. А потом я бы сказал о том, что наша страна богата не только недрами, но прежде всего талантливыми и даже гениальными людьми, но их талант скрыт, задавлен: никто не верит в истинные могучие дарования народа. В качестве примера, рассказал бы о том, как и кем были созданы эти работы. Я бы особо подчеркнул, что каждый из новоявленных талантов никогда раньше не брал в руки кисть, никогда не писал масляными красками. И еще я бы подчеркнул, что выявленный художественный талант как бы иррадировал, то есть распространился на все другие виды деятельности... "Итак, - предложил бы я, - кто хотел бы за пять-шесть часов выявить и развить свой талант, создать живописный шедевр и выставить его в ряде вернисажей?" Поверьте, каждый бы согласился участвовать в вашей затее. А потом я бы им сказал, точнее поставил перед ними условие: каждый, кто освоит метод выявления и развития талантов должен будет провести с детьми подобное занятие с последующим вернисажем, а возможно, и открытием школьного музея...
       - Заманчиво, ничего не скажешь, - сказал Слава. - Ну что ж надо пробовать. У меня давно руки чешутся на что-то необычное...
      
      

    2. ЩЕДРОСТЬ ДУШИ

      
       Однажды к Владимиру Петровичу Попову пожаловали двое молодых людей, только что освободившихся из колонии, отбывавших свой срок за злостное хулиганство. Они оказались прежними друзьями Славы Миронова и нашей Сонечки.
       Один из них, Игорь Михайлов, был из хорошей семьи и загудел в свое время, как он выразился по глупости и еще из-за того, что подружился с нашим Славой Мироновым. Другой парень, Саша Паратов в те времена, когда сошелся со Славой, нищенствовал, даже просил милостыню, так как жил с больной матерью и пребывал в крайней нужде. На первых порах Слава и Игорь даже немного помогли своему бедному другу, а потом втянули его в свои хулиганские делишки.
       Колония наложила на них определенный отпечаток, который сказывался и в их манере держаться, и в жаргоне и в абсолютном недоверии ко всему и вся.
       - Славка Миронов столько лапши навешал нам на уши, что мы ели дошли к вам, - говорил, как-то неприятно смеясь, Игорь. - Он нам наплел, что стал гениальным живописцем и даже теоретиком по вопросам молниеносного раскрытия талантов и дарований. Он нам молол всякую чушь о том, что каждый может выявись и развить свой талант, что этот талант в каждом. Мы у него спросили: "Что же и у нас есть таланты, и мы могли бы стать гениями вроде тебя?" Он сказал: "Конечно". Я решил, что он издевается над нами и даже возжелал ему смазать по физии. Меня поддержал Сашка, и мы насели на него за то, что он стал нам так нагло толкать фуфло. Он, бивень недоразвитый, переругался, выпятил на нас свои буркалы и стал рвать очко: "Хотите я вам помогу! У вас получится! Я дам вам адресок, через день-два вы себя не узнаете...". Вот мы и пришли к вам, Владимир Петрович. Вы не беспокойтесь, мы заплатим вам, сколько это стоит...
       - Денег мы с вас не возьмем, а помочь поможем, - доброжелательно сказал Владимир Петрович. И обратился ко мне, - Олег Петрович, вы в ближайшее время проводите семинар?
       - В 504 детском саду, в старшей группе.
       - Могли бы пригласить на ваше занятие этих двух замечательных молодых людей?
       - Разумеется, если они пожелают, ну и если придут во всеоружии: с кисточками и холстиками, а краски я им дам свои.
       - Нас? В детский сад? - сорвался он с места и завопил как сумасшедший. - Вы что гладиаторством решили заняться? Отремонтировать наши бестолковки? Поизмываться над нами?
       - Вы успокойтесь, господа хорошие, - пробасил Олег Петрович, обратившись к ребятам на их же языке с достаточной степенью фамильярности. - На этом семинаре вместе с вами будут работать два инженера, три аспиранта и даже один известный журналист. Они тоже хотят на себе испробовать, действительно ли в каждом можно пробудить талант... А впрочем я не настаиваю. Мы проводим занятия исключительно по доброму согласию...Так что решайте...
       - Ладно, мы согласны, - как-то очень быстро сдались ребята, и мы в этот день обсудили с ними то, как будет проходить занятие.
       Владимир Петрович предложил ребятам познакомиться с его книгами. Он протянул Игорю свой роман "Групповые люди", где не только описывалась жизнь колонии, но и рассказывалось о том, как заниматься самовоспитанием, как избавляться от таких злостных пороков, как жестокость, ненависть к людям, лживость.
       - И еще вот взгляните и хотя бы полистайте мою книжку "Пророки и пророчицы", я даю вам на просмотр первый том... Может быть, вас что-то зацепит...
       - А вообще мы работаем со стопроцентной гарантией, - улыбаясь, проговорил напоследок Олег Петрович. - Ваш талант будет не только выявлен, но и развит и это все за каких-нибудь пять-шесть часов.
       Через неделю Владимир Петрович вновь встретился с молодыми людьми. Он даже с трудом узнал их: так они преобразились. Они были подстрижены, одеты в чистенькие выглаженные костюмчики и даже при галстуках...
       - Это нас Олег Петрович надоумил изменить имидж, - сказал Игорь. - Он сказал, что вам это понравится.
       Его перебил Саша Паратов:
       - Знаете, что мне заявила моя мама, когда я принес и показал ей свои два пейзажа. Во-первых, она расплакалась, а потом сказала: "Сыночек, держись этих людей, как вошь кожуха..."
       Игорь рассмеялся, а Владимир Петрович, рассматривая живописные работы Паратова, все больше и больше мрачнел, а потом сказал:
       - Мое сердце кровью обливается, когда я вижу, как многие наши молодые люди губят себя. Что я могу сказать: ваш талант еще не раскрыт и даже не выявлен до конца. Но кое-что обозначилось таким многообещанием, что готов вам предсказать великое профессиональное будущее, в какой бы области вы не работали.
       У каждого из вас есть самое главное: отвага, граничащая с дерзновением, а это первое условие, гарантирующее развитие таланта. Второе, вашу волю трудно сломать, как говорил Высоцкий: "Уж если я чего решу, то выпью обязательно...". Вам присуще то, что я называю целенаправленностью, то есть готовностью преодолевать любые трудности, возникающие на пути движения к цели...
       Я наблюдал за лицами молодых людей: точно изнутри кто-то огонь зажег. Их глаза горели, искрились и переливались добрым светом, а подсохшие губы то и дело вздрагивали от радостного, хотя и скрытого, волнения.
       - Возьмите нас к себе, - едва не со слезами на глазах выдавил из себя Саша. - Мы готовы выполнять любую работу: полы драить, кисти мыть, куховарить, только не бросайте нас. Скажите Славке Миронову, пусть он позанимается с нами...
       Такой реакции от ребят я не ожидал. Я их успокоил:
       - Отлично. У нас есть один ВНИК - это временный исследовательский коллектив, который мы назвали "Мета-группа". Главное в этом коллективе то, что каждый ее участник решает две главные свои СВЕРХЗАДАЧИ: первая за два года закончить среднюю школу, они как и вы девятиклассники, а вторая задача - написать цикл живописных работ, комментарии к ним и поучаствовать в ряде выставок, возможно в международных... Успех гарантируется, - рассмеялся я, чтобы смягчить возникшее напряжение.
       - А получится у нас? - теперь уже робко спросил Игорь.
       - Сто процентов гарантии, - ответил я. - Даже если вы будете сопротивляться.
       Когда молодые люди ушли, а ушли они к Славе Миронову и к Соне Завьяловой, которым я дал поручение помочь своим друзьям, Владимир Петрович сказал:
       - Господи, какие же у нас изумительные молодые люди: столько стремления изменить свою судьбу, творить добро, проявлять истинные героизм и подвижничество.
       - Я только одного не могу понять, - перебил я своего учителя. - Вот мы уже всему миру доказали, что наши педагогические технологии могут привести к социальным и духовным преобразованиям, и это все не просто лясы-балясы, а зафиксированные в книгах и видеосредствами педагогические технологии, овладеть которыми доступно каждому... Так почему же на государственном уровне нельзя широко и действенно внедрять наши системы? Почему нам никто не помогает?
       - Ну это вы напрасно, - с некоторой хитрецой сказал мой учитель. - Как же не помогают? Министерство образования к даже сам Министр написали специальные письма с рекомендацией наших технологий всем образовательным структурам.
       - Так это все отписки! - завопил я. - Для отвода глаз. Чтобы заткнуть нам глотки.
       - Но это все же лучше чем то, если бы они нас долбали? - рассмеялся Попов. - И за это им спасибо.
       - Вы шутите, а я серьезно говорю. Чиновников, я чувствую ничто не всколыхнет. Им, должно быть, не выгодно развитие творческих сил в стране...
       - Что ж и это правда, - сказал Владимир Петрович. - Таланты непредсказуемы, часто неуправляемы, зачем им все это. Есть и другие причины. У Министерства образования десятки или даже сотни учебных и исследовательских структур, которые финансируются, чтобы разрабатывать инновационные технологии обучения. А где они эти их инновации в области модернизации, оптимизации, гуманизации и прочей "ации"? Их нет и не будет, потому что средства, отпущенные на дело тут же прожираются этими чиновниками-коррупционерами, ворами и негодяями, разве они подпустят нас к себе.
       - Вот на что надо нацеливать нашу молодежь!
       - На что?
       - На борьбу с этой нечистью!
       - Рано, дорогой Олег. Надо сначала укрепиться, а потом бунтовать...
       - Сколько же можно укрепляться? Мне надоели эти игры, когда мы именно для государства делаем то, что признается во всем мире, а нас в своем отечестве не признают или точнее играют с нами, как коты с мышками...
       - Что ж эти игры забавные, но они гроша ломаного не стоят, и скоро эти коты лопнут от своего пересыщения.... Но есть, дорогой, Олег, иные игры.... Я на этот счет придумал одну потрясающую, совершенно новую игру, - загадочно проговорил Владимир Петрович. - Я назвал ее "Пирамидой гениальности".
       И Владимир Петрович стал рассказывать о потенциальных достоинства игры и игровых действий, особым образом развивающих достоинства Любви, Свободы и Красоты человеческих деяний. Вы знаете, в далекой молодости я работал старшим воспитателем школы-интерната, где были собраны беспризорники и дети, выбившиеся из нормальной колеи. Я придумывал для них серии игр, которые продолжались более трех лет, причем каждая из этих игр как бы продолжала предыдущие игры, раскрывая с разных сторон детские дарования. У этих игр были громкие названия: "Корабли штурмуют бастионы" - здесь каждый бастион - "Учебный", "Спортивный", "Художественный", "Режимный" и др. - ставил перед каждым ребенком те же учебно-воспитательные задачи, которые мы должны были решать и без игры. Но включенные в игровую состязательность, эти задачи рождали бешеную энергию, ибо игра - эта сила и стремительность, находчивость и дерзновение. А вот следующая игра "Кто в дружбу верит горячо" ставила те же задачи, но с такой направленностью: высшие баллы получит та группа и тот экипаж (классы были разбиты на добровольно составленные экипажи), которые будут бескорыстно помогать и друг другу в своей группе и тем, с кем состязается эта группа... Возглавлял эту развернувшуюся самодеятельность Совет игры, который фактически был главным органам школьного самоуправления. И вот даже инспектора поражались тому, как дети без воспитателей проводили весь день, организуя работу всех отрядов, помогая при этом младшим своим товарищам или тем, кто не успевал по тем или иным предметам. Эта игра называлась кратко: "САМИ".
       Инспектора спрашивали у детей:
       - Ну вот в игре вы все делаете быстро и хорошо, а без игры как? В жизни не будет игры. Жизнь - штука серьезная, неигровая.
       - Это мы все знаем. - И спрашивали у тех же инспекторов: "Если в игре научитесь шить сапоги, сможете вы без игры это сделать?"
       Игра рождает не только вдохновение, энергию, но и здравый смысл, творческую смекалку и тот полет человеческого духа, без которого нет настоящей жизни, настоящего воспитания...
       - Так какую игру вы для нас придумали? - не удержался Слава. - В чем ее суть?
       - Пойдемте в другую комнату, - сказал наш Учитель, и мы последовали за ним.
       Владимир Петрович подвел нас к сбитой из досточек небольшой пирамиде, на каждой стороне которой было 14- ступенек, сделанных из планочек толщиной в полтора сантиметра. Внизу красовались вырезанные из фотографий наши маленькие портреты - Славы, Розы и Сонечки...
       - Здесь нет моего портрета, - с наигранной обидой произнес я.
       - Ваш портрет - это особая статья. Об этом я потом вам расскажу...
      
      

    3. "ПИРАМИДА ГЕНИАЛЬНОСТИ"

      
       - Если я у вас спрошу, - обратился к нам Владимир Петрович, - присущи ли вам черты гениального человека, вы скорее всего скажете: "Нет". Но если я поставлю вопрос по-иному: "Обладаете ли вы высшими способностями?", вы скорее всего ответите: "В какой-то мере". А гениальность и есть между тем проявление высших способностей. Так примерно считают психологи.
       Мы будем ориентироваться на развитие тех высших способностей, которые необходимы как важнейшие условия духовного возрождения нашего общества, страны, - каждого из нас, занимающегося педагогической деятельностью. На нашей пирамиде, на каждой ее плоскости написаны три слова: ТВОРЕЦ, ОРГАНИЗАТОР и ДРУГ, обозначающие три вида способностей. Творческие способности - это те данные личности, которые обеспечивают создание чего-то принципиально нового в избранной деятельности. Мы предлагаем три вида деятельности, которыми каждый почти не занимался - живопись, проза (написание рассказа, романа, эссе) и философская публицистика, непосредственно раскрывающая ваши главные проблемы, например, гражданско-патриотическое воспитание, ускоренное развитие дарований, трансцендентность, творчество, духовно-правовое становления личности, духовно-правовая идеология. По сути каждый из вас уже что-то наработал в этой области.
       Второй вид ваших дерзаний - ОРГАНИЗАТОРСКИЕ СПОСОБНОСТИ - умение увлечь личность или группу лиц, умения и навыки проведения семинаров, тренингов, конференций, собраний, вернисажей и т.д. И третий вид способностей - ДРУЖЕСТВЕННОСТЬ И ПРОЯВЛЕНИЕ ТАКОГО ЧУВСТВА, КАК РОДСТВЕННОСТЬ. Эти способности проявляются в общении с учащимися, педагогами, родственниками (родителями, братьями, сестрами) и с близкими вам людьми.
       Все эти три вида способностей связаны между собой и основываются на чисто психологических данных личности: на способности визуализации - это умение видеть в развитии не только предмет деятельности и самого себя, но и тех, с кем вы общаетесь, работаете... Это и способность ОТВАЖНО, ДЕРЗНОВЕННО браться за решение тех СВЕРХЗАДАЧ, которые помогают, на ваш взгляд, прийти к нужному результату.
       Это и способность объединять усилия и дерзновенные поиски ваших новых друзей, умение пользоваться такими средствами и приемами, как ПООЩРЕНИЕ и МОРАЛЬНАЯ ПОДДЕРЖКА, основанных на щедрости души, как система ИГРОВЫХ ДЕЙСТВИЙ, вера в талантливость каждого участника ваших занятий, умение высоко оценивать итоговые результаты работы каждого.
       Мы с Олегом Петровичем подробно обсудили технологию учета ваших достижений, то есть движения к раскрытию вашей гениальности. Ежедневно Олег Петрович в этой самой пирамиде будет отмечать ваши успехи, скажем, если вы удачно провели семинар - вам будет поставлено ПЯТЬ баллов, если вы помогли товарищу или сделали доброе дело, помогая родителям или близким, вам в рубрике "ДРУГ" будет тоже поставлена высшая оценка. Самые высокие оценки будут ставиться за создание собственных творческих работ: живописная работа, литературное произведение или одна из частей вашего философского трактата.
       - А что даст нам эта бухгалтерия? - спросила Соня, явно не понимая сущности предлагаемой "Пирамиды гениальности".
       - Она даст вам, не столько вам, сколько тем, с кем вы будете общаться. Согласитесь, что ваши подопечные все пожелают узнать результаты вашего творческого общения. Вы такие пирамидки соорудите для каждой группы и для каждого участника ваших занятий. И конечно же, не обязательно из досок сколачивать эту пирамидку. Можно и в тетрадочке или на отдельном листочке нарисовать ее. Важно, чтобы каждый участник занятий видел то, как вы оцениваете его работу по всем трем направлениям. Важно, чтобы эти оценки стимулировали дерзновенные поиски ваших подопечных. Вообще вы в этих делах должны проявить творчество. Можно, например, по каждому разделу наметить циклы СВЕРХЗАДАЧ, и за каждую решенную сверхзадачу выставлять соответствующий балл. Вы назвали все эти дела, дорогая Сонечка, бухгалтерией. В старые советские времена была в ходу такая фраза: "Социализм - это учет". Так вот я считаю, что духовное возрождение России тогда будет осуществляться, когда мы будем учитывать и брать на заметку все достигнутые результаты. Для чего? Для того, чтобы намечать новые задачи, чтобы не останавливаясь, продвигаться вперед.
       - Все ясно, - сказал Слава. - Будем пробивать. Я так понял, что определять существо нашей гениальности будет Олег Петрович. Так ли это?
       - Нет, - ответил Владимир Петрович. - Определять и оценивать работу каждого будем мы все вместе. Если каждый из вас, скажем, представит в конце двух недель - семь живописных работ, один рассказ и одно обоснование новой идеи связанного с проблемами духовно-правого возрождения России, сделает доброе дело для своих друзей, близких, педагогов или родителей, то мы самым высоким образом оценим реализацию предложенной вам триады. Вы сами почувствуете, насколько основательно помогла вам эта придуманная нами бухгалтерия.
      
      

    4. ПОЛНЫЙ ВПЕРЕД!

      
       Как ошалелый врывался Слава в классные школьные комнаты и в студенческие аудитории, орал, что есть мочи, а потом переходил на таинственный шепот:
       - Вы даже предоставить себе не можете, что произойдет с вами через три дня, если вы включитесь в нашу игру "Пирамида гениальности". Вас родная мать не узнает. Вы создадите истинные шедевры искусства.
       Сначала Соня возмутилась. Она сказала:
       - Зачем тебе, Славка, изображать сумасшедшего?! Неужели ты думаешь, они тебя бы не поняли, если бы ты спокойно и по-человечески все им объяснил.
       - Дура! - возмутился Слава. - Я выплеснул на них целый ушат своей энергии. Я их зарядил под самое горлышко. И только поэтому они бросились ко мне записываться в мой ВНИК (временный исследовательский коллектив). Я специально им сказал, что больше 15 человек не смогу охватить, так они, ты же видела, как ошалелые кинулись ко мне, умоляли, чтобы я их записал в этот наш ВНИК. Ты же видела, я вынужден был создать вторую группу...
       - Да, ты их здорово одурачил, - расхохоталась Соня,
       - А вот за это тебе мало и по башке дать. Не одурачил, а пробудил их творческий потенциал!
       - Хорошо, хорошо, ты уже гений...
       - Да оставь ты его в покое, - вмешалась Роза. - Слава провел первое занятие, как великий мастер. Если в таком режиме пройдет и его творческий семинар, а затем вернисаж, то продвижение в нашей пирамидке ему обеспечено...
       - Мне пирамидка по барабану! - возмутился Слава. - Мне важен общий результат пробуждения творческой энергии у наших молодых людей, И я здесь кое-что придумал. Вы ахнете, когда узнаете. Я и вас хочу привлечь к моей затее. Поможете?
       - Я помогу, если смогу, - согласилась Роза.
       - А я разве когда-нибудь тебе отказывала? - улыбнулась Соня. 
       - Тогда полный вперед! - крикнул, снова изображая сумасшедшего, Слава. - А придумал я вот что. Я начну семинар с рассказа о Шишкине и Модильяни, которые говорили, что рисовать надо быстро, потому что скорость решает очень многое в искусстве, которое не терпит занудства и тягомотины. А потом я у них спрошу: "За сколько времени можно написать пейзаж?" Они будут называть разное время: "Час, два, три и т.д.". А когда я им брякну, что пейзаж можно написать и за одну минуту. Они явно посчитают меня легкомысленным придурком. А я им процитирую этого самого итальянского возрожденца Боттичелли, который говорил: "Пейзаж написать - пара пустяков. Обмакни губку в краски, хлопни ею по холсту - отпечатается пейзаж". Итак, дорогие, заору я что есть мочи: "Засекайте время! Создаю пейзаж за 30 секунд. И я вдавливаю в приготовленную заранее губку (кусок паралона) в загрунтованный картон, и тут же показываю отпечатавшийся на нем великолепный пейзаж. Признаюсь вам, как на духу. Я уже в этом деле потренировался. Дома висят таким образом созданные живописные шедевры. Правда, кое-где пришлось чуток подправить, но в целом - чудо!
       - А что мы должны делать в этом твоем шарлатанстве? - рассмеялась Сонечка.
       - Очень немногое, - ответил Слава. - Вы должны поддержать меня. Вы будете стоять в разных концах комнаты и с невероятным восхищением произносить что-нибудь в таком роде: "Как здорово!, или: "Уму непостижимо!".
       Студенты были наслышаны о наших занятиях. Они знали даже о том, что наши технологии широко используются в вузах и школах США и в других странах. И все же не верили. Один студент выражая, должно быть, мнение своих товарищей, сказал:
       - Я никогда не брал в руки кисть. У меня в школе по рисованию была тройка. Вряд ли что-нибудь у меня получится...
       - Могу заключить с тобой пари, - заявил ему Слава. -Даже если ты будешь сопротивляться, у тебя получится замечательная работа.
       - Ну ладно, посмотрим, - смягчился студент.
       В аудитории Слава еще раз рассказал о природе масляных красок, над созданием которых человечество работало немало столетий, о композиции, о том, как пользоваться кистью и разбавителями.
       На практике, в студенческой аудитории, все, как и планировал Слава, получилось намного интереснее, чем рассказывал будущий гений. Студенты так увлеклись живописью, хотя почти никто из них раньше не брал в руки масляных красок, холстов, разбавителей. Нет, они не стали заниматься "наляпами" по методу Боттичелли, они предельно бережно накладывали на холст мазок за мазочком, придумывая и оправдывая для себя те или иные оттенки, переходы, композиционные решения и прочее. В этих процессах незаменимую услугу оказывали Соня с Розой. Они ходили между рядами и то и дело подбадривали студентов: "Этот краплак с синевой у тебя просто чудо", или: "Отличная композиция... Возможно, низ сделать потемнее", или совсем восторженно: "Нет, вы взгляните, какая превосходная работа!" Роза брала в руки студенческую работу и показывала всем присутствующим.
       Я следил за происходящими событиями и размышлял о природе конформизма: оказывается даже два человека, если они авторитетны, могут выполнить особую функцию вселения уверенности даже у тех, кто страшился еще полчаса назад прикоснуться к краскам. Я смотрел на преображенные студенческие лица: какой-то своеобразный румянец пробивался на их щеках: какая-то глубина сиренево-красноватых оттенков, кое у кого на носике крапинки пота, а в аудитории в целом стояла не то чтобы тишина, а атмосфера напряженного волнения.
       - Итак, первый этап нашего занятия закончен, - объявил Слава, когда все студенты представили завершенные работы. -А сейчас мы с вами проделаем совершенно потрясающею работу: нарисуем что-то сверхгениальное только с закрытыми глазами. Закроем глазки и угольком на картоне совершенно произвольно изобразим хаос линий - прямых, овальных, зигзагообразных...Так, изобразили? А теперь попробуйте увидеть, что вы изобразили на холсте. Роза Васильевна и Софья Даниловна вам помогут. Суриков в свое время говорил: "Нарисовал Боярыню Морозову. Осталось только раскрасить". Вот и вы раскрасьте увиденное. И эта работа захватила студентов. Через час появились у нас на столе новые работы. Студенты, как мы и ожидали, попросили еще холстики, чтобы создать еще один живописный шедевр.
       Холстиками мы запаслись. Предвидели активность ребят и разбуженную творческую мощь. Но прежде чем раздать холстики, Слава с Розой и Сонечкой провели цветовое диагностирование по методике Лушера и Драгунского. Диагностика заняла не более шести минут, а краткий анализ, который сделала Роза еще четыре-пять минут.
       Слава рассказал о том, что большинство людей не знает своей цветовой гаммы, что он сам всегда думал, что его любимым цветом является синева, а на самом деле в нем по-настоящему пылает красный цвет с некоторой желтизной. Студентам Слава предложил использовать в новой работе те цвета, которые в их цветовом тесте занимали первые два места. Он также сказал о том, что любая истинная живописная работа что-то да выражает, то есть имеет свой идейный смыслю. Слава предложил студентам три темы: "Мое истинное Я", "Моя Родина", "Цвел и свет моей мечты". Вместе с тем, Слава подчеркнул, что каждый может предложить и работать по той теме, которая ближе всего ему.
       Снова в аудитории наступила напряженная тишина. Шел четвертый час работы.
       Слава предложил сделать перерыв, отдохнуть. Но никто никак не отреагировал на это предложение.
       На этот семинар Слава пригласил своих друзей, Игоря и Сашу. Они были несказанно благодарны своему другу, а их работы были ничуть не хуже студенческих картин, что особо отметил Слава, когда подводил итоги занятия. Славу поддержал и пришедший на вернисаж профессиональный художник А.А. Сорокин, который тоже отметил специально творческие работы Игоря и Саши.
      
      

    5. НЕОЖИДАННЫЙ СЮРПРИЗ

      
       Перед самым новым годом к нам пожаловал отец Игоря Виктор Николаевич Михайлов. Он представился и сказал, что пришел поздравишь нас, и пришел не с пустыми руками.
       Двое дюжих молодых людей внесли небольшой картонный ящик, заклеенный скотчем.
       - Мне мой Игорь сказал, - пояснял Виктор Николаевич, - что вы нуждаетесь в грунтованном оргалите. А на нашей мебельной фабрике, где я работаю инженером, этого добра пруд пруди. Вот мы и нарезали для ваших семинаров оргалиту разного размера...
       - Господи! - воскликнул Владимир Петрович, - да вашему подарку цены нет. Такой тонкий и ровнехонький оргалит, да еще покрытый белилами - этот для наших творческих работ просто чудо...
       - Вот мне так и сказал Игорь. Он, знаете, все наши стены уже заклеил своими шедеврами. Но главное не это. Раньше его палкой не заставишь было, сесть за учебники, а теперь оторвать его от книжек не могу. Говорю: "Пойди проветрись, сынок", а он, как прокаженный: "Не мешай, отец!" Уже успел сдать экзамены за десятый класс. Мать на седьмом небе от счастья. Как вам это удалось?
       Мы были несказанно рады словам родителя Игоря. Внимательно слушали его, задавали вопросы, и он охотно на них отвечал.
       - Скажите, а как он в принципе к вам и к матери относится? Помогает по хозяйству?..
       - Вот чего нет, того нет, - рассмеялся Виктор Николаевич. - Но мы уж об этом его не просим. Бог с ним, с его помощью. Дрожим над ним как осиновые листочки, любые его задания выполняем со скоростью звука.
       - Ну что ж, - улыбнулся Владимир Петрович. - Ждите перемен и в этом направлении.
       Виктор Николаевич еще раз поблагодарил нас и заверил, что при первой нашей просьбе новая партия оргалита будет нам доставлена без всяких задержек.
       Когда отец Игоря ушел, Владимир Петрович сказал мне:
       - С завтрашнего дня включаем в нашу "Пирамидку" такой пункт - "БЫТОВОЙ". Его суть будет состоять в том, чтобы учитывать то, какую помощь по бытовым вопросам оказывают наши подопечные своим родителям.
       - А как мы узнаем? Как можно учесть? - спросил я.
       - Очень просто. Мы звоним родителям и спрашиваем: "Что изменилось в поведении вашего чада? Как он и в чем он помогает вам хозяйству?" Если родители говорят: "Ничего", мы снимаем с участника игры 10 баллов. Если говорят, что их ребенок стал неузнаваем, помогает во всем, проявляет инициативу и прочее, мы ставим ему в учетную тетрадь десять баллов. Мы, естественно, доложили о введение в игру этого БЫТОВОГО ПУНКТА и поразились тому, что наши питомцы восприняли с радостью введение этого игрового направления в их семейную жизнь.
       Через пару недель к нам снова пожаловал Виктор Николаевич Михайлов. Он с места в карьер начал:
       - Нашего малого узнать невозможно. Ни свет ни заря встает, протирает пыль, иногда и полы моет, бегом в магазин со списком продуктов, которые набросала ему мама, постоянно спрашивает: "Может что-нибудь еще что сделать по хозяйству?". Нет, вы все-таки поясните, как этого вы добиваетесь? На чем держится ваше волшебство?
       - На игре, - ответили мы.
       - Нет, я серьезно, - настаивал отец Игоря.
       - И мы серьезно. Кажется, Маркс творчество называл игрой физических и интеллектуальных сил. У нас в наших мирроколлективах примерно сто ребят. И вот, представьте себе, мы сумели удивить сто родителей, сто семей коренным самоизменением их чадушек. Вы спросите: "Надолго ли это?" Нам трудно ответить на этот вопрос. В одном убеждены мы: сейчас ваши дети получают удовольствие о того, что заботятся о своих родителях, помогают им. И здесь, снова сошлюсь на Маркса. Имеют место две вещи, два явления: РАЗВИТЫЕ ФОРМЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО НАСЛАЖДЕНИЯ, которые ведут к РАЗВИТЫМ ФОРМАМ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОБЩЕНИЯ. То, что сейчас происходит с вашими детьми, в какой-то мере закладывает фундамент для их будущей жизни. Конечно же, их предельно нравственные поступки, обусловлены придуманной нами игровой организацией жизни молодых людей. Нравственность и игра неразлучимы, ибо игра - это и Любовь, и Свобода, и Радость, и Красота.
      
      

    6. ГЕНИЙ - ЭТО ЭНЕРГИЯ, ДЕРЗНОВЕННАЯ ОТВАГА И УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ

      
       Роза обратилась ко мне с предложением:
       - Я написала небольшое эссе о гениальности. Можно я эту работу представлю как часть философской моей главы?
       - Конечно, - ответил я. И Роза прочитала следующий свой текст:
       "Английский литератор Арнольд Мэтью писал: "Гениальность главным образом зависит от энергии".
       Кто-то из великих, кажется Гете, сказал: "Гений - это 99% труда и один процент таланта". Интересная мысль принадлежит Флоберу: "Чтобы иметь талант, нужно быть уверенным, что обладаешь им".
       Такая радость духа есть признак силы. И еще: "Гения можно узнать по тому, как все тупицы устраивают заговор против него".
       Когда мы у студентов и педагогов разных вузов спросили, присущи ли им высшие способности, почти все ответили утвердительно. Но когда мы объяснили, что "высшие способности и есть гениальность", они едва ли не отказались от первоначального утверждения. В чем секрет?
       Люди боятся хоть как-то приобщиться к такому феномену, как гениальность или даже талант. Боязнь по двум причинам: первая, страх перед высотой - высота всегда опасно выглядит. Второе: считают, что девяносто процентов людей этого мира - посредственности, они из кожи вон лезут, чтобы все сто процентов стали безликими тупицами, - им так удобнее: гении и таланты нарушают покой - они непредсказуемы и прочее. В этой безликой и серой атмосфере трудно утверждаться талантливому человеку. Трудно и опасно выдвигать сверхзадачи, ибо у серости всегда наготове претензия: "А кто ты, собственно, такой, чтобы быть не таким, как все?!"
       В обоих случаях присутствует страх. Подсознание зафиксировало: гении всех стран мира всегда страдали, мучились, подвергались гонениям и пыткам и даже умирали не своей смертью. Страх перед одиночеством и отлучением от близких друзей, сильных и слабых мира сего - это вторая причина того, что большинство людей боится взять на себя тяжелое бремя таланта или гениальности.
       Я задавал родителям, вероятно, кощунственные вопросы: "Хотели бы вы, чтобы ваши дети достигли высот славы, как, скажем, декабристы, Пушкин, Лермонтов?.." Ответ был однозначен: "Господь с вами..."
       И пояснения: "Мы хотели бы, чтобы у наших детей была спокойная трудовая жизнь, хорошая семья и хорошие дети, наши внуки, а уж декабристами пусть будут другие..."
       Гений - всегда гражданин и патриот своего Отечества. И это естественно, его страна создает ему условия для его самореализации. Каким бы несправедливым ни было государство российское, а оно создало молодому инженеру Жуковскому все необходимые условия и для заграничных поездок, и для лабораторных работ, и для теоретической научной деятельности. Но была еще и другая сфера, - если можно так выразиться, патриотическая среда смелых, талантливых ученых, каждый из которых мог бы быть назван и гражданином, и патриотом своей Отчизны". Рассказ Розы Матвеевой всем понравился.
       ...Владимир Петрович любил всегда подчеркивать, что истинные патриоты живут и действуют не только в среде ученых, литераторов и художников. Ими наполнен мир рабочих и крестьян, мир порой униженных и оскорбленных недобрым отношением к себе бедняков, часто выбившихся из нормальной жизненной колеи и даже попавших за решетку.
       Однажды я увидел, с какими просветленными лицами выходили от нашего учителя Игорь и Саша. Я спросил у них, о чем шел у них разговор. Они не ответили. Я этот же вопрос задал Попову, но и он как-то ушел от прямого ответа. Но из его некоторых последовавших рассуждений я кое-что понял. А он говорил вот о чем.
       - Лет тридцать тому назад, - рассказывал он, - мне довелось читать лекции, представьте себе, об Итальянском Возрождении. Тогда как раз экспонировались в Русском Музее сокровища Дрезденской галереи перед отправкой их в Германию. Так вот читал я лекции заключенным в лагерях особого режима. Помню как сейчас небольшую камеру с нарами, в которой размещалось примерно 18-20 человек. Было лето, и в камере было душновато. Не забуду крепкие, мужественные лица, мощные мускулистые тела, острые, пытливые, проникающие в самые дальние глубины души, их взгляды. Замечу, по уставу в камере нельзя пребывать посторонним без охраны. Я настоял на том, чтобы мое общение было наедине с заключенными. Я хотел обозначить мое предельное, уважение и доверие к их человеческому достоинству. Они оценили мой поступок. Как же они слушали, когда я им рассказывал о Рафаэле и Веласкесе, Леонардо, Боттичелли и Микеланджело, Рембрандте и Ван Дейке. С каким пиететом они созерцали обнаженную женскую красоту, поименованную нашими отечественными мыслителями ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТЬЮ, я об этом дальше буду рассказывать. И как же увлажняясь их глаза, когда им рассказывал о доминантных ценностях человечества - ЛЮБВИ И СВОБОДЕ, СОЦИАЛЬНОЙ СПРАВЕДЛИВОСТИ И СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИЩЕННОСТИ. Я не выдерживал: изредка мой голос дрожал, я молчал какие-то доли минут, они ждали, проникаясь к моему волнению величайшим уважением...
       Кстати, об этом своем волнении я рассказал нашим ребятам только что, и они поняли меня. Я чувствовал, как в их душах запылал прекрасный огонь жажды непременно проявить себя в этой жизни, как он был проявлен тем же Джотто и Микеланджело, Леонардо и Рембрандтом. Знаете, что они мне предложили?
       - Что? - насторожились мы.
       - Они хотят оправиться в детприемники и в детские колонии и там проводить творческие семинары по нашим технологиям...
      
      

    7. ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ ПЕРВОЙ МОЕЙ КАРТИНЫ - ЭТО ПРАЗДНИК
    (ИЗ РАССКАЗА ИГОРЯ МИХАЙЛОВА)

      
       "Мы с волнением, ждали чуда. Мы как-то сразу поверили всему тому, что нам говорил Слава Миронов. Нам, действительно, было жуть как интересно и одновременно страшно за будущее свое творение.
       Практически до последнего момента я не знал, что у меня получится. Я волновался, как первоклассник перед своим первым походом в школу. Кроме всего прочего, мне было крайне интересно впервые попробовать рисовать масляными красками, подобно "настоящим", профессиональным художникам.
       В моей душе одновременно сосуществовали две противоречивые мысли: надежда создать новое, самобытное произведение искусства и неуверенность, страх, что может что-нибудь пойти не так и картина не получится.
       Ну вот, наконец, старт дан. Но вместо кистей мы берем в руки угольный грифель и начинаем рисовать, закрыв полностью глаза и отключив свое сознание. Рука сама вырисовывает какие-то контуры, она лихорадочно спешит запечатлеть что-то на бумаге. Чуть позже, подключив свое воображение, наша группа должна будет увидеть в контурах (у каждого по-своему оригинальных) сюжет будущей картины.
       Когда я приступил к выполнению следующего этапа, я сначала растерялся: уж слишком непонятными показались мне проглядывающие контуры, на какие-то доли секунды я даже усомнился в своих творческих силах. Но вот блеснуло озарение; я увидел силуэт головы: вначале мне представилась голова то ли пингвина, то ли какой-то экзотической птицы (возможно, это и была синяя птица счастья...).
       Когда же я начал смотреть контуры тела, я внезапно понял, что это - огненный дракон из другого измерения. Все остальное уже было делом техники: я просто закрашивал сложившуюся в моей голове картину, перенося краски из своего воображения на холст...
       Вот и закончилась радость творчества. Картина готова, и у нее начинается своя, самостоятельная жизнь, уже от меня не зависящая. Мне осталось лишь дать ей название, что я и сделал, назвав ее "Дракон из театра абсурда".
       Уходя с семинара, я чувствовал радость, облегчение от выполненной работы, это ни с чем не сравнимое ощущение покоя на душе после рождения произведения искусства. И мне было абсолютно не важно, как другие оценят мою картину. Для меня она стала совершенной, так же, как для любой матери ее ребенок всегда красивее и лучше любых других детей.
       Эта творческая встреча явилась для меня праздником, праздником "Дня Рождения моей первой живописной работы". Я понял: нужно всегда оставаться самим собой и никогда не предавать свой талант, свои трансцендентные способности, свои божественные начала, а ненависти и зависти ограниченных "людей из толпы" противопоставлять силу Духа и неустанный труд.
       В моей душе поселилась надежда, я непременно напишу маслом еще много-много картин, которые, возможно, станут основой для создания мною цикла музыкальных сочинений с небольшими литературно-философскими программами перед каждой частью.
       Кроме того, вместе с Сашей Паратовым мы поставили настоящую сверхзадачу: за три месяца сочинить рок-оперу "Гном", сделать аранжировку для синтезатора и эстрадного оркестра, выступить в качестве актеров и даже нарисовать самим декорации!
       И в этом решении нас поддержали и Роза Васильевна, и Олег Петрович, и Слава. Слава предложил нам создать свой ВНИК (Временный исследовательский коллектив).
       - Вы непременно создадите и свою драматургию, и музыку, и свои картины, - сказал Олег Петрович, если преодолеете все свои страхи, неуверенность и погрузитесь в глубины своего Я. Вы столкнетесь тем с Божественным, трансцендентным, которое будет выбирать цвет и свет, сюжет и композицию, ритм и тональность! Только быстрота ("летящий бег пера" по А.С. Пушкину) и решимость изменить что-то в этом мире приведут вас к раскрытию таланта!
       Эти слова засели в моем сердце и не давали мне покоя даже ночью, пока не возникла тема рок-оперы. Опыт участия в постановке "Подозреваемый" придал мне уверенность в своих силах, и мы с Сашей решились осуществить этот творческий проект. Здесь найдет применение тот же принцип синтеза искусств: музыки, драматургии, хореографии, живописи, вокала и клоунады. Очень помогут нам знания, полученные во время освоения трансцендентальной педагогики.
      
      
      

    8. ГОРЕ СОНЕЧКИ ЗАВЬЯЛОВОЙ

      
       Я застал ее всю в слезах. На мои вопросы она не отвечала, а рыдания ее становились все сильнее и надрывнее. Я сел рядышком и чуть-чуть прикоснулся ее плеча. Она вздрогнула и еще сильнее заплакала.
       - Тебя обидел кто-нибудь? Расскажи. Что-нибудь придумаем. Безвыходных положений не бывает..
       - Бы-бы-бывает, - сквозь слезы говорила Сонечка.
       Я замолчал. Так в молчании мы просидели минут двадцать десять.
       - И все же что случилось? Поделись своим горем. Облегчи свою душу...
       Она еще сильнее заплакала, и сквозь рыдания, точно захлебываясь от слез, проговорила:
       - Танечка, моя сестричка погибла.
       - Как? Каким образом? Когда это случилось?
       - Вчера вечером она с двумя подружками выбросилась с девятого этажа.
       В моих глазах не то чтобы потемнело, а обратилось в прах: голова закружилась, и как всегда в таких случаях к глазному яблоку подступила адская боль...
       - Я не хочу знать причин, - бормотал я. - Я сам на грани ухода из этой проклятой жизни. Но я уже, можно сказать, нажился, а она такая молоденькая, такая веселая... Что же это происходит?..
       - Она записку написала. Вот, - она протянула мне мокрую от слез бумажку, на которой было написано всего два предложения: "Прощайте, дорогие мои! Я всегда любила вас и буду любить. Ваша Таня".
       Я поцеловал записку и огромные слезы выкатились из моих глаз. Я обнял Сонечку, и мы вдвоем с нею зарыдали...
       - Она так хотела побывать на наших семинарах, а я ей все талдычила: "Рано. Уроками лучше займись". Дура! Что мне делать? Как жить мне дальше. Я чувствую себя виноватой в ее смерти...
       - Не говори глупостей! - вырвались у меня такие мерзкие слова. - Ты ни в чем не виноват. Все в таких случаях обвиняют самих себя... Ты так любила свою сестричку...
       - Я ее очень любила. Она можно сказать, была моим единственным другом. Она мне такие взрослые советы давала, что я всегда удивлялась: откуда такое знание жизни у девчонки в 14 лет? Она не любила Славку. Говорила мне: "Не водись с ним, он не любит тебя". Я спрашивала: "Откуда ты знаешь?"А она отвечала мне: "Вижу. Он Розку твою любит. А Розка предает тебя... Все в этой жизни предатели!" Когда я стала заниматься живописью, она не отходила от меня, и все просила меня: "Дай и я порисую". Я дала ей один холстик, и она так увлеченно стала рисовать разноцветных бабочек, что я поразилась ее выбору сюжета, и спросила: "А почему бабочки?" Она сказала: "Это, как ты говоришь, мой главный зрительный образ". А я тогда как раз работала над философской частью в этой самой "Пирамиде гениальности". Меня захватила идея созерцания моего внутреннего мира. У каждого человека свои бабочки, своя яркость подсознания, и я согласна с вами: у каждого свой цвет и свой свет в этой жизни... Вы меня все за дурочку считаете, Сонька золотая ручка, а я совсем не такая. Когда я оставалась одна, я часто плакала, а на людях строила из себя хулиганку или вообще бесшабашную особу, которой все нипочем. Мне очень понравилась ваша мысль: "Созерцание - это смотрение вглубь".
       - Это не моя мыс ль, - тихонько проговорил я, - Это Владимир Даль так определил созерцание. Смотреть вглубь - это значит видеть то, что скрыто в глубине нашей души.
       - Когда я познакомилась с вами и стала посещать ваши семинары, во мне открылось то-то новое для меня. Я стала другим человеком, только никому, кроме моей Танечки, в этом не признавалась. Весь мир как-то ожил вокруг меня. Я видела в обычных деревьях разные цвета, в каждой травинке что-то живое. Они будто говорили мне: "Крепись, девочка! Ты еще не то покажешь им..." А кому это им? А тому же Славке и той же Розе, которые вообразили себя гениями, а мне отвели роль чуть ли не уборщицы... И я благодарна вам за то, что вы во мне что-то увидели...
       - Некоторые твои суждения, Сонечка, приводили меня в неописуемый восторг...
       - Да-да, вы предсказали мне мое будущее. Я, когда протестировали меня, поверила вам. Знаете, мне стыдно было показывать вам то, что я написала о развитии образного мышления, но мне так и сейчас хочется, чтобы вы взглянули на мои поделки...
       - С великой радостью! - вскрикнул я. - Тащи мне свои заметки. Я немедленно их прочту.
       - Да они всегда си мной. Вот они, - и она протянула мне тетрадь со своими записками.
       Я тут же стал читать Сонечкину рукопись, а потом что-то снова меня сильно взволновало, и я, отложив рукопись, задумался.
       - Что-то не так? - спросила Соня. - Вам не понравилось?
       - Да нет, я о другом. Я о Танечке твоей вспомнил. Прости меня, но я об этих жутких катастрофах много читал и даже как-то исследовал причины этих явлений. Что меня больше всего поражает, так это две вещи. Первое, уходят по своей воле в иной мир преимущественно девушки и молодые женщины. И второе, все чаще имеет место групповой суицид. Я знаю, даже дети сегодня очень часто говорят о возможной своей смерти, а уж что касается молодых людей, опять же девушек, то каждая пятая задумывается о своем личном суициде. Чем это объяснить?
       - Объяснение очень простое, - как-то чересчур спокойно сказала Сонечка. - Девушки острее чувствуют жизнь и все неполадки в ней. Они бескомпромиссны и категоричны. Они стремятся лидировать во всем, и если это не получается, они готовы уйти из жизни, считая, что лучше умереть, чем влачить жалкое существование, пребывая на вторых и третьих ролях...
       - И ты тоже так считаешь?
       - В глубине души я верю, что у меня все получится в этой жизни...
       - Это самое главное, - сказал я, углубляясь в чтение рукописи.
       Через две недели мы встретились с Владимиром Петровичем, и он нам сказал:
       - Я много лет работал над проблемами преодоления суицидных явлений. Принес вам об этом свои заметки. Возможно, мы кое-что обновим в ней и выступим по этой теме в печати.
       Мы, естественно, согласились познакомиться с материалами нашего учителя.
       Вот они.
      
      

    9. КАК ПРЕОДОЛЕТЬ СУИЦИД?
    (ЗАМЕТКИ В.П. ПОПОВА)

      
       Не так давно в Ростове-на-Дону двумя городскими управлениями - по чрезвычайным ситуациям и образования - был проведен представительный семинар по проблемам статистики, мотивации и профилактики суицида.
       В двадцати докладах врачей, психологов, психотерапевтов, педагогов, работников милиции и служб спасения были обоснованно сделаны такие выводы:
       - самоубийства превратились в одну из острейших проблем нашего общества;
       - самоубийства сохраняют тенденцию к росту в различных регионах страны;
       - каждый год в России около двух тысяч детей пытаются покончить с собой из-за издевательств над ними в семье и около ста тысяч детей убегают из дома;
       - наравне со СПИДом и раком развивается страшная болезнь XXI века - социофобия. Боязнь общества!
       И, наконец, любопытный факт: среди разнообразных профилактических программ (центры профилактики суицидов, телефон доверия, организация исследовательской, просветительской и научно-практической работы) есть и такая, как "Национальная программа спасения России".
       Один вывод меня поразил особенно: оказывается, за последние годы суицид значительно помолодел. Основные причины в общем-то названы известные: репрессивные семья, школа, общество; протест, месть, самонаказание, триггерная ситуация (от слова "триггер" - "курок"), когда человек загоняется в тупик и нет выхода, и нет смысла жить, и стоит только нажать...
       Полностью разделяя мысли и тревоги ростовчан, я все же хочу рассказать о некоторых собственных выводах. Когда четверть века тому назад я впервые опубликовал в "Новом мире" статью о детских самоубийствах "Право на смерть", - президент тогдашней Академии педагогических наук В.Н. Столетов фактически предложил мне покинуть Академию, где я работал. Его доводы, как и доводы некоторых цековских и министерских работников: у нас нет и не может быть самоубийств. А я тогда писал о том, что каждый десятый школьник проходит через проблему: жить или не жить. "Право на смерть" (это слова Януша Корчака) - единственное реальное право школьника или студента вуза.
       Сейчас, по моим данным, каждый второй школьник и каждый пятый студент в той или иной мере схвачены щупальцами суицида. Ростовчане назвали девять признаков личности суицидента. Попробуйте провести с группой учащихся крохотное исследование, которое займет у вас не более десяти минут, и вы определите потенциального самоубийцу. Предложите ответить юных граждан на несколько пунктов простой анкеты.
       "Вам присущи (да, нет) следующие черты:
       - неуверенность в себе;
       - низкий уровень самооценки;
       - высокая потребность самореализации;
       - высокая потребность в теплых связях с окружающими, потребность в понимании и поддержке;
       - трудность в волевых усилиях в принятии решений;
       - снижение уровня оптимизма и активности в ситуациях затруднений;
       - склонность к самобичеванию, преувеличение собственной вины;
       - несамостоятельность;
       - недостаточная общительность, инфантильность и незрелость личности".
       78% старшеклассников, 80% студентов и 65% молодых педагогов до 30 лет ответили утвердительно почти на все девять пунктов. В конечном итоге все девять вопросов можно свести к одному: неуверенность в себе, в завтрашнем дне, в ценностях, в значимости своей судьбы, своего Я.
       Когда я сравнивал в Международных лагерных сменах детей из России, США, Японии, Италии, Франции, Молдавии, Украины и других стран, то получал такой результат: самая низкая самооценка у детей России, Молдавии, Украины, а самая высокая - у детей США, Франции, Японии, Италии. Социальными психологами доказано, что человек с высокой самооценкой в редчайших случаях окажется склонным к суицидальным действиям. Кроме того, человек с высокой самооценкой - это, как правило, и хороший профессионал, и семьянин, и хороший товарищ.
       Досаден и даже страшен сам факт того, что мы создаем общество неуверенных, суицидно-ориентированных людей.
       Когда зарождается эта проклятая ориентация? К сожалению, очень рано. Вот уже несколько лет в московской школе  1278 мы - сотрудники лаборатории трансцендентальной педагогики - проводим эксперимент по проблемам духовно-творческого становления личности. В 1996 году мы дали второклассникам задание, не выходя из класса (каждый работал предельно самостоятельно) написать стихотворение, в котором был бы ответ на вопрос: "Кто я такой (такая)?"
       Кстати, эта школа с углубленным изучением английского языка, в центре Москвы, с ухоженными и благополучными детьми - главным образом из достаточно обеспеченных семей. Да и что школе, собственно говоря, современная благополучная семья? Папа и мама с утра до ночи на работе: нет родительского тепла. А без этого тепла (которое японцы называют амаэ), - так вот без этого амаэ вырастают несчастные, ранимые, ущемленные, с низкой самооценкой дети. А вот и их крик души в белых стихах. Стихи второклассников.
       Я крест в суете,
       Я из мира другого.
       Я затерян в галактике смерти.
       Мне снятся ужасы и ненависть к Диме.
       (Андрей Манирко)
       Я потерянная жизнь,
       Я разорванное сердце.
       Я в темном лесу.
       Обо мне никто не заботится.
       Моих друзей нет.
       Я верю в прошлое и хочу быть потерянным мишкой.
       Мне снится темная ночь.
       Я думаю про глупую жизнь.
       Я выгляжу потерянным воробьем и иду куда глаза глядят.
       Я люблю природу и ненавижу жизнь.
       (Милена Станкевич)
       Что ни стихотворение, то суицидный холодок: "Я брошенная собака"; "Я колючий кактус"; "Я мечтаю, чтобы мои родители и мой братик Слава умерли вместе"; "Я птица в облаках и боюсь, что меня разорвет орел"; "Я безжизненный цветок и живу в мире страданий, Я не знаю, где мой дом, У меня нет родных и близких. Я стараюсь найти их, но это невозможно. Я глуп и не воспитан".
       А вот одно почти оптимистическое, но с жутким финалом:
       Я маленький лебедь.
       Мои друзья волны.
       Я стремлюсь в небо, но пока я плаваю.
       Мне снится небо.
       И однажды пришли люди на мое озеро и убили меня.
       Это стихотворение Лены Анисимовой. А через три года она напишет на эту тему, как и ее сверстницы и сверстники, совершенно, по-настоящему оптимистическое стихотворение, которое начинается словами: "Я такая заводная...", а заканчивается гимном своей уверенности: "А вообще я такая хорошая, что лучше меня не найти. Думаю: надо на конкурс самых лучших пойти".
       Это результат длительной психолого-педагогической работы учителей, завучей, директора и психологической службы школы, родителей, представителей общественности, которые помогали детям выявлять свои дарования, повышать статус в коллективе, приобретать тот необходимый потенциал уверенности, трудолюбия и оптимизма, без которых нет ни семьи, ни школы, ни Отечества!..
       Суицид - явление сложное, тонкое, я бы сказал, интеллигентное, духовное. Здесь если не вложить душу, если не услышать беззвучный крик человеческого сердца, то любое педагогическое дело может обернуться непоправимой бедой. Маленькие дети импульсивны, беззащитны, склонны к суицидальному фантазированию (тоже новый термин): они не только наслаждаются своими возможными похоронами, но и ликуют оттого, что близкие или обидевшие их люди плачут, страдают, клянутся в вечной любви...
       Суицид - длительный процесс. Раны, нанесенные в детстве, могут дать о себе знать и в молодости, и в более зрелом возрасте, и даже в старости.
       ... Кто же кончает жизнь самоубийством? Бедные или богатые? Люди творческого труда или стоящие у конвейера? Устроенные или неустроенные? Пессимисты или оптимисты? Все эти вопросы могут увести на ложный путь. Они "не оттуда".
       "Литературная газета" (25 июля 2000 г.) подметила любопытную закономерность:
       "Парадокс, но среди самоубийц много богатых и ни одного бомжа. Бедная Россия по числу попыток самоубийств догоняет страны с самым высоким уровнем жизни". По данным института Склифосовского, только с отравлениями госпитализируется ежегодно двести пятьдесят тысяч человек, но многие в больницы не попадают. В 1998 году зафиксировано пятьдесят шесть тысяч смертей только от отравлений - это намного больше, чем гибнет в автомобильных катастрофах.
       Я убежден в том, что суицид - это болезнь души, вдруг почувствовавшей себя замурованной в склепе, в бетонном гробу, спрессованном из одних и тех же отвратительных слов, привычек, тайных оскорблений и бесконечных обид, претензий, амбиций. Этот социально-душевный склеп не даст человеку ни глотка жизненного озона, ни живительной свободы и тех микроскопических радостей, которые не оставляют ни бомжей, ни неустроенных, ни одиноких людей (не просто одиночек, а именно одиноких), которые в своем деятельном мученичестве стоят у конвейера или едва зарабатывают себе на кусок хлеба.
       В России суицид глубинно духовен. Он иррационален и буен в своем тщетном стремлении обрести Любовь, Свободу, Жизненные Силы. Те двадцать две тысячи русских мужиков, которые покончили с собой в период петровских реформ, решились на крайние меры не из-за голода и холода, не из-за помещичьих притеснений, а из-за того, что государство осмелилось посягнуть на людскую веру, на людскую душу, на свободу вероисповедания. Так и потянулись в России цепочки суицидных переплетений.
       До революции одной из главных причин молодежных самоубийств была неразделенная любовь. Сегодня - неспособность и невозможность самореализации, что порождает неуверенность в себе, отчаяние. Но даже не противоречие между высокими притязаниями и духовным бессилием провоцирует смертельный исход, а та пустота, когда у человека нет ни веры, ни надежд, ни духовной силы - нравственно-волевой, интеллектуально-эстетической, духовно-творческой.
       Именно развитием этих сил у молодежи озабочена наша трансцендентальная педагогика, которая рассматривается нами как живой крик души, как пламень восставшего сердца, как глубинная вера и в свои творческие силы и в мессианскую роль своего отечества, своих детей, своей семьи.
       Сегодня педагог-мастер - тот, кто по крайней мере знаком с психотерапевтическими методами работы с детьми и молодежью. Мы в своей работе широко применяем арт-терапию, библио-терапию, театр-терапию: школьники и студенты обнаруживают и развивают свой талант и свои высшие способности, создавая музыкальные, поэтические, драматургические и живописные работы. Затем они анализируют свои духовно-творческие начинания и неизбежно приходят к повышению собственных самооценок, приобретают абсолютную уверенность в себе, в своем творчестве, напрочь расстаются со своими суицидальными страданиями.
       Мы - противники словесного воспитания, монологического вербализма. Мы за создание условий для разностороннего творчества, посредством которого каждый раскрывает свои потенциальные возможности, мы заявляем своим питомцам: каждый талантлив. Мера лишь разная.
       Моему аспиранту Игорю Исаеву не повезло. Он из-за болезни рук перестал заниматься музыкой, а это его специальность, он студент оркестрового факультета. В дирижировании его тоже поджидала неудача: педагоги-профессионалы сказали: "Ничего у тебя не получится. Нет никаких шансов...". Юноша очень тяжело переживал утрату профессии и возможности самореализации в творчестве. Поэтому, когда на горизонте вспыхнула идея заниматься музыкальной педагогикой, Игорь, собрав все силы души, ухватился за нее. Но вскоре пришло разочарование: схоластический подход к педагогике, с которым он столкнулся в аспирантуре, не оставлял места для свободы, творчества и полета вдохновения. "Я полностью потерял желание заниматься наукой, - сказал мне Игорь позднее. - Она представляется мне иногда в виде гигантской бюрократической машины, Молоха, который с грохотом и лязгом ставит печати на бритых затылках своих жертв - детей. Я понял, что не хочу участвовать в конвейерном изготовлении людей-роботов, людей-винтиков, людей-идиотов..." Ситуация была тупиковая: кругом фиаско. Ходил Игорь как тень - бледный и угрюмый.
       Вот как рассказывает Игорь об этом в своем дневнике.
       "Моему знакомству с трансцендентальной педагогикой предшествовал мучительный период бесплодных поисков. Потеряв надежду обрести свое призвание в педагогическом искусстве, я, чтобы не сойти с ума от переполняющих сердце чувств, полной безысходности, угнетенности и подавленности, стал усиленно заниматься сочинением музыки. Ночами напролет я лихорадочно искал синюю птицу вдохновения, но ее все не было и не было... И тогда я понял, что настоящее вдохновение должно приходить изнутри. Если нет ничего внутри, то ничто внешнее не поможет. Но в душе моей не было ни Веры, ни Любви, ни Вдохновения.
       Мое отчуждение от людей и самого себя отразилось и на музыкальном творчестве. Все мои попытки сочинения музыки на картину, написанную мною в экзистенциональном состоянии, заканчивались одинаково, т.е. полным провалом.
       Процесс творчества того периода можно охарактеризовать двумя состояниями. Первое состояние - гнетущая тишина. Я подходил к фортепиано, открывал его крышку, слегка касался клавиш и слышал... тишину. Это было не спокойное и умиротворенное отсутствие звуков и шумов, а черная пустота. Она, удручающая и подавляющая, вызывала ощущение страха, приближения чего-то ужасного и непоправимого. Иногда мне казалось, что я почти чувствовал чье-то холодное дыхание... Это состояние точно отразилось и в стихотворении, которое было написано мною в то время.
       Вот и смерть пришла
       С шумом листьев желтых
       И упала сверху одеялом теплым,
       Потонул в ее тишине глубокой,
       А собака воет жалобно и скорбно,
       Жалуясь кому-то на судьбу и холод.
       В этом одиночестве чует ли она
       Приближение вечности в тишине ночной?
       Кот и жизнь угасла, так и не начавшись.
       И любовь, и счастье пронеслись мимо
       Тихо, не назвавшись.
       Крик, в душе рожденный, был готов сорваться
       С губ всегда молчавших,
       Но застыли чувства перед неизвестным.
       Растворились суетные мысли в пустоте безвременья.
       Лишь боролось сердце с холодом
       Долго и мучительно.
       Уступило все же, превратившись в лед,
       Боль свою ему,
       Месяц светит ясно в черноте небесной,
       Освещает землю, стылую и мерзлую.
       И уносит ветер легкое дыхание,
       А осталось лишь одно воспоминание.
       Солнца луч, шум прибоя,
       Брызги волн и песка тепло -
       Все это померкло.
       Иней тронул губы тихо, незаметно.
       Вот и жизнь у гасла, так и...
       Второе состояние выражалось в чувстве какой-то запредельной тоски, переходящей границы этого рационального и раздвоенного мира. Она сопровождалась переживанием одиночества, но в ней в то же время было и что-то похожее на проблеск робкой надежды. Я предполагаю, что эта тоска была вызвана и неуверенностью в том, что мне когда-нибудь удастся реализовать мои творческие силы в области музыки.
       Надо заметить, что тоска у меня не связана со страхом, она противоречива. В ней есть и слабый свет надежды и ощущение утраты чего-то важного, какого-то смысла, цельного понимания идеи.
       В музыке это все выражалось в сочинении технических упражнений по полифонии, гармонии, которые, впрочем, пригодятся мне позже. Я даже сотворил маленький этюд "До диез мажор" - для развития чувства ритма. Но во всем этом не было жизни, чувства, творческого "горения". Разочаровавшись в себе, я был уже на грани того, чтобы признать свое полное и окончательное поражение.
       К самоубийству человек приходит тогда, когда страх жизни становится сильнее страха смерти. Я больше не чувствовал страха перед переходом "за грань". Осознание одной страшной мысли лишило меня этого защитного страха: "Я здесь абсолютно чужой! Я никого не люблю, и ко мне никто не испытывает даже сострадания!" Я бежал по острию раскаленной бритвы и совершенно не чувствовал боли. Одиночество и отчуждение пропитали все клетки моего тела до такой степени, что все окружающее казалось мне безумным фантасмагорическим сном. Толпа людей-призраков ежедневно поглощалась утром и выбрасывалась вечером из метро. В переходах нищие дети с голодным блеском в глазах хватали меня за одежду и молили хотя бы о частичке тепла. На экране телевизора ползли какие-то бутафорские танки, и кровь, словно томатная паста, лилась ручейками по улицам разрушенных городов, по которым гордо шли а наркотическом бреду манекены-солдаты, легко и просто сжигая из огнеметов чужие жизни. И чернила, казавшиеся мне кровью, растекались по бесконечно белым листам дневника.
       Я ощущал себя одним из героев романа Достоевского. Терзаемый мучительными ощущениями своей вины и своей бездарности, я, подобно Родиону Раскольникову, бесцельно блуждал по многолюдным улицам, площадям, паркам, совершенно не замечая окружавших меня людей.
       Помню: однажды в крайне угнетенном состоянии духа я стоял на железнодорожном мосту и с невыносимой тоской пристально смотрел на протекающую под ним речку. В голове звучало навязчиво: "Неудачник, неудачник, неудачник..." Мои мысли уносились вдаль в ритме текущей воды и колышущихся в ней зеленых водорослей. Отражение склонившихся над рекой деревьев, голубого неба, легких и пушистых как вата облаков создавало картину другого мира. Благодаря этому отражению создавало впечатление какой-то абсолютной глубины реки. Но вся разлитая в природе божественная красота не трогала в те мгновения моей души. Внезапно мне показалось, что вода превращается в нефть. Я ощущал, как она, вязкая, маслянистая, черная протекает сквозь меня, обволакивает моей сознание, усыпляет сердце... И чем дальше, тем более нестерпимо хотелось полностью слиться с ней, стать ее частью, безвозвратно потерять свою личность.
       Но что-то внутри меня возмущенно и активно воспротивилось слиянию. Возникло новое желание: вырваться из власти этой черной безнадежности и взлететь вверх... Выше... еще выше... к Свету, к Звездам, к Солнцу... Вместе с этим чувством вернулась решительность: я отпрянул от края моста и, обдаваемый ветром от проходящего мимо "товарняка", оглушенный его пронзительным гудком, двинулся, перешагивая через ржавые шпалы, домой. Образ нефтяной реки исчез. Прошло и суженное состояние сознания.
       Но после этого эпизода ко мне пришло равнодушие. Я разговаривал с друзьями, родными, близкими, сдавал в университете какие-то экзамены, подрабатывал на жизнь сторожем и осветителем, иногда даже смеялся, читая книгу или смотря фильм, но на самой глубине души засело холодное равнодушие. И это было намного хуже, чем отчаяние и тоска: там была возможность выбора (победить или сдаться, обрести свое новое Я или предать себя, добиться цели или "прыгнуть в небо"). Без каких либо надежд на будущее, отказавшись от борьбы, я падал и падал в пропасть, на глубине которой меня ждала нефтяная река..."
       Вот таким Игорь попал ко мне. Сегодня его не узнать; глаза горят, на щеках румянец, а главное - он сам руководит работой тех студентов, которые оказались в стрессовой ситуации. Игорь поставил с ребятами несколько спектаклей, причем сам и отдельно студенты создали сценарии, музыку, выступили в качестве режиссеров и актеров, а затем написали изумительные философско-педагогические эссе. И, конечно же, их всех затронула проблема суицида: жить или не жить в этом сложном и прекрасном мире!
       Снова предоставим слово Игорю Исаеву.
       "Началом моего личностного трансцендирования явилось создание картины "Дорога из красного кирпича" на одном из семинаров по трансцендентальной педагогике, проведенном профессором Ю.П. Азаровым. Занятие живописным творчеством открыло мне неизвестные стороны моей души, оно позволило узнать то, что было скрыто от внутреннего взгляда ранее. Это было для меня подобно откровению. Я вошел обыкновенным февральским днем 5 февраля 1998 г. в актовый зал университета и в подавленном состоянии сел за мольберт: я никогда в жизни не брал в руки кисть и не верил в свои художественные способности. Но уже через несколько мгновений стало происходить что-то необъяснимое и таинственное. Погруженный полностью в живописное творчество, я в то же время чувствовал состояние общей увлеченности делом. Было какое-то особое ощущение чистоты и света, который неизвестно откуда тепло и нежно струился. После этого таинства я на миг увидел знакомую девушку. Ее глаза светились, а на лице, как мне показалось, было выражение искренней и непосредственной радости.
       После написания картины во мне произошло пробуждение творческих сил, притягательный цвет масляных красок всколыхнул какие-то смутные образы из детства, радостные интонации будущего. Занятие живописью явилось стимулом, толчком к созданию музыкального произведения, которое, в свою очередь, повлекло за собой написание психолого-философского эссе. Данное явление можно сравнить с кругами на воде, со снежным обвалом или цепной реакцией. Один вид творческих действий способствует успехам в ином виде деятельности, пробуждает иррационально-интуитивные силы в другой области искусства. Пробуждаются глубинные, внутренние духовные силы личности, с помощью которых она может достичь вершин гуманистического творчества.
       Первый прорыв в трансцендентное произошел у меня через несколько дней после семинара. В своем дневнике (февраль, 1998 г.) я написал: "Я напевал сначала про себя, а затем и вслух шестнадцать нот, шестнадцать восьмых. Этот мотив преследовал меня, чем бы я ни занимался. Он был совершенно незнакомым, поэтому я не обратил на него никакого внимания. Откуда он взялся? Почему? Зачем? В связи с чем?
       Вечером, как обычно, я сел за пианино, чтобы заняться импровизацией. Открыв сборник музыкальных пьес, я остановил взгляд на сочинении блистательного американского композитора Дюка Эллингтона "Одиночество" ("Solitude"), но неожиданно из подсознания вырвалась музыкальная фраза. Я почувствовал, что внутри меня рождается мелодия и пальцы непроизвольно начинают ее воспроизводить на инструменте. Это была не пьеса Эллингтона, а что-то совсем другое, новое, неизвестное и в то же время волнующе-знакомое. Звуки следовали один за другим, появился подголосок. Это уже была не фраза, а настоящая мелодия. И она меня очаровала, увлекла, поглотила, как морская пучина, и я, как завороженный, погрузился в нее.
       Когда мелодия закончилась, я очнулся от звуков, неосознанно схватился за карандаш и начал записывать ее, опасаясь того, что она безвозвратно исчезнет, что я забуду какие-то детали. Но скоро стало понятно, что эту мелодию я не могу забыть, потому что она уже стала частицей чего-то важного во мне.
       Когда возникло предложение сочинить музыку по мотивам моей картины, я отчетливо понял, что первый образ, первые краски музыкального сочинения уже есть. Это была первая мелодия, тема творчества художника, тема трансценденции. Она появилась из самых глубин моего истинного "Я" и, пройдя трудный путь через дебри и вороты души, вылилась в звуки, запечатленные на нотной бумаге. И это получилось так же легко и свободно, как, наверное, умеют летать только птицы.
       Музыкальное сочинение я назвал - поэма "Дорога из красного кирпича". В моей жизни забрезжил слабый лучик надежды, вернулась радость творчества. Я стал понемногу обретать самого себя, расширять рамки своей внутренней свободы, но это был трудный процесс. Иногда меня мучили сомнения: "А правильную ли дорогу я выбрал? Что я могу дать детям и студентам? Чему я могу научить, если вера моя еще так слаба?!" Возвращались и периоды полного отчаяния, которые сменяло ощущение равнодушия, отсутствия воздуха. Чувство стыда и пробужденная надежда не давали мне вернуться в суицидальное свинцовое прошлое.
       Я ощущал постоянно и поддержку своего учителя, профессора Ю.П. Азарова, который помогал мне преодолеть все мои барьеры: заниженную самооценку, неверие, отсутствие любви к своему истинному "Я", ненависть к себе, страх перед занятиями творчеством, неорганизованность, нравственное равнодушие. Благодаря этой поддержке я смело двигался вперед по своему пути. И даже когда учителя не было рядом, я чувствовал, что сила его духа помогает мне.
       Я увлекся творческими занятиями с детьми и по приглашению психолога СШ  1278 Людмилы Николаевны Азаровой участвовал в создании для третьеклассников "Академии клоунов". Мир детства перевернул во мне что-то, затронул какие-то невидимые струны души, и этот резонанс дал новый толчок в моем музыкальном и педагогическом творчестве. Я учился у детей легкости и спонтанности. Я наблюдал за их играми, участвовал в них и всегда поражался той силе творчества, фантазии, увлеченности, которая шла от детей. "Творчество, - сказал однажды знаменитый австрийский психотерапевт, основатель метода психодрамы Якоб Леви Морено, - это спящая красавица, ключом к пробуждению которой является спонтанность". И детская чистота, непроизвольность, свобода пробудили во мне что-то светлое, важное, но давным-давно утерянное Вначале я совершал множество грубых ошибок: был зануден, скучен, авторитарен. Я пытался вломиться с топором в открытые двери детства: давали о себе знать занятия схоластической педагогикой в университете. Но вскоре я понял гибельность таких действий. И самое удивительное - дети простили меня, и я, изо всех сил стараясь подняться до сверкающих вершин детства, погружался в их мир.
       Параллельно я стал сочинять музыкальную сюиту к трансцендентальному роману профессора Ю.П. Азарова "Подозреваемый". И тут на меня обрушилось новое неожиданное счастье: Юрий Петрович предложил мне написать по этому роману сценарий. Еще в детстве у меня зародилось тайное желание стать писателем и драматургом, которое я тщательно скрывал даже от родных (в школе такие идеи тем более не поощрялись: можно было запросто оказаться на учете у психиатра). В 8 лет я уже самостоятельно выпускал домашние журналы со своими рассказами. В 10 лет начал писать первый приключенческий роман, подражая Марку Твену и Луи Жаколио. А в 12, прочитав несколько рассказов Эрнеста Хемингуэя, который и до сих пор является для меня самым любимым писателем, я твердо заявил себе: "Я буду писать лучше, чем Хемингуэй!" Но... где-то в начале пути я повернул в другую сторону: увлекся музыкой...
       Три месяца я летал на крыльях вдохновения и как зачарованный раз за разом перечитывал роман "Подозреваемый", находя все новые и новые драматургические решения. И вот, когда сценарий был создан, вокруг меня собрался круг единомышленников: студенты оркестрового и хореографического факультета университета. В какой-то момент я понял: каждому участнику надо предоставить полную свободу творческого самовыражения. Для этого я, укротив своих внутренних "бесов" тщеславия и гордости, свои жаждущие "мирового господства" амбиции, отказался от своего сценария как основы постановки. И теперь я счастлив: это было - единственное правильное решение. Анна Казберук и Наталья Реброва, прекрасные девушки, студентки 1-го и 5-го курса, самостоятельно написали свой сценарий, творческая оригинальность и талантливость которого поразили меня до глубины души. Присоединившиеся к нам ребята Александр Байдалин и Сергей Раевский создали замечательную синтезаторную музыку, на которую потом студенты-хореографы поставили просто блестящие хореографические композиции: "Танец бесов", "Марш отчуждения", "Странный вальс" и др.
       Моя вера в студентов, в их одаренность и даже гениальность каким-то необъяснимым образом передалась им, и произошло чудо самораскрытия и самоосвобождения: прекрасный цветок Творчества распустился во всем своей первозданной красоте и, надеюсь, будет согревать своим трансцендентным светом их души всю жизнь".
      
       Мы подвели некоторые итоги. Итак, позади созданные Игорем сценарии, музыкальные и живописные произведения, премьера, философские эссе, ряд публицистических работ, высоко оцененных специалистами.
       - А все-таки дирижером он никогда не станет. Нет данных,
       - отмечает его преподаватель, в общем-то добрый и весьма неглупый человек.
       А я говорю Игорю:
       - Чайковский тоже долгое время не мог дирижировать. Страх брал от одного вида дирижерской палочки. А потом решился. И получилось...
       Я назвал свое произведение "Подозреваемый" трансцендентальным романом, потому что в нем раскрывается то, как ускоренными темпами развертываются потенциальные возможности личности. Игорь увлекся работой над сценариями студентов, согласившихся осваивать нашу трансцендентальную педагогику, педагогику Любви и Свободы, педагогику слияния с высшими ценностями. И снова неожиданность. Студенты ввели в сценарий образ Смерти, и пьесу назвали "Любовь и Смерть". И образ Смерти представлен юной и прекрасной девушкой в белом, которая врывается в жизнь персонажей, будто испытывая героев на крепость, будто подчеркивая, что выше дерзновенного творчества нет ничего в этой жизни. В душах моих студентов плескались мысли о чудовищных человеческих исходах, и мне было страшно об этом говорить с ними. Я шел будто по тонкому льду, боясь полететь в бездну, а они чувствовали это и все больше и больше раскрывались, создавая все новые и новые варианты своих произведений, укрепляя свою уверенность в свои силы, в свой талант.
       Случилось так, что именно в этот период в Москву приехала учительница начальной школы города Ростова-на-Дону Лина Николаевна Бочкова, с которой мы долго контактировали по проблемам духовно-творческой или трансцендентальной педагогики. Она-то и привезла мне материалы конференции по проблемам суицида.
       В целом Лина Николаевна кажется абсолютно благополучным человеком: замужем, прекрасный шестилетний сын, закончила два вуза, увлечена работой, заняла четвертое место на конкурсе учителей начальных классов. Но и здесь я столкнулся с суицидными проблемами. В своих дневниковых записях она писала: "В Ростове состоялась конференция по вопросам суицида. Я ознакомилась с материалами конференции и, думаю, не найдется у нас ни одного человека, который не задумывался бы о самоубийстве. Рано или поздно все мы оказываемся в жизненном тупике. Пока мы шли к этому тупику, растратили силы. И вот, оказавшись в тупике, почувствовали: сил на обратный путь не остается. Первый выход, который кажется самым простым, - это выход из жизни. Все... тебя нет, нет больше проблем, нет боли, нет переживаний. Когда чувствуешь физическую усталость, можешь лечь и выспаться. Но когда ты унижен, морально подавлен, одинок, тоже хочется выспаться. Но простой сон не помогает, и на ум приходит сон вечный. Покончить с жизнью - это освободить душу от лжи, обмана, от тела, которое ты ненавидишь. Это как бы благое дело, на которое нужны отвага и мужество".
       В процессе нашей совместной работы я как-то стал говорить о том, что настоящее дело должно начинаться с покаяния. Так, по крайней мере, говорят отечественные мыслители - Бердяев, Булгаков, Лосский, Ильин.
       Я читал ее записки и думал о том, как же схожи чаяния молодых учителей, проживающих в разных регионах страны. Вспомнилось стихотворение Наташи Карпушиной, студентки Московского городского педагогического университета, будущей учительницы начальной школы.
       Хочу я жить,
       Хочу я петь.
       Хочу на звезды я смотреть,,
       Хочу я верить и любить,
       Хочу всегда любимой быть.
       Какая бесконечно трогательная, какая умилительная потребность в душевной поддержке, в ласке, в Любви!
       Еще двадцать лет тому назад я дал самое емкое определение учительскому делу: "Педагогика - это Любовь". А детская любовь к учителю - единственная и по-настоящему весомая награда за его каторжный труд. Учитель начальной школы - это особая, никем не изученная сфера духовной жизни. Попробуйте в течение дня поработать с группкой, скажем, в пять-шесть сорванцов: они отберут все ваши силы, незримо выжмут все ваши соки, ибо их энергетический заряд безмерен. Их биоэнергетика, не спрашивая вас, входит в ваше нутро, заполняет мозг, сердце, душу, и вы уже больше ни на что не способны: Вани, Пети, Коли, Наташи - весь этот живой божественный рой равен ВСЕЛЕННОЙ: у вас только один выход, как говорил великий Корчак, приподняться на цыпочки, чтобы достичь их духовно-творческой высоты, и идти вровень с ними!
       Я читаю записки Лины Николаевны, а на глаза мои накатываются невольные слезы. То, о чем пишет Лина Николаевна, я испытывал не так часто, но когда испытывал, был по-настоящему счастлив.
       "Они приняли меня в свое общество, и я будто растворилась в них. Они словно и не видят меня, а чувствуют тот свет, который во мне, которым я свечусь. Кажется, что человеческое общество отвернулось от нас в непонимании и возмущении (может быть, это и есть социофобия!), и только природа - и дети как ее часть, и поля, леса, и голубой небосвод - приняла нас в свои объятия. Приняла туда, где все широко и свободно, легко и подвижно. Я растворилась в ароматах цветов, в солнечном свете, в детских голосах, в пении птиц. И пролетающие мимо бабочки нежно касаются моего лица, теплые дождевые капли ручейками стекают по моим плечам, и солнечные лучики запутались в моих волосах. Я ощущаю себя частью Вселенной".
       Согласитесь, что в таком мироощущении суициду места нет.
      

    ***

       Я в сотый раз говорю своим ученикам:
       - Не надо спасать все человечество. Стремитесь спасти хотя бы одну человеческую душу. В таком стремлении я вижу залог спасения России...
      
      

    10. "Око для ДУХА и внутреннее ОГНИЛИЩЕ ДЛЯ ЛЮБВИ" (И. Ильин)

      
       Вот основная мысль учения великого Ивана Александровича Ильина. Я долго и мучительно размышлял над тем, действительно ли существует в мире "ОКО ДЛЯ ДУХА". Когда я поделился своими мыслями с Розой и Соней, Роза сказала:
       - А вы знаете, после прочтения записок Владимира Петровича о своем ученике Игоре Исаеве...
       - Его настоящее имя Игорь Александрович Воеводин, - перебил я почему-то Розочку. - Он сейчас работает в должности Главного консультанта по Европе и России американской кинокомпании "Колумбии-Пикчерс". Недавно я получил от него большое письмо, в котором он подтвердил, что духовное зрение у него ОТКРЫЛОСЬ после того, как он впервые написал свою живописную работу "Дорога из красного кирпича". Он признавался: "Не случайно моя дорога красного цвета. Эта дорога берет начало в моем сердце, точнее в моей трансцендентной силе, которая всю жизнь была от меня скрытой. Я все время в мои молодые годы был на грани суицида, а когда открылось это мое духовное зрение, я стал видеть и весь мир, и себя в этом мире совершенно по-другому. Ликующие образы Звезд, Солнца Света вытеснили все мрачное в моей жизни: появилось вот то самое внутреннее "ОГНИЩЕ ЛЮБВИ", о котором говорит Ильин... Извините меня за то, что я вас перебил, продолжайте ваш рассказ...
       - Так вот после прочтения записок Владимира Петровича, я почувствовала, что нашла для себя родственную душу сразу в двух лицах - в лице Игоря Александровича, и конечно же, в лице Владимира Петровича. Я сразу воспрянула духом, когда почувствовала, что являюсь обладательницей и этого ДУХОВНОГО ЗРЕНИЯ И ОГНИЛИЩА ДЛЯ ЛЮБВИ. Меня прямо-таки с ног сшибло открытие того, что я вся КАК БЫ ИЗГОТОВЛЕНИИ ИЗ ЛЮБВИ и если я утрачу эту свою веру, я немедленно погибну. Я, как и Игорь, тоже стояла на железнодорожном мосту, и меня так тянуло броситься вниз, а потом, знаете, что меня спасло? Маленькая синичка. Сроду такого не встречала. Да и не поверит мне никто. Так вот крохотная синичка, такая желтенькая и коричневенькая, с розовыми лапками прыгнула мне на руку и одним глазиком своим уставилась на меня, будто говоря: "Что же ты, дурочки, делаешь?" Во мне сразу все будто перевернулось. А птичка взмахнула крылышками и улетела...
       - Здорово, - почему-то печально проговорила Сонечка. - Это тебе знак был...
       - Какой знак, Что ты говоришь! - с некоторой обидой проговорила Роза. - Да, дело не в этом. Главное, что во мне с того дня будто что-то открылось, а уже на семинаре оформилось в какую-то реальность. Мне запомнились признания Игоря: "После написания картины во мне произошло пробуждение творческих сил, притягательный цвет масляных красок всколыхнул какие-то смутные образы из детства и радостные интонации будущего". Точно такое состояние пришло и ко мне: я вдруг ощутила в себе мощные творческие силы. Появилась уверенность в том, что эти мои силы непременно реализуются в моей работе с учениками. Когда я с особенной силой это почувствовала, я рассказала обо всем этом своим ученикам. Я чувствовала, что они загорелись желанием испытать такое же вдохновение, которое посетило меня во время работы над циклом моих картин. И поверите, я тоже, как и Игорь, решила для себя написать музыку к моим произведениям, написать философское эссе по вопросам иррационально-интуитивных сил... Мы об этом самым подробным образом переговорили и со Славой, и с Сонечкой...
       - А я бы хотела бы получить от вас, Олег Петрович, адресок учительницы Лины Николаевны Бочковой из Ростова, - сказала Сонечка.
       Я дал девушкам адреса и телефоны и Игоря Воеводина, и Лины Бочковой.
      
      

    11. ФИЛОСОФСКИЕ РАССУЖДЕНИЯ СОНИ ЗАВЬЯЛОВОЙ О ЗРИТЕЛЬНОМ ОБРАЗЕ И ДУХОВНОМ САМОРАЗВИТИИ ЛИЧНОСТИ

      
       "Самым замечательным в наших семинарских занятиях, - писала Сонечка, - было то, что каждый создавал свое собственное художественное произведение, да еще маслом, да еще с философскими пояснениями, так или иначе связанными с родной природой, с духовным возрождением лучших традиций нашего Отечества. Нас убеждают в том, что наша цель - не приобщение к искусству, а развитие образного мышления, таланта созерцания, которые необходимы для любого профессионала. Но большинство участников семинара, и я в том числе, были захвачены именно тем, что сосредотачивалось на искусстве: цвет, свет, духовное волнение, оживление всего окружающего мира. На холсты, я это чувствовала, выплескивалось самое дорогое, самое сокровенное, что было в каждом, потому никто из участников семинара не мог так просто расстаться со своими картинами. Они крутились вокруг своих пейзажей, и было видно, что они хотят незаметно похитить свой шедевр, унести домой и там, мамам и папам рассказывать, что они впервые в жизни, настоящим маслом и на настоящем холсте создали свое живописное произведение. Тринадцатилетнему Андрею Коробейникову, студенту 3-го курса Европейского университета права удалось-таки стащить свои три замечательных пейзажа, и как мы его не упрашивали вернуть работы, он так и не рискнул признаться в своем дерзком хищении: стыдно!
       И все-таки в результате длительных бесед мы смогли убедить участников семинара, что из их подсознательных глубин "извержен" наружу зрительный образ, всю жизнь томившийся в недрах души - и вдруг явлен народу!
       Конечно же, будущих инженеров и руководителей производства не могла не заинтересовать природа зрительного образа и образного мышления.
       Нам рассказывали о том, что в любом виде творчества - в музыкальном и научно-техническом, в живописном и хореографическом, в дизайне и в менеджерском, в кулинарном и агротехническом - зрительный образ играет первостепенную роль.
       Зрительный образ создается путем созерцания предметов, явлений, человеческих лиц, где созерцание является углубленным проникновением в сущность того или иного предмета или явления. Созерцание в русской философии нередко ассоциировали с интуицией. Это самое "проникновение в сущность" и есть погружение в интуитивные слои человеческой психики, если можно так выразиться.
       Созерцание позволяет приметить то, что ранее не удавалось схватить и зафиксировать в сознании при поверхностном взгляде. Можно тысячи раз всматриваться в один и тот же пейзаж и не видеть тех оттенков, которые вдруг подмечает художник. Так было с Клодом Моне, нарисовавшим Вестминстерское аббатство в красном тумане.
       Говорят, и это справедливо, что пейзажи Шишкина полны действующих лиц: это и деревья, и лесные чащобы, и лесная тишина, и шум ветра. Просыпающаяся ото сна лесная глухомань с божественными запахами трав, с чистыми лесными далями, с волшебными красками лесных глубин - разве это не подлинное Утро России?
       И, конечно же, необыкновенная связь с музыкой. Не случайно Шишкин называет свои картины по начальным строчкам романсов: "Среди долины ровныя", "На севере диком"...
       На семинарских занятиях мы рассматриваем картины величайших художников мира. И всякий раз ощущаем бессознательные ориентации участников тренинга не на самолюбование, а на "САМОВОПЛОЩЕНИЕ", когда между картиной художника и душой студента образуется та единственная нить, которая ведет в тайные дали подвижничества и истинно человеческого духовного наслаждения. Конечно же, не о голом профессионализме идет речь, а о значительно большем - о человеке, способном увидеть в малом великое, способном к самоотречению во имя самых значимых целей. Именно эта самоотверженность, эта высота чувств и человеческих притязаний, притягательная сила духа рождается искусством, порождает тот жар сердца, который не может оставаться равнодушным или нейтральным по отношению к любой деятельности, к любой профессии.
       Судьбы художников, писателей, поэтов еще интересны тем, что они, как правило, героичны, как говорил Толстой, они напрямую, без всяких прокладок, связаны с Богом, неподкупны и честны. Их чистый незамутненный взор позволяет им увидеть в кажущейся простоте мира великий философский смысл бытия.
       Вот перед нами гениальный Васильев, проживший всего 23 года, сюжетами его картин являются мокрые луга, проталины, лужи - в них отливается неяркое сияние, холодный свет, синевато-зеленоватые тени - все это создает и красоту, и драматизм жизни. Для меня русская живопись в отличие от западно-европейской, - самое глубокое и самое могучее из искусств мира. Я любуюсь всегда красотой искусства, в частности, французских импрессионистов.
       Здесь много изящества, щедрости приемов и красок, выдумки и безграничного ухода в свои глубинные подсознательные начала: таков и Тернер, и Ван Гог, и, конечно же, Моне.
       Что касается русских живописцев, то здесь картина принципиально иная: здесь будто бы нет ни техники, ни красок, ни замысловато закрученной композиции. Здесь не пишут ни точками, ни головастиками, как у Клода Моне, ни полосками, как у Ван Гога или Синьяка. Здесь нет КРАСОК!!! Здесь нет ВНЕШНЕГО ВЫРАЖЕНИЯ ЧУВСТВ И ПОДСОЗНАТЕЛЬНЫХ НАЧАЛ! Но здесь есть та БОЖЕСТВЕННАЯ СОКРЫТОСТЬ, которая передает дух своего времени и дум высокое стремление, и глубокую веру в великое будущее своей страны. Здесь грустно-трагические настроения говорят о жизненной позиции художника, о его стремлении утверждать позитивные народные идеалы.
       И последнее. Зрительный образ в искусстве отражает ликующее триединство. Художник видит себя, созерцающим красоты природы, ощущает свое единство с ней. Он словно любуется своим артистизмом, находя оригинальные приемы в передачи чрезвычайных или даже трансцендентных природных явлений. И это могучее таинство художника передается зрителю, настраивает его на определенный лад, учит видеть и любить красоту, жить в соответствии с ее законами.
       В этой артистической деятельности явственно проступает ПРЕДМЕТ ЛЮБВИ ХУДОЖНИКА - жизнь, которую он изображает. Пусть она бедна и призрачна, но она все равно божественно прекрасна, неважно, в чем она выражается - в грязных лужах и проталинах или в притемненных уголках старой изгороди. Причем, что интересно: в картинах великих живописцев нет ни одного миллиметра холста, небрежно прокрашенного или обойденного любовью. Этот закон любви к каждой детали своего труда учит нас бережно относиться ко всему, что мы делаем в этой жизни.
       Размышляя на семинаре вместе с учащимися о проблемах подвижничества, мы неоднократно задумывались над тем, какими средствами и методами педагогического воздействия привлекать учащихся к мужественному бесстрашию в борьбе с тяжкими преступлениями, с которыми мы ежедневно сталкиваемся в нашей жизни.
       Снова мы обращаемся к наследию отечественных мыслителей середины прошлого столетия. А их советы таковы: "Надо смыть позор своих преступлений, следы вынужденного страхом приспособления. Надо смыть черное бесчестие прошлых лет и поверить в свою собственную непоколебимую честь, чтобы восстановить ДОВЕРИЕ К СЕБЕ САМОМУ И НАУЧИТЬСЯ УЗНАВАТЬ ЛЮДЕЙ, то есть видеть их ДУХОВНЫЙ СМЫСЛ, радость обновления и избавления от лжи. Никакое пустословие о "демократии", "федерации", "свободе" не заменит ОБНОВЛЕНИЯ ДУШ, избавления от дьявольской лжи, бессовестности и бесчестия. Нечего браться за освобождение России, за воспитание молодых людей БЕЗ СОВЕСТИ, БЕЗ ПРАВДЫ, БЕЗ ВЫСОКОЙ СОЗЕРЦАТЕЛЬНОСТИ" (И.А. Ильин).
       На приведенном тренинге нам рассказывали и об Ильине, Бердяеве, Вышеславцеве, о возможных путях духовного обновления, о великой общечеловеческой ПЕДАГОГИКЕ ЛЮБВИ И СВОБОДЫ, и всюду ВИДЕЛИ, ПОСТИГАЛИ И СОЗЕРЦАЛИ ЖИВУЮ ПОТРЕБНОСТЬ ОБНОВЛЕНИЯ.
       Нам казалось, что в наших душах рождалась та великая созерцательная сила, которая именовалась Ильиным первой ступенью раскрытия человеческой талантливости. "Самое трудное - увидеть то, что перед тобой" (Гете).
       Когда я закончил читать, ошеломленный прочтением, всей глубиной Сонечкиного текста, чуть не прослезился. Я стал мямлить какую-то ерунду о глубине ее видения, об оригинальности мыслей, но все равно это было не то, что я хотел сказать. И Сонечка чувствовала это. Из самых дальних глубин моей души вырвалось неожиданное для меня признание:
       - Господи, Сонечка, дорогая, как же ты прекрасна! И как же я раньше этого не замечал!
      
      

    12. ДИВНЫЕ МГНОВЕНИЯ НАШЕГО ОБЩЕНИЯ

      
       - Как часто, - начал я свое выступление, когда мы после очередного занятия остались наедине - я, Сонечка, Роза, Слава, Алина, Игорь, Саша и чета Курбатовых, - как часто мы не замечаем то великое и святое, что пребывает рядом с нами, что поистине величественно и даже гениально. Знаете, я буквально, на днях возненавидел себя за свою слепоту. Мы знаем, как прекрасно работала все эти месяцы наша дорогая Сонечка в роли менеджера и продюсера. Она сумела финансово и материально обеспечить наши творческие поиски. Но меня поразило совсем друге. То, чего добилась Соня в своих исследовательских поисках, превзошло все мои ожидания. Неделю тому назад я познакомился с небольшим эссе, написанным Сонечкой и пришел в неописуемый восторг. Я не стану комментировать ее текст. Предлагаю, прямо сейчас прочесть ее заметки, это займет не более получаса и высказать свои суждения.
       - А может не надо? - робко произнесла Сонечка.
       - Что не надо? - спросил я.
       - Обсуждать мою работу. Это всего лишь, наброски, начало...
       - Воn и прекрасно, что это только начало... Мы ждем от тебя дальнейших действий. У меня возникла мысль: немедленно опубликовать наши заметки, сделать настоящий сборник по проблемам педагогических технологий... - Мне, не дали даже закончить мысль. Мои друзья углубились в чтение Сонечкиных заметок: благо сделали, по моему предложению, несколько ксерокопий.
       Первым подал голос Слава:
       - Ну, матушка, не ожидал я от тебя такой прыти! Что же ты раньше молчала. Даже мне ничего не сказала!
       - Вот эта истинная гениальность! - щедро оценила Сонечкину работу Роза. Сказав это, она крепко обняла и поцеловала подругу.
       - Это просто настоящее открытие. Ничего подобного я раньше не читал, - отметил Курбатов.
       - Да это все не так! - вскричала Сонечка. - Я только обобщила ваши мысли и мысли Владимира Петровича, и многих других мыслителей.
       - Ну и прекрасно, что ты выступаешь не как самозванец, а как рупор наших идей и начинаний, - заметил Слава. -Предлагаю в нашей "Пирамиде" особо отметить работу Софьи Даниловны.
       Все захлопали в ладоши.
       Мы еще долго говорили и не только о Сонечкиной работе. Нас просто ошеломили коротенькие рассказики о проведенных семинарах, о творческих поисках в области искусства, написанных нашими новыми друзьями, старшеклассниками школ, студентами и аспирантами вузов.
       Если бы не Танечкина смерть, то наш вечер был бы настоящим праздником. И дело даже не в прекрасной Сонечкиной работе, а в том, что ее успех пробудил в каждом желание как можно быстрее решить свою сверхзадачу, и даже не одну. Роза поделилась своим замыслом написать что-то вроде пьесы. Метод свой он назвала драматизацией. Это была своего рода ролевая игра, где каждый участник импровизировал и реализовывал свои творческие замыслы. Она договорилась с режиссерами, которые обещали заснять на видео весь ход ее занятий и представить материал на Центральное телевидение. Слава пообещал через пару недель представить философский трактат под названием "Молниеносное выявление и развитие талантов". Интересные замыслы были у Алины, Курбатовых, а уж что касается меня, то по поводу моего замысла все пришли в некоторое недоумение. Свою работу я назвал так: "Женщина погубит мир? Или спасет?" С некоторых пор меня стали интересовать проблемы надвигающегося на весь мир МАТРИАРХАТА. Заметным стало такое явление: женщина повсюду стремилась к деспотическому лидированию: в семье, на производстве, в любви.
       Через две недели мы снова встретились. Наши планы и "взятые обязательства" оказались перевыполненными. С ними справились все, впрочем, кроме меня. Я оказался в состоянии какой-то необъяснимой депрессии точнее в подавленном состоянии. Общения со мной почему-то стали избегать даже близкие мне люди: тот же Слава, Роза, Алина и даже Сонечка.
       Владимир Петрович возглавил подведение итогов по игре "Пирамида гениальности". Оказалось: все, кроме меня, стали победителями в этом нашем игровом соревновании. Титул "ГЕНИАЛЬНЫЙ ТВОРЕЦ, ОРГАНИЗАТОР и ДРУГ" получили Слава, Роза, и Сонечка.
       Особо были отмечены Игорь Михайлов и Саша Паратов. Организованные ими творческие микроколлективы совершили нечто невероятное. Нет ничего более обычного, чем яростное стремление задавленных нуждой детей выбиться из своего тяжкого состояния. Они порой хватаются за соломинку, чтобы преодолеть свои беды. Но, как правило, такой соломинки, помогающей выбраться из беды, не бывает. Но когда Игорь и Саша предложили детям абсолютно реальное, хотя и нечто совершенно фантастическое, они поверили и пошли за старшими своими друзьями, хлебнувшими в двадцать раз больше горя, чем они сами.
       Игорь, сильный и умный, вообще казался им истинным Богом, а Саша в их восприятии был самый добрым человеком на этой земле. Он подкармливал своих юных друзей мороженым, заступался за них, тратил, не скупясь, последние свои денежки.
       Один из беспризорников, ставший членом новоявленного ВНИКА, Коля Точкин спросил как-то у Игоря:
       - А что означает это - "Не святые горшки лепят"?
       Игорь ответил словами Олега Петровича, которые прочно врезались в его память:
       - Каждый человек талантлив, и эта талантливость и даже гениальность можно молниеносно выявить и развить.
       - И что я тоже талантлив? - спросил Точкин. Такой точно вопрос в свое время задал Олегу Петровичу и он, Игорь Михайлов.
       - И ты тоже. И мы это докажем, и ты в этом убедишься, если пожелаешь, конечно...
       - О, я очень пожелаю! - вскрикнул Коля.
       - Прекрасно, я тебя познакомлю с очень хорошими людьми, которые помогут и мне и тебе. Ты встречался с хорошими людьми?
       - Не приходилось, - искренне, но совсем по-взрослому ответил Коля.
       Игорь познакомил меня сои своими юными друзьями.
       Я примечал: меня всегда радовали детские лица, особенно маленьких - двухлетних, трехлетних. Они были разные. Одни лица светились определенно какой-то сытой счастливостью и ничего не выражали. А в лицах других детей высвечивалось что-то такое, что хватало за душу, проникало в самые дальние глубины моего сердца. Я им улыбался, и они отвечали мне тут же сиянием своего детского понимания. Образовывалось что-то похожее на родство душ. Вот такое родство вспыхнуло вдруг на лицах моих беспризорников, когда я работал с ними в нашем прекрасном "клубе". Даже не по моим гримасам, словам и оценкам они определяли мое отношение к ним, и к их рисункам. Они чуяли мою радость и одобрение по моему дыханию, по моим расширенным зрачкам, по моим мельчайшим движениям. То, что происходило в подвале, было живым взаимодействием людских душ, распахнутых до отказа и жаждущих самовыражения. Я подходил к детям, и порой у меня перехватывало дыхание и какая-то щемящая, я бы сказал, ликующая боль готова была обернуться в моей душе счастливым рыданием. И дети чувствовали и понимали мое состояние, как понимают собачки доброе расположение к ним. Неуместно, возможно, такое грубое сравнение, но именно что-то нечеловеческое, но определенно живое и счастливое объединяло нас...
      
      

    13. СВЕРХЗАДАЧИ

      
       Одно это слово увлекло наших юных беспризорников. Игорь устроил в своей квартире домашний вернисаж, где разместил и свои картины, и картины своих подопечных. Красиво оформленные с помощью отца своего Виктора Николаевича все картины смотрелись как в настоящем музее.
       - Мы с вами организуем свою картинную галерею. Нам мой папа дает помещение, на время, правда, но настоящее помещение, где можно разместить сотни наших работ. Уже нашим проектом заинтересовалось телевидение.
       Телевизионщики не замедлили приехать, как только мы развесили свои шедевры. Когда телевизионщики увидели беспризорников, таких чистеньких и вежливеньких, они, как мне показалось сразу будто расстроились. Им, должно быть, нужно было совсем другое: им нужны были детские физиономии с запекшейся кровью на губах, с синяками под глазами, им нужны были лица, изуродованные болью и страданием, им нужно было то, что осело в этом отвратительном слове "БЕСПРИЗОРНЫЙ", что соответствовало таким эпитетам: "грязный, немытый, воровской, безграмотный, малокультурный", в полном смысле дикий. А тут вдруг они увидели нечто прямо противоположное. Мы перед встречей отмыли и отпарили детей, постригли и причесали, а Олег купил им великолепные рубашки, кому в клеточку, а кому в цветочек или в разноцветную полоску. Наши беспризорники скорее смахивали на детей из богатых семей, а когда они стали рассуждать о своих картинах, рассказывая о их достоинствах, телевизионщики напрочь, на все сто процентов разочаровались: никто ведь не поверит, что это бездомные, бесприютные дети, оказавшиеся волею судьбы за бортом нормальной жизни.
       Руководил показом картин Игорь Михайлов. Он предоставил слово Коле Точкину, и Коля рассказал о следующем.
       - Вот на этой картине, которую я назвал "Бегство из родного дома", я нарисовал свой родной поселок: вот завод, а вот школа и дома, деревья, а вот это я бегу, - и он показал на темную фигурку, покидающую родные пенаты. - Картина написана в стиле фовизма. Здесь главное - цвет в чистом его виде, а линии лишь для четкого обозначения предметов. А вот эту картину я назвал "Мои нищие друзья". Она написана в стиле Матисса. Помните его картину "Разговор"? Там ведь ничего не прописано, а все равно чувствуется напряжение и даже конфликт между избранными фигурами. А вот это очень грустная картина "Смерть моей мамы". Ее убил папа, потому что она все время его не слушалась и возражала ему во всем... Он ударил ее утюгом, и она умерла.
       Рассказывая об этом, Коля Точкин заплакал, и всем нам стало не по себе. Лариса Сергеевна, главная телевизионщица, обняла мальчика. Сказала:
       - Я глазам своим не верю. Фантастика! Какое-то чудо. Ведь никто нам не поверит! Это же не беспризорные, это гениальные дети из спецлицеев и колледжей, приведенные в этот ужасный подвал. И сколько они продержатся на таком уровне? Неделю, месяц? Нет, вы признайтесь, что вы сделали с детьми? Я предлагаю записать наш диалог. Приготовьтесь, я буду задавать вопросы, а вы постарайтесь отвечать кратко и внятно, без всяких там ссылок на Апостолов и другие авторитеты.
       - Итак, первый вопрос... Мы сейчас видели, с каким вдохновением работали дети, выбившиеся ранее из нормальной жизненной колеи, дети, скитающиеся по чердакам и подвалам, но однажды попавшие к талантливому педагогу и психологу Олегу Петровичу Круглову. Они за короткий промежуток времени выявили и развили свой талант, узнали многое из области искусствоведения, создали свои великолепные живописные произведения. Скажите, пожалуйста, Олег Петрович, с помощью каких магических средств вам удалось так быстро выявить и развить детский талант?
       - Отвечу. Никаких магических средств. Я заимствовал метод у замечательного нашего соотечественника Владимира Петровича Попова. Составные метода: первое - вера предшествует знанию, а вере предшествует духовность с доминантными ценностями Любви и Свободы; второе - ребенок должен поверить в свою талантливость и в нашу любовь к нему; третье - мы должны средствами психотерапевтических упражнений расковать душевные силы ребенка, чтобы он почувствовал в каждом своем движении, своей свободе ЛЮБОВЬ, ибо свобода есть образ самочувствия, самореализации, жизни, присущий любви; четвертое- мгновенно средствами ЦВЕТА, СВЕТА И ЗРИТЕЛЬНЫХ ЭФФЕКТОВ ВЫЯВИТЬ В ДВИЖЕНИИ СПОСОБНОСТЬ К ВИЗУАЛИЗАЦИИ или ТАЛАНТ СОЗЕРЦАНИЯ, суть которого увидеть главное звено решения выдвигаемой задачи и так же быстро найти средства решения этой задачи, увидев и конечный результат своего труда, и себя в нем; пятое - беречь и радоваться возникающим развитым формам НАСЛАЖДЕНИЯ, и наконец, ЛЮБИТЬ И НАСЛАЖДАТЬСЯ УВИДЕННЫМ РЕЗУЛЬТАТОМ.
       - И что же, в этом самовыявлении и развитии таланта может помочь только живопись?
       - Нет, почему же. Могут быть и другие средства: хореография, музыка, техническое творчество, но живопись ближе всего к развитию способности ВИДЕТЬ. ГЛАЗА - ДУША ТАЛАНТА. Не случайно японцы говорят, что они выиграли технический прогресс, благодаря тому, что ввели в начальной школе до 12 часов в неделю занятий искусством, ЛЮБОВАНИЕ КРАСОТОЙ.
       - И все-таки мне непонятно, - не унималась Лариса Сергеевна, на чем строится ваша технология? Есть у вас какие-то точные методики или по крайней правила, которых неукоснительно вы придерживаетесь?
       - Конечно, есть, - отвечал Олег Петрович. Назову хотя бы три правила, обращенных к педагогам и касающихся решению сверхзадач.
       Первое правило звучит так:
       РАЗРАБОТАЙ СВОЮ СОБСТВЕННУЮ ТЕХНОЛОГИЮ РЕШЕНИЯ СВЕРХЗАДАЧ. Технология индивидуальна, как амплуа актера. У одних она может быть исключительно игровой, как у Терского, у других рационалистична, как у Пиаже, у третьих всеобъемлюща, вбирающая искусство, интуицию и рационализм, как у Коменского, Песталоцци и Дистервега, у четвертых прагматична, как у Дьюи, у пятых болезненно парадоксальна, как у Руссо или Эриксона.
       Надо знать свои личностные достоинства, уровень способностей, степень освоенности системы средств, культуру, характер и направленность мастерства - только из этого личностного арсенала можно выстраивать собственную технологию. Демагогические призывы "Работайте по Сухомлинскому, по Шаталову, по Птичкину, живите по Дзержинскому" - уродство.
       Второе правило:
       ПОСТАВЬ ПЕРЕД КАЖДЫМ РЕБЕНКОМ И ПЕРЕД САМИМ СОБОЙ ПРИЕМЛЕМУЮ СВЕРХЗАДАЧУ. Я говорю детям: "Сейчас вы за десять минут напишете пьесу, разучите роли, поставите спектакль!", или "Сейчас вы напишете удивительный рассказ...", или "Создадите живописный, а затем музыкальный шедевр по мотивам своей картины..." Я говорю, потому что абсолютно убежден в выполнимости предложенного, потому что такого рода сверхзадачи я выдвигал и реализовывал едва ли не сорок лет. Учитель может учить только тому, во что сам верит, что сам знает. Если учитель - сложившийся зануда, он научит детей занудству. Если он авторитарист, даже прикрытый блестками демократии, он научит лжи и насилию. Если он убил свой талант, он убьет все возможные детские таланты. Точнее, постарается убить. В силу своей авторитарной бездарности это не всегда ему удается. Если учитель не верит в свой и детский дар, он научит неверию и своих питомцев. Сверхзадача должна быть индивидуализирована и по мере возможности согласована с самим ребенком.
       И третье правило:
       ВООРУЖИСЬ ДОЛГОТЕРПЕНИЕМ, ИБО РЯДОМ СО СКОРОПАЛИТЕЛЬНЫМИ ЭФФЕКТАМИ СОСЕДСТВУЕТ ДОЛГОЕ ЕСТЕСТВЕННОЕ ВЫЗРЕВАНИЕ. Мой ученик Федя Жуков, которого исключили из восьмого класса, был норовист, упрям и ироничен. В нем сформировались неверие, скепсис, наклонность творить зло. На каком-то этапе, после трех-четырех месяцев занятий с ним, он восстал против меня. Я изо дня в день занимался с ним по пять часов без передыху (он из упрямства и из накапливаемой злобности, теперь уже против меня, говорил: "Нет, я не устал!"). Я показывал ему результаты его успеха, а он сопротивлялся: "Это все чепуха!" Или: "Вот те учителя, которые меня выгнали, они самые лучшие..." Это означало: "Вы не учитель, вы... Наконец-то я от вас избавился".
       А потом Ф. Жуков пошел в школу-экстернат и сдал все экзамены по тем предметам, какими мы занимались (математика, русский) на "хорошо" и "отлично". Он пришел ко мне просветленный и благодарный. Я подарил ему книгу с надписью "Самому достойному моему ученику.
       - И все же какое ваше самое главное правило?
       - Скажу, - отвечал, нисколько не смущаясь Олег Петрович. Оно звучит так:
       ЛЮБЫЕ САМЫЕ ВЫСОКИЕ ДУХОВНЫЕ ЗАДАЧИ БЕЗ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ РЕШЕНИЙ ОБРЕЧЕНЫ НА ПРОВАЛ. Когда я проводил занятия с четырехлетними детьми в 504-м детском садике, я вспоминал и часто повторял слова Толстого: "Надо работать так, чтобы между тобой и Богом не было никаких прокладок". Поэтому я на свои уроки никого не впускал. Я сказал себе: "Мне не нужен обычный результат. Я жажду гениальных детских решений. Мои четырехлетки и их родители создадут гениальные живописные и музыкальные произведения. На меньшее я не согласен". Я на первом своем занятии предстал перед детьми, а потом перед родителями в роли волшебника, а мои коллеги - в роли добрых и прекрасных фей. (После появилась в "Комсомолке" статья под названием "Фея по штатному расписанию".) Я рассказывал сказку, а дети вместе с феями проигрывали мизансцены, а затем по сюжету писали гениальные картины и сочиняли музыку.
       Затем я много раз выставлял детские и родительские работы. Я показывал эти работы швейцарским, немецким, польским педагогам. Центральное телевидение осветило творческий процесс моей работы. Я обсуждал результаты эксперимента с известными музыкантами, искусствоведами, художниками, учеными. Как это ни странно, хотя я сорок лет провожу подобные эксперименты, я все равно нуждаюсь в оценках, в признании. Я веду бесконечный спор с теми, кто меня незримо всю жизнь преследует, караулит мою душу, норовит осмеять. Я говорю своим коллегам: "Бойтесь преследователей! Показывайте свои работы только близким и доброжелательным людям. Избегайте завистников!"
       И еще одно правило:
       ДОВЕРЬСЯ ДУШЕ, КОТОРАЯ САМА НАЙДЕТ СПОСОБЫ САМОНАСТРОЯ. Конечно же, самонастрой необходим. Но мысль-самонастрой должна безоглядно ринуться в иррациональные слои подсознания. Вы опускаетесь как можно ниже, чтобы взлететь как можно выше. Вы говорите себе:
       А. Я хочу добиться такой-то цели...
       Б. Чтобы достичь великой цели, у меня нет ничего: я беден, веду жалкое существование на несчастные учительские гроши, у меня нет лабораторий. Многие гении говорили, что великое рождается только в бедности...
       В. Я верю в свой талант и убежден в том, что смогу...
       Г. Я люблю мое дело, люблю детей, люблю высокий профессионализм...
      
      

    14. ОТОРВАТЬСЯ ПО ПОЛНОЙ

      
       - Такое решение пришло в голову Алине, - рассказывал мне Слава. -Ты уж прости, старичок, что тебя не позвали, но тут во всем виновата Алина. Как только я предложил созвониться с тобой по этому поводу, она на дыбы: "Ни за что!"Я пожал плевами и согласился с нею, мало ли какие причины у нее есть на этот счет. Смолчали и наши девицы - Роза и Сонька. Алина сказала, что она приведет с собой двух амбалов с девчонками, которые все умеют и ни в чем никому не откажут.
       Алина долго обнималась с Сонькой, должно быть, убеждала ее в том, что ей надо расслабиться и хоть как-то отвлечься от своих горестей.
       Мы наметили провести пикничок в Покровско-Стрешневском парке, где кроме отличной воды, есть все: и безлюдный лес, и сервис-прокат, и недорогой отличный ресторанчик с огромной верандой. Кроме всего этого рядом с парком, была и квартира Алины и хоромы этих двух амбалов: две трехкомнатные квартиры. Закуски и выпивки было невпроворот, мы ни в чем себе не отказывали и то и дело, не сговариваясь, уединялись парами в самой густой чащобе.
       - И Роза тоже участвовала в вашей оргии?
       - Старичок, ну зачем так? Никаких оргий не было. Была чистая красота, Любовь, Свобода, все как в твоих статьях: по согласию и взаимной добровольности. А Розка между прочим, как почуяла эту самую Свободу любви, так, сославшись на какие-то свои дела, быстренько сбежала, чему мы, собственно, все обрадовались: скукотищей от нее несло за три версты...
       - Не ожидал я от Алины, - тихо проговорил я.
       - Что ты, старик, Алина - супер-бабенка. Я уж, слава Богу, многое повидал в своей жизни, но то, что она выделывала со мной, это что-то невообразимое - высший пилотаж. И ты знаешь, что меня поразило больше всего? Не мы, мужики, командовали парадом, а они, бабы. Ты бы видел этих двух нимфеток, которые пришли с амбалами. Сложены как супермодели: широкие плечики, узкие тазики, плоские животики, лебединые шеи. Они сбросили с себя свои лифы, крохотные трусики и кинулись в воду - нет, в этом ничего не было эротического, если ты хочешь знать. Скорее совершенство женственности, красоты, вкуса. А когда я с одной из них, Эммочкой, оказался наедине, она дала мне столько самой прекрасной любви, страсти, нежности, что я туг же поклялся жениться на ней. Она расхохоталась и сказала: "Разве мне это нужно?! Мне нужны, как вы соизволили сказать, две вещи - ЛЮБОВЬ И СВОБОДА!!! И потом затрещала, цитируя кого-то: "Свобода-бля, Свобода-бля! Свобода!" А когда мы вернулись, а Алины с одним из амбалов еще не было, Эмма запела "Подмосковные вечера" и так здорово, что я не выдержал и сказал: "Ты гениальна, моя дорогая". Я полез к ней, чтобы поцеловать, но она остановила меня, прошептала на ушко: "Целоваться можно там, а здесь высший парф..."
       Как ни в чем не бывало явились Алина с Виктором.
       - Ой, как здорово! - мычала твоя пассия. - Давно уже так не кайфовала.
       Я ей говорю:
       - Истинное возрождение!
       - У нас не принято даже вспоминать о том, что истинное, в том числе и Итальянское Возрождении, порождено ВЕЛИКОЙ СИЛОЙ ЛЮБВИ. Если бы не ВСЕЛЕНСКАЯ ЛЮБОВЬ к женщинам, Рафаэль никогда бы не создал своей знаменитой МАДОННЫ. А вы знаете, как и от чего он умер?
       - Интересно, - сказал я.
       - Он умер от переизбытка любви. В свои ненастные 37 лет. А умер на прекрасном теле своей возлюбленной.
       - Нам это не грозит, - рассмеялся один из амбалов. - Мы вырываемся на любовные просторы один-два раза в отопительный сезон.
       - А к тому же мы не замыкаемся на чем-то одно-ночном. Я, например, люблю триптихи, как и ваш друг Олег Петрович, - обратилась ко мне Алина. Вы, убеждена, не знаете, что такое истинный триптих! Любовный триптих! Это складень, состоящий из двух мужчин и одной прекрасной дамы. Заметьте, во времена Боттичелли и Рафаэля триптихами называли ИКОНЫ. В слове "триптих" как в ТРОИЦЕ заключен божественный смысл. Согласитесь, если любовь не трансцендентна, то есть если она лишена божественного пафоса, то это не любовь! Нынешняя деградация и мужчины, и женщины состоит в том, что они подменили слово "любовь" примерзкими терминами - секс, соитие, поимел. Вслушайтесь сколько мерзости вложено в эти словесные отходы. Должна вам признаться, что я восхищена присутствующими мужчинами, которые не утратили своей трепетности, своего духовно-творческого великолепия в самых изумительных своих прикосновениях к лону женского великодушия. Обратите внимание сколько высочайшего совершенства в одном только слове "ЛОНО". Не случайно же говорят "на лоне природы". Лоно - это утроба, недра самого сокровенного что есть в жизни...
       - Вы прямо-таки академик, Алина, - сказала Эмма. - Еще что-нибудь расскажите нам об этом...
       - Охотно, - ответила Алина. - Мир, к сожалению погряз в пошлости, а между тем истинное назначение женщины - в спасение этого мира, в спасение того, что есть в этой жизни - мужчин и детей!
       - Как это? - спросила Сонечка.
       - Очень просто. Вы обратите внимание на то, что современный мужчина ослаб во всех отношениях. Один наш ученый, кажется, Разумный назвал современного мужчину экономическим и сексуальным импотентом. И в этом есть огромная доля истины. Могу сказать больше - духовное возрождение России должно начинаться с возрождения былых мощных эротических и экономических возможностей сильного пола. Умная или даже талантливая, лидирующая во всем женщина, способна пробудить в каждом мужчине огромный, в том числе и эротический, потенциал. Женское лоно, ее недра и утроба излучает такие мощные флюиды-гормоны, перед которыми не в состоянии устоять ни один мужчина, растерявший свои силы и потенции Бог знает где.
       Сегодня мы опробуем себя и наших доблестных воинов в таком славном таинстве как любовный триптих.
       К тому времени мы оказались в прекрасно обставленной квартире Виктора, одного из амбалов. Алина двумя ручками проверила прочность тахты и сказав: "Чур, мы первые, указала на Славу и двух амбалов". А потом добавила, стягивая с себя одежду: "Только, не делайте вид, что вы ничего не понимаете, а тем более что вы чего-то стыдитесь. Роли распределяются по желанию. Освободите помещение!" - властно обратилась Алина ко всем остальным, тут же робко попятившимся к дверям.
       Амбалы замешкались, а я воспользовавшись, ситуацией и своей уникальной способностью возбуждаться в одно мгновение, вошел в таинственное лоно прекрасной дамы, повернув ее, на бочок, чтобы дать возможность сделать то же моим соратникам.
       - Смелее, друзья! - крикнула Алина, кусая меня за плечо. - Дальше, дальше, милые.
       В соседней комнате, что есть мочи орала Сонечка. Ее оседлали двоюродный брат Виктора со своим приятелем.
       Потом была трапеза. Надо отдать должное Виктору: у него холодильник был забит всем необходимым для такого рода встреч. Девушки были одеты в свои изысканные платья, на них сверкали украшения, а грим на их прекрасных лицах был настолько тонким и изящным, что никто не мог бы сказать о том, какой сладострастности они предавалась всего несколько минут назад.
       Как ни в чем ни бывало, Алина принялась рассуждать о проблемах духовного возрождения лучших мировых традиций в искусстве, политике, экономике.
       - Пожалуй, не так уж не прав Фрейд, доказывая, что сексуальность и творческие силы мужчины органично связаны между собой. Человечество действительно оказалось НЕ грани падения. Мы у бездны. И очень многое, должна вам сказать, зависит от женщины. Вот сейчас, скажем, присутствующие представители сильного пода уже решили, что их силы исчерпаны. А это вовсе не так. Это, дорогие мои, только начало. У нас будут новые триптихи, и новые силы придут к вам, ибо с вами настоящие женщины, спасительницы рода людского...
       - Неужто придут? - улыбаясь, спросил Виктор.
       - А мы сейчас проверим, господа. Закройте глазки и откройте ротики. Каждый из вас получит то, что я называю эликсиром жизни.
       Позднее мы узнали, что Алина вложила в наши уста по одной таблетке Виагры и Сеалиса. Мы запили таблетки кока-колой и как ни в чем ни бывало продолжили беседовать о проблемах духовного возрождения России.
       - А как вы относитесь к тем идеям, которые исповедывает Олег Петрович? - спросила у Алины Соня.
       - Какие идеи?
       - Ну, касающиеся семейного кризиса, преодоления демографического спада и других пороков, таких, как коррупция, проституция, преступность, детская беспризорность.
       - Многие из этих проблем надуманы и не имеют под собой никаких оснований. Согласись, это ерунда: навязывать нам рожать детей, чтобы решать государственные проблемы - это же ужасно. А потом почему надо называть проституцией естественные потребности женщин или их так называемую индивидуальную деятельность?
       - Вы об этом сказали Олегу Петровичу?
       - Ему об этом бесполезно говорить. Он в этих вопросах закоренелый догматик, и его вряд ли можно хоть в чем-то переубедить. Вы по-другому думаете?
       - С некоторых пор думаю по-другому, - резко ответила Сонечка и добавила, - а я думала, что вы друг Олегу Петровичу... Вы извините, я, пожалуй тоже отчалю, дел невпроворот... - Сонечка собрала вещи и быстренько покинула богатый дом Виктора.
      
      

    15. БЕРМУДСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК

      
       Шли дни, недели, а я никак не мог дозвониться Розе. Она либо не брала трубку, либо вместо нее срабатывал автоответчик: "Номер временно заблокирован..." Мои отношения с окружающими складывались прескверно. В нескольких Министерствах и Ведомствах мне сказали, чтобы я больше не звонил. Отказались от меня и прежние друзья. Даже Слава и Курбатовы, сколько я их ни приглашал к себе или предлагал где-нибудь встретиться, отказывали мне. Алина, как и некоторые другие мои добрые соратники или просто знакомые на мои звонки отвечали: "Прости, уже одета, выхожу из дома, давай позже созвонимся..." Но и позже было то же самое.
       Особенно я переживал разрыв отношений со Славой и с Розой. Сонечку я не хотел беспокоить: понимал ее тяжелое состояние. Впрочем пару раз я позвонил ей. Она сказала, что сильно загружена, но как чуток освободится, обязательно приедет ко мне. Даже добавила, что ей определенно надо что-то сказать мне очень важное. Грешным делом я спросил, встречается ли она с Розой. Она сказала, что Роза единственный человек, с кем она поддерживает отношения. Когда я предложил Сонечке приехать ко мне вместе с Розой. Сонечка сразу перевела разговор на что-то другое, так и не ответив ничего на мое предложение. Я заподозрил что-то нехорошее. И вскоре мои подозрения оправдались.
       Когда мы встретились с Соней, я у нее спросил напрямую, почему Роза не желает со мной встречаться. Есть ли тут какие-нибудь причины.
       - Наверное, есть, - уклончиво, ответила Соня.
       - То же самое происходит и со Славой. Он всячески избегает общения со мной, чего раньше никогда не было. Здесь тоже есть какая-то причина? Какая? Я им ничего плохого не делал. За что же меня так обижать? Может быть, они обиделись за то, что я тебя слишком возвысил? Ревность?
       - Да, нет, тут совсем другое, - ответила Сонечка, потупив взор.
       - Сонечка, я уверен, что ты все знаешь о причинах разрыва наших отношений. Скажи мне, и я успокоюсь. Я места себе не нахожу, так волнуясь...
       Потом мы прервали разговор на эту тему. Занялись анализом новой Сонечкиной работы, посвященной именно семейному кризису и демографическому спаду. Сонечка как бы продолжала и развивала мои мысли о необходимости преодолеть в нашем обществе разврат и другие аморальные явления, особенно в среде молодежи. Я вкладывал душу в разрабатываемый Сонечкой проект, названный ею "Основы преодоления семейного кризиса в стране". Она оценила мои старания. И когда уходила, сказала мне:
       - Вы не очень, пожалуйста, переживайте, все образуется, я даже знаю, как это произойдет.
       - Как? - ухватился я за ее признание.
       - Давайте в следующий раз я вам все расскажу, заодно принесу новый вариант моей работы, где я обязательно учту все ваши замечания и предложения.
       Я с нетерпением ждал этого часа, хотя больше и не напоминал ни о чем Сонечке.
       Примерно через неделю я узнал всю правду о происшедших событиях. Дело было так. Слава и Роза настолько сработались в исследований проблем духовно-правового возрождения России, что уже друг без друга не могли обойтись. Сонечка, я так понял, не очень одобряла сотрудничество Розы со своим любимым человеком, и всячески хотела им хоть как-то помешать. Роза чувствовала отношение Сонечки к себе и однажды сказала:
       - Если ты думаешь, что между нами намечается роман, то ты глубоко ошибаешься. Ты знаешь, в кого я по-настоящему влюблена, и я как однолюбка никогда даже в мыслях не расстанусь с ним.
       - Но почему ты не скажешь ему об этом сама?
       - Я уже говорила, а он оберегает меня, как что-то святое и небесное...
       - Тебе надо выйти за него замуж, - решительно сказала Сонечка.
       - Но как это сделать? Не могу же я ему сказать об этом...
       - Почему не можешь? Он поймет тебя. Что ты теряешь?
       - Я тогда могу потерять его навсегда.
       Я ей сказала, рассказывала Сонечка, что она полная идиотка, раз не может признаться любимому человеку в своей любви.
       Она ответила:
       - Я уже признавалась ему в своей любви и даже намекала на возможное замужество, но он по сути отверг мое предложение, сказав, что у нас слишком большая разница в возрасте, и что я могу найти другого человека для семейной жизни.
       - Ну тогда соблазни его. Забеременей что ли... Тогда ему некуда будет деться...
       Роза расплакалась:
       - Как я его могу соблазнить, если он не соблазняется. Он однажды сказал мне, что пришел бы ко мне, если бы я была женщиной, а палачом моим ни за какие коврижки он не станет...
       - Чушь какая! Хочешь я с ним поговорю?
       - Ни в коем случае...
       - Ну тогда пойди к гинекологам и дефлорируйся...
       - Как это ?
       - Очень просто. Хирургическим путем они избавят тебя от твоей девственности.
       - Ты с ума сошла? Что я ему потом скажу?
       Так они беседовали между собой, не видя выхода из создавшейся ситуации, пока однажды не случилось то, что должно было случиться.
       Сонечка застала свою подругу в слезах, и единственное, о чем она думала, так это о своей смерти.
       - Посмотри, - говорила она, - я уже и веревку приделала, только петлю не могу сделать. Сколько не вертела веревку, ничего не получается.
       - Послушай, сумасшедшая, я тебя возьму и этой веревкой отлуплю тебя как следует. - Сонечка схватила нож и отрезала веревку. Бить она подругу не стала, но пригрозила, что позвонит в психушку, чтобы ее немедленно госпитализировали.
       Роза поклялась, что никогда больше не будет думать о суициде после того, как Соня сказала, что если она покончит с собой, то сделает Олега самым несчастным человеком на этой земле. Соня пояснила свою мысль, и Роза крепко задумалась. Сонечка сказала:
       - Роза, тебе найти надо хорошего парня, который сделал тебе все, что тебе нужно. Хочешь я найду тебе такого орла.
       Роза отказалась.
       Но вот однажды развязка произошла без всяких приготовлений и специальных ожиданий. Как обычно с кучей бумаг и предложений к ней пришел Слава, и они долго работали, потом перекусили, и Слава сказал Розе, что у него сильно болит поясница, и что он был у врача, который ему выписал крем под названием "Быструм-гель", который надо втереть в те места, где сильно ощущается боль.
       - Мне неловко к тебе обращаться, но если бы ты промассажировала мои позвонки, я был бы тебе благодарен.
       - Господи, ерунда какая. Конечно, я тебе все сделаю, как надо. Раздевайся.
       Слава снял рубашку и расстегнул поясной ремень, чуть-чуть приспустив брюки.
       Он лег на тахту и сказал Розе:
       - Ты что есть силы вдавливай этот чертов бальзам. Пусть впитывается в тело.
       - Не беспокойся, все будет сделано наилучшим образом. Можно я заберусь на твои ножки?
       - Отлично! И обеими руками, дорогая.
       По мере того, как массажировала Роза, Слава бормотал какие-то очень приятные слова: "Ты даже не представляешь, как мне становится хорошо. Ты - волшебница. У тебя ангельские руки!" Он вытянул руки и нежно в знак благодарности погладил подругу по ее бедрам. Какая-то удивительно приятная волна прокатилась между молодыми людьми, и Слава снова проговорил счастливый и радостный: "В жизни ничего более приятного не испытывал. Он двумя руками обхватил в знак новой благодарности торс своего лекаря, а когда Роза закончила массажировать, обнял девушку, крепко прижав ее к своей груди. Роза в некотором замешательстве, сама не зная почему, не отстранилась, а точно застыла на груди у своего пациента. И все произошло в одно мгновение. Розочка не только не сопротивлялась, она изогнулась вся, идя навстречу мужчине, точно радуясь тому, что все так быстро и естественно у нее получилось... Она почти не испытала никакой боли. Потом, она точно опомнилась, столкнула с себя Славу и опрометью выбежала в ванную. Она заперлась в ванной. Крикнула оттуда: - Уходи! - и громко заплакала.
       Все это Роза рассказала своей подруге, которая не замедлила отчитать своего любовника за вероломство и лживость: он ведь клялся, что между ним и Розой ничего нет и никогда ничего не будет.
       Я слушал Сонечку. Ее каждое слово дышало правдой и откровением. И она, впрочем как и Роза, возвышалась в моих глазах до уровня самой высокой духовности. Я нутром чуял их великую и вечную женственность, противостоящую всему звериному в этом мире, всей лжи и пошлости, которая порой торжествует среди нас. Они, печальные грешницы, приговорены богочеловеческой судьбой к спасению рода людского, к торжеству высших человеческих достоинств: Любви, Свободы, Красоты, Счастья.
       Об этом я буду думать и писать до конца дней своих, ибо в спасении мира и собственных душ, если хотите, суть и возрождения лучших традиций всех верований, всего того, что служит ДУХОВНО-ПРАВОВОМУ ВОЗРОЖДЕНИЮ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.
       - Вы не одиноки в поисках ответа на эти вопросы, - сказал мне Владимир Петрович, когда я поделился с ним моими мыслями. - У меня даже статья написана на эту тему. Хотите, дам почитать. У нее название, правда, несколько странное...
      
      

    16. ЖЕНЩИНА ПОГУБИТ МИР? ИЛИ СПАСЕТ?

    (Из записок В.П. Попова)

      
       "Женщины и дети спасут мир". Так я назвал цикл своих живописных работ, над которыми работал четверть века. Центральный сюжет: печальные женщины с детьми-девочками среди приговоренной к гибели природы: мертвые животные, птицы, мертвое небо. Вторая группа сюжетов: суицид - "Прощание с жизнью", "Втроем с девятого этажа" и др. Поразительная примета времени: групповой суицид только среди юных созданий, еще не изведавших всех прелестей своего очарования, но постигших суровую правду о надвигающихся катастрофах. Позволю себе привести несколько непристойный факт из мира животных: крысы на тонущем корабле с бешеной скоростью совокупляются. К такому безудержному сладострастно-сексуальному состоянию приближаются женщины всего мира.
       Женщина - это не только любовь и красота, материнство и продолжение рода человеческого, это и вечность. Бессмертие, ликующее торжество божественного мироздания, вечная женственность, как определил жизнеутверждающее состояние женщины философ Владимир Соловьев, есть сила высшей любви, "соединяющей мужское с женским, духовное с телесным, божеское с человеческим". Богочеловеческое в противовес человенобожию (сущность Антихриста по Достоевскому, Розанову, Бердяеву - см. статьи о Великом Инквизиторе) рождается, в том числе и эротическим пафосом, когда телесность (мужская и женская) оказываются прекрасными в духовном смысле и бессмертными в эсхатологическом плане. И эта богочеловеческая бессмертность не падает с неба, а добывается подвигом, прежде всего, женщины. Этот подвиг философ назвал духовно-физическим и богочеловеческим, В этом сущность утрачиваемой ныне вечной женственности. Но она не утрачена до конца. Она живет подспудно. И дает о себе знать в яростной тоске по совершенству, по богочеловечности.
       Итак, два основных пути развития женских начал: богочеловеческий и зверино-подобный, не отрицающий, однако, ни Бога, ни возможности человеческого счастья. Этот второй путь Вл. Соловьев называет "ужасным, недостойным человека, хотя довольно обычный ему. Это путь животных, принимающих Эрос с одной физической его стороны и действующих так, как будто простой факт известного влечения есть уже достаточное основание для неограниченного и неразборчивого его удовлетворения" (Соловьев, Вл. Соч.: в 2 т. М., 1988. С. 617).
       Этот второй путь - путь разрушения вечной женственности, путь разрушения материнства и великого предназначения женщины оправдывается современными женщинами доводами: "пожить для себя", "полная свобода в выборе наслаждений", "не уступать мужчине ни в чем". "Почему у Пушкина до Натали было 113 женщин, а у Натали - никого?! Почему женщина живет будто в тисках, сдерживая свою природу? Неужто ей суждено жить лишь для того, чтобы преодолевать демографический спад?"
       "Да пропадите вы пропадом, - кричит современная женщина, - я хочу дать волю своим эротическим началам. И пусть мужчины, а не мы станем средством для удовлетворения половых страстей!"
       Такого рода установки породили в мире вселенскую похоть, которая изнутри съедает и мир, и прекрасную женскую душу, доведенную своими страстями до отчаяния, до безумия. Родилась новая болезнь - женская эротомания. Болезнь, испепеляющая внутренний мир женщины, болезнь, способная уничтожить этот ставший на путь абсурда жестокий, хаотичный, утрачивающий богочеловечность мир.
       Женщины тогда спасут мир, когда излечатся от своих безумных пагубных страстей, когда материнство и духовно-творческая любовь станут основным смыслом их жизни. В душе женщины, впрочем, как и мужчины, в подсознании живут светлые и темные силы. Сейчас темные силы взяли верх и над разумом, и над интуитивно-дерзновенными страстями женщины. Это болезнь века.
       Мир может и должен быть спасен, если мы поможем женщине вернуть ее былое богочеловечество, ее здоровье.
       Если только 5-7 процентов способностей человека выявляются и сознательно развиваются им, а остальные 90 с лишним процентов уходят в мир иной вместе со смертью человека, эти 95 процентов, склонен я предположить, живут и действуют помимо сознания и воли личности. Они пребывают в постоянном движении микрочастиц ТАУ (трансцендентно-ассоциативное ускорение), имеющих деспотическую власть над человеком, над его страстями и потребностями. Я рассуждал так: если эта власть реальна и столь деспотична, то, согласно законам сублимирования (см. работы Юнга, Фрейда, Вышеславцева), эти властные мощности могут вытеснять темные подсознательные силы и столь же безудержной активностью развивать все светлое, пребывающее в сознании личности: ее духовную любовь к правде и самоотречению, к материнству и к воспитанию детей, к облагораживанию всех ориентации своих спутников жизни, к богочеловечеству.
       Когда Христос два тысячелетия тому назад утверждал, что только любовь способна спасти этот мир, в него бросали каменья, хлестали бичами, всячески измывались, давая понять, что ничего нет в мире сильнее силы кесаря, силы Антихриста. Первых христиан обвиняли в патологической сексуальности. Когда они, идя на тайные вечери, обменивались духовным целованием, это расценивалось как начало оргийного разврата. Любовь, как и дерзновенность, были изъяты из жизни нашего народа в советский период как буржуазные категории (?!). И сегодня духовная любовь третируется. Признается лишь звериная, оргийно-патологическая сексуальная любовь, именуемая в народе похотью.
       Обо всем этом я в очередной раз задумался, прочитав роман Дмитрия Щербакова "Нимфоманка". Сначала я хотел подвергнуть его суровой критике, потом же увидел в нем тенденции, которые живут и развиваются во всем мире: культ похоти и пошлости, криминала и кровавых схваток подонков разных мастей.
       В основе всех похотей (похоть наживы и корысти, грабежей и насилия), как утверждает Бердяев, лежит похоть сладострастия и половых наслаждений, которые разрушительно действуют на человека и на весь социальный уклад жизни. Н. Федоров, выдающийся отечественный мыслитель, отмечает, что капитализм с его фантазмами создан в значительной мере женолюбием, т.е. половой похотью. Мужчина во имя женолюбия вынуждается к деньголюбию и совершает преступления, порой теряя свой человеческий облик. Похоть пола отравляет подсознание, разрушает и извращает то светлое и перспективное для развития личности, что есть в ней, искажает здоровье человека, подверженного фантасмагорической устремленности. На дне каждого фантазма, особенно в женских душах, мы находим все то, что связано со смертью, с гибелью и данной личности, и всего ее окружения.
       Пусть не покажется читателю странным, но все эти жуткие тенденции я обнаружил в названном романе: они развернуты на конкретных жизненных столкновениях и отдельных лиц (вполне реальных и правдиво изображенных), и различных социальных групп из сферы мафиозных и правоохранительных структур, интеллигенции и простонародья.
       И отнюдь не случайными здесь оказались действующими лицами врачи и психоаналитики, работающие в содружестве с бандершами и проститутками, крупными мафиози и бизнесменами. Автор делает довольно успешную попытку объяснить природу соотношения сознания и подсознания, механизм зарождения темных, я бы сказал, звериных иррациональных сил человека.
       И куда там по уровню анализа глубин человеческого падения известным писателям Запада или авторам эротических романов, главным образом женских, отечественного производства.
       Впрочем, обратимся к тексту романа. Прекрасная пара влюбленных - Мила и Север Беловы. Символична их катастрофа: оба лишились памяти и начинают жить новой жизнью. Сексуальная энергия у Милы, этой юной прекрасной - само совершенство! - красавицы, вытеснила все прочие энергии. Темные подсознательные силы взяли верх над остатками благих порывов. Вожделенно распаленное влагалище оказалось центром ее бытия, ее страстей, ее мучительных недомоганий и устремлений. Север Белов, современный Робин Гуд отечественного производства, способен уложить десятерых, обладает фантастическим либидо: может несколько суток подряд удовлетворять женщину; безумно любит Милу, даже готов закрыть глаза на безудержную ее тягу к самому грязному разврату. Цитирую: "...Милу не устраивали обычные клиенты. Она хотела самых отпетых, самых крутых, самых злобных, почти садистов. И чтобы несколько сразу.
       - Нас пятеро... - предупредил омоновец.
       - Ага, я вижу. Таким хорошим мальчикам по разочку дать надо.
       - Ох, сладка девка! - подмигнул мент Белову. - Завидую я тебе, парень. Глянь на нее: пятерых мужиков утрахала, а выглядит персик персиком.
       Сказать, чтобы муж не удовлетворял ее, так нет.
       - Тебе было плохо со мной этой ночью? - спросил муж.
       - Что ты, малыш, божественно... только эта ночь не принесла облегчения... Сексуально - да. А психологически... Ты - это совсем другое. Это полет... А мне нужна грязь... Нужно унижение, нужно, чтобы топтали, распинали, мучили... Я схожу с ума без этого...
       Казалось, Мила потеряла сознание. Все эти двое суток муж ее трахал почти без перерыва, практически не давал спать, кормил всего один раз...
       - Все эти двое суток ты был восхитителен. И другого такого просто нет... Но мне нужно другое... Я нуждаюсь в настоящем реальном унижении, в реальных издевательствах, реальном презрении... Тогда и только тогда моя сексуальная жажда утоляется полноценно...".
       Итак, мы обозначили первую тенденцию: развитие вселенской похоти в реальном и фантасмагорическом мире современной женщины. Подчеркну: здесь нет никакого противоречия: существующий мир и реален и фантасмогоричен, поскольку большинство глобальных явлений (личностных и социальных) необъяснимы. Они возникают и развиваются будто бы независимо от воли людей, от политики, от государств. Ну, кто специально планирует голод и нищету, снижение рождаемости, СПИД и массовое вымирание народов в разных странах? Кто планирует рост проституции и беспризорности, коррупции и утрату привлекательности семейного образа жизни, утрату того, что когда-то именовалось вечной женственностью, высокой духовностью, демократией и преданностью высоким человеческим идеалам? При всей ирреальности герои романа "Нимфоманка" несут в себе то, что глубоко осело в людских душах с их жаждой похоти, извращенной любви к единственному, с их точки зрения, праведному идолу - деньгам. И лексикон автора - помесь красоты и бандитского сленга - не случаен: "блядь", "блядище", "блядство", трахаться, трахаться, трахаться - все это на каждой странице. И тут же: "Она выглядела так обворожительно, что дух захватывало". "Она была восхитительна. Хрупкая. Почти прозрачная. Ее хотелось прижать к сердцу, заслонить собой, укрыть от всего мира". "Своим танцем она словно символизировала судьбу Женщины в мире чистогана, насилия и подлости. Беззащитную судьбу слабого, нежного существа, отданного власти денег, похоти, нечистых потных рук". И вот последние строчки романа: "Она волшебно красива... Шофер, лощеный атлет лет двадцати пяти, открыл дверцу машины. Двое его спутников - плечистые гориллоподобные парни - жадно оскалились, оценивая возможную пассажирку. Девчонка зовуще затравленно улыбнулась и решительно шагнула к машине". А где-то в больнице умирал, раненный, ее возлюбленный.
       Я читал с каким-то омерзением. Хотелось швырнуть книжку куда-нибудь подальше. И все же что-то держало. Я думал и не мог понять, чем притягателен роман. Чем он держит меня? Я много лет занимался преступным миром, ездил по колониям, проводил там семинары с заключенными, даже роман написал "Групповые люди", опубликованный огромным тиражом. И все-таки не уголовщина притягивала меня. Как это ни странно, читая роман, я пытался разобраться в самом себе. Я задавал себе те вопросы, к которым фактически были подведены герои щербаковского романа: "Кто я в этом мире?", "Правдив ли я перед самим собой?"
       Во мне, как и у героев романа, живет, наверное, жажда похоти, если она так широко понимается философами?
       Я чисто теоретически знал, что истинное мое "Я" пребывает в сфере подсознательного. Но в нем я никогда не стремился разобраться. Я копался в известных мне фактах моей жизни, зафиксированных сознанием. Это была довольная скользкая бухгалтерия эпизодов проявления отвратительного самолюбия, лжи, немыслимых амбиций и хвастовства перед самим собой. Меня поражали откровенные признания героини романа: "Хочу в грязь! Хочу быть растоптанной. Смерти, наконец, хочу!" Эти откровения были чистой искренностью. На такую искренность я не был способен, а следовательно, жил по лжи. Может быть, эта обнаженность откровений и зацепила меня?
       Своим вроде бы правдоискательством героиня романа даже не ищет правды, она живет в ней. Возможно, это и захватило меня. Ни один мужчина в романе не оказался способным на такие откровения. Это тоже тенденция, примета времени: полнейшая закрытость, закупоренность своего "Я" у мужчин. Закупоренность, впрочем, не по своей воле: по вине подсознания. Мужчина в меньшей мере, чем женщина, властен над своими иррациональными силами. Может быть, поэтому женское начало Бердяев называет космичным. Потенциальное материнство женщины напрямую из космоса черпает только ей ведомую тайну, которую, впрочем, она тоже не осознает: одно приближение к этой тревожной космической правде женщину ставит на край бездны, которой она страшится больше смерти. А возможно, сознавая свою космичность, так мучается современная женщина, которая, подобно щербаковской Милочке, не находит себе места в нашем ублюдочном социуме.
       Ну, а мужчины? Какова их роль в этом перевернутом мире насилия, похоти и жестокости? И здесь автор подметил типичное сегодняшнее явление, главный герой выражает истинные тенденции развития современного представителя в прошлом сильного пола. При всех своих достоинствах (умен, красив, отважен, богатырски крепок) он обречен: его сила бессильна, его благородство преступно, он носитель смерти, а не жизни. Он олицетворяет, как и все поколение нынешних мужчин, не будь в обиду им сказано, тревожную гибель мира. Я сначала думал: что за чушь! Любящий до безумия мужик, души не чающий в своей жене, добровольно отдает на поругание отпетым бандитам свою ненаглядную Милочку: "Берите. Она всем дает..." И наблюдает, с какой сладострастностью его фея дарит свою любовь гнусным подонкам.
       А вот еще сцена. Навстречу нашим героям идут четыре гопника с топорами, монтировками, ножами. Наш Робин Гуд может запросто их уложить, что он и сделает несколько позже. Муж видит вдруг примутненныи взгляд своей красавицы: "Хочу им дать! Очень хочу!" И муж предлагает: "Делайте с нею все, что вам вздумается". После того как бандиты справили свою нужду, они решили еще и поиздеваться над Милочкой, и вот тогда Белов озверел. Разрывной пулей он отстрелил кисть руки тому, кто угрожал Миле ножом, а затем всех заставил друг друга "обсосать", как выразился автор. Милу сотрясала истерика. Это побоище несколько умерило сексуальную жажду женщины. Но только на время. Чтобы удовлетворить похоть своей жены, Белов открывает бордель, где в групповых сеансах будет задействована его возлюбленная...
       Снова обращаюсь к великим мыслителям, написавшим немало страниц о сексопатологии, о власти подсознательных начал над человеком (Фрейд, Юнг, Бердяев и многие другие). Бердяев, в частности, отмечает: "На дне всякого фантазма всегда смерть, всегда растление душ. Это растление заразительно. Оно наркотично. И его зависимости обладают дьявольской силой. Похоть по природе своей не знает утоления и удовлетворения, никакая похоть: ни похоть полового наслаждения, ни похоть наживы и корысти, ни похоть славы и власти, ни похоть преступлений, ни более низменная похоть обжорства".
       Мила видит, как ее Робин Гуд становится жестоким и беспощадным убийцей. Вот он стреляет разрывной пулей сначала в одну ступню, потом в другую, потом в кисть руки того, кто ему только что предложил работу, правда, "работу убийцы", затем убивает пятнадцать охранников, а затем грустный финал - ступор, реактивный психоз, аутизм... смерть...
       Итак, вторую тенденцию я бы обозначил так: патологическое бессилие даже самого сильного мужчины. Мужчина перестал быть хозяином положения в семье, во взаимоотношениях с женщиной, с детьми, с родственниками и знакомыми жены. Академик В.А. Разумный назвал сегодняшнего мужчину экономическим импотентом. Но дело даже не в том, что он перестал быть основным добытчиком в семье. Он лишился своего мнения, своих "мужских" (главенствующих) убеждений, своего лидерства. Женщина, завоевав власть в семейных отношениях, поставила мужчину на то место, на котором она сама веками пребывала, выполняя самые различные домашние обязанности: стирка, уборка квартиры, приготовление пищи, хождение по магазинам, рынкам с целью обеспечения продуктами. Знаю немало семей, где неработающий мужчина полностью выполняет женские функции, а женщина трудится на нескольких работах и, когда ей нужно, удовлетворяет на стороне свои сексуальные потребности.
       Изучая особо проблемы взаимоотношений мужчины и женщины в нашей стране, я никогда не мог понять такую мысль отечественных мыслителей: женщина космична, а мужчина - личностно-антропологичен. Подсознательно накапливаемая энергия пола выливается часто в противоборстве мужчины и женщины, где женщина, как правило, одерживает верх. Имеет место и жестокая борьба за преобладание власти над детьми, где опять же женщина побеждает. Мужчина часто оказывается вытесненным из интимных семейных отношений. Материнство, а не отечество становится мощной регулирующей силой в семье.
       В прошлые времена, скажем, в 19-м и 20-м веках, развивалась такая точка зрения: мужское начало - по преимуществу творящее, а женское - рождающее. Женщина призвана вдохновлять мужчину к творчеству. Материнское начало, однако, не только в рождении детей, но и в заботе о семье, в попечении, охранении, без чего мир бы погиб. А сегодня все меняется местами. Эмансипированные дамы хотят заниматься творчеством, хотят жить для себя, порой безудержно удовлетворяя свои эротические потребности. Мужчины, неизвестно по каким причинам, оказались бессильными бороться с женщинами.
       Правда, и в прошлые времена женщина стремилась к лидерству, к творчеству, нередко во многом опережая сильный пол. И тот же Бердяев писал: "Женская энергия может сублимироваться, и из рождающей силы превращаться в творческую".
       Хотел этого или не хотел писатель Дмитрий Щербаков, а он в образе Милы Беловой обозначил два тенденциозных момента: первый - не муж, а жена задает параметры развития в своей деградирующей семье, в своих ужасных отношениях с мужем. Шутка ли, красавица-жена ставит мужа в такое положение, чтобы именно он подыскивал для нее группы сильных и "отпетых" крутых партнеров. При этом она отнюдь не возражает, чтобы ее Робин Гуд присутствовал при ее сексуальных оргиях. В этом патологическом и, конечно же, абсолютно неправдоподобном варианте отражается современная тенденция победы женской вседозволенности и крайней распущенности, якобы мотивированной нимфоманией, над патологической слабостью современного мужчины. В этом омерзительном противоборстве мужских и женских начал обозначен, на наш взгляд, не только семейный и демографический кризисы, но выражена современная катастрофа мира.
       И еще одно важнейшее, на наш взгляд, замечание. Если в романах западных беллетристов, тех же Чака Паланика и Бегбедера, лидируют мужчины - женщинам отводится второстепенная роль, - то в этом произведении, несмотря на силу и мощь мужчин, лидируют женщины: они мудры и предприимчивы, они влияют на выбор мужских решений, указывают пути и тропы движения к возможным победам.
       Какой вывод можно сделать, исходя из обозначенных тенденций?
       Спасение мира, преодоление демографического спада и развивающихся семейных кризисов, губительно сказывающихся на становлении детей, во многом зависит от того, сможет ли общество в содружестве с государством и церковью спасти женщину: вывести ее из того смертельно опасного тупика, в котором она пребывает. Это духовно-творческая проблема, и ее может решить лишь сама женщина, воскресив в себе могучий потенциал вечной женственности. В этой вечной женственности, олицетворяющей богочеловечность, заложена неукротимая сила всепобеждающего духа, красота самоотречения и подвижничества, щедрости души и отваги. Как в Отечественную войну женщина своим самоотверженным трудом спасла Отечество, так и сегодня (пробудись лишь у нее желание!) она может спасти всех нас и себя в первую очередь. А вот что самое главное: как пробудить в современной женщине неукротимую жажду подвижничества, жажду того благородного лидерства, которое дает новый творческий импульс, новые дерзновенные силы мужчинам, детям, подрастающему поколению? И рецепт здесь предельно прост: женщине в первую очередь нужна духовная пища, соединенная с признанием ее лидерства, подвижничества и мессианской роли в этой жизни.
       Что для этого требуется? Нужна духовная пища. Небывалая. Смелая. Щедрая. Женщина кинулась нынче во все тяжкие, потому что обрела волю, истинную эмансипацию. Нужны фильмы, работа всех СМИ, конференции с такими проблемами: "Мир современной женщины", "Смысл женского счастья", "Духовный потенциал женщины - в чем он?", чтобы переключить женскую вседозволенность в великое русло духовно-социальных преобразований. А еще поставить на публичные форумы обсуждение таких проблем: "Может ли женщина повлиять на обогащение духовного мира мужчины?", "Как относится женщина к тому, что сильный пол становится слабым полом?", "Может ли женщина сделать мужчину сильным?", "Угрожает ли человечеству матриархат?"...
      
      

    17. ЕЩЕ РАЗ О ДУХОВНОМ И СВЯЩЕННОМ

      
       Мы, по крайней мере в моем окружении, ратуем за духовную любовь, не исключающую чувственные привязанности и наслаждения. Духовная любовь - это поиск путей к совершенству, это голод души по божественному. Ильин справедливо отмечает: "Чтобы увидеть духовное и священное, надо самому обратиться к миру из духа и света; чтобы увидеть свет и тайну, надо иметь в душе орган для тайны и света".
       Общаясь с Сонечкой, я все время раздумывал над тем, чтобы дать ей почитать записки Владимира Петровича о жестокой женской сексуальности, о разрушении целомудренных духовных женских начал. И остерегался: вдруг она меня не так поймет. Но она, однажды, когда будто бы все темы нашей беседы были исчерпаны, вдруг зада мне такой вопрос:
       - Знаете, мне неудобно об этом говорить, но я столкнулась на семинаре с молодыми людьми, которые, начитавшись книжек о любовных играх, об искусстве любви, об эротике китайских мандаринов, не знали, как им относиться к проблемам духовного эротизма. Ведь в этих книгах прямо говорилось о том, что половые акты имеют большое религиозное, социальное и нравственное значение. Как относиться, скажем, к такой книге, как "Кама-Сутра" или к многочисленным пособиям по сексу, пришедшим к нам из Китая?
       Я честно признался:
       - Мне на эти вопросы трудно ответить, хотя каждый из нас, и я в том числе, знают, что такое истинная любовь, не исключающая ни высокой духовной сексуальности, ни высокой духовности, в основе которой лежит не только уважение к личности женщины или мужчины, но и БОГОТВОРЕНИЕ ЛЮБЯЩИХ И ЛЮБИМЫХ. То, что я узнал от тебя о той оргии, которую организовала Алина, я никак от нее этого не ожидал, не только безнравственно, но и прямое надругательство над духовностью и святостью отношений мужчины и женщины, и я раз тому, что ты и Роза не приняли в этих чудовищных развлечениях участия. Заметьте, наши религиозные мыслители, тот же Ильин, говорят, касаясь Любви, о СВЕТЕ и ТАЙНЕ, которую призван разгадать каждый, будь-то мужчина или женщина.
       Когда мы говорим, что духовная любовь СОЕДИНЕНА СО СВЯТОСТЬЮ, мы ОТВЕРГАЕМ малейшие отклонения в сторону пошлости, эгоистического сладострастия, безнравственности и БЕССТЫДСТВА. И ТАЙНА здесь состоит прежде всего в предельно бережном отношении к тому, что китайцы называют "ИНЬ - Ян" (женская и мужская сущность). Духовное зрение дано человеку, чтобы отличать добро от зла, совершенное от несовершенного, стыдливость и бесстыжесть, свободу от произвола, истинную любовь от неистинной.
       - Значит, вы не отрицаете эротические отношения мужчины и женщины?
       - Как я могу отрицать то, что служит и Любви, и пробуждению самых высоких чувств, и постижению величайших тайн мироздания, и наконец, омоложению организма.
       Мне вспомнились те же китайцы, которые с благоговейным трепетом рассказывают в своих "подушечных" книгах от искусстве брачных покоев, о небесной гармонии мужских и женских начал, где радостные приступы эротических влечений вспыхивают в космическом пространстве, вспыхивают и соединяют любящих бесконечно светлой нежностью. И заметьте, у китайцев особое уважение к женщинам, поэтому и имена у их возлюбленных особенные: Золотой Колос, Нежный Аромат, Услада Сердца, Госпожа Совершенство. И меня, конечно же, поразило то, что многое из того, что мы, европейцы, называем бесстыжестью или даже извращением, китайцы возводят в ранг высокой духовности, в ранг самого великого человеческого счастья.
       Мне очень хотелось бы обсудить с вами, с Розой, со Славой и даже с нашими молодыми людьми, Игорем и Сашей, все эти проблемы после прочтения статьи на эту тему, которую дал мне почитать Владимир Петрович. Вот вам эта статья, и еще я вам дам прочесть по этим проблемам абсолютно мерзопакострую книгу Дмитрия Щербакова, которая называется "Нимфоманка".
       - Я слышала о нимфомании, как о страшной болезни. Это правда?
       - Да, такое явление существует. Оно связано с болезненно повышенным половым влечением у женщин. Преступность этого писателя Дмитрия Щербакова состоит в том, что он даже не заикается о том, чтобы лечить несчастную женщину: он все формы общения мужчин и женщин переводит в сферу сексуальных извращений...
       - А как узнать, присущи или нет той или иной женщине эти болезненные влечения? Как отличать болезненное влечение от неболезненного?
       - Полагаю, на эти вопросы должны ответить специалисты - врачи, сексопатологи. А что, давайте на наше это обсуждение статьи Владимира Петровича пригласим и соответствующих специалистов... Как вы считаете?
       - Это было бы здорово...
       - Это мы непременно сделаем. Но меня, Сонечка, волнует не это, а то, что мы стали работать как-то разобщено. То, что случилось с Розой и со Славой, - не конец света. Вопрос стоит так: "Можем ли мы простить нашим друзьям то, что они совершили? Можем ли мы забыть содеянное ими?"
       Соня покраснела. Она опустила глаза и закрыла рукой лицо.
       Она долго молчала, а потом сказала:
       - Я могу простить и забыть все то, что произошло, потому что сама могла совершить нечто подобное... Мне стыдно об этом говорить, но это так...
       - Отлично. Давай подумай, как нам снова вернуться к прежним нашим рабочим отношениям...
      
      

    18. РАЗОБЩЕННОСТЬ

      
       И все-таки меня сильно беспокоило то, что мы работали врозь. У каждого из нас, у Славы, Розы и Сонечки, был свой ВНИК, своя программа, и свои помощники,
       Я верил в то, что наши пути сойдутся. Я следил за успехами каждого. Радовался тому, что к моим друзьям хорошо относились и в Департаменте столичного образования и в Министерстве.
       Периодически в печати появлялись статьи о наших достижениях. Иначе я не могу назвать то, что мы делали. Beликолепные отзывы были от родите лей, от добрых знакомых, от некоторых педагогов. Но были и ругатели. Некоторые наши недруги называли нас прожектерами, шарлатанами, мистификаторами. Один известны журналист и издатель, уж назову его фамилию - Александр Сергеевич Щербаков, с пеной у рта доказывал, что мы дурачим всех, вешаем на уши лапшу, заправляем арапа, оболваниваем и обводим вокруг пальца всех и вся. Он даже назвал меня Нео-Кашлировским. Он однако схитрил: прикинулся моим сторонником и попросился ко мне на семинар-тренинг, который я проводил в Европейском университете права. Я благодарен Розочке, которая вдруг, совершенно неожиданно для меня, позвонила мне и сказала:
       - Не пускайте Щербакова на свой семинар...
       - Почему? - поинтересовался я.
       - Он плохо о вас говорит.
       - И что же он говорит?
       - Орет на всех перекрестках, что вы жулик и приносите огромный вред такому трудному делу, как развитие талантов в стране...
       Роза не стала разъяснять мне весь вред, который может принести Щербаков нашему общему делу, повесила трубку. А я подумал: может быть это весьма кстати. Кто-то сказал ведь: чтобы тебя окончательно признали, нужен хотя бы небольшой скандальчик. И я согласился: весьма любезно встретил Щербакова, дал ему гарантии, что он непременно создаст на семинаре живописный шедевр, и даже, возможно, не один.
       - Да, но я никогда не рисовал, - пояснил он. - У меня даже в школе по рисованию была тройка. Я органически не переносил все, что связано с рисованием, живописью и разными художествами.
       - Ну и прекрасно, - успокоил я его. А на семинаре будет непременно выявлен, и даже в какой-то мере развит ваш художественный дар. Я это чувствую и вижу...
       - Как видите? Что видите?
       - По вашим глазам, - улыбнулся я. - У вас острый и пристальный взгляд. Кто знает может быть вы обладаете совершенно оригинальным видением мира.
       Незадолго до семинара мне позвонил Слава. Он сказал:
       - Мы проводим с вами семинары примерно по одной технологии, разработанной Владимиром Петровичем Поповым. То, что сейчас плетет этот Щербаков о наших семинарах, не выдерживает никакой критики.
       И здесь речь идет не только о нас, но о нашем общем деле, о педагогической технологии Владимира Петровича... Поймите, как бы вы блистательно не провели семинар, Щербаков все равно назовет ваше занятие шарлатанством, а вас новым Кашпировским...
       - Не назовет! - резко сказал я. - Я постараюсь подстраховаться. Я на этот семинар приглашу известных ученых, публицистов, художников и даже режиссеров телевидения, с камерой, между прочим. Все будет заснято для возможного дальнейшего разбирательства. Мне нужен такой противник, как Щербаков. Во-первых, он умен и слывет предельно талантливым и честным малым.
       - Ну что ж, - сказал Слава. - В ваших рассуждениях есть зерно. Если нужна будет моя помощь, с радостью готов сделать все, что подскажете мне.
       Мне ужасно хотелось спросить, общается ли он с Розой, но он опередил меня, сказав, что теперь он пребывает в глухом одиночестве и ни с кем из прежних своих друзей не общается. С грустью он произнес:
       - Я, наверное, сам виноват во всем этом разладе...
       ...Посоветовавшись, мы все же решили, что семинар будет проводить Владимир Петрович...
      
      

    19. "В ПОИСКАХ УТРАЧЕННОЙ ГЕНИАЛЬНОСТИ"

      
       Так была названа статья, которую опубликовал Щербаков после посещения семинара. При вожу весь текст статьи без каких-либо изменений.
       "...Ох, давненько я не конспектировал профессорские речи!.. Однако рука быстро вспоминает наработанные в студенчестве закорючки и сокращения - и дело идет. Только профессор какой-то странный. Чего он там рассказывает вместо лекции?.. Впрочем, многие профессора с прибабахом. Запишем - потом разберемся.
       Из конспекта лекции доктора педагогических наук Юрия Азарова:
       ...Как вы считаете, чего я хочу добиться, общаясь с вами?
       - Пробудить в каждом присутствующем талант.
       - Правильно, но это не может быть основным.
       - Проверить, насколько то, что вы проповедуете, полезно для сегодняшней молодежи.
       - Ну, и это тоже.
       - Я думаю, ваша цель - открыть перед нами какие-то перспективы.
       - Предположим. Но главное - очень простая штука: я хочу получить удовольствие. И доставить вам удовольствие. Если это удастся, то получится и все остальное. Человек, получающий удовольствие, и человек, не получающий удовольствия, - это два разных измерения. Если я не получаю удовольствия, у меня не получится ничего ни в педагогике, ни с чистым листом бумаги - в живописи или писательстве. И у вас тоже.
       Задолго до этого дня, будучи в Европейском университете права, случайно вычитал в расписании группы ДЮ-2001 наименование занятия (на три "пары" подряд!): Раскрытие талантов - доктор педагогических наук, профессор, писатель, художник Азаров Юрий Петрович.
       ...Кому же не хочется раскрыть свои таланты! Но не я один такой умный. И сегодня, помимо законно приглашенных студентов Европейского университета права, сюда вместе со мной явились "по знакомству" и еще один журналист, и студентка пединститута вместе с тамошним доцентом психологии, и коллеги Азарова, и целая семья из трех человек...
       Конечно, я немного лукавлю. Раскрытие собственных талантов для меня - дело даже не второе (поздновато спохватился). Главное, я вспомнил, что знаю имя педагога Азарова не менее тридцати лет. Его тогда прославляли прогрессивные педагогические журналисты и шпыняла, как могла, советская власть. И ему пришлось собственную теорию проверять, прежде всего, на себе самом: сначала стать писателем. А потом и художником. Между прочим: пять из десяти его романов ныне изданы общим тиражом около четырех миллионов экземпляров, а его живописные работы только в США выдержали 17 экспозиций.
       И что же, получается, что раскрытие талантов можно "поставить на поток"?.. Сам Азаров технологию этого дела называет трансцендентальной педагогикой. Когда я разным людям произносил эти слова, многие пугались...
      
       Из конспекта
       Кроме получения удовольствия, я предполагаю решить сегодня вместе с вами несколько сверхзадач. Решение сверхзадач - главный метод развития человеческой личности. Сверхзадача - это ноша, которую вы берете на себя, обязательно чуть больше той, которую вы можете поднять. Фолкнер, например, сказал о Хемингуэе, что тот убил свой гений своим талантом: всегда брал ношу, которую легко подымает.
       Если, предположим, вы ставите перед собой задачу - освоить юридические науки по такому-то направлению, рассчитанные в университете на три года, за полгода, - это будет сверхзадача. Или почему бы вам не перейти на индивидуальное обучение и не написать собственные программы, по которым вы бы вообще закончили университет на два года раньше? Это реально. Или вы решите: я хочу быть самой красивой девушкой в этом мире. Это тоже сверхзадача. Или: я хочу создать семью такую, чтоб мы всю жизнь любили друг друга, и чтобы у нас были прекрасные дети, которых я буду любить и моя жена будет любить; да, я мечтаю о Великой любви. И это сверхзадача.
       У меня сверхзадача появилась, когда меня в очередной раз изгнали с работы (а меня семь раз прогоняли). Я подумал тогда, что должен сделать что-то такое, чего никогда не делал. И решил: напишу книгу. Если Достоевский создал за двадцать дней "Игрока", то и я за свой отпуск, 24 дня, должен родить роман. Сел в самолет и прямо в нем начал писать, еще толком не зная о чем. И вернулся из отпуска с рукописью "Соленга", которая стала печататься в журнале "Север", в "Новом мире", а потом вышла отдельным изданием. И я был счастлив несказанно. Мне многие говорили тогда: зачем это нужно, ты уже овладел педагогикой, журналистикой. А я сказал: хочу написать картины по мотивам моего романа. "Так ты же никогда не занимался живописью!" - "Ну и что? Это моя сверхзадача".
       ...Человек в кирзовых сапогах, из глухой деревни, пришел во ВГИК. Над ним стали подсмеиваться: "Ты, собственно, кто такой - и говорить-то толком не можешь". - "Я хочу быть драматургом и писать прекрасные пьесы, и буду играть в них главные роли". Я про Шукшина говорю. Явный шизик. "А может, ты и музыку напишешь?" - "И музыку напишу!" Не успел, умер. Вот что значит решимость. У Маркеса спросили: ты хочешь писать романы, как Достоевский, как Толстой? Он сказал: нет, я хочу лучше! Это можно назвать наглостью, а можно - способностью поставить сверхзадачу.
       Ну, мое-то поведение - точно сверхнаглость. Рассказывая по телефону о предстоящем занятии, профессор за два дня до него самонадеянно заявил: "А в конце вы у меня напишете маслом гениальную картину, пейзаж". "А чего ж и не написать?" - заверил я простодушного педагога, напрочь скрыв от него правду: тройку по рисованию мне в школе выводили исключительно только из факта пятерок по литературе и математике, а живописный плакат "Чисти зубы каждый день!", который я совершенствовал в пятом классе в течение первой четверти, наш добрейший Николай Михайлович принял у меня только с пятого раза в честь круглой годовщины 7 ноября.
       Может, именно поэтому я в анкетке, розданной всем перед занятием, в графе "обладаете ли вы гениальностью?" написал "нет". Хотя в другом пункте признал наличие у себя способностей. Я очень хотел быть объективным. В том числе и в оценке четырех различных цветов - их следовало расставить в порядке моих к ним симпатий. Ну, уж если в красном нет ничего хорошего - я ему честно и отвел четвертое место.
      
       Из конспекта
       ...Так, анкетки. Петренко Маргарита. "Есть ли у меня гениальные способности?" - она написала "нет". А кто написал "да"? Два человека. А остальные - скажите: высшие способности у вас есть? Это способности, которые характеризуют высокий уровень развития. Высшие способности... Какой бы синоним к этим словам подобрать? Я бы сказал так: божественность. Это и есть гениальность. И проблески ее есть во всех нас. Знаменитый психолог Эриксон Милтон выдвинул идею: люди программируют сами себя. А педагог программирует детей в школе, считая их талантами или, напротив, тупицами. Недавно мы столкнулись с одной считающейся способной учительницей, которая на уроке говорит: "Да вы же идиоты, вы неспособны понять элементарные вещи...".
       Да, меня тоже некоторые дети способны раздражать. А один мой аспирант недавно сказал: "Вот вы написали статью о Пушкине, а Пушкин - это был такая сволочь, с точки зрения педагогов..." Энгельгардт, директор лицея, писал о нем: я в жизни не встречал такого непорядочно-безнравственного юноши, это исчадие ада. А друзья как к нему относились... У него было прозвище "Француз", а в двенадцатом году это отнюдь не значило, что он хорошо знал французский язык... Однокашник о нем писал: да это же ничтожество, идиот, с ним невозможно общаться, ни с того ни с сего он начинает ржать тебе в лицо, и не поймешь, почему он смеется. И о Лермонтове я могу много чего рассказать. Они были невыносимы для педагогов. Но те программировали в них талант. Если педагоги программируют в своих воспитанниках тупиц, - это страшно. А у нас такое сплошь и рядом.
       Мы на всех этапах жизни уничтожаем в себе гениальность: воспитываемся в семье репрессивного типа, ходим в школу репрессивного типа, живем в обществе репрессивного типа.
       ...Я к чему веду: каждый из вас должен встать не только вровень с имеющимися способностями, но и выше! Итак, записывайте: формула процесса, который формирует гения или талант...
       Мне встать вровень с имеющимися у меня способностями к живописи, наверное, не так уж трудно. Но мне нравится этот странный профессор, и ужасно не хочется подвести его. А ведь, как любят выражаться российские публицисты, иного не дано. И поэтому по мере приближения и практической части раскрытия талантов мне все больше хочется как-нибудь галантно слинять отсюда. Но, кажется, поздно. Профессор достает мою анкетку.
      
       Из конспекта
       Вот Александр Сергеевич. Крайне заниженная самооценка. Он этим самым уничтожает в себе свой дар. Все не совпадает. У меня при взгляде на него создалось впечатление, что это очень спокойный, уравновешенный человек. Оказывается, если судить по тесту, он крайне противоречив. Его буквально раздирают противоречия. Он стремится к покою - на первом месте у него это, а вместе с тем все буквально разрывается на части и покой как таковой рушится. Он готов пойти на любой поступок, лишь бы сохранить какое-то равновесие, внутренний баланс, но вместе с тем нет дерзости или даже дерзновения, без чего не может быть настоящего развития, а значит, и покоя.
       Ну, наконец-то все тайное стало явным. Я подписываюсь под характеристикой, данной мне профессором, и с этой минуты не сомневаюсь в его компетентности - по крайней мере в раскрытии человеческой натуры.
       Забегая вперед, скажу, что после этого занятия мне посчастливилось сблизиться с Юрием Петровичем. И слово за слово при встречах и в телефонных разговорах удалось из него вытянуть, что последние годы он писал "Евангелие от Учителя" в четырех томах, и работа эта завершена (слова "педагогика высших ценностей" в ЕГО устах звучат не высокопарно, а как каждодневный приевшийся термин). Что ректор Университета Российской академии образования Б.М. Бим-Бад закончил редактирование книги Азарова "Практическое руководство по развитию талантов". А еще в издательстве "Вагриус" только что вышел роман "Подозреваемый", а в издательство "ACT" сдан роман "Паразитарий"...
       ...Ну, а пока я с двойным вниманием вслушиваюсь в его раскованные речи.
      
      
       Из конспекта
       Как нужно относиться к себе, чтобы реализоваться? Самое главное - научиться любить себя, любить свои потенциальные возможности, то божественное, что есть в нашей душе. Второе-это отношение к людям, к другим как к самому себе. Если мы относимся к себе как к носителям божественных начал, то должны видеть их и в других. И третье - отношение к миру, к своим занятиям, - любовное; надо любить все, что вы делаете. Пусть это будет творчество, или приготовление пищи, или что угодно. Любить кисточку, любить ручку, любить все, что вас окружает.
       Сложно научиться любить... Разные любви бывают. Я вот, кстати, вспомнил. Меня однажды возмутил один мальчик. Мы ездили на экскурсию, и там девочки - "ох, ах, какое море!" И я считал: вот это хорошее, правильное восприятие. А он сказал такую фразу: "А чего особенного, воды столько налито"... И я только потом, много позднее, годы спустя, подумал: Господи, да это же гениальная фраза про море: "Воды столько НАЛИТО".
       Каждый ребенок и каждый из вас в чем-то гениален, ибо в каждом - несхожесть с другими. Уникальная.
       И вот вам большой-большой секрет. Мы живем среди тайных врагов, как это ни странно. И чем ближе человек к нам, тем он враждебней бывает - вот что любопытно. Люди подсознательно ненавидят друг друга. Поэтому надо всегда искать тех близких людей, которые оценят даже микропроявления вашей талантливости.
       Был такой учитель Назганов. Физику преподавал. Он говорил родителям: все ваши дети будут учиться на четыре и пять. Чем он брал? А элементарно. Вот ученик пишет конспект - ну ничего там нет! А педагог подходит и говорит: "Ну, вы посмотрите, как он предложение написал, какая великолепная фраза!" И вызывал у человека подъем. Калабалин, воспитанник Макаренко, мне рассказывал. Тот пришел в тюрьму, где сидел Калабалин, которого решил взять к себе, и несколько раз повторил: "Калабалин! Какая прекрасная фамилия! Как великолепно звучит!"
       Способность выдавать вексель раньше, чем что-то осуществлено, - это великое свойство щедрой души, которое проявляется и в любви, и в любых отношениях.
       У Азарова есть свой Независимый институт воспитания. Вот случаи из его работы. Ученика Федю исключили из гимназии, а до этого годами вдалбливали ему, что он ненормальный, и родителей убеждали в этом, психиатрическую экспертизу устраивали. Он на ней крикнул своим мучителям: "Расстрелять бы вас всех!" Ему сказали: "Вот и доказательство твоей ненормальности".
       Когда Федя рассказал это Азарову, тот ответил: "Я поступил бы так же, как ты". Под руководством Азарова парнишка быстро добился удивительных успехов почти во всех дисциплинах и за один год закончил два класса. Восьмиклассник Сережа запустил в школе все без исключения предметы. Учителя махнули на него рукой, родители в трансе, слезы, угрозы, истерики...Попав в институт Азарова, он занялся живописью, без труда подогнал учебный материал, увлекся философскими книгами. Заметим, что гимназия, в которой учился Федя, считается одной из лучших в Москве, а "фишка" бывшей Сережиной школы - углубленное индивидуальное развитие личности ребенка!
       Господи, как же нам не хватает учителей a2 la Азаров, воскликнут тысячи родителей, дочитав до этого места. И будут правы. Я слышал от него о некоторых его учениках и последователях, и даже видел кое-кого из них. Это ректор Европейского университета права Г.М. Шило, педагог из Зеленограда Л.А. Коченова, Л.А. и Е.В. Курбатовы - руководители Центра образования  1804 в Москве, еще человек пять-шесть. Прибавим двадцать студентов группы из Университета культуры... Это даже не капля в море!
       Попасть на занятия к Азарову на самом деле безумно сложно. Они случаются, как он сам выражается, "по принципу предложения и договоренности". Кисточки, краски, разбавители, помещение - все должно откуда-то взяться. Азаров же - ученый, а не бизнесмен и не организатор. Один из его семинаров-тренингов проводил в городе Воткинске Центр творчества "Эльна". Воткинск-чемпион мира по числу самоубийств. И можно только восхититься тамошними деятелями культуры, которые в поисках соломинки, за которую ухватиться, выискали и пригласили этого ученого-педагога. Но в ТАКОМ городе ТАКИЕ занятия не помешало бы проводить каждый день.
       ...И все же когда у нас дойдет до рисования? Из-за страха перед ним сижу как на иголках... Но, кажется, сейчас мне все объяснят. Из конспекта Какие правила ведут к тому, чтобы раскрыть свою гениальность? Запишем некоторые из них.
       - Поверь в свой талант и никогда не предавай его. Такое предательство - частое в России. Немного не получается - и человек отступает, свою любовь посвящает чему-то другому, соблазнам - один выпивке, другой наркотикам, третий просто пустому времяпрепровождению.
       - Повышай свой статус и самооценку, уровень человеческого достоинства.
       Я в лагере "Орленок" провел одну смену. Там были француз, американец, англичанин и наши русские девочки и мальчики. Помню Сережу из Новосибирска - великолепный игрок в баскетбол, косая сажень в плечах. А на вопрос, смогли бы он быть капитаном баскетбольной команды, мямлит: "Да нет, какой же я капитан...". Типично российское отношение к себе. А Марк Махани, 14-летний мальчик из Калифорнии, говорит: "Я смогу. Во-первых, раз другие могут, значит, и я способен; а во-вторых, я умею справедливо распределять роли и организовывать. Я честно отношусь к другим". В общем, нашел у себя кучу заслуг и достоинств.
       Наша девчушка четырнадцати лет. Сплошное очарование. Умна, красива, все время внутренне играет и прочее. А на вопрос, красива ли она, говорит: "Да нет, какая я красивая"... Француженка - маленькая, карлица, рот вот такой вот, глаза какие-то скошенные - убеждена, что она красавица.
       У того, кто считает, что у него есть достоинства, больше шансов раскрыться. А неуверенность в себе - это неспособность реализовать себя, это причина многих бед, в том числе суицида. От безысходности и тоски люди вешаются, выбрасываются из окон, ложатся на рельсы, стреляются. Суицид в нашей стране значительно помолодел. Уже дети второго класса думают о смерти. Смерть бывает в разных видах. Когда вы убиваете свое дарование, свою любовь, свою свободу, это тоже смерть - вы идете к ней.
       (Далее позвольте привести несколько правил без расшифровки. Сами подумайте.)
       - Высокая самооценка должна быть направленной против ложных амбиций, гордыни и чванства.
       - Вооружись долготерпением.
       - Высоко поднимай планку и иди к своей тайной победе постепенно.
       - Находи высокие духовные и технологические решения.
       - Доверься душе своей, которая сама найдет способы самонастроя.
       - Многократно повторяй неповторимые мгновения наслаждений.
       - Люби свою исключительность, но не в ущерб другим.
       - Самоукорение - метод твоего развития.
       - Ненависть и озлобленность в любых дозах убивают дарование.
       - Заботься об имени своем, о лике.
       Собственно, осталось рассказать только о рисовании. Юрий Петрович велел нам взять по листку бумаги, закрыть глаза, отключиться от любых мыслей и поводить бесцельно карандашом или ручкой, как сама рука поведет (лишь бы ей, руке, было удобно и приятно). Пока мы это делали, профессор успел объяснить, что главное в механизме творчества - цепочка: Интуиция - Вера - Знание - Мышление - Деятельность - Новый приток интуиции. Маркс назвал интуицию побочным продуктом, а Ложкин, наш большой философ, считал ее источником и главной основой человеческого познания. Рационализм, особенно в педагогике, губителен, он ведет в тупик. Потому что уничтожает две самые главные ценности - свободу и любовь.
       - Сейчас каждому из нас нужна вера во что? В то, что я смогу создать оригинальное, неповторимое произведение. Почему? Потому что мир каждого из нас неповторим и оригинален. И задача заключается в том, чтобы довериться. Чему? Своей руке! Она так же мыслит, как и голова, а может, даже и тоньше. Она умеет распознавать сущность по движению. Маленькое упражнение: кто изобразит рукой движение молнии? Ну вот. Рука улавливает характер движения. А попробуйте изобразить его словами...
       Далее каждый в своих каляках-маляках должен был разглядеть нечто доминирующее в них и обвести жирно это нечто. У меня этим оказалась русалка, замершая на дне моря. Азаров посмотрел на нее и сказал, что это хорошо. По мере того, как я закрашивал картинку, русалка все более и более где-то растворялась. И тогда я понял, что пора остановиться в творческом поиске, а произведение назвать так: "Спрятавшаяся русалка". И приниматься за новую работу уже подругой творческой технологии.
       ...И я вдруг потребовал: "Дайте мне еще красок! И белил". Возмутился: "А почему у меня нет фиолетового? Дайте мне скорей фиолетовый!" И когда я понял, что можно запросто одну краску перекрывать другой - и ничего непоправимого не случится, мне не хотелось закругляться с этим делом. Потому что на смену идиотским волнениям вдруг пришли такие спокойствие и умиротворенность, что казалось: чем дольше я буду возюкать кисточками, тем мне будет спокойней и спокойней, пока, наверное, не наступит рай...
       Вас, конечно, интересует, что у нас на самом деле получилось? Отвечу одним словом: получилось.
       Потому что для педагога Азарова живопись - не самоцель. С помощью искусства он вызывает в человеке вспышку иррациональных сил. И использует эти силы в своих, педагогических целях. После таких занятий, рассказывает он, у большинства молодых людей меняются ценностные ориентации, отношение к себе и жизни - в лучшую, более жизнерадостную и социально приемлемую сторону. Вот типичные ответы участников подобных просветительских бдений: "Со мной что-то произошло, точно меня подменили...", "Во мне будто что-то открылось, в чем я еще не могу разобраться... Но мне хорошо...", "Я теперь знаю, как жить".
       Лично я из этих впечатлений с легким сердцем повторяю одно: "Но мне хорошо..." А трансцендентальная педагогика... Оказалось, это всего-навсего способ раскрытия высших способностей человека. Делов-то...

    Александр ЩЕРБАКОВ

       P.S. Хочу быть честным. Репортаж, который вы прочли, писался довольно трудно. Но... все последующие газетные материалы, делающиеся по доброй воле или по заданию редакции, стали рождаться легко и... радостно. Профессор Азаров пожимает плечами: обычное дело.

    * * *

       Я благодарен Александру Сергеевичу Щербакову за то, что он не ограничился одной статьей, написал и поместил в Интернете целый цикл статей, посвященных моему творчеству. Среди этих статей были статьи и с трагическими сюжетами Вот одна из них.
      
      

    20. ПОЧЕМУ НАШИ ДЕТКИ УЛЕТАЮТ НА НЕБКО?
    13-летняя девочка выбросилась с 17-го этажа

      
       Вокруг этой жуткой истории - как будто глухая стена. Молчат о своем огромном горе родители, ничего не знают учителя и одноклассники. А врачи, опытные и серьезные, уповают на Господа. Только Он может сейчас помочь маленькой девочке, которая слишком рано вошла во взрослую жизнь. У Вики Сергеевой (имена и фамилия героев изменены. - Ред.) с раннего детства были особые отношения с матерью. Марина воспитывала дочь в строгости и всегда знала о том, что происходит в ее жизни. Мама первой узнала, что у дочки появилась большая любовь. Со своим ровесником Андреем Вика познакомилась около года назад. Мальчик часто бывал в гостях у любимой, общался с ее родителями. Они приняли друга дочери хорошо. Но вскоре школьный роман закончился. На днях Марина заметила, что с дочкой что-то не так. Вика ходила задумчивая, как будто оглушенная. Решили поговорить по душам...
       - Вот тут-то Вика и рассказала, что с Андреем близка была. А теперь у нее задержка! - вспоминает бабушка девочки.
       Родители решили, что она беременна, и у них состоялся серьезный разговор. Выволочка затянулась до позднего вечера. Потом домочадцы разошлись по своим комнатам. А спустя несколько часов... Родные Вики проснулись от какого-то грохота в полночь. Кинулись в комнату дочки, но Вики там не было. В распахнутом окне колыхались занавески.. ..Вика выпрыгнула с 17-го этажа, прижав к груди (ребенок!) любимого плюшевого мишку. Шансы выжить - призрачные. Но судьба распорядилась иначе. Пролетев 17 этажей, девочка упала на припаркованную у подъезда "Шкоду" одного из жильцов. Пробила заднее стекло иномарки и провалилась в салон на сиденье. Выбежавший на шум хозяин авто сразу же вызвал "Скорую". Бригада медиков прибыла на Фестивальную улицу уже через несколько минут. Оказалось, что Вика... еще жива!
       Вику в коме доставили в реанимацию. Анализы показали, что она не беременна...

    Елена ШЕРЕМЕТОВА, Вера ПЕТРОВА

      
       Эта заметка в "Комсомольской правде" воскрешает в памяти сообщения о многих трагедиях. О школьнике, бросившемся под поезд под Санкт-Петербургом. О трех девочках из подмосковной Балашихи, которые, взявшись за руки, дружно шагнули с крыши, о череде самоубийств в городке Кстово Нижегородской области, где семь подростков, один за другим, по своей воле ушли из жизни, другие подобные происшествия...
       Психологи в каждом конкретном случае, как и сто лет назад, объясняют все недостаточным родительским вниманием, родители утверждают, что именно с этим было все в порядке... Невольно задумаешься: по всей видимости, есть причины какого-то более общего свойства. О них в День защиты детей и говорит крупнейший ученый-педагог нашего времени Юрий Петрович Азаров.
      
      

    21. МЫ ЖИВЕМ В БЕССЛЕЗНОЕ ВРЕМЯ

      
       Общаясь с детьми в различных регионах страны, я пришел к заключению, что сегодня проблема смерти волнует детей. Взросление неразрывно связано с раздумьями о двух полярных явлениях: смерти и возможности реализовать себя. Познание смысла жизни невозможно без проникновения в смысл смерти. Для ребенка возможность ухода из жизни - открытие. Как логический вывод оно созревает в подростковом или юношеском возрасте. Как эмоциональное побуждение закрадывается в сердце в раннем детстве, в восемь лет.
       Каждый десятый старшеклассник проходит через альтернативу: жить или не жить. Обесцененность жизни познается подростком ежедневно: и когда он видит на экранах разоренную Чечню, и когда слышит о гибели своих сверстников, оказавшихся в водовороте братоубийственных разборок. Ребенок впитывает в себя смерть, когда часами приковывается к трагическим картинам, к нелепым бесконечным триллерам.
       Но не в этом главная причина детских стрессов и детских самоубийств. Причины в самой жизни, когда ребенок не защищен ни дома, ни в школе, ни на улице. Когда его душа, ум, сердце не в состоянии вынести злобное окружение, когда изо дня в день усиливается вражда между взрослыми и детьми, когда созревает единственное решение, чтобы бросить в лицо своим мучителям: "Что ж, веселитесь...". И когда ребенок оказывается в тисках между родительской и педагогической злобностью, неверием и подозрительностью, тогда всплеск эмоциональной энергии может унести его Бог знает куда, потому некоторые не выдерживают перенапряжения и делают свой последний роковой шаг.
       Я и детям, и родителям, и педагогам, и самому себе не устаю повторять: "У нас, у человечества, есть только два пути: путь ЖИЗНИ и путь СМЕРТИ". Когда мы уничтожаем в себе добрые чувства, когда лицемерим и лебезим, когда принижаем свое и чужое человеческое достоинство, когда разрушаем детские дарования, когда сужаем свободу до неволи, когда топчем любовь и добро, когда не замечаем красоту человеческую и природную, мы идем по пути смерти. И чем сильнее наша разрушительность, тем ярче предательский свет агонии.
       Приглядитесь к семьям, к "благополучным" семьям. Сегодня многие из них захвачены жутким безнравственным ажиотажем, который можно определить двумя словами: любой ценой! Добыть деньги, приватизировать что-то, избраться, выдвинуться на важный пост, "отхватить куш", - а потом, дескать, разберемся! Ажиотажный спрос на безнравственность! Схватить, повалить, отодвинуть! Любой ценой! И государство будто стремится любой ценой продержаться и усилиться. Любой ценой уродуются и гробятся истинные ростки демократии. Об этом надо прямо говорить с детьми, давая свою оценку, вместе с ними видеть линию свободного горизонта, приближаться к великим нравственным идеалам.
       В жизни же сегодняшняя семья - горящий, громыхающий вулкан, в котором формируются и будущий предатель, и будущий хапуга. Дети впитывают в себя психологию цинизма, стяжательства и агрессивной безжалостности. Они с четырех лет уже говорят о крышах и рэкетах, об "отстегивании" награбленных средств властям, о "маслинах", удавках и потоплениях.
       - Я убил девочку, чтобы взять у нее деньги на мороженое, - поясняет десятилетний мальчуган.
       - Мы убили деда и старуху. Потому что они не хотели менять свою квартиру на коммуналку... Им же все равно умирать... - говорят подростки, пойманные с поличным.
       - Мы поджигали квартиры.
       - Мы ломали лифты!
       - Мы срываем телефоны. Просто интересно...
       - Мы хотели, чтобы поезд сошел с рельсов.
       - Мы вырезали ему... чтобы он не хвастался, что у него самый большой...
       - Мы создали свою группировку, чтобы бороться с теми, кто ограбил народ...
       - Я столкнула бабушку с двенадцатого этажа, когда она мыла окна, потому что она всеми командовала... - признание двенадцатилетней.
       Великий русский мыслитель-пророк Федор Достоевский более века назад предсказывал подобное и даже хотел роман писать о детях-убийцах, о ЗАГОВОРЕ ДЕТЕЙ, стремящихся создать ИМПЕРИЮ ЗЛА. О том, как они заводят отношения с преступниками. Он хотел рассказать о детях-поджигателях и губителях поездов. О развратниках и атеистах, убийцах своих братьев, отцов, матерей.
       ИМПЕРИЯ ЗЛА вызревает в семьях. Детское и молодежное бесправие, крайне заниженные самооценки и протест против безысходности жизни приводят либо к массово помолодевшему суициду, либо к чудовищным преступлениям, когда дети убивают своих близких, сдирают кожу со сверстников, насилуют и закапывают их живьем.
      
      

    22. И КУДА ЖЕ ДЕВАТЬСЯ ДЕТЯМ, КОТОРЫЕ НЕ ПРИЕМЛЮТ ЗЛА?!

    (Из письма Владимира Петровича Соне Завьяловой)

      
       Цель жизни человека - осуществить ВОЗМОЖНУЮ самореализацию личности, развить свои способности - физические, интеллектуальные, эстетические, духовно-культурные, выбрать профессию, увлечения и, конечно, создать свою семью.
       Как же воспитывать детей, чтобы в них гармонично сочетались свободолюбие и смиренномудрие, стремление к независимости и любовь к ближнему, трудолюбие и порядочность, гражданственность и человечность? В какой мере воспитателю следует быть мягким и строгим, бескомпромиссным и всепрощающим? Как ориентироваться в современном воспитании, когда бушуют войны, "холодные" и со стрельбой, когда семью настигают нищета и обиды, когда новые отношения порождают алчность, ложь, безумие? Как соединить реализацию детского САМО (самостоятельность, самодеятельность, самоактуализация, самораскрытие, самообеспечение и самообслуживание) с разумным руководством со стороны взрослых, чтобы избежать вседозволенности, чтобы предотвратить дурное, чтобы дети росли счастливыми?
       Я исхожу из общечеловеческих ценностей Свободы и Любви, где гармоническое развитие означает гармонию ребенка с Богом, Культурой и Природой, гармонию с людьми и с самим собой, где воспитатель призван помочь личности сформировать свое Я - физически, умственно, эстетически, духовно.
       Я вспоминаю свое педагогическое прошлое, когда вслед за Макаренко повторял: "Авторитет любви, свободы, дружбы - это болтовня, а смирение или долготерпение - это христианство, опиум..." А ведь был верующим, крещен, но вера была предана мною, завалена коллективистским бредом, казарменным мусором.
       По сей день слышу: "А зачем ЛЮБОВЬ, что с нею делать?! СВОБОДА опасна, и так пораспускались!" Скептически глядели на меня многие воспитатели детских садов, когда я говорил: "Приоритетными среди таких ценностей, как ДОБРО, ВЕРА, КРАСОТА, СПРАВЕДЛИВОСТЬ, СОСТРАДАНИЕ, являются ЛЮБОВЬ и СВОБОДА". Дело в том, что вся общечеловеческая культура (светская и религиозная) так считает, потому что ЛЮБОВЬ и СВОБОДА есть БОГ, есть Нравственно-Высшее, главенствующее. Вы не согласны? Тогда и не сетуйте на детей. На то, что они уходят от нас.
       Мир все больше сиротеет, становится холодным и злым. Трагическое стало обыденным. Мы живем в бесслезное время. Что-то в наших и в детских душах переиначилось: нет веры в завтрашний день. Над нами нависла неизбежность чего-то непоправимого.
       Однако такая приговоренность породила и особую энергию душ, когда потребность быстрой самореализации обострилась с несказанной силой. Возможно, отсюда и происходит нынешний необычайный всплеск детской и педагогической талантливости. Уж поверьте мне, старому педагогу, чего только не повидавшему на своем веку! Человек в бурю ведет себя не так, как в нежный теплый день. Он мобилизует все силы, все возможности.
      
      

    23. ПОХИЩЕНИЕ

      
       К моей великой радости мне вдруг позвонила Роза.
       - Я приношу вам мои извинения за то, что я очень плохо говорила о Щербакове. Он оказался совсем другим человеком. Я прочла его статьи о вас. Он даже признал вашу гениальность, а что касается Владимира Петровича, то тут оценки по самому высшему счету. Александр Сергеевич побывал и у меня на семинаре, где я особо, останавливалась на проблемах гражданско-патриотического становления личности. Он высоко оценил мой тезис о том, что истинные патриоты всегда были гонимы. Я об этом дала ему интервью. Хотелось бы показать это мое интервью вам, прежде чем оно будет напечатано.Там, я это чувствую, много спорного. Как бы не навредить нашему общему делу, мы ведь государственники...
       - В чем же дело? - ответил я. -Приезжайте ко мне...
       - К вам я не смогу, - сказала Роза. - Мне надо срочно в институт заехать. Мы встретиться, скажем, у Центрального входа Парка культуры, в три ровно я вас буду ждать, а это интервью у меня с собой... У вас, я узнала от Владимира Петровича, появился свой транспорт? Поздравляю...
       - Да, Владимир Петрович одолжил на время мне своего "Жигуленка". Так что я буду вовремя...
       У Центральных ворот Парка я вышел из машины и стал ждать. Я видел, как Роза вышла из автобуса и направилась в мою сторону. Не успел я помахать ей ручкой, как к ней подбежали двое молодых людей, схватили ее и потащили к своей машине. Ее втолкнули в машину. Я слышал, как она крикнула: "Помогите!", но дверца тут же захлопнулась, и машина сорвалась с места. Не долго думая, я вскочил в свой дряхленький транспорт и помчался за похитителями. Уже за чертой города их машина остановилась у небольшого двухэтажного домика, скорее напоминавшего склад, нежели какое-нибудь жилье. Я проехал мимо, однако наблюдая за происходящими событиями. Розу вывели из машины и повели в этот самый двухэтажный домик. К моему счастью неподалеку оказался милицейский пост. Я предъявил постовому свой документ Председателя Комитета духового возрождения России, и он любезно выслушал меня.
       - Это не простое дело, - пояснил он мне. - Я сейчас вызову наряд милиции, и они мигом наведут порядок...
       - Да вы что? Нельзя терять ни минуты, - вскричал я в диком волнении.
       - Хорошо. Я все же позвоню, а потом мы с вами пройдем к этому домику.
       Мы не знали, на каком этаже были бандиты и стали барабанить во все двери подряд.
       За одной дверью нам ответили:
       - Что вам нужно?
       - Откройте, милиция...
       - Мы милицию не вызывали. В это время с другой стороны дома раздался дикий грохот. Мы догадались: бандиты вышибли раму и выпрыгнули со второго этажа. Мы выскочили на улицу и увидели лишь набирающий скорость их черный "Мерседес".
       Мы ринулись снова в дом. К этому времени примчался милицейский наряд. Им быстро удалось открыть дверь, и мы увидели страшную картину. На полу лежала Роза. Руки и ноги у нее были связаны веревкой, а рот заклеен скотчем. На лице и на теле ссадины: следы побоев.
       - Вы их знаете? - спрашивали милиционеры.
       - В первый раз видела.
       Блюстители порядка сделали несколько звонков по задержанию бандитов, а я, сообщив милиции свой и Розин адрес, отвез Розу домой, к ней, разумеется.
       - Как я вам благодарна, - со слезами на глазах проговорила Роза.
       - Вы скажите, с вами все в порядке? Врач не нужен?
       - Нет, все страшное позади. Они не успели поизмываться надо мной. Я сильно сопротивлялась, одного даже укусила, за что он расквасил мне нос. Нос у Розочки, действительно, был вспухшим. Следы крови были видны даже после того, как она умылась горячей водой.
       - Вам надо полежать и успокоиться, а я вам дам стакан чаю.
       - Нет, я сама, - сказала Роза. - Хотите я дам вам кофе со сливками? Или вы торопитесь? У вас, наверное, много дел...
       - Никуда я не тороплюсь, Роза. И вас в таким состоянии я одну не оставлю. Хотите позвоню Соне?
       Она отрицательно кивнула головой.
       - Я буду рада, если вы немножко побудете со мной. Мне так хочется с вами хоть капельку пообщаться...
       Ее взгляд был умоляющим и одновременно благодарным за мое внимание и мою готовность остаться на какое-то время у нее. Она как-то нервно вздрогнула, и я спросил:
       - Болит что-нибудь? Может быть, я сбегаю в аптеку и куплю какое-нибудь успокоительное или анальгетик...
       - Нет-нет, - быстро ответила Роза, - Мне уже лучше... Господи, как же мы не защищены в этой жизни.
       - Наверное, эта главная проблема того, чем мы занимаемся.
       - Какая проблема?
       - Защищенность личности.
       - Вы все переводите в русло наших исследований.
       - А я ни о чем другом не могу думать. Больше того, признаюсь вам, как только я перестаю думать о наших проблемах, так я сразу сдаю: во мне все гаснет, меня покидают силы: жить не хочется.
       - Я тоже держусь только за счет моей работы. Вы даже не представляете, сколько мне удалось сделать за последние два месяца. Мне стыдно вам признаться, но я поклялась себе превзойти все возможные пирамиды, которые сочинит для нас наш неугомонный Владимир Петрович. Откройте дверь в другую комнату и вы увидите нечто...
       Я распахнул двери и ахнул: стены были завешаны картинами, на которых были сплошь и рядом мужские лица, очень и очень смахивающие на меня... Я в лоб спросил у Розы:
       - Это вы меня пытались изобразить?
       - И вас, и то мужское начало, без которого не может быть настоящего возрождения и России, и человечества.
       - И какие же черты вашего мужского идеала оказались у вас на первом месте?
       - Могу сказать: мужество, сила воли, ум, благородство.
       - Поразительная штука, - сказал я. -Все это время вы были заняты поиском мужского идеала, а я все эти месяцы как проклятый трудился над ИДЕАЛОМ ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТИ.
       - Простите меня, Олег Петрович, но здесь вы ошибаетесь. Вы ориентируетесь на Итальянское Возрождение, воспевшее божественную недосягаемость женщины,. Заметьте, все великие художники того времени Леонардо, Рафаэль, Боттичелли, Джотто создали бесконечное множество женских образов, и ни одного запоминающегося мужского ЛИКА. Уж если и создавались мужские образы, то они были воплощением страдания, слабости и даже предчувствия смерти. Таковы изображения Христа, Себастьяна...
       - Ну а Моисей Микеланджело?
       - Микеланджело - единственный, пожалуй, кто воспел мужскую силу и мужскую мудрость... Я не против идеализации женских начал, но успешно решать проблемы ВОЗРОЖДЕНИЯ ЛУЧШИХ ТРАДИЦИЙ МИРА должен прежде всего сильный пол. И я напишу об этом книгу, если хотите...
       - А я напишу книгу, посвященную именно великой духовной красоте женщины. Для меня выше образа БОГОМАТЕРИ, МАДОННЫ, нет ничего в мире. А твои картины, Розочка, просто ЧУДО. Ты кому-нибудь все это показывала?
       - Никому.
       - И Славе?
       - И ему тоже, - сказала она, как-то сразу помрачнев и даже съежившись. Она, действительно, свернулась калачиком и тихо заплакала. Я тщетно пытался ее успокоить, но она еще сильнее рыдала, отчего мне становилось совсем не по себе. Я в общем-то знал, точнее догадывался о причине ее рыданий, но что-либо сделать, чтобы избавить ее от мрачных переживаний, не мог. Я обнял ее, в глубине души ожидая, что она оттолкнет мня. Но она ухватилась за проявление моей нежности, как утопающий за соломинку. Прижалась ко мне и стала в каком-то экстазе целовать мои ноги.
       - Не надо, Розочка, - шептал я. - Я недостоин вас. Вы самый, дорогой для меня человек. Я виноват во всех ваших бедах, даже в сегодняшней...
       - Не говорите так. Вы для меня больше, чем моя жизнь. Я всю жизнь буду любить вас, даже если я буду вам безразлична. Если бы вы знали, сколько радости я получила, когда, работая над вашим образом, находила какие-то знакомые именно ваши черточки... Простите, меня глупую, но я до конца дней буду благодарна этим бандитам. Если бы не их похищение, вы никогда бы не пришли ко мне. А теперь об одном прошу: не бросайте меня. Не уходите. Я буду, вашей верной собачкой. Буду сидеть в уголочке и ни в чем не перечить вам...
       Она еще сильнее прижалась ко мне. Ее глаза, ждущие будто бы моего ответа, были широко распахнуты, губы чуть-чуть приоткрыты, легкий румянец с испариной будто клубился над нею. Я чувствовал: одно мое самое незначительное движение, и она прильнет ко мне своими огромными губами, а ее прекрасные ручки обхватят мою голову, и уже ничто и никогда не сможет нас разлучить. И это крохотное движение призывно выпорхнуло из моей души, и она со слезами на глазах прильнула ко мне. И я не мог преодолеть силу ее притягательности, я пил нектар ее души, наслаждаясь ее могучей нежностью, ее готовностью отдать мне всю себя, всю без остатка. Поцелуй был не просто долгим, он был всепобеждающей силой, в которой растворились все вопросы, сомнения, опасения, колебания. Собственно, никакого поцелуя с этаким эротическим палевом не было: было слияние душ, было погружение в самые дальние глубины сердечных открытий и откровений.
       - Будем считать, что наш брачный союз заключен, - выпалил я, нисколько не удивив ее этим моим признанием.
       Я еще раз приблизился к ней, и Роза, на этот раз сама, можно сказать, в матриархатских традициях, обхватила мою голову и прильнула к моим губам, а потом сказала:
       - Я ответила на твое предложение, мой господин. Неужели это правда!? Неужели Господь смилостивился и прислал мне такую Благодать?!
       Она встала. Сбросила с себя одежду и стала в танце кружиться вокруг меня, благо тахта стояла посредине комнаты.
       - Именно такой я написал тебя, моя дорогая. Ты права! Как же мы не защищены в этой жизни. Еще бы немного, и я бы тебя потерял, возможно, навсегда. Я ловил себя на том, что стал довольствоваться твоим идеальным изображением. Я написал примерно десять твоих портретов во весь рост. Это удивительный цикл. Поверишь, я даже ночью иногда просыпаюсь, чтобы полюбоваться красотой этих моих, дорогих мне образов...
       - Горю желанием взглянуть на них, - прокричала Роза, припав губами к моей щеке.
       - И назвал я этот цикл так: "Духовное возрождение женской красоты России". Первая группа портретов посвящена ТЕБЕ в ОБРАЗЕ ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТИ, здесь у меня ты, совсем обнаженная, но без какого-либо налета эротизма. Твоя обнаженность слегка прикрыта волнистыми голубовато-розовыми облачками, а лицо твое: в нем столько горести, столько печали, что я иной раз, глядя на твой Лик, плакал, как ребенок.
       - Ну а второй цикл?
       - Второй цикл я назвал так: "Вечная любовь". Здесь изображена ты с темным покрывался в поднятых руках, а внизу у ног твоих - я, обнимающий твои милые коленочки...
       - Но почему темное покрывало?
       - Сейчас я бы не написал его темным. А тогда мне было жутко, как грустно. Ты знаешь я тогда проклинал себя за свою мерзопакостность, лживость и даже за непорядочность. Я как последняя скотина в этой жизни отличаюсь, точнее наделен таким гнусным качеством, как влюбчивость...
       - Но почему гнусным? Это замечательное качество...
       - Не говори так. Я, не разобравшись, почти был соблазнен этой змеей Алиной. Я, если ты хочешь знать, первым предал тебя.
       - Я знаю это и нисколечко тебя не виню. Ты же не ребенок и должен брать от жизни все, что само идет к тебе...
       - Не говори глупостей, Роза, иначе я обижусь на тебя на всю жизнь! - взревел я так сильно, что Роза прямо-таки перепугалась.
       - Не буду, миленький, слава Богу, что все эти кошмары позади. Ну а в третьем цикле что?
       - О, третий цикл - это мои ожидания, мое счастье и мои надежды. На нем изображена ты с моим ребеночком на руках, а рядом сидит на корточках мальчик лет семи, таким я был в детстве, а поодаль, слева девочка лет десяти с поднятыми ручками, она что-то восторженное сообщает своей мамочке.
       - И как ты назвал этот цикл?
       - Я назвал его "Вечным материнством".
       - А почему трое детей?
       - Это нижняя граница семейного счастья. У нас с тобой будет не менее трех детей: два мальчика и одна девочка. Согласна?
       Роза снова прильнула ко мне, но теперь уже к моим ногам. Она осыпала мои ступни поцелуями, и я от ее прикосновений был неописуемо счастлив.
       Я не удержался: взял мою Розочку на руки и, уложив ее на тахту, стал целовать ее ступню. Ножка была беленькой: никаких косточек, и никаких прожилок. В моих руках было что-то не от мира сего: упругое, нежное, крепенькое и прохладное.
       Я прильнул к ее пальчикам, так уютно сгрудившимся на эластично-пружинистой ступне, а потом припал губами к ее мизинчику, такому крохотному и беспомощно-доверчивому, как сама хозяйка.
       - Ну что вы, Олег Петрович, - снова перешла на "вы" моя Розочка.
       - Нет, помолчи, дорогая, я хочу быть покорным, смиренным, безропотным и бессловесным, совсем ручным твоим самым близким дружочком. Я хочу навсегда войти в твою душу и умереть в ней, если ты этого пожелаешь...
       - Ну зачем же умирать, дорогой мой, бесценный?
       - А затем, что только смерть может нас сблизить по-настоящему. Смерть, если ты хочешь знать, - последняя граница любви. Любви и Свободы...
       - Опять тебя уносит Бог знает куда. Мы должны жить с тобой, потому что приговорены выполнить великий долг перед Господом.
       - Это ты правильно сказала, прости меня за мои глупости. Когда мы объявим о дне нашей свадьбы?
       - Сначала о помолвке. Будем ориентироваться на лучшие традиции прошлых времен. Иди ко мне, мое счастье, и дай мне то, в чем так я страстно нуждаюсь. Возьми меня, всю и дай почувствовать себя воистину любящей женщиной, женой твоей... А сейчас я буду целовать тебя, как говорили в лучшие советские времена по заветам демократического централизма - снизу доверху, или наоборот - сверху до низу, - рассмеялась Роза с какой-то озорной непритворностью. -Ничего, что я становлюсь такой бесстыжей?
       - Ты не бесстыжая... Ты святая, - сказал я, обнимая ее с такой силой, что она даже вскрикнула...
       Какая удивительная облегчающая и спокойная радость была дарована нам в эти изумительные мгновения нашей импровизированной помолвки.
       Роза снова плакала. Теперь от переизбытка счастья. Ей взбрело целовать мне спину, поясницу, бедра. Если бы было возможно располосовать свое тело, обнажив все внутренние части ее совершенного тела, она бы это сделала, не задумываясь: так сильно было ее желание до предела сблизиться с любимым существом, сблизиться так, чтобы не единого миллиметра не осталось не заполненного этим великолепием переизбытка чувств и безумной веры великое предназначение человека - как мужчины, женщины, так и будущего их потомства, сокрытого пока что в таинствах ВЕЧНОЙ ЛЮБВИ, ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТИ И ВЕЧНОГО МАТЕРИНСТВА.
       В эту первую нашу брачную ночь Роза не отпустила меня: она всем существом слившаяся со мной, навсегда вошла в мою душу.
       ...Состоялось истинное духовное похищение души человеческой... Моя прежняя душа, тоже оказалась похищенной. Похищенной трансцендентными силами ЛЮБВИ.
      
      

    24. ИНТЕРВЬЮ РОЗЫ МАТВЕЕВОЙ

      
       А утречком Роза мне сказала:
       - Мы с тобой личные интересы поставили выше общественных.
       - Как это? - спросил я, не понимая, о чем идет речь.
       - Ты остался у меня для того, чтобы ознакомиться с моим интервью, которое я дала Щербакову. А мы чем занимались? - Роза счастливо вздохнула, а потом сказала со свойственный ей озорством. - Но это личное было таким изумительным, что я не хотела бы променять его ни на какие общественные свершения. Я тебе открою по секрету. Я вся переиначилась за эту ночь. Во мне появилось что-то такое, о чем я никогда не подозревала в себе. Мне открылся мир поистине великих трансцендентный начал. Поверишь ли ты или нет, но со мной рядом постоянно были и Христос, и Богоматерь, и целый хор благословляющих нас ангелов. Я слышала их пение, и аромат земли и неба, тела и души проникал во все поры моих самых сокровенных начал. Я говорю "красиво", чего ты так не любишь...
       - Ты чем-то недовольна? - спросил я осторожно.
       - Ну что ты, миленький. Наконец-то, я познала подлинное счастье. Вот теперь я могу тебе признаться: мне и помереть не страшно. Ночью в какие-то мгновения я думала, что моя душа вместе со мной уходит в самые дальние чертоги поднебесья. А ты был рядом, такой податливый, такой уступчивый... Я все время думала: заслужила ли я такое счастье на этой земле...
       - Ты заслужила большее. И надеюсь это большее придет к тебе. А теперь давай мне твое интервью.
       - Нет, я сама тебе хочу его прочесть. Вначале я попросила Щербакова сделать краткое вступление, чтобы рассказать о том, что два выдающихся ученых Попов и Круглов разработали основы гражданско-патриотического становления личности. Предложения по этим проблемам были направлены Правительством в 14 Федеральных Министерств, откуда были получены соответствующие одобрения. А дальше я говорю:
       - Есть истинный патриотизм и ложный.
       Истинный связан с лучшими чаяниями народа, с его идеалами. А ложный ищет выражения в ксенофобии, экстремизме, неонацизме, бандитизме - утверждается свобода произвола, ненависти.
       Царский режим предал святоотеческие идеалы; затем - их подмена революционным экстремизмом, в крови утопившим все святое... По замечанию выдающегося мыслителя Н.А. Бердяева, Россия должна была пройти через большевизм, уничтожить свинцовые мерзости, которые оберегал царский режим. Когда и большевизм рухнул, оставив после себя кровавые отблески, представлялось: недра патриотических чувств опустошены.
       Но это опустошение кажущееся. Говоря о патриотизме, мы имеем в виду и подсознание, и родовой инстинкт человека, который - результат не только жизни личности, но и многих предшествующих поколений, большой общности со своим национальным самосознанием, с привязанностями, культурой. Физиологическая основа патриотических чувств - исключительные по своим особенностям нервные процессы в организме, в коре больших полушарий, в подкорке, в работе сердца, в дыхании, в кровеносных сосудах, в мышцах, в железах внутренней секреции. Инстинктивно-эмоциональная природа патриотических чувств захоронена глубоко в нашем организме, и эти "нутряные ощущения" выступают вовне как часть сознания, мыслительных процессов и поведения. Ностальгическая тоска по Родине человека, находящегося за рубежом, близкая к болезни, когда тело и душа, сердце и мозг ощущают боль, точно отражает существо глубинной сущности личности, ее патриотических чувств.
       Когда Тютчев говорил, что "умом Россию не понять", он как раз, на мой взгляд, и утверждал, что любовь к Отечеству заключена не столько в человеческих мозгах, точнее - не в рассудке, а пребывает в душе человеческой, в сердце гражданина, способного кожей, всеми органами своего тела, своим дыханием, пульсацией крови схватывать и чувствовать ту особенную стать страны, которой можно и довериться, и верить.
       - В связи с тем, что ты только что сказала, тебя не настораживает, что в стране в который раз пытаются раздуть очередную кампанию по внедрению патриотизма?
       - Это вопрос сложный. Родина как духовное явление материализуется в государстве, где государство, говоря словами И.А. Ильина, является положительно-правовой формой родины. Любовь к Родине - не аппарат управления, не государственное учреждение и право, а творческий акт духовного самоопределения личности, указывающий на ее почву и высшие ценности. Родина вбирает в себя все, что имеется в государстве, но она больше и глубже. Любая государственная власть заинтересована в том, чтобы народ был на ее стороне. И ее представители на словах ратуют за ценности духовного порядка, права, социальной справедливости и т.д. Но... Посмотри, наши правоохранительные органы так часто завязаны с коррупционными, мафиозными, криминальными структурами и ежедневно это демонстрируют. Разорвать этот узел так просто невозможно. Получается: с одной стороны, они хотят хорошего - оно им выгодно, но, с другой стороны, сами каждый день творят зло - оно им тоже выгодно. Загвоздка...
       Я смотрел на Розу. Солнышко, заглянув в наше окошко, светлым зайчиком пробежало по прекрасному лицу моей дорогой новобрачной, соединилось с очаровательной белизной ее груди. Приметив мой взгляд, она прикрыла одеялом грудь, буркнула в мою сторону: "Не отвлекайся", и продолжала говорить о том, что я уже двадцать раньше слышал от нее: в смутные времена развивались две тенденции - талантливость народа и агрессивность, необходимость воспитания молодежи на духовных ценностях любви и свободы и особо о русской деревне, униженной и разоренной...
       Я не выдержал и всем телом навалился на мою бесценную невесту, произнося предельно громко такие заклинания: - У нас что, дорогая, конференция, как говорит Сонька, или новобрачное утро?
       - Две минутки, и я закончу. Мы все время говорим о доминантных духовных ценностях Любви и Свободы, о том, что они так или иначе связаны с развитием талантов и дарований.
       И гражданско-патриотическое становление личности опирается на развитые формы человеческих способностей. В одной из книг Попова, изданной Университетом Российской академии образовании, неназванной "Практическим руководством по развитию талантов", рассказано о технологии ускоренного развития дарований. Если в человеке раскрыть высшие способности, он сможет сам утверждать высшие начала во всех сферах своей жизни, в том числе и в отношении к родине. Развитие талантливости иррадирует на всю человеческую жизнь. Не случайно и Петр Первый, и Наполеон Бонапарт выдвигали девиз: дорогу талантам. При чем, говоришь, патриотизм? Мы сейчас убиваем страну на корню: от нас уехало 500 тысяч талантливых молодых ребят. И это только среди "технарей". Развитие талантливости как раз обеспечит базу патриотического воспитания.
       Наше понимание талантливости относится не только к одаренным, но ко всему народу, и мы должны разработать такие технологии, чтобы дать возможность каждой отдельной личности реализовать свои личностные данные...
       - Господи, как же ты прекрасна, Розочка! - снова отвлек я ее от текста. - Мы непременно осуществим задуманное...
      
      

    25. ВСЕПОБЕЖДАЮЩИЕ ТРАНСЦЕНДЕНТНЫЕ СИЛЫ МОЕЙ ДУШИ

      
       Я себя не узнавал. Я больше не принадлежал себе прежнему. Все переиначилось во мне. Роза стала частью моей души, моего тела, моего дыхания. У меня было такое чувство, будто мы живем с нею сто лет. Но главное было в другом. Могучие трансцендентные силы несли меня к самому последнему Поднебесью, где властвовали ВЫСШИЕ ДУХОВНЫЕ СИЛЫ. Я ощущал эти силы. Они входили в мою душу и диктовали мне новые правила жизни, новые убеждения и новые надежды. Перемены совершались помимо моей воли: без усилий, напряжений, сомнений. Я даже название этого романа сменил. Роман назывался "Реквием", а теперь его название - "ТРИУМФ". Я просматривал свои прежние живописные работы - на каждой печать грусти, горестных тревог, болезненного одиночества. Новые циклы картин были своего рода триумфальным шествием моей души, моих дерзновенных помыслов, моей могучей радости. Даже грустные сюжеты дышали ликующим торжеством и просветленным, солнечным праздником. Я понимал, откуда шла в мою душу эта великая счастливая БЛАГОДАТЬ. Как рождались жизнеутверждающие сюжеты. Каким образом я стал могучим и всепобеждающим триумфатором! Все в ней! В моей бесценной Розочке!
       Одну из своих фантасмагорических работ я назвал "А я все равно хочу на небо". На ней изображен в голубом небе ангелочек, протягивающий руки самому трансцендентному человеку в мире, который стоит на стремянке, упирающейся в облака и тоже протягивающий руки навстречу ангелу. А с двух сторон, в черном два киллера из своих ружей стреляют и в ангела, и в трансцендентного человека. Гибель неминуема, но всепобеждающая сила любви, отрицая смерть, заявляет бескомпромиссно: "А я все равно хочу на небо!" В этом заявлении, не знаю каким образом возвестилась мне и миру моя тревожная, изумительная, трансцендентная суть. Мои перемены постоянно отмечала Роза. Она говорила:
       - Ты меняешься с каждым днем... Светишься весь.
       - Я даже не знаю, что со мной происходит. Какая-то неведомая сила управляет мною, дарит мне могучее видение новых сюжетов, и новых решений в наших с тобой проблемах духовного возрождения и наших душ, и нашего отечества. Вчера я стал переписывать свой триптих, посвященный тебе...
       - Ты стал переписывать "Вечную женственность"? - изумилась Роза. - Ты меня стал переписывать? - На глазах у Розы выступили слезы. - Я была влюблена в твой триптих. Все восторгались тем, как ты здорово написал все три картины. И столько сходства...
       - Вот это как раз и плохо. Мне не копии реальных образов нужны, а трансцендентные мощности живого божественного мира. Леонардо раз триста переписывал свою Мону Лизу, накладывая один слой красок на другой. И Мона Лиза тосковала: "Где я прежняя!?" Леонардо отвечал: "Я пишу твою душу, пишу то, что сокрыто от глаз людских, а ты хочешь, чтобы я изображал твою внешность". Свой стиль Леонардо назвал "сфумато", вот и я хочу просфуматить тебя, на века подарить хочу твой образ всему человечеству.
       Я иногда смотрел на себя как бы со стороны и был сам себе противен: появилось во мне что-то горделивое, самоуверенное, какая-то самонадеянность с невероятным апломбом. Я понимал, что эта мерзопакостность, развивающаяся во мне, ни к чему хорошему не приведет: погубит, уничтожит вспыхнувший божественный дар.
       И однажды, не выдержав, я сказал об этом Розе. Она была умной и проницательной, и на этот раз ее женская мудрость, ее интуиция спасли меня, подсказали что-то такое, что я ощущал в себе, но не мог преодолеть себя. Меня несло. Я срывался всякий раз, как только сталкивался с какими-либо сопротивлениями иди негативными оценками со стороны окружающих. Роза сказала:
       - Я тебе не хотела об этом говорить, но то, что происходит с тобой - естественные процессы рождения чего-то нового, большого и незаурядного. Ты переживаешь болезнь роста. Тебе надо беречь себя. Всячески избегать всевозможных конфликтов и чаще наступать на горло собственной песне...
       - Я же могу задушить в себе что-то самое главное. Мне Владимир Петрович подарил двадцать своих чистых холстов огромной величины. Я в течение месяца напишу двадцать новых сюжетов, напишу невиданным и неслыханным стилем, в котором будет и сфумато и импрессионизм, и всякие "нео", и наш отечественный авангардизм. Я не буду наступать на свое горло. Во мне бурлит неистовая сила творчества. Я сам не знаю, что со мной происходит. Убежден в одном: ТЫ, МОЕ СОКРОВИЩЕ, ПОВИННА В МОЕМ РОЖДЕНИИ ЗАНОВО!
       Я обнял Розу, и она обхватила меня своими чудесными ручками, и слезы лились из моих глаз, и мне не было стыдно, а было так хорошо и спокойно, как никогда. Потому я и сказал:
       - Ты права, Розочка. Надо концентрироваться на самореализации. Надо во что бы то ни стало выполнить дарованный небом такой чудесный замысел. Я и свой новый цикл назову "Духовным возрождением".И я вот еще о чем думал: хочу, чтобы и для тебя этот месяц был самозабвенным творческим взлетом. Хочу, чтобы ты со своим творчеством была рядом. Твои заметки о патриотизме - вершина педагогической мысли. Но ты еще не до конца реализовалась. Твой потенциал куда мощнее, и через месяц мы увидим это! Глупости я говорю?
       Вместо ответа Роза поцеловала меня в щечку и крепко обняла.
       - Какой ты добрый и щедрый. Я все время думала: "А не забудешь ли ты меня в этой своей эйфории!?" А ты не забыл. Я принимаю твое предложение, но с одним условием...
       - С каким еще условием?
       - Я буду приезжать к тебе, чтобы готовить тебе еду. Я научилась кое-чему. Оказывается можно готовить разные блюда, которые в холодильнике могут сохраняться неделями.
       - Ты только за этим будешь приезжать ко мне?
       - Ну не совсем... - Роза улыбнулась и снова крепко обняла меня.
       Когда Роза ушла, я стал размышлять о том, что истинное творчество рождается либо сильными страданиями, либо большой любовью. То, что рождается любовью, ни с чем не сравнимо. Сила любви способна преобразить любое страдание. Я поражался тому, как в моей душе происходили так называемые управленческие процессы. Умом я решал одно, а мое сердце подсказывало иной раз прямо противоположные решения. Даже в мелочах. Был, скажем, замысел написать сатирический сюжет, посвященный проблемам СЕРОСТИ. И героев собирался написать серыми красками: они сообща грызли серую кость: кость невежества и пошлости. Но в процессе письма все переиначилось: многоцветье вспыхнуло на холсте, и лица моих потенциальных противников засветились добрым огнем. "Что же это такое? - думал я. - Выходит моя душа любит этих моих противников и гонителей?" И ответ моей души: "Будь добрее и снисходительнее, как тебе советует твоя прекрасная Розочка!"
       И я следовал советам моей души. А Розочка поражала меня своим вниманием.
       - Я приготовлю тебе чудное овощное рагу. Ты увидишь, каждый продукт - кабачки, морковка, капуста, баклажаны, картошечка - все будет прожариваться отдельно, а затем все будет залито специально приготовленным соусом, со специями, разумеется, которые ты очень любишь, и, конечно же, с добавлением петрушечки, укропчика, сельдерея и свежего лука. Все это я разложу по баночкам, которые будут у тебя стоять на самом верху холодильника. В любое время ты можешь в микроволновке разогреть рагу, но можно съесть немного и в холодном виде. А еще я тебе приготовила спагетти с курицей. Оно тоже будет разложено по баночкам. А вот здесь будет творожок и молочко... Сегодня я не буду тебя отвлекать. У тебя на мольберте вырисовывается что-то невероятное. Могу признаться: ты меня зарядил своей трансцендентной силой. Побегу к своему мольберту и к письменному столу.
       Я бормотал вслед моей возлюбленной:
       - За что же, господи, ты послал мне такую радость в жизни... Нет, постой, миленькая, я расцелую тебя...
       Роза сияла. Она наслаждалась видением моего счастья. Она была точно на крыльях. Она пела, пританцовывая:
       - А я тоже счастлива! Безумно счастлива! И никому об этом пока что не скажу! И ты не говори!
       - Кстати, Сонечка как-то зашла ко мне и сразу с места в карьер спросила: "Что-то произошло с вами?"
       Я спросил:
       - Что ты имеешь ввиду?
       - Да необычный вы какой-то. Весь в себе. И если бы не ваши потрясающие картины, я бы подумала, что с вами что-то случилось.
       Я хотел ей сказать:
       - Определенно случилось. Я влюбился, дорогая, сильно влюбился. До беспамятства.
       Но сдержался. Мы же договорились: никому ни слова...
       - Она и ко мне приставала: "Ну что у тебя? Ты стала какой-то не такой". "А какой?" - спрашивала я. - "Даже не могу объяснить. Ты стала какой-то лучистой. Ты вся сверкаешь и что-то излучаешь такое, от чего сердце радуется... Что произошло? Скажи". А я только рассмеялась и сказала Сонечке: "Надоело горевать и печалиться, вот и решила я просветлеть. Что плохо это?" "Да, нет же, замечательно. Подсказала бы, как и мне преобразиться, а то жить тошно: ни одного просвета..."
       - И что ты ей посоветовала?
       - А ты знаешь, из меня вылетело то, что ей как раз и было нужно. Я ей сказала: "Верь в самое лучшее, что может случиться с тобой, и оно, это самое лучшее не замедлит явиться... А пока сосредоточься на своей основной работе. Ты, кажется, тоже в краски и в холсты погрузилась? Покажи...
       Сонечка вытащила из-за шкафа целый ворох небольших холстиков, и я была поражена дивной красотой всего того, что она изобразила на своих картинах. Пейзажи, композиции, портреты - все дышало истинным талантом. И ты знаешь, кем она увлеклась?
       - Кем?
       - Представь себе нашими авангардистами. Ей само слово "авангард" безумно понравилось. Она даже сказала: "Хочу быть тоже в авангарде, а не плестись черт знает где..."
       - И кто же из авангардистов ее больше всего зацепил?
       - Ну Малевич, конечно. Его знают все. А вот Родченко, Истомин, Татлин для меня в новинку. Даже не слышала о них...
       - И что же у нее прямое подражание?
       - В том-то и дело, что нет. Ей сама идея - быть впереди планеты всей - понравилась до чертиков. Одна ее картина прямо-таки чуть меня с ума не свела. Она назвала ее так: "Истоки отечественного авангардизма". А на ней изобразила маленького голенького мальчика лет пяти, играющего с кубиками, машинками, разноцветными шариками, а по бокам срисовала какие-то детали с картин Кандинского и Малевича, и еще какие-то странные предметы - не поймешь что...
       Я спросила у нее: "Что это?" А она сказала такое, что я присела от удивления. Это говорит образ Жана Тэнгли, гениального художника и скульптора, между прочим, почитателя наших авангардистов. Он говорил о том, что самыми великими учителями художников являются дети. И еще: он всегда сверяет все, что изобразил в искусстве с восприятием детей...
       - Интересно. Откуда у нее такое? Мы считали ее бесшабашной девчонкой, а она вон куда запрыгнула. И где только она нашла этих авангардистов.
       - Представь себе купила по авангарду энциклопедию за 600 рублей. Показала мне это свое сокровище.
       Я не унималась. Спрашивала:
       - Как ты вышла на этот авангард? Кто тебя приобщил к нему?
       - Ты что глухая была, когда тот же Владимир Петрович и Олег несколько раз упоминали авангардистов, расхваливая их за то, что они не признавали никаких ограничений. Стремились рисовать то, чего ни у кого никогда не было... Вот я и решила тоже попробовать...
       - Олег будет в восторге, - сказала я. - Покажи ему, а потом Владимиру Петровичу.
       - Ни за что!
       - Но почему?
       - Засмеют. Этого я больше всего боюсь.
       - Но тебя же не засмеяли в этой игре с пирамидой. Напротив, назвали девицей с явными проблесками гениальности...
       - Это они для поддержки штанов.
       - Дура ты набитая, - сказала я ей и рассказала о том, что ты говорил о ней: "Вот типичный случай скрытого и развернувшегося вдруг таланта. Сонечка всех вас перещеголяла..."
       - Действительно, он так говорил?
       - Клянусь чем угодно, - ответила я. - Так что я договариваюсь с Олегом и ты показываешь ему свою мазню...
       - И ты туда же: мазню! Вот твое истинное отношение ко мне! - Соня не на шутку обиделась, а потом чуть ли не сквозь слезы сказала. - Знаешь, когда я увлеклась всем этим, меня точно подменили. Внутри что-то зажглось и осветило меня всю и изнутри и снаружи...
       - Это есть та самая всепобеждающая трансцендентная сила, которая живет в каждом, но не каждому суждено ее обнаружить и реализовать в чем-либо...
       - Ты считаешь, что у меня получилось?
       - Сонечка, милая, ты увидишь, в какой восторг придет Олег, когда увидит твои работы. Здесь ведь дело не в живописи, а в твоем самораскрытии. В тебе пробудился ДАР СОЗЕРЦАНИЯ, и это самое главное. Могу присоединишься к тебе, я в таком же перевозбужденном состоянии пребываю. Вчера ночью я глаз не сомкнула. И знаешь, чем я занималась? Сразу двумя делами: живописью и прозаической публицистикой или эссеистикой. Я создавала живописный сюжет, а потом по мотивам своей мазни писала нечто философское, образное, но выраженное в словах и в философско-психологических категориях: амбивалентность, феномен гения, предпосылки талантливости, преодоление страхов и тревожности, паттерны и межличностные отношения... Я тоже всего этого раньше не знала...
       - Ой, дай мне почитать об этом. Мне это очень нужно, - взмолилась Сонечка...
       Я поняла: ее тоже захватила эта мощная всепобеждающая сила духовности.
      
      

    26. МУЖЕСТВО И ПОБЕДА

      
       Был период, когда ее звали кликушей, юродивой, тронувшейся, сумасшедшей и даже не от мира сего. Сонечка нисколечко не обижалась. Больше того, радовалась всем эти м прозвищам. Убеждала себя:
       - Меня оскорбляют, потому что я не такая, как все. Когда я была совсем похожей на других, и во мне пылали и брали верх порочные страсти, меня принимали повсюду, и тот же Славка во мне души не чаял. Он говорил:
       - Сроду не знал такой изумительной девы. Ты не знаешь усталости. Ты моя волшебница Ку. Знаешь, кто это?
       - Не знаю, - отвечала я.
       А он, тогда увлекшийся китайским искусством любви, пояснил мне:
       - Она знала три заветных способа возбуждения мужчин и поддержания их страсти. Первый был назван ее "Опусканием Нефритовою стебля в восхитительные Палаты удовольствий". Она сама нежно брала в руки мужской Стебель и, предварительно накормив мужчину живительным снадобьем, опускала его в свои тайные сокровищницы. Второй способ требовал, чтобы госпожа Ку занимала нужное положение, это не означало, что она уступает инициативу мужчине. Нет, лидером, командиром, начальницей была она, нежная, смелая, щедро дарующая высшие человеческие радости. И третий способ - "Радость встречи Тучки Дождика" - это радостный обмен жизненными соками Инъ и Ян.
       Теперь я думаю о моем милом Славочке: "Сколько же в нем всякой дряни намешано!". И еще: "Если бы тогда во мне произошли эти мои изумительные перемены, я бы избавила тебя, мой дорогой Слава, от съедающей тебя похоти..."
       ...Я страдала от преследовавшего меня одиночества. Я пыталась приблизиться к моей подруге Розе Матвеевой, но она почему-то стала всячески под любыми предлогами избегать меня. Олег Петрович, как угорелый, работал над своими циклами картин и всякий раз тоже откладывал возможные и так необходимые мне встречи. Оставался только один человек - Владимир Петрович, которого лично я слабо знала. Я была влюблена в его книги, в его живопись, в его пророческие откровения. Но боялась к нему подступиться. А однажды, узнав, что он тяжело болен и нуждается в помощи, я накупила всякой снеди, пришла к нему без звонка и какого бы то ни было предупреждения. Меня удивило то, что он обрадовался моему приходу.
       - Мне Розочка показывала фотоснимки ваших живописных композиций, - сказал он. - Я восхищен вашей работой. Я не ошибся в вас, когда после прочтения вашего философского трактата, стал прогнозировать ваш истинный расцвет.
       - Что с вами? Чем помочь вам? Что говорят врачи? Может лекарства нужны какие-нибудь?.. - тараторила я. А он только улыбался и прочел в ответ на мои вопросы известные некрасовские стихи:
      
      
       Нет, не поможет мне аптека,
       Ни мудрость опытных врачей.
       Зачем же мучить человека?
       О, Небо! Смерть пошли скорей...
      
       - Ну что вы, Владимир Петрович! Вы в самом расцвете сил... А на кого вы на нас оставите?
       - Неужто я вам нужен? Никому я сегодня не нужен. В этом я убеждаюсь с каждым днем. Вчера по пальцам пересчитал всех моих друзей и поклонников, которые отказались от меня. Неделю тому назад позвонил одному знакомому, которому в свое время сильно помог и материально, и духовно, можно сказать, он в "Литгазете" служит, Гамаюновым величают его, так вот он на мой звонок ответил как ни в чем ни бывало: "Не знаю такого". В этот же день я позвонил известному академику Амонашвили, которому я тоже в свое время когда, он еще в Грузии жил, помогал, ездил к нему, "ходатайствовал о том, чтобы его не преследовали", так вот и он бросил трубку, когда я назвал свое имя. В двух Министерствах мне сказали: "Не звоните больше". А Министр культуры, некто Соколов, сказал своим прихлебалам: "На порог Министерства этого Попова не пускать!" Хотите я при вас позвоню и моим друзьям, и в разные инстанции, и всюду мне ответят: "Ни секунды нет времени, позвоните в другой раз как-нибудь..." Это в лучшем случае... Я в другой раз не в состоянии подняться с постели. Ноги напрочь отказали мне: адская боль в суставах, а когда лежу, не шевелясь, боль отступает. Вот и приходится работать лежа... Но кто разберет мои каракули? Написал сто страниц, набрать бы все это...
       - Давайте я вам это сделаю! - ухватилась я за его слова...
       - Но это же не просто... Да и у вас, наверное, забот под завязку...
       - Нет, нет, Владимир Петрович, за честь сочту. И все сделаю очень быстро. Давайте мне ваши листочки. Я разберусь...
       Владимир Петрович кивнул в сторону тумбочки, на которой лежала рукопись. Я взяла рукопись, поднялась в намерении уйти.
       - Очень вас прошу. Не уходите. Посидите хоть капельку. Я уже неделю живой души не видел в доме...
       Он стал рассказывать мне о своих замыслах, связанных с разработкой программы вновь созданного Комитета духовного возрождения России, председателем которого был избран Олег Петрович.
       Владимир Петрович стал рассказывать о вещах, вообщем-то знакомых мне, но я слушала, не перебивая его и радовалась тому, что нашла добрый контакт с которого ним.
       - Знаете, - рассказывал Владимир Петрович. - Главная наша беда состоит в том, что каждый из нас считает себя непогрешимым и знающим самые последние истины на нашей грешной земле.
       Поначалу я обрадовался, когда в нашем ведении оказался Комитет содействия духовному возрождению Россия. А потом тревожные мысли одолели меня. Могу ли я лгать самому себе? Могу ли звать других к ДУХОВНОМУ ВОЗРОЖДЕНИЮ, будучи духовно нищим?
       Я не мог понять евангельского завета о том, что именно нищие духом способны обрести блаженство, познать счастье обогащения своей души, приблизиться к духовной просветленности. Эти поиски духовной просветленности деспотически более четверти века властвовали над моим разумом, над моей душой. Я потихоньку познавал радость очищения сердца, когда в своих первых романах-исследованиях ("Соленга", "Печора", "Новый Свет" и др.), не стыдясь, публично признавался в своей бездуховности: был далек от смиренномудрия, скромности и кротости. Во мне бушевала иной раз ненавистная мне авторитарность, я лгал и детям, и самому себе. Жалкий страх, а не бесстрашие нередко руководили моими поступками. Часто срывался на гнев, пребывая во власти гордыни, непомерного честолюбия и предельно завышенных самооценок.
       Своеобразие моего авторитаризма состояло в том, что мои негативные проявления, будучи обличительными (я обличал пороки, что ставил себе в заслугу!) в моем сознании будто бы строились на утверждении высших духовных ценностей. Я не понимал того, что авторитаризм (вспышки гнева, крик и насилие, даже насмешки над личностью) недопустимы в педагогическом общении. Авторитаризм противопоказан духовно воспитывающей практике, ибо всякое принижение личности убивает духовно-творческие начала, вредит нравственному воспитанию. Считая свою авторитарность праведной, я радовался тому, что униженный, притесняемый, постоянно изгоняемый, я все же находил в себе силу духа преодолевать в себе духовную нищету и утверждать в себе самом и в своем педагогическом общении высшие духовные ценности - Любовь и Свободу, Добро и Красоту, Истину и Социальную справедливость. Моя душа жаждала правды, чистоты сердца и духовной просветленности.
       Одна из последних моих живописных работ в триптихе "Одиночество" названа так: "Мое двадцатое изгнание". Я помнил и любил Евангельский завет: "Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески злословить за Меня".
       Меня упрекали даже в том, что своим истинным Учителем я считал Иисуса. Мне с возмущением говорили: "Кто ты такой, чтобы так возвышаться!?" И как же я обрадовался, когда прочел у комментатора Библии Уильяма Баркли следующее: Мы никогда не сможем увидеть себя, пока не посмотрим на себя глазами Иисуса".
       Духовное зрение или, как называл его великий наш соотечественник И.А. Ильин талант созерцания означает способность визуализации (эту способность американский мыслитель Роберт Дилтс называл первейшей и главнейшей способностью любой творческой личности), способность ВИДЕНИЯ, со смыслом, углубленно, предмета своей деятельности, и конечный результат своего творчества, и самого себя в процессе своего труда. Талант созерцания - это способность схватывать РАЗУМОМ, ДУХОМ, ВСЕМ СЕРДЦЕМ весь творческий процесс так, КАК СОЗЕРЦАЕТ ПОМЫСЛЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ГОСПОДЬ.
       Такой талант становится ПОСВЯЩЕННЫМ, ЯСНОВИДЧЕСКИМ, ПРОРОЧЕСКИМ. Такой созерцательности ДУХА не достает и мне, и многим моим единоверцам, погрязшим в мнимой учености, в мусорной материалистической "диалектике" железобетонной философии, в амбициозной самоуверенности в своей правоте и непогрешимости.
       Я мучился от того, что мой ВНУТРЕННИЙ ЧЕЛОВЕК живет во тьме, хотя и обставлен множеством ложных светильников.
       Я говорю о моем состоянии, а не о жизни, ибо жизнь моя изумительна, она в чем-то не знает равных. Я ни ушам, ни глазам, ни сердцу и уму своему не верю. На меня как снег на голову свалилось признание всего мира: в прессе, на презентациях и многочисленных конференциях меня называют "выдающимся", "гениальным" и даже пророком. Передо мной гора документов, подтверждающих эти высокие оценки.
       Я так понял: именно это мировое признание и раздражает близких и дальних, государственные и общественные структуры, даже родственников. Будто какой-то мощный, загадочный, всесильно коварный вирус в миллионных вариациях кружит над нашими душами, впиваясь в наше подсознание, парализует волю и разум, заражает нас неприязнью и ненавистью к тому великому духовному самосознанию, которое укрепилось в нас и призвано составить нашу сущность.
       - Но ведь так было всегда, - сказала я. - Вспомните нищенствующих в последние годы Рембрандта и Ван Гога. А Есенин, Маяковский, Цветаева? Разве они могли выжить в нашей стране?
       - Так было всегда, говорите? Так не должно быть. Я часто вспоминаю афористически точные слова Апостола Матфея: "Если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?
       Мы привыкли к крылатым выражениям: "Знание - сила, знание - свет..." Но если свет равен тьме, то и бесконечное множество знаний может обернуться зловещей темнотой, тем, что именуется обскурантизмом, невежеством, непроходимой тупостью.
       Нажитая мною тьма, которую я ощущал в себе, проявлялась во всех сферах моего педагогического творчества, даже в живописи. Я следовал усвоенным шаблонам различных техник и технологических приемов, которые фактически гасили свет, приглушали яркость колорита, искажали одухотворенность изображаемых предметов. Более двух лет я боролся с "цветовой тьмой", поселившейся в моей душе. Эту тьму помогли мне преодолеть дерзновенные поиски французских импрессионистов (Моне и Ренуар, Сезанн и Синьяк, Ван Гог и мн.др.), а также отечественные авангардисты во главе с Кандинским, Малевичем, Филоновым и др.
       Я и вас, кажется, заразил этой неистовой жаждой приобщения к самым просветленным буйствам того самого лучшего, что есть в нашей жизни. Я радуюсь тому, что все мои друзья, Светлов, Круглов и Розочка Матвеева захвачены поисками самых светлых сюжетов, чувств и мыслей не только в живописи, но и во всем своем обновляющемся миросозерцании. Я смотрю на все то, что делают мои ученики и прихожу в восторг от того, что мое УЧИТЕЛЬСТВОВАНИЕ не было зряшным. Зерна моих ясновидений пали на благодатную почву. Я знаю, что вы тоже не любите красивостей, но я от всего сердца вам говорю, что до предела восхищен и вашими работами, и работами наших общих друзей, ибо вижу в них самого себя, то лучшее, что есть во мне. Я недавно попросил Олега принести на время его работы ко мне. Кое-какие мысли у меня зародились на этот счет... и он принес мне шесть своих картин. Вот одна из них - "Вхождение в черный квадрат", написанный по мотивам известного шедевра Малевича.
       В черный квадрат, обрамленный киноварью, входят, взявшись за руки отец, ребенок и мать. И что поразительно (не могу понять феномена!) - картина вся в свету, чернота не смотрится сажей газовой, напротив: состоялся прорыв тьмы; квадрат как мистический тоннель, за которым непременно полоснет ярким светом солнце, на это и направлено изображаемое ВХОЖДЕНИЕ. И еще одна потрясающая загадка: этот мой сюжет оказался своеобразным ключом для создания поразительно просветленных (целой серии) триптихов: "Духовное возрождение женской красоты России", "Одиночество", "Мое детство", "Светлой памяти французского импрессионизма и отечественного авангардизма" и другие.
       Убежден: духовное возрождения России во многом будет зависеть от того, как мы сумеем преодолеть НИЩЕТУ СВОЕГО ДУХА, насколько быстро сумеем дать простор нашему творческому созерцанию, нашему видению и самих себя, и всей обновляющейся нашей жизни.
       Когда я по фотографиям, которые мне принесла Роза, познакомился с вашими живописными и публицистическими работами, я поразился тому, как быстро вы восприняли то самое главное, в чем так нуждается наш мир, наше общество - высочайшую духовность и отважное дерзание выразить новыми средствами эту духовность. Наши успехи радуют не только нас, но и многих молодых людей нашей страны.
       Спрашивается за что же нас гнать? И обращаться с нами, как с последними скотами?..
       - Владимир Петрович, упокойтесь. Вам нельзя волноваться. Будь оно все неладно. Опомнятся, когда время подойдет... Я у вас хочу спросить. Вы сказали, что тьму помогли вам преодолеть наши отечественные авангардисты и французские импрессионисты?
       - Это хорошее волнение, золотце, - улыбнулся Владимир Петрович. - Открою вам нечто очень важное: никто никогда не исследовал гражданские позиции авангардистов: дескать, какая может быть гражданственная линия у абстракционистов, супрематистов и прочих модернистов?! А это не так. Отечественный авангардизм глубоко гражданственен. Более того, предельно современен.
       Гражданская позиция авангардистов видится мне в двух планах. Первый - с элементами реализма - правда жизни представлена в таких суровых и неприкрашенных формах то можно лишь удивляемся тому, как в жестокое время казарменного социализма с многочисленными политическими церберами могла появиться столь обличительная живопись, рисующая смерть, голод, нищету. В портретах, написанных Петровым-Водкиным Фаворским, Лентуловым, Осмеркиным, Герасимовым, Зефировым и многими другими, запечатлена трагедия народа, беспросветная жизнь стариков и старух, мужчин и женщин, детей и молодых людей. Одна из картин Фаворского из цикла "Годы революции" называется "Катастрофой". На первом плане голодные нищие - мужчины, женщины, животные - и огромными буквами ПОЯСНЕНИЕ: "ГОЛОД"! Даже натюрморты рассказывают о бедственном положении народа. Вот работа Петрова-Водкина под названием "Селедка". На синей бумаге заржавленная рыбина, а рядом две грязные картофелины и крохотный кусок черного далеко не свежего хлеба. Весьма драматичен натюрморт Осмеркина "Натюрморт с черепом". Комментарии излишни. А что можно сказать о натюрморте "Траурный" Малагиса с изображением куска газеты "Правды" и листовки с надписью "Вы жертвою пали в борьбе роковой"...
       А второй план, ориентированный, как мы уже отмечали, на русский космизм, - сюжеты написанные в стиле абстракционизма, супрематизма, модернизма. Здесь видится ликующая вера в великое будущее Отечества, буйство жизнеутверждающих красок: киноварь, кадмий желтый и кадмий оранжевый, голубые и сиреневые тона. И названия картин: "Движение в пространстве" Матюшина, "Опыт новой пространственной меры" Эндера, "Пейзаж со всех сторон" Матюшина, "Судьба" Чекрыгина, "Формула весны" Филонова, "Карнавал" Евграфова. И множество картин с изображением неба, самолетов, дирижаблей, фантастических конструктивистских композиций.
       Этот план, в котором и намека нет на пропаганду казарменно-социалистического маразма, предельно оптимистичен. Реализованные фантазии художников не просто радуют глаз и зовут к разнообразным размышлениям, но главное выражает горячую веру в торжество самых высоких духовно-творческих идеалов, где властвуют Любовь, Свобода и Красота! И эти оптимистические ориентация, это яростное стремление во что бы то ни стало преодолеть всевозможные кризисы, нищету и насилия для нас, нынешних, крайне важны, ибо в них смысл и нашей жизни, и смысл духовно-правового возрождения нашей страны.
       Вы знаете, чем я был занят в последние недели этого месяца?
       - Не знаю, - ответила я, радуясь тому, что он делится со мой своими главными творческими свершениями. - Я написал, правда, не завершил, цикл картин, посвященных светлой памяти отечественных авангардистов и французских импрессионистов...
       - Покажите! - не удержавшись, вскрикнула я, а потом, опомнившись (ему же больно вставать) сказала. - Нет, лежите я сама, если позволите, посмотрю. Где они?
       - Они сложены за шкафом в соседней комнате.
       - Я аккуратно. Не беспокойтесь, - сказала я и ринулась в соседнюю комнату. С замиранием сердца я рассматривала холсты, посвященные могучим творческим дерзновенным взлетам отечественного авангардизма. Картины Владимира Петровича выражали не только мои чувства, но и мысли, даже будущие мои творческие замыслы. Я тоже была намерена поклониться новаторским усилиям отечественных авангардистов...
       - Вы знаете, как я назвал этот первый сюжет, который сейчас перед вами?
       - Как?
       - "Космизм или преисподняя". Эти два триптиха я посвятил дерзновенному творчеству гениальных художников России и Франции. Они совершили смелый прыжок в живописный Космос, открыли новое видение мира, новые способы созерцания Вселенной, Своей души и всего грядущего, что предстоит еще пережить будущим поколениям.
       Казимир Малевич создал своего рода ЛОЗУНГОВЫЙ МАНИФЕСТ: "Долой какие бы то ни было ограничения в жизни, в искусстве! В человеке, в его сознании лежит устремление к космическому пространству, к отрыву от шара земли, изъеденной шашлями и брошенной как разрушенный прогнивший дом!"
       Малевич объявил миру: "Я прорвал синий абажур цветных ограничений, вышел в белое. За мной, товарищи авиаторы, плывите в бездну, я установил семафоры супрематизма... Белая свободная бездна и бесконечность перед вами! Плывите!".
       Я не разделяю ИДЕИ БЕЗДНЫ, а потому мои симпатии и расположения в больший мере относятся к французскому импрессионизму, нежному и просветленному, как чистая душа младенца, как святое материнство, как вечная Любовь и Вечная Свобода как призыв избежать БЕЗДНЫ, той зловещей преисподней, где уже бьют мощным ключом соблазняющие нас катастрофы и бедствия. В мой черный квадрат входят взрослые и дети, входят, чтобы избежать катастроф, чтобы связать свою судьбу с мировой всечеловеческой судьбой, с космосом. Моим союзником оказался Николай Бердяев, который так обозначил новые вехи человеческого бытия: "Мировая всечеловеческая судьба есть и моя судьба... Неудачи любого существа будут и мировой неудачей, всечеловеческой неудачей. То, что моя судьба для меня не меньше значит, даже больше значит, чем судьба всей солнечной системы, не есть выражение обыкновенного человеческого эгоизма, а есть подтверждение микрокосмичности человека".
       - И эти мысли Бердяева я тоже использую в своих заметках о духовном возрождении России, - сказала я.
       Владимир Петрович перебил меня:
       - А знаете, что больше всего нравится мне в вас?
       Я молчала, ожидая, что же он скажет.
       А он выразил то, чего я больше всего опасалась:
       - Меня восхищает ваша отчаянная смелость. Ваша именно женская интуиция подсказала вам такие решения, над которыми я бился десятилетия. А вы сразу увидели главное направление в такой сложной проблеме, как поиски духовных начал в искусстве. Кстати, вы читали книжечку Василия Кандинского "О Духовном в искусстве""? Она издана во многих странах мира. В конце этой книги он высказал такую мысль: "Прекрасно то, что возникает из внутренней душевной необходимости. Прекрасно то, что прекрасно внутренне". Он говорил и о том, что для вас стало дорогим открытием: "Внутренне волнует нас и внутренне прекрасен каждый цвет, ибо каждый цвет вызывает душевную ВИБРАЦИЮ, а каждая вибрация обогащает душу. Даже все то, что внешне "уродливо" внутренне может быть ПРЕКРАСНО. Самое главное, что есть в вашей прекрасной личности, - продолжал Владимир Петрович, - это то, что, у вас есть что сказать. Это прежде всего ваши волнения, ваши душевные вибрации..."
       - Спасибо вам, Владимир Петрович, - дрогнувшим голосом проговорила я. - Я отняла у вас много времени. Я постараюсь набрать на компьютере вашу рукопись в самое ближайшее время...
       Я ощущала себя победительницей в моем скрытом состязании с моими наставниками, в том числе и с Олегом Петровичем, и Славой и даже с моей подруге Розой Матвеевой, которые всегда как бы возвышались над моей необразованностью и даже легкомысленностью.
       Как на крыльях я летела домой: торопилась сесть за компьютер, чтобы как можно скорее выполнить поручение дорогого мне человека.
      
      

    27. НОВЫЕ ОТКРЫТИЯ И НОВЫЕ ПОБЕДЫ

      
       Я набирала текст рукописи Владимира Петровича, и все время ловила себя на том, что в его текстах угадываю и свои мысли, свои замыслы, свои предвидения.
       Проникая в существо творческой энергии, в ее направленность и эксклюзивность, я неотступно думала о своем замысле написать, я уж не знаю какой - искусствоведческий или философский трактат об авангардизме. Иногда я оставляла компьютер, хватала шариковую ручку и на листочках набрасывала мысли, явно навеянные идеями, изложенными в рукописи Владимира Петровича. Меня слегка мучила совесть. "Это же воровство, - думала я, - Я присваиваю его идеи. Конечно, можно сослаться. Но на что ссылаться, рукопись еще не опубликована, а я набросилась на нее как профессиональный гангстер..." Я не удержалась и поделилась своими опасениями с Владимиром Петровичем. Сказала ему следующее:
       - Ваша работа так захватила меня, что я, не удержавшись, использовала ряд мыслей и ваших гипотез в своей писанине о духовном возрождении России.
       - Так это же замечательно, - радостно ответил мне Владимир Петрович
       - Да, но меня мучает совесть, что я без каких-либо ссылок фактически пересказываю ваши мысли о том же авангардизме и его влиянии на духовное возрождение России.
       - Ну причем здесь ссылки, - отвечал мне Владимир Петрович, - При жизни Зигмунда Фрейда очень многие, такие именитые психологи, как Юнг и другие, широко использовали идеи Фрейда, не ссылаясь на него. Фрейд смеялся по этому поводу: "Самое главное то, что мои идеи живут и помогают другим делать свои открытия..." Мы с вами, Сонечка, делаем одно общее дело. Когда вы закончите свою работу, вы мне покажете, и мы обсудим, как нам работать дальше... Великодушие Владимира Петровича меня вдохновило настолько, что я совсем осмелела и стала относиться к его рукописи, как к своей собственной. Правда, чтобы успокоить себя, я сделала сноску примечаниях. Написала, что мой скромный труд целиком и полностью основывается на творческих достижениях Владимира Петровича Попова. Эти примечания после прочтения моей рукописи Владимир Петрович перечеркнул и предложил мне двойное авторство к моей работе, которую мы назвали так "Авангардизм и духовное возрождение России". Владимир Петрович собирался что-то дописать в моей работе, но потом сказал мне:
       - Знаете, ваша статья настолько самостоятельная, что я не решаюсь ставить свое имя рядом с вашим. Она пойдет только под вашим именем. И мы ее включим в сборник материалов, где будут и мои статьи.
       Я еще раз поблагодарила Владимира Петровича, а сама с тревогой размышляла о том, что никто, те же Роза и Слава, не поверят, что это моя самостоятельная работа. Но потом все сложилось самым необычайным образом. Меня пригласили в один Искусствоведческий журнал, куда я отослала свою статью вместе с пачкой фотографий моих картин и репродукций картин Владимира Петровича.
       В редакции я рассказала, что мы, группа педагогов, ученых, инженеров, руководителей школ и вузов, вот уже несколько лет работаем над этими проблемами, но, к сожалению, хотя мы и получили даже мировое признание, никто нам не помогает и не использует наши педагогические технологии, как это делается в США и в некоторых учебных заведениях Европы. Я, конечно же, поименно назвала и Розочку, и Славу, и Курбатовых, и многих других наших единоверцев. Главный редактор предложил организовать "Круглый стол", посвященный обсуждению выдвинутых нами проблем. Этот "Круглый стол" будет сопровождаться выставкой наших живописных работ. Слава, Роза, Курбатовы с восторгом спрашивали у меня, как мне удалось добиться проведения такого крупномасштабного мероприятия...
       - Это не моя заслуга, а главным образам заслуга Владимира Петровича, - отвечала я, по поводу чего наш метр очень сурово сказал:
       - Лавры принадлежат только Софье Завьяловой. Ей мы должны быть благодарны за проделанную работу. Прошу вас всех познакомиться со статьей нашей Сонечки.
       В редакции всех больше всего поразило, что работа, проделанная нами вместе с представленными живописными произведениями, была осуществлена не профессиональными художниками, а людьми, которые раньше никогда живописью не занимались. Мы отвечали, подчеркивая, что мы не художники и не претендуем на столь замечательный сан, что мы, работники разных сфер, убеждены в том, что каждому из нас нужен талант созерцания, без чего никакого духовного возрождения в России просто не случится..
       Но самое главное произошло незадолго до "Круглого стола". Ко мне подошел Слава и как-то очень сдержано и добросердечно сказал:
       - Мы хотим обсудить с тобой очень важный вопрос, касающийся проведения этого "Круглого стола". У нас есть кое-какие соображения на этот счет.
       - Что ж замечательно, - ответила я. - Давайте обсудим. Где и когда?
       - Завтра в 14.00. Собираемся у Розы.
       - Отлично, - ответила я, - Буду обязательно.
       Каково было мое удивление, когда я распахнула двери Розиной квартиры, присутствующие в ней громко запели:
      
      
       Мы смело в бой пойдем
       В борьбе за это,
       Все как один умрем
       За дело это...
      
       И аплодисменты. Как говорится, бурные и нескончаемые. На средину вышел Слава. Он сказал:
       - Меня назначили томадой на этом прекрасном торжестве, посвященном нашему другу - Софье Даниловне Завьяловой... Наша Сонечка поразила нас всех своей статьей об отечественном авангардизме. Вот эта статья. Мы уже познакомились в нею...
      
       Моя статья выглядела так.
      
      

    28. АВАНГАРДИЗМ И ДУХОВНО-ПРАВОВОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ РОССИИ

      
       Страна, пережившая Серебряный Ренессанс в своей великой культуре стремилась к еще большему, тотальному обновлению. Революция всколыхнула творческие силы народа. Взлет искусства, главным образом живописи и литературы, развивался в тревогах революционных исканий, в бескомпромиссной борьбе за строительство новой России.
       Вселенная покачнулась. Русский космизм, набиравший силу в науке и технике, в общественной жизни (Вернадский, Циолковский, Бердяев и др.), захватили искусство. Новое искусство, утверждали авангардисты-художники (Малевич, Кандинский, Филонов и др.), вели мир к открытию непознанного и неосознанного. Исповедуя космизм, как религию будущего, Малевич писал в июне 1918 года: "Новая моя живопись не принадлежит земле исключительно. Земля брошена как дом, изъеденный шашлями. И на самом деле в человеке, в его сознании лежит устремление к пространству, тяготение "отрыва от шара земли".
       Абсолютная уверенность в том, что именно искусство (живопись, в частности) покажет и помажет определить пути духовного обновления человечества, захватила многих художников, считавших себя авангардом революционных преобразований. В этой связи Василий Кандинский в статье "О духовном в искусстве" писал: "Живопись есть искусство, и искусство в целом не есть бессмысленное созидание произведений, расплывающихся в пустоте, а целеустремленная сила; она призвана служить развитию и совершенствованию человеческой души... Живопись - это язык, который формами, лишь ему одному свойственными, говорит нашей душе о ее хлебе насущном; и этот хлеб насущный может в данном случае быть предоставлен душе этим и никаким другим способом".
       Мы не столь категоричны, но, изучая историю и природу социальных обновлений в мире, убеждались постоянно в той великой роли, которую играло искусство в процессах коренных духовно-творческих и социальных преобразований мира. Кто может отрицать, что Итальянское Возрождение во многом, если не во всем, обязано таким гениям человечества, как Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рафаэль, Боттичелли и многим другим.
       Искусство спасало и продолжает спасать род человеческий от всевозможных катастроф, от пошлости и невежества, насилия и лжи. В странах, где процветало искусство, на большом подъеме оказывались все сферы жизнедеятельности страны: экономика и политика, наука и культура. И там, где утверждался тоталитаризм, там неизбежно гибли и само искусство, и вся жизнь в целом.
       Уроки авангардизма и его социальная роль в духовных и социальных преобразованиях, крайне важны для нынешнего времени, для решения проблем прежде всего нашего отечественного возрождения.
       При анализе сущности авангардизма мы нередко сталкиваемся с поверхностным взглядом на чисто внешние атрибуты инновационных самовыражений представителей этого направления в искусстве. Полагаем, что авангардизм разрушителен в своем отрицании предшествующей культуры и в декларировании псевдодуховных измышлений. Примечательно, что авангардизм посредством создания многочисленных общественных движений, создаваемых ассоциаций, творческих групп и многочисленных выставок широко распространялся в стране, захватывал самые различные слои населения, становился явлением всенародным, питательной сферой которого был революционный пафос. Конечно же, среди авангардистов было немало вульгарных экстремистов, эпигонов лженоваций, выкрикивающих на все лады вредный лозунг: "Долой все старое!". Они настаивали на том, чтобы весь мир, в том числе и искусство, "разрушить до основанья, а затем..." будто бы создать и новую культуру, и новую идеологию, и новых людей. Истинный авангардизм решительно выступал против такой огульной вседозволенности, а его мастера были прекрасными живописцами, отлично проявив себя в таких стилях, как реализм и импрессионизм. Они боролись за широкое привлечение народа к творчеству, к искусству, ибо видели в этом одно из главных направлений всех революционных преобразований. Та кажущаяся простота самовыражения казалась доступной простым людям, начинающим художникам, молодежи, а смелость художественных решений покоряла молодые сердца, закладывала в самые дальние глубины подсознания новую ликующую революцией овеянную радость.
       Здесь уместно отметить то, что никогда никем не отмечалось, не осознавалось, не анализировалось. Речь идет о мощных пластах подсознания, где по данным зарубежных психологов сосредотачиваются 95% нереализованных способностей человека (реализуются только 5%!). И главной движущей силой выхода данных подсознания в сферу деятельностной рациональности является, если можно так выразиться, ВНЕШНЕЕ И ВНУТРЕННЕЕ СОЗЕРЦАНИЕ. Ведь "СОЗЕРЦАНИЕ, как СМОТРЕНИЕ ВГЛУБЬ" (у художника) строится в том числе или прежде всего на рождении или возникновения образа в глубинах своей души. Вспомним, какая радость всколыхнула Рафаэля, когда во сне ему явился образ Мадонны, которую он запечатлел потом в своем знаменитом шедевре. Решающую роль в создании живописных работ, как правило, играет подсознательное, в глубинах души найденный образ, нередко выступающий с такой поразительной ясностью, которая и порождает вдохновение - уже выраженный живописной даже первый набросок явившегося образа порождает новые всплески мощного подсказывающего созерцания, черпающего в глубинах души художника новые решения.
       Авангардизм, как известно, связан с поиском новых цветовых сочетаний, световых эффектов, причудливых бликов, фантастических будто бы нереальных линий, контуров, форм - вспомним работы Кандинского или Филонова!
       Этот загадочный мир выраженного подсознания становится для авангардистов основной базой творчества.
       И в этой связи два слова о нашем открытии, поразившим наше воображение и наше представление о природе развития детской талантливости. Вначале нас поразило такое явление: дети в возрасте от 4-х до 10 лет на наших семинарах-тренингах по пять часов, как говорится, не переводя дыхания, сидели за мольбертами, создавая свои живописные шедевры, слушали излагаемые нами сложнейшие теории, скажем, о трансцендентальном синтезе, о единстве различных наук и искусств. Заметим, семинары проводились в разновозрастных группах: малыши сидели и творили рядом с педагогами, директорами школ, известными публицистами. Мы задумывались о природе столь загадочного явления. На ум приходили некоторые факты из истории развития Итальянского Возрождения когда, скажем, вся Флоренция, бедные и богатые, увлекалась лепкой, скульптурой, живописью. К этому мы еще вернемся. А сейчас заметим, сколь осознанно подходили наши великие отечественные авангардисты к высокому назначению искусству, к его социальной и воспитательной роли в жизни страны.
       Отметим сразу ПРОГРАММЫ И УСТАНОВКИ ХУДОЖНИКОВ-АВАНГАРДИСТОВ, мечтавших о НОВОМ РУССКОМ РЕНЕССАНСЕ, крайне важны для сегодняшних дней, когда и искусство, и вся социально-духовная жизнь все больше и больше погружаются в кромешную тьму, разукрашенную мнимым светом, псевдодуховностью, развратом и растлением мира. Приведем некоторые позиции авангардизма:
       - Мы ни с кем не боремся, мы не создаем какого-либо очередного "изма".
       - Наступает время светлого творчества, когда нужны незыблемые ценности, когда искусство возрождается в своем бесконечном движении и требует лишь простой мудрости вдохновенных ("Наш пролог". М., 1922.  1. С. 4).
       - Авангардизм обвиняют в отрыве искусства от жизни. Это не так. Ассоциация художников Революции (АХР), Общество московских художников (ОМХ) и другие утверждали следующие направления авангардизма:
       - Мы, художники России, решительно отбрасываем понимание живописи и скульптуры как "камерного искусства"... равным образом считаем окончательно похороненным скороспелые суждения некоторых теоретиков и группировок о "смерти живописи" и ее ненужности для нашей эпохи.
       - Живопись может и должна развиваться как массовое искусство...
       - Живопись - мощное оружие творческого воздействия на мир, оружие активной перестройки жизни.
       - Мы отвергаем натуралистический бытовизм, поверхностный и статистический протоколизм, как средства, негодные для разрешения задач изоискусства в наши дни ( "Борьба за реализм в искусстве 20-х годов", М., 1962. С 224).
       Эти установки крайне важны для нынешней отечественной педагогики, остро нуждающейся в преодолении как схоластики, так и догматического авторитаризма в образовательной и воспитательной практике молодого поколения. Сам факт того, что авангардизм завладел душами молодежного поколения является крайне важным для нас, а развитие молодых талантов в России стало одним из главнейших направлений в становлении молодых талантов России. Мы крайне мало знаем о педагогической деятельности, скажем, таких корифеев авангардизма, как Малевич, Лентулов, Филонов, Фальк и другие. Нередко о том же Малевиче говорят лишь как об авторе знаменитого "Черного квадрата". Он был однако автором не только чисто супрематистских работ, но и чисто реалистических, впрочем в которых отдавалась определенная дань супрематизму, автором которого он был. Таковы, скажем, его реалистические работы "Работница" (1993 г.) и "Портрет жены" (1993 г.).
       Малевич был крупнейшим педагогом своего времени. Он, сменив Марка Шагала на посту Витебской художественной школы, воспитал немало талантливых художников, участвовавших впоследствии в столичных художественных выставках. Затем Малевич с 1923 по 1926 год был руководителем Ленинградского института художественной культуры. После этого основал и долго работал в УНОВИСЕ (Утвердитель нового искусства), выступал с лекциями, организовывал и проводил различные художественные мероприятия, персональные выставки в Берлине и Варшаве.
       Его педагогический талант сказался и в том, что он воспитал целую плеяду талантливых художников. Среди них - Суетин, Юдин, Матюшин, Пуни, Экстер, Лепорская, Родченко, Альтман и многие другие... О художнице Анне Александрове Лепорской так писали искусствоведы: "А. Лепорская в картине "Псковитянка" (1930 г.), поразительной своей суровой духовностью, ощущением "истового" человеческого достоинства, уходящего в даль веков и проецирующегося в будущее, соединением вечного, ДЕРЕВЕНСКОГО с безжалостной аналитичностью XX века".
       Как точно и как объемно перекликается образ псковитянки, обыкновенной крестьянской женщины, на фоне бескрайних полей и супрематистских грустных обобщений, с трагическими судьбами сегодняшних женщин в наших вымирающих селах. Небольшой портрет размером 60в48 является поистине пророческим произведением. Мы узнаем в образе псковитянки и прошлое России, и нынешнее ее положение: в ней едва сдерживаемый крик о пощаде, о трагической приговоренности к смерти, о спасении мира.
       Этот крик слышится мне во многих других произведениях отечественных авангардистов. Работая над своей картиной "Памяти отечественных авангардистов", в основе которых оказались произведения Малевича, Кандинского, Филонова и Истомина, я ощущала свою причастность к заветным мыслям и чувствам великих художников, перед которыми мы по сей день оказываемся в неоплатном долгу...
       Как бы мы ни относились к их творчеству, бесспорным является то, что каждый из них связывал свою творческую судьбу с духовным возрождением России, с ее настоящим и будущим; их космизм развивался как бы в двух направлениях. Первое было связано с привлечением молодых сил России к разностороннему творчеству и к преобразовательной деятельности как в области искусства, так и в других сферах жизнедеятельности страны. Их постоянные живописные выставки (только за период с 1919 по 1922 г.г. свыше пятидесяти), их педагогическая деятельность и привлечение своих учеников к таковой , создание ими общественных художественных организаций, участие в журналах и различных других изданиях, - все это способствовало повышению общей духовой культуры народа и обновлению человеческих душ.
       Второе направление, неразрывно связанное с первым, закладывало, возможно, на подсознательном уровне, если можно так выразиться, острейшую потребность народа, в частности интеллигенции в духовном обновлении России. Скажем, тот же "портрет "Псковитянки" Анны Лепорской, картины Малевича, как супрематистские, так и реалистические, картины Филонова, Лебедева, Серебряковой и Гончаровой и многих других заключали два существенных достоинства: а) трагическую судьбу современной женщины в ее трансцендентальном измерении, б) мужественное убеждение в необходимости социальных перемен, готовность во имя этого пойти на самые крайние меры, чего бы это не стоило: "позора, унижений и даже смерти" (Ушинский). И вот здесь мы готовы дать некоторые гипотетические рекомендации.
       Современные педагоги, художники, искусствоведы, публицисты, философы, практические работники во всех сферах деятельности сознательно или бессознательно игнорируют проблемы духовно-правового обновления Отечества. Они в лучшем случае занимаются решением сиюминутных проблем: так сказать, без царя в голове, основываясь на своем голом практическом видении, опыте, интуиции стремятся реализовать себя как в сфере прогнозирования, так и в реальных преобразованиях социальной жизни. Но ведь всем понятно: без компаса, без научно выверенных ориентиров не только трудно определить правильно путь движения к искомым целям, но и успешно решать поставленные задачи. Это высказанное нами положение в особенности относится к духовной сфере деятельности человека. Духовную сферу, ее возможные зигзаги и видоизменения невозможно предугадать без достаточно сильной отправной базы духовного порядка. Прогнозирующая живопись авангардистов создавала реальные основы для порождения отважных шагов и намерений по крайней мере и интуитивных действиях людей своего поколения. Авангардисты давали модель отхода от протоколизма и бытовизма, от схоластических догм. Они ратовали за погружение в сферу смелого вторжения в систему творческих преобразований.
       Живопись авангардистов никак не основывается на принципе вседозволенности: что хочу, то и пишу, в их искусстве за кадром объекта созерцания, в каких-то глубинах отстраненности от земли, в космогонических сферах Разума, Подсознания, Вселенских чувств присутствует целая система рекомендаций о расширении возможностей имеющегося духовного потенциала человека. Об этом я постоянно спорила с практическими работниками различных сфер деятельности, в какой-то мере связанной с проблемами воспитания. Осмелюсь обозначить некоторые типичные аспекты этого спора.
       - Пойми, дружище, доказывал мне полковник МВД Г.Г. Попов, - некогда практическим работникам вникать в сущность духовных проблем бытия. Они заняты конкретным решением задач. Как только они узнают о том или ином преступлении, сразу возникает баснословное количество мелких и крупных проблем: кто стоит за этим преступление, каковы мотивы содеянного, какими средствами, где, когда и почему совершенно преступление и прочее.
       - Тогда поясни мне, - возражала я ему, - почему генерал-лейтенант А.Н. Есютин - из номера в номере печатает наши статьи о технологиях духовно-творческого влияния на молодых людей?
       - Твои статьи повышают общий культурный уровень работников правоохранительных органов. Я сам рекомендовал эти статьи к печати. Тут не может быть двух мнений.
       - Так почему же ты тогда в таком случае отрицаешь то, что знание духовно-правовых основ становления человеческой личности поможет практическим работникам более успешно решать профессиональные задачи?
       - Да, я не отрицаю, просто у наших практических работников нет времени читать и осваивать хвои духовно-правовые технологии...
       - Я хочу тебе напомнить, четверть века тому назад наш учитель Попов с твоей "помощью объездил колонии строго и особого режима, расположенные на Урале и Севере страны. Он читал лекции об искусстве, творчестве, о самосовершенствовании человека, о духовности человека. С каким вниманием слушали его заключенные и работники колоний. Они говорили: "Нам, как воздух нужна духовная пища". У него с собой были репродукции картин Дрезденской Галереи. Он показывал слушателям шедевры Рафаэля и Леонардо, Ватто и Боттичелли, Веласкеса и Рембрандта. С каким восторгом они воспринимали мир искусств. И снова признания: "Вы обновили наши души... Мы по-новому стали относиться к самим себе, к тем, кого мы призваны перевоспитывать... Нет, дорогой, не потому ты возражаешь мне, что не соглашаешься со мной, по совершенно другим причинам...
       - По каким же?
       - Их две. Первая: духовность нынче не в моде. Я, кстати, недавно предложила двум правительственным газетам статью о духовном возрождении России. Знаешь, какой ответ получила! "Нас эти проблемы не интересуют", - ответили они разом, хотя и не сговаривались между собой.
       Вторая причина: трусость! Автор, занимающийся проблемами духовности, не в чести у сильных мира сего. Он гоним, проклят холуями правительства: с ним иметь дело опасно...
       - Да, я не отрицаю, просто у наших практических работников нет времен читать и осваивать твои духовно-правовые технологии.
       Мой друг ничего не ответил. Возможно, обиделся.
       Впрочем, мы пришли к некоторому согласию. Да и не права я была в некотором роде. Ведь именно в журнале МВД публиковали циклы наших статей, и я благодарна не только редакторам журнала, но и моему старому другу Г.Г. Попову.
       Но вернемся к авангардистам, утверждавшим что, "наша эра, наша эпоха художественных исканий даст в конце концов человечеству, если не окончательную красоту, объективно им воспринимаемую, то во всяком случае приблизит человечество к этой красоте, издавна искомой художниками" (Н. Пунин).
       К сожалению, сегодня, впрочем, начиная с сороковых-пятидесятых поиск нетленной красоты закончился. Вспомним, в какой мрак было погружено художественное творчество художников советского периода: пожухлые краски, отсутствие света и духовности - сплошная грязь! И это выдавалось за реалистическое искусство, противостоящего и авангардизму и всем поискам различных стилей модернизма. Так же тьма воцарилась и в педагогике, где утверждался авторитаризм под флагом казарменного социализма.
       Куда подевались строгий колоризм тончайшей живописи Н. Тырсы блистательные работы В Лебедева, В Конашевича, Г. Верейского, достижения знаменитой литографской мастерской Ленинградской и тревожный мир реалистических самовыражений Н. Синезубова, гениальные живописные пророчества И. Машкова, А. Лентулова, Р. Фалька,  А.Древина, А. Куприна, А. Осмеркина, С. Герасимова, А. Шевченко и многих других. Только сегодня, пол века спустя современные искусствоведы отмечают величественность живописных исканий названных художников. Подчеркивают: не всегда прямое отражение событий свидетельствуют о правде жизни, о глубоких потрясениях бытия. В торжестве колористических аккордов Машкова, во всем великолепии грозных или лирических соцветий Лентулова, строгом провидческом реализме Лепорской, в скорбно-тревожных тонах живописи Синезубова ощущается не только узнаваемый тревожный мир начала XX столетия, но и прогнозы на возрождение духовной культуры Отечества, утверждающие самые высокие идеалы человечества.
       Было бы опрометчивым и не совсем правильным сказать, что творческие происки во всех видах искусств, в том числе и педагогическом, приостановлены или сошли на нет. Поиски, если можно так выразиться, придавлены огромной могильной плитой: они никак не финансируются, не поддерживаются, не поощряются. Более того, при каждом удобном случае третируются, сопровождаются унизительными издевательствами отзывами и насмешками. Конечно, можно сказать художнику слова и поэта: "Ты - царь! Живи один..." Но одиночество, сопровождаемое безденежьем, когда не на что приобрести ни краски, ни холсты, ни другие материалы, когда за участие в выставке или за рецензии на свои работы приходиться платить чистоганом, чего раньше никогда не было - при этих условиях одиноческое царство заканчивается только одним - голодной смертью...
       И в связи с этими грустными мыслями возвратимся к истокам Итальянского Возрождения. Вопрос такой: могли бы появиться на Свет Божий такие гениальные шедевры, как "Сикстинская Мадонна" Рафаэля, "Моисей" Микеланджело, "Мона Лиза Джоконда" Леонардо, если бы не было поддержки /моральной и материальной/ со стороны итальянских властей - королей, герцогов, пэров, мэров и т.д.?! Ответ однозначный - НЕ МОГЛИ!
       И такой вопрос: мог бы сформироваться как гениальный художник сын простого каменотеса Буонаротти Микеланджело, если бы однажды оборванца-подростка не привел в свой дворец правитель Флоренции Лоренцо Медичи. Заметим в наших зарубежных энциклопедиях указывается, что Лоренцо Медичи, крайне жестокий лживый правитель, был МЕЦЕНАТОМ, ПОКРОВИТЕЛЕМ ИСКУССТВ и во многом способствовал развитию культуры ВОЗРОЖДЕНИЯ.
       Ответ однозначный: НЕ МОГ! А ведь Медичи был не одинок: герцоги и крупные чиновники, служители церкви, торговцы и известные промышленники подражали Правителю Флоренции, выслуживаясь перед ним, помогали художникам материально, организовывали их выставки, различные публичные смотры и состязания в сфере различных искусств.
       Заметим, весь род Медичи, в том числе и Лоренцо Медичи очень серьезно и достаточно мудро занимались государственными делами, успешно решали экономические проблемы с прямыми выходами на международный уровень. Медичи основали крупнейшую в мире торгово-банковскую компанию, благодаря которой Флоренция сумела преодолеть, говоря сегодняшним языком, многие надвигающиеся кризисные состояния.
       Расцвет итальянского искусства ВОЗРОЖДЕНИЯ вывел крохотную Флоренцию в мощные державы Европы, в крупнейшие культурные центры мира. Творчество различных деятелей Возрождения /поэтов, философов, художников, правителей Италии/ проникнуто такими бесконечно важными идеями и деятельностными усилиями, как:
       - Вера в безграничные возможности человека, его воли и разума. Содействие в реализации этой веры.
       - Полнейшее отрицание схоластики как в образовании, так и в этике, в человеческих отношениях и гармонии действительности.
       - Обращение к человеку, как к высшему началу бытия.
       - Утверждение цельности и единства высших духовных ценностей - Любви, Свободы, Красоты, Созидательной деятельности, Истины и Добра. Подкрепление ДУХОВНЫХ НАЧАЛ ПРАВОМ, ЗАКОНАМИ и ПРАВОВЫМИ НОРМАМИ.
       - Культ героизма и подвижничества в утверждении высшей духовности в сфере всей жизнедеятельности страны.
       Нужно ли говорить о том, что именно в сфере всех названных направлений жизни могло развиваться и процветать такое уникальное явление бытия, КАК ИТАЛЬЯНСКОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ?
       Что поразительно! Когда мы все эти идеи, естественно, облагородив их современными тенденциями, излагали высшим правительственным лицам нашей великой державы, ратуя при этом за духовно-правовое возрождение высших ценностей нашего Отечества (Около сорока писем Путину, Фрадкову, Лужкову, Зубкову, Медведеву, Фурсенко и многим другим) в ответ - либо молчание, либо отписки, либо гневный окрик: "Не звоните больше. Не обращайтесь с этими вопросами..."
       Обидно было за ВЕЛИКУЮ ДЕРЖАВУ, за то, что ее возглавляют столь невежественные люди, с кликой чиновников, поднаторевших в витиеватой болтовне якобы государственного масштаба, убежденных в том, что никакой духовной сферы в мире нет и быть не может, что в мире правят мелкий и крупный бизнес, деньги, которые можно запихивать во всевозможные личные счета во множестве зарубежных банков!
       И все-таки обидно, что наши государственные деятели не дотягивают до уровня негодяя и грабителя Лоренцо Медичи, глубоко понимавшего роль влияния культуры на развитие государства и немало обогатившего себя на культе возрожденческих идеалов.
       ... Открытием для меня, как и для авангардистов двадцатых-тридцатых годов, только один вопрос: ГРЯДЕТ ЛИ ОТЕЧЕСТВЕННЫЙ РЕНЕССАНС, способный привести страну к расцвету во всех ее сферах жизни.
       И закрытость и мерзопакостные отношения исчезают, когда на занятиях наших семинаров-тренингов (в детских садах, семьях, вузах, школах, в офисах предпринимателей) я вижу, как вспыхивают поразительной силы таланты и дарования моих участников занятий в возрасте от 4-х лет до 80, как в душах, в глазах, во всем облике моих единоверцев рождается вдохновение и мощная энергетика, соединенных с верой и в завтрашний день, и в великое будущее Отечество, и в том, что они сумеют приблизить человечество к великой красоте, издавна искомой людьми, о чем так мечтали авангардисты.
       Я вижу, как исчезает сопротивление моим духовным установкам, как лучезарный свет масляных красок (пишут все непременно маслом с его блеском, запахами и завораживающей загадочностью), как крепнет вера в свое возможное подвижничество, в свою судьбоносную роль, в свой героизм. И какая рождалась ранее спрятанная в таинственных закромах подсознания ЛЮБОВЬ - Основа всего! (Выливалась на холстики, оформлялась должным образом и уютно устраивалась на многочисленных вернисажах). И еще одна важная деталь: наилучшими моими участниками занятий я всегда считала тех, кто в большинстве своем выбился из нормальной колеи, совершил дурной поступок или преступление, попал за решетку и отбывал срок в местах не столь отдаленных.
       И я не случайно об этом говорю. Нынешние преступники - это те, кому не открылся в жизни свет духовной властной притягательности. Это те, кто всеми силами своей души ненавидит истинных преступников, всю эту армию прохвостов, нередко занимающих высокие государственные посты. Свет последней правды, возможность самораскрытия и сближение с Богом их захватывает всецело: они готовы жизнь отдать за крупицы той крохотной правды, которая замаячила перед ними. А что можно сказать о миллионах обездоленных крестьян, у которых отняли не только землю, но и всякую надежду на получение минимального достатка, чтобы выжить в этом трагическом мире. И что поразительно, и эти миллионы несчастных граждан, точнее их многочисленные представители, набрасываются на предложенную им духовную пищу, создавая при этом чудесные произведения искусства, никак не уступающие многим творениям отечественных авангардистов. А почему? А потому, что в них в большей мере сохранилось то самобытное, интуитивно-творческое, что и составляет истинную природу таланта и художественного творчества.
       Никто не станет спорить с тем, что наш народ бесконечно талантлив, даже чиновник, самый отпетый бюрократ, готов утверждать эту истину: он всегда признает достоинства толпы, но растопчет всякого, кто выпорхнет из нее! Да Бог с ним, с этим чиновником. Важно взять на вооружение, даже его лицемерную веру в талантливость народа. Итак, страна богата талантами. Если это так, то появляется реальная возможность ускоренно, быстро, молниеносно, заметьте, и Свобода, и Любовь, и Красота, и Талант - не тягомотина, которую надо растягивать долго и нудно - они, как огонь вспыхивают, мгновенно горят до тех пор, пока есть поддержка в подаче живительного топлива. Лоренцо Медичи, должно быть, знал природу этого возгорания и природу поддержки огня. Потому и способствовал развитию Возрождения. Заметим еще и еще раз, его участие выражалось лишь в том, что он как правитель страны показывал пример в развитии и поддержке талантов. Он не обучал, не проповедовал, не вникал в сущность художественных технологий. Он способствовал развитию талантов средствами внимания, поощрения, культивирования, стимулирования проявления человеческой талантливости. И все это было очевидным для всех, для всех окружающих правителя именитых лиц, герцогов, чиновников и просто богатых людей. И я обо всем этом говорю не случайно. Пусть не покажутся читателям мои предложения примитивными, упрошенными или не сбыточными, но они у меня многократно сверялись с культурно-историческим опытом, с результативностью нашей опытно-экспериментальной работы, которой руководят выдающиеся педагоги современности - Попов Владимир Петрович и Круглов Олег Петрович. Это в первую очередь им я обязана своим творческим прозрением.
      
      

    29. УДИВИТЕЛЬНОЕ ЗАВЕРШЕНИЕ КОНФЛИКТА

      
       Все было для меня неожиданным, когда не моем пороге появился милиционер и с ним, пожалуй, очень знакомый мне человек. Это был учитель литературы Коршунов Виктор Семенович. Они представились о объяснили мне, по какому вопросу пожаловали ко мне. Коршунов пояснил:
       - Мы на педсовете специально обсуждали и ваши статьи, и то, что опубликовано за подписью наших прежних учеников - Софьи Завьяловой и Владислава Миронова. Оба эти наши ученика в прошлом были исключены из нашей школы - Миронов за дерзкое хулиганство: он едва не выбил одной нашей учительнице глаз, а Завьялова - за пропаганду порнографии - она в школе продавала порнографические открытки и дискеты с непристойным содержанием.
       - Ну и какие у вас ко мне претензии? - спросил я.
       - На педсовете мы единодушно решили, что вы, поощряя хулиганов, называя их талантами и чуть ли не выдающимися людьми, совершаете преступление и перед образованием, и перед нашим обществом. Во-первых, зачем нужно было вам или кому-то другому писать за Соньку Завьялову статью об авангардизме, в чем она,