# Адаптация по месту

Александр Сергеевич Черевков

Адаптация по месту.

Когда мы возвращались на свою поляну, то по спидометру в машине определил, что между посёлком и местом нашей стоянки ровно двадцать километров. Палатки штаба управления с офицерами, временно, разместились рядом с нашей палаткой и с армейской полевой кухней на одной поляне. На другой огромной поляне за лесополосой палатки водителей и рядом машины.

Первую неделю нашему штабу управления батальона не могли найти и места в посёлке Бреды. Дело в том, что штаб управления по уборке в Челябинской области находился в Карталах. Это очень далеко от нашей стоянки в степи. Никакой телефонной связи. У меня тоже проблема. Нет места где разместить свою работу по наглядной агитации. Помогал у кухни шеф-повару.

Водители и машины нашего батальона с первого дня уехали в поля убирать урожай зерновых. Мы возили армейскую полевую кухню три раза в день к месту работы комбайна и наших машин. Измученные за день водители часто оставались на ночлег в своих машинах прямо в поле на месте работы, чтобы больше поспать до начала работы на рассвете следующего дня.

- Завтра с утра наш батальон переводят на уборку зерновых в другой совхоз. - сообщил вечером на общем построении капитан Уваров. - В субботу вечером можете съездить на танцы в поселковый Дом культуры. Не забывайте, что вы солдаты. На танцах ведите себя прилично.

- Водители машин половина по жребию едут на танцы. - добавил старший лейтенант Семён Шувалов. - На следующие танцы без жребия едут оставшиеся водители. Взвод службы управления может ехать на танцы в полном составе. Все должны вернуться в шесть часов утра.

При таком радостном сообщении нам было не до сна. Сегодня к обеду до окончания уборки урожая в первой стоянке в поле. Мы знали где у нас будет следующая стоянка в поле. Собрали весь свой инвентарь за полчаса и в течении часа разместили батальон на новом месте. Всё было расставлено в том же порядке, как на первой стоянке. Офицеров разместили в совхозе.

В течении всего дня в субботу мы готовились к танцам. Выглаживали парадное обмундирование. До блеска драили и начищали запасную новую армейскую обувь. Мылись и брились в полевой душевой. Взвод службы управления вообще ухитрился договориться с местными мужиками за поллитровку водки снять на день русскую баньку с парилкой. Где мы смывали грехи.

- Едем на танцы в таком порядке. - сообщил на вечернем построении старший лейтенант Семён Шувалов. - Первыми едет взвод службы управления. Водитель службы управления возвращается обратно. На равных со всеми отправляется на танцы. В шесть часов утра в воскресенье всем на общее построение. До понедельника состав батальона должен быть готов к работе.

Мы так и поступили, как нам сказал Семён Шувалов. За час до начала танцев взвод службы управления был недалеко от Дом культуры.

Наш водитель вернулся обратно в батальон, чтобы на танцы вернуться наравне со всеми водителями батальона. Мы оставались в невдалеке от Дом культуры, чтобы наравне со всеми солдатами нашего батальона зайти в зал на танцы.

Постепенно к Дому культу стали подходить молодёжь. Подавляющее большинство девушки. Немного гражданских парней. На военном автобусе приехали солдаты-ракетчики. Видимо, когда в зале стало много людей, то заиграла музыка.

Начались танцы. Наших солдат не было. Видимо наша армейская машина предназначенная для перевозки солдат в дороге заглохла.

- Пока наши приедут, здесь уже танцы закончатся. - с беспокойством, сказал Лёва Амборян.

- Почему мы должны ждать остальных? - с удивлением, спросил нас сержант Иван Захаров.

- Действительно! Мы приехали на танцы, а не в зал ожидания. - добавил Сергей Пешков.

- В таком случае, при общем согласии, мы заходим на танцы. - подчеркнул, общее решение.

Мы тут же вышли из нашего укрытия и направились к Дому культуры, в котором идут танцы. Всюду в Советском Союзе принято так, что на танцы солдат пускают бесплатно. Точно так же здесь. Мы прошли в зал для танцев без всяких проблем. Единственное, что выделяло нас от всех, так это наша армейская экзотическая форма, которую в этих краях никогда не видели.

К нашему удивлению зал для танцев действительно оказался обычным залом в фойе кинотеатра или Дома культуры с возможным местным театром художественной самодеятельности. Здесь даже стульев не было.

То есть танцы до упаду. Кто не в силах танцевать, тот уходит домой. Тут нет эстрады и музыкантов нет. Музыка льётся откуда-то с динамиков у потолка.

- Вас можно пригласить на танец? - сразу облепили нашу пятёрку разного вида девчата из зала.

- Сейчас вроде не белый танец для девчат? - с удивлением, тут же прикололся Лёва Амборян.

- У нас в зале всегда белый танец. - смеясь, ответила толстушка за всех и увела Лёву на танец.

Мне тоже не пришлось скучать в сторонке, так же как моим сослуживцам. На каждый танец мы шли нарасхват среди девчат. Чуть не дошло до драки. Пришлось в шутку и в серьёз объяс-нять девчатам, что нас хватит на всех. Сейчас сюда приедет полная машина наших двойников.

Девушки успокоились. Но местные парни, особенно солдаты, стали не удел на этих танцах.

- Это моя девушка. Ты что к ней прилип? - со злобой, сказал мне, местный солдат-ракетчик.

- Он врёт! Никому не продавалась. Ты будешь первый у меня. - встала девчонка за меня.

- Пожалуйста не позорь меня. Сам могу постоять за себя. - сказал, своей защитнице.

Мои однополчане со стороны увидели, что назревает стычка, они тут же пришли ко мне на помощь. К солдату-ракетчику пришли на помощь его однополчане. Мы сгруппировались спинами друг к другу, чтобы сразу отбить нападение. Со стороны местных солдат большой перевес. Мы не хотели уступать. Нам не было страшно. Просто на Кавказе не принято драться в гостях.

Как раз в то время, когда местные солдаты пошли стеной на нас в зал вошли наши однополчане. При виде скопления солдат-ракетчиков вокруг нас, кто-то из наших врезал по физиономии местному солдату. Началась массовая драка в несколько десятков человек. Причём местные гражданские парни и девчата были на нашей стороне. Хотя мы здесь в драке справились сами.

Кто-то вызвал на помощь местную милицию. Но милиция не имеет право вмешиваться в любую проблему среди военных подразделений. Милиционерам пришлось усмирять местных жителей. Стражи порядка просто вылавливали из толпы дерущихся местных парней и девушек. Выводили их на улицу. Особо буйных отвозили на машине в отделение милиции на разбор.

Закончилось тем, что кто-то вызвал командира ракетной воинской части. Солдат-ракетчиков посадили в их автобус и отвезли обратно в воинскую часть. На это танцы закончились. Мы вышли из зала Дома культуры, чтобы уехать к себе на место стоянки. Однако рядом с Домом культуры нашей машины не оказалось. Мы ни стали ждать машину. Решили идти пешком.

Пошли ориентировочно напрямую строем с песнями, чтобы сократить свой путь. Лишь к утру поняли, что вышли к первой стоянке. Хорошо, что было воскресенье. К обеду мы вышли на новое место. Там разобрались почему не было нашей машины у Дома культуры. Оказывается, водитель нашей машины решил привести нам помощь. Вот только машина по дороге заглохла.

Командиры обоих воинских подразделений, солдаты которых участвовали в драке, в присутствии местной поселковой власти, на месте побоища солдат, разбирались с проблемой. Так как после массовой драки никто серьёзно не пострадал, то решили не возбуждать уголовное дело. Оба воинских подразделения взяли на себя восстановить порядок в зале после былой драки.

Таким образом определили место пребывания моей наглядной агитации. Мне поручили наравне с двумя солдатами с каждого военного подразделения, а также с двумя гражданскими привести в порядок пострадавший от драки зал. Затем приступить непосредственно к своей работе по наглядной агитации, в которой нуждались ракетная воинская часть и партком посёлка.

В моём распоряжении оказались три помещения в Доме культуры. Место склада инвентаря по наглядной агитации. Большой кабинет к работе по наглядной агитации. Комната для проживания. Меня закрепили на довольствие в столовой местного общепита. Всё стало точно так, как было во время уборочной страды на полях Ставрополья. Даже закрепили машину за мной.

С этого времени начались кошмарные дни моей службы в армии на уборке урожая в Челябинской области. Каждый день с утра до вечера работа по наглядной агитации на уборку урожая нашего военного авто батальона. Плакаты, лозунги и транспаранты на полях уборочной страды. Вся работа совершенно бесплатно в угоду построения коммунизма в нашей стране.

По вечерам и по выходным подработка за деньги у местных предприятий. Стенды, планшеты и плакаты по наглядной агитации. Плакаты в кинотеатры, реклама в магазинах и на местном рынке. Единственное время отдыха, это суббота, когда в Доме культуры танцы. Моя комната отдыха в противоположной стороне, где музыку неслышно. Сплю спокойно до самого утра. Каждый день до меня и к моим друзьям на полях приходят родители местных девчат, а то и сами девчонки, с одной просьбой, это решить проблему с деградацией местного населения. Взрослых девушек много, а взрослых парней нет. Мало молодых семей. Плохая рождаемость у местного населения. Родители и девушки согласны на всё, чтобы тут повысить рождаемость. - Девчонки! Как только в армии отслужу, так сразу займусь повышением рождаемости среди местного населения. - каждый раз говорю девушкам, когда они приходят до меня вечером переспать. - Сейчас у меня работа по наглядной агитации. С проблемой рождаемости вам на поля. Там много желающих оплодотворять девчат из местного на селения в угоду себе и вам.