# Отдых в дороге

Александр Сергеевич Черевков

Отдых в дороге.

Эскадрон гусар ждал нас за городом на обочине дороги. Когда мы проехали вперёд, то эскадрон гусар и обоз, выстроились за нами, колонна двинулась в путь. Своим шумом, тревожа окрестные места.

В это время солнце слегка позолотило крыши домов и верхушки больших деревьев. Вчера мы договорились со штабс-капитаном Игнатом Ермиловым, что гусары и мы, заночуем в Харькове. Утром мы встретимся.

- Доброе утро, Мария Афанасьевна! Доброе утро, Фёдор! - поздоровался с нами, подъехавший на лошади, штабс-капитан Игнат Ермилов. - Федя, извини, что потревожил вашу идиллию, но, может быть, ты вспомнишь годы службы и прокатишься со мной на вороном жеребце. Мария Афанасьевна! С вашего позволения!

Игнат Ермилов и Фёдор Лебедев вопросительно посмотрели в мою сторону. Одобрительно кивнула головой и крепко пожала Фёдору руку, словно командир и от меня зависела верховая езда гусар. Фёдор лихо закрутил усы и прямо на ходу коляски вскочил на чёрного жеребца, которого подвёл Игнат Ермилов. Фёдор Лебедев натянул уздечку и поставил жеребца свечей.

Затем прогарцевал рядом с нашей коляской. По-гусарски отдал мне честь, приложив пальцы к шляпе, тут же скрылся утреннем тумане. Сразу заволновалась за него. Как бы там с ними что-то не случилось в тумане. Чего доброго, шею себе свернёт перед свадьбой. Зачем им дала своё согласие? Лучше бы Фёдор был рядом со мной в коляске. Так спокойнее мне на душе и сердцу моему.

С тревогой долго вглядывалась в густой туман. Туда, где исчезли Игнат Ермилов и Фёдор Лебедев. Когда туман рассеялся, то была удивлена своему беспокойству. Прямо рядом с нашей коляской ехали верхом на лошадях Фёдор Лебедев и Игнат Ермилов. Они о чём-то беседовали. Но из-за общего шума движения колоны ничего не могла разобрать.

Да мне и не нужен был разговор двоих мужчин, которые давно не виделись, им было, что вспомнить за годы совместной службы у нас на Кавказе. Чтобы не смущать их своим взглядом, отодвинулась от окошка коляски и села в глубину дорожной кибитки. Облокотившись в мягкий угол, задремала. Ехать до Харькова очень далеко. Можно было хорошо выспаться в дороге.

По этой дороге мне приходилось ездить и раньше, когда мы с церковным хором ездили с концертами в церкви и женские монастыри в разные города России. Но каждый раз, переезжая из города в город, мы спали в дороге. Фактически ничего не видели. Зато сейчас, хорошо выспавшись, наслаждалась русской природой, которая тут значительно отличалась от природы Чечни и Дагестана. Здесь были чаще леса, поля и холмы.

Между городами Тула, Орёл и Харьков, дорога проходила через небольшую возвышенность, поросшую хвойными и лиственными лесами. Ближе к Харькову стали преобладать в основном лиственные породы. Луга и поля стали встречаться все чаще. Трава всюду такая большая, что в ней можно просто заблудиться. Аромат полевых и лесных цветов приятно кружил мне голову. Была словно во хмелю от аромата.

- Мадемуазель! Пожалуйста! Примите дар русской матушки-природы. - сказал мне, Фёдор Лебедев и просунул в окно кибитки огромный букет полевых цветов. - Будьте вы всегда прекрасны, как эти цветы полевые.

- Спасибо, сэр! - кокетливо ответила, принимая букет цветов. - Обязательно буду прекрасной.

Фёдор Лебедев опять куда-то исчез. Стала плести из цветов себе венок в виде шляпки, с закрытым верхом и полями вокруг. Верх сплела исключительно из ромашек и подорожников. Поля из крупного мака и других цветов, которые мне были неизвестны, так как они не растут у нас на Кавказе. Когда венок был готов, сняла с себя шляпку. Надела на голову венок из полевых цветов, который подошел по моему размеру.

- Ну, как? - спросила, у Фёдора и Игната Ермилова, высунувшись в окошко коляски. - Мне этот венок идёт?

- Ах! Ах! - вскрикнули разом, Фёдор и Игнат, схватившись за область сердца, попадали в сёдлах.

У них это так классно и артистически получилось, что машинально захлопала в ладоши. Кавалеры поднялись обратно в седло и стали раскланиваться в разные стороны на мои аплодисменты. После чего подмигнули друг другу и обратно куда-то скрылись на лошадях в гуще леса, через который была наша дорога.

Прошло много времени, около часа, но моих кавалеров нигде не было, уже стала волноваться, что, может быть, с ними что-то произошло. Все это из-за моей затеи с венком из цветов. Зачем мне это надо?

- Вот и мы! - услышала, сзади себя, голоса Фёдора и Игната. - Примите от нас. За аплодисменты.

От неожиданности вздрогнула и повернулась в сторону голосов. Коляска была завалена веточками разных цветущих деревьев и кустов. Это было так прекрасно, что даже сразу не сообразила, как отреагировать на этот жест кавалеров. Просто часто кивала головой, словно гусыня и ничего им не могла сказать.

- Мальчики, большое, спасибо! - наконец-то, улыбаясь, сказала. - Вам благодарна за внимание.

- Ты, смотри, какая неблагодарность! - всплеснув руками, воскликнул Ермилов. - Мы, целый час...

- По всему лесу, - добавил Фёдор, - себя и кусты обдирали. Так она нас без поцелуя оставила...

- Хорошо! - остановила, стоны кавалеров. - Но, только в щёчку. Вам от девушки этого хватит.

Вначале Фёдор Лебедев, следом Игнат Ермилов, соскочили на ступеньки коляски для поцелуя.

- Какое счастье! - громко закричали кавалеры и ускакали вперёд колясок. - Она нас поцеловала! Так мы дурачились всю вторую половину дня, пока в дали не появились окраины города. За все время пути, от Орла до Харькова, мы дважды останавливались на короткое время, чтобы покормить лошадей и оправиться. Обедали на ходу тем, что припасли с собой в гостинице. По отработанному сценарию, эскадрон гусар с обозом и мы, договорились о нашей встрече на следующий день в пять часов утра за городом. Эскадрон гусар с обозом остались на окраине Харькова. Мы отправились в центр города в гостиницу, которая была возле парка с сиренью.