# Есть East, есть West

Юрий Бужор

НЕ ЛИЧНОЕ


Где я, а где Гекуба


Любезный френд! Я знаю, ты не гонишь.

Есть East, есть West. Не сдвинуть их. Вотще.

Где я, а где Гекуба вообще.


Но память вспышкой: плачет несмышлёныш.

Его бесстыжий гопник обманул.

Нагрел, наёжил, надурил, обул.


И постигаешь вдруг, что ты найдёныш,

Заброшенный в недружелюбный гул.

Кабул.


Двушки


Иноагент. Хоть имя дико,

Оно предвестие кирдыка.


***


Кикиморой носатой на болоте

Бормочет что-то. Маня на работе.


***


Мы верим Главному. Он поднял нас с колен.

Зовёт нас прививаться. Вот те хрен.


Вам шутки всё


Последний день. Не жизни, только лета.

Хотя как знать. С утра туман был густ.

Прожарившись, божественный авгУст

На нет исходит. Всё, канцона спета.


Божественный? Да полно. Вам всё шутки.

Он, прямо скажем, был вполне хренов.

Июнь, июль - заладились ли? Дудки.

Проспал всё лето с дудкой крысолов.


Да что там лето. Разве год был лучше?

Паршивый, в общем, был ниспослан год.

Кряхтят людишки, злы и невезучи.

Упадок сил. Смятение. Разброд.


Истекший век, драчливый и похабный,

Привел нам сменщика. Так ведь и сменщик гад.

Безумный кавардак полномасштабный.

Переучёт короткий. Новый ад.


Свинью готовит молодой миллениум.

Шизоид на дежурстве? Злобный клан?

Быть может, новоявленному Ленину

Пришел на ум переворота план?


Куда как беззаботней жили предки,

Неандертальцы то бишь. Ешь и спи.

Детишек делай и котят топи.

Зачем, скажи, мы слезли с этой ветки?


Как хорошо под общим нашим солнцем

Охотиться и неводы плести.

Одна проблема. Суки-кроманьонцы.

Их надобно немедля извести.


И на Земле наступит парадиз.


***


Голубка-осень гадит на карниз.


31.08.2021


Cвежие сны Дракона


Челом бьют без конца

Помазанникам голым

Рабы, чьи жгли сердца

Неправильным глаголом.


***


Еврей, но омерзительней, чем Ясир,

Напёрсточник, холуй и басурман,

Придворный звездобол и голый вассер*.

Кошмар тяжелый. Голый Вассерман.

______________________

* (одесск.) безнадёга, дохлый номер, пшик


Уроки Талейрана


Был вызван призрак Шарля Талейрана. .

- Скажите нам, почтенный Талейран,

Не зря мы в Крым попёрли на таран?

Или попёрли правильно, но рано?


Ошибка это или преступление?

Второе, впрочем, вовсе не беда.

Но, если просчитались, есть сомнение,

Что нашей власти вскорости конец.


В ответ едва заметная улыбка.

- Нет, господа бандиты, не ошибка.

Вы поступили в некотором роде

В согласии с предписанным в природе.


Не атакует буйвола гиена,

Но подползет на брюхе непременно,

Когда ей померещится, что он

Готов вот-вот издать предсмертный стон.


И крыса поступает по уму,

Когда разносит по миру чуму.

И примитивный вроде бы паук -

А зря ведь не полезет под каблук.


Народ - он до поры лишь терпеливый.

Почуяв, что не так податлив воск,

Вы напитали коллективный мозг

Тупой шовинистической подливой.


Мир осудил? И в этом есть резон.

Пока не лезут к вам через кордон,

Мазурикам ненужные вопросы

Не задают, не тащат на допросы.


Да только вы не радуйтесь напрасно.

На силу сила есть, кому не ясно.

Живете в страхе вы, и от испуга

Вот-вот начнете пожирать друг друга.


Наделал шеф мой глупостей немало,

Но Францию по-своему любил.

На свой народ, как вы, он не забил,

На госказну не раззевал едало.


Вам не чета. Я вижу просто банду.

Сменить дворцы и яхты на баланду

Вам предначертано, и рок неумолим.

А полуостров к берегам своим


Вернется. И конец наступит мраку.

Хотя бы вы порвали себе майки.

Нет, не ошибка крымский шахер-махер.

Ошибка вы. Большая. Ну вас к черту.


И, более не проронив ни слова,

Дух тут же растворился и пропал.

Ударили на Спасской. Проступал

Сквозь утреннюю дымку дом Пашкова.


Куда несёшься?


Давным-давно денёчки пролетели,

Когда вы выходили из шинели*.

Повестка дня сменилась. Нынче цель

Гурьбой назад отправиться в шинель,


А также в сапоги и в галифе,

Высоким штилем аутодафе

Воспев и поприсутствовав в Тавриде

В большой по птице-тройке панихиде.


_____________________________________________

*Аллюзия на приписываемое Достоевскому: "Все мы вышли из гоголевской "Шинели"".


Метаморфозы


Дом Периньон из гроба встал,

Шмурдяк бракованный достал

И держит курс на звук гнусавый.


Вошёл - и пробка в хохолок

Над лысиной, где изнемог

Мозг недалекий и лукавый.


Шампанским обливают тех,

Кто честно заслужил успех.

А кто полез блудливой ручкой


В карман народу своему,

И пакостит другим - тому

Облитым быть дрянной шипучкой.


Круг чтения


"Война и мир", "Колобок" и 1-ый концерт Чайковского. Из СМИ


Тиран не в настроении с утра.

Терзают душу Ильича аккорды.

Да не того, не тёзки, а Петра.


Дерзит монарху фаталист-главком,

Голодный дедушка бежит за колобком

И внешним признаком размахивает гордо.


Вот, собственно, и все. Начитан, блин.

Тяжелый сон засел в башке, как клин.

Туман, и не становится яснее.


Не рад смотрящий за одной седьмой:

"За что кошмар мне этот, боже мой!"

Но чует деспот: явь ещё страшнее.


Парафраз о проливах


Когда был явлен миру Константин,

Сказала матушка: "Достойно известим!".

Особый медальон был отчеканен.


И снова в Зимнем о проливах речь.

Но дабы дерзкий замысел облечь

В политики расчетливой одежды,


Объявлен в Петербурге "Бал надежды",

Ну, и банкет. Он был необычаен.

Дипкорпус пил под тосты за Царьград.


Но где лорд Малмсбери?

Тайком пробрался в сад

И там в саду нам гадит англичанин.


Привит, совсем привит


Привит старпер. Все честь по чести.

В руке не дрогнул хладный шприц.

Сейчас бы накатить грамм двести.

Нет, отговаривает фриц.


Душа горит, опять же септик?

Но медработнику видней.

Пусть водку пьет коронаскептик.

Пусть вовсе захлебнется в ней.


Одна попытка, знает каждый,

Еще не планка, не порог.

Приходит день - и вот ты дважды.

И можно подводить итог.


За полтора ковидных года

Не намотал. Не залетел.

Но был опасен для народа

За неименьем антител.


Загнали панацею в тело.

Возник в крови переполох.

Теперь совсем другое дело,

И этих антител как блох.


Привит. К чему теперь дебаты.

Привит - и ни о чем базар.

Нас ждут дольмены, зиккураты,

Рейкьявик, Гэтвик, Сен-Лазар.


Освобожденному от гнёта

Избавленному от оков,

Как встарь, распахнуты Тойота,

Kühlschrank* и, кажется, альков.


***


Не знает антиваксер, кого он погубил,

Кого скормили вирусной паскуде

С хористами своими большеротыми.


Эх, люди.

Я вас искренне любил.

Пожалуйста, не будьте идиотами.

________________________

*Холодильник(нем.)


Прогресс и фрики


Вот так бы дальше жили-не тужили -

Зверьё, зерно, морковка, в речке сом -

И честно бы всё это волочили,

Но черт принес дебила с колесом.


Чугунка замечательно возила

Туда-сюда порядочных людей.

Ан глядь: недоучившийся верзила

И фрик по жизни - Майкл Фарадей.


Бескрылому летать какого хрена?

Бог ноги тебе дал - вот и ходи.

Над Каролиной два олигофрена,

Братишки Райты - слышали, поди?


А что там второгодник непутёвый

В сарайчике упорно мастерит?

Назначено Серёже Королёву

Спроворить в космос первый сателлит.


Всегда в наш тихий омут чудик шумный

Врывался, не давал забыться сном.


***


Летучей мыши где-то кто-то умный

В тиши модифицирует геном.


Китель


Приглянулась Давиду Вирсавия.

Всех пышнее была и белявее.

Согрешил царь Давид,

Соломона родит,

Осуждать молодуху не вправе я.


А еще вот бедняжка Белавиа.

Пострадала от самодержавия.

Не найти в Старом Свете,

Может, и на планете

Истукана подлей и гнусавее.


Сопоставить царей не хотите ли?

Очень разные были правители.

От одних Соломоны,

От других скорпионы

И от крови набрякшие кители


ЛИЧНОЕ


Не твоё


Пегаса своего как ни пои ты

Из той реки, где розовых коней

Купают настоящие пииты,

Быстрее не поскачет он, ей-ей.


Не путай свой рифмованный вершок

С тем, что кует самозабвенно мэтр.

Почуяв фимиама запашок,

Зажми ноздрю. Не твой raison, блин, d'etre.


Престижные оставив асам ралли,

В любителей вливайся бодрый трафик,

А чтоб меня вы не разуверяли,

Я комментарии тут отключаю на фиг.


Дембель в маю


Дембель в маю -

...(солдатск.)


Cтою, как все, навытяжку в строю

Затем, чтоб гаркнуть, по Декарту: "Я!".

Мол, ergo sum, созрела мысль моя.

Она проста - о дембеле в маю.


И вот опять зовут на перекличку.

Прошло полвека, только и всего,

Но нет в строю того вон и того.

Нахмурясь, командир поставит птичку.


Кого еще бодрит весенний дембель

И тем из нас, кто убыл насовсем -

Вторая строчка помогала всем

Перенести достойно этот гембель.


Она содержит мудрость праотцов.

В ней опыт пары сотен поколений.

Обезоружишь ею подлецов,

Очистишься от всякой дребедени.


Но, если процитирую, меня

Опять положит Цукерберг в больничку.

Что ж, вот и май. Хорошего всем дня.

Кто недопонял, обращайтесь в личку.


Май, 2021 г.


Картинки из Дании


В столице Дании, прикинувшись русалом,

Просил любви на языке простом.

В итоге был отмечен по сусалам

Хвостом.


***


Есть в Копенгагене французский пищеблок.

Сплошной "Мишлен" и прейскурант пиратский.

Я вышел и купил себе хот-дог.

Хот-дог был датский.


***


"Сокрыт в узоре некий смысл другой?

Какая-то должна тут быть зацепка".

Я молча люк потрогаю ногой.

Задраен крепко.


В самолёте


Пока ко сну готовится планета,

Кто объяснит, за что мне этот вечер?

В ответ негромкий с хрипотцой раскат:

- Сегодня не грешил ты, человече,

А в мыслях не считается. И это

Откат.


Копенгаген - Дюссельдорф, август 2021 г.


Версия


Жену попросит оглянуться Лот,

Затем промолвит тихо: Thanks a lot -

И сделает, как говорится, ноги

Подальше от греха. Небесный свод


Останется где был. Да и забот

Полно других.

Трудолюбивый крот

Окучивает столбик у дороги.


Дед


Лишь посвященным ведом

Решительный ответ

Всем бедам и победам:

Я дед. Я дед. Я дед.


И ведь пока не спятил,

Не скрючило хребет.

Но чу! Я слышу - дятел:

- Ты дед. Ты дед. Ты дед.


Тропинка в лесопарке

К опушке привела.

Здесь любят перестарки

Проветривать тела.


- Привет, лесная тяпка!

Я трижды дед, ага.

Как сам-то? Стало зябко?

Собрался на юга?


- Диоптрий не хватает?

Я дятел, а не стриж.

Наш брат не улетает,

И ты не улетишь.


Мы не боимся зноя,

Плевать нам на мороз.

С природой заодно я,

Покуда крепок нос.


Нас птицеловы паки

Тиранили, пока

Не вымерли, собаки.

А дятлы на века.


Очередной весною

Продолжится наш род,

Поэтому не ною

В преддверье непогод.


Иди домой и празднуй

От сердца, без затей.

Купи закуски разной

И водочки попей.


Прав дятел без сомнения.

Куда я улечу?

Пожухло оперение.

Крыло не по плечу.


Есть зверь, но есть и Егерь.

Не стану ныть и я.

Должно быть, прав Хайдеггер,

И нет небытия.


Не будь ворчливым дедом.

Гони подальше грусть.

Приходят внуки следом.

Обгонят (ну и пусть)


Осенним днём недлинным -

Да будет он согрет,

Когда сойдётся клином

Под вечер белый свет.


Один


Дверь хлопнула, машина заурчала.

И тишина. Один, cовсем один.

Вот двор. Вот кол. Вот на колу мочало.

Был паладин. А стал простолюдин.


Компьютер дряхлый косится на юзера:

Опять, болезный, станет рифмовать.

"Мир не видал ещё такого лузера" -

Вердикт суров, и мне с ним куковать.


Из зеркала небритый кто-то пялится.

Готовы к штурму мухи, пыль и грязь.

Где вы теперь, кто вам целует пальцы.

Пожалуй, эта строчка удалась.


Cны Дракона


Неважно колобком или генсеком

Ты вроде растворишься в Никогда.

Наплюй и пой. Парсеков череда -

И вновь скребут тобою по сусекам.


***


Расхвастался один мой френд, что он

Имеет невъемённый турбийон.

Такого турбийона свет не видывал.

Но оказалось часики, пустяк.

А я-то и повёлся, как дурак.

Я думал, он про секс.

Я зря завидовал.


***


В "Максиме", нувориш и парвеню,

Лениво изучаю я меню.

Аперитив несёт Наоми ню...

Да ладно вам, ребята. Я гоню.


***


Что такое лето?

Пот и комары.

Что такое осень?

Щедрые дары -

Золотого леса,

Прочей лепоты.

Подожди немного,

Отдохнёшь и ты.


П+И=


Итак, она звалась Полина.

Любовь красавца-исполина

Была по жизни ей мила,


Но с ним строга она была,

И без надежды на взаимность

Влачил он тяжкую повинность -


Быть другом, жить в ее тени,

Но слышать каждый раз: "Ни-ни.

Вы очень дороги мне, Жан.


Прекрасный вышел бы роман.

Но я французу отдана

И буду век ему верна".


ПРЕЖНЕЕ


Вечер


Зарумянилось солнце и село.

Вечер сонный. Постылый уют.

Не отправить ли грешное тело

К добрым людям - туда, где нальют.


Эти люди слыхали о Гёте,

О Есенине вряд ли, увы.

Liebe Frau, вы телу нальете

Для очистки седой головы?


Для санации старого сердца,

Облегчения бедной души.

Заведу я любимое скерцо.

Не уйти. Не уехать. Пиши.


Курортный роман


Не споря ни о чем таком, а лишь лениво размышляя,

мы пляжились под Судаком, ты загорая, я башляя.


Медуз нагнало бризом там, они клубились, обжигая.

Стал кельнер чем-то близок нам. Заказывала ты нагая.


Он нам шезлонгов натаскал. Мой Бенджамин косоворотый

Купил сервильности оскал. Продлись же, миг! Но час двухсотый


Маниакально завершал свой ход и был ультимативен.

Потом сорвался ветер, шквал. Потом напал забойный ливень.


Нам был ниспослан Тадж-Махал дурацкого пансионата.

Мы не нашли там опахал, зато имелись два халата.


Когда врата в Эдем для нас зеленым ключиком открылись

И страж промолвил: "В добрый час" - мы горьких слез не устыдились.


РЫБКООПБЛУДБРЕД


Будильник тикает недалеко шести

В рассеянных молоках ословского мая.

О, корасончик! Как мне жаль тебя трясти:

Спала так мало, и такая - молодая...

(Умами. Норвежский пловучий рыбкомбинат)


За что, скажи, благодарить судьбу?

В мир с ложным представлением о блуде

Заброшен я, где коитус табу,

И прячутся для коитуса люди.


Но вот я грежу: c чистого листа

Прописан нам иной миропорядок,

Где копуляция открыта и чиста,

Зато процесс еды запретно-сладок.


Мы, наконец, одни. При всех - запрет.

Давно урчат желудочные своды,

Предчувствуя изысканный обед,

Напряжены в томленье пищеводы.


Как розовато нёбо едока,

Уже трепещет каждый в нем сосочек...

Свершилось! Во владенья языка

Неспешно входит сладостный кусочек.


О круасончик мой! Сколь ты стыдливо наг!

Лангуста плоть осклизла и ворсиста.

Какой же я когда-то был дурак,

Перебиваясь "Завтраком туриста".


***


Икнет будильник и давай орать.

Мне снова молотить тебя подушкой:

Опять ведь опоздаешь, перемать.

У нас на завтрак будет чай с ватрушкой.


Утренний переезд


С утра разбужен сборами

Наш караван-сарай.

Сосед перебирается

В крупнопанельный рай.


Квартиру на Черемушках

Им выделил завком.

За помощь, как положено,

Благодарит пивком.


Но будит новость страшная

Дошкольника-жильца.

Несется вниз с рыданьями,

И не согнать с крыльца.


Он потрясен увиденным,

Несчастный карапуз.

Во двор выносит девочка

Свой драгоценный груз:


Шкатулку музыкальную,

Лопатку и совок,

Топтыжку косолапого

И с куклой кузовок.


Смотри, как убивается,

Ей люди говорят.

Глядит в другую строну,

Но светел ее взгляд.


Ну, мужики, по стопочке.

Давайте, в добрый час!

Шофер поправит кепочку

Да и нажмет на газ.


Останется песочница,

В песочнице песок.

Но больше не останется

Звоночек-голосок.


Одна лишь боль-страдание,

Что не унять вовек.

Кричит смертельно раненный

Любовью человек.


Смеются дворник пьяненький

И сын его, босяк,

Как бьется он в отчаянье

Всем тельцем о косяк.


Ах, годы окаянные!

Он их переживет,

Пройдет все океаны и

Все горы перейдет,


Торнадо остановит он

И укротит пургу,

Преодолеет прерию,

Cаванну и тайгу,


Болота непролазные,

Зыбучие пески.

Но девочку не сыщет он

До гробовой доски.


Трое


Лужи дурно пахли. Отразили

Тощий скот и неба синеву.

И замёрзли. Покидали силы.

Кто-то пожалел. Легли в хлеву.


Не могли заснуть. Хвалила мужа.

Молодец, что раздобыл холстин.

Началось. Иосиф плакал. Тужилась.

Блеял агнец. Рассветало. Сын.


Гости заявились. Три баула

Еле затащили. Негде сесть.

Мать какой-то сверток развернула -

Вот спасибо, принесли поесть.


За плетнём налево, дальше прямо.

Бальтазар один на мерзлой грядке.

Лоб наморщил. Нейрокаблограмма.

Миссия свершилась. Все в порядке.


***


И к Аврааму с Сарой...? - Да, они же.

Куда идут сейчас? - Тебе не надо знать.

Отец наш в небесах? - Отец намного ближе.

Он не забыл о нас? - Напомнят Сын и Мать.

Пребудет ли душа? - Не может быть двух мнений.

А кто не верит? - Это ничего.


Неясный гул, мелькнули чьи-то тени,

И гул пропал, как не было его.


Мы были вместе


Мы были вместе век тому назад.

И, кажется, был дом. И даже сад.

И я не помню, кто, должно быть, ты


Услышала: скулит. Мы увидали

На клумбе, где фиалки увядали,

Сучонка, орошавшего цветы.


Он вырос, стал клыкаст и рыком сипл.

C опаской на него окрестный пипл

Поглядывал. Мог разорвать шутя.


Но, если честно, всякую обиду

Легко прощал и был свиреп лишь с виду,

Характером же малое дитя.


Ты помнишь ли, как иноходью гордой

Он прибегал и в пятки мокрой мордой

Нам утыкался, простынь теребя?


Давно забыли оба. И прекрасно.

Но этой ночью я увидел ясно

Во сне и дом, и клумбу, и тебя.


Мы ссорились, бывало, но собака,

Подкрадываясь, лаяла. Атака

На нас его отчаянной была.


Стуча когтями, он молил о мире.

Сердца сжимались, и полёт валькирий

Воркующим сменялся бла-бла-бла.


Давно твои, барбос, истлели кости.

Разъехались хозяева и гости.

Погасла - да горела ли? - свеча.


Не вечно нам скрипеть, пора на вынос.

Но ты во снах за юбку и штаны нас

Растаскиваешь, жалобно рыча.


Выпь


Волшебный сон. Все замерло окрест.

Обозревая сказочные дали,

Сказала путешественница: "Здесь

Красивый вид. Но мы б здесь жить не стали".


Сидевший за баранкой мужичок

Кивнул и бодро крякнул. То и дело

Кивал и крякал он, а сам молчок,

C женой согласен будучи всецело.


А я был сзади, с тем чтобы бубнить,

О том, о сем. Сраженный красотою,

Я все ж примолк, да и прервалаcь нить

Рассказа этой репликой пустою.


Тут выпь как заорет. Слова важны,

Но смысл важней. Ответа хулиганского -

"Да на хер вы кому-то здесь нужны" -

Я им не перевел с рето-романского.


Сказал лишь, мол, не пожелали вы б

Расстаться с вашей местностью другою,

На что в ответ обиженная выпь

Кричит, что к вам по жизни ни ногою.


И тут же пожалел, что невзначай

Я подопечной паре это брякнул.

Холодный взгляд за это получай,

А муж-молчун согласно взгляду крякнул.


Шутить с клиентом вздумал? Что ж, шути.

Но и тогда заранее готовься

К тому, что чаевых в конце пути

Своих от них ты не дождешься вовсе.


C тех пор веду туристов толчею

Я по Европам, в них души не чая.

И к ним не лезу со своим ЧЮ,

Исправно чаевые получая.


Но этот злополучный эпизод

Запомнился мне явственно, до боли.

Застрял в башке и из неё нейдёт,

И весь какой-то знаковый он, что ли.


Всю жизнь я думал и извелся весь,

Заметно одряхлев от этой думы.

Вот мир. Вот мы. Ну, и кому мы здесь

Нужны?

Кому мы здесь?

Кому мы?