# Тысяча рублей

Елена Вячеславовна Черникова

Елена Черникова


ТЫСЯЧА РУБЛЕЙ


Где эти собаки? Кто знает!

Псинная музыка ширилась; невыносимо чистое солнце светило городу с небывалой силой. Собаки то брехали зычно, то лаяли звонко-серебрянно, по своему усмотрению. Поэты назвали б иные собачьи голоса прокуренными. Кто знает поэтов!

Мужчина шёл своей дорогой. По пенсионному делу. Если угодно, да, в банк. А что? Золотые кудри с благородным белым отливом зачёсаны вбок; голубые глаза медленные, будто видавшие виды. Какие виды? Кто знает! Выразительные джинсы classic, кто понимает, моложавая клетчатая рубашка, упругие валики мимических морщин в необходимых местах. Собакины квинтеты необъяснимо укрепляли его в мысли, что и свобода возможна. Слишком тёплое лето; собака - друг человека; но за квартиру не платит, ха-ха.

На тротуаре - тихая прямоугольная бумажка. Линялая, с белесыми цифрами. Померещилось - тысячерублёвка. Чушь какая.

Не оглядываясь, он небрежно нагнулся, поднял до себя, а это метр восемьдесят, и посмотрел бумажку на просвет. Действительно, тысяча.

Разве может лежать на улице настоящая тысяча? Конечно, фальшивка. Её нарочно подбросили, чтобы честный прохожий взял её, пошёл в магазин, и его арестовали. К своим годам он знал всё.

Он был осанист, умён с детства и привлекательно красив. Вырос он в полной семье, где всё было правильно, и деньги на дороге никогда не валялись.

Он порвал подмётную мерзавку надвое и бросил оземь. Внезапный ветерок послушно подхватил злодейские полукупюрины. Собаки примолкли. Мужчина вытер пальцы об classic и пошёл чуть не напевая.

Из-за угла появилась, недурно семеня поношенными ножками в ботиках, горбатенькая тётенька лет пятисот от роду. Серым указательным пальчиком с лако-красочным коготком она придерживала на буклях мышиную шляпку, точь-в-точь кашпо, с белым атласным бантиком. Заметила полутысячный кусочек и, поскрипывая, пригнулась к земле ещё ближе. Да, деньги. Стараясь не ворошить соли в шейном отделе, тётенька боковым зрением посканировала окрестность, и вторая полутысяча открылась её взору, будто с готовностью, всего в двух метрах от первой. Начинающим всегда везёт. Кто понимает.

Не разгибаясь, она уточкой проковыляла до второй бумажки, вытянула как могла пальцы, похожие на короткие чётки, прицелилась и ухватила. Ещё пару минут она приводила себя в относительно вертикальное положение. Переведя дух и подумав, потрусила в ближайшее отделение Сберегательного банка. Молодец.

За кассовым окошком щебетала по телефону чёрная юбочка и белая кофточка, всё - с табличкой "Стажёр". В зале было пустынно, а стажёрка мечтала поработать. Умница. Вид любых денег вызывал у неё восторг. Девчушка любила своё свеженькое банкирство, поскольку деньги говорили ей о необъятных возможностях человека, и порядок - прежде всего.

- Детка, помоги, - сказала посетительница простодушным тоном.

Увидев беззащитные половинки, девушка чуть не заплакала. Бросив трубку, она вскочила и рассказала о горестях, изредка падающих на невинные головы пожилых людей в разных странах. Быстренько оформила замену и пожелала бабуле впредь быть осторожнее со всеобщим эквивалентом. Маркса в банке чтили.

Клиентка удовлетворённо запрятала новенькую тысячу в кошелёчек отличной степени порепанности.

А девушка скорбно рассматривала то, чему никогда больше, ни секунды не быть платёжным средством. Ей было больно видеть порванную возможность радости, пусть и небольшую; однако возможность справедливости, восстановленная её руками, приятно поддержала её веру в полные до края возможности человека.

В эту сладостную минуту в отделение банка и вошёл осанистый, красивый, умный мужчина. Его взору предстали две счастливые каждая по-своему особы. Вот что бывает в жизни. Нельзя сказать, как он признал в бумажках, навек перелетевших на ту сторону денежного прилавка, именно свою тысячу, но узнавание вышло молниеносным.

- Это я нашёл, - начальственно сообщил он.

- Это моя денежка, - чирикнула тётенька и коснулась бантика.

- Это принадлежит банку, - доложила кофточка с юбочкой.

- Нет! Я уверен, что она фальшивая, - возмутился мужчина.

- Вы ошибаетесь, - огорчилась девушка. - Я её проверила.

- Деньги на дороге не валяются. А я никогда не ошибаюсь!

- Ошибаетесь! Они на дороге, деньги есть путь, просто вы не замечали, - восторженно засмеялась девушка. - Эту тысячу нам вернула вот эта дама. Я обменяла!

Мужчина воззрился на даму с готовностью порвать её натрое. Дама уточнила:

- Ваша жена ещё жива?

- Вы что всюду суётесь? - закричал красивый пенсионер окончательно.

Грубиян.

- Вот-вот, - шепнула дама и посеменила к выходу.

- Да вы не расстраивайтесь, - воскликнула девушка. - Деньги ещё будут!

- Ещё?! Развели тут... демокррратию, - зарычал умный мужчина. - Позовите начальника!

- Это может потерпеть до завтра? - расстроилась девушка. - Аделаида Робертовна ушла пораньше. У неё внук именинник.

- Да вы что все, сговорились?!! - разошёлся не на шутку, стал брызгаться, глаза вытаращил.

- Что вы! - искренне удивилась девушка, поправляя пуговку на белой кофточке. - Мы не сговаривались.

- Я на вас управу-то найду! - пообещал мужчина и несмотря на чёткие разъяснения банковского служащего вдруг зачем-то кинулся вослед карге. Зачем!..

Выпрыгнув на кипящую солнцем улицу, он возбуждённо повёл носом. Собаки завыли. Горбатенькая испарилась. Навек! Провалилась со своими лентами, ботами, беспардонными вопросиками и траченым кошелёчком, сжевавшим настоящую тысячу его рублей. В тартарары. И никого!

И справедливости нет. Стервы! Прав был мудрый Сильвестр*. Преследователь схватился за худое кадыковатое горло, неизящно позеленел и как-то криво сложившись потёк на горячий асфальт, теряя моложавость. Собаки заржали, как ослы. Солнце подпрыгнуло до неба и погасло.


В Склифосовского ему бесплатно поставили хорошую капельницу, измерили давление, расспросили о том о сём и отпустили домой, прописав не бороться за справедливость и регулярно часто сдавать общие анализы.


---------------------------

* Протопоп Сильвестр - автор "Домостроя".