# Травма на производстве

Александр Сергеевич Черевков

Травма на производстве.

Работа в инструментальном цехе на расточном станке меня устраивала. Можно было хорошо заработать, а также поразмышлять о своей литературной работе, которую постоянно откладывал из-за того, что не было времени. После того, как перестал работать в цирке, мне было не до литературной работы и не до поэзии. В цирке сюжеты к рассказам и к поэзии были рядом.

На военном заводе в цехе нельзя было говорить ни о чём вовремя работе с посторонними. Ни то чтобы придумывать сюжеты к моим будущим стихами и рассказам. Надо было искать сюжеты к своим произведениям на стороне или в своей собственной семейной жизни...

- Александр! Ты что-то стал пассивным в работе? - прервал мои размышления начальник цеха.

- Владимир Ильич! По своей натуре активный человек. - серьёзно отреагировал на вопрос начальника цеха. - Но мою активность зажимают на виду у всех. Надо мной висит мостовой кран, а не могу его использовать в рабочих целях. Жду часами, когда освободиться станок у моего напарника, который выполняет такую же работу на военный заказ...

- С этим надо смириться. - осторожно, сказал Эйрих. - Твой напарник взял обязательство выполнить пятилетку за три года. Мостовой кран ему нужней. Ты у него всего лишь помощник в работе. Надо всячески помогать напарнику, чтобы он выполнил свои обязательства...

- Это несправедливо! - возмущённо, возразил. - Мы делаем совместно одну и туже работу. Напарнику хвала и почёт, а мне разгон и разборки за медленную работу. Хотя ОТК принимает на отлично нашу совместную работу. Нас обоих надо выдвигать в передовики на выполнение пятилетки в три года. По-другому это выглядит, мягко говоря, некрасиво...

- С таким предложением ты опоздал. - уныло, сказал Владимир Ильич. - Кандидатуру твоего напарника в передовики утвердили в министерстве оборонного машиностроения. Тебе придётся подождать пять лет. До следующей пятилетки. Насчёт мостового крана мы что-нибудь придумаем. Может быть переставим твой станок в другой конец цеха под другой кран...

- Извините! Но! Это не разумно. - не согласился. - На перестановку станка уйдёт много времени. Чем буду этим временем заниматься? К тому же между нашими станками придётся устанавливать дополнительный контрольный стенд на стыковку наших много тонных деталей. При такой работе мы государственный заказ невыполним и за две пятилетки. Подумайте хорошо.

- Пожалуй ты прав. - согласился Эйрих с моими выводами. - Твои претензии по условиям работы вынесу на ближайшее собрание профкома. Пускай они подумают над создавшейся проблемой. Может быть даже подключат к этой проблеме конструкторское бюро, это их работа.

Начальник цеха ушёл. Мне в этот день пришлось ждать мостовой кран почти до конца смены. Успел только развернуть многотонную деталь к центровке по уровню в отношении фрезы и стола расточного станка. Вызывал к своему стенку специалистов по настройке станка с программным управлением. Настраивали программу к работе. На этом мой рабочий день закончился.

Домой уходил в предчувствие беды с предстоящей разборкой моей личности на партийном и профсоюзном собрании за срыв госзаказа. Могут ни просто выговор влепить, а привлечь к более строгому наказанию. Ведь по моей вине срывается обязательство напарника выполнить пятилетний план за три года. За такое по головке не погладят. Могут с завода выгнать.

На следующий день всё повторилось. Над расточным станком с программным управлением Власова Сергея стоял мостовой кран, готовый в любой момент выполнить требования передовика производства.

Напарник не отходил от станка ни на минуту. Хотя станок работал в программном режиме и присутствие станочника не требовалось до конца данной операции. В это время у меня станок вообще не работал. Надо было проточить проушины на крепления вакуумного мешка, переходника на стыковке между космическими кораблями.

Затем надо было развернуть тяжёлую деталь и сделать работу в зеркальном отражении с точностью до микрон. Точно такая работа у напарника. Если сегодня не сделаю, то сорву государственный заказ. Необходимо сегодня хотя бы повернуть готовую деталь в противоположную сторону и закрепить по уровню. Деталь больше тонны веса. Стоит деталь на металлических подставках, которые отполированы в микронах до зеркального отражения, чтобы во время скольжения не поцарапать деталь, которая также отполированная в миронах как подставки на станке. Если осторожно повернуть деталь руками и закрепить, то сегодня можно будет продолжить работу.

Посмотрел в зеркала обратного отражения детали на станке. От детали до бабки станка с вертикальной фрезой расстояние больше метра. Угол разворота детали пройдёт, примерно, сантиметров тридцать от бабки станка.

Если что, то можно слегка потянуть на себя деталь, а после выставить по уровню и закрепить. Дальше смекалки пойдёт работа, за которую меня ругать не будут, что повернул деталь без помощи мостового крана. Победителей не судят.

Хорошо, что у меня мускулатуры хватит развернут на металлических подкладка тяжёлую деталь. Надо только слегка сдвинуть деталь с места. Дальше всё пойдёт, как по маслу. Благодаря зеркалам обратного обзора можно будет контролировать движение детали по кругу с доступным расстоянием от вертикальной бабки станка.

Думаю, что всё обойдётся без аварии, как на другом станке. Где такую деталь таким же образом разворачивает мостовой подъёмный кран.

Готовая деталь легко скользила на полированный прокладка. Без особого труда развернул деталь в обратную сторону. Осталось только от центровать деталь по уровню в отношении стола и бабки станка. Потянул деталь немного на себя и в этот момент произошло ужасное. Подкладки скользнули в крепёжные прорези стола и тяжёлая деталь двинулись в мою сторону.

Надо было спасать деталь и себя. Рядом нет никого, чтобы кого-то позвать на помощь. Думать и звать на помощь не было времени. Упёрся в деталь животом. Деталь качнулась, углом наклона прижала мою левую руку к столу станка и надёжно села обратно.

В последний момент отдёрнул руку от станка и в то же мгновение почувствовал острую боль на пальцах левой руки. Отдёрнул перчатку с руки и едва не потерял сознание от увиденной травмы на моей руке.

Все пальцы левой руки раздавлены до крови. Фаланга указательного пальца отрезана и безнадёжно висит на окровавленном кличке моей кожи. Кровь фонтаном брызгает в разные стороны. Размышлять нечего. Надо спасать левую руку и в первую очередь указательный палец.

Мне только этого не хватало, чтобы в таком зрелом возрасте, в расцвете сил, стал инвалидом на одну руку. Надо было быстрее пришить или приклеить оторванную фаланга пальца.

Хорошо, что медпункт находился совсем близко, в конце нашего цеха. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы преодолеть это небольшое расстояние между моим расточным станком и медпунктом, куда буквально влетел, брызгая своей кровью в разные стороны. При виде меня окровавленного с ног до головы медсестра едва не потеряла сознание. Если бы она упала в обморок, то пришлось бы спасать не мой палец, а приводить медсестру в сознание.

- Давайте фалангу пальца обрежем. - придя в себя, предложила медсестра. - Всё равно не приживёт. После обработаем ладонь левой руки. С правой рукой у вас всё в полном порядке.

- Ещё чего захотела! Обрезать палец! - гордо, возразил, приставляя фалангу обратно к пальцу. - Мой палец приживёт на мне. Завязывай быстрее, пока кровь не застыла на пальце.

- Вам виднее. Ваш палец. Вам отвечать за него. - пожимая плечами, согласилась медсестра.

Девушка быстро обработала мой повреждённый палец перекисью водорода. Наложила на всю длину пальца две пластинки. Обернула палец бинтом с сухим гипсом. Смочила гипс каким-то раствором. Гипс застыл через несколько секунд. После чего медсестра принялась оказы-вать помощь всей ладони моей левой руки.

Другие пальцы пострадали меньше, чем указательный палец. Медсестра просто обработала помятые пальцы каким-то раствором и забинтовала.

- Думаю, что на выздоровления вам понадобится месяца три. - сказала медсестра, заканчивая оказывать мне первую медицинскую помощь. - Забудьте про нагрузки на свою левую руку. Сейчас выпишу вам направление в поликлинику на медицинское обследование и на рентген. Вполне возможно, то у вас перелом кисти левой руки или какие-то другие повреждения. Прямо сейчас на рентген. Пока травма свежая, её легче лечить. Позже будет сложнее вести лечение.

Пока медсестра заполняла какие-то медицинские бланки и направление мне в поликлинику, в медпункт открылась дверь. Видимо по моим кровавым следа в цехе, медпункт стал заполняться сочувствующими людьми. В основном это были наши руководители по инструментальному цеху - начальник цеха, парторг, председатель профкома и инженер по технике безопасности. Конечно, их интересовала причина моей травмы. Так как от моей травмы проблема на весь цех.

- Ты как себя чувствуешь? - поинтересовался начальник цеха моим состоянием после перевязки. - Пальцы все целые или оторвал фаланги? Расскажи, что случилось у станка.

- Всё нормально. Жить буду. Станок и деталь не пострадали. - с юмором, ответил, находясь под кайфом от нашатырного спирта. - Оторвал одну фалангу пальца. Голова чуть кружится.

- Это скоро пройдёт. - утешила меня медсестра. - Укол от боли и от шока снимет напряжение.

Видимо мой разум был отключён во время шока? Так как не заметил, когда мне сделали укол. Окончательно пришёл в себя после нашатырного спирта, который повторно появился на ватке у моего носа.

При виде руководителей нашего цеха в полном составе мне стало понятно, что со своей травмой влип в проблемы по самые уши. Теперь будут осуждать мой поступок по всем заводским рангам. Заседание профкома. Собрание парткома. Наказание за срыв работы.

- Рассказывал! Как тебя угораздило оторвать собственный палец? - поинтересовался Эйрих, когда меня под руку привели к нему в кабине. - Наверно опять ты пытался проявить свою инициативу? Мог бы подождать, когда мостовой кран появится над твоим станком.

- Вы меня каждый день упрекаете в том, что якобы вяло работаю. - стал оправдываться за травму на своей руке. - Как могу работать в темпе, когда надо мной постоянно нет мостового крана? Вот решил повернуть деталь, чтобы прорезать фрезой проушины на другой стороне детали. Деталь поворачивалась легко. Оставалось только от центровать по уровню...

- Всё понятно! Сила есть - ума не надо. - воскликнул Степан Трофимов, парторг цеха. - Ты представляешь, что ты наделал со своей травмой. Теперь наш цех могут снять с передовиков завода. Партком, профком и управление завода несут ответственность за твою травму.

- За такую травму и завод может пострадать от тебя. - добавил Валерий Карпин, профорг цеха.

- Нам надо как-то скрыть его травму от общественности. - предложил Эйрих, начальник цеха.

- Кроме нас троих и медсестры о его травме знает Власов Сергей. - стал размышлять парторг о сложившейся ситуации. - Думаю, что передовик производства не дурак. Сам понимает, что может пострадать от травмы своего напарника. С ним поговорю на эту тему. Медсестру тоже беру на себя. Пускай они тоже знают, что несут ответственность за травму на производстве.

- Ну, а что будем делать с пострадавшим? - поинтересовался Эйрих. - Ведь он не может работать. Станок простаивает. Государственный заказ не выполняется. Обязательства сбываются.

- Замену ему мы найдём. - сказал профорг. - Он у нас будет сидеть под арестом в красном уголке. До самого выздоровления. Пускай изучает технику безопасности и работу с расточным станком. Может одной рукой выполнять какую-нибудь общественную работу в красном уголке.

- Через проходную завода и до цеха будешь ходить так, чтобы никто не видел травму. - обратился ко мне Трофимов. - На обед будешь ходить в наше время, чтобы не было контакта с рабочими. Если кто-то спросит почему ты не за станком, то скажешь, что выполняешь секретное государственное задание, которое не имеешь право разглашать. Лучше вообще молчи.

- Мне сейчас надо срочно на рентген. - напомнил, показывая на перевязанную руку. - Вполне возможно, что кисть руки раздроблена. Свежую травму легче лечить. После могу лишиться кисти руки. Такую трагедию не спрячешь в красном уголке. Могут полететь все ваши головы.

- Запугивать нас не надо. Сами знаем за что отвечаем. - сказал парторг. - Мы тебя сейчас отправим из завода на машине сопроводителем груза. Дальше общественным транспортом едешь в поликлинику на рентген. Напарник отметит твою карточку на выходе из цеха и завода. В конце смены вы встретитесь на площадке возле электрички. Напарник отдаст тебе карточку.

Всё так и сделали. Когда выезжал в кабине бортовой машины с территории военного завода сопроводителем груза, то до конца смены было больше трёх часов. Времени достаточно на всё. Районная больница по пути следования машины с военным грузом. В кабине машины два сопроводителя груза. Вышел из машины вблизи поликлиники. Машина поехала дальше.

При входе к регистратуре в поликлинику показал направление от медсестры с военного завода с графой на бланке "обслуживается вне очереди". Дежурная медсестра в регистратуре минуя очередь провела меня на рентген, куда по внутренней связи пригласили травматолога, который внимательно осмотрел кисть моей левой руки на рентгеновском снимке.

- Тебе крупно повезло. - уверенно, сказал мне, травматолог. - Кости кисти руки целые. Просто опухоль, которая пройдёт до утра. С указательным пальцем проблема. Месяца три придётся сидеть на больничном. Первая перевязка через две недели. Пускай хорошо срастётся кость. Уколы, лекарство и перевязка у вашей медсестры. Будет осложнение сразу к нам.

Мы прошли в кабинет травматолога, где он выписал мне больничный лист и рецепт на лекарство. Отдал мне на руки конверт с рентгеновским снимком кисти левой руки. В регистратуре поставили мне штамп поликлиники.

Там же в аптеке купил по рецепту лекарство таблетки и ампулы на уколы. В аптеке мне посоветовали прямо сейчас выпить стакан виноградного сока.

"Откуда в Перми в начале года виноградный сок?" - подумал, выходя из поликлиники.

Мне с детства было хорошо известно, что вовремя травмы после перевязки терские казаки обязательно пьют чёрный густой виноградный сок или вино из такого же винограда. Женщинам перед родами предлагают пить вино Кагор.

Такой напиток снимает боль и напряжение, а также разгоняет кровь по сосудам. Отчего травмированный или роженица быстрее выздоравливают.

Посмотрел на часы. До конца смены чуть меньше двух часов. Сразу от поликлиники прошёл в ближайший гастроном. Купил там бутылку вина Кагор. Коляску копчёной краковской колбасы. Две булочки из ржаной муки.

Прямо из горла бутылки у гастронома выпил перу глотков вина. Закусил краковской колбасой с кусочком булочки. Поехал на автобусе до своего завода.

- Как у тебя с рукой? - спросил напарник, который уже ждал меня с карточкой на полустанке.

- Врачи сказали буду жить. - ответил, забирая у него свой заводскую карточку. - Выпей вина за моё здоровье и за своё благополучие. Врачи только что посоветовали выпить вино. Они говорят, что вино помогает травмированным и роженицам. Ты к ним не относишься. Но после моей травмы у тебя душа болит за выполнение твоих обязательств. Так что стоит выпить вина. Твоя пятилетка от этого не пострадает. Тем более после работы можно всё. Дальше два выходных. В это время на полустанке никого не было. Напарник устал слушать мою длинную речь. Огляделся по сторонам. Убедился, что никого рядом с нами нет. Вырвал у меня из руки бутылку. На одном дыхании выпил пол бутылки вина. Прямо из моих рук откусил колбасу. В это время подошла до города электричка. Напарник вскочил в электричку и уехал к себе домой.