# Жизнь на зоне вольного поселения

Александр Сергеевич Черевков

Жизнь на зоне вольного поселения.

Когда вертолёт наконец-то приземлился где-то в тайге далеко от населения, то у нас уже не было никаких сил на выживание. Мы даже не могли самостоятельно выбираться из вертолёта.

Вооружённые солдаты конвоя вытаскивали из вертолётной клетки зеков, которые находились в бессознательном состоянии. Зеков без чувств, клали на траву в стороне от вертолёта.

Туда же самостоятельно добирались зеки, которые ещё могли сами хоть немного двигаться. Едва только вертолёт освободили от зеков, как солдаты конвоя сразу забрались обратно в вертолёт.

Мы даже не успели ничего сообразить, уставшие после долгой вертолётной тряски, как вертолёт в это время поднялся выше корабельных гигантских сосен и скрылся за могучей стеной деревьев, которые окружали нас плотным хвойным кольцом.

Мы остались лежать в траве рядом с какими-то бараками, из которых не было никаких признаков жизни. Никого близко возле нас от представителей закона или нашей охраны с зоны не было. Нас просто бросили в глуши тайги на выживание. Кроме зверья, вокруг нас никого и ничего из цивилизации.

- Мы крупно влипли! - едва очухавшись, выдавил Музя. - Как чувствовал тогда, что так нас кинут менты.

- Прекрати стонать! - заорал Гнус на Музю. - Свежий воздух в тайге, намного лучше колючей проволоки вокруг зоны. В тайге хоть немного поживём по-человечески. Думаю, что в тайге не подохнем с голоду.

- Самим предстоит определить, что лучше, а что хуже. - сказал зек, по кличке Цыпа, оглядываясь вокруг.

- Пока солнце ни село за деревьями, надо определиться с ночлегом. - предложил Гнус. - Ночи в тайге холодные. Можно простудиться. Лекарств и докторов среди нас нет. Поэтому надо заботиться о своём здоровье сейчас.

- Давайте мы разойдёмся в разные стороны. - предложил зекам. - Затем вернёмся обратно. Так определим, что имеем, на месте нашего вольного поселения. После этого будем решать, как поступать сегодня со своим ночлегом.

- Черепок прав! - согласился Гнус. - Расходимся в разные стороны. В скором времени встречаемся обратно.

- Развод придется отменить. - угрюмо, сказал Цыпа. - Козюля сдох, как собака. Не выдержал перелёта.

Зеки тут же сгруппировались вокруг своего кента по зоне, лежащего возле каких-то ящиков, на которых мы сразу не обратили внимание. Даже без помощи доктора было видно, что зек по кличке Козюля был мёртв.

Видимо скончался ещё во время полёта в вертолёте. Солдаты конвоя, вытаскивая беспомощных зеков с вертолёта, не обратили внимания на состояние зека Козюли. Вертолёту надо было быстро убираться от нашего поселения задолго до ночи в тайге.

- Давайте уберём в сторону труп Козюли. - предложил Гнус, после траурной паузы. - Надо посмотреть, что имеется в ящиках. Может быть, в ящиках есть что-нибудь съедобное или какие-то предметы к нашей жизни.

- Тут в траве лежат разные ящики! - воскликнули зеки, которые отнесли труп Козюли дальше в густую траву. Зеки, не сговариваясь, принялись вскрывать деревянные, фанерные и картонные ящики прямо голыми руками без инструмента, которого у нас не было с собой в тайге.

В ящиках были комплекты одежды, постельных принадлежностей, продукты разных консервов и много напитков в пластиковых бутылках. Не было режущих и колющих предметов, которые видимо, побоялись оставить менты у зеков, вышедших из зоны на вольное поселение.

- Так понял, что упаковки в ящиках и содержимое в них полностью принадлежат нам. - определил Гнус, беря на себя руководство над зеками. - Поэтому мы без базара, поровну распределим между собой передачу от ментов. Каждый пацан получит своё. Даже списки мы составлять не будем

Гнус и Цыпа взяли на себя бремя распределения стандартных упаковок. Зеки выстроились в один ряд и по очереди подходили к Гнусу и Цыпе, которые давали каждому по одному совершенно одинаковому пакету.

Когда закончился один вид пакетов, то Гнус и Цыпа приступили к распределению других видов пакетов. В общей сложности, сколько было разновидностей ящиков, столько было разных видов упаковок, принадлежащих нам на вольном поселении.

- Что будем делать с трупом Козюли? - поинтересовался кто-то, когда мы закончили разбирать упаковки.

- Труп Козюли придется чем-то прикрыть. - ответил Гнус. - Иначе хищники сожрут труп Козюли. Завтра кто-нибудь из ментов сюда прилетит на вертушке и заберёт труп Козюли. Думаю, что нас на совсем не забудут.

Зеки стали рыскать по территории нашего вольного поселения в поисках чего-то подходящего, чем можно будет накрыть труп Козюли от хищников.

Ничего подходящего не нашли, кроме огромной ржавой бочки. Засунули труп Козюли головой в бочку и поставили на ноги. Вокруг ржавой бочки положили много разных ржавых металлических предметов. Сверху бочки положили кусок рельсы.

Теперь до трупа Козюли никто не мог добраться. Да и зачем зверям жрать труп Козюли, когда на вольном поселении столько много свежего мяса виде зеков. Ведь у нас нет никакого оружия, чтобы обороняться от хищников.

Мы лёгкая добыча всякому зверью. В тайге нам надо выжить хоть одну ночь. Может быть, завтра утрам на зону вольного поселения прибудет вооружённая охрана нас от диких зверей.

Избавившись от трупа Козюли, мы всей толпой направились к огромному полусгнившему бараку, который стоял особняком от других полностью сгнивших строений.

От некогда небольшого посёлка остались лишь торчащие из земли огромные бревна, вокруг которых когда-то были сооружены какие-то строения, напоминающие нечто вроде бараков или ферм содержания животных.

На большой территории вольного поселения не было ни одной живой души. Некогда заселённое место давно проросло деревьями и кустарниками, которым на вид несколько десятков лет.

Изнутри полусгнивший барак напоминал огромную камеру с нарами, а точнее барак концентрационного лагеря времён войны с фашистами.

Внутри барака воняло гнилью досок и тканей, которые за давностью времени представляли собой с тлевшие бесформенные куски тканей.

По клочьям звериной шерсти было видно, что до нашего появления на этом вольном поселении побывали хищники, но при виде нас или во время трескотни вертолёта звери сбежали с площадки вольного поселения.

Но если звери давно проживали в этих местах, то они обязательно вернуться к своему жилищу и устроят кровавую резню с безоружными зеками. Нам надо было принимать меры безопасности.

- Видимо здесь в начале тридцатых годов был лагерь политических заключённых. - своими выводами нарушил Цыпа молчание зеков, обалдевших от увиденного в полусгнившем бараке. - В современной прессе такое гнилое место называют Гулаг.

- Интересно, куда делись отсюда политические заключённые? - поинтересовался зек по кличке Тюря. - По размерам территории заброшенного поселения здесь лет шестьдесят-семьдесят назад проживало несколько сотен человек. Может быть, даже больше было узников Гулага.

- Скорее всего политических заключённых сожрали звери. - ухмыляясь, сказал Гнус. - Посмотри на нары и на столбы. Тут всюду звериная шерсть. Нас ждёт та же участь. Если мы сейчас не примем никаких мер безопасности. Поэтому хватит базарить. Давайте быстро очистим барак от грязи. Закроем свободными нарами выход из сгнившего барака.

Зеки, не сговариваясь, последовали примеру Гнуса. Вышли из гнилого барака со своими упаковками и положили их в стороне от барака.

Затем обратно вошли в полусгнивший барак и стали выносить оттуда гнилье от бывшего имущества заключённых.

Все гнилье стали складывать на краю поселения вдали от нашего барака, чтобы не пахло гнильём возле нашего ночлега.

Кроме того, на собственный запах в гнилье могли вернуться звери. Так что запах гнилья в стороне от нашего места ночлега отвлечёт зверей от нас. У зверей не будет повода нападать ночью на зеков.

За пару часов до вечера барак стал относительно чистым по сравнению с тем видом, который застали мы при нашем появлении здесь на вольном поселении.

В середине Гулага мы нашли большой родник под огромной сосной, которая наверно выросла здесь у родника после исчезновения политических заключённых.

При наличии воды мы могли вымыть барак чистой водой. Но у нас не было вёдер носить в барак воду. Поэтому каждый зек намочил более нормальную тряпку, выбранную из гнилья, мокрой тряпкой протёр то место, где собирался спать на нарах. Таким образом, перед заходом солнца огромный барак был готов к ночёвке зеков.

Можно было нам располагаться спать. За весь прошедший день мы устали до такой степени, что не в силах были организовать общий стол на свой первый ужин в зоне вольного поселения.

К тому же каждый из нас за время уборки барака перехватил немного из тех продуктов, которые оставили нам менты до нашего прилёта сюда на вертолёте.

Так что нам оставалось лишь завалиться спать до самого утра. Утро покажет, как поступать дальше. Надо как-то обживать место нашего поселения.

Тщательно завалив свободными нарами вход в барак, а также щели, прорытые зверями под полом, мы улеглись на нарах каждый рядом со своими кентами. Точно так же, как мы жили на нарах в своей зоне.

Среди нас не было опущенных, так как "петухов" даже не рассматривали в списке на вольное поселение. Поэтому нам не требовалось определение каст и рангов, положенных на зоне по воровскому закону.

В нашем коллективе все зеки были равны. С той лишь разницей, что у каждого было своё количество ходок на зону, а также разница в сроках отсидки.

В основном каждый зек имел по две и больше ходок на зону с минимальным сроком пять лет. Сидеть осталось каждому мало.

Барак был рассчитан, примерно, на пятьдесят человек. Так как нас было девятнадцать человек, то мы сгруппировались ближе к центру барака. Так было намного теплее и безопаснее в случае проникновения хищников в наш барак. Хотя проникнуть к нам в барак хищники не могли. Потому, что им надо было приложить много усилия, чтобы отбросить от входа в барак несколько нар, тщательно уложенных на вход в барак.

Если только пару медведей договорятся между собой и станут дружно вламываться в пролом в наш барак. Однако медведи никогда не нападали на жилища людей и тем более не были в сговоре между собой.

Ведь в отличие от человека медведи не могут размышлять и быть в сговоре между собой. К тому же медведи в основном одиночки.

Не живут стаями, как волки. Так что ночью в бараке нам ничто не грозит. Можно спать спокойно. "Утро вечера мудрёнее", - как говорит русская поговорка.

Едва лишь сумерки вечера сменились на густую тёмную ночь, как сразу со стороны тайги послышались звуки леса. Вначале захихикали ночные птицы.

Затем послышалось тявканье лисиц. Где-то к полночи со стороны леса до нас донёсся вой волков. Изредка тайгу сотрясал рёв медведей, а также трубный пугающий рёв лосей. Ночь была совершенно безветренная.

Поэтому нам было отчётливо слышно каждый звук со стороны тайги и вокруг нашего барака. Стал было засыпать, как, вдруг, за стенкой барака отчётливо услышал шаги человека и лёгкое покашливание.

Мне сразу стало страшно. Откуда среди ночи за стенкой барака могут быть люди или всего один человек?

Беззвучно и не заметно для нас сквозь стенку барака или через заваленный проход в бараке никто из зеков не может выйти.

Тогда где-то на месте нашего поселения живут люди или может быть это снежный человек? Конечно же, это не каптар. Так как каптары живут на Северном Кавказе, точнее, в горах Дагестана.

Здесь же вполне возможно живёт какой-то другой вид гуманоидов или пришельцы с других планет поселились в этой глухомани. Надо будет утром обследовать следы возле барака.

Тем более что на этой стороне барака никто из зеков не был. Если мне это не послышалось сквозь сон, то на мокрой почве вокруг барака обязательно должны остаться какие-то следы от ног...

Так и заснул в размышлениях о ночном посетителе возле нашего барака. Мне снился Северный Кавказ, наполненный каптарами, о которых знал из рассказов своего отца и старшего брата Сашки. Мало верил тому, что слышал в нашей семье о каптарах. Хотя мы с братом-близнецом родились в Избербаше в Дагестане, где происходили истории, связанные с каптарами.

Но ещё в нашем дошкольном возрасте семья переселилась из Дагестана, на реку Лаба далеко в горах на стыке границ Краснодарского и Ставропольского краёв.

Так что не был участником историй с каптарами в горах Дагестана. Однако однажды возле реки Лаба вовремя рыбалки увидел на другом берегу реки какое-то волосатое чудище, пьющее воду в реке, что едва не сошёл с ума от страха.

Это нечто волосатое похожее больше на человека, чем на обезьяну, почти двухметрового роста, спокойно попило воду. Затем это чудище, оглядевшись по сторонам, увидело меня на другой стороне речки обезумевшего от страха.

Совершенно не испугавшись моего присутствия, на расстоянии нескольких десятков метров по ширине реки Лаба, чудище спокойно повернуло в заросли леса и скрылось в гуще дерева. Больше никогда не видел таких существ похожих на людей. Никому ни стал рассказывать о том, что видел такое ужасное чудище. Все равно мне никто не поверит. Так же как когда-то не верил рассказам старшего брата и отца о каптарах, которые живут в горах Дагестана.

Но с того времени вовремя моей встречи с волосатым человеком, стал часто думать о том, что мы не одни не только во вселенной, но даже на планете Земля. Рядом с нами живут подобные нам разумные существа, которые отличны от нас высоким ростом и с могучим телом, покрытым густой шерстью или волосами.

Вероятно, эти существа живут в глубоких пещерах и в другом измерении жизни. Лишь изредка эти разумные существа появляются в среде обычных людей, пугая нас своим видом и неизвестностью, которая недоступна обычным людям.

Иначе бы мы давно имели контакты друг с другом и даже получили бы потомство между нашими видами. Как это происходит между людьми разных рас и народов. Отчего на Земле получаются прекрасные метисы. Может быть, когда-то мне придется войти в контакт с каптаром женского рода. Наделаю с ней каптарчиков.

Хотя это маловероятно, что каптары и обычные люди могут иметь между собой потомство. Ведь обычные люди и обезьяны похожие на людей давно живут рядом друг с другом, но что-то потомства от контакта между людьми и обезьянами до сих пор не появилось на белый свет. Так что меня не ждёт половая связь с каптарами.

Своих бы обычных детей воспитать. Как только выйду на волю, так сразу поеду к своей дочери Галины на Северный Кавказ. Можно было бы и к сыну съездить, ноне знаю, куда моего сына увезла вторая жена.

Мой сон прервала вертолётная трескотня. Открыл глаза. Яркие лучи солнца пробивались сквозь щели в потолке и в стенах барака. Все остальные зеки тоже только что проснулись от шума вертолёта и стали подниматься с нар. Мы разом направились к входу в наш барак и стали оттаскивать завал из нар от входа в барак. Нам не терпелось увидеть, что притащили нам на вертолёте менты.

Наверно строительные материалы? Ведь жить в таких условиях невозможно. Надо как-то благоустраивать своё жилище на своём вольном поселении. Иначе мы погибнем в тайге. Когда мы выбрались из своего барака в сторону вертолёта, то лопасти вертолёта уже прекратили вертеться. Экипаж вертолёта заглушил двигатели винтокрылой машины. Из вертолёта выбрались несколько вооружённых солдат конвой и офицеры. Солдаты с автоматами на изготовке заняли круговую оборону вокруг вертолёта.

Офицеры открыли заднюю дверь вертолёта, который был заполнен огромным количеством различных ящиков. Майор внутренних войск приказал нам подходить по двое к вертолёту и забирать ящики из вертолёта. Укладывать ящики в стороне.

- Здесь все необходимое пригодное к вашему постепенному благоустройству на месте вольного поселения. - сказал майор внутренних войск, показывая на ящики, сложенные горкой в стороне от вертолёта. - Следующим вертолётом вам привезут полевую кухню и строительные материалы. Пока поближе к центру своего вольного поселения освободите место к установке временного жилья. В длинных ящиках жилая и хозяйственная палатки. Инструкции по установке палаток имеются.

Вы должны разобраться между собой на две бригады. Одна бригада будет строить жилье. Друга бригада будет заниматься хозяйством, следить за порядком, готовить пищу, сажать огород и разводить скотину.

- Нас сюда на вольное поселение, на всю жизнь прислали? - удивленно, воскликнул Гнус. - Лично не собираюсь здесь долго отдыхать. У меня через три месяца кончается срок отсидки. Затем буду вольная птица. Лечу куда хочу. Мне воля дороже всего. Если меня не отпустят отсюда, то сам сделаю ноги на волю.

- Насчет твоих полётов сомневаюсь, чтобы ты мог далеко улететь, даже имея крылья. - ухмыляясь, сказал майор. - Даже крылатой машине приходиться дважды заправляться в пути, чтобы долететь до своей стоянки. Что же касается твоего освобождения, то пока здесь не будет благоустроенного посёлка вольного поселения зеков, никто из зеков отсюда не улетит. Ты сам подписал документ на строительство вольного поселения. Обратной дороги отсюда нет. Пока каждый из вас не выполнит условия договора. Уйти отсюда просто невозможно. Сотни километров до ближайшего жилья. Вокруг глухая не проходная тайга, наполненная разными хищниками, которые порвут любого беглеца.

- Выходит, что мы все добровольные заложники собственного вольного поселения. - угрюмо, сказал Музя.

- Вы все вольные люди. - ответил майор. - Но на волю уйдёте только тогда, когда будет заложен благоустроенный посёлок, в котором можно будет перезимовать следующим вольным поселенцам из зоны.

Новое поселение будет продолжать строительство благоустроенного посёлка. Со временем не только зеки, но даже вольные люди захотят поселиться в этих местах. Через год здесь будет современная звероводческая ферма по разведению пушного зверя.

- Кто будет в тайге руководить строительством современной звероводческой фермой? - поинтересовался.

- Пока будешь ты руководить стройкой вольного поселения. - ответил майор внутренних войск. - Затем сюда на вертолёте прилетят специалисты. Сборные домики легко собрать. Ума много не требуется. Надо силу и желание. Все присутствующие свободны. Можете позавтракать перед работой. Начальник стройки остаётся со мной.

Зеки поплелись обратно в барак на свой первый завтрак на вольном поселении. С майором остался возле вертолёта подписывать бумаги на приём инвентаря и принадлежностей, которые завезли вертолётом вчера и сегодня утром.

Бумаг было так много, что у меня стали болеть пальцы от перелистывания документов и от подписей каждого документа. Майор лишь шлёпал печати на документы. Одну копию документов отдавал мне. Остальные брал себе.

- Теперь ознакомься с чертежами по сборке домиков. - доставая из военного ящика пачку документов, сказал мне, майор внутренних войск. - Здесь ничего сложного нет. Каждый домик собирается из готовых деревянных конструкций. Затем обшивается огромными плитами из специального металла с утеплителем внутри. Специалисты такой домик собирают в течение одного дня со всеми подводками воды и электричества. Вас скоро научат собирать эти домики.

- У нас здесь электричество будет? - удивленно, спросил. - Откуда же подведут электричество к нашей звероводческой ферме, если от нас до ближайшего населённого пункта, несколько сотен километров?

- У вас в посёлке будет современный стационарный генератор, который работает от аккумуляторов и любого горючего, на котором могут работать автомобили. - ответил мне, майор внутренних войск. - Надо набраться терпения и постараться хорошо поработать.

Через пару лет сюда придут прогресс современной электроники. Русская пушнина никогда не выйдет из моды. Весь мир ждёт нашу пушнину. Вы будете выращивать соболей, куниц и серебристых лисиц.

- Разве в дикой природе бывают серебристые лисицы? - удивленно, воскликнул. - Вроде лисицы рыжие?

- При современной науке выводят даже голубых лисиц. - смеясь, ответил майор. - Зависит от того, чем лисиц будут кормить. Все, хватит! На этом дискуссию мы закончим. Скоро прилетит следующий вертолёт. Иди завтракать.

Сегодня прилетят два вертолёта с различными материалами. У тебя может быть много работы. Желаю вам выжить здесь. Тайга сохраняет только тружеников. Лодыри останутся лежать на погосте.

- Извините! Совсем забыл. - обратился, к офицеру внутренних войск. - У нас вчера вечером умер один зек, по кличе Козюля. Надо чтобы вы труп забрали похоронить к себе на большую землю и сообщили о смерти зека его родным. Наверно кто-то у него остался на воле?

- Не уполномочен забирать отсюда мёртвых и живых. - поспешил отказаться майор от трупа Козюли. - К тому же, не будем нарушать традицию этих мест. Отсюда за последние шестьдесят лет не вывозили не одного трупа. Живые тоже этих мест никогда не покидали. Здесь есть огромное кладбище. Там места всем желающим хватить.

Майор побежал к вертолёту, который начинал раскручивать свои огромные пропеллеры. Отошёл как можно подальше от вертолёта, чтобы меня не сдуло с места. Как только майор забрался в вертолёт, следом за ним в вертолёт забрались солдаты конвоя.

Через пару минут вертолёт стад подниматься вверх и вскоре скрылся за верхушками корабельных сосен, уступая здесь место на посадку следующего своего винтокрылого брата. Пошёл завтракать.

- Теперь ты не Черепок, а Череп. - завистливо, сказал Гнус, встречая меня в бараке. - Большой начальник поселения. Мы должны тебя беречь и уважать. Кланяются тебе в самые ножки. Ты у нас бог, царь и мент на зоне.

- Если хочешь, то с огромным удовольствием уступлю тебе место. - предложил. Гнусу, который видимо рассчитывал стать паханом в зоне вольного поселения. - Мне лучше быть в стороне от командования пацанами на стройке. Никогда не претендовал на руководящую роль. Тем более, здесь на зоне...

- Хочу пораньше уйти на свободу с вольного поселения. - ответил Гнус. - Должность начальника вольного поселения не светит свободой. Если посёлок не будет построен в срок, то ты не скоро увидишь свободу вдали от тайги. Мне только перекантоваться до окончания срока.

- Если посёлок не будет построен в срок, то никто из нас не увидит свободу. - громко, сказал, чтобы слышали все зеки. - Поэтому нам надо работать в темпе, чтобы за три месяца сдать первую очередь домиков вольного поселения. Лично не намерен зимовать в тайге даже в самых лучших условиях.

- Разве так быстро мы сможем здесь построить современный посёлок? - удивленно, поинтересовался Цыпа.

- Домики сборные блоками по европейскому стандарту. - не много, преувеличил. - Собирать домик можно за день. Мы должны научиться собирать в день по два домика. Тогда точно успеем закончить работу к зиме.

- Труп Козюли менты забрали на большую землю или ты забыл о трупе? - вспомнил Гнус, про труп Козюли.

- Сказал майору о трупе Козюли. - ответил Гнусу. - Майор сказал, чтобы мы похоронили труп на местном кладбище. Здесь места на кладбище хватит всем.

- Мы что похоронное бюро своим пацанам! - возмутился Цыпа. - У нас тут даже досок и инструмента нет.

- Козюля сам нашёл себе гроб в ржавой бочке. - напомнил Музя. - Мёртвому все равно, в чем его похоронят.

- Похороны мы проведём после разгрузки двух вертолётов. - распорядился, как начальник вольного поселения. - Сейчас пойдём ставить палатки рядом с родником. В этом бараке опасно нам ночевать. Первый же дождик промочит нас через щели в бараке. Кроме того, до нас могут добраться хищники. Барак до нашего прибытия стал их логовом.

- Так в палатки хищникам легче попасть. - подметил Музя. - Палатки всего лишь кусок тряпки у хищников.

- Армейские полевые палатки изготовляются из специального, крепкого материала, который даже ножом не прорежешь. - стал защищать армейский инвентарь. - Мало того, палатка пропитана специальным препаратом, который своим запахом отталкивает любых хищников. К тому же палатки наше временное жилище.

Как только мы соберём домики, так сразу переселимся жить в добротном жилье. Так что все вперёд на работу. Мы должны быстро работать. Не успели мы выбраться из барака, как услышали трескотню вертолёта и тут же пошли разгружать прибывший вертолёт, в котором была армейская кухня, ящики с инструментом и комплект блоков на первый домик.

Пока мы разгружали вертолёт, пришло время обеда. После обеда прилетел следующий вертолёт с мешками семян различных овощей и плодов на разведение нами огорода в пределах вольного поселения.

В третьем вертолёте также были предметы разного домашнего обихода, а также сахар, соль и другие продукты. Нас хорошо снабдили всем необходимым.

- При таком пайке можно нам на второй срок остаться. - радостно, сказал Гнус, вскрывая ящик с продуктами.

- Это вам на месяц прислали продукты, а не на один день. - сказал майор, направляясь к вертолёту. -Закончатся продукты раньше. Будете есть траву или кору деревьев. Сажайте свой огород и будите с продуктами.

- Среди нас имеется один повар. - сказал. глядя на Музю. - Он будет готовить и следить за продуктами.

Как только вертолёт улетел, тут же выделили двух помощников нашему повару, который занялся приготовлением в полевой кухне горячего ужина на всю нашу группу. Трём зекам сказал, чтобы они занялись похоронами трупа Козюли. Все остальные зеки с инструментами и с ящиками палаток направились в сторону большого родника.

Там нам предстояло расчистить огромную площадку на две палатки, а также на временную стоянку полевой кухни с пищей. Оставлять кухню с пищей вдали от нас было опасно. Туда могли наведаться хищники и тот неизвестный пришелец, шаги которого слышал среди ночи. Надо сходить к бараку посмотреть следы того неизвестного, кто живёт в тайге.

В четырнадцать пар рук расчистить площадку под палатки и под полевую кухню не предстояло никакого труда. Но вот как грамотно поставить две огромные армейские палатки не знал, никто из нас. Среди нас не было бывших армейских офицеров, а бывшие солдаты никогда не принимали участие в сборке армейских палаток на службе.

Так что нам пришлось долго копаться с армейскими палатками, по чертежам изучая каждую деталь армейской палатки. Как мы не старались установить жилую армейскую палатку, она все равно заваливалась в какую-нибудь сторону. Палатка была настолько тяжёлая, что у нас даже появлялись мысли, о механизмах, которые устанавливают палатку изнутри.

Но на чертежах армейской палатки механизмы не были указаны. Однако такие безумные выводы навели нас на мысль, что нам надо забраться под палатку с алюминиевыми стойками и там всем разом по команде подняться. Таким образом установить алюминиевые стойки по центру и затем закрепить растяжки по углам жилой палатки.

- Раз! Два! Встали! - скомандовал. забравшись вовнутрь палатки и поднявшись в рост следом со всеми пацанами. - Теперь снаружи ставьте алюминиевые распорки. Забивайте металлические колья с кольцами на растяжках по углам. Старайтесь палатку удержать до полного закрепления.

- Какие вы все-таки молодцы. - похвалил нас, Музя, разглядывая установленную палатку. - Идите ужинать.

- Покушать можно и при фонариках, которых у нас целый ящик. - сказал. зекам. - Палатки должны закрепить сейчас. Скоро будет совсем темно. Мы не сможем установить вторую палатку. Надо быстро работать!

Никто из зеков ни стал возражать. Все прекрасно понимали, что от нашего сохранения продуктов и от нашего благоустройства зависит вся наша дальнейшая жизнь в зоне вольного поселения.

К тому же мы сейчас имели опыт в установке первой палатки. Так что установить вторую палатку не представляло для нас никакого труда. Минут за двадцать мы могли установить вторую палатку.

Примерно за час перенести все ящики в хозяйственную палатку, а постельные принадлежности и фанерные листы под матрасы могли быстро перенести в жилую армейскую палатку.

Воодушевлённые быстрой работой мы ни стали откладывать передвижение полевой кухни после ужина. Мы пошли всей группой к полевой кухне.

На ура за несколько минут перетащили кухню волоком на колёсах в пространство между двумя палатками. Палатки стояли друг от друга на расстоянии десяти метром по обе стороны большого родника.

Так что рядом с полевой кухней была вода, хозяйственна палатка и место нашего жительства. Можно было считать, что мы хорошо устроились на второй день нашего вольного поселения в тайге. Завтра можно начать строить домики.

- Сегодня мы заслужили хорошего отдыха. - радостно, сказал, пацанам после сытного ужина. - Завтра у нас начинается обычный рабочий день. Подъем и завтрак в шесть часов утра. Обед в два часа дня. Ужин в семь часов вечера. Ложиться спать будем с заходом солнца.

Письменный график работы установим сообща. Выходных дней нет. Отдыхать будем на воле. Здесь надо волю заслужить, чтобы не гнить в тайге.

- Как будем определять время дня? Почему не будем отдыхать в выходные? - удивленно, спросил Хорёк. - У нас нет календаря и радио.

- Часами нам будет служить эта сосна возле родника. - стал объяснять придуманный мной распорядок дня. - Мы расчертим огромный круг вокруг сосны. По кругу разметим циферблат по сторонам света, как в обычных часах. Во время движения солнца макушка сосны будет указывать нам время каждого часа. Минуты нам не нужны.

Что же касается времени отдыха, то мы будем отдыхать во время завтрака, обеда, ужина и во время сна. Выходные дни и отпуска у нас будут во время дождя и тогда, когда мы выйдем на волю. Нарушителей порядка будем наказывать пайком и штрафными работами. Кто недовлен установленным порядком. Может покинуть наше вольное поселение.

Тайга огромная места всем трупам хватит. Хищники давно вас ждут. Намерен до холодов покинуть вольное поселение на волю. Поэтому буду вкалывать наравне со всеми и наказывать всех, кто не согласен с моими порядками.

- Правильно, Черепок! На твоей стороне. - поддержал меня, Гнус. - Сам буду наказывать нарушителей нашего порядка. Мы должны все сделать, чтобы выстроить посёлок до первых холодов и потребовать досрочного освобождения. Вообще-то сторонник спокойной жизни. Если будет так, как говорят менты, то останусь здесь надолго. Лишь бы нам сюда баб привезли трахаться и размножаться детьми в таёжном лесу.

Никто из зеков ни стал обсуждать установленный мной порядок на вольном поселении и выводы Гнуса о дальнейшей жизни на вольном поселении.

Зеки, молча, помыли за собой посуду после ужина и тихо разбрелись по своим местам ночлега в жилой палатке. Прекрасно понимал, что не все согласны с моим распорядком дня на вольном поселении.

Многие зеки согласны были выбраться из зоны на вольное поселение лишь по той причине, чтобы не вкалывать на производстве на зоне. Просто увильнуть от работы на вольном поселении до своего освобождения звонком.

Все произошло совершенно иначе, чем рассчитывали зеки. Надо вкалывать, как рабам, чтобы себе заработать волю.

Иначе придется отматывать новый срок на зоне строгого режима, а сбежать отсюда просто невозможно.

- Подъем! - громко, закричал, когда первые лучи солнца, коснулись пластиковых стёкол жилой палатки. - Быстро умываться, на физзарядку и на завтрак.

Зеки нехотя стали выбираться из жилой армейской палатки и направляться к армейскому полевому умывальнику, который прибыл вчера в вертолёте вместе с полевой армейской кухней.

Умывальник был установлен в стороне от наших жилых палаток, а также дальше от полевой кухни. В дальнейшем планировал установить утеплённый современный туалет вместе с умывальником, который предусмотрен в планировке вольного поселения.

Видимо планировка вольного поселения была задумана в начале перестройки. Но по каким-то причинам не была осуществлена.

Наверно не было государственных денег на подобное решение. Российские спонсоры только зарождались.

Зарубежные инвеститоры не рисковали своими деньгами в такие проекты, которые не могли принести зарубежным инвеститорам большой доход.

Но привязка вольного поселения зеков к разведению пушного зверя России, сразу получила интерес со стороны зарубежных инвеститоров и местных спонсоров.

По документам видно, что деньги вкладывают зарубежные бизнесмены, а звероводческой фермой будет руководить российский бизнесмен.

То есть, будет совместное производство, которое на первых порах использует дешёвый труд зеков на вольном поселении далеко в тайге.

- Музя! Пока мы вместо физзарядки будем расчищать площадку под домики, ты со своими работниками готовь нам завтрак. - сказал, нашему повару, как только он умылся возле умывальника. - В дальнейшем ты составишь нормы продуктов из расчёта на каждого человека.

Эти временем твои работники углубят и расширят родник до двух местного бассейна, которым мы будем пользоваться водой в полном объёме.

Затем мы общими усилиями выроем колодец с водой на предмет питья. Родниковая вода будет у нас на стирку и на купание.

Когда будет расширяться родник, то не забывайте о корнях дерева. Это дерево пригодится нам тут, как наши лёгкие, без которых нам невозможно жить.

Майор обещал забурить скважину на бытовые и на производственные нужды воды. Позже у нас будет собственный водопровод.

Мы должны делать свою работу на совесть, чтобы пришедшие сюда после нас зеки и вольнонаёмные рабочие вспоминали нас добрым словом. Может быть, даже кто-то из нас бросит свои корни на вольную жизнь.

В то время как Музя занимался приготовлением завтрака со своими помощниками, остальные зеки взяли лопаты и грабли, стали очищать площадку под будущие сборные домики.

Работал наравне со всеми, чтобы зеки не говорили, что стал как мент и отделился от пацанов. Мне хорошо было известно, что может быть с теми, кто хочет самостоятельно пробираться вверх без поддержки братвы. Не хотел быть авторитетом на зоне, тем более на вольном поселении. Мне хотелось спокойно откинуться звонком на волю, как все остальные зеки. На воле все равно лучше жить.

Можно обзавестись семьей. Можно выбрать лучшее место жительства. Много чего можно иметь нам на воле.

После расчистки площадки под сборные домики не успели мы закончить с завтраком, как прилетел вертолёт с различными строительными материалами и оконными рамами из алюминия с двойными вакуумными стёклами.

Мы впервые видели такие оконные рамы и разглядывали их, как какие-то диковинки неизвестные русскому мужику.

Сразу было видно, что эти оконные рамы собирались где-то в Европе, но не здесь в России. Прогресс пришел в тайгу.

- Разве можно алюминиевые окна ставить здесь на морозе? - спросил Гнус, майора, рассматривая окна. - Мы сдохнем при первом морозе. Мне хочется живым откинутся на волю.

- Этот сплав металла и стекла разработаны учёными европейских фирм специально рассчитанный на российский климат. - объяснил майор. - Таким окнам никакие морозы не страшны. Но вы будьте внимательны.

Стекла и рамы очень дорого стоят. Если вы разобьёте стекла, то стоимость окон будут высчитывать с вашей зарплаты, которую вы будете здесь получать. На волю вы будете выходить с деньгами. Следите за своей работой и за своими деньгами.

- Да любому пасть порву за свои бабки! - громко, сказал Гнус, чтобы слышали все зеки. - Из-за денег сел на зону. Поэтому никому не позволю проколом в работе посягать на мои деньги. Вы поняли меня, пацаны!?совсем не шучу! Мы все будем вкалывать на совесть и при большой скорости, как гоночные автомобили.

Зеки ничего не сказали, только отошли подальше от упаковки с оконными рамами. Никто не хотел связываться с Гнусом. Все прекрасно знали, что Гнус псих и ему ничего ни стоит прирезать любого пацана за какой-то прокол в сторону Гнуса.

Лично мне это нравилось, так как Гнус был мне хорошей опорой в руководстве над зеками, которые ни очень-то любили работать на зоне, но всегда остерегались злого нрава пахана нашей зоны.

Теперь на вольном поселении зеков, фактически паханом зоны вольного поселения стал Гнус. Был всего лишь производственный начальник, на которого повесили всю материальную ответственность по строительству в тайге нового вольного поселения. Целую неделю вертолёты прилетали к нам с различными строительными материалами.

Майор видимо был куратором по строительству посёлка вольного поселения. Майор был доволен нашей стремительной работой и всячески поощрял наши капризы, которые мы высказывали в отношении своего устройства на вольном поселении.

Так благодаря нашим требованиям у нас на вольном поселении появились несколько щенков двух собачьих выводков.

Щенки были настолько беспомощные, что мы потребовали на корм щенков коровьего молока и прямо из бутылочек выкармливали щенков в свободное от работы время. Щенки на вольном поселении стали нашим общим вниманием.

Мне также удалось выпросить у майора несколько будильников, которые нужны были нам к раннему подъёму на работу.

Майор по собственной инициативе привёз нам три современных приёмника и кучу батареек, которые можно было заряжать с приспособлением, подключённым к напряжению не большого аккумулятора.

Стационарные аккумуляторы и трансформаторы мы использовали на освещение своих палаток и домиков, а также на зарядку аккумуляторов разных электрических инструментов в установке сборных домиков, которые мы стали собирать лишь через неделю после прекращения частых прилётов вертолётов.

Так как частая выгрузка вертолётов выбивала нас из колеи и никак не давала сосредоточиться на установке сборных домиков. Вскоре появилось время на установку домиков.

- Вы пока занимайтесь благоустройством своего вольного поселения. - сказал майор, во время последней выгрузки вертолёта. - В понедельник привезу вам иностранных специалистов.

Они покажут вам, как надо устанавливать сборные домики. К этому времени вы наведите у себя идеальный порядок.

Не позорьте свою Родину. Сейчас от этих иностранцев зависит ваше личное благополучие на вольном поселении. Постарайтесь не ударить в грязь лицом перед иностранцами. Тоже не забуду вашу отличную работу. Буду всячески поощрять ваш успех на работе в тайге.

- Майор! Будь спокоен! Мы тоже не забудем твою доброту. - ответил Гнус за всех зеков. - Через два дня ты не узнаешь вольного поселения. Мы выдраим вольную зону так, что иностранцы позавидуют нашей жизни.

Как только улетел последний вертолёт, так мы сразу разбились на две бригады. Одной бригадой досталось руководить мне. Руководство другой бригадой взял на себя Гнус. Моя бригада занялась освобождением от хлама и досок всей территории вольного поселения. Бригада под руководством Гнуса приступила к благоустройству территории вольного поселения.

Начали с разведения на территории вольного поселения огорода, овощей личного хозяйства вольного поселения.

Ржавого железа, гнилых досок и разного мусора было так много на территории нашего вольного поселения, что мы решили определить специальное место в овраге, расположенном между деревьями в стороне от нашего вольного поселения.

Даже если иностранцы задумают обойти территорию нашего поселения, то они не смогут увидеть тот хлам, который мы вынесем с территории нашего вольного поселения в глубокий овраг. В стороне от строительства.

К тому же не далеко от оврага с мусором была небольшая полянка в лесу, куда мог сесть вертолёт, чтобы мы могли вывести хлам из тайги на большую землю.

Если конечно захочет майор вывести этот хлам с территории вольного поселения. На тот случай, если хлам останется в тайге, то в дальнейшем хлам можно забросать сухими ветками или даже землёй.

Конечно, если к нам на вольное поселение привезут какие-нибудь миниатюрные машины и трактора.

- Черепок! Черепок! Там кто-то есть. - тихо, сказал Цыпа, когда мы подошли к развалившемуся бараку. - Там под досками погреб. В нем кто-то живой прячется. Вроде дикий человек или леший в лохмотьях и в длинных волосах.

- Какой тут леший или человек? - усмехнувшись, сказал Цыпе. - Здесь лет шестьдесят вообще не ступала нога человека. Наверно ты плохо выспался? Поэтому тебе что-то мерещится среди белого дня.

- Он там. Посмотри внимательно. - уверенно, сказал Цыпа, показывая в дырку под досками. - Стонет и шевелится. Наверно больной или раненый.

Внимательно посмотрел под доски и обалдел от увиденного в небольшой дыре. Под досками в погребе, как в норе устланной сухими листьями и гнилыми тряпками, сидел мужичек, весь обросший седыми волосами. Это был ни леший, а одичавший старик, который больше был похож на лешего, чем на человека.

Старик трясся от страха, шипел как змея и скалил беззубый рот, словно дряхлый хищник, который не в силах защищаться. Но способен ртом издавать угрожающие звуки против своих врагов в глухом таёжном лесу.

- Присмотрю за ним, чтобы он от нас никуда не сбежал. - тихо, сказал, Цыпе. - Ты позови сюда пацанов. Мы осторожно разберём гнилые доски и постараемся взять его живым и невредимым.

Если, конечно, старик здесь не умрёт от страха. Ведь он без людей совсем озверел в тайге. Сейчас ведёт себя словно затравленный зверь. Прошло несколько минут, прежде чем Цыпа жестами своих рук собрал всех зеков вокруг норы этого странного старика.

Мы стали осторожно разбирать доски вокруг норы старика, который трясся всем телом от страха, все также шипел и испуганно озирался по сторонам.

Старик был, как загнанный беспомощный и больной старый зверь, который не мог противостоять против больше десятка здоровых людей.

Старик готов был от страха провалиться сквозь землю, чтобы только не отдастся в руки здоровым пришельцам, которые пришли сюда, чтобы лишить его жизни.

- Батя! Спокойно! Мы тебе не враги. - шёпотом, сказал, протягивая руку дрожащему старику. - Мы друзья. Хотим тебя спасти от хищников.

Старик перестал дрожать, как бы обмяк всем телом, смирившись с участью перед опасностью. По худым щёкам старика из глаз потекли слезы. Осторожно вытащил старика за руку из норы наружу. Мы все обомлели оттого, что увидели перед своими глазами.

Нельзя было назвать человеком, стоящего перед нами сгорбленного существа, который был покрыть сверху донизу седыми волосами больше, чем тем покрытием, которое когда-то могло называться одеждой.

На старике были обрывки каких-то тряпок и куски кожи неизвестного нам животного, с трупа которого когда-то старик содрал кожу и натянул на своё изуродованное тело, чтобы таким образом быть ближе к дикой природе.

- Давайте мы его покормим хорошо. - предложил Муза. - Старик тут, наверно, лет тридцать не видел пищи. Он скоро сдохнет от еды.

- Обильную пищу ему давать нельзя. - остановил, добрые желания Музи. - Вы наверно забыли, что узники концентрационных лагерей при фашистах, а также блокадники Ленинграда после освобождения советскими войсками умирали в первую очередь от обильной пищи. Сегодня ему надо дать кусочек хлеба и стакан чая. Завтра поек увеличим.

Музя взял за руку старика и осторожно повёл его в сторону жилой палатки. Мы продолжили свою работу до завтрака. После кусочка хлеба и стакана чая старик уснул в жилой палатке.

На приготовленной Музей свободной постели, которая осталась от умершего Козюли, так и не успевшего попользоваться благами вольного поселения.

Мы ни стали беспокоить сонного старика. Только сказал Музе, чтобы он присматривал за стариком, который сдуру может сбежать от нас в лес. Ведь старик, как Маугли из одноименной сказки, давно не видел людей. Пускай привыкает к нам.

Старик действительно, когда выспался, пытался сбежать из жилой палатки. Лишь запах вкусной пищи и маленький кусочек хлеба, пропитанный мясным бульоном, остановили старика возле выхода из жилой палатки.

Несмотря на мои предупреждения об опасности жирной пищи, Музя не выдержал жалобной просьбы глазами старика, дал ему кружку тёплого чая и кусочек хлеба, который слегка обмакнул в жирный бульон тёплого супа, сваренного на обед.

Больше старик не пытался бежать. Сидел в углу жилой палатки и испуганными глазами разглядывал все вокруг себя.

Потому, как он так любопытно и с опаской разглядывал наш современный армейский инвентарь, можно было понять, что старик вообще ничего подобного не видел в своей жизни.

Старик был больше похож на неандертальца или гуманоид, прибывший к нам с другой планеты и затерялся в дремучем лесу тайги.

На человека старик не похож. Разговаривать старик совершенно не мог. Мы думали, что он глухонемой. Но когда ночью со всех сторон из тайги стали доноситься звериные звуки, то старик стал реагировать на звуки леса.

Угрожающе отзывался на звуки леса рычанием и воем, как хищники леса. Мы поняли, что старик просто озверел и отучился говорить, как человек. Нам надо было время, чтобы старик привык к нам и научился вновь разговаривать по-людски. Лишь бы старик не умер от болезней, а также от современной пищи, которая не знакома ему.

- Надо старика сдать майору к врачам. - сказал, в понедельник утром, когда мы ждали прилёт вертолёт. - Иначе он помрёт здесь в тайге. Надо ему п

- Меня никому не надо сдавать. - впервые за трое суток, сказал старик. - Должен умереть в тайге. Здесь мой дом и моё логово.

- Хорошо! Мы тебя никому не сдадим. - сказал Гнус, старику. - Придется тебя куда-нибудь на время спрятать.

- Уйду в тайгу. Пока большевики будут здесь. - сказал старик. - Затем обратно вернусь к вам в лагерь. С вами можно жить.

- Старик думает, что мы политические заключённые. - сказал, зекам, когда старик скрылся в чаще леса. - Надо ему объяснить, что мы из другого измерения жизни, где нет большевиков.

- Когда старик вернётся обратно, то мы ему скажем, что строим посёлок таким, как он, жителям тайги. - печально, сказал Гнус. - Надо чтобы старик привык, что здесь его место. Пусть хоть немного поживёт человеком. Со времени Гулага прошло шестьдесят лет. Ведь этому старику сейчас не меньше восьмидесяти лет. Как только он один выжил? Один в тайге, среди зверей!

Вертолёт с иностранными специалистами прилетел вскоре после нашего завтрака. Вполне возможно, что по фотографиям или по документальным кадрам о Гулаге, иностранцы знали о нашем вольном поселении.

Но когда они увидели чистую площадку с палаточным городком с вылизанными клумбами огорода, то едва не потеряли дар речи, как наш одичавший старик.

Майор не больше иностранцев был удивлён нашим усердиям. Он сразу стал хвалить нас. Майора и иностранцев удивлял наш вид с обросшими лицами.

На вопрос к нам, почему мы не бритые? Ответил за всех, что мы дали обед не бриться до сдачи вольного поселения под ключ хозяину стройки и звероводческой фермы. Майору и иностранцам понравилось наше стремление к работе.

Иностранцы дружно стали приветствовать наше стремление к быстрой работе. Майор через переводчика сказал иностранцам, что обязательно будет поощрять нашу успешную работу и с разрешения хозяина этой таёжной застройки увеличит нам месячную зарплату.

Мы, конечно, не очень-то верили в большую зарплату, но насчет повышения пойка могли точно рассчитывать. Если мы будем работать за двоих, то питаться также должны за двоих. О своих выводах поделился при всех с майором.

Майор в свою очередь при всех зеках и при иностранцах заявил, что будет ходатайствовать перед высшим начальством об увеличении продовольствия перед строителями вольного поселения и строителями звероводческой фермы.

- Сейчас специалисты из Германии будут устанавливать сборный домик. - сказал майор, всем зекам. - Вы должны принимать участие в установке сборного домика и хорошо запоминать каждую деталь сборки.

Иностранные специалисты больше сюда не приедут показывать вам, как собирать стационарные и стандартные домики.

Нам это очень дорого стоит. Поэтому вы будьте внимательны. Дальше вы сами будете заниматься сборкой стандартных домиков. На месте установки домика руководитель бригады иностранных специалистов сверил чертёж с планом местности.

Затем распорядился выносить заготовленные бруски на пол и на фундамент установки сборного домика. Заранее назначил самых бестолковых пацанов, которые будут участвовать в качестве грузчиков.

Остальные пацаны вместе со мной и с иностранными специалистами будут участвовать в установке стандартных домиков на указанном месте.

На первый взгляд установка сборных стационарных и стандартных домиков показалась мне настолько простой, что даже высказал тайком своё мнение о целесообразности приглашения сюда за валюту иностранных специалистов.

Однако майор пресёк меня. Сказал мне, что это такой умный при участии иностранных специалистов, которые отлично знают своё дело.

Без иностранных специалистов такая работа покажется нам каторгой. Надо точно нам знать, куда прикрутить какой болтик, куда поставить какой щит, совершенно не заглядывая в чертёж по сборке домиков.

Майор оказался прав, когда в конце рабочего дня, после полной установки сборного домика, иностранные специалисты предложили нам при них начать самостоятельно заняться установкой сборного домика.

Мы сразу растерялись от такого неожиданного предложения и начали вытаскивать на улицу из своего склада совершенно ни те бруски, которые нужны были нам в начале установки сборного домика. У нас тут же произошла заминка. Работа остановилась.

- Ничего страшного. - сказал нам переводчик со слов руководителя иностранных специалистов. - Образец установки сборного домика перед вами.

Первый сборный домик самостоятельно вы соберёте за несколько дней. Последний домик будет собран вами за несколько часов. Все приходит с опытом. Тоже так начинал, как вы на сборке домика.

Мы поблагодарили иностранных специалистов за помощь в установке первого сборного домика. Перед вылетом иностранные специалисты вытащили нам из вертолёта несколько ящиков презента, которым оказались бутылки разных иностранных напитков и разных консервных банок. Мы с жалостью сказали, что сейчас весной в тайге ничего нет.

Мы не можем им дать свой презент. Тогда иностранные специалисты предложили нам обменяться кепками, которые им очень понравились. С неуверенностью посмотрел на майора, который только развёл руками. Мы охотно обменяли свои кепки заключённых, на размалёванные бейсбольные кепки иностранных гостей. Все были довольны.

- Со следующими иностранными специалистами махну свою робу на их джинсы. - сказал Гнус, когда иностранцы и майор сели в вертолёт под вооружённой охраной конвоя. - Эти иностранцы какие-то с приветом. На робу зеков зарятся. Словно зона иностранцам в диковинку.

- Это мы с приветом, а они миллионеры. - задумчиво, сказал Хорёк. - Тоже на воле обязательно займусь бизнесом. Буду разъезжать на импортных автомобилях, а также летать отдыхать за границу, как сейчас иностранцы прилетели к нам ни столько на работу, сколько на отдых. За границей нет такого таёжного леса.

- Ты вначале отзвони срок на поселении, а после мечтай о бизнесе. - напомнил Гнус, наше положение. - Пока по Закону, мы все зеки на вольном поселении в тайге.

Хорёк больше ничего не сказал. У меня тоже на уме были свои совсем другие мысли. Завтра надо постараться установить второй сборный домик и переселиться из жилой палатки в два жилых домика.

Последние две ночи был не большой дождик, и мы чуть не подмокли на фанере в жилой палатке. Надо было вокруг жилой палатки прокапать дренажные канавки к стоку дождевой воды. Как сразу не догадались сделать дренаж? Едва не промокли от дождя.

- Пока у нас есть время до сна, то надо прокапать вокруг палаток дренажные канавы. - сразу после ужина предложил. зекам. - Иначе мы в эту ночь промокнем до ниток. Над тайгой собираются тучи. Ночью может быть сильный дождь.

Зеки, задрав головы к верху внимательно посмотрели в вечернее небо с огромными хлопьями черных облаков. Согласившись с моими выводами, зеки дружно взялись за лопаты. До полной темноты было около двух часов.

За это время надо было выкопать канаву глубиной около полметра, такой же ширины и пару сотен метров вокруг двух огромных брезентовых палаток. С отводов стока дренажных вод в сторону от палаток. Земля в таёжном лесу мягкая.

- Отступить от палаток на один метр. - распорядился с началом работы. - Грунт кидать на края брезента. Так будет намного теплее в наших палатках, также не будет у нас опасности попадания дождевой воды внутрь наших палаток.

Не успели мы немного до конца прорыть сток дренажных вод, как над тайгой разразилась сильная гроза с молнией, громом и с проливным дождём. Мы едва успели скрыться в жилой палатке от проливного дождя, который сильно стал барабанить по нашей жилой палатке.

Нам казалось, что дождь вот-вот пробьётся сквозь брезентовую крышу и зальёт нас с ног до головы, как рыбок в аквариуме.

Но мы ведь не рыбки, а поэтому можем захлебнуться дождевой водой. Тогда наши планы на быстрое освобождение буду затомлены вместе с нами в тайге под проливным дождём.

Однако брезент армейской жилой палатки оказался настолько прочным и не проницаемым, что к нам в палатку не проникла ни одна капля воды.

Мы могли спокойно ложиться спать без опаски на то, что проливной дождь в тайге может подмочить нас и нашу репутацию на дальнейшую работу по установке сборных домиков на территории вольного поселения.

Нам не страшна была грязь, которую создаст проливной дождь. У нас на эти цели имеются резиновые сапоги. Мы опасались лишь продолжительности проливного дождя, который может украсть у нас много времени.

- Старик-то наш не вернулся из тайги. - вдруг, вспомнил Гнус, нашего старого Маугли. - Какие мы все-таки подлые люди. Мало того, что разорили логово старика, к тому же оставили старика жить в тайге под проливным дождём. Надо было передать старика ментам. Все равно ему срок не повесят. Он тут отсидел сполна.

- Конечно, мы не хорошо поступили со стариком. - согласился, с выводами Гнуса. -Так думаю, что старик имеет где-то в тайге дополнительную нору от холода и дождя. Так что будет ему, где спрятаться от стихии до самого утра. Завтра мы поищем старика в лесу. Думаю, что старик вернётся к нам. Он нам доверяет.

Все согласились с моим мнением и стали укладываться спать. Подождал, пока все зеки разместятся в свои постели, только после этого выключил контрольный свет. Нам надо было экономить напряжение аккумуляторов, от которых горели наши фонари. Ведь мы не знали, как часто будут посещать нас менты с большой земли, а на нашем островке жизни среди огромного моря зеленой тайги не было условий зарядки аккумуляторов. У нас вообще много чего не было из условий быта к нормальной жизни на вольном поселении зеков.

Пока у нас все будущее на бумаге. Стал было засыпать, как, вдруг, услышал сквозь стихший дождь, что кто-то стонет и скулит за пределами жилой палатки. Вначале подумал о наших щенках, которые лежали в картонной коробке по самой середине нашей жилой палатки.

Но со стороны щенков не было слышно никаких подозрительных звуков. Щенки копошились во сне в своём уютном местечке и тихо издавали какие-то лёгкие звуки, как зевание сквозь сон или подсасывание груди матери.

Когда обратно кто-то заскулил и застонал за пределами нашей жилой палатки, то сразу догадался, что наш местный старый Маугли вернулся из тайги и словно загулявший в лесу щенок, просится с холода в тёплую жилую палатку. Надо впустить в палатку старика. Ни дай Бог помрёт старик от холода и дождя у нашей жилой палатки.

Нам только этого не хватало. Старик и без того настрадался за свои долгие годы проживания среди зверей в таёжном лесу. Пускай хоть сейчас вместе с нами поживёт по-человечески. Дальше время покажет, как нам быть.

- Батя! Ты чего не заходишь в палатку? - спросил, старика, расстегнув накидку на брезентовой двери жилой палатки. - Мы за тебя переживаем, а ты бродишь по тайге. Теперь наш дом - твой дом тоже. Живи вместе с нами.

Старик ничего не сказал на мои замечания. Сгорбившись в три погибели, старик прошел в палатку так, словно пролез в свою берлогу, в которой он прожил много десятилетий свой жизни в дремучей тайге.

Почти за трое суток проживания с нами, старик отказывался одеть на себя предложенную нами одежду.

Так спал все прошедшие сутки в обрывках своих лохмотьев и в клочьях вонючей звериной кожи. Но тогда на нем все было сухое. Сейчас же со старика, как из-под душа лилась вода. Старик мог заболеть и намочить свою постель. Достал из ящика комплект белья.

- Батя! Тебе придется переодеться в сухом белье. - осторожно, сказал, старику, протягивая ему полотенце и комплект сухого белья. - Ты можешь простудиться и умереть. К тому же постель у тебя будет мокрая. Переоденься и ложись спать в сухую постель. Чувствуй себя человеком, а не зверем. Мы все здесь равны...

Старик, не глядя на меня, взял у меня из рук полотенце и комплект нового сухого белья. Ни стал смущать старика своим присутствием вовремя его переодевания.

Застегнул брезентовый вход в палатку и тихо прошел на своё место. В это время старик при свете сверкающих молний медленно стал снимать с себя своё барахло.

По его движениям можно было понять, старик нехотя прощался с тем, что много лет было на нем, как его собственная шкура на теле. Теперь старик, словно пресмыкающееся или хищник, менял на себе то, чем его наградила дикая природа.

Можно было подумать, что у старика наступила весенняя линька, которая бывает у многих животных в мире дикой природы. Может быть, таким образом, старик обновит свой вид в новой жизни и постепенно вернётся к человеческой жизни.

Треск моего будильника в шесть часов утра всполошил в первую очередь наших щенков и старика, которые заметались на своём месте.

Они не знали, куда спрятаться от противного металлического трезвона будильника. Тут же нажал на кнопку будильника.

Наши щенки и старик, покрутились на своих местах и обратно улеглись спать. Показал пальцем зекам, чтобы они не шумели. Дали выспаться нашим животным, которым не куда было спешить. У щенков вся жизнь была впереди. Щенки успеют послужить человеку, когда станут взрослыми собаками. У старика наоборот вся жизнь прошла в тайге.

Теперь старику тоже некуда спешить, так как он у нас живёт на полном пенсионе. Старику не нужно метаться по всей тайге в поисках пищи, которую надо старику отвоёвывать от своих хищных конкурентов. Проливной дождь за ночь прошел. Отчего в тайге стало свежее и приятно пахло хвоей вперемешку с цветами, которые буйно цвели, вокруг нашего вольного поселения.

Только грядки нашего огорода сильно пострадали от крупного дождя. Проливной дождь изрядно постарался на грядках. Так сильно поливал, что сквозь размытую мягкую почву видны труды нашей сельскохозяйственной работы. Почти все семена и клубни картошки оказались наружи почвы.

- Надо майору сказать, чтобы он нам привёз пару рулонов целлофановой плёнки. - с тревогой за наш труд, сказал Гнус. - Иначе мы останемся без свежих овощей. Нужно чтобы посадки пу-стили корни и листья под плёнкой.

- Обязательно скажу майору за целлофановую плёнку. - ответил, на просьбу Гнуса. - Пока вам придется обратно заняться своим огородом.

Два человека сегодня будут заниматься устранением балагана на огороде. Остальные начнут устанавливать сборный домик. Нам надо сегодня к вечеру перебраться жить в сборные домики, в которых намного уютнее и суши, чем в жилой палатке. Армейский полевой сезон у нас закончился. Переходим в стационар.

- Мне кажется, что полевой сезон не закончится до тех пор, пока мы будем пользоваться полевой кухней. - угрюмо, заметил Музя, хлопая рукой по баку полевой кухни. - Мы так и будем питаться на свежем воздухе.

- По проекту имеются стационарная кухня и столовая со всеми условиями домашнего быта. - объяснил, на замечание Музи. - Третьим сборным домиком будет кухня. При хорошей погоде к концу недели соберём.

- Надо придумать, куда убирать отходы после кухни. - пользуясь моментом, напомнил Музя. - Отходов у нас так много, что можно прокормить целое животноводческое хозяйство в таёжном лесу.

- У нас будет полностью безотходное хозяйство. - уверенно, заверил повара. - Мы разведём скотину, которая будет пожирать все наши пищевые отходы.

Пока пищевыми отходами корми наших псов и диких лосей, которые благодаря запахам твоей кухни шастают вокруг нашего вольного поселения.

Так что ты, Музя, сейчас подкармливай животных в тайге. Смотришь, через пару месяцев мы будем с молоком, с мясом и с шерстью.

Старайся Музя, на благо пацанов! Постепенно освоишься на пожизненное, вольное поселение в тайге.

Зеки подхватили на смех нашего повара. Стали подшучивать насчет будущего хозяйства, которое разведёт Музя.

Ни стал делать замечание на колкие шуточки зеков. Лишь напомнил Музе, о том, что от хорошей пищи бывает хороший труд.

Музя понял мое замечание и тут же приступил приготавливать завтрак всей нашей компании. Наш завтрак каждый день был из двух блюд.

Первого и третьего блюда. Первым блюдом был суп, борщ или какая-нибудь каша с мясом. Третьими блюдами у нас были чай или компот из сухих фруктов.

Второе блюдо нам не в чём было варить. Обещал Музе, что обязательно научу его, как готовить блюда восточной и кавказской кухни, чтобы разнообразить нашу пищу.

Из мясных консервов можно было готовить плов, шурпа, лагман, харчо и много других разных мясных блюд, а также разнообразные мясные пирожки манты, беляши, самбуса и другие, которые изготовляют народы Средней Азии и Кавказа.

Таким образом, можно было экономить на мясных консервах. Сочетая мясные консервы с мукой. Мне неизвестно, что было причиной не прилёта вертолёта в этот день к нам на вольное поселение.

Плохая грозовая погода с громом, ветром, дождём и молниями или майор решил предоставить нам свободный день на самостоятельную установку сборного домика. В любом случае, нам было на руку отсутствие посторонних глаз.

Зеки от души баз подсказки со стороны, старались быстро сообща установить сборный домик. Видимо всем надоело спать в жилой брезентовой палатке.

Каждому зеку хотелось ощутить прелесть домашнего очага, чего они не ощущали многие годы своей отсидки на зоне. Независимо от преступлений совершенных зеками все они были выходцами из какого-то дома.

Где были мама, папа, бабушка, дедушка, а также все другие многочисленные родственники и домашний уют.

Установить самостоятельно первый сборный домик мы успели только поздно вечером. Собирать деревянные кровати, у нас не было времени и сил, которые мы потратили на установку сборочного домика.

Однако все зеки решили перебраться в жилые домики, чтобы переспать эту ночь на своих матрасах прямо на полу.

Щенков мы решили оставить в жилой палатке. Старик наотрез отказался переселяться с нами в собранные домики.

Сказал нам, что ему уютнее спать с щенками чем с людьми. Так как животный мир дикой природы давно стал его семьей.

Мы ни стали настаивать на переселение старика в наши стационарные домики. Нам самим было неуютно рядом с этим стариком.

От старика пахло зверем, а не человеком. Мы предлагали старику помыться, но он сказал, что если он помоется, как все люди, то тогда тайга откажется от него. Он не хочет терять то место, которое было его домом на протяжении многих десятков лет жизни. В этом диком доме живой природы похоронены его враги и друзья. Он хочет быть с ними.

- Батя! Расскажи нам кто ты? Откуда появился здесь? - обратился старику, когда он немного освоился жить у нас. - Мы, например, строители вольного поселения в таёжном лесу. Прибыли сюда, чтобы строить здесь в тайге современный посёлок. Будем разводить пушного зверя и отпускать зверя на волю в тайгу.

- Давно забыл своё имя и фамилию. - нехотя, стал отвечать нам старик. - Помню только, что мы жили в столице России в Санкт-Петербурге. Наша семья была на приёме у батюшки царя Николая. Затем была революция. Мы хотели уехать из России. Но большевики схватили нашу семью. Всех расстреляли. Меня под конвоем привезли сюда. Заставили строить бараки, в которых жило много людей со всей российской империи. Со мной в бараке жили в основном бывшие приближенные царя. Нас били кнутами и заставляли рыть землю.

Большевики думали, что здесь много золота. За год нашли всего несколько килограмм золота. После все большевики куда-то исчезли.

Мы остались одни. Никто из нас не решил уходить с этого места. Так как отсюда было месяц ходьбы до ближайшего населённого пункта.

К тому же нас всюду могли убить большевики. Мы жили здесь долго. Никто не считал года. Постепенно наши поселенцы стали умирать от болезней и от возраста.

Все похоронены здесь на большом кладбище. Когда все умерли, то остался здесь жить один. Летом жил в бараках, которые постепенно разрушились и сгнили также как люди.

Зимой жил в берлоге с медведями, которые знали меня с первого дня своего рождения и не трогали меня никогда. Затем появились машины, которые могли летать по воздуху. Следом за этими машинами прибыли вы.

Вам не надо было приходить сюда. Тайга никого не выпускает из своего дома. Все остаются до смерти в этом таёжном лесу. Вокруг вашего лагеря весь таёжный лес усеян скелетами ни в чем не виновных людей.

Старик прекратил свой рассказ. Зеки не посмели нарушить молчание. Видимо каждый из нас подумал о том, что никогда мы не выберемся отсюда из таёжной глухомани.

Помрём все на этом вольном поселении. Не зря майор сказал мне, что нельзя нарушать традицию таёжного места. Никто не должен отсюда вернуться на большую землю.

Каждый должен быть похоронен здесь, как многие десятки лет тому назад. Тайга сделала нас всех своими заложниками.

Поэтому так тщательно вооружённый конвой охраняет вертолёт, чтобы никто не посмел захватить вертолёт и вернуться на большую землю.

После рассказа старика у нас в душах поселилась какая-то тревога. Мы больше не шутили и не слушали радиоприёмник. Кто-то умышленно сломал приёмник, чтобы мы полностью были оторваны от большой земли.

Каждый понимал, что у нас нет обратной дороги на большую землю. Нам будут создавать условия жизни, чтобы мы могли быть трудоспособными создавать богатство на благо местных и зарубежных капиталистов. Мы все стали заложники тайги.

Когда мы начнём стареть и умирать, то на смену нам пришлют других вольных поселенцев из зоны. Так будет всегда, пока тайга будет давать пушнину, а лагеря с заключёнными будут поставлять дешёвых рабочих на вольное поселение.

Видимо новая власть, таким образом, решила извести поколение преступников, чтобы преступники не плодились, им не будут предоставлять на вольное поселение женщин.

Так с годами через много лет на земле исчезнет ген преступного мира, по крайней мере, в одной взятой стране с названием Россия.

Вот только мне никак не хочется оставаться здесь в этой золотой клетке. Надо как-то удрать отсюда. Лучше умереть в тайге свободным, чем жить здесь.

Мы прекрасно понимали, что если мы прекратим хорошо работать, то в лучшем случае зимой вымрем поголовно от холода. В худшем случае нас просто перестреляют, как бешеных собак.

На наше место пришлют других зеков, которые клюнут на вольное поселение. Сделают все, чтобы сохранить свой бизнес и ни дать расползтись слуху среди зеков о методах вольного по-селения в тайге.

За бешеные бабки бизнесмены пойдут на все. Бизнесменам деньги дороже человеческой жизни. Надо что-то придумать, чтобы удрать отсюда. Пускай даже идти до людей целый месяц.

- Черепок! Не знаю, как ты, но мне отсюда надо сделать ноги. - доверительно, шепнул Гнус, мне на ухо, когда мы остались одни. - Не хочу заканчивать свою жизнь в тайге без кайфа и без женщин. Лучше погибну в тайге, чем буду жить здесь на вольном заключении среди зверей. Не хочу озвереть также как этот старик.

- Погибнуть в тайге не мудрено. - оглядевшись по сторонам, ответил, Гнусу. - Вот как уйти из тайги живым? Мы с тобой должны хорошо подумать. На то у нас в голове имеются мозги.

У нас впереди три месяца до морозов. Надо отлично работать, чтобы никто не заметил нашей подготовки к побегу. Где-то, примерно, через месяц, нам можно будет удрать. Двоим пройти тайгу сложно. Надо нам прихватить с собой Цыпу и Хорька. Вчетверо легче пройти тайгу. К тому же Цыпа с самого детства знает тайгу. Будет хороший проводник.

- Цыпа и Хорёк мне во всем доверяют. - согласился Гнус на мой вариант побега с зоны вольного поселения. - Их подготовлю, а затем мы все четверо сядем за стол переговоров. Главное, чтобы никто не заподозрил, что мы хотим удрать.

Если вольное поселение решит бежать, то нас легко обнаружат с вертолёта и перестреляют с автомата или даже закидают гранатами.

- Скажу пацанам, что сложно одному выполнять задание по строительству вольного поселения. - предложил свой вариант конспирации нашей группы побега. - Ты скажешь, что надо создать исполнительную группу и предложишь кандидатуру Цыпы и Хорька.

Сам войдёшь в эту группу, как пахан нашей зоны. Ведь ты сам стремился стать паханом нашей зоны вольного поселения.

Не виноват, что майор назначил именно меня начальником строительства вольного поселения. Пацаны все равно в душе признают тебя паханом зоны вольного поселения. Бери дела в свои руки.

- Да, ладно! Хватит тебе оправдываться. - хлопнув меня по плечу, дружелюбно, сказал Гнус. - Ты не виноват перед пацанами и тем более передо мной, что тебя выбрали начальником строительства вольного поселения.

Например, мне было бы невыносимо разбираться с правилами ведения строительных работ на вольном поселении зеков. Мне куда проще разбираться с воровскими законами, которые знаю с малолетки. Так что не тушуйся и работай также.

Мы в этот же день вечером собрали воровскую сходку и осуществили наш план выбора исполнительной группы. Цыпа и Хорёк с огромным удовольствием приняли предложение Гнуса выбрать их в исполнительный совет. Тут же за Хорьком закрепил строительную группу. Цыпе отдал руководство благоустройством и сельским хозяйством, а также контроль, за нашей кухней. Себе оставил общий контроль за вольным поселением, как посредник между майором и поселением. Гнус стал, как пахан зоны или как с партийный секретарь, который контролировал дисциплину зеков.

- Теперь у меня гора с плеч! - радостно, воскликнул Музя. - Один окончательно зашился с палевой кухней.

- С тебя обязанности повара никто не снимает. - остановил, чрезмерно возбуждённого Музю. - Ты также будешь готовить нам вкусные блюда. Вот только за чистотой нашей кухни будет следить Цыпа. На его совести гигиена на кухне.

Если Цыпа не сможет наводить со своими людьми чистоту на кухне, то ему самому придется после завтрака, обеда и ужина выполнять повинность на кухне. Драить до блеска на кухне котлы и кастрюли, как палубу на корабле. Убирать всюду грязь. От грязи можно получить любую инфекцию.

Свои замечания высказал искренне. Так как мне не хотелось, чтобы до нашего побега мог возникнуть какой-нибудь конфликт среди зеков или хуже бунт. Тогда сюда на вольное поселение могли менты прислать карательный отряд солдат или хуже поставить вокруг вольного поселения забор с колючей проволокой.

В таком случае все наши планы на побег могли рухнуть. Нам пришлось бы вкалывать здесь до своей смерти. Надо умно удрать с вольного поселения, чтобы живыми и здоровыми добраться до большой земли.

- С вами что-то произошло? - глядя на наши лица, вопросительно, сказал майор, когда через день прилетел на вертолёте. - Вас словно подменили за одни сутки. Случайно инопланетяне не прилетали на ваше вольное поселение или вы задумали драпать отсюда? Так это глупо с вашей стороны. Отсюда уйти невозможно.

- Нет! Ничего не случилось. - поспешил, ответить за всех. - Просто мы сильно устали. Ведь мы работаем каждый день по пятнадцать часов без выходных. Поэтому у нас такой вид. Мне пришлось выбрать исполнительную группу заместителей по строительству и по сельскому хозяйству. Сразу стало легче работать на поселении.

- Из тебя получится хороший директор звероводческой фермы. - гордо, сказал майор, как бы подчёркивая то наше положение, в которое мы вляпались на всю свою дальнейшую жизнь, что мы никогда не выйдем с зоны вольного поселения. - Буду рекомендовать тебя хозяину фирмы, чтобы ты стал директором фермы.

Майор даже не поинтересовался о моем мнении. Согласен или нет, быть директором звероводческой фермы. Со слов майора во мне больше закрепилась уверенность побега из зоны вольного поселения. Теперь был убеждён в том, что майор все сторонне доверяет мне в строительстве посёлка вольного поселения и звероводческого фермы. Оставалось только соблюдать строгую конспирацию перед зеками. Ведь кто-нибудь из них мог быть стукачом. Гнусу, Цыпе и Хорьку можно было доверять все сто процентов. У них было несколько ходок на зону. Так что они не могли клюнуть на досрочное освобождение, выполняя роль стукача перед майором. К тому же все трое зеков должны были откинуться на волю по звонку в течение трёх месяцев. Им незачем марать себя перед пацанами. Легче уйти в тайгу.

Однако почти за сорок лет моей жизни у меня тоже было несколько ходок на зону. За это время мне пришлось повидать всякого брата на зоне. Бывало так, что самые верные зеки и даже паханы зоны, сдавали своих пацанов начальнику зоны.

Вполне возможно, что пахан нашей зоны со всеми потрохами сдал своих пацанов на вольное поселение, чтобы улучшить свою жизнь на зоне или откинуться с зоны досрочно с хорошей пенсией со своими детьми. Ведь пахан нашей зоны, а также начальник нашей зоны давно знают друг друга. Оба в хороших отношениях друг с другом. Оба пенсионного возраста. Почему бы им ни заработать хорошую пенсию на старости лет. Выслуживаясь перед высшим начальством или перед хозяином звероводческой фермы, на деньги которого строится посёлок и сама звероводческая ферма. Сейчас такое время, что за большие деньги любой человек может мать свою продать.

- Думаю, что ты прав. - размышляя над моими выводами, сказал Гнус, когда поделился с ним своими мыслями. - Мне на зоне сразу не понравился такой резкий поворот Буффало в сторону начальника зоны. У меня было какое-то не здоровое предчувствие беды. Однако Буффало купил меня на зоне "лапшой", как салагу с вольным поселением.

- Поэтому нам с Цыпой и Хорьком надо быть осторожным. - высказал, свои опасения. - Как бы они не оказались стукачами. Будем проверять их до последнего дня перед нашим побегом. Думаю, что ты так низко не пал, как Буффало, который нас сплавил сюда, чтобы самому лучше жить на своей зоне?

- Ты! Черепок! Осторожно с такими выводами. - прошипел Гнус, мне в лицо. - За такие слова ты можешь в бок перо схлопотать. Уважаю свободу, но не потерплю подлянку в свой адрес.

- Гнус! Извини меня! Сейчас такое время. Сам знаешь. Должен был тебя проверить. - поднимая руки, извинился перед Гнусом. - Теперь тебе доверяю с полна. Вижу, что ты толковый пацан. Будем жить мирно в тайге.

- Ладно! Извиняю! Сам хотел тебя проверить. - опуская мои руки, спокойно, сказал Гнус. - Обговорим детали побега. Мы никак не должны проколоться. Все надо сделать чисто, чтобы нам не сгнить в таёжном лесу.

- Думаю, что нам надо определить, где есть река в этой местности в глухой тайге. - начал, объяснять свой план побега. - Нам стоило во время полёта на вертолёте, посмотреть на тайгу с высоты. Хотя бы в какую-нибудь щель, чтобы определить место таёжной реки и сплава по реке к людям на большую землю.

- Ты забыл, что вертолёт ни сарай, а крытая машина. - тихо засмеялся Гнус, рассматривая в целях конспирации чертежи домика кухни. - Мы сидели в железной камере с плотными стенками без окон и дверей вокруг нашей клетки. Так что определять было нечего. Все свои определения мы сделаем во время побега.

- Мы все равно как-нибудь определим место нахождения речки. - продолжил. объяснять план нашего побега. - Расположение рек Сибири можно определить по звёздам. Мы все со школьной скамьи хорошо знаем звёздное небо России.

Поэтому совершим свой марш-бросок в сторону возможного расположения рек. Возле реки затаимся на время. Пока менты закончат поиски нас по тайге и по рекам с вертолёта. Затем построим плот и спустимся на плоту по реке до ближайшего населённого пункта. Все реки ведут к населённым пунктам. Во всём мире люди всегда живут у воды.

- Ну, ты прямо, как индеец следопыт! Все знаешь. - удивлено, сказал Гнус. -до такого никак не смог бы додуматься. Большую часть своей жизни провёл на зоне и ничего толком не знаю на воле вокруг себя.

- Не в обиду тебе скажу. Надо было больше учиться в школе, а не шарить по чужим карманам. - упрекнул, Гнуса. - До того, как свалить на зону много учился. Поэтому много чего знаю из жизни людей.

- О прошлом мне больше не напоминай. - обиженно, сказал Гнус. - Давай лучше с тобой хорошо обсудим наш побег с зоны вольного поселения. Когда выберемся на волю, так сразу буду учиться, как все люди.

- Нам в дорогу надо взять с собой больше консервов и других не портящихся продуктов. - стал дальше обсуждать план нашего побега с зоны вольного поселения. - Кроме того, с собой надо взять верёвки, топоры и гвозди на постройку плота к сплаву в реке.

- Откуда мы возьмём топоры и гвозди? - удивленно, поинтересовался Гнус. - У нас только дрели и шурупы имеются. Денег и магазинов в тайге нет, чтобы мы могли все это приобрести с целью будущего побега.

- Скажу майору, что нас достали лоси и медведи. Весь огород истоптали. - объяснил. Гнусу, откуда возьмутся гвозди и топоры. - Скажу майору, что могу из веточек и старых досок сделать плетёный забор, который затем прорастёт. Так делают терские казаки на Северном Кавказе. Такой забор без верёвок, топора и гвоздей собрать невозможно.

Майор клюнет на мое предложение. К тому же такой забор строить намного экономнее, чем строить стационарный забор. Рано или поздно, забор вокруг фермы и нашего вольного поселения строить придется все равно. Так как звери всех видов из тайги все равно повалят на запах человека и его пищевых отходов. Майор точно согласится с моей просьбой. Он полностью доверяет мне.

Мои выводы насчет майора сбылись до мелочей. Даже превзошли мои ожидания. Майор следующим рейсом вертолёта привёз нам не только гвозди и топоры, но даже привёз столбы и горизонтальные, длинные рейки, через которые можно было заплетать забор веточками. Так что себе получил дополнительную работу. Но зато у нас Гнусом появился повод ходить далеко в тайгу, чтобы не оголять лесные заросли вблизи строительства посёлка вольного поселения. Каждый день Гнус со мной, по очереди, брали пару пацанов, отправлялись в лес за веточками кустарников, которые росли везде в просвете огромных хвойных деревьев. Нам надо было хорошо осмотреться вокруг по тайге.

- Черепок! У нас беда. - закричал мне, Гнус, когда с веточками вернулся из леса. - Наш старик скончался.

Увлечённые работой и планами побега с вольного поселения, мы совсем забыли о своём старике, который постоянно возился с щенками и лишь во время прилёта вертолёта старик скрывался в тайге. Почему-то никто из нас не привязался к этому старику. Впервые дни, когда мы нашли старикам, мы постоянно следили за его звериными повадками.

Но вскоре привыкли к его присутствию, также как привыкли к щенкам. Поэтому обращали внимание на старика только тогда, когда мы обедали. Старик садился кушать вместе с нами за стол и тут же подкармливал наших щенков.

- Деда надо похоронить, как следует по-христиански. - с грустью, сказал, пацанам. - Сегодня и завтра не будет вертолёта. Так что прямо сейчас надо сделать гроб и похоронить деда в середине кладбища рядом с его друзьями. Надо уважать старость покойника и христианский обычай, с которым жил наш старик.

Мы тут же отложили всю свою работу по строительству вольного поселения. Занялись траурной церемонией похорон нашего старика. Гроб сделали из старых досок.

Изнутри гроб обложили картоном из-под ящиков. Яму под могилу вырыли, как следует по канонам христианской религии. Длина могилы два метра. Ширина могилы один метр.

Глубина могилы два метра. Когда подняли гроб с покойником, то удивились, что в старике почти нет веса. Настолько старик отощал на таёжных харчах.

На наших харчах не успел откормится. Удивительно, как он вообще ухитрился так долго жить в тайге. За пару недель проживания в нашем вольном поселении старик не поправился ни на один килограмм. Наверно калории нашей пищи уходили на содержание духа жизни и на рост волос, которые старик не постриг.

- Мы даже не знаем его имени, что написать на кресте. - сказал Гнус, втыкая крест из черных реек в сырую землю. - Как поступить нам в данной ситуации с погребением старика по христианским обычаям.

- Нам нельзя писать ничего на его кресте. - объяснил. Гнусу. - Если майор заметит крест, то мы скажем, что поставили крест Козюле. Насчет отсутствия надписи на кресте мы скажем, что клички ворам на крест не ставят. Фамилию Козюли никто из нас не знает. Не к чему вору фамилия. Козюля родился вором, вором и умер. Земля ему будет пухом. Имею в виду нашего старика, а не вора Козюлю, который ничего не заслужил.

Немного подросшие щенки и звери в тайге, словно знали, что умер их лучший друг. Две ночи подряд из жилой палатки, а также из леса доносился жалобный вой щенков и диких хищников.

Звери дикой природы словно прощались со своим другом. Мы тоже крепким чаем чифирь помянули старика, который унёс с собой тайну своей жизни, но открыл перед нами тайну нашего ужасного будущего, которое ждало нас в таёжном лесу здесь на вольном поселении.

За месяц проживания в тайге на вольном поселении мы сильно продвинулись в своей работе и в подготовке к побегу. Вокруг нашего вольного поселения вырос надёжный плетёный забор из зелёных веточек, которые по моему выводу могли пустить корни если не в этом году, то в следующем году точно. Но меня и Гнуса не интересовал забор, который может пустить корни.

Мы точно знали, что скоро сделаем ноги из этих мест и никогда не увидим забора. Вот только Цыпу и Хорька в известность не поставили. Боялись, что кто-то из них может оказаться стукачом. Поэтому решили познакомить Цыпу и Хорька в известность нашего побега как бы за месяц до назначенного времени, а совершить побег значительно раньше, чтобы стукач и майор не успели приготовить нам ловушку. Если в день побега засветится стукач, ты мы вынесем ему свой приговор.

Привяжем стукача к дереву далеко в лесу. Дальше будет видно, как ему повезёт. Съедят стукача хищники или вскоре найдут его менты в таёжном лесу во время поиска нас.

За неделю до побега с зоны вольного поселения мы с Гнусом отправили всех зеков заканчивать плетённую изгородь возле кладбища, а сами остались в домике готовить месячный отчёт по работе перед майором, который должен скоро прилететь на вертолёте.

В действительности мы решили перетаскать наши котомки, приготовленные к побегу в условленное место далеко в тайге, куда никогда никто из зеков не ходил. Стараясь обезопасить котомки от лесных хищников, мы договорились повесить котомки высоко на дереве, куда не может забраться ни один большой хищник.

Пока после завтрака занимался подготовкой отчёта за месяц, Гнус отнёс половину наших котомок в условленное место. После обеда, буквально за час до прилёта вертолёта, отнёс в условленное место вторую половину котомок. Хорошо, что с собой прихватил дополнительный топор, как бы подстраховал себя.

Когда возвращался обратно из тайги, то в это время услышал треск летящего вертолёта. Тут же срубил несколько веток и потащил их в сторону плетённого забора вокруг нашего вольного поселения. Заранее договорился с Гнусом, что он прикроет меня. Если прилетит вертолёт или кто-то из зеков спросит, про меня, то Гнус должен сказать, что пошёл за ветками на продолжения забора. Почти все зеки, иногда, действительно в одиночку ходили за ветками. Все зеки вольного поселения могли подтвердить мой поход за ветками к продолжению забора. У нас заранее были обдуманы все варианты прикрытия.

- За неделю сделаю несколько рейсом на вертолёте. - сказал майор перед посадкой в вертолёт. - У вас будет большой запас в работе по строительству посёлка. Продукты вам тоже с запасом привезу. После на месяц ухожу в отпуск. Так что вы постарайтесь так же, как в прошлом месяце хорошо поработать. Когда вернусь из отпуска, то у меня к вам будет долгожданный сюрприз. Не всем, а некоторым, кто лучше всех будет работать. Вы сами определите, кто из вас самый достойный.

- Не уж то на волю начнут отпуска? - осторожно и удивленно, поинтересовался. - Рановато нам на волю.

- О сюрпризе заранее никогда не говорят, - уклончиво, ответил майор. - Дождитесь моего возвращения.

Слова майора, также как слова умершего старика, обратно посеяли сомнения в наших рядах. По лицам зеков можно прочитать, что пацаны в растерянности от сказанного. Никто не знал, как понимать ожидаемый сюрприз от майора. Сюрпризом будет наша воля или какое-то поощрение и почему только избранные.

Ведь мы одинаково вкалываем ради свободы, которая одна на всех, и мы здесь все равны перед мыслями о будущей свободе. Вполне возможно, что майор так сказал умышленно, что-бы мы не держали в голове мыслей о побеге с вольного поселения. После отпуска майора обратно все станет на свои места. Ежедневные прилёты вертолётов на вольное поселение. Постоянный контроль над зеками. Чего доброго, поставят где-нибудь на соснах видеокамеры на аккумуляторах. Будут наблюдать за нами со стороны. Тогда точно никуда не сбежишь. Караул над нами поставить.

- Не знаю какой сюрприз готовит нам майор. - сказал. Гнусу, когда улетел вертолёт. - Но если мы не смоемся отсюда во время отпуска майора, то тогда мы точно никогда не удерём с этих мест. Так и подохнем мы здесь в таёжном лесу на вольном поселении.

- Как только майор улетит на последнем вертолёте перед отпуском, так мы сразу будем смываться отсюда. - сказал Гнус. - Хорьку и Цыпе мы скажем после вылета последнего вертолёта. Если даже кто-то из них окажется стукачом, то все равно не успеет настучать майора. За месяц мы далеко удерём из этих таёжных мест зоны вольного поселения.

Целую неделю, до последнего вертолёта, мы вкалывали так усиленно, словно хотели получить сюрприз от майора, который был искренне доволен нашей работой. Майор постоянно напоминал нам, что сюрприз ограничен своим количеством. Поэтому нам придется выбирать к сюрпризу, самых, лучших из лучших. Самых достойных из достойных. Если все окажутся самые лучшие и достойные, то придется тянуть жребий по количеству ограниченных сюрпризов.

- У нас к вам тоже есть сюрприз. - сказал. Хорьку и Цыпе, когда улетел последний вертолёт. - Мы с Гнусом делаем ноги с этого вольного поселения. Так как нам не хочется увеличивать местное кладбище на зоне вольного поселения.

Мы предлагаем вам присоединиться к нам, так как другого такого случая удрать отсюда у нас больше не будет. Майор ни настолько глуп, чтобы оставлять рабскую силу без надзора. Вполне возможно, что его сюрпризом в наш адрес будет вооружённая охрана с сигнализацией и овчарками. Посмотрите на карту нашего вольного поселения.

Вся наша зона обведена жирной линией с квадратиками по углам, по четырём сторонам и жирными точками между квадратиками. Долго думал, зачем на нашей карте жирная линия, квадратики и жирные точки.

Но когда случайно услышал разговор между майором и капитаном о сигнализации на нашей зоне, то сразу понял расположение на карте жирной линии вокруг нашей зоны с квадратиками и жирными точка. Нас здесь хотят оградить современной сигнализацией.

- Чего тут не понимать. - поддержал меня, Гнус. - Жирная линия, это ограждение с колючей проволокой. Квадратики - сторожевые будки с собаками. Жирные точки, это видеокамеры или собачьи будки с овчарками и снайперы кругом. Мы здесь скоро будем жить, как раньше жили политические заключённые в этом лагере.

- Мы сами себе готовим зону с оцеплением, откуда невозможно будет удрать. - подчеркнул. собственные выводы. - Через пару месяцев отсюда удрать никто не сможет. Все вокруг нас будут контролировать менты.

- Присоединяюсь к вам. - не задумываясь, согласился Хорёк. - Готов дёргать отсюда на волю с вами хоть прямо сейчас. Мне совсем не хочется гнить на зоне в таёжном лесу.

- Пацаны! Хочу, чтобы вы меня правильно поняли. - осторожно и задумчиво, сказал Цыпа. - У меня здоровье ни настолько крепкое, как у вас. Мне трудно будет пройти всю тайгу в быстром темпе. Просто умру в тайге. Майор породил во мне надежду на волю своим неизвестным сюрпризом. Поэтому останусь на вольном поселении до победного конца. Если вы думаете, что стукач, то можете меня прикончить хоть сейчас. Давно подозревал, что вы готовитесь к побегу. Видел, как вы готовили котомки и затем прятали их в лесу. Сам готов был напроситься к вашему побегу. Но последнее время стал себя плохо чувствовать. Поэтому решил остаться. Хочу в последний раз попробовать, по закону откинутся на волю и полностью завязать...

- Тебя не здоровье подвело, а похвала и тайный сюрприз от майора. - со злостью, сказал Гнус, прямо в лицо Цыпе. - Ты ментам стал доверять больше, чем пацанам на зоне. Смотри, Цыпа, не прогадай с ментами.

- Мы поверим тебе, но у нас здесь остаётся свой человек, как прикрытие к нашему побегу на случай стукача. - с угрозой в голосе, сказал. в лицо Цыпе. - Так вот, наш человек будет внимательно следить за тобой. Если он засечёт, что ты стучишь на нас, то тебе не жить на вольном поселении.

Ты прекрасно знаешь, что делают на зоне с стукачами. Поэтому хорошо подумай, как дальше жить на вольном поселении в отсутствии нас или уйти в тайгу.

- Пацаны! Если вы не верите мне, то можете меня прикончить прямо сейчас. - обиженным голосом, сказал нам, Цыпа. - Никогда не был стукачом и сукой. Просто хочу закончить свою жизнь на воле, а не на зоне.

- Мы успеем с тобой разобраться. - ехидно, сказал Гнус, перепуганному до смерти Цыпе. - Пока ты можешь жить спокойно. Но если в чём-то проколешься, то получишь перо в бок. Мы не оставим шкурника живым. Выпроводив Цыпу за дверь, мы втроём стали обсуждать время побега из зоны вольного поселения. Несмотря на то, что мы с Гнусом перестраховались на Цыпе и Хорьке, всё равно не доверял до конца никому из зеков, участников нашего побега. Поэтому имел в голове собственное время к побегу с зоны вольного поселения. Против времени побега, установленного отдельно с Хорьком, а также Гнуса со мной. Так было лучше нам удрать с зоны вольного поселения без риска за потерю своей жизни и воли на свободе.