Черникова Елена Вячеславовна
Зачем женщина - мужчине?

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Черникова Елена Вячеславовна
  • Обновлено: 04/01/2016. 14k. Статистика.
  • Эссе: Юмор
  • Скачать FB2
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Статья написана в 2010 году для журнала. Опубликована в сокращении.


  •    ЗАЧЕМ ЖЕНЩИНА - МУЖЧИНЕ?
       Попытка анализа
      
       Я восхищаюсь Дарвином как писателем: и слогом русского перевода, и поэзией первоисточника. Дарвин оставил человечеству две неработоспособные теории, а также формулу дамского романа: "Я вообще издал бы закон против романов с несчастливым окончанием. Никакой роман на мой вкус не подходит под категорию первоклассного, если в нем нет хоть одного лица, внушающего безусловную любовь, а если это к тому же хорошенькая женщина, то и того лучше" ("Автобиография". Пер. К. А. Тимирязева).
       В его творчестве встречаются инсайты, от которых у меня дух захватывает неизменно, сколько ни перечитываю. Яркий пример, один из любимейших: Чарльз Дарвин, "Дополнительная заметка о половом отборе у обезьян". Впервые напечатана в "Nature", November, 2, 1876, p. 18: "При обсуждении вопроса о половом отборе в моём "Происхождении человека" ни один факт не заинтересовал и не смущал меня так сильно, как яркая окраска зада и прилежащих частей у некоторых обезьян..." Перевод на русский профессора И. Сеченова, (т. VI Собрания сочинений Дарвина, выпущенного в начале ХХ века в Москве).
       Приведённая фраза из "Дополнительной заметки..." великолепна как лид, сказали бы сегодня рекламисты. После неё так и рвёшься узнать: что ещё связывает краснозадых с двуногими? Почему наиболее волнующей загадкой происхождения человека Дарвин назвал красный обезьяний зад? Он же не хохмач. Он абсолютно серьёзен. И он никогда не выводил человека из обезьяны. В чём дело?
       В "Дополнительной заметке..." великий учёный доверительно делится своими раздумьями о половых украшениях, созданных половым отбором, у птиц (павлины), о стыдливости у некоторых животных, никогда не показывающих своего зада, а также о животных бесстыжих поразительно (мандрилы). Обезьянья привычка показывать зад в порядке знакомства (даже зеркалу) анализируется так мило и взволнованно, что когда автор через три страницы наконец ненадолго вспоминает о человеке, читатель невольно вздрагивает: было так интересно, и вот тебе - опять это неразумное (человек), поставляющее сплошные исключения и по части естественного отбора, и по части полового, что регулярно подчёркивал сам автор теории обоих отборов. Позвольте ещё цитату из той же заметки 1876 года: "Даже человек, за исключением, может быть, художника, не анализирует тонких черт любимой женщины, от которых зависит её красота..." То есть, как вы видите, довольно грубое животное человек не анализирует это. А тонкие художники - анализируют. А ещё есть животные под называнием женщины, которых, случается, любят за красоту, и которых всё это касается либо не касается в зависимости от отношения к ней человека либо художника.
       Я люблю Дарвина за скрупулёзность, педантизм учёного и мастерство литератора. Люблю всю его животноводческую поэзию, полную дивных оговорок, все его озарения, включая то, на котором он и остановился, признав, что мышление и нравственное чувство человека не вытекают из его стройных теорий. Коих было две: естественный отбор (кто сильнее, тому и жить) и половой (кто красивее, того и самка). Дарвин признавал, что у его открытий много подтверждений в мире животных и много опровержений в мире людей: женщины, как сговорившись, постоянно выбирают не самых достойных мужчин (сильных и красивых), а тянутся к малоинтересным с точки зрения эволюции художникам. Слабакам, моральным и физическим уродам, алкоголикам и прочая.
       Разрешите подчеркнуть: это заметил сам Дарвин. Учёный, которого я нежно люблю за честность. Он никогда не говорил и не писал, что человек произошёл от обезьяны. Он никогда не был дарвинистом. Собственно, как и Маркс не был марксистом, и Христос - христианином.
       Однако подлинное величие Дарвина в области самопиара (с него надо учебники писать!) сыграло чудовищную шутку с его незавершённым, по слову самого автора, учением. Современники всё, чего не вычитали у него, додумали за него. Дарвин был знаменит невероятно. Он сам этого добился. Он стал звездой. А потом разделил участь большинства знаменитых литераторов: растащенный на цитаты, он уже не собирается в исходник, посему не осмыслен, да и не прочитан как следует.
       Вот бередящая мою душу (и не только мою, судя по заявлениям руководства России) проблема: демография нашей страны. И не только нашей. Государство по абсолютно понятным причинам стремится заселить страну своими гражданами, способными трудиться и защищаться, а свои граждане размножаются крайне вяло, а территория громадная, богатая и, как всегда, для иноземцев привлекательная. Об этом сейчас не пишет только ленивый. Врачи бьют тревогу, военные бьют тревогу, социальные психологи, политологи, вообще все бьют и бьют тревогу, но размножением занимаются соседи: Китай и Индия. Ползком, тихой сапой, но и в нашу прессу пробралось чудовищное наблюдение: сытая Европа тоже не размножается. Пресловутая уверенность в завтрашнем дне почему-то не приводит супругов к детям. Говорят, это эгоизм. Говорят, брак и семья трещат по швам. Говорят, на авансцену вылез беспримерный гедонизм, и захлестнувшая потребительский мир жажда наслаждений подкосила опоры, расшатала основы. Возможно. А был ли мальчик? Какие, собственно, опоры и основы следует укреплять, чтобы человеки захотели делать детёнышей? А что они, люди, вообще друг с другом делают, когда раздеваются? Как это сейчас называется? Если бы инстинкт продолжения рода действительно был не то что силён, а вообще был, он победоносно шагал бы по всей планете, невзирая на социально-экономические условия. А он, видите ли, обходит стороной целые регионы. Правда, странно?
       Мужчины и женщины демократических стран, разогретые модой на сексуальность (главное маркетинговое понятие в современном мире), вроде бы ложатся друг с другом, но - третий лишний! А всё чаще - и второй-то лишний: отпрянув ото сна, мужчины и женщины всё решительнее разбегаются по собственным квартирам. В Европе отмечена необычная форма безбрачия: женщины не вступают в половые отношения, опасаясь разочаровать мужчин в постели. Индустрия сексуальных услуг, по мнению женщин, уже подняла мужские притязания на недостижимый в домашних условиях уровень. А показаться мужу в постели неловкой простушкой - увольте. Страх быть хуже других хоть в чем-то - вколочен ещё глубже.
       Есть у меня соображения, которыми грех не поделиться. Впрочем, поделишься - тоже грех. Поскольку в истоке этих соображений находятся вытесненные обществом воспоминания. Они вытеснены в некое коллективное бессознательное, или подсознательное, или не знаю куда ещё, но прочно. Прежде всего, я говорю о событии 1987 года. Помните? Ну как же...
       В том году в нашей стране случился демографический взрыв. В родильных заведениях не хватало коек. В послеродовых палатах ставили раскладушки. Акушерки работали по-стахановски. В следующем, 1988, взрыв повторился - почти той же мощности в младенчиковом эквиваленте. За два сезона столько детей народилось, что когда все они в 1994 году пошли в школы, директора устраивали конкурсы со вступительными почти что экзаменами, открывали классы "г", "д" и так далее, и всё равно в первых классах сидело по сорок человек (вместо двадцати пяти по нормам).
       Молодые мамы-1987 обсуждали в палатах своё заполошное поведение в самых радостных тонах: пусть нет достатка, привыкли, пусть до квартиры ещё далеко, но ведь перестройка, ведь новая жизнь! Социализм с человеческим лицом! Автор этих строк знает не понаслышке, как всё тогда кипело и бурлило. Автор сам имел удовольствие рожать в сентябре именно 1987 года, а поскольку рожал автор без проблем, наркозов и прочих одурманивающих штуковин, то слышать разговоры и участвовать в них мог абсолютно свободно, сознательно, в твёрдой памяти.
       А вот в 1989 родильное пиршество пошло на спад, потом позакрывались роддома, а в феврале 1992 года, например, моя соседка Оксана рожала мальчика - одна на весь этаж. Персонал, удивлённо-счастливый, оказывал ей услуги, граничившие с почестями: надо же, беременная приехала!
       Теперь, возбуждая народ на размножение, политики про тот взрыв не вспоминают, а учёные скромно помалкивают. Или говорят чушь: дескать, после антиалкогольной кампании весны-лета 1985 года мужики стали посвободнее, пить бросили, отчего и заметили своих жён. Это даже не ерунда. Это, по-моему, латентное лоббирование подпольного производства крепких напитков. Антинаучно и просто подло.
       Политики забыли тот демографический взрыв, поскольку перестройка, по результатам многолетних муссирований роли Горбачёва в истории, привела СССР к распаду, а трагедии всегда сопровождаются скорбью. И минутой молчания. Минута затянулась на двадцать лет. И мало кто решается пискнуть, что на свете нет ничего совсем беленького или совсем чёрненького. Всё имеет две стороны. Никто не проводил опросов среди женщин, рожавших в 1987-1988 годах, на тему почему вы именно тогда? Аборты не были запрещены. Более того, они были бесплатными. Так с какого перепуга-то бабы кинулись в роддома, забыв и об эгоизме, и гедонизме, и прочих пороках? Может, потому что к 2000 году всем была обещана отдельная квартира? Ага, конечно, поверили. Тринадцать лет ожидания. Даже так: ещё тринадцать. Хрущёв обещал коммунизм к 1980 году. Кто ж у нас верит таким обещаниям!
       Обратимся к знаменитому "Половому отбору" Дарвина. Мне жаль, что эта работа относится к великим нечитаемым книгам (есть такой как бы термин). А давайте почитаем. "У европейцев женщины, по-видимому, окрашены светлее мужчин, если судить по влиянию, которое имеет на оба пола одинаково долгое пребывание на свежем воздухе". Класс! "Мужчина храбрее, воинственнее и энергичнее женщины и обладает более изобретательным умом". Неужели? Поначалу, замечает учёный, "мальчики и девочки близко походят друг на друга в раннем возрасте", но с возрастом всё меняется: "Женщина однако принимает под конец некоторые отличительные признаки и по форме черепа занимает, как говорят, средину между ребёнком и мужчиной". Последнее наблюдение дано со ссылкой на Эккера, на которого у Дарвина вообще опирается многажды. Читаю и умиляюсь: в каком зоопарке изучали людей основоположники эволюционизма? "Женщина, по-видимому, отличается от мужчины по своим наклонностям, преимущественно по большей нежности и меньшему эгоизму". Что ж, пусть хоть так. Но вот теперь один из моих самых любимых пассажей. Он нравится мне тем, что по сути совпадает с домостроевским: "Главное различие в умственных способностях обоих полов проявляется в том, что мужчина во всем, за что он берётся, достигает большего совершенства, чем женщина. Это проявляется как в области глубокой мысли, разума и воображения, так и в вещах, требующих простого употребления органов чувств и рук". О да! А на пьедестале следующей мысли с огромным удовольствием и сейчас поставили бы свои подписи все неудачники цивилизованного мира: "Если составить две таблицы из мужчин и женщин, наиболее замечательных в поэзии, живописи, скульптуре, музыке (как относительно композиции, так и исполнения), в истории, науках и философии, поставив с полдюжины имен под каждым предметом, то обе таблицы, конечно, не выдержат сравнения". Двусмысленность финала можно списать на неграмотность переводчика, однако до этого профессор И. Сеченов превосходно справлялся с делом, а тут вдруг засбоил. Видимо, строго следовал мысли оригинала, а мысль оригинала шла-шла по женским черепам, а в последний миг что-то рука дрогнула: не иначе, побоялся великий Дарвин высказаться определённее на основе целой "полудюжины имен". Я уже подчёркивала, что он был педантично честен в исследовательской работе, и считать таблицу в шесть имен статистически безупречной просто не смог бы. Отсюда и выходит кривая про "обе таблицы, не выдерживающие сравнения".
       Но - что сделано, то сделано.
       Стереотип женской ущербности во всём, кроме материнского инстинкта, определяющего, по мнению мужчин, правильный ход истории, закаменел. Точно так же закаменел стереотип мужской охоты на самку, хотя согласно Книге Бытия она, самка, названная после грехопадения Евой, начала первая. Причем начала вовсе не с сексуальных домогательств к Адаму, а с проявления гордыни, когда змий наобещал ей, что они с мужчиной "будут как боги". Она и прельстилась, дурёха. Нежная, но неизобретательная (уже согласно Дарвину), к поэзии не склонная и в "простом употреблении рук" неловкая.
       Даже этот, маленький кусочек сияющей каши, сваренной из библейского и эволюционистского подходов к женщине, свидетельствует о тотальной нерешённости так называемого женского вопроса. По моим наблюдениям, все описанные окаменелости одновременно сидят в мозгах у мужчин посейчас. Выпрыгивают по случаю или по очереди, но в мозаику не складываются. Мне кажется, именно поэтому наши власть предержащие всё пытаются по старинке "вернуть женщин к очагу" - вместо того чтобы воодушевить весь народ чем-нибудь столь же величественным, как химеричный, но "с человеческим лицом" социализм Горбачева. Образ нужен, образ общего с мужчинами дела! Что-нибудь всенародное. Кроме войны, желательно. А то удумали: её к плите, его на заработки. Значит, опять врозь. Типа каждому своё. Неизобретательно. Проехали. Женщины, конечно, излишне нежны, и череп у них так себе, но крутой "Домострой" был написан злобным Сильвестром в XVI веке, наивный "Половой отбор" Дарвином в XIX, а с тех пор кое-что изменилось. Неужели не заметили, господа начальники? А ещё мужики, называется. Думайте, думайте, образ ищите, фантазируйте, поэтизируйте жизнь. Иначе самим рожать придётся: наука подсобит.
      
      
       2010
      
      

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Черникова Елена Вячеславовна
  • Обновлено: 04/01/2016. 14k. Статистика.
  • Эссе: Юмор
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.