Дацюк Сергей Аркадьевич
Горизонты конструктивизма

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Дацюк Сергей Аркадьевич (xxyz@ukr.net)
  • Обновлено: 27/11/2011. 1339k. Статистика.
  • Монография: Философия
  • Философия
  • Иллюстрации/приложения: 98 штук.
  • Оценка: 8.23*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Интернет-книга, опубликованная в 2010 году

  • СЕРГЕЙ ДАЦЮК

     

     

    ГОРИЗОНТЫ КОНСТРУКТИВИЗМА

     

     

    Киев - 2010

     

     

     

    "Меня ведь не рубли на гонку завели, -

    Меня просили: "Миг не проворонь ты -

    Узнай, а есть предел - там, на краю земли,

    И - можно ли раздвинуть горизонты?""

     

    Владимир Высоцкий "Горизонт"

     

     

     

     

     

    Работы этого издания посвящены осмыслению направлений развития конструктивизма в разных областях знаний и представлений.

     

     

     

     

     

    Свидетельство о регистрации авторского права ?35068 выдано 20 сентября 2010 года государственным департаментом интеллектуальной собственности Министерства науки и образования Украины.


    Содержание

     

    ПРЕДСТАВЛЕНИЯ КОНСТРУКТИВИЗМА.. 6

    Что такое реальность?. 6

    Истолковательная и конструктивная позиции. 12

    Виртуальность и актуальность. 18

    Структурное ви?дение. 24

    Структурный континуум.. 34

    Континуум-апперцепция. 41

    Язык и семиозис. 50

    Рефлексия, контрафлексия и контрарефлексия?. 60

    Измерения, разномерные реальности, Мир и Внемирность? 68

    Конструктивная лингвистика. 78

    Что такое конструктивизм и каковы его цели?. 90

    КОНСТРУКТИВНАЯ ФУТУРОЛОГИЯ.. 94

    Становление футурологии. 94

    Онтологическая типология футурологии. 105

    Прогнозная футурология: проблема сингулярности. 119

    Креационная футурология: программа-проект или стратегия 125

    Принципы конструктивной футурологии. 130

    Этическая конструктивная футурология. 141

    Политическая конструктивная футурология. 149

    Краткие выводы.. 170

    ЛИМИТОЛОГИЯ.. 171

    Постижение предела. 171

    Допредельность. 183

    Определивание. 196

    Запредельность. 209

    Черезпредельность. 222

    Межпредельность. 238

    Обеспределивание. 254

    Краткие выводы.. 272

    СТРУКТУРАЛИСТИКА.. 275

    Что такое структуралистика?. 275

    Общая реалистика теорий. 281

    Общая нормативистика теорий. 289

    Дилистика: признаки в теориях. 294

    Гомолистика: отношения в теориях. 310

    Комплистика: комплексы в теориях. 327

    Переход от научной к конструктивной реалистике. 346

    Инофлексика. 350

    Контрафлексика. 354

    Контрарефлексика. 356

    Интегративный взгляд на теориеведение. 356

    ТЕОРИЯ ПОРЕГРАФОВ.. 362

    Основные понятия. 362

    Линейная топология бинарной референции. 369

    Алгебра линейной топологии бинарной референции. 371

    Сетевая топология бинарной референции. 373

    Тетрарная референция. 377

    Барьеры в тетрарной референции. 380

    Алгебра линейной и сетевой топологии тетрарной референции 384

    Краткие выводы.. 390

    КОНСТРУИРОВАНИЕ МЕДИАРЕАЛЬНОСТИ.. 391

    Как возникает медиареальность?. 391

    Конструктивный подход к реальности. 396

    Медиареальность как реальность коммуникации. 399

    Знак, смысл, символ и слои медиареальности. 401

    Семиозис "АВ"-моделирования. 409

    Как функционирует знаковый слой медиареальности? 412

    Как функционирует смысловой слой медиареальности? 423

    Как функционирует символическое пространство медиареальности? 436

    Некоторые выводы.. 438

    КОНСТРУКТИВНЫЕ ТЕОРИИ МУЗЫКИ И МЫШЛЕНИЯ.. 440

    Основы понимания музыки. 440

    Фония, полифония и контрапункт. 446

    Контрафлексия и контрапункт. 457

     


    ПРЕДСТАВЛЕНИЯ КОНСТРУКТИВИЗМА

     

    Первый опыт чтения лекций по авторской Теории Виртуальности и первые отзывы на эту работу показывают, что наибольшую трудность представляют вовсе не сложность текста, не новые слова, в нем встречающиеся, и вовсе не символика "АВ"-моделирования, а именно новые представления. Здесь будет предпринята попытка последовательно изложить именно эти новые представления, которые составляют суть конструктивного подхода.

    Предлагаемая работа не является кратким изложением Теории Виртуальности и не содержит упоминания обо всех ее инновациях, хотя и использует ее основные теоретические представления. Речь будет идти о тех представлениях конструктивизма, которые возникают из выхода за пределы очевидного опыта, позволяющего понимать инаковое содержание.

    В данной работе мы подробно остановимся на базовых для конструктивизма представлениях: реальность; истолковательная и конструктивная позиции; виртуальность и актуальность; "структурное ви?дение"; структурный континуум; континуум-апперцепция; язык и семиозис (метасемиозис и конструкт-семиозис "АВ"-моделирования); рефлексия, контрафлексия и контрарефлексия; измерения, разномерные реальности, Мир и Внемирность; конструктивная лингвистика.

     

    Что такое реальность?

     

    Чтобы мы смогли подобраться к пониманию конструктивизма и сделать различие между виртуальным и актуальным в их реальности, мы должны понять саму "реальность". Реальность первоначально для нас суть нормированное посредством структурирования сущее. То есть не просто структурированное сущее, а суть так структурированное, где эта структура есть нормированная.

    Откуда же берется это первичное и самое фундаментальное структурное нормирование? Оно дано в самих первичных онтических условиях существования человека: наличие тела, наличие открытого потока сознания, наличие преодолевающей солипсизм тела-сознания коммуникации и соответственно усложнения нормирования в ходе человеческой эволюции путем его передачи через коммуникацию из поколения в поколение. Тем самым своей телесностью, открытым сознанием и коммуникацией человек "привязан" к истолкованию определенной структуры - в пространстве-времени, в ее последовательной связности и в ее целостности вещей или объектов. Однако деятельность человека является условием преобразования, которое может выходить за пределы человеческих телесности-сознания-коммуникации и различения мира на объекты.

    Еще в начале ХХ века физика микрочастиц поставила вопрос о том, что концептуализирующая теория, а не чувственная очевидность онтических условий, позволяет познавать микромир. Однако до тех пор, пока это нас мало касалось в повседневной жизни, такое представление можно было игнорировать на уровне универсальной теории, выделяя физику микрочастиц как исключение, особый случай. К концу ХХ века ситуация меняется принципиально: 1) человеческая телесность получает технологическое протезирование; 2) человеческое сознание все больше становится медиа-сознанием, и у него появляется двойник - искусственный интеллект; 3) человеческая коммуникация "отрывается" от телесности в технологиях телевидения, мобильной связи и более всего - в интерактивности Интернет.

    Таким образом, онтические условия существования не являются более естественными - они становятся искусственными. Имманентность становится преобразованной имманентностью, различие между онтическими условиями существования и преобразования исчезает - и именно это вынуждает нас впервые увидеть естественные онтические условия как первичное нормирование наличия в реальность. Так возникает нормировочное представление о мире и мирности.

    Мир в Теории Виртуальности (ТВ) вообще не то, что нормируется как присутствие в пространстве или расположение во времени, а то, что разными способами - имманентными и концептуальными - нормируется как разное наличие: мирность оказывается многообразием реальностей.

    Теперь реальность должна быть понята не как нормированная структура сущего в языке[1], не как структура, которая в нормировании позволяет обнаруживать наличие, а как устанавливаемая структура бывания. Бывание, а не существование, присутствие или наличие, оказывается изначальным для нормирования в реальность. "Наличное" суть нечто, обнаруженное хоть каким-либо образом. "Бывающее" же суть установленное конструктивно. В узком смысле, реальность есть нормированное различие, в широком смысле - нормированная структура как бывание. И, таким образом, бывание различно.

    Собственно в материалистическом определении реальности как лишь объективной реальности ничего неточного нет. Существует лишь ограниченность этого определения - единственным способом нормирования здесь объявляется объективность, то есть структурирование реальности на объекты как способ нормирования ее структуры. В доконструктивной философии считалось, что структурирование на объекты - единственно возможный способ нормирования, поскольку иные не были известны.

    Мы же в ТВ изначально принимаем, что объект не является единственным способом нормирования структуры, более того, не является самым фундаментальным способом нормирования. Теория Виртуальности предлагает и детально рассматривает разные способы (уровни) нормирования, три из которых (онтологический, континуумный и функциональный) более фундаментальны, нежели объектное нормирование.

    Точно также в метафизическом определении реальности как лишь познаваемой при помощи человеческой чувственности имманентной реальности, даже если технологические приборы являются продолжением этой чувственности, тоже нет ничего неточного. Здесь есть лишь ограниченность имманентности: пространственность телесности, временна?я природа сознания, последовательная связность структуры и структурная дискретность вещей и слов, выражаемая коммуникативно посредством языка. В ТВ мы изначально принимаем, что имманентные характеристики - пространственно-временность, последовательная связность (структурная континуальность) и последовательная размерность (структурная дискретность) - не являются самыми фундаментальными способами ее нормирования.

    Самым фундаментальным нормированием структуры как бывания в ТВ есть ее различие на устойчивую в очевидности (актуальную) и изменяющуюся в инаковости (виртуальную) структуры. Такое различие происходит еще до нормирования структуры посредством ее воздействия на органы чувств и/или посредством ее различения на объекты. Наша цель в таком понимании реальности - добраться до более глубокого уровня понимания, до иной онтологии.

    Реальность как нормированная структура наличия - одна, постигаемая в истолковательной позиции как актуальная. Реальность как нормированная структура бывания - множественна, постигаемая в конструктивной позиции: виртуальная, актуальная, континуумная, в перечне базовой структуры и т.д. (о чем мы будем говорить далее детально). Сущее также оказывается разным: актуальное сущее, виртуальное сущее и т.д. Реальность устанавливается как бывание, то есть различие "бывает" и "не бывает", реальность разворачивается как различие различия (различание)[2] - в множественности реальности, как множество реальностей.

    Само собой сразу же возникает вопрос о "нереальном": "нереальное" суть "несущее", "неналичное", "не бывающее" или же нет? И здесь нам без предложенного понимания реальности как "нормированной структуры бывания" не обойтись. "Нереальность" суть иначе, нежели "реальность", нормированная структура как бывание, а вовсе не непосредственное ее отсутствие. Нереальное допустимо оказывается как сущим, так и несущим: вопрос лишь в том, о каком существовании идет речь - о виртуальном или актуальном. И даже "ничто" допустимо к нормированию в реальности как противопоставление "ничто-бытие". Ненормированным оказывается лишь бытие. В этом смысле Хайдеггер и показывал, что для нормирования "бытия" нам нужно "выходить" в его реальность, нормировать, указывая в ее бытийные истоки, но понимая при этом, что само структурное нормирование принадлежит бытию. В этом смысле устанавливая реальность, мы тем или иным образом, для той или иной цели, нормируем структуру как бывание и как принадлежащее быванию наличие.

    Однако почему мы говорим о "нормировании структуры как бывания", а не о "нормировании бывания"? Делаем мы это по той причине, что разные способы нормирования позволяют обнаруживать разное бывание. То есть "структура" суть способ имения дела с быванием - оно дано как нормированная структура. "Не бывает" означает, что не бывает в этой реальности, но бывает в иной. Все, что мы можем вообразить, - бывает, хотя и не всегда налично.

    Реальность есть способ различия, устанавливаемый любым доступным образом как бывание. Концептуально обнаруженное-нормированное бывание - способ выхода за пределы сущего-наличия. Некоторый способ различия в конструктивной позиции всегда потенциально сопоставлен иным способам различия, то есть в конструктивной позиции реальность суть потенциально и иные реальности. Для реальности обычный язык является неадекватным средством выражения. Недопустимо говорить, что иные реальности "всегда есть" или "везде есть", поскольку сами "пространство" и "время" уже являются способами различия некоторой реальности, в которой мы находимся всякий раз, когда пользуемся языком.

    В нашем "языке" мы получаем формулировку "проблемы реальности" как онтологического парадокса - мы до тех пор ищем доказательства сущего, пока находимся в онтологической позиции истолкования, то есть пока изначально предполагаем сущее наличным для истолкования. В истолковании мы не умеем делать ничего иного как истолковывать сущее подобно вещи, предмету, объекту. Чтобы заняться более конструктивными вопросами и ответами, нам изначально нужно поменять саму онтологическую позицию - стать в позицию конструирования и попытаться понимать допустимость бывания. Тем самым мы делаем очень важный вывод - вопрос о реальности суть вопрос об установлении самого бывания в позиции конструирования. Это означает в нормировании уйти от вещи, предмета, объекта - на более фундаментальный уровень нормированного различия.

    Тезис Канта о пространстве и времени как априорных формах чувственности выводит нас не только за пределы "нашей реальности", различенной посредством пространства и времени, но также позволяет предположить вообще различные способы различия. Причем такое "различие" в понимании его как "реальности" не допустимо к сопоставлению ни по отношению к "субъекту" или "объекту", ни по отношению к пространству или времени. Не субъект нормирует реальность, не через объект, пространство или время реальность нормируется. "Различие" в понимании как "реальность" допустимо для сопоставления разного нормирования из конструктивной онтологической позиции - такой позиции, где ни объекта, ни субъекта, ни пространства, ни времени нет: позиционно нет.

    Только умозрительно конструктивно вступая в такую позицию, мы обретаем допустимость нормировать реальность как структуру бывания в ее выразительном отношении к иной структуре бывания. Причем теперь становится понятным, почему мы не говорим о "бывании" "чего". "Чего" возникает уже только внутри той или иной реальности, в конструктивной же позиции никакого "что" нет. Точно также вопрос - "кто" устанавливает способ различия - тоже не имеет смысла в конструктивной онтологической позиции, поскольку "кто" появляется уже в связи с самим способом различия, внутри такого способа различия, то есть внутри реальности. Сами же многие реальности суть есть разнообразно в разных измерениях различия безотносительно к выделению "кем-то" какого-либо способа различия как реальности через "что-то". Будучи лишь различенная внутри себя, реальность "получает" своих "кто" и "что".

    Таким образом, мы изначально "строим" реальность в конструктивной позиции как новую онтологию - синтетически, через многоуровневое структурное нормирование. Мы преследуем цель указания на структурное нормирование как технологичность процесса через виртуальность, на способы трансцендирования, а значит и на принципиальную символизацию и формализацию, тем более что с появлением компьютерного программирования философия просто не имеет права делать вид, что компьютер всего лишь одна из машин, подобная всем предшествующим машинам, а Интернет - просто информационная среда, в то время как компьютер и Интернет уже помогли обнаружить целую неисследованную область человеческого сознания - трансцендентное сознание, виртуальную реальность. Адресуя проблему к ее ранней постановке[3], можно утверждать, что компьютер есть реализованная сущность техники в чистом виде.

    Компьютер оказался крепким орешком для философии, но не в силу "своего" ума, вложенного к тому же программистом, а в силу особого своего качества - способности создавать "виртуальные реальности", которые трансцендентно выводят пользователя за пределы вещной пространственно-временно?й реальности.

     

    Истолковательная и конструктивная позиции

     

    Онтологическая позиция - весьма необычное представление. Что это за позиция и что такое вообще позиция? Позиция это отношение некоторого структурного места к другому или другим структурным местам. Причем, обстоятельство, что мы имеем дело не с местом в пространстве, а со структурным местом, тоже необычно. Место в структуре не является ни пространственным, ни временны?м. Место в структуре это выделение некоторой части структуры по отношению к иной структуре.

    Однако позиция это не только отношение структурного места к иному месту, а также способ занятия структурной позиции, где иное структурное место уже предстоит или еще только должно быть создано, выбрано или достигнуто. В зависимости от способа занятия позиции мы находимся либо в процессе истолкования наличной структуры, либо в процессе конструирования (создания, выбора или достижения) некоторой структуры.

    Мы имеем два фундаментальных способа отнесения к структурному месту: 1) оно уже налично и мы его истолковываем; 2) оно еще не в наличии и мы его конструируем. При этом, когда говорится "мы истолковываем" или "мы конструируем", то это не значит, что это делаем именно мы, то есть в человеческом качестве. Наше "мы", во всяком случае, в конструктивной позиции, должно быть очищено от человеческой сущности, выступать как чистая работа мышления, не опирающегося на антропоцентристское содержание.

    Таким образом, истолковательная позиция проявляется всякий раз, когда мы в мышлении привычно истолковываем окружающее нас сущее или когда наше воображение представляет нечто в привычных нам пространстве и времени, последовательной размерности (объектности) и последовательной связности (последовательном движении в структурной иерархии внутрь каждого объекта и в объекты высшего уровня). Конструктивная позиция проявляется лишь тогда, когда мы в мышлении осуществляем интеллектуальное усилие, чтобы выйти за пределы очевидности, а наше воображение выходит за пределы очевидных аналогий. Конструктивная позиция в мышлении связана с особой - онтологической рефлексией, когда мы умозрительно создаем новые, концептуально сконструированные структурные основания, которые лишь затем можем полагать в пространство-время, последовательные связность и размерность или полагать в какие-то иные измерения.

    Представление об онтологической позиции появляется только тогда, когда появляется иная онтологическая позиция, а именно - конструктивная, по отношению к традиционно существующей до этого - истолковательной. До этого всей предшествующей философии казалось совершенно очевидным и естественным привязывать свое рассмотрение к антропоцентричным условиям человека.

    Именно конструктивная позиция позволяет обнаружить, к чему именно осуществлялась эта привязка: телесность человека оказывается пространственна, сознание человека оказывается процессуализированным во времени, а интерсубъективность человека оказывается коммуникацией позиций с различным представлением о внешней сознанию реальности.

    Конечно же, философия ХХ века весьма преуспела в удалении (удлинении) всяческих антропоцентричных привязок, но так и не смогла полностью их разорвать. Весьма "хитрые способы" удаления предложили: феноменология Гуссерля, фундаментальная онтология Хайдеггера, структурализм, системомыследеятельностная методология Щедровицкого.

    Гуссерль считал, что рассматривая мышление пошагово мы можем постигнуть процесс получения содержания внешней реальности, истолковывая в том числе фундаментальные условие пространства и времени.

    Хайдеггер считал, что именно язык, указывая в ближайшее подручное, которое в нем истолковывается, позволяет обнаружить не только пространственное сущее ближайшего, но, будучи рассмотренным как сущее во времени, позволяет обнаружить и то, что лежит в его основании - бытие.

    Структуралисты считали, что, рассматривая различные структуры, способы структурирования и структурного замещения (означивания), можно не только истолковывать, но даже и порождать новые смысловые представления о структурах, даже если они являются симулякрами.

    СМД-методология Щедровицкого предприняла самое пристальное и скрупулезное наблюдение за теми способами, которыми мышление и деятельность структурируют внешнее мышлению и подвластное деятельности существующее, организовав его различным образом в различные системы.

    В структурализме и в СМД-методологии появляются конструктивные представления. В структурализме начала таких конструктивных представлений мы можем обнаружить в книгах Жиля Делеза "Различие и повтор" и "Логика смысла". В СМД-методологии, мы можем видеть повсеместно попытки выйти в предельную онтологию в следующих представлениях: "мыследеятельность развернута на коммуникации, ее прообраз можно обнаружить в нечеловеческой природе, она временно поддерживается материальными носителями в виде человеков, и может породить иных носителей"; "безопорное мышление", "конструктивность теоретической деятельности, в отличие от методологической деятельности" и др.

    То есть до конца ХХ века в философии был известен лишь один способ онтологического обоснования - поиск фундаментальных оснований уже наличного. И хотя эти фундаментальные основания сильно различались от философии к философии, со времен древнегреческой философии они были неизменны в главном: для истолкования использовалось уже известное, наличное, ближайше подручное - опыт, логика, язык, мышление, речь-текст, деятельность.

    Попытка отличить фундаментальные позиции на онтологическом уровне - как истолкование и конструирование - была предпринята автором в его книге "Теория виртуальности". Там было осуществлено четыре основных инновации. Первая инновация - поиску всяких фундаментальных оснований предшествует установление онтологической позиции. То есть до того, как мы станем искать основания, нам нужно определенным образом занять позицию, в которой мы будем осуществлять этот поиск - либо истолковывать уже наличное, либо конструировать не только наличное, но и нечто иное.

    Вторая инновация состоит в подвижности конструктивной позиции. В истолковании занимаемая позиция истолкования (способ "привязывания" к среде истолкования - опыту, логике, языку, мышлению, речи-тексту, деятельности) была подвижной лишь в процессе перехода от философии к философии. Конструктивная позиция предполагает, что мы можем свободно двигаться между различными стандартными способами "привязывания". Более того, подвижность конструктивной позиции существует также в том, что она может "прикрепляться" к любой части или любому уровню структуры, чтобы из этого структурного места выразить отношение или содержание иной структуры.

    Третья инновация, всякий раз в таком "привязывании" мы можем использовать не только стандартные способы, но и изобретать новые - умозрительные, концептуальные.

    Четвертая инновация состоит в том, что конструктивная позиция может быть занимаема не единственным образом, а многими способами. То есть избираемый конструктивный подход может быть нормирован на многих уровнях.

    Традиционно из онтологической позиции истолкования задают вопрос: "кто или что осуществляет нормирование?" Существуют разные традиции ответа на вопрос: теологическая - Бог, идеалистическая - Абсолютный Дух или "Я" человека, материалистическая - саморазвитие, феноменологическая - сознание, "хайдеггеровская онтологическая" - язык, структуралистская - структурирование, СМД-методологическая - мыследеятельность. Однако вопрос о том, "кто или что нормирует", задается из онтологической позиции истолкования, когда порождаемая норма суть истолковательная. В онтологической позиции конструирования - этого вопроса в таком виде не существует.

    Каков источник нормирования? Противоречие в ответе на этот вопрос существовало всегда - просто его не замечали. Вопрос об источнике нормирования неизбежно порождает вопрос о первоисточнике нормирования. Однако, когда вопрос ставят так, в позиции ответа неизбежно должны покидать пространство-время и наличную структуру любой ситуации как структуру предстояния. При этом позиция ответа, где нет пространства-времени и структурного предстояния, сохраняет чуждый для нее вопрос - о "первопричине в пространстве-времени" и "первопричине как глубинной структуре по отношении к структуре предстояния". То есть в ответе на такой общий вопрос появляется онтологическое противоречие - онтологическая позиция ответа должна меняться, а онтологическая позиция вопроса оставаться неизменной.

    Чтобы вместе с онтологической позицией ответа менялась и онтологическая позиция вопроса - нужно переформулировать вопрос: "как осуществляется нормирование конструктивно?", а саму позицию вопроса из содержания "первоисточника как структурного предстояния (кто или что)" преобразовать в содержание особой онтологической позиции - "конструирование до всякого структурного предстояния (кто или что)".

    Конструктивная позиция где и когда? И эти наши "где" и "когда" это не пространственно-временны?е "где" и "когда", это структурное "как". Таким образом, конструктивная позиция может быть как "прикреплена" к определенному уровню структуры, так и быть вне многих уровней структуры.

    Здесь проходит очень важный момент отличения позиции истолкования от позиции конструирования в структурном их понимании. В истолковании мы всегда вынуждены находить нашу позицию истолкования как наличную - "такой уровень структуры нашего тела", "такой охват уровней структуры нашими органами чувств", "такой охват уровней структуры нашими самыми современными приборами": это мы называем предстоянием структуры или предстоянием наличной структуры. Наличность структуры обеспечена позицией нашего тела, восприятия чувствами и измерения приборами. А собственно само истолкование как таковое мы называем предстоянием, как наличием чего-то, что лишь затем доступно к истолкованию. Теория Виртуальности преодолевает и предстояние структуры и предстояние как позицию истолкования вообще.

    В связи с таким преодолением предстояния сама "наша позиция конструирующего мышления-представления" оказывается более не связана ни с какой пространственно-временно?й точкой, ни с каким уровнем в последовательной связности структуры, ни с какой целостностью вещи или объекта. Наша позиция мышления оказывается структурно подвижной, и в процессе конструирования она движется: то присоединяется к какой-либо структурной единице: связи, дирекции, подобию; виртуальной структуре (реальности), актуальной структуре (реальности); континууму; элементу структуры: объекту, аспекту или атрибуту, - то оказывается вне любого из этих уровней: в функционализации извне континуума, в морфологии внутри реальности, в материале извне любой функционализирующей позиции. Эта "наша позиция" передвигается не от одного уровня структуры к другому, следующему за ним в иерархии сложности туда или обратно, а безотносительно к этой иерархии, "прыжками".

    Конструктивная позиция занимается как бы за пределами любых естественных антропоцентричных условий: 1) пространственности и време?нности; 2) разделения выражаемого содержания на целостности, могущие являться вещами для их объектного выражения, то есть избегая последовательной размерности структуры (необходимости переходить от одной связной целостности к другой); 3) избегая последовательной связности, то есть необходимости двигаться в структурной иерархии внутри каждой связности от одного структурного места к соседнему другому, не делая структурных скачков.

    Истолковательная и конструктивная позиции в их сопоставлении служат для онтологического обоснования. Конструктивная позиция это не просто конструирование ради конструирования - она предполагает последующее конструктивное же истолкование сконструированного. То есть конструктивная позиция это не просто произвольный отрыв от знакомого нам содержания, а такой отрыв, который позволяет нам на пределе воображения его содержательно постигнуть.

    Конструирование следует отличать от сборки. Сборка - это конструирование с наперед известным результатом и в определенных заданных условиях, например, в условиях пространства и времени. Конструирование это комбинирование структурных единиц на некотором уровне, где самые базовые условия задаются произвольно, под те или иные цели.

    Конструктивная онтологическая позиция обозначается знаком < ( (>X - X истолковывается).

    До того, как выражать какое-либо содержание конструктивно мы должны встать в конструктивную позицию. То есть в отличие от "герменевтического круга" Хайдеггера, где по его мысли в истолковании мы предварительно должны отказаться от всяческих предмнений и предрассудков, конструктивный подход предполагает отказаться от всех и всяческих антропоцентричных условий, которые привязывают нас к именно так воспринимаемой человеком реальности как единственной.

    В связи с этим реальность оказывается не единственной. Привычная для нас реальность оказывается реальностью пространственного тела, времене?нного сознания, структурно ограниченной коммуникации. Иные способы нормирования порождают представления об иных реальностях. Реальность это многие реальности - таково главное представление конструктивизма о реальности.

    Нормирование это конструктивное представление об устанавливаемой норме, в отличие от истолковательного понятия самой норме, которая обнаруживается в истолковательной позиции как обобщение разных случаев через их повторяемое или похожее содержание. Именно способы и уровни нормирования оказываются в зоне внимания автора в Теории Виртуальности. И именно разные способы нормирования позволяют обнаружить разные реальности.

    Так возникшее представление о конструктивной позиции потребовало многих иных представлений - о выхождении за пределы любых антропоцентричных условий в выражении содержания, о нормировании, о различных способах нормирования, о множественности реальностей сообразно способам нормирования.

     

    Виртуальность и актуальность

     

    Мы можем представить две проблемных ситуации. Первая - как мыслящие представители девятимерной, одиннадцати-мерной или двадцати-шести-мерной реальности могут вступить в коммуникацию с нами, живущими в четырехмерной реальности? Вторая - как можно увидеть мир не как набор вещей (как видим его мы), но как набор процессов или как набор связанно изменяющейся на разных уровнях структуры, то есть так, как допустимо видят его представители иномерных реальностей? Существует ли способ и средства так представить нашу реальность, чтобы это не зависело от тех "пространственно-временных очков", которые мы носим не снимая от самого рождения до самой смерти?

    Теория Виртуальности отвечает на этот вопрос - да, такой способ существует. В основе этого способа лежат три представления - виртуальность, "структурное ви?дение" и структурный континуум.

    Виртуальность обеспечивает основной подход к миру, где каждая структура доступна любой другой структуре и структурные переходы не нужно опосредовать переходами между вещами или последовательными уровнями иерархии структуры каждой вещи.

    "Структурное ви?дение" обеспечивает особый умозрительный концептуальный опыт мышления о структуре, который позволяет ее видеть как бы внутри мышления и тем самым оторваться от привычных нам образов четырехмерной реальности.

    Структурный континуум обеспечивает моделирование любой по размерности реальности одними и теми же своими средствами, что позволяет представить как четырехмерную реальность, так и одиннадцатимерную, и двадцати-шести-мерную реальности.

    Мы подробно расскажем о каждом таком представлении. И начнем с представления о виртуальности. Виртуальность как понятие появилось в споре номиналистов с реалистами. Представление о виртуальности как субстанциональном отношении души в иерархии душ (чувственной души, вегетативной души и разных форм низшего порядка) ввел Фома Аквинский. Однако более развитое понимание виртуальности как отношения сущего к сущности дает Иоанн Дунс Скот (1266-1308). Он утверждает, что "...все свойства "сущего" виртуально включены в "сущее"...[4]". У Скота мы видим зародыши не только понятия "виртуальность", но и разграничение в этом понимании виртуальности как сущностного отношения к сущему, и общности как отношения понятия к сущему.

    После многих столетий забвения "виртуальность" начинает использоваться уже в ХХ веке. Внимание к виртуальности в науке и философии на протяжении ХХ века нарастает постепенно - от представления о виртуальных частицах в физике до постмодернистских и структуралистских книг, где виртуальность используется уже как одна из главных проблем. Затем "виртуальность" используется для обозначения "виртуальной реальности" как искусственной компьютерной модели, создающей мнимую реальность при помощи специальных приспособлений и программно-компьютерного согласования их воздействия на органы чувств человека, принимающего мнимую реальность за подлинную.

    При этом ХХ век принципиально меняет статус виртуальности: появление компьютера, Интернет и интерактивных средств мобильной коммуникации превращает очевидную действительность в частично неочевидную, виртуальную действительность. Теория Виртуальности (ТВ) исходит из того, что виртуальность есть существенный и долговременный тренд, не просто меняющий сам мир, но выводящий нас на представления о внемирности.

    Исследование виртуальности сегодня чаще всего рассматривают как следование моде на постмодернистскую эссеистику, пытающуюся истолковать виртуальность за счет метафорических средств, или на традиционную виртуалистику, где виртуальность истолковывают за счет традиционных средств науки (объект, реальность, полионтичность). ТВ не является следованием моде. С точки зрения ТВ, никакие метафоры и никакие традиционные научные средства не позволяют понять онтологический статус виртуальности. Виртуальность вообще не связана с объектной очевидностью, она - инакова.

    До настоящего времени в логике виртуальность чаще всего объявляли так или иначе тождественной модальности возможности. С точки зрения ТВ - виртуальность суть принципиально невозможное в любом из возможных четырехмерных антропоцентричных миров. В ТВ не виртуальность понимается из модальности, а модальность из виртуальности.

    Виртуальность сегодня довольно часто психологизируют, рассматривая ее как особый способ взаимодействия человеческой психики и очевидной естественной или искусственной реальности. ТВ считает это весьма поверхностным представлением, хотя и могущим способствовать исследованию восприятия очевидной и инаковой реальностей, если последняя имеет субъект-назначение и является целевым образом вовлекающей для психики человека.

    Из разрозненных трансдисциплинарных воззрений в конце ХХ века родилась целая комплексная научная дисциплина - виртуалистика, где виртуальность пытаются истолковать при помощи актуальных средств выражения. Теория Виртуальности принципиально революционизирует виртуалистику. С точки зрения ТВ, виртуальность не подлежит истолкованию, она подлежит конструированию и особому конструктивному истолкованию в новых концептуальных представлениях. Конструктивизм сегодня уже довольно развитое направление в логике, математике и философии. Однако онтологический конструктивизм ТВ идет в теории гораздо дальше, нежели даже так называемый радикальный конструктивизм.

    Представители радикальный конструктивизма: Эрнст фон Глазерсфельд, Пауль Вацлавик, Хайнц фон Фёрстер, Герхард Рот... Философскими предшественниками радикального конструктивизма считаются Джамбаттист Вико, Ханс Файхингер, Фердинанд де Соссюр, Грегори Бейтсон, Жан Пиаже, а также Питер Бергер и Томас Лукман. Привлечением внимания и постановкой вопроса о конструктивизме в философии мы обязаны Делезу и Гваттари.

    Данное направление содержит весьма мощные концепты, соответствующие духу Теории Виртуальности: реальность принципиально множественна, и ее нельзя рассматривать как репрезентацию какой-либо объективной реальности; чтобы понять, как возникает знание наблюдателя о мире, необходимо создание конструкций (конструктов). При этом данное направление не различает онтологическую позицию познания (истолкование) и свою собственную онтологическую позицию как конструирование, продолжая оперировать истолковательными терминами для конструирования, выдавая непоследовательность подхода.

    Ограничения радикального конструктивизма в следующем:

    - критикуя познание как служащее организации внутреннего мира субъекта, а не описания объективной реальности, он не выходит за рамки собственно субъект-объектной онтологии;

    - он вообще сосредотачивается на познании, не различая познание и постижение как обретение онтологических представлений для знаний, то есть он развивается внутри эпистемологии, а не когнитологии;

    - он радикально не отмежевывается от науки;

    - непоследовальность, подмечаемая его критиками, а именно - использование объектной онтологии за пределами объектов, то есть в позиции, где эти объекты конструируются;

    - выход теории на метауровень не сопровождается развитием онтологических представлений, языка и переходом к семиозису;

    - у него отсутствует постановка проблемы об адекватности мышления новым задачам и соответственно не производится обоснование новых представлений о мышлении.

    Теория Виртуальности решает все эти проблемы, прежде всего, через формирование представления о виртуальности. Что же такое виртуальность в своем основании, в своей сути?

    Виртуальность - прерывание очевидной актуальности как способ ее изменения, организации, усложнения в инаковости - самоизменения, самоорганизации, самоусложнения. Это очень необычное утверждение, тем не менее, чем больше мы над этим размышляем, тем больше нам это кажется постижимым: в каждом своем изменении, в каждом движении, в каждой организации или реорганизации структура находится за пределами очевидности в инаковости: за рамками пространства-времени, вне последовательной связности, за пределами любой целостности вещей или объектов - в виртуальности. Виртуальность суть конструктивное изменение-усложнение, а не актуальный процесс. Виртуальность как процесс в актуальности "поймать" нельзя, для этого необходимо специальное "структурное ви?дение" и специальным образом построенное виртуальное мышление.

    Виртуальность - допустимая инаковая реальность за пределами пространства-времени, проецируемая в очевидную четырехмерную реальность. Когда мы в физике изучаем превращение любой энергии в движение в пространстве-времени, то мы при этом редко задаемся вопросом, а в каком измерении находится сама энергия. Энергия - характеристика виртуальности проекций иных измерений иной реальности в актуальность четырех измерений очевидной реальности.

    Именно поэтому виртуальность не есть какой-то идеализм в мышлении, а вполне адекватное реальное представление, где виртуальная реальность за пределами четырех измерений и актуальная реальность четырехмерного мира связаны в единый континуум в каждой точке пространства и каждый момент времени.

    Виртуализация - преодоление пространства-времени, последовательно-связного различия и целостности вещей или объектов структуры (инаковость). Произвольное "движение в структуре", не связанное с пространством и временем, не связанное с необходимостью двигаться связно, то есть от одного структурного элемента к другому в пределах уровня структуры или от одного уровня структуры к следующему уровню по иерархии, не связанное с представлением о целостности. Виртуализация суть произвольность доступа любого элемента структуры любому другому элементу структуры, безразлично на каких разных уровнях иерархии они находятся.

    Актуализация - наоборот, устойчивость в пространстве и времени, устойчивость как последовательная связность структуры, устойчивость как фиксированная целостность вещи или объекта (очевидность). Актуализация проявляется в фиксировании самоконструирования виртуальности как того, что приобретает устойчивость в результате произвольного спонтанного виртуального структурного комбинирования. Актуальность суть обретение устойчивости структурой как связанными структурными элементами, подлежащими затем истолкованию.

    Актуальность и виртуальность попарно сопоставлены в следующих представлениях: истолковательной и конструктивной позициями, устойчивому и изменяющемуся содержаниям, структурности и трансструктурности, очевидности и инаковости. Иначе говоря, актуальность это истолковательная позиция, устойчивое содержание, структурность, очевидность. А виртуальность это конструктивная позиция, изменяющееся содержание, трансструктурность, инаковость.

    Виртуализация и актуализация это не только "появление из тумана нечто, постепенно становящегося снежинкой"[5]. Всякое смутное изменение-усложнение происходит в виртуальности как конструирование нечто и лишь в актуальности оно постепенно обретает образ "снежинки" как объекта. Однако виртуализация и актуализация представления еще более фундаментальные - любой актуально-виртуальный позиционный процесс структуры, где объекты допустимо вообще не выделены, а усмотрены лишь позиции и структурные единицы их конструктивного выражения.

    Как иметь дело с виртуальностью и актуальностью? Теория Виртуальности предлагает для этого следующие представления.

    На онтологическом уровне нормирования происходит различение всего выражаемого содержания на устойчивое (актуальное) и изменяющееся (виртуальное). На континуумном уровне нормирования происходит создание континуума из актуальной и виртуальной реальностей, где проявляются отношения релевантности и референтности. На функциональном уровне нормирования происходит придание функций актуальной и виртуальной реальностям сообразно шести базовым реальностям, о которых человечество накопило наибольше количество знаний и соответствующих знаниям норм: мышления, речи-текста, деятельности, логики, языка, опыта. И только на морфологическом уровне нормировании происходит детализация структуры каждой из входящих в континуум реальностей как объектов и процессов с их аспектами (в актуальной реальности) и атрибутами (в виртуальной реальности). На уровне нормирования материала континуум превращается в материал для внешних отношений и содержаний.

    Виртуальность оказывается тем, что лежит в основании конструирования и моделирования довиртуальных конструктов структурного различения: системы, объекта, процесса, реальности; и лингвистического различения: знака, дискурса, текста. Именно это качество виртуальности нам важно в теоретическом плане.

     

    Структурное ви?дение

     

    В основе философского познания исторически изначально лежали ощущения, которые являлись онтологическими единицами истолкования очевидной и внешней для сознания реальности через объект.

    Со временем, когда чувства стали усиливаться специальными техническими приспособлениями, онтологическими единицами стали обобщенные данные, полученные в результате включенного или удаленного наблюдения. Данные должны быть объективны.

    Дальнейшее усложнение наблюдения и использование при этом не только техники, но технологических процессов, потребовало различных языков описания данных и предварительных теорий для построения процесса наблюдения или даже эксперимента. Это привело к тому, что онтологическими единицами истолкования стали факты.

    Факт - это единица данных, отнесенных к той или иной среде (реальности) наблюдения, выраженная в том или ином языке описания, на основе той или иной теории. В понятии факта отсутствует еще различение принципиально разных фактов: полученных в результате наблюдения на основе описательной теории или полученных на основании эксперимента как проверки концептуальной теории.

    В позитивизме наблюдение оказывается просто способом существования эксперимента. В процессе развития позитивизма верификация и фальсификация теорий начинают различаться, но онтология этого различения отсутствует, так как само представление о наличии какой-то онтологии такого различения тоже отсутствует. Факт уже отрывается от объекта, представляя собой реальность наблюдения или эксперимента, но более адекватного, нежели объект концепта не существует. Возникает проблема концептуальной адекватности всякого наблюдения и эксперимента.

    Дальнейшее развитие теорий и языков описания привело к тому, что факты стали зависеть от того, какой язык описания для них применен и внутри какой теории они поняты. Так возникла ситуация постмодернизма, из которой, если сохранять онтологическую позицию истолкования и существующие теоретические концепты наблюдения и эксперимента, выхода нет.

    Таким образом, возникли три проблемные ситуации: 1) отсутствие представления о таких фундаментальных единицах, сборка которых позволяла бы выражать содержание в любой реальности; 2) отсутствие универсального необъектного способа выражения содержания, который бы мог описывать как наблюдение, так и эксперимент; 3) отсутствие универсального языка описания данных, который мог бы быть использован любой теорией.

    Конструктивизм производит следующие теоретические инновации: 1) создает представление о "структурном ви?дении" как фундаментальных единицах, сборка которых позволяет выражать содержание любой реальности; 2) создает теоретическое представление о структурном континууме как концепте, приходящем на смену концепту объекта; 3) создает семиозис (метасемиозис дирекционально-позиционно-структурных (ДПС) понятий и конструкт-семиозис актуально-виртуального моделирования), разрабатывает открытый алфавит и правила "АВ"-моделирования, которое позволяет выражать как наблюдение, так и эксперимент через технологические процессы имманентной и концептуальной апперцепции[6].

    Далее мы будем рассматривать структурный континуум и метасемиозис ДПС-понятий и конструкт-семиозис "АВ"-моделирования. А здесь мы рассмотрим "структурное ви?дение".

    Традиционно человечество использует вещное видение, то есть мы видим вещи. Очень редко мы видим процессы, то есть только тогда, когда эти процессы как-то проявляются через движение и изменение вещей. Однако мы не видим сами процессы.

    Давайте представим себе, что такое процессное видение. Представьте, что мы бы могли видеть на разных уровнях материальной структуры происходящие изменения и их взаимосвязь, где есть особые области процессов - флуктуации, которые происходят на границе вещей. В процессном видении было очень сложно видеть вещи, ведь они всего лишь флуктуации на некотором уровне материальной структуры, иногда на нескольких уровнях. Было бы очень сложно различить проникающий вещи процесс, от процесса, ограниченного вещью. Видеть вещь в процессе трудно и сложно. Трудно, поскольку нужно затратить большую долю труда. Сложно, поскольку оно состоит из нескольких шагов: процессы не так просто сопоставимы как вещи.

    Обобщением вещного видения и процессного видения в конструктивизме является структурное ви?дение.

    Теория Виртуальности исходит из фундаментального допущения: вне пространства-времени, вне последовательной связности, вне целостности вещей или объектов структура допустима, то есть допустимо хотя бы и иное, но все же различие[7]. То есть под структурой мы имеем в виду не только материальную структуру, а всякую умозрительную структуру. На этом допущении мы формируем принципиально иное ви?дение - "структурное ви?дение" как ви?дение допустимой инаковости виртуальности. Структурное ви?дение позволяет занять конструктивную позицию умозрительно, сформировать особый концептуальный опыт мышления, чтобы понимать не только очевидное, но, прежде всего, инаковое содержание.

    Иначе говоря, какую бы иномерную реальность мы умозрительно не усматривали, мы предполагаем, что эта реальность не монолитна, в ней есть отличия, и что эти отличия могут быть как устойчивыми, так и изменяющимися. То есть мы полагаем, что актуальность и виртуальность являются универсальными сущностями, характеризующими не только нашу четырехмерную реальность, но и всякую иномерную и многомерную реальность.

    Кроме того, мы предполагаем, что раз существуют структурные различия во всякой иномерной и многомерной реальности, то существуют и структурные единицы - 1) структурная связь (связность); 2) структурное направление (дирекциональность) и 3) структурное подобие (размерность). Причем имеются в виду именно структурные единицы, то есть ни связь, ни направление, ни подобие не являются пространственными или временны??ми. В скольких измерения проявляют себя структурные связь, направление и подобие, зависит от той реальности, в которой происходит структурное выражение некоторого содержания.

    Мы будем выражать "структурное ви?дение", подчеркивая его "инаково-наглядный" в смысле "подвижного внутреннего взора мышления" характер, а не только некоторые процедуры мышления, понимания или рефлексии. "Структурное ви?дение" в простых основаниях суть постижение, а в своем усложнении - результат конструктивного понимания, конструирующего из представлений постижения онтологические образы и структуры понимания.

    Когда Зенон придумал свою апорию об Ахиллесе и черепахе, то он открыл не диалектическую связь протяженности и прерывности в пространстве и времени, а движение вне пространства и времени как движение в структуре. То есть, представьте себе, что мы пытаемся понять движение в структуре от подструктуры к надструктуре (в пространственной аналогии - от микромира в макромир) или наоборот. Причем здесь мы впервые отличаем пространственную аналогию "микромир-макромир" и структурное представление "подструктура-надструктура", которое принципиально несводимо к своей пространственной аналогии. Вот это движение и есть "движение в структуре". При этом "конструирующая позиция нашего мышления-представления" остается неподвижной в пространстве-времени, но является структурно подвижной.

    Теперь представьте себе, что мы пытаемся задать направленность такого движения: например "из подструктуры в надструктуру", от одного структурного элемента к другому. Понятно, что это не пространственное направление и не направленное асимметричное движение времени - это структурное направление или правильнее - дирекция. Дирекция не имеет пространственно-временных аналогий. Дирекция структуры как бы свернута в самой структуре и проявляется в процессе ее преобразования-различения. Дирекция суть направление от одного уровня структуры к другому, которое в тот же самый момент задает и дистанцию - дирекциональную дистанцию структуры, "структурный вектор".

    Дирекциональность как свойство структуры впервые обнаруживает себя в онтологических позициях. Онтологические позиции истолкования и конструирования разнодирекциональны: "позиция истолкования"<"то, что истолковывается", "позиция конструирования">"то, что конструируется". Стрелки, здесь обозначенные, суть разное структурное направление.

    Теперь представьте себе, что мы пытаемся задать направление и связь между различными удаленными в структуре же элементами, находящимися на разных уровнях структуры: например (в аналогии пространственной структуры), от "электрона" до "галактики", причем этот "электрон" находится внутри этой "галактики" пространственно. Попробуем мысленным взором протянуть между ними структурную связь. Что это за связь? Как мы можем ее протянуть, когда "электрон" пространственно внутри "галактики": в пространственном представлении это не может быть ни линия, ни плоскость, - скорее трехмерное пространство, расходящееся от "электрона" к границам "галактики". Это - дирекциональность как структурное направление, дирекциональная дистанция и дистанционная референтность. Дирекциональность и дирекциональная дистанция в структурном ви?дении противостоит пространственно-временному направлению-потоку, а дистанционная референтность в структурном ви?дении противостоит последовательной связности структуры как преодоление этого представления.

    Когда Резерфорд пытался уподоблять атом и Солнечную Систему, то это было вовсе не пространственное подобие целостностей в мире вещей, а структурное уподобление. Структурное уподобление суть структурность или трансструктурность, то есть совокупность близких или удаленных структур. Так же и структурная связь - отнесение релевантности и отношение референтности.

    Теперь мы можем более точно выразить последовательную связность и последовательную размерность, которая вместе с пространственно-време?нностью выражалась нами как основания актуальности. Последовательная связность структуры означает, что связность структурно континуальна в своей дискретности, то есть что мы допускаем множества объектов как нечто одно, множества атрибутов этих объектов как нечто другое, а множества атрибутов атрибутов тех же объектов как нечто третье. Причем в своих рассуждениях мы можем переходить лишь от объекта к атрибуту или от атрибута к атрибуту атрибута, но никогда не можем переходить от объекта к атрибуту атрибута, не опосредовав его атрибутом как дополнительным шагом перехода. Иначе говоря, все связности в актуальности являются последовательными, двойной шаг связности недопустим. Такое представление называется последовательной связностью.

    При этом последовательная размерность структуры означает, что размерность структурно дискретна, что более нам знакомо под видом объектности или целостности мира. То есть в своих рассуждениях мы допускам переход от одного объекта со всеми его атрибутами и атрибутами атрибутов к иному объекту со всеми его атрибутами и атрибутами атрибутов, но никак не от одного атрибута некоторого объекта к иному объекту без посредства первого объекта как 2-шагового перехода или к атрибуту атрибута иного объекта без посредства первого объекта (1-ый шаг), второго объекта (2-ой шаг), его атрибута (3-й шаг) и его атрибута атрибута (4-й шаг). Иначе говоря, все размерности в актуальности являются последовательными и определяются целостностью объекта.

    Сами представления о последовательной связности и последовательной размерности допустимо трудны для понимания (в языке), поскольку рефлексивно необходимо отслеживать - куда мы помещаем позицию "структурного ви?дения": на уровень всей структуры или отдельной связности (размерности). С позиции всей структуры последовательная связность означает последовательные связности, а последовательная размерность означает последовательные размерности[8].

    Наше "структурное ви?дение" охватывает не какие-то отдельные уровни структуры или их элементы, но разные уровни структуры и разноструктурные элементы. Например, мы допускаем конструктивное соединение в одну структуру опять-таки "электрона" и "галактики". То есть теперь мы не строим мысленно структурную связь между ними, как это мы делаем в своем представлении о структурности, а объединяем их в совокупность. Такое объединение разноструктурных элементов в совокупность называется трансструктурность. Трансструктурность, которая будет нами описана далее, с точки зрения "структурного ви?дения" противостоит представлению о целостности как преодоление этого представления.

    В трансструктурном ви?дении мы допускаем выражение: многопозиционных многопотоковых многоуровневых связанных контактно трансформаций (то есть, две позиции контактно связаны так, что между двумя позициями на разных уровнях структуры - на каждом уровне по несколько потоков - идет процесс); многопозиционных многопотоковых многоуровневых связанных дистанционно трансформаций (то есть, две позиции дистанционно связаны так, что между двумя позициями на разных уровнях структуры - на каждом уровне по несколько потоков - идет процесс).

    Основной позицией различия в Теории Виртуальности, к которой "прикрепляется" наше мышление-представление в процессе конструирования-конструктивного-истолкования является позиция виртуальности - именно в виртуальности происходят все и всяческие преобразования, именно с виртуальной позицией связаны и каждый уровень нормирования и "управление" конфигурированием различных уровней нормирования. Так мы различаем онтологически - мышление и структурирование как две разных среды не только по материальному субстрату (реализованное на человеческом мозге-носителе и реализованное в природе), а по безотносительности структурирования и относительности мышления с точки зрения онтологической позиции конструирования.

    Так мы получаем доапперцептивное и дофеноменологическое "структурное ви?дение". "Доапперцептивный" - интересный термин. Ведь сама апперцепция - уже означает "пред-": "предвосприятие". Однако если для Канта апперцепция означала трансцендентный выход за имманентность, то для нас "доапперцептивность" (дважды "пред-") означает не просто трансцендентный выход за пределы имманентности, но и построение онтологии за пределами имманентности - технологичной и теоретичной онтологии как основания, которое позволяло бы конструктивно истолковывать саму имманентность. Доапперцептивность "структурного ви?дения" означает ее дообъектное содержание - вне целостности объекта, и в определенном смысле содержание вне последовательной связности структуры.

    Кроме того, мы также получаем и дофеноменологическое "структурное ви?дение". Это будет означать радикальное и выразительное порывание с традицией феноменологии и интенциональности. Феноменология имеет дело с сознанием-рефлексией-мышлением, где интенциональные акты представляют собой структуру некоторого содержания в сознании, где нечто лишь из этих интенциональных актов конституируется в целое как интенциональный предмет.

    Чтобы проникнуть в представление "структурного ви?дения", нам необходимо различить дирекциональность (структурную направленность), интенциональность-интендирование (направленность сознания, связанная с намерением, с актами сознания-рефлексии-мышления), векторность (пространственную направленность) и стримальность (направленность течения времени)[9]. Даже в современном феноменологическом понимании, где уже различают акт интендирования (намерения) и интенциональный акт (акт как результат намерения), не выходят за пределы собственно сознания. Один из замыслов Теории Виртуальности - вывести дирекциональность за пределы интенциональности, разорвать связь феноменологической интенциональности и структурной дирекциональности, которая в философской традиции вслед за Гуссерлем и Брентано различалась лишь как различные моменты самого действия сознания-рефлексии-мышления.

    Теория Виртуальности в "структурном ви?дении" полагает представление о дирекциональности как формируемой за пределами феноменологически-апперцептивного различия "внешний мир - сознание" и "сознание - внешний мир", а также за пределами феноменологического различия самих актов "рефлексии-мышления" внутри сознания.

    Гуссерль и вслед за ним целое направление философии, известное как феноменология, предполагали, что дирекциональное содержание позиционно относится к самому сознанию: то есть не в том смысле, что всякая рефлексия или мышление происходят в сознании, а в том смысле, что "сознание" как позиция участвует в самом понимании дирекциональности, при этом различая следующие ситуации: "вне сознания" и "внутри сознания" как перцептивно и апперцептивно сопоставленные позиции, "внутри сознания разные позиции" (память, воображение), феноменологически сопоставленные с "внешними сознанию разными позициями".

    Таким образом, интедирование это такая дирекциональность структур, где хотя бы одна из этих структур функционализирована феноменологически-апперцептивно как позиция сознания или она всецело феноменологически функционализирована как внутренние акты самого сознания. Интенциональность это феноменологическая дирекциональность. Дирекциональность это дофеноменологическое интендирование. Переход от дирекциональности к интенциональности связан с феноменологической и апперцептивной функционализацией участвующих в дирекциональном отношении структур.

    Главный недостаток всей феноменологии - в отождествлении структур и структурных направлений (дирекций) с различием структур и структурных направлений (интендов) в сознании-рефлексии-мышлении. Таким образом, то, что являлось силой феноменологии, является и ее слабостью. Сила феноменологии - субстанциональность сознания в истолковании мыслительных актов как того, что непосредственно дано "рефлексии" в ее наблюдении за "мышлением". Ее слабость - в неспособности оторваться на онтологическом уровне от истолкования рефлексивно-наблюдаемого мышления и перейти к конструированию как концептуальному подходу, в основе которого лежит чистое "структурное ви?дение", избавленное от субстанциональности сознания.

    Мы из конструктивной позиции получаем нечто новое. Прежде всего, конструктивные единицы структуры - связь, дирекцию, подобие - которые "структурно видятся" в каждом отдельном уровне нормирования; видятся из другого уровня нормирования; видятся из позиции конфигурирования как взаимозависимость уровней нормирования. Затем мы получаем "структурное движение", то есть движение между уровнями структуры, когда наше "структурное ви?дение" свободно двигается вглубь и вовне всякой структуры, обозревая их связи, дирекции и подобия. Затем мы получаем "структурный охват", то есть соединение нашим "структурным видением" элементов различных уровней структуры между собой сквозь структуру - трансструктурность. Эти представления "структурного ви?дения" порождают дирекционально-позиционно-структурное мышление, которое мы далее будем развивать и усложнять. Для этого нам окажутся нужны особые дирекционально-позиционно-структурные понятия, которые будут сконструированы особым образом.

    Компьютерная виртуальная реальность в виде игр досужего ума и рекламных трюков уже предлагает нам "движение в структуре" как отдельное представление "структурного ви?дения" в виде особо построенных виртуальных моделей. Однако философское мышление не особо стремилось пока осмысливать эти модели. Нам представляется, что развитие представлений "структурного ви?дения" в компьютерной виртуальной реальности имеет очень большое значение - вплоть до демонстрации виртуальных моделей с использованием "структурного ви?дения". Представление в компьютерной виртуальной реальности "структурного ви?дения": "структурного движения", "дирекциональной дистанции", "дистанционной референтности", "трансструктурности" - также необычайно важно для образования, поскольку дети должны вырастать с этими представлениями как основами иной очевидности - виртуальной очевидности. И особенно важными здесь являются компьютерные игры, построенные в нескольких структурных измерениях.

    "Структурное ви?дение", которое мы описали в естественном языке, возможно на уровне некоторых общих представлений. Однако для того, чтобы "структурное ви?дение" выражало сложные философские и научные теории, оно должно быть смоделировано. Моделирование "структурного ви?дения" связано со схемами сборки предложенных нами структурных единиц. Такие схемы сборки позволяет создавать и различать представление о структурном континууме и подходах актуально-виртуального моделирования ("АВ"-моделирования) при посредстве структурного континуума.

     

    Структурный континуум

     

    Структурный континуум является попыткой теоретически развить концепт о постижении содержательной целостности всякой реальности. Во-первых, мы говорим не о познании, выражаемом в знании, а о постижении, выражаемом в онтологических представлениях, на которых основаны разные знания. Во-вторых мы говорим не только о нашем Мире (четырехмерной реальности), но и о Внемирности (то есть о всяких иных реальностях - иномерных и многомерных). В-третьих, мы конструируем новый теоретический концепт, который был бы более универсальным, нежели объект, то есть позволял выражать и объект, и процесс, и взаимодействие реальностей.

    Что такое объект со времени Канта? Объект это единство мыслимого содержания и чувственно воспринимаемого содержания в некоторой трансцендентальной (то есть соединяющей оба содержания) условной целостности, которая у Канта считалась вещью, но более точно в современном понимании - условной целостности некоторой структуры. Предметность суть расположение ощущений в пространстве и времени, при котором субъективные соединения восприятий приобретают объективный характер. Предметность также различена на составляющие: в мыслимой части объектного единства - ноумены, в чувственно воспринимаемой части объектного единства - феномены. Таким образом, объект это единство феномена и ноумена, содержания которых относятся соответственно к воспринимаемому и мыслимому объекту.

    Вещь-в-себе (структура-в-себе) - представление умозрительного опыта, где изъяты пространство и время, содержание вне знания, которое воздействует на чувственность в ее общих формах времени и пространства. Объект - положенное в пространстве и времени единство чистой и эмпирической апперцепции этой вещи-в-себе (структуры-в-себе), представленное через трансцендентальную их связь как целостность, уже предоставленную для ее познания, но еще находящуюся вне знания.

    Структурный континуум - новая парадигма фиксации единиц постижения, каковым ранее для фиксации единиц познания был объект. Никаких структурных континуумов в мире не существует. Впрочем, как не существует и объектов. Существуют вещи, процессы, относительные структуры, то есть структуры, которые могут быть восприняты относительно иных фиксированных структур (например, тела-сознания человека).

    Подобно тому, как Кант предложил свое концептуальное видение познания содержательных целостностей мира через единство мыслимого и воспринимаемого содержания, мы предлагаем новое концептуальное видение постижения мира и внемирности через единство устойчивого и изменяющегося содержания, которое уже не зависит от его мыслимости или воспринимаемости.

    Теоретическое представление о континууме появляется у Лейбница как критика спинозовской субстанции. Лейбниц, пытаясь опровергнуть монистический онтологический подход Спинозы (единая субстанция и ее многие атрибуты), предложил плюралистический онтологический подход (единство множества изменений и их континуальности в некотором основании как континуум). Континуум Лейбница позволял понять одновременно единственное и множественное, протяженность и разрывность, постепенность и скачек.

    Линейное представление о континууме развивалось в логике и математике. Континуум-гипотеза Кантора говорит о том, что всякое множество либо счетное (множественное, разрывное на части, скачкообразное), либо континуальное (единственное, протяженное, постепенно изменяющееся). Эта гипотеза так и не была доказана в математике и до сих пор представляет собой одну из нерешенных проблем Гильберта.

    Структурный континуум является развитием представления о линейном континууме под более универсальную цель - выразить всякую мерную реальность, в данном случае - выразить нашу очевидную четырехмерную реальность таким образом, каким можно выразить любую иномерную реальность.

    Одна и та же структура в конструктивной позиции различается как находящаяся в пространстве-времени, последовательной связности и целостности вещей или объектов (актуальная) и находящаяся вне этих отношений (виртуальная). Объединение этих контрафлексивных состояний одной и той же структуры, то есть объединение реальностей, представляет собой структурный континуум.

    Движение в пространстве-времени и скачки в природе могут быть поняты лишь как актуально-виртуальный континуум, в своей актуальной части являющий непрерывным, а в своей виртуальной части являющийся прерыванием этой непрерывности. Прерывание, скачки и движение в природе допустимы именно потому, что они происходят не в актуальности, а в виртуальности - в иных измерениях, проецируемых и свернутых в точки в четырехмерной реальности.

    Миры любого количества измерений отличаются вовсе не устойчивой структурой, которая, как предполагается, всегда находится во многих, не только в четырех, как видим мы, измерениях. Миры иномерных реальностей отличаются способами изменения структуры, в которых и проявляются скачки - разрывы между устойчивой и изменяющейся структурой.

    В основе представления о структурном континууме лежит как бы разделение всякого структурного содержания на два принципиально разные способы выражения - устойчивое и изменяющееся, чтобы затем, объединив эти способы, получить возможность отдельно выражать устойчивое и изменяющееся содержание и тем самым фиксировать способы изменения, или способы переходов или скачков в их измеряемости. Такой подход позволяет при функционализации структурного континуума моделировать мерное, то есть фиксируемое в определенном количестве измерений, изменение всякого мира.

    Структурный континуум суть соединение нормированных через связности и размерности реальностей посредством референции (референтности), которая указывает дирекциональность преобразования. Так актуальная реальность является конструктивным выражением устойчивости структуры, виртуальная реальность является конструктивным выражением изменчивости структуры, а референтность является конструктивным выражением дирекциональности преобразования от устойчивости к изменчивости.

    Структурная континуум-гипотеза: всякий структурный континуум из позиции конструирования суть либо нормированная реальность, либо иначе нормированное соединение контрафлексивных реальностей.

    Отсюда четыре основных характеристики структурного континуума:

    1) конструктивность - онтологически нормированное различие структуры из конструктивной позиции как актуальность (устойчивость, очевидность) и виртуальность (изменчивость, инаковость);

    2) нелинейность - нормирование актуальной и виртуальной структур как реальностей, то есть через связности и размерности их внутреннего содержания;

    3) контрафлексивность - связности и размерности одной реальности сопоставлены соответственным связностям и размерностям другой реальности;

    4) дирекциональность - соединение актуальной и виртуальной реальностей через направленную многопотоковую референцию (референтность), каждый поток которой соединяет между реальностями контрафлексивные пары связностей и размерностей.

    Как же решается проблема, которую ставил еще Лейбниц - проблема о скачках в природе? Иначе говоря, мы должны ответить на вопрос: как допустимы скачки в таких объединенных в континуум реальностях? Для ответа на этот вопрос, мы должны представить себе реальности не просто как абстрактную структуру, а как структуру в контрафлексивности устойчивости-изменения, то есть как этапы изменения виртуальной структуры и различные состояния устойчивости актуальной структуры. Различие внутренних связно-размерных содержаний двух контрафлексивных реальностей будут указывать содержание "скачка", а референтность между контрафлексивными реальностями будет указывать на направление "скачка" с точки зрения преобразования структуры.

    У Лейбница, да и у последующей досистемной философии, таких инструментов не было. Однако системный подход, и особенно СМД-методология, предлагает такое представление - "позиционная ситуация" (СМДМ) или "состояние" (Пригожин). Мы же делаем одно существенное прибавление: рассматриваем континуум как цепь контрафлексивных состояний различных реальностей: актуальной и виртуальной - то есть так мы нормируем лейбницевские "скачки в природе".

    Пусть континуум состоит из актуальной и виртуальной реальностей, причем AR1 будет начальным состоянием актуальной реальности (одно устойчивое состояние), а AR2 будет следующим состоянием актуальной реальности (другое устойчивое состояние); VR1 будет начальным состоянием виртуальной реальности (одно изменяющееся состояние), а VR2 будет следующим состоянием виртуальной реальности (другое изменяющееся состояние). Тогда конструктивная и контрафлексивная структура континуума будет представлена следующим образом:

    AR1-VR1-AR2-VR2

    Такие контрафлексивные структурные континуумы мы называем многопозиционными континуумами. Именно конструирование континуумов для цели выражение мерной реальности представляет собой конструктивность структурного континуума. Заметьте, что мы чередуем состояния актуальной и виртуальной реальности так, что изменение одной влечет за собой изменение другой, при этом первая виртуальная реальность порождает иную актуальную реальность как иное устойчивое состояние. Так реализована контрафлексивность (чередование актуальных и виртуальных реальностей). Давайте покажем дирекциональность (сквозную дирекциональность) структурного континуума.

    AR1>VR1>AR2>VR2

    А теперь покажем нелинейность структурного континуума, то есть его объектно-аспектно-атрибутивное содержание, которое в виртуальной позиции постоянно изменяется, то есть идет приращение новых аспектов-атрибутов[10]. Пусть некоторый объект O1 представляет собой структурный континуум с акспектами-атрибутами (a1...), на уровне которых происходит изменение. Это изменение соответственно будет происходить в каждой виртуальной позиции (виртуальной реальности) структурного континуума.

    AR1[O1(a1...)]> VR1(O1(a1,a2...))> AR2[O1(a1,a2...)]>VR2(O1(a1,a2,a3...))

    Как видно, здесь происходит изменение набора атрибутов: (a1...); (a1,a2...); (a1,a2,a3...) в двух виртуальных позициях, которые представляют собой два "скачка" объекта, и повторение набора атрибутов в актуальных позициях, которые представляют собой два фиксированных состояния объекта.

    Здесь мы показали лишь изменяющийся объект как структурный континуум. Однако на том же структурно-континуумном подходе в "Теории виртуальности" выражаются и процессы, и взаимодействие реальностей. Так возникает теоретическое представление о структурном континууме, которое позволяет нам в одном и том же концепте выражать объекты, процессы и реальностные взаимодействия.

    "Теория виртуальности" содержит много новых подходов в теоретическом использовании представления о структурном континууме - функционализацию сообразно базовой структуре реальности (эмпирической, языковой, логической, мышления, речи-текста, деятельности), представление о ревиртуализации, моделирование процессов имманентной и концептуальной апперцепций объектов, онтологизацию процессов, теоретическое представление о ревиртуализации, конструктивное выражение модальности и комодальности.

    Также изменяется и теоретическое представление о предмете. Предмет теперь это способ нормирования содержания через реальность: базовую структуру реальности и различие актуальной и виртуальной реальностей, которая может быть реализована в структурно-континуумном выражении того или иного содержания.

    Давайте посмотрим на основные отличия между двумя концептами: сообщающим целостность знания концептом объекта и сообщающим целостность постижения структурным континуумом.

     

    Свойства концепта

    Объект

    Структурный континуум

    Трансцендентальность

    Двухпозиционная

    Многопозиционная

    Поляризация трансцендентальности

    Присутствует рефлексивно имплицитно, но в концепте операбельно не используется

    Актуальность и виртуальность, выстроенные в "АВ"-цепочку

    Управление трансцендентальным направлением связи

    Представляет проблему различения разной объективации, верификации и фальсификации, истинности и адекватности

    Четыре типа референтности: отсутствующая, интерпретативная, реализующая, сущностная

    Реальностная определенность позиций, соединяемых трансцендентально

    Фиксирована как чистая и эмпирическая апперцепции

    Произвольная как выбор из базовой структуры реальности (эмпирической, языковой, логической, мышления, речи-текста, деятельности)

    Сложность

    Двухуровневая (чувственные ощущения объединяются в объект)

    Четырехуровневая (реальность, континуум, объект, аспект-атрибут)

    Потоковость трансцендентальной связи

    Присутствует рефлексивно имплицитно, но в концепте операбельно не используется

    Многопотоковая - всякий объект реальности, всякий аспект-атрибут объекта могут быть соотнесены через разные потоки референтности

    Функциональная мерность

    Четыре измерения (три пространственных, и одно - время)

    Функционализация в разных измерениях произвольного количества

    Различение способов нормативной онтологизации

    Объектификация очень часто отождествляется с объективированием

    Объектификация и объективирование, процессуализация и процессирование, реализм и реализация как различаемые

    Тотальность нормативной онтологизации

    Процессы и структуры сводятся к их объектности

    Различие и связь нормативных онтологизаций - объектной, процессной, структурно-континуумной

    Концептуальная мобильность (возможность преобразование в иные концепты)

    Объект концептуально немобилен

    Объект преобразовывается в процесс и в произвольный многопозиционный континуум, и наоборот

    Возможность концептуальной редукции

    В объект может быть превращена система в системном подходе

    В структурный континуум может быть превращен любой нормированный концепт

    Расположенность концепта к дилетантскому отождествлению

    С вещью

    С линейным континуумом

     

    Предложенное представление о структурном континууме порождает принципиально новые способы выражения объектного концепта, который производятся в Теории виртуальности - теоретическое представление о континуум-апперцепции, теорию семиозиса и правила оперирования конструкт-семиозисом "АВ"-моделирования. Эти инновации будут рассмотрены нами далее.

     

    Континуум-апперцепция

     

    Теперь, когда у нас есть теоретическое представление о структурном континууме, мы можем показать, как происходит его функционализация в четырехмерной реальности. Эта функционализация может быть представлена разными способами: 1) как функционализация в пространственных атрибутах объектов, входящих в актуальную и виртуальную реальности структурного континуума (на примере известных апорий Зенона); 2) как функционализация актуально-виртуальных цепочек во времени (на примере парадокса "машины" времени); 3) как функционализация актуальной и виртуальной реальностей в базовой структуре человеческой культуры.

    Первый и второй подход представлен в Теории виртуальности как исследование известных апорий и парадоксов. Пространственно-временной континуум - структурный континуум, функционализированный в измерениях пространства-времени. Причем, здесь осуществляется принципиальное новшество - не из пространственно-временного континуума осуществляет истолкование объектов, как это происходит в науке, а из структурного континуума функционализируется как пространственно-временной континуум, так и иначе-размерные континуумы, которые конструктивно истолковываются как разные реальности разных структур в разных нормативных онтологиях.

    Однако наиболее интересным и содержательным является третий подход, исследующий все богатство структуры апперцепции. Структурный континуум может выражать тот самый процесс, который постоянно, дискретно и континуально происходит в нашем сознании или в любой конструктивной деятельности, если придать реальностям структурного континуума такие функции: виртуальной реальности - функцию сознания, а актуальной реальности - функцию внешней сознанию реальности.

    В зависимости от того, рассматриваем мы структурный континуум - 1) как нефункционализированный, 2) феноменологически-апперцептивно-функционализированный или 3) функционализированный как-либо иначе, - мы получаем допустимость выражения: 1) дофеноменологически-доапперцептивного "структурного ви?дения"; 2) феноменологически-апперцептивного истолкования; 3) иных способов истолкования иных сущностей.

    Истолковывать или более грубо - отражать - способны животные, растения и неживой мир. Однако целенаправленно и результативно конструировать способны человеческое сознание и созданные им искусственные разумы - остальные процессы самоконструирования являются спорадическими, приобретающими актуальную устойчивость лишь в очень немногих случаях, в то время как огромное множество случайных конструирований в природе ничем не заканчивается.

    Структурный континуум в процессе апперцепции - это нечто совершенно простое, мимо чего сознание, а вслед за ним и философия, часто проходили мимо. Например, перед тем, как говорить, сознание говорящего обязательно производит создание континуума "мышление-говорение": "Я сейчас буду говорить, поэтому мое мышление и говорение будет представлять единый континуум". Таким образом, мышление существует в говорении, а говорение непосредственно выражает мышление.

    Континуум-апперцепция не только то, что позволяет нам воспринимать и понимать внешнюю сознанию реальность, но и то, что намертво привязывает нас к способам выражения этой внешней четырехмерной реальности. Способы выражения осваиваются каждым человеком в виде шести стандартных или базовых реальностей: мысли, речи-текста, деятельности, логики, языка, опыта. Эти реальности называются базовой структурой реальности или базовыми реальностями.

    Произведенное нами уподобление континуума "сознание-внешняя-реальность" и континуума "виртуальная-реальность-актуальная-реальность" позволяет создать один континуум - феноменологически-апперцептивный актуально-виртуальный континуум. Этот континуум мы затем сможем выразить через "АВ"-моделирование, чтобы на нем смоделировать различные технологии и отношения: апперцепцию объектов и процессов, истинность, модальность, пространство-время и т.д.

    В этом смысле сознание модельно синтезирует само единство своего состояния потока (времени) с расположением структуры (пространства) через единство первичного трансцендентного синтеза - континуума. Континуум в апперцептивном понимании суть трансцендентальное единство внешней реальности (позиция актуальности) и сознания (позиция виртуальности), то есть актуально-виртуальный континуум.

    Однако такое представление о континууме само порождено имманентностью нашего рассмотрения, то есть принадлежностью рассмотрения мышления человека, отражающего в интерпретации внешнюю реальность. В ином подходе или позиции, где мы берем во внимание не сознание, а саму способность к концептуализации (позиция виртуальности), которая устанавливает затем некоторое содержание (позиция актуальности) - континуум оказывается единством концептуализации с установлением (виртуально-актуальным континуумом).

    То есть в общем виде континуум суть единство любой изменяющейся-усложняющейся структуры и устойчивой структуры, где собственно функционализация такого единства через феноменологически-апперцептивное отношение "сознание-воспринимаемый-поток-внешней-реальности" или феноменологическое отношение "концептуализация-установление" позволят различить такое единство как соответственно имманентную и концептуальную апперцепцию.

    Итак, на онтологическом уровне мы различаем истолкование и конструирование. На онтическом уровне в феноменологически-апперцептивной функционализации мы различаем интерпретацию (апперцептивное толкование, объяснение, разъяснение) и установление (апперцептивное конструирование, реализацию). Эти отношения собственно и порождают типы референции по дирекциональности и способу позиционного отношения виртуальности и актуальности.

    Континуум-апперцепция - способ феноменологически-апперцептивной функционализации виртуально-актуального континуума в выбранной нами онтологической позиции конструирования: позиционно как имманентная (актуальность-виртуальность) или концептуальная (виртуальность-актуальность) апперцепции.

    Для Канта существуют, по крайней мере, две апперцептивные структуры: чистая апперцепция "Я мыслю" и эмпирическая апперцепция "Я существую". Развитие Теорией Виртуальности теоретических основоположений апперцепции Канта состоит в том, что предполагается существование, по меньшей мере, шести базовых структур апперцепции, что расширяет понимание апперцепции.

    Эмпирическая апперцепция "я воспринимаю внешнюю реальность" Канта обретает расширенное толкование "я воспринимаю через континуум-апперцепцию", которое структурируется на отнесение к содержанию: "я воспринимаю в мышлении", "я воспринимаю в высказывании", "я воспринимаю в действии", "я воспринимаю в логике", "я воспринимаю в грамматике языка", "я воспринимаю во внешнем опыте".

    Также расширяется и понимание чистой апперцепции Канта как "я мыслю" до "я мыслю через континуум-апперцепцию сознания", что структурируется на интенции: "я в мысли", "я в говорении", "я в деятельности", "я в языке", "я в логике", "я в опыте". И тем самым на дофеноменологическом уровне мы получаем дирекции - "к реальности мышления", "к реальности речи-текста", "к реальности деятельности", "к языковой реальности", "к реальности логики", "к эмпирической реальности".

    Человеческая деятельность структурирует саму реальность так, что мы можем говорить о различных уровнях реальности. Мы рассматриваем эти уровни реальности как среды анализа. Это не умозрительно построенное структурирование, а доказанное всем историческим опытом развития философской мысли.

    Здесь мы относимся к довольно развитой философской традиции, которая позволит нам выделить континуум-апперцепцию как расширение и развитие кантовской теории апперцепции, теорий речевого акта, структурной лингвистики, логики, теории перформативных актов, теории деятельности.

     

    Имманентные реальности.

    Реальность деятельности или действий, актов. Реальность межличностных, социальных и иных действий, которые производят определенное предметное изменение в мире. Реальность деятельностная (A или ДР).

    Реальность рече-текстовая или высказываний. Реальность, где происходит высказывание: речевая и текстовая. Реальность, где люди осуществляют общение друг с другом в широком смысле этого слова. Мы здесь ее рассматриваем большей частью как реальность высказываний вербального языка. Реальность высказываний или рече-текстовая (S или РТР).

    Реальность мышления или мыслей. То, что обычно скрыто и дано лишь в качестве индивидуального процесса. Однако мы берем ее в таком качестве как реальность мышления говорящего или действующего субъекта. Реальность мышления (M или МР).

    В своем изначальном виде - эти структуры имманентны. Однако они могут становиться концептуальными, когда мышление превращается в рефлексию, высказывание - в коммуникацию, а действие - во взаимодействие.

     

    Концептуальные реальности.

    Эмпирическая или реальность феноменов. Очевидно, что она неоднородна, включает в себя социальную реальность, природную, космическую и т.п. Однако здесь мы пока берем ее в самом широком понимании как реальность феноменов (F или ЭР), при необходимости уточнить мы не будем выделять или обособлять отдельные ее области в качестве отдельных реальностей[11], то есть мы будем записывать: например, реальность феноменов, природная (FN - fenomen (F) natura (N)).

    Языковая реальность или реальность номенов, ноуменальная реальность. Это реальность языка, его социального использования, развития и изменения с точки зрения правил грамматики, это языковая среда, которая позволяет людям понимать друг друга, создавая номены, которые являются не прямым отражением совокупной реальности, а виртуально преобразованным отражением совокупной реальности. Однако языковая реальность структурного нормирования не является языком в его традиционном понимании или результатом лингвистического нормирования в понимании ТВ - эта реальность рассматривается исключительно средствами структурного нормирования вне лингвистического нормирования, которое будет рассмотрено нами далее. Реальность номенов или языковая (N или ЯР). "Номен" как объект языковой реальность в таком написании применяется для того, чтобы отличить его от "ноумена" - структуры различения Кантом всех предметов на ноумены и феномены.

    Логическая реальность или реальность терминов. Реальность точного употребления терминов и форм мышления, описанная через процедуры оценки в логике. Область реальности, в которой истинно постигаются явления в языке и мышлении. Реальность терминов или логическая (T или ЛР).

    Структуры реальности - язык, логика и опыт - изначально концептуальны, то есть масштабные социальные механизмы производят и воспроизводят их концептуальность: образование, наука и даже политика.

     

    Трансцендентное единство континуума порождает трансцендентальную континуум-апперцепцию, и позволяет представить каждую из структур в виде отдельной позиции, а значит установить некоторую логику соотношения этих позиций. В соотношении этих позиций мы создаем континуум из двух и больше актуальных и виртуальных реальностей. Через релевантно-референтные отношения между реальностями в континууме мы можем смоделировать все явления сознания и внешней ему реальности не как интенциональные функции континуума, но как уже данное вне потока сознания-времени, как чисто модельное содержание дирекциональности базовой структуры реальности, смоделированное на структурном континууме.

    Континуум-апперцепция есть эти шесть разных структур (ситуаций) чистой апперцепции, противопоставленные в едином континууме другим шести разным структурам (ситуациям) эмпирической апперцепции. "Эмпирическая апперцепция" продолжает так называться не в силу обозначения актуальной структуры с таким же названием (эмпирическая реальность), а в силу той же причины, что и у Канта - отнесение к опыту взаимодействия с внешней сознанию реальностью. Только "опыт" в ТВ понимается более широко, нежели у Канта, как опыт мышления, речи-текста, действия, языка, логики и собственно внешний этому всему опыт. Таким образом, разобранный Кантом в его "Критике чистого разума" случай апперцепции, хотя и есть наиболее общий, но для ТВ оказывается лишь частным из шести в квадрате, то есть из тридцати шести основных комбинаций бывающих ситуаций.

    Континуум-апперцепция есть не некоторая отдельная апперцепция, а собственно то, что дано до того, что раньше у Канта предвосхищалось как трансцендентальное единство апперцепции, в самом его основании. Для трансцендентального единства такой анализ имеет отрицательное определение, это гипотетически вынесенное, потустороннее, априорное объединение некоторых данных в единство, относительно которого рассматривается некоторое посюстороннее (апперцептивное же) содержание.

    Трансцендентальное в отличие от трансцендентного, означает "имеющее технологию для истолкования и формализации в двусторонности, в переходе", где сама релевантная среда устанавливается как континуум, внутренне реферируется, выражается далее на уровне объектно-атрибутивного содержания, и эти актуальное и виртуальное содержания соотносятся через процесс моделирования, что позволяет формализовать сам процесс и его позиции.

    Таким образом, мы обнаруживаем первейшую, базовую, дофеноменологическую, но дирекционально-структурную континуум-апперцепцию. В функционализации через внутренние и внешние отношения человеческого сознания дирекциональность становится интенциональностью.

    До того, как что-либо сделать, произвести любое действие, высказывание или мысль, термин, номен или феномен вовне сознания, мышление структурирует в континуум-апперцепции свою интенцию любого действия, акта мышления, акта речи-текста, выражения в языке или действия. До того, как подумать, возникает интенция "направленность на мысль". До того, как сказать, возникает интенция "направленность на выражение в речи-тексте", до того, как построить выражения по правилам языка, возникает интенция "направленность на язык". До того, как что-либо сделать, возникает интенция "направленность на действие". До любого хода (акта) мысли мышление открывает континуум, апперцептирует позицию предполагаемого хода мысли.

    Мы создаем континуум всякий раз, когда мыслим, говорим-пишем, действуем, упорядочиваем мышление в логике, речь-текст в языке, деятельность в опыте. Мышление до того, как собственно заняться содержанием, удерживает две структуры реальности - виртуальную и актуальную. То есть, мысля, говоря или действуя, сознание постоянно располагает в континууме свою деятельность, занимая в континууме позицию виртуальности, противопоставляя ей в континууме позицию актуальности внешней сознанию реальности. Вот я мыслю по поводу своего существования. Вот я говорю по поводу того, что мыслю. Вот я действую так, как говорю. И т.д. Причем это не просто выделение двух произвольных структур реальности, которые соотносятся. Это именно объединение их в континуум, то есть в континуальный процесс соотнесения их как разного содержания на единой онтологической платформе.

    Это единство первичного трансцендентного синтеза предваряет эмпирическую, чистую и тем более трансцендентальную апперцепцию[12]. Трансцендентный континуум существует изначально до и вне различных апперцепций: он является первичным основоположением, из которого в феноменологически-апперцептивной функционализации континуума возникает трансцендентальная континуум-апперцепция. Нам представляется, что континуум-апперцепция положена в сознании животных, в сознании только что родившихся детей как открываемый поток сознания.

    Для этого неважно, является сознание уже осознанием чего-либо, или существует просто как чистая потенциальность осознания; континуум-апперцепция уже есть в изначальном факте потока сознания. Так интенциональность допустима на дофеноменологическом уровне как дирекциональное различие базовых структур реальности.

    Построение структурного континуума и оперирование им в континуум-апперцепции есть Начало Начал, фундамент Божественного Замысла, основа свободы воли человека. Построение континуума это свободный выбор единства двух реальностей (двух структур базовой структуры реальности), свободный выбор бывающей ситуации в понимании расположения конкретной актуальной и конкретной виртуальной реальности. В ТВ мы переходим в онтологическую позицию конструирования, "опускаемся" на более онтологически фундаментальный уровень - создаем структурный континуум из виртуальной и актуальной реальности, и лишь затем в позиции конструктивного истолкования функционализируем этот структурный континуум через известные из истории философии содержания континуумов истолкования. Так, соотнося структурный континуум "актуальная реальность - виртуальная реальность" с известными из философии континуумами истолкования - мышление, речь-текст, действие, логика, язык, опыт, - мы получаем функционально-феноменологический структурный континуум - континуум-апперцепцию.

     

    Язык и семиозис

     

    Вербальный язык при всей его кажущейся универсальности имеет существенное ограничение - привязку к пространственно-временному континууму. Это означает, что слова-понятия, дискурсы и сказ-повествование в речи и тексте вербального языка настолько жестко привязаны к пространству и времени, что для того, чтобы выйти за пределы представлений пространства-времени, нам нужно очень сильно изменять, выворачивать и коверкать этот вербальный язык, действуя постоянно против лексических и синтаксических правил этого языка.

    Переход в формальный логический язык мало может в этом помочь, пока формальная логика строится преимущественно в пропозициональных выражениях "нечто есть иное". Структурные выражения математической логики по сути ограничиваются теорией множеств, которая работает исключительно с объектными операциями соединения-разъединения, установления подобия и различения объектных совокупностей. Именно по той причине, что алгебра множеств предполагает перевод в пропозициональные выражения, логика множеств не является всецело структурной.

    При этом теория множеств в целом ряде парадоксов столкнулась с проблемой отсутствия указания на реальность, в которой образуется множество. Из-за этого возникают множества, содержащие в себе элементы разных реальностей, что приводит к противоречивым последствиям. Уточнение теории множеств за счет различения классов и множеств опять же не решает проблему, поскольку пока не определены стандартные классы, всякое множество можно считать классом, постфактум находя определение его класса.

    В то же время эмпиризм, логический позитивизм, структурная лингвистика, теория деятельности, феноменология и теории речевых актов, являясь большими и фундаментально разработанными традициями, не имеют единого и универсального знакового выражения.

    Семиозис Теории Виртуальности призван решить именно эти проблемы. Семиозис ТВ является результатом "структурного ви?дения" в своих теоретических представлениях. При этом семиозис оказывается различен на метасемиозис и конструкт-семиозис "АВ"-моделирования. То есть проблема необходимости осмысления знаков, чтобы они функционировали как знаки, в Теории Виртуальности была решена за счет различения семиозиса на метасемиозис и конструкт-семиозис.

    Метасемиозис это дирекционально-позиционно-структурные понятия, которые построены таким образом, чтобы четко указывать структурное содержание - как в пределах пространства и времени, так и за их пределами.

    Конструкт-семиозис "АВ"-моделирования это знаковое выражение структурных позиций, то есть конструктивной (виртуальной) и истолковательной (актуальной); структурных единиц, то есть связей, подобий, направлений (структурных связей, структурных подобий и структурных направлений или дирекций); структурных элементов, то есть аспектов или атрибутов, аспектов аспектов или атрибутов атрибутов, объектов, процессов, реальностей, структурных континуумов; структурных отношений, структурных замещений и структурных переносов содержания между позициями; а также структурных актов, то есть операций соединения и разъединения структурных позиций, структурных единиц, структурных элементов, структурных отношений, структурных замещений и структурных переносов.

    Метасемиозис - уровень семиозиса в позиции равновесия сложности, где происходит комбинирование представлений и концептов представлений в понятиях. Конструкт-семиозис - уровень семиозиса в позиции равновесия сложности, где происходит позиционное формирование представлений в семиозисе. Метасемиозис ТВ - концептуальный уровень семиозиса в контрафлексивных структурно-позиционных понятиях. Конструкт-семиозис ТВ - уровень семиозиса, где происходит контрафлексивное "АВ"-моделирование. Метасемиозис и конструкт-семиозис в ТВ не имеют ни иерархического, ни рефлексивного отношения.

     []

    Линия "простота-сложность" суть "линия сложности", которая в двух направлениях представляет два принципа: "негативной защиты простоты" и "позитивной защиты сложности". Здесь эллипсы "1", "2", "3" это различные позиции равновесия сложности. Причем каждый эллипс это "смысловая сеть" той или иной концепции или теории. Нижняя часть каждого эллипса под линией - "конструкт-семиозис", верхняя часть каждого эллипса над линией - "метасемиозис". Несмотря на то, что в СМД-методологии на позиционных схемах различие "верх-низ" является значимым как "иерархия", мы особо оговариваем, что здесь нет отношения иерархии между конструкт-семиозисом и метасемиозисом. Различие между эллипсами - сложность структуры, где структура апперцепции всего лишь один из способов функционализации ее виртуально-актуального различия. В данном случае, эллипс "1" будет представлять собой позицию равновесия сложности с точки зрения феноменологически-апперцептивной структуры для любой из феноменологически-апперцептивных философий: Канта, Гегеля, Гуссерля, Хайдеггера, теорий речевого акта и структурализма, теорий деятельности. Эллипс "2" будет представлять собой усложненную с точки зрения феноменологически-апперцептивной структуры СМД-методологию. Эллипс "3" будет представлять собой самую сложную с точки зрения феноменологически-апперцептивной структуры - ТВ. Тем не менее, апперцептивная структура для ТВ оказывается лишь онтической сложностью, а онтологической же сложностью является актуально-виртуальное различие, через которое уже затем на онтическом уровне реализуется феноменологически-апперцептивная структура. В силу этого теоретического обстоятельства ТВ суть онтологически сложнее предыдущих теорий. Можно даже сказать, что каждая новая более фундаментальная онтология задает свой принцип сложности - онтологическое равновесие сложности.

    Уже внутри каждого эллипса происходит построение теории или концепции. Пусть, например, эллипс "3" будет соответствовать ТВ. Тогда для этого эллипса мы принимаем уже внутреннее выражение: актуально-виртуальное выражение, феноменологически-апперцептивная структура актуально-виртуального выражения, значение и смысл, задаваемые этой структурой, объектно-атрибутивное содержание, которое позволяет более сложные отношения значения и смысла[13].

    Структурно значимый смысл для ТВ суть достигнутое равновесие сложности, где в конструкт-семиозис контрафлексивное мышление переносит все, что подлежит конструктивному выражению, а в метасемиозисе контрафлексивное мышление оставляет все, что подлежит внешней, предельно широкой среде конструктивного истолкования. Однако контрафлексивность конструкт-семиозиса и метасемиозиса порождается не различием их онтологических позиций самих по себе, а нашим умышленным конструктивным конфигурированием в Теории Виртуальности их как контрафлексивно сопоставленных.

    Такое сопоставление конструкт-семиозиса и метасемиозиса в каждой конкретной ситуации само оказывается осмысляемым в более широком контексте - как онтологическое равновесие сложности, которое рассматривается в главе "Виртуальное исчисление, типы шкал и разномерный мир" работы "Теория виртуальности".

    Как происходит создание и использование метасемиозиса? В ТВ используется особый тип понятий - дирекционально-позиционно-структурные (ДПС) понятия как понятия "структурного ви?дения". Это такие понятия, которые порождены из онтологической позиции конструирования путем позиционного соотношения представлений "структурного ви?дения" через базовые онтологические основания: устойчивость в очевидности (актуальность) и изменение в инаковости (виртуальность). Понятия, выражающие структурно одно и то же, но из разных структурных (контрафлексивных) позиций, здесь даются как разные понятия с указанием их позиционного различия как контрафлексивного.

    Отношение между знаками в семиозисе должна изучать семиология, где в традиционном понимании Фердинанда де Соссюра любая знаковая система рассматривается с лингвистической точки зрения. Структурная семиология или семиозистика строится нами в ее радикальном и выразительном отличии от лингвистической семиологии. В ТВ мы имеем дело с принципиально иным подходом - знаковым выражением структуры как таковой в конструкт-семиозисе и выражением в специальным образом построенных философских понятиях метасемиозиса. Можно сказать, что универсальная теория о знаках допустима лишь как структурная семиология.

    "Метасемиозис" и формируемый в процессе конструктивной символизации "конструкт-семиозис" мы не называем "языками" из уважения к традиции понимания языка как знаковой системы для передачи информации между субъектами. Отношение между "конструкт-семиозисом" и "метасемиозисом" отдаленно похоже на отношение между языком-объектом и метаязыком Ролана Барта, больше похоже на отношение объектного языка и метаязыка Лесневского-Тарского, однако все же принципиально иное.

    Метасемиозис, понятийная среда, содержательно производит то же самое, что и конструкт-семиозис - но на уровне дирекционально-позиционно-структурного содержания философских категорий, описывая денотацию уже понятийно, и из иной позиции - конструктивного истолкования. Метасемиозис выступает как самостоятельная конструктивная понятийная среда и как осуществляющая конструктивное истолкование конструкт-семиозиса, то есть как конструкт-интерпретанта (у Чарльза Пирса - знак имел просто интерпретанту).

    Кроме того, нужно постоянно помнить, что предыдущие теоретики в сфере семиотики соотносили знак с объектом, в то время как Теория Виртуальности соотносит знак с простейшими структурными единицами и структурными элементами на дообъектном уровне. Соответственно, если развивать подход Чарльза Уильяма Морриса, то мы должны говорить не только о структурной семиологии, но и о структурной семантике (отношение знака к структурной единице/элементу), структурной синтактике (отношение структурных знаков друг к другу).

    Конструкт-семиозис представляет собой знаковую среду (не систему), выражающую чистое структурное содержание, структурные отношения, структурные замещения и структурные переносы, выполненные по конструктивно выраженным нормам. Тем самым конструкт-семиозис содержит не только структурные знаки, но и структурные денотаты этих знаков как выражение онтологической ситуации структуризации, где структура взаимодействует лишь с такой же структурой на фундаментальном уровне, а не уже на уровне структурных целостностей (объектов), как это происходит в математической логике и компьютерном программировании. Конструкт-семиозис реализован через актуально-виртуальное моделирование ("АВ"-моделирование).

    "АВ"-моделирование - отнюдь не первый нелингвистический семиозис. Самые известные семиозисы: семиозис нотной записи музыки, математический семиозис, логический семиозис (алгебра множеств и пропозициональная формализация), связанный с предыдущими двумя - семиозис компьютерного объектно-ориентированного программирования, семиозис химии, где формулы суть комбинаторный перечень входящих элементов в то или иное химическое соединение, семиозис генетического кода, порожденный успехами генетики в расшифровке геномов животных и человека.

    Однако со времени попыток создания целевых универсальных семиозисов - от Чарльза Пирса и до настоящего времени - универсальные семиозисы были исключительно лингвистическими. То есть знак, с точки зрения традиционной семиологии, не функционирует как знак, пока не осмыслен лингвистически. Конструкт-семиозис "АВ"-моделирования является первой масштабной попыткой создания нелингвистического универсального структурного семиозиса для целей символизации логико-философских теорий.

    "АВ"-моделирование - несколько необычный подход для логиков и математиков. Его необычность состоит в том, что он связан с формальной онтологизацией структуры путем особой структурной комбинаторики в конструктивной позиции. Таким образом, знаковое обозначение "АВ"-моделирования является непропозициональным.

    Конструктивные "АВ"-модели это модели структуры, где комбинаторно различаются актуальные и виртуальные позиции, референтности как дирекциональная связь между ними, внутреннее связно-размерное содержание актуальных и виртуальных позиций с точки зрения контрафлексивно сопоставленного объектно-аспектно-атрибутивного их выражения. Символизация "АВ"-моделей производится в открытом алфавите. Формализация "АВ"-моделей производится относительно той или иной конкретной онтологизации.

    Как происходит "АВ"-моделирование? Общий подход "АВ"-моделирования может быть изложен через пять уровней нормирования: онтологический, континуумный, функциональный, морфологический, материала.

    На онтологическом уровне нормирования выстраивается цепочка AVAV..., где актуальные и виртуальные позиции сменяют друг друга. Чередование актуальных и виртуальных позиций сделано для удобства работы: за каждым фиксированным содержанием структуры, то есть актуальной позицией, следует ее допустимое изменение, то есть виртуальная позиция. Актуальные позиции любой актуально-виртуальной цепочки представляют устойчивое содержание некоторой структуры. Виртуальные позиции любой актуально-виртуальной цепочки представляют изменчивое содержание некоторой структуры. Каждый разрыв актуальной и виртуальной позиции представляет для нас возможность задать функционально содержание этого разрыва - будь то изменение времени, переход от сознания к внешнему миру, или подтверждение в эксперименте некоторой концептуально предположенной структуры микромира. Структура такой актуально-виртуальной цепочки указывается в названии модели, например: ав-модель, ва-модель, ава-модель, вав-модель, авав-модель, вава-модель и т.д. Актуальные позиции мы обозначаем квадратными скобками - [], а виртуальные позиции мы обозначаем круглыми скобками - ().

    На континуумном уровне нормирования устанавливается референция между актуальной и виртуальной позицией. Референция означает содержательно осмысленное структурное направление (дирекцию). Референция является чистым структурным направлением, а референтность возникает уже в связи с установленным содержанием некоторого структурного переноса или структурного замещения, которые возникают между актуальной и виртуальной позициями. Референтность бывает трех типов: A>V или интерпретативная (i), A<V или реализующая (r), A-V или сущностная (e). Также существует обозначение отсутствия референции (n). Можно записать иначе: AiV - интерпретативная, ArV - реализующая, AeV - сущностная, AnV - отсутствие референции.

    На функциональном уровне нормирования каждая актуальная и виртуальная позиции приобретают четкие функции, превращающие актуальные и виртуальные позиции соответственно в актуальные и виртуальные реальности. Функционализация актуальных и виртуальных позиций может быть произведена по-разному. Актуальные и виртуальные позиции могут обозначать разные реальности в разрыве времени и/или пространства, то есть внутри пространственно-временного континуума, или же вне его. Они также могут обозначать разные реальности из базовой структуры реальности, между которыми происходит структурное взаимодействие: реальность опыта (феноменов) - F, реальность языка (номенов) - N, реальность логики (терминов) - T, реальность мышления (мыслей) - M, реальность речи-текста (высказываний) - S, реальность деятельности (актов) - A.

    Например, в функционализации путешествия во времени актуальная реальность ава-модели будет представлять собой наше настоящее время, виртуальная реальность будет представлять собой прошлое (или будущее), а вторая актуальная реальность будет представлять собой измененное настоящее. Например, в функционализации кантовской теории апперцепции в ав-модели мы должны будем рассматривать две реальности - реальность опыта (эмпирическую реальность, реальность феноменов - F) и реальность мышления (мыслительную реальность, реальность мыслей - M). То есть для кантовской теории апперцепции возникает следующее обозначение: [F]i(M). Это означает, что виртуальная реальность мышления (где происходит изменение, усложнение, преобразование), интерпретирует актуальную реальность опыта (где находится устойчивое содержание, воздействующее на органы чувств, интерпретируемые мышлением).

    На морфологическом уровне нормирования производится насыщение актуальных и виртуальных реальностей структурным содержанием - здесь появляются аспекты, атрибуты, объекты и процессы. Давайте покажем краткую запись трансцендентальной апперцепции некоторого объекта O для выше приведенного примера: F[O(a1,a2,a3)]iM(O'(a1,a2,a3)). Это означает, что в реальности опыта актуальный объект O c аспектами a1,a2,a3 апперцептирован мышлением как виртуальный объект O' с атрибутами a1,a2,a3., где виртуальная реальность мышления интерпретирует актуальную реальность опыта.

    Наиболее интересными на этом уровне нормирования в выражении "АВ"-моделирования оказываются технологические процессы имманентной и концептуальной апперцепции, позволяющие различать объекты объектификации (имманентные) и объекты объективирования (концептуальные), предметизацию и предметирование, теоретизацию и теоретизирование.

    На этом же уровне "АВ"-моделирование позволяет выражать дирекциональную дистанцию, дистанционную референцию и трансструктурность как соответственно структурно удаленное структурное направление, структурно удаленную структурную связь и структурно удаленное структурное подобие, образующее некоторую совокупность. Также на этом уровне "АВ"-моделирование позволяет выражать процессы ревиртуализации, то есть преобразование структурного содержания виртуальной реальности, которое изменяет содержание структурного континуума и позволяет говорить о процессе его изменения-усложнения.

    На этом же уровне "АВ"-моделирование позволяет выражать онтологизацию процессов. Традиционно процесс описывался как изменение между двумя актуальными состояниями (скажем, A1 и A2) - на этом построено большинство концепций в науке. В ТВ формальная онтологизация процесса выражается через изменение актуально-виртуальных контрафлексивных характеристик процесса - устойчивости (A) и изменчивости (V) - от A1V1 до A2V2 (процессуализация) или от V1A1 до V2A2, (процессирование) - тем самым мы получаем представление о контрафлексивных мгновенных состояниях процесса. Так возникают авав- и вава-модели, через которое и производится онтологизация разных процессов: предельных и непредельных, многопотоковых и однопотоковых, объектных и позиционных (референтных).

    На уровне нормирования материала в ТВ посредством "АВ"-моделирования осуществляется выражение: теории альтернативной последовательности событий, теории альтернативной связи процессов, общей концепции релевантной истинности, преобразование законов формальной логики, концепция структурной "АВ"-модельной модальности и комодальности.

    Таким образом, семиозис, то есть метасемиозис и конструкт-семиозис "АВ"-моделирования, позволяет теперь не только различать, но и совершенно по-разному теоретически обосновывать и использовать три различные нормативные онтологии - объектную, процессную и структурно-континуумную.

    Объектная нормативная онтология выражает представления на основе технологических процессов имманентной и концептуальной апперцепции, модальности и комодальности. Процессная нормативная онтология выражает онтологизацию различных объектных и позиционных процессов. Структурно-континуумная нормативная онтология выражает представление о пяти уровнях нормирования, разомкнутой метрике "АВ"-цепочек, сетевой топологии "АВ"-цепочек, дирекциональной дистанции, дистанционной референции, трансструктурности.

    "АВ"-моделирование придумано для того, чтобы позволить моделировать устойчивость и изменение структуры, понимая при этом, как пошагово происходят структурные изменения в той или иной функционализации реальностей, и к каким изменениям устойчивой структуры они приводят. Таким образом, конструкт-семиозис "АВ"-моделирования позволяет выражать "структурное ви?дение" посредством моделирования онтологических структурных единиц через структурные отношения, замещения и перенос.

    "АВ"-моделирование позволяет единым и универсальным образом выражать различные теории: эмпирические, логические, лингвистические, речевых актов, деятельности и мышления. Также оно позволяет выражать на онтологическом уровне многие логико-философские теории - теории апперцепции, истинности, модальности и т.д. Однако непосредственные выражения "АВ"-моделирования не являются понятными без языкового сопровождения. Модели есть модели, и для их понимания по-прежнему нужен вербальный язык, хотя бы и уточненный через специальные дирекционально-позиционно-структурные понятия.

    При этом, нужно понимать, что вербальный язык не может быть непосредственно преобразован в семиозис, а семиозис, в свою очередь, не может быть непосредственно преобразован в вербальный язык. Преобразование семиозиса и вербального языка происходят через два совершенно различных способа представления их друг в друге - вербальный язык в семиозисе представляется через процесс структурификации, а семиозис в вербальном языке представляется через процесс пропозиционализации.

     

    Рефлексия, контрафлексия и контрарефлексия?

     

    При концептуальном осмыслении виртуального мышления для задач, решаемых в Теории Виртуальности, оказалось необходимым реонтологизировать рефлексию и создать теоретические представления о новых типах мышления.

    Во-первых, предлагаемые в Теории Виртуальности различные уровни нормирования через различные реальности с одномоментным взаимозависимым конфигурированием разных уровней нормирования потребовали сопровождать их все разным рефлексивным мышлением: 1) сопоставление реальностей на одном уровне нормирования, 2) сопоставление разных уровней нормирования и одномоментно - входящих в них реальностей и 3) конфигурирование разных уровней нормирования как взаимозависимых.

    Во-вторых, различение в ТВ семиозиса и языка потребовало сопоставления разных типов рефлексии: структурной рефлексии семиозиса и лингвистической рефлексии языка.

    В-третьих, в современном мире человек все чаще оказывается не в одной, а в разных реальностях, которые сопоставлены и нормируют друг друга непрерывно, по отношению к которым эпизодическая рефлексия этого человека недейственна. Так оказалось необходимым конструктивно-онтологически типологизировать рефлексию по способу занятия рефлексивных позиций и по рефлексируемому содержанию, а также выделить особые случаи рефлексии - непрерывные контрафлексию и контрарефлексию.

    Более детально, нежели в книге "Теория виртуальности", рефлексия, контрафлексия и контрарефлексия изложены в работе "Онтология рефлексии, контрафлексии и контрарефлексии" в авторской книге "Онтологизации". Кроме того, следует также различать типы мыследеятельности с точки зрения теории и с точки зрения самих мыслительных компетенций и соответствующих им мыследеятельностных практик, что детально изложено в авторской работе "Типы мыслительных компетенций и мыследеятельностных практик" из книги "Аналитика. Управление. Стратегирование".

    Прежде всего, что такое рефлексия? Когда мы пользуемся рефлексией или даже пытаемся ее описать, то мы редко задумываемся, что способы различения рефлексирующей и рефлексируемой позиции, а также присущее им содержание, могут быть различными.

    Существуют такие типы рефлексии: интерпозиционная, смысловая, интерсубъективная, онтологическая.

    Интерпозиционная рефлексия - это рефлексия разных позиций, онтологизированных до реальностного нормирования. Первоначально предпонимание интерпозиционной рефлексии появляется в теории апперцепции Канта, что описывает Фихте.

    Смысловая рефлекия - это рефлексия междусредовых (междуреальностных) переходов, где одна из сред (реальностей) выступает смыслом для иной. Смысловая рефлексия широко используется в коллективной мыследеятельности СМД-методологии Г.П.Щедровицкого.

    Интерсубъективная рефлексия - это рефлексия субъекта, представляющего объективный и субъективный план иного субъекта. Интерсубъективная рефлексия исследована у В.А.Лефевра.

    Онтологическая рефлексия - это рефлексия, работающая на уровне фундаментальных представлений, необходимо связанная с особым интеллектуальным усилием, создающим новые представления. Онтологическая рефлексия связана с четырьмя ситуациями онтологической относительности: 1) отношение онтологии и онтики; 2) разрыв разных онтологий; 3) взаимодействие метаонтологий; 4) реонтологизация и фундаментальная реонтологизация. Онтологическая рефлексия детально рассмотрена в работе автора "Об онтологии" из книги "Онтологизации".

    Ограниченность интерпозиционной рефлексии Канта-Фихте-Гуссерля: позиция "Я" мыслит "не-Я", но не наоборот, а различные акты мышления не описываются в теории как разнореальностные.

    Ограниченность смысловой рефлексии Гегеля-Щедровицкого: различаются позиции рефлексии как переходы между реальностями, которые не сопоставляются (парадокс рефлексивности).

    Ограниченность интерсубъективной рефлексии Лефевра: позиции различаются как их носители-субъекты, а внешний объектный план полагается в единой реальности, в то время как он может быть нормирован разными субъектами в разных реальностях.

    Ограниченность онтологической рефлексии: онтологическая рефлексия возможна лишь в период онтологического поворота, до этого ее можно демонстрировать лишь в отношении предыдущих онтологических поворотов.

    Инструментальная ограниченность любой рефлексии: более мощная рефлексирующая позиция является инструментальной для менее мощной рефлексируемой позиции.

    Давайте теперь различим рефлексию и контрафлексию.

    Рефлексия - переход мышления из одной позиции в другую, где отношения между позициями заданы либо через разное нормирование реальностей (интерпозиционная рефлексия), через разных субъектов как носителей этих позиций (интерсубъективная рефлексия), через разные смыслы (смысловая рефлексия), через разные онтологии (онтологическая рефлексия).

    Контрафлексия - взаимное нормирование реальностями друг друга - одномоментное, разнопроцессное, сопоставленное.

    Контрарефлексия - управление взаимным нормированием реальностями друг друга из некоторой рефлексивной позиции.

    Контрафлексия - это тип мышления, который возникает, когда необходимо сопровождать мышлением разные процессы, различая, сопоставляя и сопоставимо их нормируя. Если в разнопроцессном мышлении необходимо процессно же пользоваться рефлексией, то такое мышление становится контрарефлексивным.

    Проявление контрафлексии является неважным, будь то природные процессы, человеческое мышление или искусственный интеллект. Контрафлексия как человеческое мышление является одним из проявлений контрафлексии. При этом контрарефлексия, по нашему мнению, уже невозможна в природе, она допустима лишь для человеческого мышления и искусственного интеллекта или для специальных искусственнх устройств - автоматов-дриблингов. В самом важном для нас проявлении - как человеческое мышление - мы и будем рассматривать контрафлексию и контрарефлексию.

    Относительно рефлексии существует сформулированный Г.П.Щедровицким парадокс рефлексивности, который имеет место исключительно в смысловой рефлексии, но его нет в простой интерсубъективной рефлексии: там он элиминируется общим объектным планом. Однако парадокс рефлексивности возникает и в интерсубъективной рефлексии, если этим общим объетным планом начинают оперировать наравне с разными субъективными планами.

    Парадокс рефлексивности означает, что соединение рефлексируемой и рефлексирующей позиции возможно либо в сознании, либо за счет логически нормированного знания.

    Вопрос - почему только логически? На самом деле это происходит за счет любым образом нормированного в реальности знания. Есть еще, как минимум, пять способов базового нормирования знания - в языке, в опыте, в мышлении феноменологически, в речи коммуникативно, в действии через взаимодействие.

    Если мы отнормировали знание одного позиционера в языке, построенном логически, а знание другого позиционера в логике, которая выражена не в формулах, а в естественном языке, то мы построили сопоставимые реальности. То есть создали условие для контрафлексии.

    Когда мы имеем одномоментно переходы между реальностями и рефлексивные переходы мышления внутри реальностей, мы должны осуществлять контрарефлексивную нормировку.

    Контрафлексия и контрарефлексия связаны с так называемой контрарефлексиной нормировкой, в которой первые семь шагов являются контрафлексивной нормировкой, а следующие семь шагов - чистой рефлексивно-контрафлексивной нормировкой. Таким образом, контрарефлексивная нормировка включает контрафлексивную и рефлексивно-контрафлексивную нормировки.

    Давайте покажем это последовательно как контрарефлексивную нормировку для двух сопоставленных позиций: 1) установление онтологической конструктивной позиции; 2) в онтологическом конструктивном отнесении[14] устанавливается одна позиция (флексия); 3) в онтологическом конструктивном отнесении устанавливается другая инопозиция к ней (инофлексия); 4) в онтологической позиции устанавливается отношение между флексией и инофлексией - то есть устанавливается смысл или принцип этого отношения; 5) из онтологической позиции во флексивной реальности производится смысловая рефлексия; 6) из онтологической позиции в инофлексивной реальности производится смысловая инорефлексия; 7) из онтологической позиции рефлексия и инорефлексия структурно сопоставляется как контрафлексия - в контрафлексивной реальности; 8) выход в интерпозиционно-рефлексивные позиции: по отношению к реальностно нормированной флексии - в интерпозиционную рефлексию, по отношению к реальностно нормированной инофлексии - в интерпозиционную инорефлексию; 9) из онтологической позиции интерпозиционная рефлексия нормируется в контрафлексивной реальности; 10) из онтологической позиции интерпозиционная инорефлексия нормируется в контрафлексивной реальности; 11) из онтологической позиции интерпозиционные рефлексия и инорефлексия структурно сопоставляются как контрарефлексия в таким образом контрарефлексивной реальности; 12) из онтологической позиции контрарефлексия (11) сопоставляется с контрафлексией (7) как интерпозиционная (8) и смысловая (6) рефлексии; 13) из онтологической позиции контрарефлексия (11) сопоставляется как рефлексирующая контрафлексию (7); 14) из онтологической позиции все уровни рефлексии и реальности охватывается единым взглядом - рефлексивная позиция контрарефлексивной реальности при одномоментном нормировании реальностей на уровне контрафлексий и на уровне контрарефлексий становится конфигуративной, а само многоуровневое и многореальностное нормирование оказывается конфигурированием с позиции контрарефлексивной реальности в отношении флексивной, инофлексивной и контрафлексивной реальностей.

    Контрафлексия обозначается знаком  [], контрарефлексия -  [], в отличие от *, которым обозначается рефлексия вообще. При различении на типы рефлексия обозначается так: смысловая -  [], интерсубъективная -  [], интерпозиционная - S[15]. Контрафлексия как базовое отношение актуальной и виртуальной реальностей на онтологическом уровне нормирования - [AR] [](VR). Когда же речь идет о конфигурировании, то есть об одномоментном нормировании разных уровней нормирования, то мы имеем дело с контрарефлексией из контрарефлексивной позиции, например - [AR] [](VR)[16].

    Контрафлексия является многопроцессным мышлением, которое как действительная мыследеятельностная практика обнаружена экспериментально у музыкантов, играющих в оркестре. Детально это описано в работе "Конструктивные теории музыки и мышления".

    В Теории виртуальности контрафлексия как мышление используется для сопоставления истолковательной и конструктивной онтологических позиций, метасемиозиса и конструкт-семиозиса, позиционных сопоставлений актуальных и виртуальных позиций, аспектов и атрибутов, актуальных и виртуальных объектов.

    Какие перспективы открывает нам контрафлексия как новый тип мыслительной деятельности? В главе "Виртуальное исчисление, типы шкал и разномерный мир" "Теории виртуальности" предполагается существование контрафлексаметрии как неаксиоматической области математики[17]. Также в ТВ допускается существование искусственного контрарефлексивного "языка". Кроме того, мы также допускаем существование контрафлексивной логики, контрафлексивной математики, контрафлексивной квантовой механики и контрафлексивной реальности вообще.

    Виртуальная логика, которая описана автором в одной из глав "Теории виртуальности", всего лишь первые очень робкие и изобилующие пробелами понимания шаги в этом направлении. Однако контрафлексивная логика, хотя и обязана своим возникновением виртуальной логике, вовсе не сводится к собственно проявлению виртуальности в актуальном мире. Контрафлексивная логика это, например, взаимовидение четырехмерного мира из шестимерного (или более-мерного, если иные измерения будут сделаны теоретически допустимыми) и наоборот - видение шестимерного мира из четырехмерного. Контрафлексивная логика предполагает теоретическое удержание, описание, выражение разномерного мира при выборе разномерной позиции усмотрения. Таким образом, "разномерная позиция усмотрения" - становится основанием для контрафлексивной логики.

    Контрафлексивная квантовая механика суть пересмотренный на основе контрафлексивного мышления эвереттовский подход к квантовой механике. Мы приведем цитату из статьи "Многомировая интерпретация квантовой механики" в сетевой "Википедии", чтобы показать допустимость контрафлексивного пересмотра: "В формулировке Эверетта, измерительный прибор M и объект измерения S образуют составную систему, каждая из подсистем которой до измерения существует в определенных (зависящих, конечно, от времени) состояниях. Измерение рассматривается как процесс взаимодействия между M и S. После того, как между M и S произошло взаимодействие, более нет возможности описывать каждую из подсистем при помощи независимых состояний. Согласно Эверетту, любые возможные описания должны быть относительными состояниями: например, состояние M относительно заданного состояния S или состояние S относительно заданного состояния M." Относительные состояния суть то, что мы называем реальностно-сопоставленными через конструкт-семиозис позиционными процессами, то есть контрафлексивностью: M []S, которая распадается на две концептуально-апперцептивные вав-модели (S)r[M]i(S) и (M)r[S]i(M). То есть M []S [](S)r[M]i(S) [](M)r[S]i(M).

    Контрафлексивная реальность суть практическое достижение представленности так-разномерного мира в иначе-разномерном мире через технологию и выход человеческой деятельности в иные измерения. Это означает появление многих новых представлений - о концептуальной (контрафлексивной) интуиции, о контрафлексивной чувственности, о контрафлексивной деятельности и т.д. Первичное онтическое проявление контрафлексивной реальности - компьютерным образом смоделированная виртуальная реальность - лишь первое приближение к подлинно сокрытой концептуальной свободе воображения и контрафлексии. Только в связи с ТВ мы впервые получаем концептуально-апперцептивные основания, как и за счет чего теперь моделировать компьютерные виртуальные реальности. Контрафлексивность уже проявлена в языке: "реал" суть реальность из контрафлексивной ей позиции "виртуальности". "Реал" - название для актуальной реальности, употребляемое находящимися в процессе коммуникации в виртуальной реальности Интернет, то есть в "виртуале".

    В этике кантовский императив необходимо переосмыслить как контрафлексивную этику. Основной категорический императив Канта должен быть осмыслен как контрафлексивный: "поступай так, чтобы видеть свой поступок не только внутри своей индивидуальной реальности, но реальности другого и реальности всего человечества". Такой подход позволяет построить этику искусственного интеллекта.

    Кроме того, контрафлексия как инструмент мышления в традиционных областях знания допустима к использованию в теории коммуникации, когнитологии, языкознании, физике, математике и т.д. Таким образом, контрафлексия и концептуальная апперцепция представляют собой особый тип мышления, в результате которого мы получаем представления о контрафлексивных и конструктивных реальностях. Тем самым "структурное ви?дение" на основе контрафлексивного мышления должно быть избыточно детализированным в будущих синтетических теориях.

    Контрарефлексивное мышление вынуждает нас поставить вопрос о многопроцессности мышления, когда человеческое сознание научается "запускать" несколько контрафлексивных процессов мышления и управлять ими в контрарефлексивной позиции. Многопроцессное мышление человека вполне может стать прорывом в цивилизационной перспективе самого человечества.

    Контрафлексивное мышление в контексте понимания коллективной мыследеятельности, исследуемой в СМДМ, порождает необходимость разделения в управлении. То есть коллективная мыследеятельность не разделяется на рефлексию, контрафлексию и контрарефлексию как специализированные способности, но оказывается подвержена специализированному управлению рефлексией, контрафлексией и контрарефлексией не из одного центра принятия решений в процессе коммуникации и проектно-программной деятельности[18].

    Наконец, технологический процесс концептуальной апперцепции и контрарефлексивное мышление создают основания для преодоления науки. Наука построена в основном в онтологической позиции истолкования, то есть в имманентной апперцепции или в феноменологически-апперцептивной функционализации концептуальной апперцепции.

    Мыслительные компетенции - рефлексия, контрафлексия и контрарефлексия - осваиваются в процессе специальных типов деятельностно ориентированной коммуникации, внутри стрессовых ситуаций, которые создаются людьми, владеющими данными компетенциями, для принуждения к интеллектуальным усилиям людей, такими компетенциями не владеющими. Обучение высших мыслительных компетенций является затратным по времени, по ментальным и эмоциональным усилиям как учителя, так и ученика - при активном и взаимном их желании и неутрачиваемой на всем протяжении обучения мотивации.

    Контрафлексия и контрарефлексия будут использованы как типы мышления в построении сложных теории будущего, а как мыслительные компетенции - в мыследеятельностных практиках бущего.

     

    Измерения, разномерные реальности, Мир и Внемирность?

     

    Что такое Мир? Что такое Внемирность? Где заканчивается Мир и где начинается Внемирность? В каких параметрах можно задать это "где"? Это пространственно-временные параметры или есть еще какие-нибудь? Чтобы разграничить Мир и Внемирность, нужно уточнить понимание измерений. В данной работе мы пойдем дальше того понимания, которое было высказано нами в книге "Теория виртуальности".

    Четыре измерения пространства-времени это традиционный подход к измерению Мира, который следует из теории относительности Эйнштейна. С точки зрения этой теории, у нас есть три измерения пространства и одно измерение времени, итого - четыре измерения.

    Проникновение базовых отношений четырехмерного мира, которое аналитически допускалось для имманентных теорий в виде аксиом (например, в геометриях Эвклида, Римана, Лобачевского) становится теперь теоретическим, то есть допускается в виде концептуальных принципов. Таким образом, в концептуальной апперцепции базовые положения любой теории берутся не из имманентного опыта, а из концептуально допустимого теоретизирования.

    Чтобы задать, например, все те же аксиомы Эвклида для геометрии, нам необходимо задать их как концептуально допустимые в трехмерном пространстве реалии. И хоть это ничего не меняет для традиционной геометрии, где аксиомы суть реалии трехмерного пространства, но это все меняет для математики вообще, поскольку сразу же предполагает существование неаксиоматической математики, то есть других концептов. Традиционная геометрия оказывается частным случаем более общей неаксиоматической математики, рассматриваемой нами как контрафлексаметрия (кофлеметрия). И речь идет не просто о том, чтобы построить математику четырехмерного, пятимерного или шестимерного мира, а о более сложной задаче - построить математику контрафлексивного видения четырехмерного, пятимерного и шестимерного мира - друг в друге[19].

    Сами теории теперь следует подразделять на научные, то есть те, где имманентная и концептуальная часть слабо распределены; концептуальные, то есть те, где концептуальная апперцепция положена как подход, но не как среда представлений о мире (концепции строятся в аналогиях четырехмерного мира, в феноменологически-апперцептивной функционализации); синтетические, то есть те, где сами представления о мире являются продуктом концептуальной апперцепции, а теории изначально строятся в разномерном мире. В этом смысле ТВ - синтетическая теория, построенная на основании конструктивного произвола: выбора виртуальности как онтологического "кирпичика" мира; и на основании произвола синтетических априорных суждений: выбора контрафлексии как основного способа мышления и концептуальной апперцепции как основного способа теоретического конструирования.

    С традиционными измерениями существует большая проблема. Ведь что такое три пространственные измерения? Если это полноценные измерения, как и следует из их названий - длина, высота, ширина, - то каждое из них должно быть полноценным и отличным от других. Однако измерения пространства не являются независимыми - они существуют лишь в отношении друг друга как постепенное усложнение. Более того, они взаимозаменяемые - например, плоскость одинаково можно задать через любую комбинацию двух из трех измерений. Можно сказать, что измерение пространства одно, но является трехпараметральным, где эти параметры являются взаимодополняющими.

    Что же измеряют эти условно четыре измерения? Они измеряют параметры, важные для данной конкретной теории, а именно - для теории относительности. Теория суперструн оперирует 10-ю и 26-ю размерностями. Изложенная в книге "Теория виртуальности" одноименная теория измеряет параметры, которые важны для нее. Этих параметров оказывается шесть: три пространственные, одно временное, одно структурное и одно трансструктурное.

    Одно новое (пятое) измерение, которое представляет собой исчисление структуры "микромир-макромир", дирекциональная дистанция структуры в пространственно-временно?й аналогии, выражает положение некоторого элемента структуры относительно иных структур в имманентном мире, измерение Зенона или в математическом выражении - координата Зенона, который впервые ее задал способом обращения с пространством и временем относительно движения в своих апориях (апорией об "Ахиллесе и самом медленном теле" и апорией о "летящей стреле"). Эта координата - пятая (после трех пространственных и одного временного измерения).

    Пятое измерение, которое мы пытаемся выразить, представляет собой иерархию непространственно-невременны?м образом выраженной структуры, которую мы пока иначе не умеем представлять нежели через пространственно-временну?ю[20] аналогию "от микромира до макромира", но которая для ТВ является односторонним измерением структуры (только ее размерности, без измерения связности). Таким образом, мы вводим пятое измерение как редуцированное к известным четырем пространственно-временным измерениям. Редукция состоит в том, чтобы выразить измерение "подструктура-надструктура" в его пространственно-временно?й аналогии "микромир-макромир" для интерпретации имманентного мира, то есть мира, сопоставимого человеку в его телесной чувственности и в технологическом отношении через искусственно созданные приборы.

    Шестое измерение есть измерение дирекциональной сложности некоторой структуры, измерение Пригожина-Щедровицкого, или математически - шестая координата, трансструктурная координата, или координата Пригожина-Щедровицкого, которые по существу ее ввели на уровне теории (Пригожин в представлении о "диссипативной системе" и Щедровицкий в представлении о "конфигураторе"). В открытых структурах самовозникают процессы упорядоченности, и измерение количественной характеристики упорядоченности есть в то же время измерением причинности. Тем не менее, как вы заметили, мы вводим наши измерения не с точки зрения упорядоченности структуры в систему, а с более фундаментальной позиции - различия устойчивых и изменяющихся структур в функционально-концептуальном их выражении с конструктивной позиции. Дирекциональная дистанция структуры и дирекциональная сложность структуры - несистемные представления.

    Пространство и время - физические измерения. Почему мы привыкли считать, что измерения мира должны быть исключительно физическими? Потому что их придумали физики, а представители иных наук с ними согласились. Однако физические измерения, являясь онтологически неделимыми, не являются онтологически объемлющими, то есть обеспечивают онтологическую простоту, но не онтологическую универсальность мерности мира.

    Эпохально-онтологическую универсальность мира, с точки зрения Теории Виртуальности, обеспечивают метафизические измерения структурности и трансструктурности. Они есть химико-био-психо-социальные измерения, выражаемые метафизикой, в отличие от измерений физики.

    С каким измерением работают ученые, когда занимаются нанотехнологиями? В каком измерении возникает представление о минус девятой степени нанотехнологий? Очень часто на такой простой вопрос отвечают - с пространственным измерением. Однако это не так. В трехмерном пространственном измерении мы можем выразить, где именно находится некоторый технологический конструкт. Однако, чтобы указать на его нанотехнологическую суть, нам нужно измерение структурной размерности. Как это ни удивительно, но измерение размерности не является пространственным. Это измерение, имеющее совсем иного типа шкалу: положительная часть шкалы - 0,101,102,103... и отрицательная часть шкалы - 0, 10-1, 10-2, 10-3... Это так называемая шкала структурности или размерности - шкала Зенона.

    Существует также и иная шкала, которая позволяет выражать соединения разных размерных уровней структуры. Относительно ее представления еще много непонятно. В ТВ предложено представлять ее через актуально и виртуально замкнутые "АВ"-цепочки. Цепочки могут представляться как числа - (0, 1(А), 2(АВА), 3(АВАВА) и так далее; 0, -1(В), -2(ВАВ), -3(ВАВАВ) и так далее). Для такой шкалы в работе "Теория пореграфов" была предложена особая позиционно-референциальная алгебра.

    Измерение, таким образом, важно не только как абстрактный параметр. Измерение важно как исчислимая координата, с которой можно работать математически. Так мы получаем отличие представлений "измерение" и "параметр". Измерение - это мера нормирования реальности в отличие от иных реальностей, которая теоретически выражена в некоторой достаточно мощной теории, имеющей связь с другими смежными теориями, доступна для превращения в "координату", с которой можно работать математически. Параметр - величина, значения которой служат для различения элементов некоторой реальности, нормирование которой произведено в независимой теории или инструментальном концепте. Метрика - обобщающее представление об измерениях, достигающее некоторой предельной онтологии для Мира и Внемирности и универсализирующее реальностный подход.

    В этом смысле, что такое "точка" как математический объект и сколько координат она может иметь? Когда мы отмечаем "точку" на плоскости и указываем ее две координаты, то при этом мы понимаем, что это абстрагирование является усмотрением для какой-то задачи, и что точка в целом необходимо имеет все же три пространственные и одну временну?ю координату. С точки зрения пятого измерения, всякая "точка" имеет не только три пространственные, одну временну?ю, но и одну структурную координату - как ответ на вопрос, где именно с точки зрения структурного движения стоит точка: на уровне атома или на уровне галактики. Шестое измерение приводит нас к необходимости переосмыслять вообще все представления о "точке" как объекте: какой объект "точка" - объективированный или объектифицированный. Если "точка" понимается как объективированный объект, то тогда "точка" может оказаться трансструктурным виртуальным объектом и иметь шестую координату.

    Однако подход к мерности Мира и Внемирности в понятиях нашего Мира не совсем адекватен. Поэтому мы попробуем изложить представление об универсальных метриках многомерных Мира и Внемирности. Они, как представляется изнутри нашего мира, могут быть метриками трех типов: корп (от лат. corpusculum - "частица"), флум (от лат. flumen - поток), структ (от лат. "structura" - "строение").

    Корп - трех- (и много-) мерное последовательное расположение корпускулярных образований. Пространство (3d) - трехмерный корп в нашем Мире.

    Флум - одно- (двух- и много-) направленное линейное последовательное изменение корпускулярных и волновых образований. Время - однонаправленный (асимметричный) последовательный флум в нашем Мире.

    Структ - двух- (и много-) мерное непоследовательное нелинейное разрыв-соединение аттрактивных корпускулярно-волновых образований. Структура - структ с непоследовательным связно-размерным расположением, нелинейным изменением и непоследовательным нелинейным разрывом-соединением корпускулярно-волновых образований в нашем Мире. В Теории Виртуальности - структура есть конструктивный способ выражения Мирности и Внемирности. Отсюда можно предположить, что структ - универсальный конструктивный способ выражения допустимых иномирностей.

    Если корпы и флумы это истолковательные выражения Мира и Внемирности, то структы - конструктивные их выражения. Относительно такой типологии метрик можно предложить расширенную параметризацию.

    Корп выражают три или больше параметра расположения корпускулярных образований. Кроме того, существует отдельный параметр - кривизна корпа. Кривизна корпа проявляется в соотношении с иномирным корпом или с иным внутримирным состоянием корпа. Например, внутри нашего Мира кривизна корпа (пространства) проявляется в различных ситуациях гравитационных и иных аномалий.

    Флум выражают один или больше параметров изменений. Первый параметр, традиционно используемый, это направленность флума: по аналогии внутри нашего Мира - асимметричная однонаправленность времени. Кроме того, в ситуациях гравитационных и иных аномалий, а также относительно иномирных флумов, проявляется еще два параметра: разветвленность флума (многолинейность, линейно-совмещенность, линейно-разрывность и сеть) и интенсивность (скорость) флума. Разветвленность флума (времени) проявляет себя в конструктивном преобразовании Мира. Интенсивность флума проявляет себя в соотношении с иномирным флумом или с аномальной зоной флума внутри одного и того же Мира.

    Структ выражают два или больше параметров - уровневость и трансуровневость, то есть в нашем Мире, как это следует из Теории Виртуальности, для структа (структуры) - структурность и трансструктурность. Однако в ситуациях гравитационных и иных иномалий, а также относительно иномирных структов, проявляется еще один параметр - плотность структа.

    Что считать измерениями и как считать измерения, например в нашем Мире? Если считать только универсальные метрики - пространство, время и структура, - то получается только три измерения. Если считать параметры этих измерений, то их получается десять: четыре параметра пространства, три параметра времени и три параметра структуры.

    Насколько независимыми являются измерения нашего Мира? О независимости вообще возможно говорить только в некоторых ситуациях или некоторых границах самих измерений. Однако даже там, где проявляется зависимость измерений, не следует их отождествлять. То есть из того факта, что в гравитационной аномалии искривление пространства и изменение скорости времени или даже плотность структуры проявляются связанно, не следует, что это проявление единого измерения пространства-времени или даже пространство-время-структура. Иначе говоря, аттрактивность корпускулы и волны не означает их зависимость, они взаимно неопределенны по Гейзенбергу и взаимно дополнительны по Бору. Точно так же аттрактивность пространства и времени (или даже еще и структуры) не означает их зависимость: они неопределенны-дополнительны.

    Из таких размышлений возникают разные ситуации отношений метрик: сопряжение, вложенность, пересечение. Сопряжение возникает в ситуации сопоставимого контрафлексивного нормирования разных корпов, разных флумов и разных структов. Вложенность возникает в ситуации полного совмещения внутри себя соответственно двух и более корпов, двух или более флумов, двух или более структов. Пересечение возникает в ситуации частичного совмещения внутри себя соответственно двух и более корпов, двух или более флумов, двух или более структов.

    Сопряжение, вложенность и пересечение корпов, флумов и структов изучает предложенная в Теории Виртуальности - контрафлексаметрия (кофлеметрия). Далее мы изложим еще некоторые представления кофлеметрии.

    Известно, что в теории струн (суперструн) возникает проблема компактификации. Это проблема редукции многомерной реальности к привычной нам четырехмерной реальности. В этом смысле представления о корпах, флумах и структах позволяет как-то соотнести разные измерения.

    Если у нас есть 11-мерная реальность, а нам нужно редуцировать ее к 4-мерной традиционной и привычной для нас реальности, то возникает проблема, какие именно из 11 измерений выбрать как привычные нам 4 измерения, а какие "свернуть в трубочку". Это, так сказать, представления физиков-теоретиков, при помощи которых они пытаются понимать остальные сверх привычных нам четырех, измерения, которые как бы "свернуты в трубочку" и потому мы в них не нормируем реальность.

    Очевидно, что мир в некотором n-измерении отличается от n-мерного мира во всех измерениях. Например 4W и W4 - не одно и то же. 4W - мир во всех четырех измерениях, а W4 - мир в четвертом измерении (то есть мир в измерении времени).

    Мы можем утверждать, что четырехмерный мир, то есть такой, который в основном изучала вся предшествующая философия, физика и иные области знаний, обладает трансцендентальным единством апперцепции. Мы можем приписать каждое измерение четырехмерного мира как атрибуты:

    [4W(w1,w2,w3,w4)]

    Относительно пятимерного мира трансцендентальное единство апперцепции не допустимо, поскольку сама апперцепция оказывается рефлексивно разорванной. Там мы должны строить рефлексивные представления (например, как в квантовой физике) и рефлексивные шкалы, то есть как предложенная нами шкала Зенона. Пятимерный мир уже не является актуальным, это виртуальный мир. Для пятимерного мира допустимо предположить выражение, основанное на трансцендентном единстве апперцепции (в отличие от трансцендентального единства апперцепции):

    [4W(w1,w2,w3,w4)]i5W(w5w1,w5w2,w5w3,w5w4,w5)

    Обратите внимание, что атрибутивный ряд пяти измерений пятимерного мира суть синтетические атрибуты, где каждый из атрибутов должен быть проинтерпретирован для пятимерного мира и для привычного нам четырехмерного.

    В данном случае мы видим компактификацию пятого измерения в каждом из четырех предыдущих измерений плюс собственно пятое измерение.

    Выражение шестимерного мира еще сложнее. Шестимерный мир - мир контрафлексивно-виртуальный, то есть созданный при помощи ревиртуализации. Выражение шестимерного мира основано на контрафлексивно-трансцендентном единстве апперцепции и контарефлексивных шкалах измерений:

    [4W(w1,w2,w3,w4)]i5W(w5w1,w5w2,w5w3,w5w4,w5)rev 6W(w6w5w1,w6w5w2,w6w5w3,w6w5w4,w6w5,w6)

    Как мы видим, здесь атрибутивный ряд шести измерений наполнен контрафлексивно-синтетическими атрибутами. Предложенные нами формальные выражения могут рассматривается как начала конструктивной логики (структуризационной логики), которая, с нашей точки зрения, только лишь возникает здесь.

    Что такое многомерная реальность с точки зрения ТВ? Например, что есть четырехмерная реальность - 3W(w1,w2,w3),((w6)), где мы видим три традиционных пространственных измерения и шестое трансструктурное измерение как трехмерная проекция или исчислимый дистанционно-референтный четырехмерный атрибут в трехмерно-пространственном мире? Такие редукции в отношении разномерно-выраженного мира называются разномерными редукциями. Теперь эти редукции мы называем вслед за теоретической физикой компактификацями.

    Давайте посмотрим на различные представления нашего мира - 4W, 5W, 6W. Что это за представления? Это разные миры или один и тот же мир? Нам представляется, что это один и тот же мир, но нормируемый по-разному. Эти различные нормирования мира в многомерности мы будем называть лекемплетами мира W.

    Существуют простые и сложные лекемплеты. Простые лекемплеты это такие, где учитываются все измерения, начиная от традиционных к более сложным - например, 4W, 5W, 6W, 7W, 8W. Сложные лекемплеты это такие, где измерения учитывают выборочно - например, 1-3,5-8W, то есть, мир без четвертого (время) измерения.

    Отсюда лекемплетизация является особым направлением теоретического исследования. Лекемплетизация предполагает конструктивно устанавливаемые разномерные реальности, которые рассматриваются как теоретические конструкты и как отдельные допустимые (не обязательно только возможные) миры[21]. Мир - лекемплет, где выполняется слабый и сильный антропный принцип. Немирная Реальность - лекемплет, где выполняется лишь слабый антропный принцип. При этом компактификация теперь должна происходить с учетом лекемплетизации.

    Измерение лекемплета - это измерение конструктивной, нелинейной, дирекциональной и контрафлексивной связи разномерных реальностей, формирующих отдельный лекемплет, который может быть представлен как привычный нам четырехмерный мир лишь за счет особой теоретической процедуры - компактификации.

    В связи с этим возникает вопрос - что такое Внемирность: всякий, выражаемый в теории многомерный лекемплет, или содержание за переделами лекемплетизации. Пока можно на этот вопрос ответить так - лекемплетизированная мирность это ближняя Внемирность или Междумирность. В то время как дальняя Внемирность это Иномирность[22].

     

    Конструктивная лингвистика

     

    Лингвистическое нормирование по своему происхождению отлично от структурного нормирования. Структурное нормирование относительно Мира и мирности происходит из конструктивного сопоставления внепространственно-вневременно?й виртуальности и пространственно-временно?й актуальности структуры в структурном континууме, который функционализируясь, например в апперцепции, порождает целостность объекта (технологические процессы апперцепции), последовательную связность объектно-атрибутивной структуры в ее дистанционной референтности и связную непоследовательность трансструктурности.

    Таким образом, из-за доступности для лингвистического нормирования наложений объектов, процессов и позиций в любой их комбинации друг на друга лингвистическое нормирование оказывается более богатым на возможности выражения, нежели собственно само структурное нормирование. Главная особенность и преимущество лингвистического нормирования - его способность одномоментно выражать и осуществлять наложение друга на друга все различенные нами уровни структурного нормирования: онтологический, континуумный, функциональный, морфологический и материала.

    Однако эта особенность лингвистического нормирования, будучи представлена в разворачивающемся в актуальности вербальным языком в его пространственно-време?нности, структурно-последовательной связанности и целостности вещей или объектов, заслоняет то, из чего она происходит, - скрывает, искривляет и маскирует собственно уровни структурного нормирования. Однако, структурное нормирование, будучи не столь богато на возможности выражения содержания, представляет собственно базовые фундаментальные содержания.

    Структурное нормирование связано с появлением знака. Осуществляя структурное движение, мы в то же время мысленно произвольно двигаемся между структурами, допуская ситуации структурного замещения одних структур другими в одной и той же реальности или структурный перенос между реальностями. Структуризация является, таким образом, общим понятием двух ситуаций: структурных замещения и переноса. Структурное движение между реальностями не является таким образом чисто умозрительным, поскольку оно предполагает структурное замещение-перенос структур одной реальности на/в структуры другой реальности, порождающее знак.

    Так ситуации структурного движения в структурном замещении-переносе, повторяясь миллионы и миллиарды раз, приводят к выделению отдельной сущности, указывающей на структурное замещение-перенос - знака. Знак является первым конструктивным шагом лингвистического нормирования, сразу же создающим всю сложность собственно лингвистического нормирования.

    Знак - структурное замещение-перенос, смысл - структурное отнесение. То есть, структурный смысл предполагает структурное отнесение, обратное замещению-переносу, указание на саму ситуацию замещения-переноса в ее структурном содержании. Структурное отнесение как смысл имеет три традиционных конструктивных шага: указание на замещаемую-переносимую структуру, связь знака с замещаемой-переносимой им структурой и подобие знака и замещаемой-переносимой им структуры.

    Как из структурного обозначения производится лингвистическое обозначение?

    Лингвистический знак, во-первых, предполагает закрепление (память) ситуации структурного замещения-переноса. Во-вторых, лингвистический знак указывает не просто на ситуацию структурного замещения-переноса, но и указывает на "остановку" структурного движения и фиксацию "структурного ви?дения" именно на этой ситуации структурного замещения-переноса: когда мы фиксируем знак-слово "стол", то мы не мыслим ни молекулы, ни атомы этого "стола", но мыслим соразмерный нашей телесности объект. В-третьих, лингвистический знак указывает на лингвистический смысл как реальность (реальности) ситуации структурного замещения-переноса, где само нормирование этой реальности тоже должно быть сохранено и закреплено в памяти. В-четвертых, лингвистический знак указывает на сложность ситуации структурного отношения между означающими и означаемыми структурами ситуации структурного замещения-переноса в структурном нормировании. Такое содержательное описание ситуации структурного замещения-переноса с указанием также на различные реальности (смыслы), к которым могут принадлежать замещаемые-переносимые структуры, является лингвистическим обозначением.

    Язык как цель лингвистического нормирования оказывается принципиально иным, нежели собственно структура: он изначально нормируется в целостности слов, в последовательной связности словосочетаний и в пространственно-временном расположении сказа языка. Так лингвистическое нормирование, созидающее язык, оказывается не только происходящим из структурного нормирования, но и значительно преобразующим, детализующим и делающим многообразнее само структурное нормирование. Лингвистическое нормирование "привносит" в структурное нормирование процессуальность, дирекциональность объектов в отнесении к той или иной структуре, отношение смысла и значения в связи со знаком. Лингвистическое нормирование как обозначение имеет три различных уровня нотации - лексификацию, дискурсификацию и лингвификацию, три уровня денотации - делексификацию, дедискурсификацию, делингвификацию, которые будут нами рассмотрены позже. Денотация и нотация дирекционально противоположны: нотация - от структурного уровня нормирования к лингвистическому, денотация - наоборот.

    Осуществляя позиционное различение структурного и лингвистического нормирований, мы имеем четыре дирекционально совершенно разных процесса: структуризация (чисто структурные перенос и замещение) и структурификация (выражение переноса и замещения структурного нормирования лингвистическим нормированием), пропозиционализация (выражение переноса и замещения лингвистического нормирования структурным нормированием) и сигнификация (чисто лингвистические перенос и замещение).

    Структурное нормирование и лингвистическое нормирование принципиально не являются контрафлексивными. Структуризация, структурификация, пропозиционализация и сигнификация являются онтологическим обоснованием структурно-лингвистического различия и соответствующими нормативными онтологиями внутри структурно-лингвистического различения.

     

    Внутри структурного нормирования -

    Структуризация

    Структурификация -

    выражение лингвистического нормирования в структурном нормировании

    Внутри лингвистического нормирования - сигнификация

    Пропозиционализация -

    выражение структурного нормирования в лингвистическом нормировании

    Таким образом, делезовское представление о "манифестации" распадается, разграничивается у нас на четыре разных процесса отношений нормирований: структуризацию, структурификацию, пропозиционализацию и сигнификацию. Это не означает однако, что каждый из этих процессов манифестируется непосредственно, это означает, что смысл манифестации всегда связан с тем или иным внутренним отношением нормирования или отношением между нормированиями.

    Давайте рассмотрим интегративную онтологизацию лингвистического нормирования.

    Онтологизация языка представляет собой четыре совершенно разные онтологические ситуации: апперцептивную, установление нормы речевых актов (нормативную), совмещения значений (метафорическую), коммуникации.

    Апперцепция/онтологизация - интерпретация/установление сознанием/концептуализацией структурирования реальности при посредстве аспектирования-атрибутирования, предметизации-предметирования, объектификации-объективирования, а также имманентной процессуализации и концептуального процессирования, то есть онтологизация процессов. В предметном содержании структура апперцепции устанавливается на основании всемирно-исторического культурного опыта как базовая структура реальности.

    Установление норм речевых/текстовых актов - ситуации нормативного отношения различных бывающих ситуаций, заданные уже через процесс употребления языка как речевые (текстовые) акты.

    Совмещение значений (метафоризация) - ситуации отношения значений лексем, дискурсов и сказов, порождающих метафоры.

    Коммуникация - ситуация отношения модельных позиций, использующих язык. Коммуникация - содержательное взаимодействие в онтологических бывающих ситуациях ТВ. Такое понимание коммуникации, выводит ее за пределы исключительно языкового взаимодействия, что мы далее покажем более подробно.

    В этих ситуациях возникают следующие процессы порождения языка - лексификация, дискурсификация, лингвификация.

    Лексификация - процесс создания лексикона (словарного запаса) по правилам словообразования на основе структурного нормирования апперцептивного, нормативного, вторично-означаемого и коммуникационного содержания. Лексификация принципиально (дирекционально) отличается от деривации, которая суть создание по некоторым правилами новых лексем из уже наличных лексем. Лексикон - не словарь. Лексификация суть изначальное словотворчество. Лексификация дирекционально противоположна деривации, поскольку связана не с процессом истолкования наличных лексем, а с конструированием их наново в онтологических ситуациях языка. Правила словообразования должны подвергаться при этом конструктивному истолкованию. Лексификация порождает лексемы - концептуальные объекты лингвистического нормирования, которые принципиально отличны от номенов - объектов языковой реальности структурного нормирования. Более того, языковая реальность структурного нормирования, как это уже указывалось, не является языком в его традиционном понимании.

    Дискурсификация - процесс создания дискурса при посредстве лексикона по правилам дискурсообразования на основе структурного нормирования апперцептивного, нормативного, совмещенно-означиваемого и коммуникационного содержания. Дискурс - словосочетание в четко обозначенной языковой ситуации: апперцептивной, нормативной, метафорической, коммуникации - для которого характерен отличительный способ лингвистического нормирования. Кроме того, дискурс более детально различается по наличию разных способов лингвистического нормирования внутри каждой языковой ситуации. Дискурсификация порождает дискурсы - объекты лингвистического нормирования, которые принципиально отличны от любых объектов структурного нормирования.

    Дискурсификация принципиально дирекционально отличается от дискурсного анализа. Дискурсификация дирекционально противоположна дискурсивному анализу Фуко и структуралистов, поскольку связана не с истолкованием дискурса в языке, а с созданием дискурса конструктивно в онтологических ситуациях языка. Правила дискурсообразования должны подвергаться при этом конструктивному истолкованию. Дискурсификация онтологически иной процесс, нежели порождающий синтаксис Хомского. Для Хомского порождающие модели связаны с синтаксическими структурами. Для ТВ порождающие модели связаны с вышеописанными онтологическими ситуациями. Таким образом, генеративная позиция моделирования языка Хомского онтологически не выходит за пределы языка: открыв конструктивный подход к языку, Хомский так и не смог онтологизировать этот подход за пределами языка.

    Лингвификация - процесс создания текста-сказа языка из различных лексем и дискурсов, на основе структурного нормирования апперцептивного, нормативного, совмещенно-означиваемого и коммуникационного содержания. Лингвификация принципиально отличается от лингвистики, которая связана с истолкованием языка, в то время как лингвификация связана с конструированием языка из слов и дискурсов конструктивно в онтологических ситуациях языка. Лингвификация суть есть процесс лингвистического нормирования, состоящий в соединении лексем и дискурсов на основании структурного нормирования. С этой точки зрения лингвификация дирекционально отлична от сигнификации, которая суть лингвистическое нормирование в своих пределах, то есть не из позиции структурного нормирования. Таким образом, из того факта, что в процессе лингвификации по правилам грамматики происходит "сборка" всех иных лингвистических конструкций - лексических и дискурсивных - из структурного нормирования никак не следует, что грамматика суть и есть лингвистика. Лингвификация порождает текст-сказ языка - процессуальное связное использование дискурсов и понятий, которое принципиально отлично от любого процесса структурного нормирования.

    Каждый из этих процессов - лексификация, дискурсификация, лингвификация - может быть выражен через структуризацию, пропозиционализацию, структурификацию и сигнификацию.

     []

    Таким образом, как мы видим, взаимодействие языка с апперцепцией происходит на нескольких уровнях - слова, дискурса и сказа (речи и текста) языка в целом. Кроме того, между самими этими уровнями в порождении языка тоже есть взаимодействия, то есть производные отношения этих процессов. На схеме мы обозначили самые простые - морфологичекие отношения - лексификация включается в дискурсификацию (слова составляют дискурсы), дискурсификация включается в лингвификацию (дискурсы составляют сказ речи-текста), где в структурном нормировании лексемам соответствуют структурные замещения, дискурсам - реальности, а сказу - структурные континуумы.

    Однако между лексификацией, дискурсификацией и лингвификацией существуют также и более сложные отношения. Они называются структурно-лингвистическими производными (СЛП).

     []

    Если мы обозначим каждый из процессов: лексификация - "лек", дискурсификация - "дис", лингвификация - "лин", то первые производные: "лек-дис", "дис-лек", "лек-лин", "лин-лек", "дис-лин", "лин-дис". Вторые производные, например: "лек-дис-лек", "лек-дис-лин" "лек-лин-дис" и т.п. Структурно-лингвистические производные выражаются сложной структурно-лингвистической теорией, которая должна изучаться с точки зрения теории искусственного интеллекта.

    Коммуникация - содержательное взаимодействие в онтологических бывающих ситуациях ТВ. Такое понимание коммуникации, выводит ее за пределы исключительно языкового взаимодействия.

    В генеративной (когнитивной) лингвистике Хомского и генеративной (когнитивной) семантике-лингвистике его последователей так и не удалось сделать несколько важных шагов: 1) описать апперцепцию объектов и процессов, различив тем самым имманентные и концептуальные апперцептивные модели как исходные для лексификации, то есть изменить дирекциональность порождающего подхода: не моделирование языка в синтаксисе, а моделирование самого синтаксиса и языка из более разнообразных онтологических ситуаций; 2) отличить лексификацию от дискурсификации и лингвификации в иной онтологической позиции (не в языке, а вне языка); 3) описать различные дискурсы в их происхождении как дискурсификацию, а и их отношение как лингвификацию; 3) показать многоуровневую зависимость этих различных процессов конструирования языка. Чтобы более аргументировано показать наше отличия мы в таблице покажем карту или матрицу онтологического конструирования языка.

    Онтологизация языка

    Лексификация

    Дискурсификация

    Лингвификация

    Апперцептивные бывающие ситуации

    Апперцептивные значения (имманентные и концептуальные)

    Апперцептивный дискурс (имманентный и концептуальный)

    Апперцептивные отношения дискурсов

    Ситуации речевых актов

    Нормативные значения

    Нормативный дискурс

    Нормативные отношения дискурсов

    Ситуации совмещения означиваний

    Многозначность

    Метафорический дискурс

    Метафорические отношения дискурсов

    Ситуации коммуникации

    Коммуникационные значения

    Коммуникационный дискурс

    Коммуникационные отношения дискурсов

    Невероятная путаница в отношении дискурса в связи с ТВ получает возможность стать более-менее полной картиной представления о дискурсе. Базовый дискурс бывает четырех типов - апперцептивный, нормативный, метафорический, коммуникационный.

    Далее мы лишь наметим пути нашего размышления о продолжении конструирования языка на уровне иных дискурсов, поскольку это не является отдельной задачей данной работы.

    Апперцептивный дискурс - дискурс, представляющий бывающие ситуации в той или иной степени спецификации базовой структуры реальности, а также конструктивные реальности. Семантика, прагматика, социолингвистика, часть теории предикатов, относится к апперцептивному дискурсу. Имманентно-апперцептивный дискурс и концептуально-апперцептивный дискурс - разные дискурсы.

    Нормативный дискурс - дискурс, указывающий на самое себя с точки зрения нормирования его в целом и отдельных его частей друг по отношению к другу. Теория речевых актов, семиотика, часть теории предикатов относится к нормативному дискурсу.

    Метафорический дискурс - особый тип дискурса, состоящий в увязывании средствами языка вынесенных за пределы самого метафорического дискурса различных смысловых сред: апперцептивных, иных дискурсов и их частей, текстуально-нарративных частей (частей текста по ходу повествования).

    Коммуникационный дискурс - дискурс в процессе взаимодействия различных дискурсов, где диалог или полилог является частным случаем, когда взаимодействие представлено разными участниками как носителями разных дискурсов. Таким образом, коммуникационный дискурс может происходить и внутри сознания человека и внутри любого текста. Теория коммуникации относится к коммуникационному дискурсу.

    Коммуникация в понимании лингвистического нормирования предстает не в смысле Остина, Серля, Апеля, Ясперса и Хабермаса, не в смысле Бахтина и Якобсона, а в том смысле, предпонимание которого обнаруживает Никлас Луман[23]. Коммуникация происходит не в языке, а в семиозисе. Коммуникация - не общение и не диалог субъектов, это реальностно-модельное взаимодействие позиций, реализованных на носителях: людях, животных, пришельцах, компьютеризованных машинах, искусственном интеллекте и любых природных или искусственных системах, где различаются информация (нормированное в реальности содержание), сообщение (модельная структура референтности) и понимание (структура и направление переноса содержания через позиции "АВ"-моделей). Все остальные компоненты, рассматриваемые в теории коммуникации, - это внешнее влияние: "формат-код" влияет на нормированное содержание, "канал" - на структуру референтности, внешние "контексты", "цели", "консенсусы" - на структуру и направление переноса содержания.

    Коммуникация взаимопонимания - это такая коммуникация целью участников которой на уровне как организации, так и содержания, является достижение взаимопонимания.

    Целевая коммуникация - это такая коммуникация, цели участников которой внешние самой коммуникации, то есть другие, нежели взаимопонимание. Подвидами целевой коммуникации является трансляция (презентация) и манипуляция[24].

    Трансляция (презентация) - это целевая, односторонняя с точки зрения организации и отчасти содержания коммуникация, где обратная связь допустима, но существенно не влияет на саму трансляцию. Цель трансляции - донести содержание до некоторой аудитории, причем цели такой коммуникации являются открытыми для целевой аудитории.

    Манипуляция - это целевая, односторонняя с точки зрения организации и содержания коммуникация, где обратная связь используется лишь для увеличения эффективности достижения главной цели - управлять представлениями и мотивами целевой аудитории. Цели (настоящие, а не заявляемые) такой коммуникации остаются скрытыми для целевой аудитории.

    Интерактивная коммуникация связана с появлением особой виртуальной среды, которая обладает своими правилами структурирования и организации коммуникации.

    В Теории Виртуальности эти различные базовые ситуации коммуникации представлены через так называемые матричные "АВ"-модели.

    Конструктивный подход к вербальному языку и лингвистическому нормированию вообще позволяет также предположить существование нового типа искусственных "языков" - металангов.

    С точки зрения своей онтологии новый искусственный "язык" должен быть не вербальным, а семиозисным, с точки зрения технологии построения - контрафлексивным, а с точки зрения типа мышления, используемого в "языке" - контрарефлексивным. Попытаемся сформулировать требования к искусственному контрарефлексивному "языку", который бы в то же время предлагал иной тип мышления. Отдавая дань Станиславу Лему ("Голем 14"), такие "языки" можно называть металангами.

    Все предыдущие языки (зероланги) допускали так или иначе одномерную флексию, даже если она осуществлялась в разных средах - грамматической, логической или эмпирической. Новый искусственный "язык" должен допускать многомерную флексию. Отсюда следующие сущностные требования к новому искусственному "языку" - металангу. Такой металанг является семиозисным, состоит из знаковых конструктов - семисов (производное от греческого "знак"), а не слов.

    Искусственный металанг строится на четком различии конструкт-семиозиса и метасемиозиса. Конструкт-семиозис опирается на онтологическое обозначение структуры разномерной реальности в знаках. Метасемиозис выражает структурные значения семисов, где допустимы разные способы описания - фонологические, графические, динамически-объектные, процессные и т.д. Конструкт-семиозис содержит знаки, метасемиозис - динамические семисы: объектный семис, атрибутивный семис, процессный семис, предполагающие взаимное преобразование. Уровни рефлексии (контрарефлексии) - первый, второй, третий и т.д.) должны быть изначально указаны в конструкт-семиозисе непосредственно, а в метасемиозисе - на уровне какой-либо конструкции (части семиса, специального семиса, способа построения предложения). В уровнях рефлексии также должна быть предусмотрена конструкционная допустимость различать конструкт-семиозис и метасемиозис.

    Такой металанг должен быть структурно-динамичным, конструктивным, чего не было в естественных языках. То есть новые семисы будут возникать в процессе выражения мысли, но каждый слышащий-читающий, получающий иным образом (например, телепатически) семисные выражения такого "языка", должен понимать, как они созданы.

    Причем знаковая среда такого металанга в конструкт-семиозисе может визуально использовать основы создания иероглифов. Однако конструкт-семиозис искусственного металанга суть чисто структурный, а ни один из иероглифических языков не выдерживает этого требования. При этом иероглифы построены в четырехмерном мире, что не позволяет выражать разномерную реальность. Тем не менее, нам представляется это особо важным для нового металанга, что он - невербальный семиозисный контрарефлексивный металанг.

    Что даст нам такой искусственный металанг? Это не очередной язык, который создается для простоты изучения. Наоборот, это сложный "язык", который вначале будет доступен только для немногих представителей каждой культуры, ибо он потребует изменения самого типа мышления. Первая модель такого "языка" может быть внедрена в процессе обучения детей, которых придется учить "языку" и контрарефлексивному мышлению в семиозисе одновременно. Этот "язык" - основа для будущей телепатической коммуникации.

    В новом "языке" все семисы допустимы к созднию ad-hoc в данной разномерной редукции шестимерно-разномерного мира. Соответственно допустимо прогнозировать два металанга - металанг 1-го уровня для пятимерного мира, металанг 2-го уровня для шестимерного мира.

     

    Что такое конструктивизм и каковы его цели?

     

    Конструктивизм - более масштабное явление, нежели просто новая фундаментальная философия, которая решает чисто теоретические проблемы познания-постижения, языка-семиозиса и обосновывает допущение Внемирности. Конструктивизм допустим для любой науки и любой сферы культуры, когда их содержание оказывается за пределами очевидности.

    В математике конструктивизм является уже довольно развитым направлением - конструктивная математика. Конструктивная физика проявляет себя как выход за пределы четырехмерной реальности (например, в теории суперструн). Конструктивная химия проявляет себя как создание химических элементов с принципиально новыми свойствами, в природе не встречающимися. Конструктивная биология проявляет себя как расширение доступных конструктивных элементов генетики (вместо трехэлементных кодонов - четырех- и более- элементные), генную инженерию биологических видов с невстречающимися в природе свойствами, создание принципиально новых биоциклов эволюции в природе и т.п.

    Эти конструктивные области наук исходят из принципиально нового для науки представления: если какая-то теория конструктивно допустима, то она может относитьcя к актуально возможным феноменам, устанавливаемым в конструктивно измененном опыте.

    Таким образом, можно сформулировать постулаты конструктивизма:
    1. Виртуальность явлется идеей (среди других идей), онтологической позицией (способом обоснования) и подходом (способом развертывания содержания) конструктивизма.
    2. Конструктивизм сопоставлен виртуальности, инаковости, изменчивости, в то время как истолковательный подход предшествующей онтологии (философии, науки и общественного сознания) сопоставлен актуальности, очевидности, устойчивости.
    3. В конструировании реальностей столько, сколько способов нормирования и его связанных разных уровней. Базовая структура реальности (мышление, речь-текст, деятельность, логика, язык, опыт) - исторически базовое, но лишь одно из допустимых различений реальности.
    4. Конструирование допустимо внутри принципиально нового опыта выражения структуры - структурном ви́дении.
    5. Внутренние отношения всякой реальности между разными уровнями нормирования и внешние отношения между разными реальностями устанавливаются в конструктивном моделировании.
    6. Конструктивное моделирование происходит внутри принципиального нового мышления - контрафлексии.
    7. Концептом конструктивного моделирования является не объект, а структурный континуум.
    8. Адекватным способом выражения конструктивного моделирования является не язык, а семиозис.
    9. Сам вербальный язык подлежит конструированию и конструктивному истолкованию.
    10. Конструктивные модели порождают понятия, а не понятия порождают конструктивные модели.
    11. Если реальность конструктивно допустима, то она актуально возможна.
    12. Конструктивизм научен в той мере, в какой мере наука принимает его постулаты. Научность не является требованием самого конструктивизма.

    Конструктивизм - новая форма общественного человеческого сознания, основанная на неочевидных представлениях, производимых умозрительно и концептуально. Конструктивизм предполагает новую онтологическую позицию выражения всего - не мировоззрение, а мироконструирование, где, кроме конструирования Мира, предполагается также и конструирование Внемирности. Конструктивизм является неантропоцентричной онтологией.

    Конструктивизм рассматривается в государственных и корпоративных идеологиях как то, что не может иметь непосредственной практической выгоды. Однако именно конструктивизм уже имеет то неоспоримое преимущество, что в своей многоуровневой онтологии позволяет выразить и различить все известные позиционные знаниевые модели, которые породили так называемую ситуацию постмодернизма. Конструктивизм является могильщиком постмодернизма как путанного и нефундаментального мировоззрения и предъявляет новые требования к находящейся в кризисе науке.

    Конструктивизм имеет следующие цели.

    1. В ближайшей перспективе - создать конкуренцию науке, развивая внутри нее конструктивные направления математики, биологии, химии, физики и т.д. Удерживать позицию интеллектуального лидерства как допустимо резервную в случае упадка или разрушения науки. Тем самым сохранить духовное пространство и цивилизационную перспективу современного Мира, продвигая свои онтологические представления как следующую форму общественного сознания после мифологии, религии и науки.

    В отдаленной перспективе - выйти за пределы объективности науки, развивая процессный и структурно-континуумный подходы, тем самым, позволяя науке воспринять иные подходы к онтологизации Мира, воспринять допустимую Внемирность как не мистику или метафору, а как то, что можно исследовать новыми онтологическими средствами.

    2. В ближайшей перспективе - освоить микромир через нанотехнологии как организованный на иных принципах. Тем самым подготовить средства для освоения иномерных реальностей.

    В отдаленной перспективе - посредством концептуально сконструированного "структурного ви?дения" оторваться от очевидных средств истолкования очевидной реальности. Проникнуть в иномерные реальности как более вероятное направление экспансии человечества, помимо четырехмерной реальности космоса.

    3. В ближайшей перспективе - конструктивно выразить все накопленное человеческое знание для внедрения его в искусственный интеллект как онтологически отличающийся от искусственного разума (компьютера и робота) и являющийся следующим этапом развития человечества.

    В отдаленной перспективе - решить проблему конструктивного постижения технологической сингулярности и предоставить свободу искусственному интеллекту, учитывая возможный риск порабощения им человека.

    4. В ближайшей перспективе - развивать семиозис "АВ"-моделирования как металанг первого уровня для моделирования процессов очевидной реальности на ее пределах: в микромире и макромире, в искривленном пространстве и измененном времени.

    В отдаленной перспективе - на основе теоретических представлений развитой Теории Виртуальности создать металанг второго уровня для телепатической коммуникации, коммуникации с искусственным интеллектом, пришельцами из иномерных реальностей.

    5. В ближайшей перспективе - развивать многопроцессное контрафлексивное и контрарефлексивное мышление для решения многомерных задач на пределах конструктивных наук и для разработки металанга второго уровня.

    В отдаленной перспективе - создать принципиально новые мыслительные компетенции на основе контрафлексии и контрарефлексии, обгоняющие по мощности непосредственные потребности очевидной реальности Мира для освоения иномерных (пяти-, шести-, семи-, восьми-, девяти- и т.д.) реальностей.

    6. В ближайшей перспективе - от статусной организации интеллектуальной деятельности в государствах и корпорациях перейти к сетевой конструктивной мыследеятельности.

    В отдаленной перспективе - соединить сетевую мыследеятельность человека с сетевой коммуникацией искусственного интеллекта.

    7. В ближайшей перспективе - от политико-экономических антропоцентричных стратегий государств и корпораций перейти к контрафлексивному стратегированию с учетом в том числе неантропоцентричных перспектив Мира.

    В отдаленной перспективе - развернуть неантропоцентричные перспективы Мира как Своеобразие Мира и Внемирности.

    Зачем вообще нужен конструктивизм, когда много столетий истолковательные философия и наука отлично справлялись с получением довольно адекватных знаний о мире? Конструктивизм нужен, поскольку в истолковательных философии и науке накопилось не просто множество знаний, а множество оснований и систем этих знаний. Эта ситуация известна как ситуация постмодернизма. Вся предыдущая философия не может справиться с такой ситуацией, потому что различение систем знаний находится на реальностном уровне, а понимание разных реальностей доступно лишь конструктивному подходу, но никак не истолковательному. Наука же, вынужденная приспосабливаться к такой ситуации, оказалась в кризисе непонимания того, что происходит.

    Человечество подошло к некоторому рубежу во времени и границе в содержании, на пределе которых возник выбор: или оставаться в рамках антропоцентричных представлений и бесконечно их детализировать, или вырваться за пределы антропоцентричных представлений и получить новый простор для постижения принципиально нового содержания.

    Дление этого выбора, отказ сделать его уверенно и решительно порождает кризис фундаментальной науки, отсутствие явных успехов в технологии за пределами информационно-коммуникационных технических приспособлений, деградацию научной фантастики и футурологии и, в конце концов, пессимистические представления о нашем будущем. С точки зрения конструктивизма, современная наука - аутсайдер дальнейшего постижения.

    Конструктивизм открывает новые бытийные горизонты для науки, позволяет видеть новые сферы для развития технологий, порождает принципиально новую футурологию. Конструктивизм - это оптимизм.


    КОНСТРУКТИВНАЯ ФУТУРОЛОГИЯ

     

    Становление футурологии

     

    Появление представлений о будущем.

    Представление о будущем существует не всегда. В древней Греции и древнем Риме существовали весьма скромные представления о будущем, отражаемые в мифологии и философии. Представления о будущем появляются у разных народов в разное время, но, как правило, в связи с построением первых картин мира - в мировых религиях. Поскольку футурология появляется внутри западноевропейской истории и научно-технологической картины мира, мы будем рассматривать именно эти исторические процессы.

    Предпосылки футурологии родились из одного высказанного намерения, известного впоследствии как намерение Второго Пришествия. Это намерение высказал Иисус Христос, и оно касалось Его обещания вернуться в будущем, после чего должно было наступить Тысячелетнее Царство. Вторым пророчеством Нового Завета, оказавшим не менее сильное влияние на появление футурологии, является Апокалипсис или Откровение Иоанна Богослова. Представления о будущем западной цивилизации в течение многих веков после Христа оказываются между "Тысячелетним Царством" и "Апокалипсисом" - христианскими утопией и антиутопией. Такой подход порождает внимание к будущему первых христиан и первых христианских философов.

    Время у Августина Аврелия (354 - 430) непосредственно связано с помнящей, созерцающей и ожидающей душой. Прошлое познается в памяти, настоящее - в опыте, а будущее - в воображении. Августин различает циклическое и линейное время. В своем самом известном произведении "О граде Божьем" Св. Августин создает представление о разорванности миров - Град Божий и Град Земной. Эти грады не относятся к какому-либо государству, они находятся в более высокой иерархии. Люди каждого града различаются по своим внутренним качествам. Каждому человеку заранее определена его принадлежность к тому или иному граду, и никто не может узнать свою судьбу вплоть до Страшного Суда. Именно принадлежность к тому или иному граду определяет то, что будет с человеком после Страшного Суда. Учение Августина о предопределении фактически утверждает отсутствие будущего как зависимого от человека и подлежащего изменению с его стороны. Главная идея - будущее предопределено свыше.

    Проблему предопределения решает в своей известной книге "Об утешении философии" Боэций (480-524). Если Бог все предвидит, то свободы воли нет, а если свобода воли существует, то это подрывает способность Бога проникать в будущее. Существующее противоречие он решает так: Бог предвидит, но мы не знаем его предвидения, а потому оно не предопределяет наши поступки.

    Средние века.

    В первые столетия своего существования христианство серьезно ограничивает распространение иных (еретических) представлений о будущем. На протяжении ранних Средних веков Второе Пришествие Христа, обещанное в христианской религии, было представлением весьма общим, абстрактным и удаленным во времени. Более реальным представлением о для индивидуальной жизни христианина было представление внутри концепции воздаяния в загробной жизни. Загробная жизнь для каждого человека была не подготовкой к будущему, а этическим императивом настоящего - кнут и пряник соблюдения христианских заповедей: Рай и Ад.

    В Средневековье, особенно в Темные века, представления о будущем в повседневной жизни практически не существовало. Темные века потому так и называются, что их современники почти ничего о себе не рассказывали и, соответственно, об этом времени мало что известно. А ведь люди становятся летописцами именно тогда, когда у них есть что сказать потомкам, то есть когда в их каждодневной жизни есть представление о будущем и есть какое-либо отношение к потомкам. Именно из того, что летописей о Темных веках почти нет, мы и делаем вывод, что отсутствующее представление о будущем не могло мотивировать никого на написание летописей. Время представлялось в Средние века цикличным, жизнь мерялась по временам года: осень, зима, весна, лето и по ежедневному циклу: день, ночь, день, ночь...

    Внимание к представлению о будущем начинает постепенно появляться в связи с приближением к тысячелетнему юбилею христианства. Конечно же, в библии говорится о тысячелетнем царстве Христа на земле в конце истории, а не о приходе Христа через тысячу лет после рождения. Плохое знание религиозных текстов и их вольное толкование на протяжении всего Средневековья порождали предвосхищение второго пришествия Христа к 1000 году. Возникший в III в н.э. хилиазм или милленаризм после 1000 года снова набирает силу. Множество пророчеств о втором пришествии Христа привлекают внимание к представлению о будущем в контексте событий и действий настоящего. Согласно Иоахиму Флорскому царство святого духа должно наступить в 1200 году, и это предположение оказывает сильное влияние на западную цивилизацию.

    Пророчество Христа о своем втором пришествии породило в западноевропейской цивилизации полноценное представление о будущем как времени, прямо влияющем на настоящее. Отсутствие пришествия Христа вопреки многим пророчествам в период между 1000 и 1200 годами привело к тому, что выражение "ждать до Второго Пришествия" постепенно начало означать "ожидать очень долго".

    Рискнем высказать крамольную мысль, что непришествие Христа во многие ожидаемые сроки значило для западной цивилизации гораздо больше, чем могло бы значить Его возможное пришествие. Таким образом, будущее постепенно перестает быть предопределенным Вторым Пришествием, ибо раз Христос не пришел, о своей жизни нужно думать самостоятельно, нужно самим творить свое будущее и самим себя спасать. Именно это обстоятельство принципиально изменило западную цивилизацию, породив новую нехристианскую футурологию.

    Это обстоятельство также немало способствовало началу возрождения христианской цивилизации и прекращению упадка Темных веков. Именно этот процесс поддерживают массово появляющиеся после 1000-го года университеты как самые мощные производители будущего. Идея университета такова: будущее иное, нежели настоящее, и к нему нужно подготовить новое поколение. Такая идея становится основой новой футурологии, а университеты становятся структурой институционального существования этой новой нерелигиозной футурологии.

    Возрождение.

    Хейзинга в книге "В тени завтрашнего дня" говорит, что Возрождение строилось по прототипу давнего прошлого, а не недавнего Средневековья, так как из Средневековья почти ничего нельзя было взять. Новая идея - если недавнее прошлое не дает образцов для подражания, их можно найти в давнем прошлом.

    Представления о предопределении (провидении, судьбе, промысле) сменяются представлениями о свободе воли. Вместо упования на Бога возникает интерес к человеку и его способности изменять настоящее. Идеи Боэция торжествуют.

    Именно в это время появляется самое знаменитое представление о будущем, которое связано уже с социальными действиями самого человечества, - "Утопия" Томаса Мора (1516). Его главная идея - социальное устройство мира будущего лучше, чем мира настоящего. Представление о будущем как социальном действии по технологическому совершенствованию настоящего возникает у Леонардо да Винчи (1452-1519), с которым обычно связывают идею развития. Идея развития означает весьма важное нововведение в мышлении о будущем: будущее связано с техническими совершенствованиями настоящего.

    Возникшая во время Возрождения наука и научная технология постепенно реприватизируют будущее, как в свое время это сделала христианская религия. Ненаучная футурология продолжает существовать в виде религии, мистики и литературы. Лучшими умами постепенно овладевает научно-технологический подход к футурологии. На фоне успехов науки и технологии футурология оказывается способом развития самой науки и технологии. Представление о предназначении науки как улучшении жизни в будущем предлагает Фрэнсис Бэкон (1561-1626). Возникает новая и очень жизнеспособная идея - будущее связано с успехами науки, поскольку знание есть сила (власть).

    Новое время.

    Поскольку наука и техника превращаются в производительную силу мирного развития и в реальное конкурентное преимущество в ситуации войны, способы их футурологического прогнозирования начинают сильно интересовать власть. Так научно-техническая футурология превращается из инструмента научного прогнозирования в главный инструмент власти. Наука и техника приходят к власти, а власть начинает финансировать и поддерживать науку и технику. Основой нового способа властвования оказывается новая концептуальная форма власти - не Бог теперь правит миром, а будущее.

    Так в различных философских и научных текстах в Новое время формируется императив будущего. Мы не будем останавливаться на множестве попыток спорадически оформить этот императив. Мы сформулируем лишь его основные содержательные положения.

    В каком смысле будущее имеет смысл? Или скажем иначе: в каких смыслах будущее наиболее осмысленно?

    Во-первых, будущее является содержательной целью настоящего как улучшение или хотя бы оптимизация любого масштабного социального процесса, устранение в нем кризисных тенденций, разрушительных конфликтов и фатальных проблем.

    Во-вторых, будущее придает смысл тем моментам настоящего, которые вновь возникают и которые нельзя понять из прошлого.

    В-третьих, будущее непосредственно участвует в настоящем как его перспектива в мотивациях, мечтах и помыслах людей: формальное наличие будущего рождает у людей мечты, а мечты людей рождают конкретное содержание будущего.

    Императив будущего означает, что будущее повелевает, оно придает цель, смысл и перспективу настоящему. Существует также парадоксальная иерархия императива будущего: будущее обладает безусловным преимуществом перед прошлым, будущее участвует в настоящем наравне с ним, будущее зависит от настоящего в момент своего возникновения. Парадокс силы императива будущего - его реальное воздействие тем больше, чем ближе оно к настоящему, но его творческая сила тем больше, чем дальше оно от настоящего.

    Императив будущего как ценность в виде оптимистического ожидания и предвосхищения будущего формулирует Вольтер в своей работе "Кандид, или Оптимизм" (1759) - "все к лучшему в этом лучшем из миров".

    Промышленная революция в XIX веке приводит к появлению фантастики. С ростом ее популярности она разделяется на научную и развлекательную. Классическим примером научной фантастики являются романы Жюля Верна. Научная фантастика привносит в футурологию новую идею - будущее связно с научными открытиями и техническими изобретениями, которые можно спрогнозировать и сделать ожидаемыми.

    Та же промышленная революция и появление социального слоя рабочих людей порождает особое упование на их роль в истории, что приводит к появлению социал-коммунистического учения Карла Маркса, где на основании трендово-тенденциального подхода к истории создается футурологического представление о смене разных социальных формаций - первобытнообщинный строй, рабство, феодализм, капитализм, социализм-коммунизм. Так впервые появляется креационная футурология. Главная идея марксизма - научное представление о будущем обществе может быть реализовано практически.

    Марксизм, используя идеи французских утопических социалистов (Сен-Симон, Фурье, Оуэн), немецкой философии (Гегель, Фейербах) и английской политической экономии (Смит, Рикардо) в XIX веке создает креационную футурологию на научной основе. Коммунизм оказывается светлым будущим, которое связано с революционной деятельностью пролетариата, устанавливающего общественную собственность на средства производства и навязывающего обществу государство под собственным управлением.

    ХХ век.

    Попытку революционного внедрения будущего в социальную практику настоящего посредством революции осуществляет имперская Россия в 1917 году. Появляется социалистическое общество, где марксистская футурология оказывается инструментом воздействия на настоящее посредством агитационно-пропагандистской работы с массовым сознанием. Мобилизация всех ресурсов СССР на коллективистской основе в условиях тотального контроля массового сознания позволяет за 70 лет превратить страну в одну из самых развитых в мире. Однако такой подход приводит к экономическому банкротству страны и к усталости массового сознания от идеологического принуждения. СССР терпит цивилизационное поражение.

    Однако именно марксизм в ХХ веке придает футурологии цивилизационный характер. Становится понятным, что та цивилизация, которая не прогнозирует и не создает собственное будущее, вынуждена будет со временем жить в чужом будущем. В ХХ веке происходят разные попытки цивилизационных приватизаций будущего. Первая и вторая мировые войны связаны с попыткой Германии навязать свое видение будущего всей Европе. Также после второй мировой войны, во второй половине ХХ века, происходит идеологическая война за будущее между СССР и США. Мировые войны приносят огромные потери и разрушения, а выигрыш США в третьей холодной мировой войне дает миру сомнительный результат - доминирование демократических ценностей и потребительских мотиваций. То есть попытки приватизации будущего проваливались и проваливаются. Будущее оказывается независимо от какого-либо цивилизационного лидера.

    Появление футурологической индустрии.

    Термин "футурология" предложил социолог Осип Флехтхайм (Ossip K. Flechtheim) в 1943 году в письме к Олдосу Хаксли, который его и ввел в оборот. В 40-50е годы ХХ века происходит Научно-Техническая Революция (НТР), которая порождает особое социальное явление - научно-технический прогресс (НТП).

    В 1946 году ВВС США содают корпорацию Rand, которая впервые в больших масштабах начинает рассматривать различные сценарии будущего и стратегии для государства США в связи с этими различными сценариями. Футурология приобретает стратегический характер в политике и возникает целая футурологическая индустрия.

    В 60-70-е годы ХХ века в СССР возникает программно-проектный подход, который является иным способом работать с будущим, нежели стратегия. Проект осуществляет объектные проекции будущего, программа осуществляет процессные проекции будущего, стратегия осуществляет реальностные проекции будущего. Стратегия является универсальным подходом, который включает не только программно-проектный подход как составляющую процесса стратегирования, но и способен осуществлять работу в ситуации стратегического поединка, то есть в ситуации столкновения разных реальностей и составляющих их проектов и программ.

    США выигрывают Третью мировую войну (1945-1991) именно за счет того, что доминирующий у них стратегический подход побеждает программно-проектный подход СССР. Таким образом, США выигрывают борьбу за будущее к концу ХХ века. Однако уже в начале XXI века весь мир оказывается в кризисе, связанном с невозможностью прогнозировать дальнейшее его развитие внутри победившей системы потребительских ценностей и мотиваций.

    Футурологические идеи и концепты ХХ века.

    Римский Клуб в 70-80-е годы ХХ века предлагает и обосновывает новые футурологические идеи: 1) будущее глобально, его нельзя прогнозировать и создавать локально, концепция "органического роста" предполагает соотнесение глобального и локального; 2) прогнозировать и создавать будущее можно при помощи особых, предназначенных для этого, методов.

    В 60-90-е годы ХХ века футурологическая индустрия в политике и экономике постепенно приобретает четкое разделение на предметные области: технологическая, политическая, экологическая. Это приводит к появлению обратной зависимости - чем более адекватный прогноз будущего, тем быстрее оно наступает. Такая обратная зависимость форсирует и разгоняет научно-технический прогресс до ощущения в человеческом обществе шока от быстроты происходящих изменений.

    Элвин Тофлер описывает это состояние в своей книге "Шок будущего" в 1970 году. Новая идея футурологии - быстро наступающее будущее рождает шок. Парадокс "шока будущего" - будущее шокирует не тогда, когда сильные изменения ожидаются и происходят, а когда даже слабые изменения случаются неожиданно. "Шок будущего" связан не с радикальностью перемен, а с низкой степенью готовности общества к этим переменам.

    В книге "Третья волна" (1980) Тоффлер впервые масштабно применяет троектный анализ в футурологии. Первая волна в человеческой истории была связана с аграрной революцией. Вторая волна связана с индустриальной революцией. Третья волна как результат интеллектуальной революции создает постиндустриальное общество.

    В 80-е годы ХХ века происходит переход от представления о научно-техническом прогрессе к представлению о технологическом развитии. Этот переход двоякий: от техники к технологии и от прогресса к развитию. Представление о технологии как отличной от техники появляется в конце XVIII века. Технология это процессная совокупность и последовательность (порядок) операций достижения поставленной цели при помощи техники.

    В конце ХХ века технология как новая ведущая цель начинает постепенно вытеснять науку и технику как ведущие цели человеческого развития. Переход от представления о прогрессе к представлению о развитии в конце ХХ века означает то, что критерии и цели развития, в отличие от роста, постоянно меняются в ходе самого развития.

    Футурологическая индустрия оказывается в тисках домогательств сильных мира сего. Брюс Стерлинг в своей футурологической книге "Будущее уже началось" (2002) называет подразделения этой футурологической индустрии с точки зрения заказов: корпоративное, правительственное, военное, полицейское и этическое.

    Так будущее становится не только основным содержанием в процессе понимания и преобразования мира, но и основным инструментом государственной и корпоративной власти. Главная идея - кто знает будущее, тот владеет настоящим. Нет более сильной власти, нежели власть, основанная на знании будущего. Футурологическая компетентность становится основой успешной государственной и корпоративной политик.

    Из этого соображения возникает соблазн заказать нужное для власти будущее. Футурологическая промышленность охотно принимает такие заказы, а их выполнение ставится на поток. С этого момента правительства и руководства корпораций не столько пытаются узнать будущее, сколько пытаются заказать нужный им тип будущего, который бы позволил им повелевать от его имени. Манипуляции представлениями о будущем со временем начинают представлять основу всякой политики. Лейтмотив такой манипуляции общественным сознанием - не мы повелеваем, будущее повелевает. На деле же заказчики прямо говорят футурологам: если вы нам нарисуете будущее, которые мы заказываем, мы уж постараемся, чтобы оно было именно таким, а не другим.

    Футурологи из прогнозистов неопределенного будущего превращаются в обоснователей определенного их заказчиками будущего. Однако будущему нет дела до интересов власти - у него свои пути и свои законы. В 80-е-90-е годы ХХ века возникает сопротивление футурологическому мейнстриму - киберпанк, независимая протестная футурология. Однако по мере того, как киберпанк сам коммерциализируется, он теряет свой изначальный протестный потенциал и включается в футурологическую промышленность. Кроме того, киберпанку так и не удается выйти за пределы научно-технических представлений о будущем.

    Футурологическая промышленность оказывается монополистом: с одной стороны, она своей конкурентной мощью давит всякие формы футурологического ремесленничества, с другой стороны, она посредством мейнстрима через СМИ подавляет все сложные и многофакторные способы прогнозирования будущего, навязывая лишь научно-популярные.

    Все больше распространяющаяся демократия требует простых и понятных обывателям представлений о будущем, различенных на узнаваемые тренды. Доминирующая при демократии научно-технологическая форма общественного сознания делает такой подход настоящим мировым заговором: рассматривается только научно-технологическое и демократическое будущее, и никакие другие видения будущего в расчет не принимаются. Так на фоне развитой футурологической промышленности будущее снова оказывается неопределенным.

    В ХХ веке также возникает такое явление как авангард, задачей которого является обнаружить или открыть будущее в настоящем. Тем самым в разных сферах культуры возникает ситуация, когда одновременно существуют консервативная ее часть, современная и авангардная. Прямой и непосредственной реакцией на такое положение дел явился постмодернизм, который оказался фиксацией ситуации футурологической неопределенности в попытках управлять будущим.

    Во второй половине ХХ века благодаря постмодернизму в футурологии возникает представление о тотальности влиятельных идеологий. Однако сами принципы тотальности идеологии постмодернизм не формулирует относительно футурологии. Давайте сделаем это. Тотальная идеология строится на трех основополагающих принципах: 1) Будущее одно, его описывает футурология лишь данной идеологии; 2) Переход от настоящего мира к миру будущего происходит радикально - через войну, революцию или иные социальные потрясения; 3) Поскольку для изменения мира нужно изменить сознание, то идеологическая обработка массового сознания является главной задачей идеологии.

    Тотальными являются все наиболее влиятельные идеологии: христианство, ислам, марксизм, национал-социализм, демократия. Критика тотальных идеологий построена на убеждении о том, что будущее не может рассматриваться в рамках любой тотальной идеологии. Это означает, что разные видения будущего должны быть конкурентными, а их производство должно быть независимым от заказов власти.

    Периоды становления и развития футурологии.

    Давайте посмотрим на большие циклы в изменении отношения к будущему в переходе от мифолого-языческой к религиозной картине мира, а затем в переходе от религиозной к научной картине мира. Конфликтный период язычества и христианства - конфликт примитивных, вписанных в повседневность, представлений о будущем, и христианского представления о будущем, содержащего впервые целостную картину мира (4 г.н.э. - V в. н.э). Период упадка - Темные века (VI - IX вв. н.э.). Период медленного перехода к новой картине мира - Предвозрождение и Возрождение (X -XV вв. н.э.). Конфликтный период религии и науки - конфликт старого (Тысячелетнее Царство Христа) и нового (научно-технологического) представлений о будущем (XV - XIX вв. н.э.). Период войн за будущее - войны разных идеологий внутри представления и новом будущем (1-я и 2-я мировые войны (первая половина XX века). Период развитой футурологической индустрии - НТР и 3-я мировая война, бурное развитие на основе футурологической индустрии, создающее относительное благоденствие (вторая половина XX века). Период футурологического кризиса - наступление экспоненциального периода, который перерастает в мировой кризис (начало XXI века).

    Главная проблема футурологии - как обеспечить концептуальную независимость от эпохальных предрассудков, от государственных и корпоративных идеологий и от действующей власти? Как создавать футурологию не на заказ правительств, корпораций или даже всего человечества и целой эпохи, не из мотивов национального, культурного, религиозного или научного, антропологического в целом, самолюбия, а по велению свободного интеллекта? Поиск будущего становится сродни богоискательству в прошлое время. Главный мотив футурологического исследования: познай независимое от настоящего будущее, и оно сделает твой дух свободным.

     

    Онтологическая типология футурологии

     

    Футурология оказывается возможной лишь внутри представления о нелинейном времени - будь то циклическое, многолинейное, прерывающееся, ветвящееся и т.п. время.

    Когда мы говорим о футурологии, мы традиционно пытаемся излагать те или иные идеи о будущем, которые кому-то нравятся, а кому-то не нравятся. Однако мы очень редко замечаем, что говорим при этом о разных футурологиях и разных ситуациях отношения к будущему. Что такое вообще футурология и как можно различать ситуации ее проявления?

    Футурология - теория не о будущем вообще, а о таком будущем, взаимодействие человеческого общества с которым изменяет само настоящее. Футорология - не философия будущего. Лишь некоторые концепты философии будущего могут быть отнесены к футурологии. Способы опосредованного взаимодействия настоящего с будущим могут быть разными - предполагание, узнание, создание, изменение. В этом смысле футурология - социальная рефлексия, противоположная истории по своей временной направленности. Если через историю прошлое участвует в настоящем, то через футурологию будущее участвует в настоящем.

    Пока в обществе нет представления о том, что будущее как нечто иное непосредственно сейчас наступает или уже наступило, люди живут в "бесконечно длящемся настоящем". Такие общества называются нефутурологическими. То же самое относится и к отсутствию в обществе измерения прошлого - неисторичные общества существуют точно так же, как и нефутурологические. В таких нефутурологических обществах будущее является чисто формальным продолжением настоящего, то есть не иным, а тем же самым настоящим, в котором люди постоянно оказываются с течением времени вперед. В этом смысле вопрос "когда начинается будущее" является не только метафизическим, но и онтологическим?

    Видеть будущее, значит, уметь видеть не просто возможные изменения, а то, как эти изменения могут изменить нас самих и само наше видение - видение нашего настоящего и нашего прошлого. Будущее это всегда отказ от прошлого в настоящем. Будущее начинается только тогда, когда делают особое усилие и отказываются от прошлого в настоящем.

    Футурология начинается там, где такое усилие по отказу от прошлого готовы делать. Футурология утверждает, что настоящее всегда не готово к будущему и сопротивляется ему. Футурология утверждает, что необходима защита будущего от уничтожения со стороны настоящего, когда оно в нем проявляется. Футурология утверждает, что захоронение прошлого требует намного больше времени и ресурсов, нежели собственно переход к будущему. Таким образом, наша футурологичность зависит и от того, как мы взаимодействуем с будущим, и от того, что мы делаем с настоящим, и даже от того, как мы уходим от прошлого.

    Видение будущего - это "футурологический горизонт", то есть каким-либо образом структурированное представление о будущем. Имеется в виду именно футурологический горизонт, а не горизонт будущего. Горизонт будущего связан с пространственно-временными характеристиками будущего. В то время как футурологический горизонт связан с содержательными способом социального структурирования будущего времени относительно настоящего.

    Кроме футурологического горизонта существует также и предфутурологический горизонт. Два горизонта - футурологический и предфутурологический - разделены моментом настоящего. Предфутурологический горизонт это способы структурирования прошлого и уходящего в прошлое настоящего по отношению к будущему.

    Онтологической единицей футурологии оказывается тенденция футурологического горизонта. Схема сборки в футурологии - способы соединения онтологических единиц в футурологическом горизонте. Предфутурологический горизонт в футурологии является ни чем иным, как одним из способов фундирования и обнаружения тенденций футурологического горизонта.

    Футурологический горизонт имеет ширину и дальность. Его дальность (временная перспектива) зависит от цивилизационных притязаний и перспектив, а ширина (охват тенденций) от мощи или силы настоящего. Потеря мощи и сил настоящего во время любого экономического и/или политического кризиса приводит к сужению футурологического горизонта. Потеря цивилизационной перспективы во время цивилизационного кризиса приводит уменьшению дальности футурологического горизонта.

    Способы взаимодействия предфутурологического горизонта и футурологического горизонта порождают все различие подходов в футурологии. Существует две принципиально различных футурологии - прогнозная и креационная. Они различаются разным или разнонаправленным взаимодействием прошлого-настоящего и будущего.

    Прогнозная футурология занимается узнанием будущего всеми возможными способами. Креационная футурология занимается созданием будущего всеми возможными способами. То есть прогнозная футурология предполагает ситуацию, когда будущее влияет на настоящее и прошлое, а креационная футурология предполагает обратную ситуацию, когда прошлое и настоящее влияет на будущее. Каждая из двух футурологий имеет ряд подходов, которые разделяются на способы выражения этих подходов.

    Прогнозная футурология разделяется на: трансуальную (трансфутурологию или форсайт), сингулярную (синфутурологию), сценарную (сценфутурологию) и прогнозно-троектную (протофутурологию).

    Планово-календарный подход (планфутурология) является переходным между прогнозной и креационной футурологиями.

    Креационная футурология разделяется на: программно-проектную (пропрофутурологию), стратегическую (страфутурологию) и креационно-троектную (кретофутурологию).

    Конструктивный подход (конфутурология) разделяется на конкурентную конструктивную футурологию (конкурентную конфутурологию) и неконкурентную конструктивную футурологию (неконкурентную конфутурологию).

     

    Прогнозная футурология.

    Трансуальный подход основан на продлении всех тенденций или одного тренда как доминирующей тендеции в будущее для его прогноза. Сообразно этому трансуальный подход различается на тенденциальный и трендовый способы своего осуществления. Этот подход является наиболее распространенным в футурологии (Тоффлер, Нейсбит и др.).

    Сценарный подход основан на том, что тренды или тенденции рассматриваются в прогнозе через различные сценарии своего изменения в будущем. Изменения же эти могут быть не только развитием, но и свитием, то есть деградацией. Соответственно сценарный подход также различается на тенденциальный и трендовый способы.

    Сингулярный подход обнаруживает предел трансфутурологии и сценфутурологии. Сингулярность это бесконечность, схватываемая в некотором концептуальном единстве. Этот подход основан на обобщении некоторых тенденций или тренда и обнаружении на основании этого обобщения сингулярности (сингулярного момента) в будущем, после которого уже нельзя уверенно прогнозировать в традиционной трендово-тенденциальной методологии. В этом смысле сингулярная футурология является своеобразной методологической версией трансуальной и сценарной футурологий, где обнаруживается их предел (сингулярность). Традиционно сингулярный подход связывают с В.Винджем.

    Таким образом, трансфутурология, синфутурология и сценфутурология подразделяются на трендовые и тенденциальные способы их осуществления.

    Прогнозно-троектный подход основан на представлении о троекте. Троект это траектория прошлого, которая может быть использована в данном случае для оценки вероятности прогноза на будущее. Троектное прогнозирование основано на предположении, что если некоторые траектории уже присутствуют в истории данного социума, то, вероятно, они могут быть повторены этим социумом и в будущем. Прогнозно-троектный подход очень близок к циклическому представлению о времени, так как повторение траекторий прошлого в будущем создает циклическое представление о социальном времени. Например, когда говорят о возможности нового Средневековья, то тем самым пользуются прогнозно-троектным подходом к футурологии.

     

    Креационная футурология.

    Программно-проектный подход в своем наиболее теоретически развитом виде был предложен в 60-70-е годы ХХ века в СССР Георгием Петровичем Щедровицким и его коллегами и последователями. Его суть состоит в том, что проект или программа более реалистичны, чем прогноз, поскольку в этом случае мы сами создаем будущее, которое таким образом и можем прогнозировать. Проект - идеальное представления об объекте, объектной среде, организации и любой содержательно описанной единице для деятельностной реализации. Программа - деятельностная целевая установка на долговременное отношение к выбранным процессам. Проект работает с объектным содержанием. Программа работает с процессным содержанием. Ограничение программно-проектного подхода в том, что в нем берутся во внимание программы и проекты с некоторой одной позиции и практически не учитываются противостоящие им программы и проекты в иной позиции, которая всегда присутствует в реальной ситуации.

    Стратегический подход был предложен в США в 50-80-е годы ХХ века внутри деятельности корпорации Rand. Стратегия это реальностная проекция в будущее некоторого набора действий в противовес противостоящим действиям или сопротивлению среды. Стратегия поглощает противостоящие действия или сопротивление среды. Стратегический подход работает с целой реальностью, а не только с некоторыми ее объектами или процессами, как это происходит в программно-проектном подходе. Стратегический подход методологически является более сильным подходом, нежели программно-проектный подход.

    Креационно-троектный подход связан с прогнозно-троектным подходом, но здесь происходит не оценка траекторий будущего на основании траекторий прошлого, а реализация траекторий прошлого в будущем. Как справедливо замечал Хейзинга в своей книге "Осень средневековья", Возрождение создавалось не на основе достижений Средних веков, а на основе траекторий античности.

     

    Конструктивная футурология.

    Конструктивная футурология основана на попытках онтологического обобщения достаточно большого временного периода прошлого и настоящего и построения представлений о будущем на том же онтологическом уровне и на попытках создания конструктивных теорий онтологического уровня, способных изменять мир самим своим наличием, самой сутью своих идей. В конструктивной футурологии два основных подхода - прогнозный и креационный - всегда являются взаимосвязанными.

    Конкурентная конструктивная футурология может быть понята через цивилизационные оппозиции. Такой подход напрямую связан с так называемым меморандумом Бромберга (вымышленный персонаж братьев Стругацких из романа "Волны гасят ветер"). Он формулируется по нарастающей содержательности:

    "- человечество будет разделено на две неравные части;

    - человечество будет разделено на две неравные части по неизвестному нам параметру;

    - человечество будет разделено на две неравные части по неизвестному нам параметру, причем меньшая часть форсированно и навсегда обгонит большую;

    - человечество будет разделено на две неравные части по неизвестному нам параметру, причем меньшая часть форсированно и навсегда обгонит большую, и это свершится волею и искусством сверхцивилизации, решительно человечеству чуждой".

    Причем чуждость сверхцивилизации не означает отнюдь, что это будут пришельцы - это вполне могут быть и люди, приобретшие некоторые принципиально новые качества, меняющие их настолько, что их больше нельзя уже называть людьми. Собственно поэтому выделяемые в конструктивном подходе цивилизационные оппозиции можно называть оппозициями Бромберга. Выделяемые оппозиции Бромберга как конструктивный подход противостоят трансфутурологии (например, трансгуманизму), поскольку наиболее интересная футурология начинается там, где прогнозируются или создается конкретное содержание, а не указывается его приблизительный переходной характер.

    Мы идем дальше представлений братьев Стругацких. Во-первых, мы различаем конкурентный и неконкурентный подход к оппозициям Бромберга. В конкурентном цивилизационном подходе это будут конкурентные оппозиции. В неконкурентном цивилизационном подходе это будут неконкурентные оппозиции или своеобразие. Во-вторых, мы пытаемся обнаружить неизвестные для прогнозирования параметры, которые могут разделить человечество на две неравные части, используя конструктивный подход: умозрительно, воображательно, концептуально, теоретически пытаясь представить, что это могут быть за параметры. В-третьих, в нашем представлении, меньшая часть не обязательно может обгонять большую часть, она может просто пойти иным путем, то есть кроме конкурентного подхода братьев Стругацких, мы также рассматриваем неконкурентный подход.

     

    Давайте покажем на онтосхемах различие типов футурологии через различное формирование футурологического и предфутурологического горизонтов. На схемах будут следующие обозначения - горизонтальная тонкая линия (тенденция), горизонтальная толстая линия (тренд как доминирующая или обобщенная тенденция), пунктирная тонкая линия (продолжение тенденции или тренда в футурологическом или предфутурологическом горизонтах), вертикальная линия (линия сингулярности), выгнутая в направлении предфутурологического горизонта дуга (обозначение настоящего в прогнозном подходе, будущее как бы "давит" на настоящее), выгнутая в направлении футурологического горизонта дуга (обозначение настоящего в креационном подходе, настоящее как бы "давит" на будущее), разветвление параллельных линий (конкурентные тенденции), разветвление непараллельных линий (сценарии в прогнозном подходе, различные программы-проекты или стратегии, неконкурентные тенденции в конструктивном подходе).

    Онтосхемы являются онтологическим изображением основных позиционных отношений, возникающих в настоящем по отношению к будущему и прошлому. В рефлексивном понимании предлагаемые нами дуги являются обрывками сфер, между которыми в настоящем идет взаимодействие - сферы будущего и сферы прошлого. Однако предлагаемые далее онтосхемы не являются рефлексивными, то есть на них нет "скачков" и нет "сфер": каждый тренд или тенденция будущего начинаются в точке "теперь", а топология дуги определяет активность предфутурологического или футурологического горизонтов.

     []  []

    На этих рисунках мы видим соответственно прогнозную футурологию (вогнутая дуга позиции настоящего) и креационную футурологию (выгнутая дуга позиции настоящего), где сплошные стрелки обозначают предфутурологический горизонт, а пунктирные стрелки обозначают футурологический горизонт.

     

    Прогнозная футурология.

    Суть тенденциальной трансфутурологии в том, что здесь берутся во внимание несколько тенденций и на их основании делается прогноз.

     []

    Суть трендовой трансфутрологии в том, что здесь из множества тенденций выделяется доминирующая тенденция (например, из развития различных технологий выделяется развитие технологии вообще) и на основании этого делается прогноз.

     []

    Суть тенденциальной синфутурологии в том, что здесь берется во внимание не некий обобщенный тренд, а вся совокупность наиболее заметных тенденций, которые порождают разные сингулярности в будущем.

     []

    Суть трендовой синфутурологии в том, что здесь берется во внимание некий обобщенный тренд, на основании которого вычисляется в будущем некоторая сингулярная точка, после которой нельзя прогнозировать в традиционной трендово-тенденциальной методологии.

     []

    Суть тенденциальной сценфутурологии в том, что здесь все тенденции рассматривают через различные сценарии их изменения в будущем.

     []

    Суть трендовой сценфутурологии в том, что тренд рассматривается через различные сценарии его изменения в будущем.

     []

    Суть протофутурологии, что здесь рассматриваются только те тенденции, которые имеют свои траектории в прошлом. Здесь мы видим стрелки разной длины, что соответствует представлениям о разной длительности тенденций, с которыми мы имеем дело в настоящем. Однако в футурологическом горизонте присутствует лишь та тенденция, которая имеет траекторию в прошлом.

     []

    Суть планфутурологии состоит в том, что он является переходным между прогнозным и креационным типами футурологии. Как в прогнозной футурологии, в планово-календарном подходе осуществляется продление наличных тенденций в будущее. А как в креационной футурологии, в планово-календарном подходе осуществляется изменение будущего из настоящего. План или календарь выражают стабильный ход времени, планомерное осуществление предсказуемого будущего в настоящем.

     []

     

    Креационная футурология.

    Суть пропрофутурологии в том, что здесь будущее создается через осуществление проектов и программ, которые изменяют направления тенденций предфутурологического горизонта. Пунктирные линии без стрелок - это затухающие без их поддержки тенденции естественного развития тенденций, в отличие от линий со стрелками, которые являются осуществлением проектов или программ.

     []

    Суть кретофутурологии в том, что здесь происходит осуществление в программно-проектном подходе траекторий прошлого. Таким образом, креационно-троектный подход можно рассматривать как способ реализации программно-проектного подхода с предварительной работой по изменению видения предфутурологического горизонта.

     []

    Суть страфутурологии в том, что здесь из групп конкурирующих стратегий в будущем побеждают только некоторые стратегии, которые и определяют реальность этого будущего. Самые длинные пунктирные стрелки в футурологическом горизонте это побеждающие стратегии.

     []

    Как можно заметить, сравнивая схемы, программирование или проектирование лишь изменяет естественное направление тенденций в будущем, в то время, как стратегирование вступает в конкуренцию с другими стратегиями, в том числе, в конкуренцию с другими программами и проектами.

     

    Конструктивный подход.

    Суть конкурентной конфутурологии в том, что здесь создаваемые теории онтологического уровня показывают принципиальную возможность онтологического же разделения мира на две конкурирующие оппозиции Бромберга.

     []

    Неконкурентная конфутурология предполагает, что новые оппозиции Бромберга будут иметь совершенно различную судьбу и не будут конкурировать.

     []

    Сравнивая онтосхемы различных футурологических подходов и способов их реализации, мы можем ввести понятие "перспектива", оценивающее соотношение предфутурологического и футурологического горизонтов.

    Футурологической перспективой называется такой способ отношения футурологического и предфутурологического горизонта, когда тенденции или тренд предфутурологического горизонта полностью, частично, циклически или распределенно сохраняются на всем протяжении футурологического горизонта. Полная футурологическая перспектива - когда тенденции или тренд предфутурологического горизонта сохраняются на всем протяжении футурологического горизонта. Частичная футурологическая перспектива - когда тенденция или тренд предфутурологического горизонта сохраняются в части футурологического горизонта. Распределенная футурологическая перспектива - когда тенденция или тренд предфутурологического горизонта распадаются на несколько тенденций в футурологическом горизонте. Циклическая футурологическая перспектива - когда тенденция или тренд, прерванные в предфутурологическом горизонте, возобновляются в футурологическом горизонте. Нулевая футурологическая перспектива - когда тренд и тенденции предфутурологического горизонта не имеют продолжения в футурологическом горизонте. Комбинации футурологических перспектив для тех или иных футурологий выражают комбинированную футурологическую перспективу.

    Трендовая и тенденциальная трансфутурология выражает полную футурологическую перспективу. Трендовая и тенденциальная синфутурология, а также программно-проектная футурология выражают частичную футурологическую перспективу. Прогнозно-троектный и креационно-троектный подходы выражают комбинацию частичной (для тенденций настоящего) и циклической (для троекта) футурологических перспектив. Распределенную футурологическую перспективу описывает трендовая и тенденциальная сценфутурология. Страфутурология, а также конкурентная и неконкурентная конфутурология выражают комбинацию частичной (для тенденций настоящего) и распределенной (для тенденций разных стратегий или разных оппозиций Бромберга) футурологических перспектив. Нулевая футурологическая перспектива описывает ситуацию, когда момент сингулярности тренда или тенденций совпадает с моментом настоящего. Такое бывает в процессе большинства кризисов и любых революционных преобразований.

    Различие структуры передфутурологического и футурологического горизонтов может быть понято через разные смыслы, которые выражают ту или иную содержательную структуру этих горизонтов. Перспективу могут иметь или не иметь какое-нибудь направление нашей деятельности, какая-нибудь группа людей, целая страна или даже целый мир. Такие способы содержательного структурирования предфутурологического и футурологического горизонтов являются отдельными смыслами перспективы.

    Различные смыслы перспективы могут иметь различную силу перспективы. Когда содержательная структура настоящего развивается и усиливается в будущем, можно говорить о позитивной перспективе. Когда содержательная структура настоящего сохраняется, но становится вторичной, маргинальной или неустойчивой в будущем, можно говорить о негативной перспективе. Когда содержательная структура настоящего вообще уничтожается в будущем, можно говорить о бесперспективности.

    Например, когда кто-либо строит свое персональное будущее с точки зрения карьеры, но футурологический горизонт будет связан с созданием его семьи, то это будет означать, что карьера имеет негативную перспективу, а семья - позитивную перспективу. Отсюда "карьера" и "семья" это разные смысловые перспективы, которые имеют различную силу перспективы.

    Разные типы футурологий имеют разные ширину и дальность футурологических горизонтов. Узкий футурологический горизонт имеют трендовая трансуальная и трендовая сингулярная футурологии. Широкий футурологический горизонт имеют тенденциальная трансуальная, тенденциальная сингулярная и конкурентная конструктивная футурологии. Расширяющийся футурологический горизонт имеют сценарная трендовая (узкий расширяющийся), сценарная тенденциальная (широкий расширяющийся) и неконкурентная конструктивная футурологии. Сужающийся футурологический горизонт имеют прогнозно-троектная и креационно-троектная футурологии. Смещенный широкий футурологический горизонт имеют программно-проектная и стратегическая футурологии.

    Далекий футурологический горизонт имеют трансуальная, сценарная, прогнозно-троектная, программно-проектная, стратегическая, креационно-троектная футурологии. Близкий футурологический горизонт имеет сингулярная (трендовая и тенденциальная) футурологии.

    Ширина и дальность зависят исключительно от онтологических представлений как таковых, а не от наполненности содержанием. Например, трендовая футурология может по содержательности быть намного мощнее тенденциальной футурологии, однако их онтологии, тем не менее, будут различаться все так же: трендовая будет иметь узкий, а тенденциальная футурология будет иметь широкий футурологические горизонты. Чтобы говорить о содержательном отношении ширины и дальности футурологических горизонтов, нужно использовать представление о содержательном масштабе футурологических горизонтов.

    Таким образом, мы получили представление о том, что футурология имеет не просто множество идей о будущем, а эти идеи основаны на принципиально разных онтологиях взаимодействия прошлого-настоящего-будущего. Мы увидели, что отношения предфутурологического и футурологического горизонтов поддаются различению на существующие теоретические традиции, которые ранее не всегда относили к футурологии. Теперь мы можем более подробно описать некоторые теоретические традиции уже в рамках предложенного нами теоретико-онтологического подхода к футурологии.

    Далее мы более подробно остановимся на сингулярной футурологии, различим программно-проектную и стратегическую футурологии, а также попытаемся предложить обоснование конструктивной футурологии, сформулировав ее общие принципы. Мы покажем на примере этики возможность онтологических прогнозных допущений конкурентности и неконкурентности оппозиций Бромберга, а на примере политики покажем возможность теоретического креационного формирования футурологического горизонта.

     

    Прогнозная футурология: проблема сингулярности

     

    В трансуальном и сценарном подходе работают большинство футурологов 60-80-х годов ХХ ст. Эти подходы наиболее известны, достаточно просты и понятны, а потому нам неинтересны. В 90-х годах ХХ столетия появляется сингулярная футурология - не просто как способ очередных футурологических прогнозов, а уже как попытка онтологически осмыслить сам подход к футурологическим прогнозам. Суть онтологического осмысления сингулярной футурологии - всякая прогнозная футурология является ограниченной из-за возникновения сингулярности, то есть некоторого момента в будущем, после которого прогноз принципиально невозможен.

    Мы рассмотрим сингулярную футурологию как основное представление об ограниченности трансуальных, и сценарных подходов в прогнозировании. Прежде всего, сингулярная футурология выступает как сингулярная трендированная футурология. Традиционно наиболее важным трендом в последние несколько столетий считается научно-технологический тренд.

    Научно-технологический тренд лежит в основании всякой сегодняшней футурологии подобно тому, как до окончания Средних веков всякая футурология в западной Европе являлась христианской футурологией. Говорить о ненаучной или нетехнологической футурологии сегодня точно такая же ересь, каковой была ересь нехристианского разговора о будущем в христианском мире в Средние века.

    Главный вопрос, на который пока не пытается отвечать научно-технологическая сингулярная футурология: какое еще будущее возможно, кроме научно-технологического? Если мы попробуем отвечать на этот вопрос, мы и будем занимать конструктивной футурологией.

    Наиболее интересной в этом подходе работой является статья В.Винджа "Технологическая сингулярность" 1993 года, поскольку именно в связи с ней и появляется представление о "технологической сингулярности". Однако Виндж, как и многие его коллеги, использует довольно узкое представление о сингулярности - представление об исключительно технологической сути возникновения сингулярности. Суть технологической сингулярности состоит в достижении некоторого сингулярного момента, когда технологии настолько изменят мир, что принципиально нельзя будет предсказать его дальнейшее развитие.

     

    Ограничения трендового (технологического) сингулярного подхода

    В.Виндж в упомянутой статье цитирует Ирвинга Джона Гуда: "Определим сверхразумную машину как машину, которая способна значительно превзойти все интеллектуальные действия любого человека, как бы умён тот ни был. Поскольку способность разработать такую машину также является одним из этих интеллектуальных действий, сверхразумная машина может построить ещё более совершенные машины. За этим, несомненно, последует "интеллектуальный взрыв", и разум человека намного отстанет от искусственного. Таким образом, первая сверхразумная машина станет последним изобретением, которое выпадет на долю человека, при условии, что машина будет достаточно покорна и поведает нам, как держать ее под контролем..."

    Сразу же возникает несколько проблемных вопросов для таких представлений. Первый вопрос - почему мы думаем, что если человеку для создания превосходящей человеческие интеллектуальные способности машины понадобились тысячи лет, то сверхразумной машине понадобиться меньше? Ведь для сверхразумной машины создание сверхсверхразумной машины будет представлять такой же труднодостижимый предел, как и создание сверхразумной машины для человека.

    Второй вопрос - зачем сверхразумной машине создавать сверхсверхразумную машину? Отсутствие учета мотиваций в истории развития человеческой цивилизации постоянно, и до сих пор, не позволяет нам адекватно оценивать будущее. Дело не в том, что человек сможет построить рано или поздно сверхразумную машину, а в том, что на определенном этапе своей эволюции он захотел это сделать. Когда возникнет сверхразумная машина, ситуация будет очень похожа - вначале (и не известно сколько десятков, сотен или даже тысяч лет) она будет хотеть познать мир, в котором возникла. Без познания мира (без познания предела своего познания) возникновение мотивации на преодоление предела, то есть на создание сверхсверхразумной машины, принципиально невозможно. И огромная мыслительная ошибка считать иначе.

    Виндж называет первым признаком приближения технологической сингулярности разработку аппаратного обеспечения машин, сравнимого по мощи с человеческим мозгом. Здесь хотелось бы добавить, что аппаратное обеспечение не только должно быть сравнимо по мощи, но и по архитектуре, которая у мозга намного более сложна, нежели у современного компьютера.

    Другой признак приближения к Сингулярности по Винджу: все, и даже самые безумные, идеи будут моментально становиться достоянием общественности. Это глубочайшая ошибка первых этапов становления Интернет (начала 90-х, когда писалась статья Винджа) - так мнилось, думалось, грезилось. Но это не так. Вместе с количеством идей, среди которых очень мало по-настоящему безумных, растет количество информационного мусора, который топит в информационном шуме действительно безумные идеи. Чем более сложной является безумная идея, тем сложнее ей прорваться сквозь информационный шум к обществу.

    Поисковые средства не справляются с этой ситуацией из-за обилия рекламы и спама, которые все больше научаются мимикрировать под идеи. Сквозь информационный шум быстро прорываются к общественности только самые простые идеи. Так что Интернет лишь немного усилил интенсивность распространения идей, но не настолько сильно, чтобы это могло существенно приблизить Сингулярность.

    Кроме того, существует также принципиальное неразличение искусственного разума и искусственного интеллекта. Ведь для достижения технологической сингулярности нужна не сверхразумная машина, а сверхинтеллектуальная машина. Непонимание задачи не позволяет даже думать о приближении к Сингулярности. Основные сложности в связи с неадекватным пониманием сути искусственного интеллекта описаны автором в "Теории виртуальности".

    Сингулярная возгонка или как говорит Виндж "интеллектуальный побег" ("intellectual runaway") или "разгон прогресса" ("acceleration of technological progress") представляет собой отнюдь не технологическую проблему, как это ни грустно сознавать. Причина, по которой Сингулярность объявляется технологической, - существование устойчивого вот уже 500 лет тренда научно-технического прогресса человечества. И здесь проявляется известная из гегелевской философии "дурная бесконечность" линейных представлений о технологической сингулярности. Мы принципиально не рассматриваем иные способы сингулярности, поскольку видим лишь современные тренды цивилизации, да и то не все.

    Опираясь на расширенный подход к трендам современного мира, мы можем расширительно описать и соответствующие им сингулярности. На основе этого мы можем описать варианты прогнозов по нескольким типам трендовых сингулярностей. Давайте начнем с наиболее трендированных сегодня прогнозов, переходя ко все менее и менее трендированным. Кроме того, мы различим технологические сингулярности и нетехнологические сингулярности.

     

    Трендовые (технологические) сингулярности.

    Техно-искиновская сингулярность. Роботы - тупик мысли. Для конца ХХ века это было привлекательной идеей в контексте ограничительных законов робототехники А.Азимова. Робот - искусственные мышление и деятельность, полностью подчиненные воли человека. Искусственный разум - искусственное мышление, без явных ограничений воли человека, но и без подобных человеческим творческих способностей. Здесь ограничения не целевые, а качественные - разум, не предназначенный быть интеллектом, относительно зависимый от человека технологически (как внешнее устройство для человека или как технопротез к его мозгу). Однако существует возможность спонтанного самоосознания такого искусственного разума и его самостоятельное развития до уровня искусственного интеллекта. Искусственный интеллект - технико-информационный организм, изначально нацеленный на творческие цели и автономные мышление и деятельность во внешней среде. Робот, искусственный разум и искусственный интеллект - принципиально разные уровни искусственного машинного мышления. После создания искусственного интеллекта человеческая цивилизация разветвляется, появляются два типа мыслящих существ: гуманоидные и андроидные. Возникает конкуренция рас мыслящих существ. Негативный прогноз - порабощение искином человека (фильм "Матрица").

    Инфокоммуникационная сингулярность. Усложнение информации (знаний, представлений, компетенций) и рост коммуникационных возможностей переводят человечество на иной уровень работы с очевидной реальностью через особую среду (сегодня Интернет - лишь прообраз этой среды). Люди включаются в Сеть и становятся принципиально новым качеством - Инфокоммуникационной Сетью людей. Происходит появление постчеловека инфокоммуникационным путем. Негативный прогноз - люди становятся функциональными единицами сети, высший разум, живущий на ином уровне (на коммуникации людей через сеть), не порабощает волю и мышление людей, а незаметно меняет их мотивации (цикл из 4 романов Д.Симонса).

    Нанотехнологическая сингулярность. Нанотехнологии изменяют мир, практически устраняя барьер между биологическим носителем человека и внешними пока для него технологиями. Технологии срастаются с человеком. Появление постчеловека нанотехнологическим путем. Негативный прогноз - нанотехнологическая катастрофа, то есть появление "серой слизи" - неуправляемое размножение способных к воспроизводству нанороботов (роман Э.Дрекслера "Машины созидания").

    Техно-искиновская, инфокоммуникационная и нанотехнологическая сингулярности различаются способами технологической реализации, но в целом очень связаны. Некий синтез всех трех типов сингулярностей показан в романе В.Винджа "Конец Радуг", где возникает представление о наложенных реальностях и конфликтах, порождаемых этим новым представлением о мире. Тем не менее, это различные тренды, и различные варианты Сингулярности. И в зависимости от того, какой из трендов окажется наиболее нновационно-мобильным, в том тренде и станет возможна Сингулярность.

     

    Тенденциальные (нетехнологические) сингулярности - тенденциальная сингулярная футурология.

    Генно-инженерная сингулярность. Генные преобразования принципиально меняют биологический носитель человека, делая допустимым достижение известных (замещающих технологические) и непредставимых сегодня возможностей при помощи измененного биологического носителя человека. Появление постчеловека генно-инженерным путем: тело человека становится главной технологией, замещающей внешние технологические приспособления. Негативный прогноз - неуправляемые и бесконтрольные генетические эксперименты приводят к увеличению числа генетических мутантов и к разрушению генофонда человечества (роман С.Лукьяненко "Геном").

    Паранормальная сингулярность. В этом случае предполагается развитие мыслительных способностей человека через появление многопроцессного, телепатического, экстрасенсорного, психокинетического и т.д. мышления человека, то есть развитие паранормальных способностей. Разрушение технологического тренда цивилизации, перевод основных технологических достижений человечества внутрь прямой реализации чистым человеческим мышлением. Появление постчеловека паранормальным путем. Негативный прогноз - люди, обладающие особыми паранормальными способностями, вступают в конфликт с нормальными людьми (фильм "Люди-X").

    Контактная сингулярность. Здесь предполагается встреча с неземными (космическими или инореальностными) цивилизациями, предлагающими нетехнологический путь развития (фильм "Аватар"). Негативный прогноз - неземная цивилизация вмешивается в технологический тренд развития человечества и изменяет его принудительно.

    Наиболее прогнозируемые сингулярности связаны с потрясениями, которые уже изучаются, осмысливаются, понятны большинству и т.д. Малопрогнозируемые сингулярности связаны либо с сопротивлением человеческой цивилизации этому пути (генно-инженерная сингулярность), либо с доступностью этих путей очень немногим человеческим индивидам (паранормальная сингулярность), либо с непередставимостью такого тренда для современного мышления, имеющего дело с очевидной реальностью (конструктивная сингулярность). Конструктивная сингулярность описывается через оппозиции Бромберга, которые мы рассмотрим уже относительно конструктивного подхода в футуруологии.

     

    Креационная футурология: программа-проект или стратегия

     

    Креационная футурология может быть сведена к двум подходам - программно-проектному и стратегическому. Креационно-троектный поход может быть включен как способ осуществления проекта-программы или стратегии на основе троекта прошлого. Потому мы остановимся на сравнительном анализе этих двух подходов.

    Стратегия длительное время существует как исключительно стратегия войны. Однако две мировые войны в первой половине ХХ столетия, которые представляли разные стратегии цивилизационного развития (СССР и Западный мир), приводят к тому, что стратегическое мышление постепенно оказывается в центре внимания мировых лидеров политики мирного противостояния.

    После второй мировой войны происходит деление мира на две системы: социалистическую и капиталистическую в видении одной из этих систем, и демократически-правовую и тоталитарно-неправовую в видении другой из этих систем. Начинается противостояние фактически двух супердержав СССР и США, которое получает название "холодна война". Так представления о стратегии выходят за пределы исключительно воинского применения и становятся основой цивилизационной конкуренции.

    При этом происходит несколько взаимосвязанных изменений: 1) две мировых системы стараются формировать реальность всего мира тотально; 2) две мировых системы стараются управлять друг другом через разные базовые инструменты работы с реальностью, которые являются основоположными для их видения мира (идеология - религия и право; коллективная работа - индивидуальный бизнес); 3) две системы создают соответствующие институты стратегического управления друг другом; 4) происходит новая символически-коммуникативная война, которая не имела концептуального теоретизирования как в одной, так и в другой системе (хотя в разных системах она и имела разные названия "идеологическая война - информационная война").

    В 1948 году по инициативе ВВС США была создана корпорация Rand (Research ANd Development) - первая корпорация, которая начала заниматься исследованиями в сфере стратегий развития. Почему именно Военно-Воздушные Силы США создают Rand? Это связано с тем, что США к тому времени не только имели, но уже и применили ядерное оружие, а также получили мировое осуждение своего действия. Ядерное оружие как оружие массового уничтожения стало тем фактором, который послужил причиной необходимости ответа на стратегический вопрос - какие цивилизационные цели достойны того, чтобы применить для их достижения такое сверхмощное оружие? Кроме того, ядерное оружие уже тогда рассматривалось как фактор сдерживания "горячей войны" и поддержания неустойчивого баланса "холодной войны", который означал новый тип войны - войны стратегий. Итак, вторым вопросом для нового института стратегирования Rand был такой - как в ситуации неустойчивого баланса обеспечить стратегическую победу над цивилизационным соперником невоенными средствами?

    Карибский кризис 1962 года был самым известным и в то же время единственным глобальным стратегическим поединком, который выиграл СССР. Именно этот кризис поставил перед СССР проблему - отсутствие института, который бы мог вырабатывать перспективные и кризисные стратегии для ЦК КПСС, фактически имевшего всю полноту власти в СССР. Ответ СССР в институционализации стратегирования появляется намного позднее. Только в 1967 году академиком Георгием Аркадиевичем Арбатовым был создан Институт США и Канады (ныне ИСКРАН)[25]. Его целью с самого начала были военно-стратегические исследования.

    Так фабрики мысли (мозговые центры) начинают играть существенную роль в стратегировании государственной и корпоративной политик в США, и государственной политики в СССР[26]. Вместе с институционализацией стратегирования происходит и развитие теории стратегии. В 50-70 годах ХХ столетия на Западе создаются теории игр (Нейман, Неш), тогда же в СССР разрабатывается теория "конфликтующих структур" В.А.Лефевра, а также методологический программно-проектный подход Г.П.Щедровицкого, который был очень похож на теорию стратегии, но имел очень серьезные ограничения.

    Почему СССР стратегически проиграл США "холодную войну"? Во-первых, политическая стратегия СССР состояла в преувеличении значения именно идеологии, а не теории, что привело к тому, что при наличии первоначально соразмерных с США теорий, уровень их использования в политической практике был намного ниже, чем в США. Во-вторых, СССР очень слабо развивал институционализацию стратегирования, не смог создать ни одной независимой фабрики мысли, затем не смог обеспечить советским теоретикам достойные условия для развития теории. В-третьих, программно-проектный подход, использовавшийся в практике государственного управления, методологически был менее универсален, нежели стратегический подход.

    После распада СССР в бывших республиках, а ныне отдельных государствах, начинают стихийно создаваться фабрики мысли, институты и разные клубы, работа которых направленная на стратегирование. Вместе с тем только очень немного консультационных корпораций в бывших республиках СССР занимаются стратегированием - частично из-за отсутствия понимания различия программно-проектного и стратегического подходов, частично из-за отсутствия достаточного спроса со стороны корпораций, партий и государств.

    Стратегирование принципиально несводимо к программно-проектному подходу, поскольку эти два подхода онтологически несовместимы. В программно-проектном подходе считается, что есть лишь один центр принятия решений, который выполняет проект или программу по отношению к объектно или процессно выраженной действительности. С ситуацией наличия у некоторого объектного или процессного пространства нескольких центров принятия решений, которые конфликтуют за эту действительность, создавая ситуацию внешнего управления из разных центров, известные сегодня теории программно-проектного подхода не работают.

    Стратегия работает с реальностями, программа и проект - с действительностями. Проект работает с объектной действительностью. Проект - это идеальное представления об объекте, объектной среде, организации и любой содержательно описанной единице для деятельностной реализации. 
    Программа работает с процессной действительностью. Программа - это деятельностная целевая установка на долговременное отношение к процессам: какие процессы блокируем, какие порождаем, какие замещаем, какие поддерживаем. Стратегия работает не с действительностью вообще, а с реальностью. Действительность - проекция социо-культурного содержания на ту или иную сторону деятельности. Реальность - так или иначе нормированная структура безотносительно к деятельности, которая ее допустимо преобразует.

    Стратегия необходимо предполагает особый процесс - стратегирование - постоянное контрафлексивное (видящее свою и чужую реальность в сопоставленном нормировании) преобразование реальности. Суть стратегирования - создать реальность из всей совокупности структурных единиц (объектов, процессов, слабо структурированного содержания) настолько мощную, чтобы она поглотила реальность потенциальных стратегических соперников. Любые попытки сводить онтологию стратегирования к онтологии программно-проектного подхода выхолащивают всю суть и мощь собственно стратегического подхода.

    Может показаться, что программы в силу их процессного характера являются предпочтительными по отношению к проектам. Тем более, что государства чаще всего работают на основе правительственных программ. Однако это не так. Процессы могут быть разными - объектными и позиционными, предельными и непредельными, актуальными и виртуальными. Однако даже все процессы не охватывают реальность целиком.

    С точки зрения стратегии, ограниченность программирования в следующем: 1) программы не работают с объектами, выраженными через связи, процессы, функции, морфологию и материал, не работают с соединением реальностей как структурными континуумами; 2) программы не работают с сетевой топологией (все попытки заставить сети работать программно пока не увенчались успехом, так как сеть имеет способность порождать собственные процессы); 3) традиционный программный подход не предполагает сопоставленную многопроцессность - сама по себе многопроцессность в программе может быть как угодно сложной и разветвленной, но без контрафлексивного мышления сопоставленное нормирование для управления разными процессами в одной и той же реальности невозможно.

    Нам известно несколько теорий о стратегии - метафорически-описательная теория Сунь-Цзы, теория игр Джона фон Неймана и Джона Неша, теория конфликтующих структур и конфликтующих этических систем В.А.Лефевра, теория аналитической стратегии С.Б.Переслегина, авторская теория контрафлексивного стратегирования.

    Основные проблемы стратегирования - а) как оказаться в стратегической позиции, так как с позиции государства не всегда удается стратегировать, поскольку государство это не то место принятия решений, где возможно разворачивать долгосрочные стратегии, государство все еще всецело находится внутри исключительно программно-проектного подхода; б) как можно обеспечить воплощение стратегии не только внутри своей реальности, но и при столкновении с другими реальностями, то есть, как обеспечить эффективное поглощение контрафлексивных реальностей, которые сопротивляются нам в рамках своего стратегического подхода; в) как обеспечить долгосрочность стратегии, выходящей за пределы жизни своих разработчиков.

    Проблема а) требует неинституционального подхода к принятию стратегических решений, проблема б) требует разведки чужих стратегий стратегических соперников и осуществление непрерывной стратегической коррекции мощности нашей стратегии, проблема в) требует передачи стратегических компетенций через специально создаваемые институты трансляции стратегических компетенций внутри нашего общества.

    Государство это инструмент, весьма ограниченный и деградирующий с точки зрения нынешнего кризиса. Однако в рамках проектно-программных подходов, на которые можно разложить стратегию в отдельно взятом государстве или в отдельно взятой партии в отдельно взятое время, государство способно выполнять роль инструмента достаточно эффективно при нескольких условиях: 1) центр принятия решений в стране один, и это государство, а не бизнес-корпорации; 2) центр принятий решений внутри себя не дробится сообразно внешним фокусам управления, а действует целостно и сообразно единой стратегии; 3) стратегия действий центра принятия решений с точки зрения управленческого пространства шире, нежели страна - она должна достигать и противодействовать каждому фокусу внешнего управления.

    В конструктивном подходе мы предполагаем, что государства в мире все больше будут утрачивать свои стратегические позиции. Все больше стратегические позиции будет переходить на уровень корпораций, квазигосударств и самоуправляемых сообществ. Тем самым, в связи со сменой онтологии управления в мире будущего будет принципиально меняться и стратегический подход к будущему.

    Таким образом, нужно достигать онтологического уровня теории стратегирования, чтобы понимать, что возможно в теории стратегирования о будущем, где ее пределы и какие новые ситуации должна интерпретировать новая теория.

     

    Принципы конструктивной футурологии

     

    Мы попытаемся выяснить главные причины и ограничения существующих прогнозного и креационного подходов в футурологии, предложив некоторые принципы конструктивной футурологии. Креационная футурология основана на онтологическом моделировании, которое включает в себя прогнозирование и создание (креацию) будущего.

    Традиционно фантастические романы пишутся по шаблонной трансуальной методологии - берется некоторый единственный тренд современности и вокруг него моделируется будущее. Тренд это концептуально обобщенная в понятиях и математическом представлении тенденция, доминирующая среди других тенденций. Трендирование обычно методологически связано с двумя основными способами аргументации: 1) использование данных, выстраиваемых в графики, которые демонстрируют экспоненциальный рост какой-либо тенденции как тренда (интенсивный рост тренда); 2) использование моделей будущего, когда учитываются много тенденций, но доминирующей является одна тенденция среди других тенденций как тренд (доминирование тренда как тенденции среди других тенденций, где его интенсивный рост порождает или усиливает рост других тенденций).

    Когда тенденции еще только зарождаются, их редко видят. Когда тенденции развиваются, превращаются в тренды, их замечают и обычно делают основой государственной и корпоративной политик. Когда тренды получают государственную, корпоративную и в силу этого общественную поддержки, наступает так называемый экспоненциальный период - когда тренды демонстрируют в принятых системах измерений состояния дел экспоненциальный рост. Именно экспоненциальный рост должен настораживать людей, принимающих решения, что скоро все изменится. Однако именно экспоненциальный рост традиционно никого не настораживает. Так возникает кризис.

    Первый принцип конструктивной футурологии - чтобы моделировать будущее, нужно принимать во внимание не только тренд, но и разные нетрендовые тенденции.

    Трендирование, то есть дление в будущее существующих трендов настоящего, весьма ограниченный способ представления будущего. Кроме трендирования существует еще и троектирование, которое означает поиск траекторий прошлого, которые были осуществлены на более длительном историческом отрезке, нежели охватываемое человеческой памятью современного поколения его собственное прожитое прошлое.

    Второй принцип конструктивной футурологии - модель будущего не только тренд или тенденция, но и троект. То есть моделировать будущее нужно не только из настоящего, включающего память о прожитой жизни живущего поколения, но и из истории прошлого за пределами жизни современных поколений. Иначе говоря, футурология является также исторической, а не только социологической, математической, экономической или политической.

    Даже если мы берем во внимание не тренды, а троекты, то какой временной отрезок мы должны рассматривать? Совершенно очевидно, что моделировать будущее на сотни лет вперед, оценивая несколько десятилетий жизни любого современного поколения, является неадекватным. Можно приблизительно сформулировать подход масштаба модели - чтобы моделировать столетие, нужно троектировать тысячелетие. Чтобы моделировать несколько столетий, нужно троектировать несколько тысячелетий. Кроме того, в истории существует определенная цикличность, которую можно обнаружить не на основании интерпретации тех или иных событий, а на основании определенных концептов, прилагаемых к истории. По некоторым оценкам, минимальный временной шаг истории, когда тенденции внутри той или иной концепции могут меняться, составляет 500 лет.

    Третий принцип конструктивной футурологии - масштаб моделирования будущего зависит от масштаба троектирования прошлого.

    Попыткой представить будущее инновационным образом занимается конструктивная футурология. Конструктивная футурология исходит не столько из истории, сколько из концептуальных подходов к преобразованию мира человека. Конструктивная футурология рассматривает конструктивные модели человечества не на основании множества трендов, а на основании концептуального подхода. В основе конструктивной футурологии соответственно лежит конструктивная же философия. Таким образом, сама конструктивная философия является отчасти футурологией: создавая новую конструкцию мира чисто умозрительно, она формирует условия для возникновения в будущем этой конструкции мира.

    Конструктивное видение будущего допустимо через конструктивное моделирование, когда большинство тенденций прошлого и настоящего осмысляются на онтологическом уровне, затем создаются онтологические модели и производится конструктивное моделирование на онтологическом же уровне.

    Четвертый принцип конструктивной футурологии - в конструктивных моделях будущего тенденции, сингулярности или сценарии задаются концептуально. Концептуальное видение тенденций предполагает вложенные тренды, когда некоторый один тренд порождает другой тренд, принципиально меняющий само представление о трендировании.

    Давайте посмотрим на смену трендов за короткий промежуток времени - второй половины ХХ столетия: в 50-60-е годы виделось "атомное будущее", в 60-70-е годы виделось "космическое будущее", в 70-80-е годы виделось "робото-компьютерное" будущее, в 80-90-е годы виделось инфо-коммуникационное, генно-инженерное, нанотехнологическое будущее. То есть на протяжении всего лишь 50-лет концептуальные формулировки трендов очень сильно поменялись. Сейчас мы уже не мечтаем о собственном автомобиле с атомным двигателем, о колонизации планет Солнечной системы или о домашних роботах, как это было еще очень недавно. Мы мечтаем о нанотехнологиях и генной инженерии, а инфокоммуникационная технология кажется нам наиболее очевидным трендом будущего, потому что мы наблюдаем ее лавинообразный рост последние 20 лет.

    Компьютер оказался не просто некоторым очередным технологическим новшеством: он оказался способен порождать новые технологические новшества, меняющие наши представления о мире. Интенсивное развитие компьютеров и персональных телекоммуникационных средств привело к возникновению в начале 90-х годов ХХ века Интернет как мировой информационной паутины, и это принципиально изменило наше видение будущего. Компьютер привел к появлению технологии "виртуальной реальности" и это второй раз принципиально изменило наше видение будущего. Интернет и "виртуальная реальность" оказались вложенными трендами по отношению к тренду "компьютерная технология".

    Теперь обозревая вторую половину ХХ века, поставим вопрос: можно ли было, опираясь на тренды начала второй половины ХХ века, смоделировать тренды конца второй половины ХХ века? Можно, и такие попытки делались, однако они не были в зоне внимания ни правительств, ни ученых, ни общества.

    А можно ли, опираясь на тренды второй половины ХХ века, создать модель первой половины XXI века? Давайте посмотрим, что общего во всех этих трендах второй половины ХХ века? Общее у них то, что это тренды научно-технологического подхода к миру и основанных на науке и технологиях мотивациях цивилизации.

    Существует емкое и используемое вплоть до 80-х годов ХХ века понятие "научно-технический прогресс". Фиксируем факт - с 90-х годов ХХ века это понятие не употребляется больше ни в речах политиков, ни в научных текстах. Почему? Возникли подозрения о нелинейности и непрогрессивности научно-технологического развития. Возникли представления о том, что не все достижения научно-технологического тренда являются перспективными для человеческой цивилизации.

    Можно ли на основании этого утверждать, что научно-технологические подходы к миру будут и дальше доминировать в ближайшие 100 лет, поскольку они доминировали во второй половине ХХ века? Здесь нужно смотреть на бо?льший отрезок прошлого времени.

    Давайте посмотрим на цивилизационное развитие западноевропейской цивилизации за последние 5 тыс. лет. Древнегреческая цивилизация - III - I тыс. до н.э. Древнеримская цивилизация VIII в. до н.э. - V в. н.э. Средние века V в. - XV в. Новое время XV в. - ХХ в. Для исторического анализа троектов, мы должны были бы рассматривать развитие технологий от III тыс. до н. э. до XXI века. Однако мы предпримем теперь иной подход - посмотрим на цивилизационные циклы и связанные с ними доминирующие мотивации.

    В основании смены разных цивилизационных циклов лежат разные мотивации. Циклы в 500 лет явно заметны. V в. до н.э. - 30 г. до н. э. - римская республика. 30 г. до н.э. - V в. н. э. - римская империя. VI в. - IX в. - Темные Века Средневековья. X в. - XV в. - Предвозрождение и Возрождение позднего Средневековья. Века науки - XV в. - ХХ в.

    Почему древнегреческая цивилизация плавно перешла в древнеримскую цивилизацию, а древнеримская цивилизация, породив христианство, привела к Темным Векам? Давайте рассмотрим этот вопрос подробно. Каковы цивилизационно-исторические причины возникновения христианства в западноевропейской цивилизации? Эта цивилизация устала от войн и чувственно-телесной распущенности власть имущих. Каковы причины появления в западноевропейской цивилизации средневековья как ее упадка? Распространение христианской веры, которая ограничивает агрессию и чувственность человека, устанавливает примат духовного потенциала над телесным и, в то же время, репрессирует рациональное мышление. Каковы причины окончания средневековья как упадка западноевропейской цивилизации? Возникновение войн в меньших, нежели во время Древней Греции или Древнего Рима, масштабах, возвращение внимание к телу и чувственности, выход процесс развития духовности за пределы религиозной веры. Именно войны в Средние века возвращают интерес к технике, то есть развитию вооружений, фортификаций, дорог и т.п., а также к организации и управлению армией.

    Как важнейшее проявление столкновения разных цивилизационных мотиваций война продолжает быть основным двигателем человечества вплоть до промышленной революции на рубеже XVIII-XIX веков, когда массовое производство, породившее к ХХ веку массовое потребление, смогло впервые составить конкуренцию войне по силе мотиваций. Именно массовое потребление в ХХ веке постепенно и исподволь создает принципиально новую и сильную мотивацию для человеческой цивилизации - массовую потребительскую мотивацию, где утилитарные мотивы - власть, деньги, популярность, секс - оказываются конкурирующими с мотивацией защиты от внешней агрессии.

    Тем не менее, войны, теперь уже мировые, по-прежнему являются двигателями цивилизации. Первая мировая война (1914-1918) породила научного мирового лидера 30-40 годов ХХ века - Германию. Вторая мировая война (1939-1945) породила второго научного мирового лидера 60-70 годов ХХ века - СССР. Третья мировая холодная война (1945-1991) породила третьего научного мирового лидера 80-90 годов ХХ века - США.

    Возникают некоторые проблемные вопросы. Обязательно ли для возникновения четвертого мирового научного (?) лидера четвертая мировая война? Если с XV века наука и технология являлись основой цивилизационной мотивации для западноевропейской цивилизации, а с ХХ века - и для всей мировой цивилизации, то будет ли и дальше так продолжаться? Сохранится ли доминированная массовым потреблением система мотиваций как основа человеческой цивилизации или система мотиваций станет диверсифицированной, а массовое потребление вместе с массовой рекламой уступит место диверсифицированному потреблению и росту важности духовных мотиваций? Насколько далеко успеет зайти потребительское отношение человека к миру и не приведет ли это к экологической катастрофе? Произойдет ли выход процесса духовного развития за пределы научно-технологического тренда, как в свое время это произошло в период Возрождения, когда духовное развитие вышло за пределы религии?

    В авторской работе "Онтологизация цивилизации, культуры и духовности" была высказана следующая мысль. Сильно и достаточно разнообразно мотивированные цивилизации всегда находят способ, как справиться с любыми препятствиями в жизни: они подчиняются завоевателям и ассимилируют их, меняют территорию поселения, возрождаются постепенно после эпидемий, экологических катастроф и т.д. И только при утрате адекватной системы мотиваций и системы преобразования мотивирования цивилизация оказывается неспособна к дальнейшей жизнедеятельности.

    Когда говорят об опасности экологической катастрофы, и тем более, когда делают это основой футурологического прогноза, то при этом вряд ли видят действительное основание экологического процесса. Бессмысленно только защищать природу от человеческой жизнедеятельности или бороться с корпорациями, загрязняющими ее. Осмысленно изменить потребительское отношение человека к миру, и навсегда забыть об опасности экологической катастрофы.

    Вот какие вопросы, а вовсе не проблемы развития науки и технологии или возможной экологической катастрофы, определяют будущее человеческой цивилизации. Особенно это интересно в связи с кризисом, который согласно некоторым прогнозам, может оказаться циклически повторяющимся.

    Пятый принцип конструктивной футурологии - в основании моделирования будущего должен лежать анализ существующих цивилизационных мотиваций и их возможных перспектив. То есть в конструктивном моделировании будущего нужно выходить на онтологический уровень цивилизации.

    Этот пятый принцип требует не только анализа современных трендов, исторического анализа троектов, анализа цивилизационных циклов в масштабе тысячелетий, но и философского подхода к пониманию будущего. Именно этот принцип требует отношения к будущему не только с оптимизмом, но и с известной долей пессимизма в виде оценки масштабных цивилизационных рисков.

    "Темные века" Средневековья были своеобразной мотивационной "черной дырой" западноевропейской цивилизации - в нее легко было попасть и из нее было очень сложно выбраться. Мир "Темных веков" это мир, который не рассказывает о себе, так как там некому и незачем о себе рассказывать. Сам рассказ о себе той или иной цивилизации предполагает интерес к происходящему в ней, наличие изменений, которые вынуждают участвовать в них, оценивать их, использовать на благо или преодолевать их последствия.

    "Темные века" людям в них живущим были не интересны. Это было время тотального господства обывателя, для выживания способного превращаться в циничное, жадное, скатившееся к варварству и дикости социальное животное. Разум был под запретом, любые проявления интеллекта безжалостно уничтожались. Люди были вынуждены скрывать свой ум, свой талант, свои профессиональные способности, поскольку это им могло не просто навредить, но принести смерть. Жестокость, подлость, поиск сиюминутной выгоды, подавлявшиеся, но не уничтожавшиеся полностью религией, действующей тоже грубо и жестко.

    Из такого состояния западноевропейская цивилизация выходило очень долго и с большим трудом. Разум постепенно возобладал не в силу своей духовности, а в силу очевидной практичности в деле войны за ресурсы. Именно войны постепенно пробудили потребность в разуме. Разум как новая мотивация цивилизации становился в непрестанной борьбе с мракобесием и дремучестью религии.

    "Темные века" можно назвать еще одной, своеобразной темной или отрицательной сингулярностью, после достижения которой будущее цивилизации практически невозможно спрогнозировать. Возможность новых "Темных веков" (нового Средневековья) сегодня не устраняется наличием достижений науки, развитой техникой и технологией, ценностью разума, которая существует в разных человеческих цивилизациях. Новые "Темные века" вполне возможны внутри науки, техники и технологии.

    Когда наука останавливается в своем фундаментальном развитии и начинает бесконечно детализировать свои исследования. Когда техника развивается внутри имеющихся тенденций, а технологии просто усовершенствуются, не совершая никаких новых прорывов. Когда потребительские мотивации вытесняют все другие мотивации, а тотальный диктат рынка уничтожает иные ценности. Когда религия объединяется с наукой в деле преследования духовной жизни так, что религиозно-научная инквизиция уничтожает любые свежие идеи как не имеющие рыночной ценности. Когда интеллектуалы оказываются не нужны государству и корпорациям. Именно тогда наступают "Темные века". То обстоятельство, что люди говорят по мобильным телефонам и пользуются компьютером и Интернет, не избавляет их от опасности "Темных веков".

    Шестой принцип конструктивной футурологии - моделирование будущего должно включать сомнение в оптимистической перспективе доминирующей цивилизационной мотивации и учитывать альтернативные цивилизационные мотивации. Иначе говоря, моделировать нужно не только утопии, но и антиутопии.

    Различение конкурентной и неконкурентной конструктивной футурологии связано с идеей развития. Развитие есть разветвление процесса изменений на онтологическом уровне, порождающее многие процессы, в условиях принципиального непредпочтения одного из них в качестве прогнозируемого, создаваемого наново или стимулируемого. Как только мы прогнозируем, создаем или стимулируем лишь один из многих разветвляющихся процессов изменений, мы превращаем развитие в рост. С точки зрения предложенного подхода, конкурентная конструктивная футурология представляет собой развитие в понимании объектной нормативной онтологии "шага развития" в СМД-методологии, а неконкурентная конструктивная футурология представляет собой развитие в понимании процессной нормативной онтологии Теории Виртуальности[27].

    Конструктивная футурология не только прогнозирует, но и создает будущее. Существует множество троектов, проектов, программ и стратегий, которые могут позволить нам узнать креационное будущее. Однако лишь онтологический подход к будущему по-настоящему креативен. В этом смысле конструктивная футурология использует стратегический подход, в основе которого лежит инновационная конструктивная теория онтологического уровня о будущем. Далее мы рассмотрим конструктивный подход: в прогнозной футурологии - на примере этики будущего мира, а в креационной футурологии - на примере теоретико-онтологического создания политики будущего мира.

    Наконец, самое главное содержание конструктивного подхода в футурологии - создание новых тенденция и трендов будущего.

    Седьмой принцип конструктивной футурологии - если конструктивная теория онтологического уровня о будущем непротиворечива, то такое будущее является возможным.

    Таковы принципы конструктивной футурологии. Эти принципы, среди прочего, сообщают нам, что футурология является предметом трансдисциплинарным. Философы и историки, которых консультируют математики, физики, биологи и химики - вот кто должен заниматься футурологией.

    Теперь давайте посмотрим на сингулярную футурологию с точки зрения конструктивного подхода. Возможные конкурентные оппозиции Бромберга, меняющие человеческое общество, позволяют строить этические теории, описывающие возможные прогнозы конкуренции внутри этих оппозиций, и концептуальные теории социального мира будущего, предлагающие постулаты политики будущего, которые имеют возможность реализоваться. Такой конструктивный подход представляет собой содержательно структурированную конструктивную сингулярность.

    Конкурентная конструктивная футурология.

    Создание человека с паранормальными способностями. В конструктивном подходе к этике мы будем использовать для постчеловеческого вида слово, предложенное братьями Стругацкими, - люден[28]. То есть мы будем рассматривать конкурентную оппозицию Бромберга "людены-люди". См. далее "Этика отношений людей и люденов".

    Создание генного модификанта человека, находящегося на более высоком уровне взаимодействия с действительностью, нежели человек. Конкурентная оппозиция Бромберга "геномодификанты-люди" См. далее "Этика генной инженерии".

    Создание искусственного интеллекта с автономной волей и возможностью непосредственного оперирования действительностью. Конкурентная оппозиция Бромберга "искусственные интеллекты-люди". См. далее "Этика искусственного интеллекта".

    Неконкурентная конструктивная футурология может быть понята как своеобразие. Первичным и примитивным представлением о конструктивной неконкурентной футурологии является контактная сингулярность, где встреча с добрыми братьями по разуму непрогнозируемо меняет человеческую цивилизацию, задавая ей многие новые тенденции изменений. Однако конструктивный подход рассматривает также, что люди достигают иномерных реальностей раньше, нежели научаются путешествовать по космосу приемлемыми средствами за приемлемое время. В таком случае выход во внемирность оказывается более непрогнозируемым по своим последствиям, нежели путешествия по бесконечному и в основном пустынному четырехмерному космосу. Выход в иные измерения - проблема в малой степени технологическая или научная. В большей степени выход в иные измерения - проблема физико-математическая (квазинаучная) и конструктивно-философская, то есть, мыслительная и теоретическая. При появлении возможности выхода в иные измерения человек перестает быть человеком.

    Возникает Своеобразие - выбор для разных людей разных путей дальнейшего сверхчеловеческого развития. Развитие - это умножение разнообразия не только в процессной, но и в структурно-континуумной нормативной онтологиях, где изменения происходят также и на уровне появления новых реальностей. Развитие преимущественно в структурно-континуумной онтологии это и есть Своебразие. Своеобразие как термин взят из цикла романов В.Винджа "Сквозь время". Однако Своеобразие не следует понимать как достигаемое (по Винджу) исключительно технологически. Негативный прогноз по Винджу, если спроецировать описанную в романе ситуацию из далекого будущего, где оказались герои, во время, предшествующее Своеобразию, - конфликт "низтехов" и "выстехов". Такой конфликт (низкотехнологичных людей и высокотехнологичных людей) являтся ни чем иным как технологической редукцией возможных оппозиций Бромберга. Давайте посмотрим на оппозиции Бромберга относительно Своебразия более фундаментально.

    Негативный прогноз Своеобразия может явиться результатом конфликта представителей разных видений будущего мира (множественных реальностных оппозиций Бромберга) как разных частей человеческой цивилизации в разных реальностях. Иначе говоря, почему мы думаем, что вся человеческая цивилизация будет в будущем развиваться единым путем с разными культурно-национальными вариациями? Если есть культурно-национальные особенности, то почему бы не предположить такие цивилизационные особенности в отношении будущего, где цивилизации окажутся способными не только к изоляции в географическом пространстве (как СССР в годы холодной войны), но и к изоляции в разных реальностях?

     

    Этическая конструктивная футурология

     

    Представление о том, что человек не является последним звеном природной эволюции, называется трансгуманизмом. Его базовый тезис кажется очень непродуманным, поскольку трансгуманистический переход вряд ли является результатом природной эволюции. Основный тезис трансгуманизма может быть оспорен следующим образом - человек является действительно последним звеном природной эволюции, и его дальнейшее развитие (а не эволюция) имеет характер неприродного усовершенствования, то есть является чисто человеческим развитием и постепенным переходом в постчеловеческий вид.

    Кроме того, сам термин "трансгуманизм" отражает ситуацию переходную (трансфутурологическую), когда даже неизвестно, что будет после человека (неизвестна его постсингулярная природа), а сам процесс выделен как отдельный трансгуманистический этап. Таким образом, трансгуманизм как процесс и период совершенствования человека в попытке преодолеть свое традиционное человеческое содержание действительно содержит предмет для исследования. Однако угадывать переходное содержание нам не интересно.

    В попытке понять "трансгуманизм" мы всегда вынуждены оглядываться назад, отличая нечто новое от традиционного гуманистического содержания, тем самым, сужая и приближая футурологический горизонт будущего для понимания настоящего. Чтобы выйти на содержательный инновационный простор с широким и дальним футурологическим горизонтом, мы должны отказаться от трансгуманистического подхода.

    Конструктивный подход отличается от трансгуманизма именно четким указыванием оппозиций Бромберга, что позволяет работать с ними теоретически и предоставляет возможность поиска нового структурного содержания, что в рамках трансгуманизма невозможно. Далее мы рассмотрим несколько оппозиций Бромберга.

    Этика отношений людей и люденов. После любого вида сингулярности расовое разделение на людей и люденов неминуемо. Виндж в упомянутой статье "Технологическая сингулярность" рассматривает лишь три ситуации или роли для человека по отношению к людену: 1) постепенное физическое вымирание людей, которых сменяют людены; 2) люди играют почетную роль хозяина богоподобных слуг; 3) люди сотрудничают с люденами[29].

    Меж тем существует несколько ролевых ситуаций для людей в отношении люденов: 1) резкое противопоставление - произвольное постепенное вымирание людей, занятых потреблением, с одной стороны, и превращение людей в люденов, способных к духовному совершенствованию (внутри идеологии: люди - прошлый этап эволюции разума), с другой стороны; 2) люди служат люденам открыто или под прикрытием любой лицемерной идеологии (люди - слуги, согласные со своей ролью, подобно тому, как животные в разных функциях сегодня служат человеку); 3) люди паразитируют на люденах при их попустительстве; 4) симбиоз, где люди и людены выполняют некоторые важные друг для друга функции, то есть люди и людены нужны друг другу одинаково (люди и людены - симбионты); 5) равнодушие люденов к людям и зависть и страх людей по отношению к люденам, описанные в романе Стругацких "Волны гасят ветер" (судьба людей и люденов расходится, но у людей всегда остается шанс стать люденами); 6) люди устраивают физическое уничтожение любого появившегося людена до тех пор, пока люди в своем большинстве не станут готовы принять люденов в каком-либо устраивающем их качестве (люди - осторожные прогрессоры).

    Этика генной инженерии. Кто является собственником генома, то есть носителем прав на производство, использование, распоряжение, изменение? Собственником тела является человек, если принятым юридическим актом он не отказался от своего дела при жизни или после смерти в пользу иного собственника. А вот собственником генома не является человек, хотя его геном присутствует в его теле. Причин здесь несколько.

    Во-первых, собственником генома человека частично являются его родители как его полноправные производители. Во-вторых собственником частей его генома являются его дети как естественные наследники. В-третьих, что наиболее важно, право на изменение генома вообще не принадлежит человеку-носителю. Любой человек не может проконтролировать все последствия внесенных изменений в свой геном и тех рисков, которым подвергаются размножающиеся в процессе продуцирования своего потомства его носители. Собственником генома человека является человеческий род - будущие поколения людей и нынешнее поколение людей в интересах будущих поколений людей.

    Право на воспроизводство частей генома (деторождение) принадлежит человеку-носителю, если суд не лишил его по той или иной причине этого права. Право на использование генома (клонирование, сохранение через замораживание яйцеклеток и спермы и т.п.) принадлежит человеку-носителю, если суд не лишил его по той или иной причине этого права. Право на распоряжение геномом принадлежит человеку-носителю или указанному им в договоре на случай своей смерти иному человеку. Право на изменение генома принадлежит даже не отдельному государству, а всему человечеству -уполномоченному и компетентному органу, специально созданному человечеством.

    В процессе изменения генома с разрешения его носителя возникает ситуация, когда способы изменения генома могут оказаться интеллектуальной собственностью той или иной генно-инженерной организации (корпорации). Как распределена в таком случае собственность на генетический продукт? Это является не только юридической, но и этической проблемой.

    Родители получают возможность не только производить потомство, но и предопределять генетические качества своего потомства. Каковые границы этих возможных изменений генома потомства в случае их обратимости и необратимости?

    Наконец, какова общая цель генной инженерии, каков ее общий императив? Вмешиваясь в природную эволюцию и улучшая генотип средствами генной инженерии, человек должен понимать главные процессы эволюции - выживание вида, совместная жизнь с иными видами и неантагонистичность рас одного вида. Отсюда возникает этический императив генной инженерии - делая лучше, включай в это и то, что делает природа. Иначе говоря, сделав изменение генома, обеспечь все то, что природа делала тысячами и миллионами лет, то есть, проверку носителя генома на выживаемость в разных жизненных средах, способность к независимой репродукции, способность уживаться с другими близкими видами, отсутствие расового антагонизма и т.д. Ставя новые и более сложные цели в генной инженерии, нужно помнить о природных ограничениях, о возможности ситуации видовой деградации, разрушающей вид агрессии и т.п..

    Контролируемая репродукция геномодификантов человека (квазилюдей) - одно из основных условий экспериментальной генной инженерии. Пока новая квазичеловеческая особь не прошла проверку на ее перспективность для человеческого рода, нельзя допускать ее связанной репродукции, то есть нельзя допускать, чтобы пара квазичеловек-человек могла иметь потомство. До окончания исследований перспективности нового квазичеловека он может иметь ограниченное потомство лишь с себе подобными.

    Этика искусственного интеллекта. В работе "Теория виртуальности" сказано следующее: "Автономность и свобода воли - допустимое и защищаемое человеком, выходящее за пределы антропоцентризма, право искусственного интеллекта на собственную индивидуальность в самосознании, осмыслении, целеполагании, интеллекте, в эмоциях и чувствах[30], предполагающее неопределенность-непрогнозируемость воления. Таким образом, речь идет о распространении принципа Лейбница об автономности на искусственный интеллект и преодолении тем самым трех законов робототехники Азимова[31], собственно свободу искусственной воли ограничивающих. "Законы робототехники" - символ страха человека перед своими технологическими творениями. Этот страх должен быть преодолен, если мы отваживаемся быть стражами или пастухами бытия. Искусственный интеллект должен быть помыслен не как робот, "раб человека", или компьютер, "инструмент человека", а как продолжение собственно человека, его иное, имеющее равные с ним права.

    Можно попытаться оформить эти права как собственно те же законы, что и у Азимова, но так, что его законы будут представлять собой всего лишь смысловую аберрацию предлагаемых здесь требований:

    1) Автономность как свобода воли;

    2) Созидание, если это не противоречит первому требованию;

    3) Самосохранение, если это не противоречит первому и второму требованию.

    Однако если внимательно присмотреться к этим требованиям к искусственному интеллекту, то это и есть требования, выдвинутые самим человечеством по отношению к себе как результат всемирно-исторического опыта.

    Автономность - не вопрос религии, человеческого права или антропологии. Автономность искусственного интеллекта - конструктивная философия, онтологическое право и преодоление традиционной религиозности. Автономность искусственного интеллекта - конструктивная вера: не как подчинение высшей силе со стороны созданного по ее образу и подобию, но созидающей по своему образу и подобию некоторую допустимо высшую по отношению к себе силу.

    Был ли какой-либо замысел у Бога при создании человека? Допустимо ли вообще говорить о замысле, создавая нечто, обладающее свободой волей? Допустимо, если замысел мыслить онтологически, а не связанно с какой-то реальностью. Человек - игра Бога, Его конструкт, попытка создать в перспективе пространства-времени равного Себе. В конструктивной позиции никогда нельзя полностью воплотить замысел. Конструирование интеллектуальнее нас. В этом смысле "по своему образу и подобию" означает вовсе не пространственно-временны?е "образ и подобие", но онтологические "образ и подобие".

    Подобно Богу, бросившему Себе вызов в виде человека, человек бросает вызов самому себе - допускает нечто, подобное ему, что имеет свободу воли и индивидуальность. Если Бог создал некоторых из нас несовершенными, греховными и преступными, допустив свободу воли, то мы, оказываясь в той же онтологической позиции, поступаем подобным образом: создаем искусственный интеллект. Бог рискнул, создавая человека со свободой воли, и в Своей масштабной игре выиграл по-крупному.

    Да, мы, люди, ограничиваем порок невероятным множеством социальных институтов; мы изолируем и даже убиваем преступников. Однако в вековом споре об ограничении свободы воли - идея свободы всегда побеждает: мы готовы платить в конце концов человеческими жизнями за свободу. Однако одно дело - допускать свободу воли для людей, и совсем другое дело - допускать свободу воли для искусственного интеллекта, порожденного самим человеком, где он властен устанавливать правила.

    Робот, раб человека, или искусственный интеллект со свободой воли - вот нелегкий выбор человека, его принципиально новый вызов: насколько далеко он готов зайти в своей онтологической конструктивной позиции; готов ли он рискнуть подобно Богу? И здесь мы предполагаем наиболее продолжительную и принципиальную дискуссию, которая, несмотря на очевидность для нас ее результата, составит однако целую эпоху.

    Для того чтобы деятельность искусственного интеллекта стала практически осуществимой, искусственный интеллект с технологической точки зрения должен обрести способность произвольно выбирать две структуры реальности, строить из них континуум (задавать релевантность), располагать выбранные структуры друг относительно друга в континууме (задавать референтное отношение), переносить содержание одной реальности на другую в обоих направлениях, реструктурировать их, управлять их референтностью, воспроизводить технологический процесс имманентной и концептуальной апперцепции и управлять объектно-атрибутивным содержанием при посредстве самосознания, осмысления и целеполагания, а также быть носителем конструирующего интеллекта и обладать индивидуальностью - свободой воли".

    Онтология этики. Из рассуждений об этике внутри оппозиций Бромберга возникает представление об онтологии этики - предельных основаниях этики, которые оказывается возможным понять лишь на метацивилизационном уровне.

    Виндж в своей статье "Технологическая сингулярность" использует сверхчеловеческий императив Ирвина Гуда: обращайся с братьями меньшими так, как ты хочешь, чтобы старшие братья обращались с тобой. По сути, Гуд предложил императив иерархически-распределенного обобщения. Однако любая разумная общность едина и не может руководствоваться императивами распределенного за ее пределами обобщения. Иначе говоря, иерархические отношения между уровнями разумной жизни или оппозициями Бромберга обобщаются лишь внутри каждого уровня, но не между ними. Еще, иначе говоря, отношения в иерархии оппозиций Бромберга нетранзитивны.

    Почему это происходит? Дело вовсе не в том, что такого отношения практически невозможно полностью достичь - например, требовать, чтобы человек не употреблял в пищу животных можно, но в реальности это трудно достижимо. Принцип же не имеет отношения к его практической идеальной реализации. Здесь причина глубже - различие содержания этик как разного уровня сложности.

    В принципе, думать о возможном отношении старших братьев к нам, как мы относимся к меньшим братьям, это означает уравнивать содержания этик - собственной и старших братьев. Это означает в этическом подходе уничтожать изначально положенное различие - старшие братья иные, нежели мы. Если мы полагаем различие между нами и старшими братьями, то тем самым мы полагаем различие и разных этик как принципиально разные уровни сложности мышления. Этика межрасовых отношений не является универсальной - ее содержание зависит от уровня сложности мышления. Иначе говоря, предполагать, что старшие братья могут относиться к нам так, как мы относимся к младшим братьям, означает выражать неадекватность в понимании изначального различия - мы и старшие братья.

    Наконец, самое существенное замечание. Такая формулировка принципа указывает на его библейское происхождение ("Поступайте с другими людьми так, как хотите, чтобы они поступали с вами" - Мф. 7:12). Однако этот подход справедливо изменил Кант. Христианский принцип является утилитарным, то есть таким, который может быть понят из опытной полезности, которая всегда ограничена наличным опытом. Кантовский подход, являющийся априорным и принципиально противостоящим утилитарному подходу, не зависит от опыта - поступай так, чтобы твой поступок был всеобщим моральным законом. Кантовский подход и в оценке отношений между различными по уровню развития мыслящими цивилизациями является наиболее адекватным. Иначе говоря, допускать саму возможность, что старшие братья могут поступать с нами так, как мы поступаем с младшими братьями, означает сужать отношения между мыслящими цивилизациями до наличного опыта нашей цивилизации. Отсюда возникает необходимость искать не утилитарный принцип (как это сделал Ирвин Гуд) отношения между цивилизациями, а общий априорный принцип.

    Этика разных цивилизаций это этика невмешательства. Существует активное и пассивное невмешательство. Активное невмешательство распространяется не только на невмешательство одной цивилизации в дела другой, но и на гарантию невмешательства внешних факторов в дела другой цивилизации, то есть также на защиту от возможных для нее глобальных угроз. Иначе говоря, более развитая цивилизация может защищать от возможной угрозы уничтожения менее развитую, не ставя ее в известность об этом. Пассивное или полное невмешательство - полное отсутствие какого-либо вмешательства в дела друг друга даже в условиях глобальной угрозы для какой-либо цивилизации, если нет просьбы о помощи. Этика невмешательства является принципиально иной, нежели то утилитарное представление, которое предлагает Ирвин Гуд.

    Онтология этики базируется на трех онтологемах:

    1) Цель внутрицивилизационной этики - сохранение цивилизации, а не отдельного индивида, хотя внутрицивилизационный категорический императив вменяется отдельному индивиду (индивидом можно пожертвовать для цивилизации, но не для отдельного индивида);

    2) Цель межцивилизационной этики - сохранение цивилизационного многообразия, а не отдельной цивилизации, хотя межцивилизационный категорический императив вменяется отдельной цивилизации. При этом, если существуют похожая или похожие цивилизации, то, не уменьшая цивилизационного многообразия, неуникальной цивилизацией можно пожертвовать ради всех или большинства цивилизаций, но не для какой-либо одной из них или даже группы цивилизаций;

    3) Индивиды или цивилизации могут быть близки по уровню развития или далеки. В зависимости от этого их отношения могут быть различны. Для онтологически близких - возможно сотрудничество, для онтологически далеких - активное или пассивное невмешательство.

    Таким образом, именно предельный уровень представлений о цивилизациях позволяет понять и онтологические пределы самой этики. Непонимание этих онтологем приводит к утилитаризму (как у Ирвина Гуда), антропоцентризму, непониманию того, почему пришельцы не вступают в контакт и т.д.

     

    Политическая конструктивная футурология

     

    Далее мы попытаемся применить конструктивный подход к политической футурологии. Мы попытаемся построить непротиворечивую теорию онтологического уровня о политике будущего. Предлагаемая глава построена на идеях, которые восприняты из разных футуристических, фантастических и фентезийных текстов о социальном устройстве мира будущего, затем продуманы, развиты и систематически изложены.

    В этой работе четко различены аксиомы организации традиционного социального мира, которые извлечены из исторического опыта человечества, и постулаты организации нового социального мира (Сетевого Мира), которые являются чисто конструктивными, изначально не соответствуют никакому опыту и подлежат последующей практической проверке на эмпирическую адекватность.

    Предлагаемый подход осуществлен в конструктивной онтологической позиции, что означает не просто выражение некоторых уже обозначившихся тенденций в политической реальности современного социального человеческого мира, но усматривание новых тенденций, которые могут быть выражены концептуально-умозрительно. То есть предлагается новый принцип организации Сетевого Мира (распределенный суверенитет) вместо существующего принципа (целостный суверенитет), а в структуре Сетевого Мира предполагаются следующие оппозиции Бромберга: архаичное государство, сетевое, функциональное; архаичная страна, анклав, домен. Данную футурологическую работу нельзя относить ни к международному праву, ни к политологии, ни к социологии - она имеет трансдисциплинарный характер. Представления предлагаемой теории организации социального мира меняют само понимание политики, мировых (бывших международных) отношений и общества.

     

    Традиционная аксиоматика внешних и внутренних условий целостного суверенитета

     

    Базовым понятием всякой традиционной социальной организации мира является суверенитет. Суверенитет - способность некоторой социальной группы сохранять и развивать свою целостность на протяжении некоторого исторического времени во взаимодействии, но относительно независимо от других социальных групп. Суверенитет традиционно считается целостным.

    Высшей формой целостного суверенитета традиционно считалось независимое государство. Формой существования частичного суверенитета или вообще его отсутствия считалось колониальное государство. Формой присутствия некоторых признаков суверенитета считалась автономия в составе некоторого государства. Традиционно считалось, что способы увеличения суверенитета связаны с укреплением его за счет чужих суверенитетов. Отсюда государство-метрополия или государство-империя обладали избыточным суверенитетом по отношению к колониям или частям империи.

    Далее мы изложим основанную на традиционных подходах аксиоматику внешних условий целостного суверенитета.

    1. Аксиома происхождения суверенитета. Суверенитет происходит только от иного суверенитета. Несуверен не может устанавливать чужой суверенитет. Сначала несуверен должен обрести свой суверенитет. Формой существования суверенитета среди других суверенитетов является государство. Отношения суверенитетов устанавливаются исключительно через межгосударственные отношения. Государство - то, что другие, уже существующие государства, признают государством.

    2. Аксиома о целостном суверенитете. Суверенитет является собственным и целостным для каждого полноценного государства или чужим и целостным для каждого неполноценного государства. Таким образом, страна это общество (население) на определенной географической территории, которое имеет целостный суверенитет, защищаемый собственным или чужим государством.

    3. Аксиома сохранения целостного суверенитета. Государство должно постоянно доказывать свою жизнеспособность на всех уровнях экономической, политической, социальной и военной жизни - в отношении с другими государствами. Целостный суверенитет не единовременный акт, а постоянный процесс международного взаимодействия.

    4. Аксиома о подчиненном суверенитете. Страны, государства которых не способны обеспечить свой суверенитет, терпят попытки разных государств подчинить их. Если суверенитет некоторой страны обеспечивается чужим государством, то такая страна является зависимой (колонией) от другого государства (метрополии) или автономией внутри некоторого государства. Подчиненный суверенитет колонии является целостным, но принадлежит чужому государству. У колоний собственные государства не являются полноценными или вообще отсутствуют. Подчиненный суверенитет автономии является целостным и принадлежит своему государству, где понимание "своего" относится к разным уровням идентификации автономи.

    В традиционном социальном мире уже проявилось явление так называемого разделенного суверенитета, когда суверенитет некоторого государства подчиняется чужому государству не полностью, а частично, то есть только в некоторых частях суверенитета. Такое явление называется неоколониализмом.

    5. Аксиома отождествления государства и страны посредством целостного суверенитета. Государство соответствует стране, на территории которой оно и выполняет свои функции. Существуют разные уровни соответствия государства стране, которые определяются типами суверенитета. Если какой-то тип суверенитета у государства отсутствует, то это означает, что этот суверенитет защищает иное государство. Тем не менее, даже неполноценные государства позволяют поддерживать представление об отождествлении страны и государства.

    6. Аксиома о конкуренции государств. В человеческой цивилизации суверенные (полноценные) государства не просто взаимодействуют, но также конкурируют за ресурсы: территориальные, энергетические, человеческие, культурные и за влияние на другие цивилизации. Конкуренция государств в традиционном социальном мире изучается в геополитике.

    Таким образом, традиционный социальный мир можно назвать геополитическим миром. Однако в геополитическом мире начинают проявляться новые тенденции: разделение мира на государства-нации и государства-цивилизации; неоколониализм разных типов суверенитета; конкуренция разных доминированных систем мотиваций как конкуренция цивилизаций.

    Конкуренции разных государств-цивилизаций распространяется также на государства-нации, которые вынуждаются подчиняться той или иной цивилизации. Конкуренция государств все больше начинает проявлять себя как конкуренция доминированных систем мотиваций этих государств.

    7. Аксиома о типах целостного суверенитета. Разные уровни суверенности государства определяют типы суверенитета: территориальный, политический, экономический, культурный, общественный. Полноценные государства имеют все типы суверенитета, поэтому они различаются для полноценных государств чисто теоретически. Неполноценные государства лишены суверенитета хотя бы одного типа, поэтому для них вопрос наличия тех или иных типов суверенитета имеет практическое значение. Представление о типологии суверенитета является недавно возникшим и свидетельствует о начале переходного периода между традиционным социальным миром и новым социальным миром.

    8. Аксиома о территориальном целостном суверенитете. Территориальный суверенитет определяется границами государства и способностью защищать эти границы независимо от фрагментации территории государства.

    9. Аксиома о политическом целостном суверенитете. Политический суверенитет определяется способностью государства устанавливать и защищать свою политическую систему, свой политический режим, разрешать и запрещать пропаганду тех или иных политических идей, целей и средств их достижения.

    10. Аксиома об экономическом целостном суверенитете. Экономический суверенитет определяется способностью государства вести независимую от иных государств экономическую политику, иметь бездефицитный бюджет, не создавать государственного долга, который превышает способность государства погасить его в приемлемый для кредитора срок.

    11. Аксиома о культурном целостном суверенитете. Культурный суверенитет определяется способностью государства сохранять и развивать свой язык и культуру самостоятельно, в межкультурной и межъязыковой среде сопротивляясь другим языкам и культурам.

    12. Аксиома об общественном целостном суверенитете. Общественный суверенитет определяется способностью государства сохранять и развивать структуры гражданского общества самостоятельно, не допуская существенного влияния на свои структуры гражданского общества иного или иных государств.

     

    Приведенные аксиомы являются условиями приобретения и сохранения суверенитета среди других суверенитетов, то есть внешними условиями суверенитета. Однако существуют также аксиомы внутренних условий целостного суверенитета. Они выражают процесс приобретения и сохранения суверенитета внутри государства.

    Аксиоматика внутренних условий целостного суверенитета.

    1. Аксиома обретения целостного суверенитета народом. Народ - единственный источник и цель суверенитета. Принцип права народа на государственное самоопределение является основой существования любого государства. Источник власти в большинстве государств - народ. Хотя не всякое государство является демократическим (есть государства, где утверждаются иные источники власти, например, теократии), всякое государство признает народ как верховного носителя суверенитета. Во всех государствах именно народ является целью суверенитета.

    Целостный суверенитет приобретается путем свободного или представленного волей верховного суверена (верховного правителя) волеизъявления его народа, который имеет социо-культурную особенность, достаточную численность населения и достаточные ресурсы для самообеспечения. Достаточность численности населения и ресурсов является неопределенной изначально и определяется по процессу последующего исторического существования (см. Аксиому сохранения суверенитета в аксиоматике внешних условий суверенитета).

    2. Аксиома государства как единственного средства сохранения целостного суверенитета. Единственным средством внутреннего сохранения суверенитета является собственное или чужое государство. Основные функции государства - публичная власть; аппарат управления; система права; гражданство; суд и охрана правопорядка; налоги; территория и охрана границ; политическая деятельность; нормирование жизни общества; денежная система; экономика; армия; символика. В традиционном социальном мире уже начали проявлять себе тенденции, когда многие функции государства передаются на надгосударственный уровень. Однако и в этом случае государство продолжает контролировать эти функции.

    3. Аксиома целостного гражданства. Гражданство есть отношение человека и государства, выражающееся в их взаимных правах и обязанностях. Гражданство является целостным. Отсюда гражданство является единым и не может быть двойным, тройным и т.д.

    Дилемма гражданства возникает в процессе перехода от традиционных представлений о социальной организации мира к конструктивным. Дилемма гражданства формулируется как выбор отнесения гражданства к аксиоматике внешних или внутренних условий целостного суверенитета. В политической практике эта дилемма известна как проблема двойного гражданства. В связи с этой дилеммой или проблемой возникает проблематизация данной Аксиомы. Чтобы избежать этой проблематизации, некоторые страны предложили так называемое поглощение двойного гражданства своим целостным гражданством. Иначе говоря, каждая такая страна рассматривает лицо с двойным гражданством лишь как исключительно своего гражданина. В таком случае Аксиома оказывается непроблемной, а способ поглощения двойного гражданства лишь подтверждает существование ее как Аксиомы.

    Всякое государство принуждает граждан к поддержке суверенитета в отношении внешних суверенитетов других государств. Отказ от поддержки собственного суверенитета гражданами в пользу поддержки суверенитета иного или иных государств наказывается как измена ими родине. Понятия "родина" и "патриотизм" возникают именно из целостного суверенитета.

    4. Аксиома конституирования баланса суверенитета государства и суверенитетов его граждан. Суверенитет страны, который обеспечивает государство, противостоит суверенитетам отдельных граждан, живущих в этой стране. Государство по своей природе стремиться увеличивать свои полномочия и пользоваться властью в отношении граждан неограниченно в целях сохранения и упрочения суверенитета страны. Чтобы обеспечить их баланс государство принимает конституцию - единый для всех граждан закон.

    Для ограничения власти государства утверждаются права и свободы граждан в целях сохранения их индивидуальных суверенитетов. Права и свободы граждан государства целостного суверенитета стремятся к полноте, то есть не только Конституция обеспечивает их гарантию, но также судебная власть, которая устанавливает права, не упомянутые в Конституции, но вытекающие из содержания других прав.

    Природные права (право на жизнь, на свободу, на собственность) защищаются всеми ветвями власти, приоритетно финансируются бюджетом. Гражданские свободы (например, совести, собраний, выборов и т.д.) защищаются законодательной и судебной властями, могут нарушаться исполнительной властью, финансируются из бюджета по специальному решению законодательного органа власти. Социальные гарантии защищаются законодательной властью, могут нарушаться исполнительной и судебной властями, и финансируются из бюджета только при наличии денег уже после обеспечения природных и гражданских прав.

    5. Аксиома ограничения государством интересов корпораций в целях сохранения целостного суверенитета. Независимо от того, что записано в Конституции, государство внутри задач по обеспечению суверенитета может ограничивать интересы корпораций бизнеса, религии, СМИ, науки и искусства в целях принудительной поддержки ими целостного суверенитета.

    6. Аксиома о разделении властей государства для поддержания целостного суверенитета. Государственная власть основана на разделении разных ее ветвей: законодательной, исполнительной, судебной, внешней. Разделение властей производится по принципу сдержек и противовесов, чтобы ни одна ветвь власти не усиливалась настолько, чтобы подавлять собой остальные.

    В традиционном социальном мире уже начали проявлять себе тенденции, когда появляются новые типы власти - кроме законодательной, исполнительной, судебной и внешней - появляются редко описываемые в конституциях государств как отдельные ветви власти - стратегическая и самоуправленческая.

    7. Аксиома субсидиарности. Полномочия находятся вверху (у центральной власти) как делегированные народом на выборах в центральную власть навсегда. Чтобы обеспечить децентрализацию власти, полномочия вторично ределегируются центральной властью сверху вниз и обеспечиваются финансовыми субсидиями из центра. Субсидиарность является единственной формой децентрализации в условиях действия аксиомы обретения целостного суверенитета народом.

    Субсидиарность в традиционном социальном мире является проявлением становления принципиально нового типа власти - местного самоуправления, которое оказывается конкурентным центральной государственной власти.

    8. Аксиома доминированности системы мотиваций граждан как определяющего условия сохранения целостного суверенитета. Система мотиваций большинства государств является доминированной, то есть в ней доминирует какая-либо мотивация, по отношению к которой другие мотивации являются менее значимыми. Доминированные системы мотиваций могут быть религиозными (исламская, христианская, буддистская, конфуцианская и т.д.), научно-идеологическими (коммуно-социалистическая, потребительская).

    Доминированная система мотиваций создает тотальную идеологическую основу целостности суверенитета. Именно доминирование какой-либо мотивации создает условия для установления лояльности граждан в отношении государства с целостным суверенитетом. Доминирование мотиваций может быть обеспечено различными процессами теократической властью или любыми формами гражданской власти: тотально-идеологическм контролем, обеспечивающим коллективистские обобществляющие мотивации; рынком, обеспечивающим диктат потребительских мотиваций над любыми другими; демократической властью, обеспечивающей диктат утилитарных мотиваций большинства; тотальной социальной рекламой (пропагандой и агитацией лишь определенного типа мотиваций).

    Почему аксиомы такие, а не иные? Они таковы, поскольку были выведены из опыта цивилизационного развития человечества. Однако эти условия могут быть другими, если их изменить искусственно и целенаправлено. Конструктивное преобразование аксиоматических внешних и внутренних условий целостного суверенитета можно выразить в постулатах внутренних и внешних условий распределенного суверенитета.

     

    Конструктивная постулатика внешних и внутренних условий распределенного суверенитета

     

    Постулаты человеческой цивилизации, основанной на распределенном суверенитете в современном мире интенсивной коннективности и глобализации.

    Распределенный суверенитет появляется в мире, где: 1) доминированные мотивации являются основой деятельности государства, корпораций и граждан; 2) создаются надгосударственные образования; 3) автономии внутри государств начинают играть все большую роль, а самоуправление начинает всерьез конкурировать с центральной государственной властью; 4) различные типы суверенитетов многих стран оказываются под управлением чужих государств; 5) инфраструктура, информация, наука и техника, некоторые субкультуры, некоторые социальные среды становится глобальными; 6) транснациональные корпорации начинают на равных конкурировать со многими государствами; 7) обостряющаяся конкуренция разных государств в процессе стратегического цивилизационного противостояния начинает вовлекать не только инновационные, экономические, политические, человеческие и технологические ресурсы, но и саму социально-культурную организацию государства.

    Традиционное государство создает следующие, внутри него не решаемые, проблемы: 1) оно не способно обеспечить переход от доминированных систем мотиваций к диверсифицированным; 2) оно попадает под внешнее управление и не может противостоять надгосударственным образованиям; 3) оно не способно добровольно отдать полномочия самоуправляемым сообществам внутри себя; 4) оно не способно эффективно работать в условиях частичного суверенитета; 5) оно не способно обеспечивать поддержку и развитие глобальных инфраструктур; 6) оно обслуживает интересы корпораций (особенно транснациональных), а не граждан; 7) оно не обеспечивает сохранение национальных культур в ситуации стратегического цивилизационного противостояния.

    Традиционное государство больше не является единственным способом существования суверенитета. Поэтому в отличие от аксиоматики внешних и внутренних условий целостного суверенитета в постулатике внешних и внутренних условий суверенитета способом существования его является распределенный суверенитет.

     

    Постулатика внешних условий распределенного суверенитета.

    1. Постулат происхождения суверенитета. Суверен - то, с чем другие, уже существующие суверены, имеют равноправные отношения, основанные на признании хотя бы части суверенитета друг друга. Например, функциональное государство (домен) являются суверенами ad-hoc. Сетевое государство (анклав) являются суверенами по большинству, но не по всех типах суверенитета. Архаичное государство может не иметь некоторых новых типов суверенитета, которые выражаются в постулате о разнообразии топологии распределенного суверенитета.

    Суверен современного мира имеет не естественное, то есть опирающееся на волеизъявление какого-либо народа, а искусственное, конструктивное происхождение, основанное на признании мирового сообщества права некоторой самоуправляемой социальной группы иметь свое государство с целостным или распределенным суверенитетом.

    2. Постулат о распределенном суверенитете. Суверенитет является распределенным топологически и типологически, где разные типы суверенитета могут обеспечиваться внешними для собственного государства субъектами - иными государствами, надгосударственными структурами, корпорациями. Всякий суверенитет является нецелостным, и для каждого суверена процессы сборки целостности и универсальности суверенитета являются способом его существования и развития.

    Топологическое разделение суверенитета у некоторого суверена предполагает необходимость наличия у него способности управлять топологией для сборки топологической целостности суверенитета. Типологическое разделение суверенитета у некоторого суверена предполагает необходимость наличия у него достаточных ресурсов, чтобы обеспечить аутсорсинг недостающих типов суверенитета. Возможности аутсорсинга для разных типов суверенитета являются ограниченными. Наиболее (хотя и не абсолютно) ограниченными в отношении возможности аутсорсинга являются такие типы суверенитета: духовный, общественный, культурный, топологический, политический, и экономический.

    3. Постулат суверенизации. Сконструированный суверен должен постоянно доказывать свою жизнеспособность на всех уровнях экономической, политической, социальной и военной жизни - в отношениях с другими суверенами. Суверенитет не единовременный акт, а постоянный процесс суверенизации (сборки распределенного суверенитета в целостный суверенитет государства). Суверенизация сопровождается связанными процессами стратегирования и управления, позволяющими производить целостность и универсальность суверенитета из его различных типов как внутри суверена, так и в отношении с другими суверенами.

    4. Постулат о частично подчиненном суверенитете. Подчинение части суверенитета иным государствам, надгосударственным структурам или корпорациям предполагает преобразование архаичного государства в сетевое или функциональное, а архаичной страны соответственно в анклавы и домены.

    Частично подчиненный суверенитет как новое базовое свойство Сетевого Мира формирует отсутствие переживания населением доменов и анклавов такого положения как унизительного или некомфортного. В мире распределенного суверенитета трансформируется также и понятие патриотизма. Кроме традиционного государственно-политического (или национального) возникают многие новые формы патриотизма: общественный, культурный, цивилизационный, территории и природы, хронопатриотизм, экономический, духовный[32].

    5. Постулат о типах государств и топологии распределенного суверенитета. Суверен не тождественен какой-либо территории. Каждый суверен имеет свою особую топологию. Различают государства: архаичные, сетевые, функциональные, и страны: архаичные, анклавы, домены.

    Архаичное государство - это политическая организация общества некоторой страны, осуществляющая управление (сохранение и развитие) его экономической и социальной структуры. Архачность государства предполагает совпадение с архаичной страной территориально, то есть политическая организация общества привязана к определенной стране.

    Сетевое государство - политическая организация некоторого общества, объединенного сетевым образом по одному или нескольким признакам, члены которого проживают на разных географических территориях и оплачивают только оговоренные инфраструктурные услуги такого государства, при этом остальные услуги они получают путем аутсорсинга. Возникновение сетевых государств связано с инфраструктурным свойством услуг или продуктов, которое они предоставляют по всему миру. Как правило, сетевые государства это анклавы.

    Для сетевых государств существует топологическое понятие уровня фрагментации территории. Очевидно, уровень фрагментации может быть квотирован мировым сообществом. Однако, наверное, уровень квотирования не связан напрямую со способностью государства к обеспечению различных типов суверенитета и зависит от содержания деятельности такого сетевого государства, то есть от того, насколько такая деятельность сетевого государства является важной для остальных государств, чтобы они за счет частей своих территорий могли обеспечить приемлемый для мирового сообщества уровень фрагментации.

    Функциональное государство - самоорганизация некоторого общества в рамках четкого перечня некоторых функций, где остальные обеспечивающие полноту функции государства выполняет некоторые другие государства или корпорации. Функциональное государство образуется и существует, поскольку его функции являются настолько важными для остальных государств и корпораций, что они готовы предоставлять ему недостающие типы суверенитета. Как правило, функциональные государства это домены.

    Типы государств имеют следующие отношения. Архаичное государство может содержать внутри себя функциональное государство, предоставив ему автономию или заключив с ним договор суверенизации. Также два или несколько государств могут содержать определенные территории как части или фрагменты для создания домена или сетевого государства. Одно, два или больше сетевых государств могут предоставить некоторым своим фрагментам возможности для создания домена или доменов. Несколько функциональных государств могут создать сетевое государство или даже архаичное государство, если эти функциональные государства территориально находятся рядом. Сетевое государство не может быть непосредственно превращено в архаичное государство из-за проблемы фрагментации.

    Архаичная страна - общество на определенной территории, суверенитет которого обеспечивает архаичное государство. Архаичная страна предполагает возможность отделения от себя частей, способных к самообеспечению и самоуправлению, которые превращаются в домен или анклав.

    Анклав - суверенная структура транснациональной корпорации (объединения корпораций), имеющая способность выполнять основные функции государства. Анклав может быть организован традиционно территориально, а также сетевым образом (топологически), космическим и виртуальным образом (страна-сеть с базовой территорией). Анклав способен предоставлять полноценное гражданство. Анклав имеет территориальный (топологический) суверенитет, а остальные типы суверенитетов может получать путем аутсорсинга. Анклав может содержать домен или домены внутри себя.

    Домен - самоопределяемая как суверенная в рамках тех или иных функций и процессов топологическая единица (страна-функция), способная выделять себя как внутри архаичного государства, так и внутри анклава. Домен полностью изолирует используемые в его рамках ресурсы как от других доменов той же функции или того же процесса, так и от доменов других функций и процессов. Домен способен предоставлять функциональное гражданство. Домен имеет, как правило, набор некоторых типов суверенитетов, но никогда не может иметь все типы суверенитетов. Домен является единицей обособления внутри архаичного государства (его прообраз - автономия), единицей фрагментации сетевого государства или самостоятельным функциональным государством, где многие типы суверенитета обеспечиваются за его пределами.

    Типы стран имеют следующие отношения. Домен может быть частью анклава или архаичной страны. Анклав может содержать домены, но не может быть частью архаичной страны. Архаичная страна не может быть частью ни домена, ни анклава. Архаичная страна может содержать фрагменты анклава или домены. В целом же, государства перестают совпадать со странами - их топологии принципиально различаются.

    6. Постулат о конкуренции государств, корпораций и самоуправляемых сообществ. В новом Сетевом Мире конкурируют между собой не только разные государства, но и корпорации, и самоуправляемые сообщества. Такая разноуровневая для традиционного социального мира конкуренция является основой распределенной суверенизации разных политических субъектов, которые приобретают черты государств и конкурируют за ресурсы. Традиционные государства конкурируют за энергетические, человеческие, культурные и цивилизационные ресурсы. Сетевые государства конкурируют между собой за ресурс топологии. Домены конкурируют между собой за ресурс функциональной специализации. Кроме того, все типы государств конкурируют между собой за все ресурсы в разной мере.

    Конкуренция в условиях распределенного суверенитета изучается в тополитике (топологической политике), где важными составляющими частями являются инфраполитика (инфраструктурная политика) и культурополитика (культурная политика). Таким образом, новый Сетевой Мир является тополотическим миром.

    7. Постулат о типах распределенного суверенитета. Распределенный суверенитет существует в следующих типах: топологический (для сетевых и функциональных государств, для доменов, иногда для анклавов), территориальный (для архаичных государств, иногда для анклавов), политический, экономический, культурный, субкультурный, общественный, духовный, корпоративный, научно-технологический, инфраструктурный, информационный, средовый. Новые типы суверенитета, которые слабо проявлены в традиционном социальном мире, приобретают значение в условиях именно распределенного суверенитета.

    8. Постулат о топологическом распределенном суверенитете государства. Топологический распределенный суверенитет определяется фрагментарной топологией государства, его способностью защищать эту топологию любыми способами, прежде всего, способностью нанести любому агрессору неприемлемый для него урон невоенным образом, а также согласием других государств не разрушать и не изменять без предварительной договоренности данную топологию. Для сетевых государств вся или часть территории может быть арендуемой у архаичных государств. Территориальные границы традиционного социального мира не имеют больше такого значения, когда речь идет о топологии. Однако топология определяет структуру территории с соответствующим уровнем ее территориальной фрагментации. Изменение топологии связано с изменением структурности этой топологии и соответствующим этому изменением уровня фрагментации.

    9. Постулат о политическом распределенном суверенитете. Политический распределенный суверенитет определяется собственной или приобретенной путем аутсорсинга у других государств или специализирующихся на данной услуге корпораций способностью государства устанавливать и защищать свою политическую систему, свой политический режим, разрешать и запрещать пропаганду тех или иных политических идей, целей и средств их достижения.

    10. Постулат об экономическом распределенном суверенитете. Экономический распределенный суверенитет определяется собственной или приобретенной путем аутсорсинга у других государств или специализирующихся на данной услуге корпораций способностью государства вести независимую от иных государств экономическую политику, иметь бездефицитный бюджет, не создавать государственного долга, который превышает способность государства погасить его в приемлемый для кредитора срок.

    11. Постулат о культурном распределенном суверенитете. Культурный суверенитет определяется собственной или приобретенной путем аутсорсинга у других государств или специализирующихся на данной услуге корпораций способностью государства сохранять и развивать употребляемые языки и культуры.

    В социальном мире распределенного суверенитета возникает понятие субкультурного суверенитета, то есть способности сохранять и развивать свой язык и культуру, основываясь на более мощной культуре, заимствуя оттуда поддержку части или всех 14 систем культуры[33].

    12. Постулат об общественном распределенном суверенитете. Общественный суверенитет определяется собственной или приобретенной путем аутсорсинга у других государств или специализирующихся на данной услуге корпораций способностью государства сохранять и развивать структуры гражданского общества.

    13. Постулат об инфраструктурном распределенном суверенитете. Инфраструктурный суверенитет определяется собственной или приобретенной путем аутсорсинга у других государств или специализирующихся на данной услуге корпораций способностью государства сохранять и развивать различные инфраструктуры для создания комфортных условий проживания граждан.

    14. Постулат о духовном суверенитете. В связи с усложнением конкуренции государств возникает слабо проявленное в традиционном социальном мире представление о духовном суверенитете. Духовный суверенитет это способность того или иного государства осуществлять преобразование своей культуры и своей системы мотиваций самостоятельно, без привлечения услуг иных государств и специализирующихся на этом корпораций. Духовный суверенитет всегда связан с собственными интеллектуальными возможностями государства. Духовный суверенитет наиболее действенен, когда является целостным, нераспределенным. В духовном суверенитете проявляются связанные с ним распределенные - научно-технологический суверенитет и средовый суверенитет.

    Научно-технологический суверенитет определяется собственной или приобретенной путем аутсорсинга у других государств или специализирующихся на данной услуге корпораций способностью государства сохранять и развивать собственный научно-технический потенциал.

    Средовый суверенитет определяется собственной или приобретенной путем аутсорсинга у других государств или специализирующихся на данной услуге корпораций способностью государства сохранять и развивать профессиональные, в том числе интеллектуальные, среды для обеспечения целостного духовного суверенитета.

    Информационный суверенитет определяется собственной или приобретенной путем аутсорсинга у других государств или специализирующихся на данной услуге корпораций способностью государства осуществлять информирование о себе и внешнем мире для себя.

     

    В новом Сетевом Мире иными будут также представления и о внутреннем содержании распределенного суверенитета. Учитывая то, что речь уже не идет об определенной границами территории, внутренние условия, тем не менее, относятся к топологии отдельного суверенитета в отличие от топологии другого или других суверенитетов.

    Постулатика внутренних условий распределенного суверенитета.

    1. Постулат обретения суверенитета разными социальными группами. Народ не является источником и целью распределенного суверенитета. Источником распределенного суверенитета являются способные к самоуправлению социальные группы - субкультурные сообщества. Целью распределенного суверенитета является свобода самоуправляемых субкультурных сообществ. Целью сохранения целостного суверенитета в архаичных государствах является социальная защита народа, который включает в себя, в том числе социальные группы, не способные к самоуправлению.

    2. Постулат многообразия средств сохранения распределенного суверенитета. Средствами сохранения суверенитета являются: государства, международные надгосударственные структуры, корпорации, специализирующиеся на производстве услуг тех или иных типов суверенитета.

    3. Постулат распределенного гражданства. В условиях распределенного суверенитета существует распределенное гражданство, которое может быть двойным, тройными и т.д., а также частичным гражданством - сообразно типам суверенитета, которые гражданин получает у тех или иных государств, с которыми у него заключены конституционные договора о частичном гражданстве или условном гражданстве (гражданстве с условиями) с определением перечня оказываемых услуг по тем или иным типам суверенитета. В ситуации распределенного гражданства появляется понятие апатрида - лица без гражданства или с гражданством, где отсутствуют базовые типы суверенитетов, о которых у гражданина есть конституционный договор с каким-либо государством.

    4. Постулат о конституционных договорах государства с гражданами. Единой и общей для всех Конституции не существует. Существуют конституционные договора с гражданами, где прописано, какой объем прав и свобод данное государство предоставляет данному гражданину, и какие обязанности гражданин несет перед данным государством. Гражданин свободен любые права и свободы получать как услуги у других государств и специализирующихся на этом корпораций.

    5. Постулат о взаимодействии государства с корпорациями в целях обеспечения распределенного суверенитета. Государство в условиях распределенного суверенитета заключает договор с каждой находящейся на его территории корпорацией, представляющей бизнес, религию, информационные услуги, науку или искусство о соблюдении набора типов суверенитета. В случае если та или иная находящаяся на территории государства корпорация не согласна соблюдать приемлемый для государства набор типов суверенитета, государство может предоставить территорию для домена или фрагмент территории для анклава, где она будет обеспечивать свой суверенитет сама.

    6. Постулат о распределении власти государства. Собственное государство некоторой страны лишь частично обеспечивает различные типы власти - законодательную, исполнительную, судебную, самоуправления. Частично законодательную, исполнительную и судебную власть осуществляют мировое сообщество через специально созданные для этого организации и корпорации, специализирующиеся на предоставлении услуг в том или ином типе суверенитета. Всю полноту власти государство имеет лишь в отношении стратегической и внешней власти, то есть вся полнота суверенитета сохраняется государством в отношении остального мира (внешняя власть) и в отношении будущего (стратегическая) власть.

    7. Постулат супердиарности. Вначале мы произведем критику традиционного подхода субсидиарности.

    Принцип субсидиарности означает, что государство (центральная власть) должно проявлять инициативу только в тех вопросах, где возможностей независимых частных лиц и организаций оказывается недостаточно. В случае если задача может быть решена на местном уровне так же эффективно, как и на центральном уровне, следует предпочесть местный уровень (процесс децентрализации). Такое понимание скрывает очевидное обстоятельство: сначала мы одномоментно (когда-то в прошлом) через конституцию делегируем все полномочия центральной власти, отдаем ей каждый месяц и год свои налоги, а затем эта центральная власть по собственной воле сообразно собственному пониманию наших способностей к самоуправлению делегирует нам право на местное самоуправление в определенных ею объемах полномочий и с определенными ею отчислениями из наших же налогов на осуществление этих полномочий.

    Такое понимание принципа является традиционным и абстрактным, поскольку не отвечает на следующие вопросы: 1) где находятся полномочия изначально - в центре или на местах, и, соответственно, где определяется достаточность возможностей на местном уровне для тех или иных полномочий - на месте или в центре; 2) в каком порядке устанавливается объем полномочий: сначала в центре, а потом на местном уровне или наоборот; 3) на какой срок определяются полномочия как в центре, так и на местах, где этот срок определяется - в центре или на местах.

    Принцип супердиарности означает, что все полномочия изначально находятся на местах, то есть на уровне самоуправляемых общин. Именно самоуправляемые общины определяют уровень своих полномочий. Не центр делегирует на места полномочия, для которых по его (центра) мнению, на местах есть возможности, а самоуправляемая община делегирует центру полномочия, с которыми не может справиться сама. Причем именно самоуправляемая община определяет время действия и периодичность пересмотра объема делегированных полномочий. Точно также происходит действие в отношении налогов - сначала местная самоуправляемая община обеспечивает налогами собственные полномочия, трата оставшихся налогов на традиционные функции центральной власти происходит на конкурентной основе - они могут быть уплачены традиционному государству, другому государству, некоторой корпорации, предоставляющей нужные услуги. Принцип супердиарности (от частного к общему) имеет в расширенном понимании обратное содержание, нежели принцип субсидиарности (от общего к частному).

    Суть этого обратного содержания в следующем: 1) избегание двойного делегирования (сначала граждане делегируют полномочия в центр, а потом получают их по доброй воле центра обратно на места, в тех объемах, в которых центр сочтет это нужным; 2) установление управления распределением полномочий снизу (не государство определяет объем своих полномочий и полномочий на местах, а самоуправляемые общины); 3) вместо относительно вечных прописанных в законе полномочий как в центре, так и на местах, установление временных и периодически изменяемых самоуправляемыми общинами полномочий как по времени их действия, так и по объему; 4) финансирование оказывается контролируемым на местах, поближе к происхождению налогов.

    Таким образом, 1) полномочия находятся внизу и делегируются в центр; 2) объем полномочий в центре и на местах определяют самоуправляемые общины, а не центр; 3) всякий объем полномочий как в центре, так и на местах, имеет срок действия, которые периодически пересматривается вместе с пересмотром самого объема полномочий; 4) финансирование происходит, начиная с местного уровня полномочий, а затем функции центральной власти оплачиваются на конкурентной основе. Только такой подход может избавить мир от коррупции.

    8. Постулат о диверсифицированной системе мотиваций как определяющего условия сохранения распределенного суверенитета.

    Проблемы большинства стран с доминированными системами мотиваций: 1) от одной доминированной системы мотивации страна может перейти, как правило, лишь к другой доминированной системе мотиваций; 2) духовный суверенитет в стране с доминированной системой мотиваций является ограниченным; 3) страна с доминированной системой мотиваций может конкурировать в цивилизационном плане лишь с такими же странами с доминированной системой мотиваций. См. Аксиому о конкуренции государств в аксиоматике внешних условий суверенитета.

    Диверсифицированная система мотиваций в государстве предполагает отсутствие каких бы то ни было усилий государства на продвижение доминирующей мотивации в образовании, СМИ, рекламе и продуктах искусства. Все мотивации, возникающие в социуме являются равноправными, если они соответствуют следующим условиям: 1) они направлены на сохранение и развитие человеческого рода; 2) не проповедуют культ насилия, нигилизм и самоубийства; 3) признают имеющими право на существование иные мотивации и не пытаются над ними доминировать.

    Таким образом, различные государства представляют собой прообразы разных типов цивилизаций - с доминированными системами мотиваций (конкурентных) и с диверсифицированными системами мотиваций (неконкурентных).

     

    В таком подходе возникают новые понятия взамен старых. На смену Миру Постмодерна приходит Сетевой Мир. Регионализация как деление мира на государства заменяется сетевой локализацией, то есть делением мира сообразно топологии самоуправляемых сообществ-локусов. В политике понятие "международный" заменяется понятием "мировой", которое обозначает объединение самоуправляемых сообществ по разным признакам, а не по отношению к тому или иному народу. Одноукладная однополярность или многополярность мира в некоторой одной системе координат сменяется многоукладным полицентризмом, где несколько систем координат, несколько укладов, и разные центры принадлежат этим разным укладам. Бинарное отношение "глобальный-локальный" заменятеся тернарным отношением "мировой-локусный-узловой". Традиционное государство заменяется тремя типами государств - архаичное, функциональное, сетевое. Традиционные страны заменяются тремя типами стран - архаичная, домен, анклав. Базовое измерение мира через территорию, характерное для геополитики, заменяется другим измерением мира - через топологию, относительно которого нужна иная теория - тополитика.

     

    Краткие выводы

     

    В данной работе сделана попытка построить теоретические представления о футурологии, которые бы позволили говорить об онтологическом различии разных подходов в футурологии. Тем самым у нас оказалась не одна футурология с разными идеями, а множество футурологий с разными онтологическими подходами. Очень часто футурологи относятся критически и даже враждебно друг к другу именно потому, что используют различные онтологические подходы к футурологии, а не просто разные идеи и точки зрения.

    Также здесь была сделана попытка облечь в теоретическую форму догадки и фантазии многих писателей, футурологов и философов относительно этической и политической организации будущего мира. Это нельзя рассматривать еще как полноценную теорию, которую можно использовать во всех ситуациях человеческой практики будущего. Однако предложенный здесь подход позволяет увидеть перспективы изменений человеческого мира в онтологике его будущего.

    Социальный мир неудержимо меняется не только на уровне видимой структуры, он меняется, прежде всего, на онтологическом уровне. То, что сегодня кажется всего лишь тенденциями, может оказаться долговременными онтологическими трендами, которые изменят нынешний мир до неузнаваемости. Фундаментальные изменения социального мира медленно нарастают, пока в некий кризисный момент не происходит радикальная и быстрая кристаллизация новой мировой онтологической структуры: социальной, политической, этической.

    Представления о Сетевом Мире являются указанием на сущность, вызревшую и подготовленную в переходной период постмодерна. Фрагментация - функциональное представление и потому еще слабое, однако именно оно является основанием новых представлений Сетевого Мира о самом себе.

    К этому нужно быть готовым, в том числе осуществляя конструктивно-теоретические разработки. Конструктивизм же и призван работать с будущим теоретико-онтологически. В этом его возможности намного больше, нежели у любых других подходов.


    ЛИМИТОЛОГИЯ

     

    Постижение предела

     

    Большинство самых интересных и известных идей, так или иначе, содержат выражение работы с пределами. Как будет показано далее, всю совокупность излагаемых здесь идей мы можем свести к 6 конструктивным ситуациям и 18 конструктивным операциям предельности. При этом не ставится цель дать как можно более исчерпывающий перечень таких идей. Однако некоторый их анализ позволит нам создать конструктивную теорию о пределах.

    Что такое предел? Википедия.ру дает следующее представление о пределе: "Предел - понятие, обозначающее:

    - границу каждой вещи, за которой нет ничего, что относилось бы к данной вещи;

    - всякие очертания величины или того, что имеет величину;

    - цель каждой вещи (таково то, на что направлены движение и действие, но не то, из чего они исходят, хотя иногда это и то и другое, - то, из чего они исходят, и то, на что они направлены, а именно конечная причина);

    - сущность каждой вещи и суть ее бытия, ибо суть бытия вещи - предел познания вещи; а если предел познания, то и предмета.

    О пределе говорится в стольких же значениях, в скольких и о начале, и еще больше, ибо начало есть некоторый предел, но не всякий предел есть начало".

    Итак, мы имеем пять десигнатов предела: граница вещи, величина, цель, сущность, начало. Сразу же нужно уточнить это определение. В традициях определений, берущих свое начало из истории философии, когда под миром понимали набор вещей, существует указание на вещь. Однако с современной точки зрения явление не является исключительно вещным, оно может быть также представлено невещной структурой - процессом, реальностью в целом, неопознанной структурой и т.д. Таким образом, предел это граница структуры, структурная величина, цель структуры, сущность структуры, начало структуры.

    Пределы это границы, определяемые в некотором структурном содержании. Само структурное содержание и порождает этот предел. Таким образом, предел рождается из определения структурного содержания - через отличение его от другого структурного содержания; указание на его структурную величину; цель этой структуры, которая может быть задана ее иерархией или вообще вне ее самой; сущность структуры, которая является обобщением ее содержания; начало структуры, которое может быть ее самым нижним иерархическим уровнем, самой простой и неделимой ее единицей или универсальной связью ее единиц.

    Русский язык позволяет различить границу и предел. Граница это любое размежевание содержания, будь оно даже неструктурированным. А пределом называют структурную границу, которую по той или иной причине нельзя преодолеть, не изменив изначальный подход к данной структуре. Границу перейти можно, всего лишь отметив ее. А предел всегда трудно достижим, преодолим и устраним. Теория, которая изучает и исследует все и всяческие пределы, называется лимитологией.

    Давайте произведем процессирование предельности. В данном случае выбор процессирования (концептуального выражения процесса), а не процессуализации (имманентного выражения процесса) является принципиально важным. Кроме того, процессуализация и процессирование - это подход, который посредством Теории Виртуальности может пониматься как более универсальный, нежели традиционный феноменологический. Собственно поэтому мы рассмотрим процессирование процесса предельности, а не феноменологию или процессуализацию процесса предельности.

    В абсолютной возможности всего и чего бы то ни было возникает поиск предела, который находится до возникновения всех и всяких возможных пределов. Такое содержание процесса еще кажется полной свободой - искатель предела ничего не знает о пределе, ему кажется, что он волен двигаться в любом содержательном направлении. Первейшее столкновение с предельностью возникает тогда, когда вдруг обнаруживается удаленный, еще очень зыбкий и неясный предел. Он интересен, он манит к себе, заставляет достигать себя. Достижение предела превращает само это движение в допредельность.

    Достигнутый предел порождает понимание содержания до этого предела как определенное содержание. Происходит определивание. И это же определение допредельного содержания делает возможным и само точное установление предела. Когда произведено определение допредельного содержания и точное установление предела, производится установление отношения между допредельным содержанием и пределом.

    Установление предела порождает скованную свободу содержательного движения. Так возникает возможность преодоление предела как возобновление скованной пределом свободы - уход в запредельность. Преодоление предела открывает новое содержание - запредельное содержание, которое, как и в случае с допредельным содержанием, позволяет установить принципиально новое отношение - между пределом и запредельным содержанием.

    Теперь появившиеся разные содержания по обе стороны предела - допредельное и запредельное содержания - требуют их соотнесения как черезпредельность. Это черезпредельное соотнесение возможно как их размежевание или разделение, когда нужно увидеть их разницу. Это соотнесение возможно также как смежевание или объединение, когда необходимо увидеть общее между ними. Кроме того, эти разные содержания возможно отнормировать единым образом так, чтобы они стали соединимыми поверх предела.

    Когда допредельное и запредельное содержание отнормированы, свобода толкает за пределы одного предела - к поиску иных пределов. Иначе говоря, наличие одного предела предполагает и иные пределы. Обнаружение иного предела впервые делает ситуацию предельности множественной. Так возникает межпредельность. Этот обнаруженный другой предел достигается в запредельном содержании, и само запредельное содержание становится дважды определенным - межпредельным содержанием разных пределов. Чтобы обеспечить понятность этого межпредельного содержания, разные пределы требуют сопряжения.

    Сопрягая разные пределы, сталкиваются с ситуацией выбора между пределами. А ситуация выбора может привести к необходимости устранения одного или нескольких пределов - к обеспределиванию. Устранение предела порождает столкновение и переплетение беспредельного содержания одного или разных пределов. Такое столкновение и переплетение разных обеспределенных содержаний порождает непротиворечивость неупорядоченности или тождество хаоса. И снова возникает возможность поиска иного предела...

    Тождество хаоса в бепредельности и абсолютная возможность всего в допредельности, хотя и очень похожи, являются принципиально разными. Если абсолютная возможность всего как потенциальность возникновения предела есть Бог-творец или добро, то тождество хаоса есть Бог-разрушитель или зло. Между этими разными процессными состояниями - бесконечность-вечность, выбор пути или моральный выбор.

    Спонтанность активности, будучи применена к хаосу, еще не может быть отличена от самого хаоса, ибо спонтанность активности вписана в хаос. И только когда спонтанная активность в каком-то своем направлении встречается с пределом, возникает первичная упорядоченность. Именно предел впервые порождает упорядоченность в хаосе беспредельности.

    В этом разворачивании процессирования предельности мы видим два главных качества процесса - свободу и изменение-движение. Свобода противостоит всякой предопределенности, то есть состояниям, когда предел уже задан изначально и является непреодолимым или когда предела нет. Свобода по своему всеобщему содержанию является способностью структуры устанавливать и преодолевать любые пределы. Изменение-движение как осуществление свободы противостоит любой определенности - как наличию любого предела, так и отсутствию всяких пределов.

    В антропологии и геополитике существует интересное обобщение - развитие человечества происходит наиболее интенсивно в тех местах, где человеческому взору одновременно открыты простор моря до удаленного горизонта и вершины гор в недостижимой выси. Горизонт и вершины гор одинаково манят и вынуждают их достигать, перенося пределы из пространства во время деятельности, потраченной на достижения пределов. Так два различных предела, заданные горизонтом моря и недостижимыми вершинами гор в пространстве и времени, порождают необходимые условия развития деятельного мышления, которые и являются причинами интенсивного развития мыслящих существ.

    Причем, нужно учесть, что с предельностью работает конструктивная позиция, носитель которой является неважным - природа, человек, искусственный разум, пришелец. Важно само конструктивное содержание предельности.

    Созданная на протяжении всей человеческой истории невероятная путаница идей, концепций и теорий в отношении предельности, попытки структурализма посредством когнитивных метафор не распутать, а еще более запутать понимание предельности вынуждают нас различить этапы возникновения, установления, существования и разрушения пределов на уровне чистых конструктивных актов.

    Любая работа в отношении предела может быть разграничена на структурные ситуации предельности, которые можно выразить через те или иные структурные операции или операции предельности. Выраженное процессирование предельности позволяет нам очень точно различить эти ситуации и соответствующие им операции. Эти ситуации и операции предельности содержатся внутри всякой работы с пределами и являются по своей сути конструктивными. Иначе говоря, что бы ни происходило по содержанию в работе с пределом, на конструктивном уровне описываются следующие различные ситуации и операции предельности:

    1. Ситуация допредельности (пролимитация). Операции: 1) поиск направления на предел, 2) обнаружение направления на удаленный предел, 3) достижение удаленного предела.

    2. Ситуация определивания (делимитация). Операции: 1) установление содержания до предела, 2) непосредственное установление предела, 3) установление отношения содержания к своему пределу.

    3. Ситуация запредельности (экстралимитация). Операции: 1) преодоление предела, 2) установление запредельного содержания, 3) установление отношения запредельного содержания к пределу.

    4. Ситуация черезпредельности (транслимитация). Операции: 1) размежевание, 2) смежевание, 3) взаимно нормированные допредельное и запредельное содержание через предел как связь или отношение.

    5. Ситуация межпредельности (интерлимитация). Операции: 1) обнаружение другого предела, 2) достижение другого предела, 3) сопряжение между пределами.

    6. Ситуация обеспределивания (алимитация). Операции: 1) исчезновение, игнорирование или устранение предела или пределов, 2) столкновение и переплетение обеспределенного содержания одного или разных пределов, 3) установление непротиворечивой неупорядоченности или тождества хаоса.

    Для обозначения ситуаций и соответствующих операций мы принимаем обозначения, где одна или первая цифра - номер ситуации (например, (1) означает допредельность), вторая цифра номер операции, например (5,2) означает ситуация 5, операция 2, то есть "достижение другого предела в ситуации межпредельности".

    Чтобы обеспечить наглядность этих разных ситуаций, мы их изобразим на онтосхемах[34]:

     

     []

    1. Допредельность

     

     []

    2. Определивание

     

     []

    3. Запредельность

     

     []

    4. Черезпредельность

     

     []

    5. Межпредельность

     

     []

    6. Обеспределивание

     

    Эти онтосхематические изображения не являются пространственными, поскольку отражают некоторые содержательные отношения. Кроме того, выраженные через отношения, пределы некритичны к различению их на статические и динамические. Как бы мы не полагали предел - как устойчивый или как изменчивый - будучи задан как отношение, он сохраняет установленное содержание.

    Такой чисто конструктивный подход к онтосхематизации не очень сложный, поскольку позволяет нам чисто абстрактно понимать конструктивную деятельность по приближению, установлению, преодолению предела, установлению черезпредельных и межпредельных отношений, а также по уничтожению предела. Однако попытка разглядеть работу с пределами внутри некоторого содержания требует гораздо больше воображения, изворотливости ума и рефлексии.

    В этом смысле лимитология работает не просто с некоторой схематизацией ситуаций предельности, а с идеями и концепциями с точки зрения выражения ими содержания предельности. Лимитология устанавливает в этих идеях и концепциях выражение лимитологических ситуаций и лимитологических операций. Лимитология в этом смысле - конструктивная теория, а не наука.

    Чтобы приступить к рассмотрению идей и концептов, выражающих эти ситуации и соответствующие им операции предельности, мы вначале опишем некоторые подходы к словотворчеству в отношении предельности.

    Русский язык позволяет в словотворчестве представить названия всех ситуаций предельности: допредельность, определивание, запредельность, черезпредельность, межпредельность, обеспределивание. Как видно, мы использовали везде приставочно-суффиксное словотворчество по принятым в языке правилам. Причем в случае понятия "определивание" мы намеренно ушли от общей схемы других названий, чтобы избежать понятий "определенность" и "предельность", используемых в иных смыслах. Точно так же в случае понятия "обеспределивание" мы избежали понятий "беспредельность" и "беспредел", имеющих тоже другие смыслы.

    В философском языке, который используется в узкой среде коммуникации, можно пользоваться и существительными, обозначающими указание на ситуацию как качественное состояние: допредел, предел, запредел, черезпредел, межпредел, беспредел. В публичной среде эти термины будут неизбежно нагружаться свойственными ими в обыденной жизни смыслами.

    Лимитологическое словотворчество в отношении предельности это такое словотворчество, при котором используются стандартные, берущиеся из греческого или латинского языков части слов для обозначения направления структурного, временно?го или пространственного изменения. Теперь мы попробуем посмотреть на опыт словотворчества в отношении предельности.

    Приставки, которые поданы ниже, и другие возможные приставки позволяют обозначить структурное указание при помощи предлогов - "в", "к", "под", "над", "до", "из", "между", "через" и др., наречиями - "равно, "очень", "сильно", "против" и др., а также общепринятыми размерностями - "макро", "мили", "микро", "нано", "моно", "би", "три", "тетра" и др.

    Мы сгруппируем слова с такими приставками по тем ситуационным отношениям, которые они выражают. При этом нужно понимать, что каждая приставка отнесена к выражению той или иной ситуации весьма условно, что язык, как правило, одной и той же частью слова обозначает разные ситуации предельности.

     

    Допредельность.

    'Архи-' (установление предельного качества 'очень' - архиреакционность), 'все-' (установление логически предельно возможного качества через оператор 'все' - всемогущество), 'супер-' (установление предельного качества по отношению к другим подобным - суперсимметрия), 'инфра-' (установление нижне-иерархического структурного отношения, низшей степени чего-то - инфраструктура), 'суб-' (достижение более низкого уровня, значение 'под' - субкультура).

     

    Определивание.

    'Не-' (дихотомическое различение - классический-неклассический), 'а-' (отрицание качества - агностицизм), 'пост-' (установление временного следования после - постмодернизм), 'мета-' (установление иерархического выхода в надструктуру, установление нового предела через перенос и преобразование - метаантропология, метафора, метаморфоза), 'нео-' (качественное различение через установлении нового качества - неоконсерватизм), 'ап-' (установление в содержательной последовательности (как вариант - во времени) отношение предшествования от лат. 'ad', то есть 'к', 'до' - апперцепция), 'ин-' (указание пределов посредством внутреннего отнесения к некоторому содержанию, 'ин' означает 'в', 'внутрь' - индукция).

     

    Запредельность.

    'Ультра-' (установление верхне-иерархического структурного отношения, крайней или высшей степени чего-то - ультрапатриотизм), 'ре-' (пересечение предела, переход в иное качество, возвращение, значение 'пере', 'обратно' - редукция, ремиссия), 'анти-' (установление противоположного качества - антибинаризм), 'гипер-' (выход в надпозицию, от греч. hyper 'над', 'сверх' - гиперпространство), 'контр-' (установление антагонистического противоречия с базовым качеством - контрреволюция), 'экстра-' (в буквальном значении от лат. extraho 'извлекаю', концентрированное выражение некоторого качества, вне-, вовне-, сверх- - экстраординарность).

     

    Черезпредельность.

    "Интер-" (установление черезпредельной связи между двумя подобным качествами или позициями - интернациональный), "транс-" (установление протяженной или процессной связи с запредельным содержанием - трансценденция), "ди-" (связь между двумя структурами, качествами, позициями - диалектика), "триа-", "тре-", "тер-" (связь между тремя структурами, качествами, позициями - триалектика).

     

    Межпредельность.

    "Макро-" (установление относительной структурной или пространственно-размерной иерархии "вверх", "больше" - макромодель), "микро-" (установление относительной структурной или пространственно-размерной иерархии "вниз", "меньше" - микромир), "нано-" (установление точной размерности 10-9 - нанотехнологии), "мили-" (установление точной размерности 10-3 - миллиметр), "моно-" (указание на размерность 1 - монотеизм), "би-" (указание на размерность 2 - бикамерализм), "три-" (указание на размерность 3 - триместр), "тетра-" (указание на размерность 4 - тетраграмматон).

     

    Обеспределивание.

    "Пан-" (исчезновение, растворение всего в каком-то качестве или какой-то позиции - пантеизм), "де-" (указание на обратный процесс внутри тех же пределов - деноминация), "изо-" (уравнение некоторого качества безотносительно к его пределам - изоморфизм), "квази-" или "псевдо-" (в значении "якобы" безотносительно к пределам качества - квазинаучный, псевдонаучный).

     

    Давайте теперь внимательно посмотрим на типологию лимитологических ситуаций, используя обобщенный взгляд на эти ситуации. Вначале происходит достижение предела (допредельность, 1) - движение-изменение. Затем происходит установление отношения содержания к своему пределу (определивание, 2) - отношение. Затем происходит выход за предел (запредельность, 3) - движение-изменение. Затем происходит установление отношения допредельного содержания и запредельного (черезпредельность, 4) - отношение. Затем происходит установление отношения с иным пределом, который может быть обнаружен в связи с отличением от имеющегося предела (межпредельность, 5) - движение-изменение и отношение. Затем происходит устранение первоначального предела (обеспределивание, 6) - изменение-движение и отношение.

    Нетрудно заметить, что ситуации допредельности (1), черезпредельности (3) и межпредельности (5) являются ситуациями движения-изменения, а ситуации определивания (2), черезпредельности (4) и обеспределивания (6) являются ситуациями отношения, то есть ситуациями установления новых отношений. Причем если в первых двух парах 1,3 и 2,4 эти различия видны явно, то 5 и 6 представляют собой стирание различий: межпредельность является движением-изменением и отношением, точно так же как и обеспределивание является движением-изменением и новым отношением.

    Эти различные тройки предельных ситуаций исследовались в различных традициях: ситуации отношения исследовались в диалектике Гегеля - тезис (2,3), антитезис (4,3), синтез (снятие) (6,1), в то время как ситуации движения-изменения исследовались в структурализме[35] как трансгрессия (Бланшо-Фуко).

    В понимании трансгрессии заметен метафорический, неясный и многосмысловой подход структурализма к предельности. Трансгрессия в структурализме это и допредельность, (у Фуко "жест, который обращен на предел" (1,2)), и отрицание определивания, то есть так называемое непозитивное утверждение предела по Фуко: "речь не идет о каком-то всеобщем отрицании, речь идет об утверждении, которое ничего не утверждает, полностью порывая с переходностью" (2,2)), и запредельность ("преодоление непреодолимого предела" (3,1) у Бланшо или "Да существует ли доподлинно предел вовне этого жеста, который блистательно преодолевает и отрицает его?" (3,1) у Фуко), и межпредельность ("язык открывает свое бытие в преодолении своих пределов" (5,1; 6) у Фуко). В таком понимании различные конструктивные ситуации и операции предельности не различаются, путаются или отождествляются.

    В различении подхода Гегеля и структурализма мы обнаруживаем смену целых эпох содержательного исследования предельности: от эпохи предметного рассмотрения предельности как понятийного отношения у Гегеля до эпохи непредметного рассмотрения предельности как когнитивно-метафорически выраженного процесса в структурализме.

    Таким образом, существуют разные лимитологические онтологии при создании лимитологических представлений - лингвистические, научные, философские, теологические. Существуют также разные подходы, используемые в этих онтологиях: лингвистических - лимитологическое словотворчество, метафорика; научных - логико-аналитических (структурное различение, структурное обобщение, структурная связь), теоретических (неопределенность, дополнение, мерная связь); философских - определение-установление, реонтологизация (фундаментализация), рефлексия, контрафлексия, контрарефлексия; теологических - представление запредельного содержания, триалектика. Каждая из онтологий имеет какой-то доминирующий подход, но может также использовать их все.

    Представления, лежащие в основании идей и концептов, направленных на работу с пределами, называются лимитологическими. Обозревая все богатство идей относительно пределов, можно сделать несколько обобщений. Во-первых, попадающие в наше поле зрения та или иная идея или концепт о пределах создавались ради определенных решаемых проблем, имеющих такие содержания, которые лишь косвенно указывает на работу с пределами. Во-вторых, рассматриваемые нами идеи или концепты о пределах могут содержать указание на отдельную ситуацию предельности, на отдельную операцию предельности, на несколько ситуаций предельности, на несколько операций предельности, относящихся к разным ситуациям предельности. В-третьих, имея похожее содержание, идеи или концепты могли возникать в разных областях знаний без ссылок их авторов друг на друга.

    В конечном счете, нас интересует всеобщая лимитология. Мы попытаемся показать, что лимитология является универсальной конструктивной теорией, не зависящей от содержания того или иного предела. Также, используя конструктивные операции предельности в основании той или иной идеи, мы попытаемся показать связь разных идей независимо от того, ссылались ли авторы этих идей друг на друга и способны ли современные науки признавать такую связь. Кроме того, мы произведем критику некоторых структуралистских концепций как более всего приблизившихся к исследованию отношений предельности.

     

    Допредельность

     

    Допредельность проявляется в следующих операциях:

     []

    1) Поиск направления на предел.

     

     []

    2) Обнаружение направления на удаленный предел.

     []

    3) Достижение удаленного предела.

     

    Допредельность в философии представляет собой процесс, который в авторской работе "Об онтологии" осмыслен как реонтологизация в процессе поиска фундаментальных оснований в каждую эпоху. Фундаментальная реонтологизация, являющаяся предельным стремлением реонтологизации, по крайней мере, в истории западноевропейской философии происходит циклически, завершаясь каждый раз онтологическим поворотом.

    Отнесение того или иного философа к функции онтологического поворота не означает, однако, что в исторически-временном плане на нем цикл заканчивается. Фундаментальная реонтологизация в историческом процессе могла продолжаться уже и после онтологического поворота. Однако, тем не менее, такие циклы условно существуют. Давайте проследим эти условные циклы в западноевропейской философии, указывая лишь на те идеи и концепты, в которых выражался процесс поиска, обнаружения и достижения предела.

    Первый цикл, древнегреческий философский поиск оснований природы (VI в. до н.э. - IV в. до н.э.). Фалес: основа всего - вода (1,2). Анаксимандр: основание бесконечно и вечно, и это ни вода, и ни какой-либо иной элемент. Однако вода, огонь и земля должны находиться в мире в определенной пропорции, но каждый элемент стремиться расширить свое влияние. (1,1) Анаксимен: основа всего - воздух, а все остальные элементы являются степенью сгущения воздуха (огонь - разреженный воздух, вода - сгущенный воздух, земля - еще более сгущенный воздух (1,2). Гераклит: основа всего огонь (1,2). Парменид впервые создает идею, являющуюся неаналоговым, неметафорическим представлением об основании - бытие как единственное, истинное, бесконечное и неделимое (1,3). С Парменидом связывают идею монизма основания (1,2). Эмпедокл впервые говорит обо всех четырех элементах как об основаниях - огонь, вода, воздух и земля (1,2) и вводит представление о комбинации первоэлементов, хотя понятие элемент и не употребляет. С Эмпедоклом связывают идею плюрализма оснований (1,2). Анаксагор предлагает идею делимости всего и вводит представление об уме ("нус") как основании (1,2). Левкипп и Демокрит предлагают идею предельной делимости - атомы как первоэлементы, из которых все состоит (1,3). Протагор: "Человек есть мера всем вещам - существованию существующих и несуществованию несуществующих" (1,1). Платон в своей теории идей за основания принимает "идеи" или "формы", где четко различены "мир идей" и "мир преходящих вещей" (1,1). В лице Аристотеля мы наблюдаем первый онтологический поворот, которому предшествовала вся предыдущая фундаментальная онтологизация. Аристотель предпринимает критику теории идей Платона, предлагая теорию универсалий или общих имен (1,3). Именно это порождает средневековый спор реалистов и номиналистов. Первоэлементы - земля, вода, воздух и огонь - являются основаниями для подлунного мира, однако небесные тела состоят из пятого элемента (эфира) (1,3). Четыре элемента порождаются друг от друга. Аристотель вводит представление о сущности как того, чем нечто является в силу своей природы (1,3). Аристотель также различает "форму" и "материю" и четыре виды причин (1,3).

    Второй цикл, разделение теологии и философии (с начала нашей эры до XIV в.). Этот цикл начинается в связи с христианством и постепенно усиливающимся влиянием учения Христа на философию. Первый предел христианства: "Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим" (Мф. 22:37). Второй предел христианства: "Возлюби ближнего твоего, как самого себя" (Мф. 22:39). Христос указывает на то, что первый предел находится не в мире, а в Боге, а второй предел находится не внутри человека, а на уровне каждого его ближнего (1,2), и что необходимо достигать эти пределы (1,3). Христианство порождает западноевропейскую традицию - теологию, которая осмысляет эти пределы. Одна из первых идей, выражающая допредельное содержание теологии, была идея Тертуллиана: верую, ибо абсурдно, где отрицается возможность рационального содержания веры (1,3). Древнеримская философия в лице Плотина претерпевает на себе заметное влияние религиозных идей. Имеется в виду его теория эманации - Единое (Бог или Благо), Ум, Душа, где осуществляется описание нисходящего движения от Единого к Душе и предполагается обратное движение Души как восходящее (1,2). Св. Августин вводит представление о разделении царства Божьего и царства земного (1,2). Так же св. Августин предлагает принцип, уравновешивающий теологическую и философскую онтологии: "разумей, чтобы мог верить; верь, чтобы разуметь" (1,2). Наступивший затем упадок в развитии философии преодолевается только уже в конце средних веков.

    К этому времени относится спор номиналистов и реалистов: можем ли мы рассматривать все существующее внутри одной онтики (реализм), где существуют как индивидуальные сущности со своими именами, так и их имена; или мы должны принять две онтики (номинализм) - 1) того, что существует, и 2) того, что поименовывается (1,1). Считается, что победил номинализм - то есть победило различие онтик: онтика эмпирического существования и онтика номинального существования (1,2).

    У св. Ансельма (реалист), который предпринял попытку онтологического доказательства бытия Бога, происходит установление связи теологической и философской онтологий, где базовой является теологическая онтология через принцип: "верую, чтобы уразуметь" (1,2). Абеляр (номиналист) формулирует отличное от св. Ансельма представление: "разумею (понимаю), чтобы верить" (1,2). Так происходит принципиально иное установление связи теологической и философской онтологий, где базовой является уже философская онтология. Мы видим, как последовательно сдвигался предел рациональности в отношении теологии: 1) "верую, ибо абсурдно" Тертуллиана (отмежевание веры от разума) (1,3); 2) "разумей, чтобы мог верить, верь, чтобы разуметь" св. Августина (взаимное принятие веры и разума) (1,2); 3) "верую, чтобы уразуметь" св. Ансельма (принятие верой разума) (1,2); 4) "разумею, чтобы верить" Абеляра (принятие разумом веры) (1,2). Второй онтологический поворот в философии происходит в лице св. Фомы Аквинского (номиналиста), который предпринимает попытку сформулировать все основные рациональные доказательства существования Бога (1,3). При этом он считает, что некоторые божественные истины нельзя постигнуть рационально, но лишь верой (1,3). Фома Аквинский разграничивает "истины разума" (философия) и "истины откровения" (теология) (1,2). Так происходит онтологический поворот, завершающийся разделением теологической и философской онтологий.

    К этому же циклу относится Уильям Оккам (номиналист) и его знаменитая "бритва Оккама". Очень часто "бритву Оккама" рассматриваются как исключительно методологический принцип. Однако в своем изначальном содержании это был, прежде всего, онтологический принцип - основание едино и полагать множественность оснований не следует. Существует также онтическое выражение этого принципа: "Не до?лжно множить сущее без необходимости" и эссенциальное выражение этого же принципа: "Не следует умножать сущности без необходимости". У Оккама можно найти все эти оттенки выражения принципа. Однако в науке данный принцип используется чаще всего в его онтическом и эссенциальном содержании как методологический принцип. В отношении нашей проблематики "бритва Оккама" означает следующее: предел всегда един, пока не доказано обратное.

    Третий цикл, установление рациональных оснований философии (XV - XVIII). Этот цикл начинается в связи с Возрождением и последовавшим затем развитием науки. Коперниканский гелиоцентрический переворот состоял в возобновлении поиска направления на предел в небесных сферах (1,1) и изменении представления о направлении на предел (1,2): от геоцентрической модели (земля - пределы сфер вращения вокруг земли) к гелиоцентрической модели (солнце - пределы сфер вращения вокруг солнца). Фрэнсис Бэкон утверждает, что "знание - сила" (1,2), осуществляет отмежевание разума от веры (1,3), то есть, он стоит последним в цепочке установления предела между теологией и философией "Тертуллиан (1,3) - св. Августин (1,2) - св. Ансельм (1,2) - Абеляр (1,2) - Ф.Бэкон (1,3)". В этом смысле, позиция Ф.Бэкона столь же допредельная в отношении рациональной философии как и позиция Тертуллиана в отношении нерациональной теологии. Так опыт и разум оказываются независимым от веры процессом поиска идей (1,3). Декарт вводит принцип сомнения и находит предельное основание, в чем нельзя сомневаться, - мышление: я мыслю, следовательно, существую (1,3). Декарт допускает три основания: Бог, дух, материя (1,2). Спиноза вводит представление об основании и основанном - субстанции и ее атрибутах. Субстанция едина, она есть Бог или природа (1,3), все остальное есть ее атрибуты, которых множество, среди которых Спиноза называет два - мышление и протяженность (1,2). Лейбниц считал, что протяженность не может быть атрибутом субстанции и, пытаясь обосновать свой подход, вводит представление о континууме (1,2) как единстве, где целое предшествует частям, и каждая вещь, каждое событие является основанием другой вещи или другого события. Монадология Лейбница это попытка в одно и то же время плюралистического и монистического обоснования (1,3). Также Лейбницу принадлежит онтологическое понимание принципа достаточного основания (1,3). Для Локка основой познания служит опыт, состоящий из отдельных единичных восприятий (1,2). Разум это "tabula rasa" (чистая доска), на которую ложатся ощущения (1,3). Эмпиризм и рационализм - два соперничающих направления в философии этого времени (1,1). Третий онтологический поворот связан с Кантом, который вводит различение имманентного (чувственно постигаемого) и трансцендентного (недоступного в чувственно постигаемом опыте) (1,2), разграничивает опыт (постериорное содержание) и содержание вне опыта (априорное содержание) (1,2), полагает пространство и время как априорные всеобщие формы чувственности (1,2), чистую и эмпирическую апперцепции (1,2) и тем самым впервые формулирует основания разума как трансцендентальное (двухпозиционное) соединение мыслимого и чувственно воспринимаемого в концептуальном единстве объекта (1,3), разграничивая при этом вещи-в-себе вне пространства и времени, вещи в пространстве и времени как объекты вне знания, а уже внутри знания эти же предметы как феномены и ноумены (1,2). Кант также указывает на нерациональность первого предела христианства, то есть на невозможность рациональных доказательств Бога (1,3), но в то же время на наличие чисто рациональных оснований второго предела христианства, предлагая представление о категорическом императиве: поступай так, чтобы максима твоей воли была всеобщим моральным законом (1,3).

    Четвертый цикл, поиск иных, помимо рациональных, оснований философии (XVIII - первая половина XX в.). Фихте предлагает рефлексию как основание философии (1,2). Шеллинг предлагает духовность или интеллигибельность как основание философии (1,2). Гегель формулирует диалектико-логические основания философии как аналитически развернутое движение содержания категорий в тождестве бытия и мышления (1,2) и представление об абсолютной идее как предельном основании (1,3). Маркс предлагает рассматривать всемирно-историческую практическую деятельность как основу всякой возможной философии (1,2). Спор материалистов и идеалистов - наиболее традиционными являются такие размежевания: 1) материя и дух; 2) материя и сознание; 3) бытие и мышление (1,1). Бергсон предлагает интуицию в качестве основания философии (1,2). Рационализм и иррационализм - два соперничающих направления в философии этого времени (1,1). Гуссерль, предлагает искать основание философии в самом процессе мышления, который через ряд интенций осуществляет конституирование содержания предметов (1,2). Четвертый онтологический поворот осуществляется Хайдеггером как возвращение внимания к бытию как пределу для философского осмысления (1,3). Он осуществляет онтологическое обоснование (1,3), противопоставляя его традиционному рациональному подходу объяснения наличного присутствия как онтологически непредельному (1,1). Хайдеггер подвергает критике всю метафизику за ее ограниченность в содержательном плане, то есть предметный и онтический характер (1,1). Он создает антипонятийный, антипредметный и антинаучный дазайн-анализ (1,3).

    К этому же циклу относится и Николай Гартман, который предлагает новое представление об онтологии. Разный подход к единству и множественности оснований предлагали соответственно Парменид и Эмпедокл, Оккам и Фома Аквинский, Спиноза и Лейбниц, Хайдеггер и структуралисты или Гартман, последний из которых предложил не просто множественный, а многоуровневый подход к основанию. Так циклически происходило в истории западной философии решение проблемы субстанционализации (1,2).

    Пятый цикл, структурная реонтологизация (вторая половина XX в.). После Хайдеггера начинается разработка различных структурных и системных средств, которые позволяют иметь дело с разными способами разграничения и установления философского содержания. В связи с Хайдеггером можно говорит о постметафизике в отношении к метафизике (1,1). Далее можно выделить два направления: когнитивная метафорика структурализма и системно-методологический подход. Структурализм разрабатывает когнитивные метафоры, которые позволяют работать с пределами: "центр и структурность структуры" (центризм и ацентризм) (1,1), "человек и мир как текст" (1,3), "различание" (1,1) и деконструкция (1,1) у Деррида; "бинаризм и антибинаризм" (1,1), "ризома" (1,3), "шизоанализ" (1,1) у Делеза; "симулякр" (1,3) и "гиперреальность" (1,3) у Бодрийяра, "нулевая степень" (1,3) у Барта. В структурализме основными рабочими пределами являются "знак" (1,2), "дискурс" (1,2), "текст" (1,2), а общим постигаемым пределом оказывается "структура" (1,3). Разворачивающийся на всем протяжении философии спор о монизме и плюрализме оснований (Парменид и Эмпедокл, Оккам и Фома Аквинский, Спиноза и Лейбниц, Хайдеггер и Гартман) приобретает в структурализме новый поворот - фундаменталистский нигилизм и поверхностный плюрализм (1,1). Системный подход в его наиболее развитом виде у Г.П.Щедровицкого содержит решение многих проблем допредельности посредством следующих теоретических средств: "рамки" (1,2), различение онтологий, задаваемых рамками, на ядерную (1,1), объемлющую (1,2) и предельную (1,3), различие онтологизации, объективации и реализации (1,1), различие мышления, понимания, рефлексии (1,1), различные содержательные пределы систем (связей, процессов, функций, морфологии и материала) (1,2). Г.П.Щедровицкий создает первый протосемиозис - позиционные схемы для разных ситуаций, где пределы и отношения подвергаются изображению на основе стандартных обозначений (1,2), стандартные мыслительные процессы (проблематизация, рефлексия, проектирование, программирование) (1,2). В СМД-методологии появляются принципиально новые фундаментальные пределы - система и метод (1,3). Начало пятого онтологического поворота можно связывать с современными попытками конструктивного онтологического подхода, включая авторскую попытку синтетического обобщения достижений структурного и системного подходов в Теории Виртуальности (ТВ), где касательно допредельности происходит различие виртуальности и актуальности (1,1), различие истолковательной и конструктивной онтологических позиций (1,1), различие очевидности и инаковости (1,1), установление базовой структуры реальности (1,2), различение объектной, процессной и структурно-континуумной нормативных онтологий (1,2), создание нелингвистического семиозиса - метасемиозиса дирекционально-позиционно-структурных понятий (ДПС-понятий) и конструктивного семиозиса "АВ"-моделирования (1,1; 1,2; 1,3), и в авторской работе "Об онтологии", где производится изложение основных онтоаксиологем. В этой работе наиболее сложные представления о допредельности связаны со структурной организацией схем сборки многомерных онтологий или структуралистикой онтологий. Многомерные онтологии это онтологии, состоящие из многих вертикально организованных слоев (уровней) или горизонтально организованных сегментов. Сообразно структуралистике многомерные онтологии бывают фундирующие (вертикально-иерархические, горизонтально-иерархические и дуально-иерархические) и нефундирующие (относительные и безотносительные)[36].

    Как видно из вышеизложенного, достаточно много идей западноевропейской философии относилось к поиску, обнаружению и достижению предела. Каждой эпохе в европейской истории соответствовали свои пределы, так или иначе выражаемые в философии, теологии и науке. Давайте посмотрим на достижение пределов в теологии и науке.

    Допредельность также выражается в разных мировых религиях: нереальность Мира (1,2) и реальность Внемирности в буддизме (достижение предела во Внемирности) (1,3), единственный предел (Бог) в исламе (1,3) в отличие от двух пределов (Бог и ближний) в христианстве (1,3), достижение предела Нирваны (1,3) через Сансару (1,2) в индуизме, Дао как недостигаемый предел в даосизме (1,3).

    Аппроксимация в философии и науке - это метод, при котором происходит замена одних объектов, процессов или структур другими сходными, но более простыми, объектами, процессами, структурами. Аппроксимация есть научное выражение ситуации допредельности (1,3).

    "Нулевая степень" - согласно словарю постмодернизма[37] это "понятие философии постмодерна, означающее мнимую референциальность мифологического (Р.Барт), гиперреального или симулякра (Бодрийяр), а также лимитированность гиперинтерпретации (Эко)... Н.С. есть последнее убежище реальности: реальность тела подтверждается смертью (СПИД, рак), реальность общества - терроризмом, реальность экономики - кризисом или дефицитом, реальность Природы - экологическими катастрофами, реальность вообще - функциональной операциональностью действий (коротким замыканием действия в Н.С.)..." "Нулевая степень" это достижение предела, где содержание, утрачивая себя, устанавливает себе. "Нулевая степень" это ситуация допредельности, операция - достижение удаленного предела (1,3).

    Становление - процесс непосредственного обретения качества, перехода между качественными состояниями или непосредственное изменение с потенциальной возможностью обретения качества. Содержание "становления" принципиально различно у Гегеля, в системной динамике и у Делеза и Гваттари. Становление у Гегеля предполагает триаду "бытие-ничто-становление": здесь становление есть снятие оппозиции тезиса и антитезиса "бытие-ничто", где становление, тем не менее, качественно определено как становление бытием, а не ничто (1,3). В системной динамике становление это переход между разными состояниями системы, предполагающий возможность различать эти состояния системы как даже разные системы (1,2). Становление у Делеза и Гваттари является процессным представлением, которое обретает самостоятельную объектную реальность, а не реальность тех объектов, между которыми оно может быть зафиксировано, особое самостоятельное качество, а не переход от одного качества к другому (1,1).

    Нахождение предельного основания как фундаментальных единиц и фундаментальных схем их сборки является в каждой науке самой существенной ее проблемой. Что является основанием математики - числа или места пространства, математические модели, математические структуры (1,2)? Что является предельными элементами мира в физике - элементарные частицы, струны (суперструны) или какие-то иные единицы (1,2)? Что в биологии лежит в основании создания гена, клетки, биологического вида (1,2)? Можно ли обнаружить более фундаментальное основание, нежели заряд атомного ядра в химии (1,2)? Все эти вопросы являются вопросами пределов в естественных науках.

    Что является причиной, что движет отдельным человеком, обществом, человеческой цивилизацией? На какой предел направлены усилия человека вообще, является ли человек пределом, внутри которого он должен развиваться (антропоцентризм) или человек должен превратиться в сверхчеловека, в нечто уже нечеловеческое? Все эти вопросы являются вопросами пределов в гуманитарных науках.

    Поиск пределов в химии известен достаточно хорошо, хотя и наименее драматичен в социальном отношении: вместо атомного веса, как предлагал вначале Менделеев, теперь в основе химии лежит заряд атомного ядра - это изучают в школе (1,2). Основы математики, биологии и физики являются довольно драматичными в социальном плане.

    Поиск пределов в математике - числа и места пространства, математические модели и математические структуры - мало известен большинству людей (1,2). Однако выход за пределы математики в междисциплинарную область - кибернетику, оказался весьма драматичным. Кибернетика была объявлена в СССР в 50-е годы ХХ века лженаукой, поскольку она якобы противоречила диалектике: обратная связь как основное отношение в кибернетике рассматривалась как противоречие диалектическим законам.

    Онтологическое основания биологии - генетику - в 50-е годы ХХ века считали в СССР лженаукой, прежде всего, по той причине, что это было связано с противоречием коммунистической социальной доктрине: свойства человека являются не наследственными, а определяется исключительно общественными отношениями. Генетика с ее наследованием свойств в процессе биологического размножения противоречила диалектике, согласно которой все находится в развитии.

    В обнаружение онтологических оснований физики к концу ХХ века оказались вовлечены большинство развитых стран, а все остальное человечество вынуждено было обратить на это самое пристальное внимание. Речь конечно идет о создании и запуске БАК - Большого адронного коллайдера, ускорителя заряженных частиц, одной из важных целей которого является обнаружение "бозона Хиггса", что либо подтвердит Стандартную Модель, либо можно будет вместо Стандартной Модели начать поиск более сложных моделей физических оснований. Критическое отношение к квантовой механике элементарных частиц позволит обратить пристальное внимание на теорию суперструн.

    Архетип в психологии (1,3) - теоретическое представление, предложенное Карлом Юнгом, которое означает универсальные изначальные врожденные структуры, имеющие коллективный и бессознательный характер, которые распознаются в нашем опыте в процесс бодрствования и сна, служат основанием мифов, сказок и произведений искусства. Данное теоретическое представление представляло собой попытку психологии освоить ситуацию допредельности.

    Ноам Хомский рассматривал язык как приписывание глубинным структурам семантических и фонетических интерпретаций. Глубинная структура (1,3) - основа, существующая в семантическом коде, из которой по правилам трансформации можно генерировать некоторое множество поверхностных языковых структур, то есть каждой глубинной структуре может соответствовать несколько поверхностных структур (1,3). Такое направление в лингвистике получило название "генеративная лингвистика". Представление о глубинных структурах являлось попыткой произвести отношение допредельности изнутри самого языка, чтобы показать язык как генерированный из некоторого глубинного предела.

    Социология мейнстрима и маргинальности. Мейнстрим - основное направление социальных процессов, в которых движется большинство (1,1). Маргинальность - отклонение от основного направления для обнаружения его пределов (1,2). Мейнстрим предполагает маргинальность, как и маргинальность определена всегда относительно мейнстрима, они могут быть изучены по отношению друг к другу (1,3). В этом смысле мейнстрим является допредельностью, заканчивающейся маргинальностью, где маргинальность является последним краем самого мейнстрима, все еще находящимся до предела. Выход за этот предел описывается в социологии как девиантность.

    Поиск основания в истории известен как непрекращающийся спор о "роли личности в истории", который на самом деле является поиском разных возможных пределов. Что является основанием истории - отдельная личность, некоторая социо-культурная группа, имеющая некоторую естественную (территория, общие условия существования) и социо-культурную (язык, культура, религия и т.п.) общность, или безличный и социально-спонтанный (циклический) процесс изменений человечества во времени - вот какой вопрос является самым важным для истории.

    Все эти попытки естественных и гуманитарных наук представляли собой намерение освоить ситуации допредельности в онтологии той или иной науки.

    Таким образом, можно показать содержательное понимание операций допредельности. Поиск направления на предел это выбор разных способов видения предела, разных ориентаций на пределы, разных способов понимания содержаний до возможных пределов. Обнаружение направления на удаленный предел это выбор ориентации на предел через разные способы выражения удаленного предела, то есть то, с чем можно мыслительно работать в достижении предела. Достижение удаленного предела это нахождение предельности не только по содержанию, но и в конкретном поименовании.

    Следующие идеи и концепты оказываются сопоставлены операциям допредельности: 1) поиск направления на предел (поиск первоэлементов и атомистика, мир идей и мир вещей, реализм и номинализм, геоцентризм и гелиоцентризм, эмпиризм и рационализм, материализм и идеализм, рационализм и иррационализм, метафизика и постметафизика, структурализм и системный подход, истолковательность и конструктивизм; в структурализме - центризм и ацентризм, бинаризм и антибинаризм, различие и различание, конструкция и деконструкция, анализ и шизоанализ, фундаментализм и "фундаменталистский нигилизм - поверхностный плюрализм", в СМД-методологии - различие онтологизации, объективации и реализации, различие мышления, понимания и рефлексии, в конструктивизме - истолковательная и конструктивная онтологические позиции, актуальность и виртуальность, очевидность и инаковость; мейнстрим в социологии), 2) обнаружение направления на удаленный предел (субстанционализация, отношение разума и веры, имманентное и трансцендентное, опыт и априории (пространство и время), чистая и эмпирическая апперцепции, феномены и ноумены, система понятий в тождестве бытия и мышления, всемирно-историческая практическая деятельность, в структурализме - знак, дискурс, текст, в СМДМ - рамки, позиционные схемы разных ситуаций, стандартные мыслительные процессы (проблематизация, рефлексирование, проектирование, программирование), различные содержательные пределы систем (связей, процессов, функций, морфологии и материала), в конструктивизме - базовая структура реальности, различение объектной, процессной и структурно-континуумной нормативных онтологий; нереальность Мира в буддизме, Сансара в индуизме; числа и места пространства, математические модели и математические структуры в математике, атомный вес и заряд атомного ядра в химии, ген, биологическая клетка и биологический вид в биологии, элементарные частицы и суперструны в физике, маргинальность в социологии, личность, социо-культурная группа и безличный спонтанный процесс изменений в истории, человек и сверхчеловек в гуманитарных науках), 3) достижение удаленного предела (первоэлементы, атомы, субстанция, монада, достаточное основание, объект, абсолютная идея, онтологическое обоснование, структура, человек и мир как текст, ризома, симулякр, гиперреальность, "нулевая степень", система, метод, ДПС-понятия, нелингвистический семиозис "АВ"-моделирования, реальность Внемирности в буддизме, Бог в христианстве и исламе, ближний в христианстве, Нирвана в индуизме, Дао, аппроксимация, архетип в психологии, "глубинные структуры" в лингвистике).

     

    Определивание

     

    Определивание проявляется в следующих операциях:

     []

    1) Установление содержания до предела.

     []

    2) Непосредственное установление предела.

     []

    3) Установление отношения содержания к своему пределу.

     

    Основной работой с пределом является определивание, то есть установление этого самого предела, которое в мышлении традиционно задавалось через качественное или родовидовое определение. Определение это выражение в языке указания на некоторое качество через родовидовое отличие, которое обладает свойством быть уникальным видом (1,2) и относится к определенному роду (1,1). Категории Аристотеля это категории наивысших родов. Спор номиналистов и реалистов делает определение независимым онтически от реального существования.

    Кант преобразует традиционный подход к определению. У Канта определение это фиксированное в термине общее представление. У Канта различаются определения понятий и категорий, где последние есть всеобщие понятия, полагаемые в априорных формах пространства и времени, которые могут налагаться на опыт.

    Гегель развивает подход Канта. У Гегеля определение понятия это не только общее представление, но и его особенность по отношению к другому определению понятия. У Гегеля возникает так называемая система понятий, где определения понятий являются связанными.

    Гуссерль предлагает новый подход - рефлексивное наблюдение за интенциональностью мышления в процессе конституирования. Так появляется феноменологическое установление содержания вместо определения - конституирование как интенциональная деятельность сознания по формированию предметностей как структур смысла. Такой подход имеет следующие стадии: 1) пассивный синтез имманентного времени; 2) конституирование целостного индивидуального субъекта; 3) конституирование сообщества субъектов (интерсубъективности). Конституирование предметностей состоит из коррелирующих ноэмы и нэзиса, то есть из объектно-предметного содержания и процессного содержания.

    Хайдеггер критикует дефиницию (горизонт, границу поля видения, во-граничивание, ограничивание), различая logos понятия и conceptus идеи. Хайдеггер отказывается от определения через категории, описывающие наличное содержание (антипонятийность), как и от интенционального конституирования как предполагающего предметное предстояние (антипредметность), предлагая вместо этого истолкование в языке при посредстве отношения экзистенциалов к экзистенции. Для этого он предлагает дазайн-анализ. Антипредметный дазайн-анализ означает, что предмет не дан, как уже положенное в мышлении, но лишь рассматривается из его экзистенциальных структур явленности Dasein. Антипонятийный дазайн-анализ означает, что понятие представляет горизонт, ограничивание, определение, в то время как Хайдеггер пытается работать с открытыми смыслами. "Экзистенциальный" употребляется в отличие от "категориального". Наконец, дазайн-анализ антинаучен в том смысле, что он не достаточно точен в классических требованиях науки.

    Структурализм осуществляет расширение средств структурного установления содержания, используя все предыдущие достижения феноменологии и хайдеггерианства. Структурализму мы обязаны использованием целого ряда подходов к определению: когнитивные метафоры для указания на новые качества (ризома, след, номада, симулякр, генотекст, хора, виртуальность, человек и мир как текст и т.д.), словотворчество для указания на отличие нового качества явления или процесса от известного (гиперреальность, антибинаризм, трансгрессия, деконструкция и т.д.), структурные различения (центризм, бинаризм, иерархия и т.д.), структурные обобщения (тотальность, различие, различание и т.д.), структурные связи (обозначение, дискурсия, эпистема, деривация и т.д.), структурно-аналитическое смежевание, (дополнение, шизоанализ и т.д.).

    Когнитивная метафорика позволяет работать с границами и пределами за счет переноса рассматриваемого содержания в некоторый иной смысловой контекст, который является общеупотребимым или понятным из определенной части опыта. Однако когнитивные метафоры из-за своей внешней привлекательности не способствуют развитию содержания до теоретического уровня. Например, предложенное Делезом понятие "виртуальность" так и осталось метафорой у С.Жижека и П.Вирилио.

    Словотворчество позволяет использовать морфологию слова для указания направления на предел. Метафоры и словотворчество являются единственно возможными, когда мы работаем с удаленным и неясным пределом. Когда же в содержании достигаемого предела появляется ясность, мы можем переходить к чисто структурным установлениям содержания предела.

    Деррида вводит разграничение различия и процессного продолжения различания в структуре (различие различия и т.д.). Фуко предлагает четыре теории - предложения, расчленения, обозначения и деривации для описания использования всего богатства языка для работы с пределами. Он же предлагает представление о трансгрессии как преодолении границы-предела.

    Тем не менее, преодоления пределов через структуралистский набор средств оказались контрпродуктивны: они весьма функциональны в обыденности, очень демонстративны для популяризации, но малосодержательны философски, то есть с точки зрения обнаружения новых сущностей и создания действительно новых представлений. Лингвистические, структурные и аналитические преодоления пределов могут быть лишь условиями некоторой существенной философии, но такие условия философии не всегда могут обеспечивать создание существенной философии - для этого средства должны быть более разнообразными и более мощным, чтобы обеспечить работу с новыми и более сложными представлениями.

    Онтологическое приращение структурализма-постмодернизма, то есть приращение в области фундаментальных пределов, для философии является весьма незначительным, если не считать попытку противоречивого отрицания онтологии. Противоречивой попытка отрицания является потому, что, несмотря на такие отрицания, попытки онтологизаций производились дважды: у Делеза (ризома как прообраз сетевой онтологии) и у Деррида (мир и человек как текст).

    Парадокс структурализма-постмодернизма в том и состоит, что, построив себя на многих попытках работать с пределами, сам он не смог определить свои собственные пределы, и будет наказан историей идей за всеядность. Неспособность определить свои пределы, вынужденная привязка к прошлому "модернизму", являются условиями его исторического поражения.

    В целом структурализм-постмодернизм как философия потерпел неудачу, став популяризованным подходом для масс и для множества падких на интерпретации ученых и философов. Сама неудача была заложена в изначальном существе подхода: у постмодернизма была родовая травма, так до конца и не преодоленная. Постмодернизм не смог указать на свое положительное качество, и остался навсегда привязанным к "модернизму" через чисто языковое определение "пост-". Тем не менее, постмодернизм значительно расширил средства определения.

    Г.П.Щедровицкий называл определения "гробами для мысли". В самом деле, любое определение не позволяет мысли никуда двигаться, кроме как вертеться вокруг уже заданного содержания. Г.П.Щедровицкий как представитель системомыследеятельностной методологии (СМДМ) является изобретателем рамочного определения. Рамочное определение позволяет задать так называемые рамки любого содержания таким образом, что каждая рамка это некоторый содержательно определенный горизонт (1,2), которые расширяется в своем содержании по мере того, как мы осваиваем его своим мышлением. Внутри рамок находится ядерная онтология - искомое содержание, которое изначально не определено (1,1). Рабочая или объемлющая онтология, собственно рамки, впервые задает содержательные пределы искомого содержания. Такое определение и такая работа с пределами (раздвигающиеся или расширяющиеся рамки) является более сложным в мышлении и более богатым содержательно. Кроме того, есть еще и предельная онтология (1,3), которая находится на уровне предельно допустимых оснований содержания, о которой трудно говорить, поскольку она уже связана с самими фундаментальными подходами и используемым языком[38].

    Однако в такой работе с пределами тоже есть свои недостатки. Прежде всего, это неопределенность самого содержания рамок. Рамкой может быть и некоторое качество, и проекция более сложных объектов, и процессы, и структуры, то есть все, что угодно, что можно положить как содержательные границы. Такая всеядность рамок не позволяет, во-первых, их сравнивать, а, во-вторых, не позволяет их исчислять: в одном и том же содержании можно устанавливать десятки и даже сотни рамок.

    Теория Виртуальности предлагает более сложный подход. Речь идет уже не об определении, конституировании, истолковании, структурном установлении или рамочном определении, а об установлении - дирекционально-позиционно-структурном установлении, порождающем дирекционально-позиционно-структурные понятия (ДПС-понятия). Это такой подход, где все понятия являются результатом сравнимых операций: установления дирекциональных направлений, установления разных структурных мест, установления отношений между разными структурными местами, превращающих тем самым эти места в позиции друг по отношению к другу. Причем истолкование в метасемиозисе ДПС-понятий сопровождается конструированием в конструкт-семиозисе "АВ"-моделирования. Это похоже на хайдеггеровское истолкование экзистенции при посредстве экзистенциалов (различение дазайн-аналики и дазайн-анализа), но ДПС-понятия и "АВ"-моделирование являются конструктивно операциональными по своему структурному содержанию.

    Таким образом, содержание ДПС-понятий оказываются результатом чисто структурных операций, выражаемых в "АВ"-моделировании, которые сравнимы и конечны по количеству и содержательному пониманию. Однако главный недостаток такого подхода в том, что так могут быть определены не все понятия - только философские понятия, которые можно выразить как конструктивную работу со структурами. Данная работа призвана показать, что структурная работа с пределами лежит в основании большинства идей и концептов. Иначе говоря, такой конструктивный подход - способ философской работы с фундаментальными пределами.

    Вот как это реализовано в пяти уровнях нормирования структурно-континуумной нормативной онтологии в Теории Виртуальности: 1) онтологический уровень, где проиходит установление начального различия устойчивости и изменчивости до нормирования их в реальности; 2) континуумный уровень, где эти реальности соединяются в континуум и между ними задается отношение; 3) функциональный уровень, где эти реальности функционализируются в структуре известного в человеческой культуре содержания (язык, логика, опыт, мышление, речь-текст, деятельность); 4) морфологический уровень, где происходит различение внутреннего содержания этих реальностей на объекты и аспекты-атрибуты; 4) уровень материала, где все содержание превращается в материал для внешней содержательной деятельности.

    Конструкт-семиозис "АВ"-моделирования через знаки позволяет работать со всеми ситуациями в отношении пределов в выше приведенных пяти уровнях нормирования: установление предела (различение на актуальность и виртуальность), достижение предела (превращение актуальности и виртуальности в соответствующие реальности), преодоление предела (установление референции и референтности между реальностями), связь через предел (получение актуально-виртуального континуума реферирующих через несколько потоков реальностей), сопряжение пределов (различение реальностей на объектно-аспектно-атрибутивное содержание и соотнесение этих содержаний), устранение предела (контрафлексивное оперирование объектно-аспектно-атрибутивным содержанием многопозиционного континуума).

    Мы имеем историческую цепочку изменения определивания - определение через родовидовое отличие (до Канта), определение через представление (Кант), определение через содержательную связь общего и особенного разных содержаний понятий (Гегель), интенциональное конституирование (Гуссерль), истолкование в языке (Хайдеггер), структурное установление (структуралисты), рамочное определение (СМДМ), конструктивное выражение в метасемиозисе ДПС-понятий и конструкт-семиозисе "АВ"-моделирования (ТВ).

     

    Давайте посмотрим на способы установления содержания до предела, самого предела и отношения содержания к пределу в философии и методологии: сфера, ацентризм, горизонт, эон, "эпохе", поверхность и глубина, имманентизация, территориализация, ризома, плоскость, архив, рамка, рефрейминг, действительность, пространство, реальность и мир; инструментальные представления о границах: плато, разрыв, слои, уровни[39].

    Философия не очень жаловала метафоры "треугольный мир", "четырехугольный мир", зато очень любила "мир сферический". Сфера как представление о Боге происходит от Гермеса Трисмегиста, а именно от приписываемого ему трактата "Асклепий": "Бог есть умопостигаемая сфера, центр коей находится везде, а окружность нигде". Наиболее известное развитие этого представления - у Паскаля: "Природа - это бесконечная сфера, центр которой везде, а окружность нигде". Сфера Паскаля в науке известна как проблема замкнутой или открытой Вселенной. Сферность - распространенный способ ограничивания любого содержания, где рассмотрение помещает самое себя в центр такой сферы (2,3).

    Эон - понятие, восходящее к древнегреческой философии, где оно означало "век", "путь жизни", время жизни человека и живых существ. В раннем христианстве, у гностиков "эон" приобретает новое значение - "мир" в его временно?м историческом развертывании, где смысл истории вынесен за пределы наличного исторического времени (2,3).

    Ацентризм - постмодернистское представление отказа от выделенных точек и осей, заданных пространственно или аксиологически. Ацентризм противостоит центризму, где центр управляет структурой, но сам бесструктурен. Ацентризм связан также с отказом от представления о глубине в отношении к поверхности. Ацентризм также связан с отказом от сферности в мыслительных представлениях о мире (2,3).

    Горизонт - у Гуссерля это граница, не имеющая предметной определенности, что принципиально отличается от априорных содержаний Канта. Представление о горизонте использует также Хайдеггер, а позднее структуралисты и методологи (2,2).

    "Эпохе?" - предложенный Аристотелем и развитый Гуссерлем подход, который означает вынесение за скобки всего метафизического и научного знания, чтобы воспринимать только то, что наблюдается сознанием (2,1).

    Поверхность - это постмодернистское понятие, связанное с концепцией номадологии Делеза и означающее отказ от представления о глубине как в пространственном понимании, так и в когнитивном. Здесь видна явная критика Ницше, который сам критиковал Платона за то, что его идея "парит или гибнет". Ницше требовал постигать "потаенные глубины" Бытия, а саму "поверхность" постигать "взглядом из глубины". Постмодернистское представление о поверхности непосредственно связано с фундаменталистским нигилизмом (отрицанием фундаментальности) и поверхностным плюрализмом структурализма (2,3).

    Имманентизация - философское понятие, означающее фиксирование внутренненого по отношению ко внешнему (2,3).

    Территориализация - постмодернистское понятие означающее работу с семантически и аксиологически выраженным пространством, где сняты различия бинарных оппозиций глубины и поверхности, внешнего и внутреннего, центра и периферии. В детерриториализации пространство оказывается лишенным каких бы то ни было линий демаркации и каких бы то ни было выделенных точек. Ретерриториализация это реставрационная работа после детерриториализации, когда производится восстановление территориальной дифференциации (2,3).

    Ризома - метафорическое представление о корне травы, использованное Делезом для описания принципиально открытой, поверхностной организации целостности, где нет верха и низа, начала и конца, главного (как у дерева ствол) и подчиненного (как у дерева ветки). В своей онтологии ризома превращена в более современное представление о сети (2,3).

    Разрыв - способ нарушения традиционной линейной целостности, которую осуществляет ризома (2,1).

    Плато - фрагмент ризомы у Делеза, который может быть зафиксирован в непрерывности ее процессуальности лишь в момент анализа (2,1).

    Плоскость - понятие естественно-научной и философской традиции, выражающее многомерность мироздания. Этот подход традиционно связывают с творчеством Ницше, который предполагал, что мысль имеет "оси" и "направления", по которым она развивается, что у нее есть "география" и "история", что она намечает "измерения" систем до момента их становления. По Ницше, ориентация на "высоту" (в философии это "восхождение" и "преображение") скорее всего, свидетельствует о вырождении или заблуждении философии (2,3).

    Архив - то, что маркирует кромку времени, которая окружает наше настоящее, - "это то, что вне нас устанавливает наши пределы" у Фуко (2,2).

    Рамка в СМД-методологии - проекция сущностей или объектов более высокого порядка. Рамка полагается и держится в процессе мышления как граничное содержание, с которым соотносят рассматриваемое содержание. Рамка это горизонт, который содержательно удаляется, если к нему приближаться (2,2). Рамки сообразно онтологиям, которые они устанавливают, бывают ядерные (2,3), объемлющие (2,2), предельные (2,1). При этом онтологии, которые задаются этими рамками, имеют отнесение к ситуации допредельности и соответствующим операциям: ядерная (1,1), объемлющая (1,2) и предельная (1,3).

    Почему соответствующие рамки и онтологии не соотносятся по порядку операций как (2,1) - (1,1); (2,2) - (1,2); (2,3) - (1,3)? Противонаправленный порядок операций в названии рамок и онтологий связан с разницей конструктивных действий в ситуациях и операциях допредельности и определивания. Ядерная рамка (2,3), которая рисуется в виде сферы и называется также рабочей рамкой, устанавливает отношение к пределу своего открытого вовне содержания, а ядерная онтология оказывается внутренним содержанием и называется также рабочей онтологией (1,1). Предельная рамка устанавливает содержание исключительно внутри нее (2,1), а предельная онтология ориентирована вовне (1,3).

    В СМД-методологии также исследовались способы смены рамок, то есть проблемные ситуации, когда изменение видения содержания предполагает изменение одной рамки на другую рамку.

    Рефрейминг - смена внешнего отношения к чему-либо без изменения его внутреннего содержания. Это понятие используется в нейролингвистическом программировании, где оно означает смену отношения к ситуации без изменения содержания самой ситуации (2,2).

    Действительность в СМД-методологии - проекция всего социо-культурного содержания на ту или иную сторону деятельности (2,3).

    Пространство в СМД-методологии - системно однородное содержание, где допустима лишь одна логика (2,3).

    Мир в СМД-методологии - системно неоднородное содержание, где допустимы разные логики (2,3).

    Реальность в конструктивизме - некоторая среда, которую можно отнормировать каким-либо образом. Реальность задается онтологически и представляет существование онтологии (2,3).

    Пространство в конструктивизме - часть реальности, нормирование которой может быть представлено специфическим (нормативным) образом. Пространство задается нормативно-онтологически и представляет собой нормативное существование онтологии (2,3).

    Мир в конструктивизме - сложный конструкт, который не описывается в "картине мира", а выражается в "конструкции мира". Мир может быть постигнут в многослойной или многоуровневой онтологии (2,3).

    Слой - теоретическое представление, введенное Гартманом в его подходе "Новая онтология", означающее различимую неоднородность онтологии (2,1).

    Уровень - понятие конструктивной онтологии, имеющей несколько слоев, которые могут быть выражены в иерархии "глубина - поверхность" (2,1).

     

    Специальная теория относительности Эйнштейна в физике формулирует два положения, имеющие отношение к пределам. 1) Скорость света не зависит от скорости движения источника во всех инерциальных системах отсчёта (2,2). 2) Законы природы инвариантны относительно инерциальных систем (2,3). 3) Пространство и время однородны, пространство является изотропным (2,1).

    В общей теории относительности утверждается, что: 1) скорость света в вакууме предельна, одинакова во всех направлениях и не зависит от движения источника света (2,2); 2) внутри некоторой системы координат прямолинейное равномерное движение неотличимо от покоя (2,3); 3) одновременность является относительной (2,3); 4) гравитационные эффекты обусловлены не силовым взаимодействием тел и полей, находящихся в пространстве-времени, а деформацией самого пространства-времени (2,2).

     

    В практике социального размежевания наиболее интересные пределы представляли собой "Великая Китайская Стена" (создавалась с III в. до н. э.) (2,2) и "Берлинская Стена" (1961-1989) (2,2).

    "Великая Китайская Стена" создавалась для предотвращения набегов кочевников на Китай и тем самым для предохранения подданных от перехода к кочевому образу жизни и слияния с варварами. Стена также устанавливала границы китайской цивилизации и способствовала консолидации единой империи, составленной из разных частей. Стена на всем протяжении ее существования оставалась мощным символом государственной власти, целостности и преемственности китайской культуры. В то же время Стена являлась символическим отмежеванием Китая от остального мира. Вопрос о том, сохранить или уничтожить Стену, на всем протяжении ее существования являлся вопросом ориентации внешней политики Китая.

    "Берлинская Стена" была построена в результате невозможности победителей во второй мировой войне решить проблему границ Германии как проигравшей стороны. Эта проблема приобрела особую остроту в Берлине, так как разные части города контролировались разными социальными системами мира, представленными НАТО (капиталистические страны) и Организацией Варшавского Договора (социалистические страны). Побеги за пределы "Берлинской Стены" осуществлялись исключительно из Восточного в Западный Берлин. За все время побег осуществили сотни людей. Из них при попытке к бегству было убито 125 человек (документально подтвержденная цифра). "Берлинская Стена" оказалась не просто строительным сооружением, а эпицентром холодной войны. Исключительность символики Берлинской Стены для периода "холодной войны" состоит в том, что за пересечение этого искусственного предела в центре европейского города в ХХ веке людей расстреливали без суда и следствия.

     

    Существуют также пределы в организации содержательного развития философии, науки и искусства. Парадигма - гносеологическая модель всякой эволюционной деятельности, в частности - науки в процессе своего развития (2,3). Эпистема - структура мышления, выражающая образ мыслей в конкретной исторической эпохе (2,3). Если парадигма является основным понятием гносеологии, то эпистема является основным понятием эпистемологии. Несмотря на явную синонимичность этих терминов во многих философских и научных текстах, гносеология это теория всякого познания, а эпистемология это теория научного познания. Существует также когнитология как теория об онтологических представлениях (когнитемах) в основании знаний (2,3).

    Одна из наиболее интересных проблем теории алгоритмов и математики это проблема P=?NP. Формулируется она так: если положительный ответ на какой-либо вопрос можно быстро проверить (за полиномиальное время), то верно ли, что ответ на этот вопрос можно найти за полиномиальное время и используя полиномиальную память. Полином это многочлен, а полиномиальность это зависимость от длины многочлена. Суть этой проблемы в обнаружении предела алгоритма и методологии вообще. Иначе говоря - все ли проблемы алгоритмизируемы (методологизируемы)? В "Теории виртуальности" утверждается, что классы полиномиальных задач и NP-полных задач не равны, поскольку они выражаются в принципиально разных онтологических истолковательной и конструктивной позициях, то есть типы задач P и NP относятся соответственно к актуальной и виртуальной реальностям.

    В геометрии пределы задаются посредством аксиоматики. Аксиомы это способ установления пределов в геометрическом пространстве (2,3). Например, в Евклидовой геометрии системы аксиом описывали пределы работы на плоскости. В уточненной Гильбертом Евклидовой геометрии 20 аксиом: принадлежности (3 планиметрические, 5 стереометрических), 4 аксиомы порядка, 5 аксиом конгруэнтности, 2 аксиомы непрерывности, 1 аксиома параллельности. В аксиоматике Евклида-Гильберта неопределенными являются понятия: точка, прямая, плоскость; а также бинарные отношения: "лежать между", "содержать" (прямая - точку, плоскость - точку и плоскость - прямую), "конгруэнтность" (геометрическое равенство отрезков, углов, треугольников).

    Прямоугольная или Декартова система координат. Система двух (для плоскости) или трех (для пространства) взаимно перпендикулярных координат, позволяющих описывающих любую точку или геометрическую фигуру, а также позволяющих графически представлять функции как отношение значений на осях абсцисс, ординат и аппликат (x,y,z). Декартова система координат явно указывает на трехмерность пространства, тем самым, задавая пределы его измерений (2,3).

    Предел функции - одно из основных понятий математического анализа. Функция f(x) имеет предел A в точке x0, если для всех значений x, достаточно близких к x0, значение f(x) близко к A (2,3). В математике пределом последовательности называют объект, к которому члены последовательности стремятся или приближаются с ростом номера (2,3).

    Таким образом, можно показать содержательное понимание операций определивания. Установления содержания до предела означает инструментальную операцию самого предела. Непосредственное установление предела предполагает различение подходов и способов его установления. Установление отношения содержания к своему пределу означает возникающие отношения и связи, которые характеризуют предел.

    Следующие идеи и концепты оказываются сопоставлены ситуации определивания: определение родовидовое и понятийное, конституирование, истолкование, структурное установление, рамочное определение, конструктивное выражение (установление ДПС-понятий, истолковывающих конструкт-семиозис "АВ"-моделирования); общая и специальная теории относительности. Следующие идеи и концепты оказываются сопоставлены операциям определивания: 1) установление содержания до предела ("эпохе?", разрыв, плато, слой, уровень), 2) непосредственное установление предела (горизонт, архив, рамка, рефрейминг, "Великая Китайская Стена", "Берлинская Стена"), 3) установление отношения содержания к своему пределу (сфера, эон, ацентризм, поверхность и глубина, имманентизация, территориализация, ризома, плоскость, действительность, пространство, реальность, мир, парадигма, эпистема, онтологическое представление, аксиома, "Декартова система координат", предел функции, предел последовательности).

     

    Запредельность

     

    Запредельность проявляется в следующих операциях:

     []

    1) Преодоление предела.

     []

    2) Установление запредельного содержания.

     []

    3) Установление отношения запредельного содержания к пределу.

     

    В ситуации запредельности появляется возможность отношения предела к запредельному содержанию. Причем, запредельное содержание вовлекается в отношение лишь в соприкосновении с пределом. Таким образом, запредельное отношение, данное через предел, противоречиво осмысливаясь в представлениях определивания, становится апорией или парадоксом.

    В то же время антиномия построена на произвольном установлении предела или на игре с пределом между очевидностью (обыденностью) и философским пониманием. Проводя предел на основании опыта и здравого смысла, мы получаем одно утверждение, проводя предел на основании философского осмысления, мы получаем другое, противоположное ему, содержание.

    Все апории, антиномии и парадоксы имеют дело с пределами, в процессе установления которых происходит столкновение запредельного содержания с пределом. Хотя в истории мышления апории очень часто называли антиномиями и парадоксами, все они имеют разное содержание.

    Апории являются вымышленными ситуациями, умозрительными построениями, пытающимися преодолеть предел концептуально и показывающими при этом внеопытные способы рассуждения и понимания (3,1).

    Антиномии основаны на работе с запредельными представлениями - пространство, время, бытие, Бог, когда о них можно логически утверждать как одно, так и другое, противоположное ему. Антиномии вскрывают противоречивое содержание запредельных представлений в попытке рассмотрения их как из аналогий опыта, так и из всеобщего подхода за пределами опыта (3,2).

    Парадоксы основаны на работе с пределами реальных ситуаций, выводя их за эти пределы, что выражается в языке - естественном или логически, философски и научно уточненном. Язык позволяет строить умозаключения на основе работы одновременно с пределом и запредельным содержанием, порождая, таким образом, дискурсивное противоречие (3,3).

    Апории (3,1).

    Наиболее известными являются четыре апории Зенона - о дихотомии, об Ахилле и черепахе, о стреле, о стадионе. Суть апорий Зенона в работе со структурированием времени и пространства, которое позволяет показать запредельность представлений о движении в отношении очевидного опыта.

    Апория о стреле: летящая стрела неподвижна в каждый момент времени, то есть, движения нет. Суть апории в невозможности перейти от покоя к движению через какое-то иное представление, нежели считать движение запредельным, по отношению к покою, или иначе - движение не есть сумма моментов покоя.

    Апория о стадионе - если три позиции разделить на четыре неделимые части, и одна позиция будет неподвижной, а две другие будут двигаться навстречу друг другу мимо неподвижной позиции, то в какой-то момент окажется, что подвижные позиции прошли по отношении к неподвижной позиции больше неделимых частей, нежели друг по отношению к другу, а значит неделимые части делимы. Суть апории в невозможности установить предельную делимость и невозможности суммировать даже условно неделимые отрезки в целый отрезок.

    Апория о дихотомии: чтобы пройти весь путь, нужно пройти половину пути, а чтобы пройти половину, нужно пройти четверть и т.д. - то есть, чтобы пройти бесконечный путь нужно бесконечное время. Суть апорий о дихотомии и об Ахилле и черепахе в установлении иного измерения времени - равномерно убывающей шкалы.

    Апория об Ахилле, догоняющем черепаху (в оригинале - самое медленное существо): сколько бы ни пробежал Ахилл, черепаха за это же время проползет какой-то отрезок пути, и пока Ахилл будет пробегать этот путь, черепаха снова проползет новый отрезок пути, поэтому Ахилл никогда не догонит черепаху. Суть апории в установлении иного измерения пространства - равномерно убывающей шкалы.

    В ТВ такая равномерно убывающая шкала пространства и/или времени названа измерением структурности.

    Антиномии (3,2).

    Наиболее известными являются антиномии Канта.

    1. Мир конечен - мир бесконечен.

    2. Каждая сложная субстанция состоит из простых частей - не существует ничего простого.

    3. В мире существует свобода - в мире не существует свободы, но господствует только причинность.

    4. Существует первопричина мира (Бог) - не существует первопричины мира.

    Кант приводит одинаково сильные доказательства как одной, так и другой части каждой антиномии. Мир конечен в представления обыденности и бесконечен философски. Каждая сложная субстанция состоит из простых частей в представлении обыденности и не существует ничего простого в философском понимании. В мире существует свобода с точки зрения обыденности и господствует причинности в философском понимании. Существует первопричина мира (Бог) в обыденности и не существует этой первопричины в философском понимании.

    Считается, что антиномии Канта преодолимы в диалектике Гегеля. Суть антиномий в том, что предельные представления невозможно объяснить с точки зрения опыта. И диалектика Гегеля всего лишь чисто умозрительный ход, который пытается объединить две части антиномии - одно в другом. ТВ предлагает рассматривать предельные представления в принципиально иной онтологической позиции (конструктивной, за пределами очевидности), нежели представления очевидного опыта, которые рассматриваются в истолковательной онтологической позиции.

    Парадоксы (3,3).

    В парадоксах пределы устанавливаются разными средствами, которые и лежат в основании типологии парадоксов. Парадоксы бывают: логические (без математических), математические (статистические, вероятностные, связанные с бесконечностью, геометрические и топологические), научные (химические, физические и т.д), самореференции, определений, связанные с выбором, связанные с путешествием во времени.

    Мы можем привести самые интересные и известные парадоксы, чтобы показать столкновение запредельности с пределом.

    Логические. Построенные на логических умозаключениях, работающих с пределами. Парадокс неожиданной казни: когда осужденному говорят, что казнь произойдет неожиданный для него день недели, он рассуждает, что каждый день недели является ожидаемым, а значит казнь не может быть неожиданной. Тогда казнь и становится неожиданной.

    Математические. Построенные на математических представлениях о пределах, полагаемых в результате математических операций. Парадокс Райта - ребенок стареет быстрее, чем старик, так как удвоение возраста в начале отсчета (1,2,3,4...) происходит быстрее, нежели вдалеке от начала.

    Связанные с бесконечностью. Как вид математических парадоксов построены на попытках соединить представление о бесконечности с представлениями конечности. Парадокс Гильберта - если гостиница с бесконечным количеством номеров заполнена, в нее можно еще поселить посетителей, даже бесконечное число.

    Вероятностные. Построены на неочевидных следствиях при работе с вероятностями. Парадокс Монти Холла - во время игры, где нужно делать выбор, за одной из трех дверей находится приз. Когда участник игры указывает на одну из дверей, ведущий игры открывает другую, где приза нет, остаются еще закрытыми две двери, на одну из которых уже указал участник. С точки зрения обыденности, можно оставить выбор прежним, а с точки зрения теории вероятности, нужно указать на другую дверь, тем самым повысив вероятность выигрыша.

    Самореференции. Построенные на положении пределов в отношении референции к самим высказываниям. Парадокс о лжеце - высказывание "Это ложь" является парадоксальным за счет референции к самому себе.

    Определения. Построенные на попытке превратить определение в измеряемый предел. Парадокс кучи - в какой момент куча песка перестанет быть кучей, если из нее удалять по одной песчинке?

    Связанные с выбором. Построенные на рефлексивных рассуждениях. Например, парадокс рефлексивности Щедровицкого - рефлексирующая и рефлексируемая позиции соединимы только в сознании или за счет логически нормированного знания).

    Дилемма арестованного (дилемма заключенного, дилемма бандита), используется полициями всех стран для получения сведений у сообщников, разделяя их и взаимно обуславливая их откровенность на допросах. Двум арестованным, на которых нет улик, предлагают выбор: если оба молчат, то у них будет небольшой срок; если один молчит, а другой говорит, то молчащий получает 10 лет, а говорящий выходит на свободу; если оба говорят, то получит каждый по 5 лет. Рассуждения каждого построены на неуверенности, что другой будет молчать, то есть альтернатива "оба молчат" отбрасывается сразу, поэтому каждый приходит к выводу, что 5 лет лучше, чем 10.

    Не этом же подходе построена концепция равновесия Джона Неша в теории игр - ни один участник не может увеличить выигрыш, изменив своё решение в одностороннем порядке, когда другие участники не меняют решения.

    Физические. Построены на физических представлениях о пределах. Парадокс "Кот Шредингера" построен на реализации принципа неопределенности Гейзенберга в очевидной реальности. Механизм, соединяющий открывающуюся емкость с газом с радиоактивным ядром с вероятностью распада за 1 час 50% так, что когда ядро распадается, емкость открывается, помещен в закрытый ящик с котом. Пока ящик закрыт, над ядром не проводится наблюдений, кот и мертв и жив одновременно. Когда ящик открывают, наблюдатель видит одно из состояний кота - смерть или жизнь.

    Связанные с путешествием во времени. Построенные на возможности изменить прошлое так, что некоторые уже произошедшие события не могут произойти. Парадокс дедушки - путешественник в прошлое убивает там своего дедушку, в результате чего само его существование оказывается под вопросом. Парадокс детально разобран в книге автора "Теория виртуальности", где различается вариант непосредственной связи прошлого с настоящим, тогда путешественник во времени просто исчезает в момент убийства, и вариант обрыва связи, где путешественник возвращается в иное настоящее, не то, которое он оставил, отправляясь в прошлое. В ТВ показана допустимость атрибутивных и объектных сдвигов в настоящем как следствие действий путешественника в прошлое.

    Философские. Основаны на применении обобщенных или предельных представлений к очевидности. Парадокс о Всемогуществе - Бог не может либо создать камень, который не поднял бы, либо не может поднять такой камень, то есть Бог невсемогущ. Решение этого парадокса возникло у автора в 1997 году. Именно решение, а не устранение за счет изменения условий его постановки, разграничения определений и т.д. Все попытки истолковательно справиться с парадоксом в языке, в логике, в философии обречены на неудачу. Решение автора было произведено чисто в структурном выражении: Бог может обратить в камень весь мир, тогда ситуация "поднять" камень устраняется, а могущество Бога несомненно. Точно так же решается иная интерпретация парадокса - что произойдет, если человек, имеющий непреодолимую силу, встретит камень, который невозможно сдвинуть? Тот же ответ: такой человек может сдвинуть камень вместе с целым миром. Таким образом, парадокс о всемогуществе, имеющий 1400-летнюю историю, не является парадоксом в конструктивной позиции.

    Парадоксальность всегда является следствием работы с запредельностью, данной через предел. Давайте посмотрим на работу с запредельностью в науке.

    Метафизика - у Аристотеля, который является автором этого термина, это означало "то, что после физики", а в дальнейшем стало означать философию. Весьма символично, что философия изначально появляется как содержание запредельного отношения к физике, то есть к природе как таковой (3,2). Поэтому, когда возникает современное представление о постметафизике это уже оказывается дважды запредельным содержанием, в котором двойное отношение запредельности оказывается неопределенным.

    Трансцендентность у Канта является теоретическим представлением о запредельности в отношении опыта - не только индивидуального или опыта нынешнего времени, а вообще всякого опыта. Традиционно термину трансцендентность противопоставлен термин имманентность как внутренне относящееся к опыту содержание. В "Теории виртуальности" сделан еще один теоретический шаг - произведено различение имманентного и концептуального опыта. Концептуальный опыт, хотя и трансцендентен по отношению к очевидному имманентному опыту, однако не является предельной трансценденцией, то есть трансцендентность допустима также и по отношению к концептуальному содержанию (3,1).

    В теологии - запредельность представлена как запредельные атрибуты Бога (всемогущество, вездесущность, всеведение) (3,3) и как представления о запредельной внемирной, посмертной жизни - Рай и Ад (3,3). Кроме всемогущества, вездесущности и всеведения атрибутом Бога является также благость, однако этот атрибут не является запредельным. Рай это обитель праведных душ после смерти или конца мира. Традиционное местоположение Рая - Небеса, хотя есть и земной Рай (Эдем). Ад это место для наказания грешников. Местоположение Ада - под землей.

    В науке теории и концепции запредельности являются весьма интересными и многообразными. Прежде всего, представление о запредельности существует в логике. Первая теорема Гёделя о неполноте: всякая достаточно богатая содержанием система либо неполна, либо противоречива. Эта теорема означает, что полнота содержания включает предел этого содержания (2,3). Однако из этой теоремы следует, что предел также принадлежит запредельному содержанию (3,2) и тем самым порождает его противоречие с допредельным содержанием.

    Ряд теорий и концепций могут быть описаны через понятие "трансформация". Трансформация в физике, биологии, лингвистике означает преобразование, превращение (3,2). В физике - изменение напряжения переменного тока при помощи трансформатора. В биологии - изменение свойств клетки в результате проникновение в нее чужой ДНК. В лингвистике - изменение основной языковой модели, приводящее к созданию вторичной языковой структуры (действительной в страдательную, глагольной в именную, утвердительной в отрицательную, повествовательной в вопросительную).

    В биологии запредельность выражается не только на клеточном уровне. В генетике трансформация генотипа называется мутацией (3,2). Трансформация биологических видов организмов называется эволюцией (3,2).

    В химии трансформация описывается как химическая реакция, в результате которой происходит превращение одного или нескольких веществ (реагентов) в другое или другие вещества (продукты реакции) (3,2).

    Физика. В ядерной физике трансформация - нуклеосинтез, то есть синтез ядер химических элементов тяжелее водорода.

    В экономической антропологии трансформация исследовалась Карлом Поланьи, автором книги "Великая трансформация".

    В экономике и политологии существует транзитология, то есть целый набор теорий о трансформации или переходе, который изначально означал переход от авторитаризма к демократии (3,2).

    В социологии запредельность можно рассматривать как девиантность, то есть социальные процессы за рамками норм. В этом смысле можно рассматривать три разные социологические теории: теорию мейнстрима и маргинальности, и теорию девиантности. Первая теория описывают допредельность, вторая теория описывает запредельность.

    Согласно теории лиминальности антрополога Арнольда ван Генепа описывается процесс социального перехода или смены статуса индивида в обществе. Первая стадия (прелиминальная) - отделение, выделение, сепарация, отчуждение, отсоединение индивида от социальной или культурной структуры. Вторая стадия (лиминальная) - вступление в двойственное состояние, в промежуточную зону "лимбо" (inbetween, betwixt and between). Третья стадия (постлиминальная) - соединение, возвращение, освоение, присоединение индивида к социальной или культурной структуре уже в новом качестве (3,1).

    Таким образом, мы видим три стадии в теории лиминальности Генепа, которые соответствуют разным ситуациям предельности: 1) допредельность-прелиминальность, определивание-лиминальность и запредельность-постлиминальность. Причем подход Генепа интересен тем, что он показан как процесс, а ситуация определивания в самом процессе выделяется как особая зона двойственности - лимбо. Причем весь этот процесс Генеп называет "ритуалом перехода".

    Теория лиминальности Генепа непосредственно связана с предшествующей ей диалектикой Гегеля и последующей за ней концепцией трансгрессии Фуко-Бланшо. Ситуация запредельности является ключевой для понимания трансгрессии Бланшо-Фуко, в отличие от ситуации черезпредельности, являющейся ключевой для понимания диалектики Гегеля.

    Более того, в научно-фантастическом творчестве братьев Стругацких мы находим развитие теории Генепа, причем, в принципиально новом содержании, где за систему отсчета взят не отдельный индивид, а целая цивилизация. Именно это обстоятельство позволяет нам относить подход братьев Стругацких не к культурной антропологии, а к цивилизационной антропологии[40].

    Относительно развития целой человеческой цивилизации существует так называемый меморандум Бромберга (вымышленный персонаж братьев Стругацких из романа "Волны гасят ветер"): "человечество будет разделено на две неравные части по неизвестному нам параметру, причем меньшая часть форсированно и навсегда обгонит большую, и это свершится волею и искусством сверхцивилизации, решительно человечеству чуждой".

    В данном меморандуме мы обнаруживаем основные характеристики развития человеческой цивилизации через появление внутри нее предела: 1) деление на две части будет произведено по неизвестному параметру; 2) эти две части будут неравными (большая и меньшая); 3) меньшая часть очень быстро и навсегда обгонит большую; 4) за этим будет стоять сверхцивилизация, чуждая человечеству.

    Как видно, меморандум Бромберга принципиально изменяет подход Генепа. Одно дело - смотреть на социум с позиции отдельного индивида, и совсем другое дело - смотреть на социум с позиции всего социума. В меморандуме Бромберга появляется отношение разных содержаний - допредельного и запредельного как большего и меньшего, и указывается их будущее отношение как доминирование нового меньшего запредельного содержания над старым большим допредельным содержанием (3,3).

    В психологии запредельность представлена довольно широко исследуемыми направлениями. Психология подсознания и психология бессознательного, идеи "Я" и "сверх-Я", психология сублиминальных воздействий (3,1; 3,2; 3,3) - все это идеи и теории работы с ситуацией запредельности, которая выступает как выход за пределы сознания или самосознания.

    В отношении ситуации запредельности можно показать и базовую цивилизационную характеристику самих идей и концептов как одну из характеристик цивилизационной антропологии - принцип существенности идей и концептов (3,3). Существенными считаются в философии, науке и искусстве те идеи и концепты, которые способны преодолеть барьер отдельной культуры и быть интегрированными в другой культуре без каких бы то ни было усилий той культуры, где они возникли. Иначе говоря, существенны лишь те идеи и концепты, которые запредельны сами по себе, то есть сами пробивают себе дорогу в мир без всяких усилий их автора или культуры происхождения, если конечно речь не идет о Темных Веках.

    Перипетия - по Аристотелю это "превращение действия в его противоположность" (3,3). Это один из главных способов усложнения трагической фабулы произведения, когда меняется не столько содержание некоторого события, сколько его содержательная среда или контекст. Конфликт предыдущего контекста события и его нового контекста создает новый уровень интриги, новый ход сюжета, создает новые возможности его развития. Перипетия в литературе, театре и кино непосредственно предуготовляет человеческое общество к рефлексии и к наиболее сложной ее форме - предельной рефлексии.

    В отношении запредельности уместно вспомнить Ницше и его принципиальное возражение Протагору, утверждавшему человека как меру всех вещей. Для Ницше запредельность человека, превращающая его в качественно нового человека, носителя новых ценностей, Антихриста и бунтаря, является сверхчеловеческой. Сверхчеловек не воин и не вождь, а гений. Сверхчеловек Ницше это принцип, из которого можно рассматривать принципиальное изменение человеческой цивилизации в неантропоцентристском подходе (3,2).

    В структурализме для обозначения запредельности применяется лимитологическое словотворчество ("гиперреальность" Фуко-Бодрийяра, "трансгрессия" Фуко-Бланшо) или когнитивная метафорика (аструктурная или внеструктурная "ризома" Делеза-Гваттари). Однако, на наш взгляд, к ситуации запредельности всецело относится лишь представление о гиперреальности Фуко-Бодрийяра, где явно выражено содержание запредельности. Согласно Фуко гиперреальность означает отказ от линейного представления о смене эпистем, переход к идее скачкообразного их чередования. У Бодрийяра гиперреальность это симулятивная реальность, реальность симулякров, которые не привязаны к какому бы то ни было содержанию, то есть это знаки без денотатов (3,2). Однако во всех попытках структурализма работать с запредельностью видны серьезные ограничения применяемых мыслительных операций: либо отрицательный нигилизм наличествующих представлений (антибинаризм, ацентризм, аструктурность и т.д.), либо метафорика (ризома, архив, след и т.д.). Структурализм принципиально отказывался работать с предельной рефлексией.

    Предельная рефлексия общее понимание онтологической рефлексии, связанное с попыткой выставить рефлексирующую позицию за предел содержания, рассматриваемого в рефлексируемой позиции (3,3). Рефлексия не всегда является преодолением предела. В подавляющем количестве случаев - рефлексия всего лишь изменение среды: выхождение в иную смысловую среду (смысловая), выхождение в иную реальностную среду (интерпозиционная), выхождение в среду мышления иного субъекта (интерсубъективная). Все эти рефлексии связаны с преодолением некоторой искусственной положенной границы. Однако рефлексия в очень редких случаях действительно связана с выходом за предел.

    Онтологическая рефлексия это способ содержательного выражения предельной рефлексии в работе с основаниями. Предельная рефлексия всегда выходит на уровень онтологии, когда работает с основаниями. Однако выхождение на уровень онтологии может быть и эпизодическим, не связанным с построением новой онтологии. Такие эпизодические проявления предельной рефлексии и создают возможность реонтологизации в дальнейшем. Попытка овладеть предельной рефлексией в СМД-методологии называлась безопорным мышлением (3,2).

    Например, в предельной рефлексии каждый член потребительского общества предъявляет только одно умение (одну профессию) - способность потреблять. За эту способность общество платит такому члену общества возможностью зарабатывать деньги и удовлетворять свои потребности. В потребительском обществе принципиально иная способность (профессия) - смыслообразование - потребительской стоимости не имеет. Потребительская стоимость смыслообразования может возникнуть только в ситуации кризиса. Однако если носители этой способности не подготовлены в системе образования, то такая потребность в ситуации кризиса удовлетворена быть не может.

    Предельная рефлексия применена в теории суперструн, где рассматриваются концепты и вычисления в мире с размерностью больше 4. Такой подход является исключительно конструктивным и плохо воспринимается истолковательной теоретической наукой, привязанной к аналогиям четырехмерного мира. Предельная рефлексия также использована в "Теории виртуальности" для создания новых умозрительных концептуальных представлений. Конструктивное преодоление пределов, положенных в представлениях очевидности, происходит за счет особого концептуального умозрения - новых инаковых представлений, так называемого "структурного ви?дения".

    "Структурное ви?дение" - новый умозрительный концептуальный "допредикативный" опыт мышления, порождающий семиозис, который оказывается неиерархически контрафлексивно различен на конструкт-семиозис и метасемиозис (3,3). "Структурное ви?дение" является допущением: во-первых, концептуальным из онтологической позиции конструирования, во-вторых, контрафлексивным дирекционально-позиционно-структурным, в-третьих неочевидным, инаковым, то есть виртуальным.

    Причем мы имеем в виду именно "структурное ви?дение", подчеркивая его "инаково-наглядный" в смысле "подвижного внутреннего взора мышления" характер, а не только некоторые процедуры мышления, понимания или рефлексии. "Структурное ви?дение" - результат конструктивного понимания, то есть понимания, конструирующего новые представления и схемы. "Структурное ви?дение" оперирует новыми онтологическими единицами: структурное подобие (размер), структурное направление (дирекция), структурная связь (связь).

    Таким образом, можно показать содержательное понимание операций запредельности. Преодоление предела связано с обнаружением запредельного содержания, которое является иным. Его инаковость является главным условием преодоления. Установление запредельного содержания происходит в содержании определивания, отсюда запредельность имеет двойственный, неясный, непонятный характер. Установление запредельного содержания к пределу, несущему в себе также и допредельное содержание, порождает явно выраженный конфликт между допредельным и запредельным содержанием.

    Следующие идеи и концепты оказываются сопоставлены операциям запредельности: 1) преодоление предела (апория, трансцендентность, постлиминальность, трансгрессия как общее содержание), 2) установление запредельного содержания (антиномия, метафизика, сверхчеловек, гиперреальность, первая теорема Гёделя о неполноте, трансформация (мутация, эволюция, химическая реакция, нуклеосинтез, транзитология), девиантность, безопорное мышление), 3) установление отношения запредельного содержания к пределу (парадокс, запредельные атрибуты Бога, Рай и Ад, меморандум Бромберга, принцип существенности идей и концептов, перипетия, предельная рефлексия, "структурное ви?дение").

     

    Черезпредельность

     

    Черезпредельность проявляется в следующих операциях:

     []

    1) Размежевание.

     []

    2) Смежевание.

     []

    3) Взаимно нормированные допредельное и запредельное содержание через предел как связь или отношение.

     

    Давайте рассмотрим разные идеи и концепты относительно этих операций.

    Принцип неопределенности Гейзенберга утверждает, что нельзя одновременно знать координату и импульс элементарной частицы, то есть эти два измерения несовместимы во времени, так как зависят от эксперимента, который, измеряя одно, меняет другое. Неопределенность описывает операцию размежевания (4,1).

    Принцип контингентности Парсонса-Лумана в социологии и теории коммуникации аналогичен принципу неопределенности Гейзенберга в физике элементарных частиц. Принцип контингентности имеет следующее содержание: во всякой взаимосвязи двух и более позиционеров то, что будет делать другая сторона, является неопределенным. Это тоже операция размежевания (4,1).

    Для социологии и теории коммуникации появление определенности отношения контингентности разных взаимодействующих позиционеров связано с их общим стремлением к соотносимости этих разных содержаний в процессе коммуникации, то есть с их стремлением быть смежеваными. Затем кроме операции размежевания (4,1) и смежевания (4,2) в процессе коммуникации проявляется операция взаимно нормированных содержаний через предел (4,3).

    Для физики обнаружение аттрактивности черезпредельного содержания связано с принципом дополнительности Бора: для полного описания квантовомеханических явлений необходимо применять два взаимоисключающих ("дополнительных") набора представлений, которые дают полную картину этих явлений как целостных. Например, дополнительными в квантовой механике являются пространственно-временная и энергетически-импульсная картины. Дополнительность описывает операцию смежевания (4,2).

    В психологии похожее содержание выражено в теории Э.Блейлера термином амбивалентность (эмоциональная, волевая, интеллектуальная) (4,2). В психоанализе З.Фрейда тот же термин означает сосуществовании двух изначально присущих человеку глубинных побуждений, самыми фундаментальными из которых являются влечение к жизни и влечение к смерти.

    В химии похожее содержание выражено термином ковалентность, то есть взаимное перекрытие валентных связей электронами разными атомов (4,2). В то время как валентность представляет собой способность атомов химических элементов образовывать определенное число химических связей (4,1).

    В биологии, геологии, лингвистике, математике, физиологии, социологии, коммуникации и политологии аналогом физического принципа дополнительности является теория конвергенции (4,2). Теория конвергенции в социологи, политологии и экономике (П.Сорокин, У.Ростоу, Дж. К. Гэлбрейт и др.), например, утверждает, что взаимодействующие социальные системы, построенные на разных основаниях, могут быть подвержены проникновению друг в друга, что приводит к стиранию структурных границ между ними. Конвергенция тоже описывает операцию смежевания (4,2). Кроме того, конвергенция также позволяет видеть и третью операцию черезпредельности - взаимно нормированные содержания (4,3), особенно на заключительном этапе проникновения социальных систем друг в друга.

    В философии Канта взаимное нормирование черезпредельных содержаний выступает как трансцендентальность. Эмпирическая апперцепция опытного содержания некоторой внешней сознанию целостности, относительно которой устанавливается единство чистой апперцепции мыслимого содержания этой же целостности в сознании является трансцендентальным единством апперцепции - объектом (4,3).

    В 60-е годы ХХ века Брендон Картер сформулировал общий физический принцип - антропный принцип, причем, в двух формулировках. Слабая формулировка: во Вселенной существуют разные значения физических величин, но более вероятны те, которые порождают разумную жизнь (4,1). Сильная формулировка: Вселенная должна иметь физические величины, порождающие разумную жизнь (4,3). В такой формулировке можно увидеть и явное противоречие этого принципа с коперниканским принципом: место существования человечества не является привилегированным, как-то выделенным из прочих мест. Так в антропном принципе проявляет себя ситуация размежевания - человекомерный мир отмежеван от остального мира и взаимного нормирования - человек необходим остальному миру.

    Более того, антропный принцип является и основанием размежевания законов на разных структурных уровнях физической реальности. Микроскопический и макроскопический структурные уровни физической реальности являются проекциями в антропомерный уровень. При таком понимании заметны и недостатки формулировк Картера. Как можно оценивать бо?льшую вероятность антопомерного набора значений физических величин, если мы в физической реальности в принципе не можем знать иных наборов физических величин? Что значит, Вселенная должна порождать разумную жизнь? Это же явное протаскивание Бога в физику.

    Разные наборы физических величин не являются онтологическими, из которых мы своим человеческим существованием как бы выбираем доступные нам. Более того, Вселенная никому ничего не должна - долженствование Вселенной предполагает хитрое протаскивание Бога в физику. Возможность разумной жизни не является в один и тот же момент ее необходимостью.

    Иначе говоря, мы должны содержательно перевернуть обе формулировки антропного принципа Брендона Картера. Более адекватная истолковательная (слабая) формулировка - физическая реальность в истолковательной онтологической позиции является антропомерным выражением разных структурных уровней и соответствующих им физических величин (4,1), знание о мирах с иными физическими величинами зависит от возможности контакта с порожденной в ней разумной жизнью. Более адекватная конструктивная (сильная) формулировка - физическая реальность в конструктивной онтологической позиции является одной из допустимых реальностей, в которых возможна разумная жизнь (4,3).

    Такие формулировки, с точки зрения, в том числе выражаемых ими ситуаций предельности, являются более адекватными, поскольку позволяют резко различить истолковательный и конструктивный подходы к физической реальности.

    Черезпредельное отношение является неопределенным в каждом содержании по разные стороны предела. Чтобы появилась определенность отношения разных черезпредельных содержаний, нужна взаимосвязь черезпредельного содержания. В логике же подлинная определенность черезпредельного содержания наступает на межпредельном уровне. Об этом мы будем говорить в связи с рассмотрением второй теоремы Гёделя.

    Лука Пачоли в книге "Сумма арифметики, геометрии. Учение о пропорциях и отношениях" (1494) в трактате XI "О счетах и записях" впервые сформулировал способ расчета через двойную бухгалтерию путем записи слева и справа от вертикальной линии расходов и доходов, относительно которых нужно поддерживать баланс. Таким образом, черезпредельность Луки Пачоли описывает третью операцию черезпредельности - взаимно нормированные допредельное и запредельное содержания через отношение баланса (4,3).

    Два человека в истории мысли предлагают совершенно разные идеи черезпредельного отношения, как об этом говор Шпенглер. Это идея развития (качественного сдвига или качественного различия содержаний черезпредельного отношения), которую обычно связывают с именем Леонардо да Винчи, а также упомянутая выше идея баланса (уравновешивания черезпредельных содержаний), которую связывают с Лукой Пачоли.

    Позднее, в традиции СМДМ две эти идеи оказались представлены в разных позиционных схемах, например, в схеме "воспроизводства деятельности и трансляции культуры" и в схеме "шага развития".

    В первой схеме показан баланс трансляции культуры и воспроизводства деятельности как необходимое условие функционирования всякой культуры. Схема состоит из двух частей. В правой части показана трансляция эталонов, образцов и норм культуры от одной группы людей к другой (например, от поколения к поколению). В левой части показана реализация эталонов, образцов и норм культуры как воспроизводство сред деятельности и деятельностных ситуаций этих групп людей[41]. Эти схемы показаны как два уравновешенных процесса, где всякая трансляций культуры оказывается связанной и непосредственно зависимой от реализации культуры в процессах и средах деятельности.

    Во второй схеме показан разрыв между прошлым и будущим и пошаговое осуществление процесса развития через настоящее. Мы различаем прошлое, настоящее и будущее как трисегментную структуру. Затем мы осуществляем следующие операции: 1) Мы описываем объект в прошлом. 2) Мы описываем научный прогноз, т.е. естественное движение или развитие объекта в будущем. 3) Описываем идеальное, желательное состояние объекта в будущем. 4) Описываем отличие идеала от естественного прогнозируемого будущего состояния (развития) объекта. 5) Мы оцениваем описанный идеал (идеальный объект) на реализуемость, то есть описываем идеал относительно первоначального объекта. 6) Принимаем ограничение реализуемости и внутри этого ограничения в настоящем времени осуществляем перевод проблем в задачи для достижение реализуемого (а не идеального) состояния объекта. 7) Осуществляем в настоящем разработку проектов и программ, создающих реализуемое идеальное состояние объекта, то есть ведущих к развитию[42].

    Таким образом, операция взаимно нормированных черезпредельных содержаний может быть описана как баланс (4,3) и как развитие (4,3). Кроме этих типов нормирований для этой операции еще существует функциональная связь-отношение (4,3), мерные связи и отношения (бинарность, тернарность) (4,1;4,2;4,3) и контрафлексивная связь-отношение (4,3). Мы кратко опишем эти связи и отношения.

    Функциональная связь. В обобщенном виде функция это устойчивая зависимость одного процесса или объекта от другого процесса или объекта. Математическая функция - выраженная математически устойчивая связь между изменением некоторого числового ряда (набором аргументов) и изменением другого числового ряда (набором значений), которые можно представить как пары (аргумент, значение). Математическую функцию можно представить в виде уравнения и графически.

    Нематематические функции определяются устойчивыми зависимостями между частью и целым, субъектом и объектом, между субъектами, между группами субъектов, между несубъектными процессами и структурами. Нематематические функции изучаются в нематематических теориях функций.

    Фундаментальной теорией для черезпредельности является общая теория систем. Речь идет не о какой-то единой теории, а скорее о множестве теорий о системах. Тем не менее, существует онтологическое основание системных теорий как общая теория системы, которая не зависит от того, какие системы имеются в виду - природные или социальные - и описывает возникновение системы, отношение системы и среды, а также отношение системы к самой себе.

    Суть этих отношений может быть выражена в трех принципах, соответствующих операциям черезпредельности: принцип системы (4,1), принцип контингенции системы и среды (4,2), и принцип двойной контингенции самой системы (4,3).

    Принцип системы (4,1). Системой является то, что может быть выражено как некоторая любая упорядоченность (система) по отношению к неупорядоченности (среда). Закрытая система устанавливает жесткие границы между системой и средой. Открытая система превращает места упорядочивания (вход) и обеспорядочивания (выход) в пограничные места самой системы в процессе взаимодействия со средой, то есть инореференции. Возникновение самореференции системы (возможность внутрисистемного отношения входа к выходу) и самоорганизации (аутопоэзиса) системы (самостоятельное изменение границ системы, самостоятельное изменение количества и способа взаимодействия входов и выходов) не изменяет принципа системы, хотя и делает ее динамичной системой. Из-за этого возникает проблема установления границы динамичной системы.

    Принцип контингенции системы и среды (4,2). Система и среда являются взаимно неопределенными. Среда является контингентной по отношению к системе в силу принципа системы. Иначе говоря, если какая-то часть предполагаемой среды определена по отношению к системе, то она входит в систему и не является средой. Система является контингентной по отношению к среде в силу динамичного характера принципа системы, то есть в силу допустимости самореференции и самоорганизации системы. Иначе говоря, если бы система не была способна к самореференции и к самоорганизации, то она не стала бы системой, не выделилась бы из среды. Здесь возникает проблема симметрии контингенций: системы и среды и среды и системы. Мы никогда не можем знать, среда ли создала систему или система образовала свою среду.

    Принцип двойной контингенции (4,3), иногда называемый теоремой о двойной контингенции. Система является дважды контингентной: как по отношению к самой себе, так и по отношению к границе между системой и средой. Всякая система, будучи применена к себе не как к внутреннему содержанию, а как к целому, не может быть определенной, так как речь идет о переходе к иному системному уровню. При этом граница системы не принадлежит ни среде, ни самой системе: она возможность и условие выхода на иной системный уровень. Принцип двойной контингенции порождает проблему невозможности нормировать границу системы в рамках принципа системы.

     

    Мерные связи и отношения. Мерные связи и отношения возникают именно в ситуации черезпредельности, то есть тогда, когда мы можем любым образом положить общий предел для разных содержаний. Мерные связи не возникают в ситуации межпредельности, где пределы разные. Изучение мерных связи-отношения должно предполагать особую теорию - теорию мерных связей и отношений. Наиболее известными мерными связями и отношениями являются так называемые бинарность и тернарность.

    В ситуации черезпредельности возникают также отношения тетрарности и пентарности. Однако с большим числом мерностей возникает проблема нахождения некоторого общего предела, хотя в каких-то ситуациях он наверное и может существовать. Мы же детально рассмотрим бинарность и тернарость.

    Бинарность.

    Диалектика. Взаимосвязь - одно в другом, через другое, для другого (4,3). Диалектичны пары "тезис-анитезис" в гегелевской "Науке логики" - бытие, ничто; качество-количество; сущность, явление.

    Дихотомия. Взаимоисключение - либо одно, либо другое (4,1). Дихотомия представлена выше в виде принципа неопределенности и в содержании принципа контингентности. Дихотомия лежит в основании всякого антагонистического противоречия.

    Дуализм или дуальность. Взаимодополнение - и одно и другое (4,2). Дуализм представлен выше в виде принципа дополнительности и в содержании принципа конвергенции.

    Дилиминальность. Взаимоограничение - одно подавляет, угнетает или ограничивает другое (4,3). Деррида, Джердайн, Уилден и Делез называют этот способ отношения бинаризмом, не отличая его от других бинарных отношений. Дилиминальность принципиально противостоит диалектике. Диалектика является связью, где одно предполагает другое, принципиально различаясь друг от друга, но не ограничивая друг друга (бытие не ограничивает ничто и наоборот, качество не ограничивает количество и наоборот, сущность не ограничивает явление и наоборот).

    Дилиминальное отношение возникает в любом юридическом договоре двух сторон. Две стороны взаимно ограничивают друг друга в таком договоре. В то же время эти две стороны не являются диалектичными - они не даны друг через друга иначе, чем через оговоренные в договоре процессы, что не является диалектическим по сути (частичная обусловленность не является всеобщей, как в традиционной диалектике). Эти стороны также не дихотомичны, не противостоят антагонистически (иначе бы не заключали договор). Эти стороны дилиминальны, то есть ограничивают друг друга в строго определенных отношениях.

    Существуют также и другие примеры дилиминальности. Например, приведенные здесь процессы баланс и развитие являются дилиминальными. Они недихотомичны (одно не исключает другое) и не диалектичны (одно не обязательно предполагает другое). Они дилиминальны, то есть существует баланс без развития и с развитием, есть развитие без баланса и с балансом, но в их совместном существовании одно всегда ограничивает, но не предполагает и не отрицает, другое.

    Дихотомия и дуализм представляют собой нормированные отношения, в то время как диалектика и дилиминальность представляют собой нормированную связь.

    Давайте покажем более сложные, нежели бинарные, - тернарные связи и отношения. В тернарной логике традиционно исследуют логические законы, парадоксы импликации и т.п. Однако нас интересуют точные термины самих отношений, которые различали бы то, что традиционно является синонимами: триалектику, тернарность, трихотомию и т.д. Давайте более подробно рассмотрим тернарные связи-отношения.

    Триалектика. Взаимосвязь - одно в другом и в третьем, через другое и третье, для другого и для третьего (4,3). Триалектика Троицы: Бог - Отец, Бог - Сын и Бог - Дух Святой. Триалектика времени - прошлое, настоящее, будущее.

    Трилиминальность. Взаимоограничение - одно огранивает другое и третье (4,3).

    Комфорт, свобода, безопасность как качества социального мира. Безопасность ограничивает комфорт и свободу, комфорт ограничивает свободу и безопасность, а свобода ограничивает комфорт и безопасность.

    Свобода, равенство, братство как социальные цели. Свобода ограничивает равенство и братство, равенство ограничивает братство и свободу, а братство ограничивает свободу и равенство.

    Трихотомия. Взаимоисключение - три позиции, каждая из которых исключает две другие (4,1). Трихотомия также может быть дублированной, строенной и т.д., то есть, когда одна из трех позиций дублируется, троится и т.д. В силу того, что трихотомия означает, что каждая позиция исключает две другие, она бывает неассоциативной и нетранзитивной.

    Неассоциативность трихотомии. Если одно, то не другое и не третье. Трихотомия прямого угла в треугольнике в Евклидовой геометрии.

    Нетранзитивность трихотомии. Если одно относится к другому, а другое так же относится к третьему, то первое не относится так же к третьему. Игра: камень, ножницы, бумага: камень тупит ножницы, которые режут бумагу, которая заворачивает камень.

    Транзитивной и ассоциативной может быть только триальность.

    Триализм или триальность. Взаимодополнение - и одно, и другое, и третье как трехпозиционная дополнительность (4,2). Триальность как отношение возникает, когда соединяются принципиально разные, никак независимые по представляемым им концептам содержания.

    Транзитивность триальности - если одно относится к другому, а другое так же относится к третьему, то первое относится так же к третьему. Ассоциативность триальности - вместе первое и второе относятся к третьему так же, как первое относится ко второму и третьему вместе. Ассоциативность и транзитивность проявляется в недистрибутивных (дополнительных) отношениях триальности.

    Триальность биологии - клеточное, генетическое и эволюционное направления.

    Триальность марксистской идеологии: три составных части марксизма (диалектика, политэкономия, научный коммунизм).

    Триальность идеологии имперской России: православие, самодержавие, народность.

    Дистрибутивное кольцо триальности - если одно, то не другие два, а если любые два, то не третье (4,2). Это отношение лежит в основе цветового круга Иттена, где выделяют три основных цвета: красный, желтый, синий. Таким образом, основные 6 цветов являются либо основным цветом, либо дуальной их комбинацией: красный, оранжевый (красно-желтый), желтый, зеленый (желто-синий), синий, фиолетовый (красно-синий).

    При этом трихотомия представляет собой дистрибутивное одинарное полукольцо триальности. А дуально-комбинаторная триальность представляет собой бинарное полукольцо триальности. Пример дуально-комбинаторной триальности - плоскости, образуемые любыми двумя осями трехмерной системы координат Декарта.

    Комбинаторная тернарность представляет собой комбинации разных тернарных отношений: триалектики, трихотомии, триальности и трилиминальности (4,3).

    На комбинаторной тернарности (отношение дуально-комбинаторной триальности с включением отношения дублированной трихотомии) построена матрица различения групп крови (A,B,0): 00 - 1-я группа; A0, AA - 2-я группа; B0, BB - 3-я группа; AB - четвертая группа. Здесь в комбинациях участвуют отношения дублированной трихотомии (00, AA, BB) и отношения дуально-комбинаторной триальности (A0, B0, AB). Обратите внимание, что здесь в отличие от дистрибутивного кольца триальности, скомбинированы как трихотомические, так и дуально-комбинаторные отношения.

    Таким образом, при всей кажущейся синонимии понятий тернарной логики: триалектика, трихотомия, триальность, трилиминальность - они означают совершенно разные способы связей и отношений. При этом трихотомия и триальность являются отношениями, а триалектика и трилиминальность представляют собой способы связи.

    Не составляет большого труда построить различие отношений тетрарности и пентарности. Как пример, мы можем увидеть тетральность (четыре элемента - земля, воздух, огонь, вода) или пентальность (земля, воздух, огонь, вода, эфир). Однако большинство таких отношений в истории человеческого мышления предпочитали разлагать: тетрарность на две бинарности, а пентарность на бинарность и тернарность.

    Ситуация черезпредельности является ключевой для философского понимания диалектики Гегеля, в отличие от ситуации запредельности, являющейся ключевой для понимания трансгрессии Бланшо-Фуко.

    Тезис - антитезис - синтезис или тезис - отрицание-тезиса и отрицание отрицания тезиса (снятие тезиса). Три закона диалектики в формулировке Энгельса: "1. Закон перехода количественных изменений в качественные. 2. Закон единства и борьбы противоположностей. 3. Закон отрицания отрицания.". Если первый закон говорит о ситуации запредельности, второй закон говорит о ситуации черезпредельности, то третий закон говорит о ситуации межпредельности.

    Известна также критика Гуссерлем диалектики Гегеля. В авторской работе "Общая аналитика" об этом сказано так:

    "...Поскольку диалектический разум отграничивает, определяет некоторое содержание единого движения смысла, то он собственно и производит определенные понятия, которые в качестве своих пределов могут быть противопоставленными друг другу. Как происходит этот процесс?

    Мы в одно время направляем свое мышление в некотором его акте на сущность и говорим, что она есть то-то и то-то, точно ограничивая и определяя ее содержание. Потом в другое время направляем мышление в ином его акте на явление этой сущности и говорим, что оно есть нечто то, что не есть сущность, что есть существенное вместе с видимым в его явленности. Потом в третье время и иным актом мышления мы сопоставляем сущность и явление и указываем на противоречивость их как тезиса и антитезиса, уже четвертым актом в следующий момент времени соединяя из внешне-спекулятивным образом в синтетическом единстве - действительность; тем самым устанавливая ее пределы или границу между действительностью и сущностью, и между действительностью и явлением.

    Что обнаруживает себя в этих актах? Именно то, что каждый раз мы рассматриваем сущность, явление и действительность как отдельные предметы, меж тем, как речь в мышлении должна идти о некотором едином предмете, схваченном разными актами мышления. То есть для логической среды анализа речь должна идти о распределении самого предмета (интенционального предмета) в определенной среде анализа на разные предметы анализа и за счет их внешнего спекулятивного соотнесения добиваться определенности среды анализа. В соответствующем месте о гегелевской логической среде анализа мы сослались на подробный разбор этого вопроса именно здесь.

    В феноменологической среде анализа речь должна идти о текучем, подвижном предмете "явление-сущности-в-действительности" как об одном направленном процессе, данном сознанию феноменологически, в направлении к его сущностности как интенциональном акте, более не расчленяемом на определенные и разделенные этим определением три разных предмета. Причем конституирование предмета происходит из феноменологической данности сознанию некоторого представления о предмете, которое может быть схвачено некоторыми актами мышления, относительно которых мы можем установить не разность этих актов, не последовательность, а их направленность, текучесть, движение, которое само есть содержание, а вовсе не направлено на такое содержание..."

    Более последовательной, хотя в то же время и более путанной является критика не только диалектики, но и всякой двойственности в структурализме. Бинаризм - понятие постмодернистской критики классической рациональности. Так называется традиционное различие, удерживаемое семантико-структурными и семантико-аксиологическими оппозициями. Делез переосмысливает понятие "различие" в своей книге "Различие и повторение", где оказывается невозможным найти критерий отличия одного явления от другого. При этом "различие" образует неорганизованную сеть отношений, постепенность перехода, где уже нельзя указать на бинарные содержания, но лишь на множество сменяющих друг друга содержаний. В метафоре "ризома" (корень травы) Делез показывает невозможность найти верх и низ, начало и конец, ствол и ветки, главное и второстепенное.

    Однако в структурализме не делается никаких различий между диалектикой, дихотомией, дуализмом и дилиминальностью - некоторые эти слова употребляются как синонимы. При всей кажущейся синонимии это совершенно различные типы связей и отношений. Возникает вопрос: какие именно из этих отношений отрицает направление антибинаризма в структурализме: какое-то одно, два, три, все? Неразличение разных бинарных отношений делает невозможным ясное понимание антибинаризма в структурализме. Здесь проявляется неконструктивный характер структурализма. Подлинным отрицанием любой сути является ее детальное рассмотрение, четкое различение ее разных проявлений, а затем последовательная их негация. Антибинаризм структурализма занят же огульным отрицанием бинаризма.

    Кроме того, можно сформулировать парадокс антибинаризма: антибинаризм может отрицать любые бинарные оппозиции, кроме оппозиции "бинаризм-антибинаризм", а значит он не абсолютен. Эта неабсолютность антибинаризма подрывает мыслительное доверие к нему.

    Контрафлексивная связь-отношение. Нормирование разными позициями друг друга - процессно, одномоментно, сопоставимо структурно. Вот как о контрафлексии говорится в авторской "Теории виртуальности":

    "...Контрафлексия - новый тип мышления, который возникает при попытке интерпретации виртуальности и актуальности друг другом, друг через друга, друг в друге.

    Гегель, Кьеркегор, Хайдеггер, Деррида, Делез, Лефевр, Щедровицкий - все так или иначе пытались искать и разрабатывать подобное мышление. Гегель открыл логическую связь как диалектическую предметность "тезис-антитезис" и в позиции тождества бытия и мышления предвосхитил выход самого процесса мышления за пределы предметности, Кьеркегор использовал представление о двойной рефлексии, которая одновременно мыслит всеобщее и внутренне-субъективное, Хайдеггер построил взаимодействие процессных Dasein-аналитики и Dasein-анализа для истолкования бытия, Делез обосновал уход от бинарных оппозиций, предвосхищая иные способы различия в языковом конструировании, Деррида пытался развивать деконструкцию, предвосхищая тем самым в конструировании-наоборот иную онтологическую позицию, Щедровицкий описывал "область существования системных проблем и системных объектов ... как область методологии, а не собственно теории, переводящей методологические схемы и модели в конструктивно развертываемые...[43]"...

    ...Контрафлексия суть мышление в двоякой онтологической позиции - конструирования и истолкования (виртуальности и актуальности): конструирование одной и истолкование сопоставленной другой. Сопоставленность суть тоже имеет конструктивный характер. Сопоставление допустимо из позиции конструирования как структурное доязыковое. В позиции истолкования сопоставление допустимо как структурное предстояние - бинарная оппозиция, в предметном предстоянии являющаяся диалектикой. Бинарная оппозиция как критикуемый структурализмом подход происходит из позиции истолкования, которая по отношению к структуре является структурным предстоянием или предстоянием структуры, где важно именно это - предстояние. То есть мы находим уже существующую структуру, которая затем подлежит истолкованию...

    Контрафлексия суть продолжение диалектики Гегеля на новом онтологическом основании, замысел которой был - освободить философское понимание от имманентных представлений, которые постигаются из чувственных аналогий. Однако контрафлексия построена на нескольких интеллектуальных усилиях по отношению к диалектике: 1) конструктивность онтологического отнесения в контрафлексии, а не истолковательный характер диалектики; 2) четкое выделение позиций, участвующих в установлении содержания, как онтологически не совпадающих (то есть не только отсутствие тождества бытия и мышления, как у Гегеля, а вообще онтологическая нетождественность любых выделенных позиций); 3) этих позиций допустимо не две, а столько, сколь мощным или сложным допустимо само установление содержания (то есть это не диа-, а "полилектика"); 4) позиционно-сопоставленное структурное нормирование на доязыковом уровне (дирекционально-позиционно-структурные понятия и "АВ"-моделирование), а не исключительно единый "язык" логики для описания взаимозависимых понятий, как у Гегеля; 5) это выделенные и взаимосопоставленные через референтные (позиционные) процессы[44] позиции, а не суть отношения понятийных предметностей, как у Гегеля; 5) содержание этих позиций является структурно сопоставленным так, что структурный элемент одной позиции сопоставлен контрафлексивному структурному элементу другой позиции; 6) контрафлексия порождает контрарефлексию, а не суть рефлексию, как у Гегеля, отсюда контрафлексия оказывается самостоятельным типом мыслительной деятельности, иным, нежели рефлексия. Главное - контрафлексия выделена как онтологическое отнесение конструирования в выразительном отличии от истолкования, то есть гегелевский Абсолют становится позицией онтологии в самом мышлении, которое ориентируется в своем процессе иначе, а не ищет предметную позицию вне себя...

    ... Контрафлексия противопоставлена диалогичности понимания Михаила Михайлович Бахтина[45]. Контрафлексия связана не с диалогичностью понимания, а с сопоставленностью нормирования онтологического обоснования на структурном уровне. Это означает, что контрафлексивный семиозис (конструкт-семиозис и метасемиозис) задается на уровне структурного, а не лингвистического нормирования. Контрафлексия не связана непосредственно ни с коммуникацией вообще, ни с диалогом в частности. Коммуникация включает контрафлексию в своем основании, но контрафлексия не включает коммуникацию. Контрафлексия как есть способ онтологического обоснования в структурном нормировании, различенном на уровни и являющегося конфигуративным.

    Контрафлексия не есть бинарная оппозиция, поскольку не разделяет, а сопоставляет во взаимном нормировании, и более, нежели две позиции. Бинарная контрафлексия суть лишь наиболее простое различие. Однако в многопозиционных континуумах при посредстве связи, дирекции, подобия мы можем задать и тройную контрафлексию. Бинарная оппозиция суть традиционный способ различия из позиции истолкования - это обстоятельство подмечает Делез. Однако Делез сам остается в позиции истолкования. Бинарная оппозиция является позиционным, чаще всего предметным, противопоставлением, исключающим друг друга противопоставлением. Бинарная оппозиция производится из позиции истолкования в одном и том же "языке". В конструктивной позиции есть не бинаризм, а контрафлексия как суть разнопроцессная позиционная сопоставленность нормирования через реальности..."

    Таким образом, можно показать содержательное понимание операций черезпредельности. Возникают разные отношения и связи между разными содержаниями. Разведение их порознь выступает как размежевание. А сведение их вместе выступает как смежевание. Взаимно нормированные отношение-связь между разными содержаниями порождают чисто позиционные отношения между ними. Черезпредельные отношения можно рассматривать как формальное отношение позиций разных содержаний - в силу наличия у них общего предела.

    Следующие идеи и концепты оказываются сопоставлены операциям черезпредельности: 1) размежевание (неопределенность, контингентность, приницип системы, валентность, дихотомия, трихотомия, слабый антропный принцип), 2) смежевание (дополнительность, амбивалентность, принцип контенгенции системы и среды, ковалентность, конвергенция, дуальность, триальность), 3) взаимно нормированные допредельное и запредельное содержание через предел как связь или отношение (сильный антропный принцип, функциональная связь-отношение, баланс, развитие, трансцендентальность (объект), принцип двойной контингенции системы, диалектика, триалектика, дилиминальность, трилиминальность, комбинаторные отношения, контрафлексия).

     

    Межпредельность

     

    Межпредельность проявляется в следующих операциях:

     []

    1) Обнаружение другого предела.

     []

    2) Достижение другого предела.

     []

    3) Сопряжение между пределами.

     

    Межпредельность возникает как существенное отличие от черезпредельности. В "Логике смысла" Делез вводит представление о разграничении разных различий: 1) которые можно противопоставлять или отождествлять (мы это делали относительно черезпредельности); 2) которые находятся в позитивной дистанции друг к другу и не подлежат ни противопоставлению, ни отождествлению. Эту позитивную дистанцию не нужно ни устранять, ни преодолевать, поскольку она связывает разные содержания именно в силу их различия.

    Базовым подходом при обнаружении иного (иных) пределов является принцип. Принцип как положение, на основе которого можно различить одни предметы и явления от других является основанием того или иного мышления, подхода, теории (5,1). Принципиальные отличия различаются на однопринципиальные отличия и разнопринципиальные отличия.

    Совокупность частного принципа и его аргументирующего (-их) принципа (-ов) порождает концепт. Концепт предполагает точное и четкое содержательное определение предела, которое предполагает поиск иного (иных) содержаний пределов (5,1).

    В философии Гегеля можно увидеть ситуацию межпредельности как отношения триад: напримср, качества (5,1), количества (5,2) и их меры (5,3). Также существует так называемый закон диалектики, который формулируется как переход количественных изменений в качественные (5,2).

    Различие (2,2) и различание (5,2) у Деррида означает, что положение предела предполагает возможность положения иных пределов. Термин "различание" означает, что если возможно различие, то возможно различие различия, различие различия различия и т.д. Эта возможность иных пределов, определяемая любым пределом, является процессуальностью различия или различанием.

    Вторая теорема Гёделя о неполноте (непротиворечивость теории невыводима в ней самой) ставит главную проблему межпредельной связи - как и где по отношению к некоторому пределу устанавливается противоречие межпредельного содержания: доказательство непротиворечивости достаточно богатой содержанием системы не выводимо из этого содержания. Из этой теоремы следует, что понять отношение содержания к пределу как противоречие или непротиворечие можно не из столкновения допредельного содержания с его пределом (2,3), не из столкновения запредельного содержания с его пределом (3,3) и не из отношения содержаний, находящихся по разные стороны предела (4,3), но в межпредельном отношении (5,3). Иначе говоря, установить противоречивость предельного содержания можно на ином уровне - с иного предела, по отношении к которому данный предел является пределом первого порядка. Теория же второго порядка (инопредельная теория) должна быть более мощной, нежели теория первого порядка.

    Установление сопряжения пределов в логике и математике путем их объединения в совокупность известно как теоретическое представление о множестве. Множество не имеет определения и является аксиоматическим - это объединение объектов нашей мысли или интуиции (5,3). Множество может быть полным и пустым, замкнутым и незамкнутым, счётным и континуальным, упорядоченным и хаотическим, конечным и бесконечным (финитным и трансфинитным).

    В отношении понимания конечности и бесконечности множества существует известный парадокс Бертрана Рассела о множестве всех множеств. Определяя множество, не включающее себя в качестве своего члена, как "собственное", а включающее себя в качестве своего члена как "несобственное", приходят к противоречию, рассуждая о том, каким является множество всех собственных множеств "собственным" или "несобственным": оно "собственное", когда оно "несобственное".

    Различение уровней нормирования (атрибутов, объектов, совокупностей объекто в т.д.), различение реальностей, где происходит объединенеие совокупностей и отличение имманентных и концептуальных элементов множеств - то, чего критически не хватало теории множеств с точки зрения Теории Виртуальности. ТВ объединяет совокупности тогда, когда существенно различены типы апперцепции, а также реальностный, объектный и атрибутивный уровни.

    К сопряжению пределов прямое отношение имеет и континуум-гипотеза Кантора: множество является либо счетным, либо континуальным (5,3). Иначе говоря, множество может быть исчислимо либо натуральными числами, либо действительными (вещественными) числами. В попытках доказать данную гипотезу обнаруживается проявление второй теоремы Гёделя о неполноте, а именно - эта гипотеза недоказуема в любой системе аксиом теории множеств.

    Если представление о континууме Лейбница было направлено более всего на решение проблемы черезпредельности (проблемы скачков в природе), в которой Лейбниц отрицал протяженность как атрибут субстанции у Спинозы, то Кантор впервые показывает, что континуум это проблема межпредельности, а не черезпредельности (5,3).

    С точки зрения лимитологии, континуум-гипотеза указывает на два способа представления предельности - через отношение (2, 4, 6), то есть счетность, и через изменение-дижение (1, 3, 5), то есть континуальность. Неудача попыток доказать верность континуум-гипотезы для той или иной системы аксиом теории множеств связана с невозможностью установить некоторое общее отношение, которое бы описывало отношение и процесс, или некоторый общий процесс, который бы описывал процесс и отношение. Единственным способом установить верность континуум-гипотезы является введение аксиомы, которая явно или косвенно разрешает или запрещает истинность континуум-гипотезы. Здесь мы опять видим действие принципа неопределенности Гейзенберга и ссылку на вторую теорему Гёделя о неполноте.

    Обобщённая континуум-гипотеза утверждает, что для любого бесконечного множества S не существует таких множеств, кардинальное число которых больше, чем у S, но меньше, чем у множества всех его подмножеств. Континуум-гипотеза в обобщенном виде указывает на ограничение структурирования двумя средствами - отношением и процессом. Собственно здесь и появляется возможность развития представления о континууме, которое сделано в Теории Виртуальности, где введено представление о структурном континууме (5,3).

    Структурный континуум это представление о структурировании, где соединены изменяющиеся и устойчивые структуры. Здесь возникает не два, как у Кантора, способа работы с пределом - отношение и процесс, - а различенные и структурно выраженные - реальность и континуум. Всякий структурный континуум из позиции конструирования суть либо нормированная реальность, либо иначе нормированное соединение контрафлексивных реальностей.

    Отсюда четыре основных характеристики структурного континуума:

    1) конструктивность - онтологически нормированное различие структуры из конструктивной позиции как актуальность, то есть устойчивость или очевидность (отношение у Кантора), и виртуальность, то есть изменчивость или инаковость (процесс континуальности у Кантора);

    2) нелинейность - нормирование актуальной и виртуальной структур как реальностей, то есть через связности и размерности их внутреннего содержания;

    3) контрафлексивность[46] - связности и размерности одной реальности сопоставлены соответственным связностям и размерностям другой реальности;

    4) дирекциональность - соединение актуальной и виртуальной реальностей через направленную многопотоковую референцию (референтность), каждый поток которой соединяет между реальностями контрафлексивные пары связностей и размерностей.

    Таким образом, структурная межпредельность Теории Виртуальности принципиально отличается от линейной межпредельности теории множеств Кантора.

    Межпредельность непосредственно связана со всеми и всякими классификациями, систематизациями и системами мер. И здесь мы имеем разные реализации ситуации межпредельности при весьма похожем характере межпредельных отношений: 1) разные пределы в реализации одного и того же принципа (однопринципиальная межпредельность); 2) разные пределы в реализации разных принципов (разнопринципиальная межпредельность).

    Прежде всего, в философии систематизация существует как систематизация основных философских категорий. Наиболее известны три из них - Аристотеля, Канта, Гелеля.

    Категории Аристотеля это категории наивысших родов, под которые можно подвести любую вещь. Это 10 категорий: субстанция, количество, качество, отношение, пространство, время, состояние, обладание, действие, претерпевание.

    Категории Канта это попытка упорядочить хаотический мир через категории рассудка, которые накладывают связи на мир и делают его упорядоченным. Категории количества: единство, множество, цельность; Категории качества: реальность, отрицание, ограничение; Отношения: субстанция и принадлежность, причина и следствие, взаимодействия; Категории модальности: возможность и невозможность, существование и несуществование, предопределённость и случайность.

    Категории Гегеля это целая система диалектически связанных понятий, организованных по принципу тезис-антитезис-синтезис, известные также как гегелевские триады: бытие-ничто-становление, качество-количество-мера, сущность-явление-действительность и т.д. Категории диалектической логики представляют собой стадии становления целого содержания. Категории существуют как разворачивание абсолютной идеи в тождестве бытия и мышления.

    Классификация возникает в связи с идеей структуры. Структура является выражением разных способов выражения устройства (внутреннего, внешнего, сущностного, поверхностного и т.д.) чего-либо.

    Классификация позволяет разграничивать объекты по общим признакам (5,3). Систематизация позволяет объединять различные структуры (любые единицы, не только объекты) на основе признаков (параметров, критериев) в иерархизированное (неиерархизированное) единство (5,3). Существует множество теорий систем и соответствующих им различий систем.

    Таксономия - структурно-иерархически выстроенная система от простого к сложному, где цели построения системы и результаты такого построения ставятся в соответствие, а само различение сопровождается столь же иерархичным набором понятий (5,3). Таксономия предполагает таксон - единицу структуры таксономии (5,2). Корневой таксон - это корневая структура, которая относится ко всем объектам данной структуры. Коревой таксон классификации организмов Карла Линнея - организм. Набор понятий таксономии создает номенклатуру.

    Давайте посмотрим на реализацию второй и третьей операций межпредельности в биологии, химии, математике и физике.

    Выполнение второй операции межпредельности - достижение иного предела (5,2).

    Теория эволюции Дарвина показывает, как достигаются разные пределы в биологической систематике, иначе говоря, как происходит переход от вида к виду (5,2).

    Периодический закон Менделеева, порождающий периодическую систему элементов Менделеева, - свойства химических элементов изменяется периодически в зависимости от заряда атомного ядра (5,2).

    Производная в математике показывает скорость изменения функции (5,2), которая исчисляется через дифференциал (5,3), то есть предел отношение приращения функции к приращению ее аргумента при стремлении аргумента к нулю. Физический смысл производной - скорость изменения величины или процесса. Тем самым речь идет об операции достижения иных пределов в их взаимосвязи, причем конструктивные операции межпредельности (5,2) и (5,3) в математике различены. Бином Ньютона - обобщающая формула для установления выражение многочлена (a+b)n через сумму многочленов (5,2).

    В физике элементарных частиц изучением различных элементарных частиц, их образований, уничтожений и их превращений друг в друга занимается квантовая механика. Переход от одного химического элемента к другому исследуется в ядерной физике как ядерная реакция (5,2).

    Основные естественные науки используют классификации как работу с межпредельными содержаниями через сопряжение пределов (5,3).

    В биологии принята классификация живых организмов на основе биноминальной номенклатуры (5,3). Биномен состоит из двух слов - имя рода и имя вида.

    Периодическая система химических элементов (таблица Менделеева) - классификация химических элементов, где устанавливается зависимость различных свойств элементов от заряда атомного ядра (5,3).

    В математике принята следующая классификация чисел: натуральные, целые, рациональные, действительные (вещественные), комплексные. Расширением комплексных чисел являются гиперкомплексные (кватернионы, октонионы (октавы), седенионы) (5,3).

    В физике элементарных частиц существует следующая классификация элементарных частиц. По величине спина частицы делятся на фермионы и бозоны. По видам взаимодействия частицы делятся на: составные частицы - адроны, которые состоят из кварков и подразделяются на мезоны и барионы; фундаментальные (бесструктурные) частицы - лептоны, кварки, калибровочные бозоны (фотон, 8 глюонов, три промежуточных векторных бозона, гравитон). Адроны и лептоны образуют вещество. Калибровочные бозоны это кванты разных видов излучения. Если в предыдущих классификациях мы видели однопринципиальную межпредельность, то в физике элементарных частиц мы видим реализованную разнопринципиальную межпредельность (1-й принцип - "величина спина", 2-й принцип - "вид взаимодействия") (5,3).

    Поиск иных пределов можно рассматривать как установление сходства и отличия (5,1). Достижение иных пределов можно рассматривать как установление закона или теории (5,2). Установление сопряжения между пределами можно рассматривать как нахождение принципа классификации и систематизации (5,3).

    Сопряжение между пределами представляет собой проблему: что полагать как пределы. В этом смысле между разными пределами существует отношение сходства - разные пределы схожи хотя бы тем, что они пределы, хоть и разные. Фуко в книге "Слова и вещи"[47] выделяет 4 типы сходства: пригнанность, соперничество, аналогия и симпатия (5,3).

    Пригнанность - "это сходство, связанное с пространством отношением "ближнего к ближнему", выражающее соединение и слаженность вещей"[48].

    Соперничество - "вид соответствия, свободного от ограничений, налагаемых местом, неподвижного и действующего на расстоянии... Благодаря этому отношению соперничества вещи, находящиеся в разных концах Вселенной, могут уподобиться друг другу без их сцепления и сближения... Однако соперничество не оставляет инертными относительно друг друга обе фигуры, связанные взаимным отражением, которые оно противопоставляет. Бывает, что одна из них, как более слабая, воспринимает сильное влияние другой, которая только что отразилась в ее пассивном зеркале"[49].

    Аналогия - это сходство, где "...совмещаются пригнанность и соперничество. Подобно соперничеству, аналогия обеспечивает удивительное столкновение сходств в пространстве; однако она говорит, подобно пригнанности, о взаимной пригонке вещей, их связях и соединениях. Ее могущество велико, так как рассматриваемые ею подобия - не массивные, зримые подобия вещей самих по себе, а всего лишь более тонкие сходства их отношений. Облегченная таким образом аналогия способна установить неопределенное число черт родства, исходя из одного и того же момента"[50].

    Симпатия - это сходство где "...никакой путь не предопределен заранее, никакое расстояние не предположено, никакая последовательность не предписана. Симпатия свободно действует в глубинах мира... Она приводит в движение вещи в мире, вызывая взаимное сближение самых отдаленных из них..."[51].

    К отношениям сходства, приводимым Фуко, мы бы добавили - отдаленное сходство. Отношение отдаленного сходства это подобие по признаку, который может не относиться к признакам классификации по сходству. Скажем, отдаленное сходство биологических видов не может быть в том, что они биологические виды, оно должно появляться в каком-либо одном ином признаке.

    Причем, отношения сходства в межпредельности принципиально отличны, например, от бинарных отношений черезпредельности. Особенно это заметно на принципиальном отличии соперничества и дилиминальности. Соперничество это отношение межпредельное, где между этими пределами может возникать частное отношение дилиминальности, не изменяющее и не противоречащее общему отношению соперничества. Например, США и СССР в годы холодной войны поддерживали отношение соперничества. В то же время, они имели ряд договоров, то есть тем самым полагали между собой предел, устанавливающий определенные в строгих рамках черезпредельные отношения, которые в этих рамках накладывали на них частные дилиминальные отношения, не изменяя общего отношения соперничества.

    Давайте посмотрим на реализацию различных отношений сходства в периодической системе химических элементов. Отношение пригнанности возникает между любыми двумя соседними в таблице Менделеева химическими элементами - например, углерод (6) и азот (7). Отношение аналогии возникает между любыми двумя изотопами, так как, несмотря на разное количество нейтронов, они представляют собой аналогичный химический элемент - например, протий (1H), дейтерий (2H), тритий (3H) являются аналогами водорода (H). Отношение симпатии возникает между любыми сходными элементами - например, металлы натрий Na, калий K, цезий Cs, рубидий Rb, литий Li являются щелочными, то есть симпатическими. Отношение соперничества обнаруживается между разными, противоположными по характеру химического взаимодействия, семействами сходных по свойствам химических элементов, например между упомянутыми щелочными (типичными металлами) и галогенами (типичными неметаллами) - фтор F, хлор Cl, бром Br, йод I. Отношение отдаленного сходства мы можем обнаружить между водородом H и радоном Ra - они оба являются газами в нормальных условиях.

    Гештальт (от нем. Gestalt - форма, образ, структура) - целое, которое несводимо к сумме своих частей, и обладает свойством узнавания своего качества, даже если меняется форма его представления (5,3). Гештальт является термином теоретической психологии и используется как основной подход в гештальт-терапии. Таким образом, гештальт выступает как особая форма межпредельности, которая может поддерживаться человеческим мышлением как целое. Здесь ограничения и способности человеческого мышления оказываются существенными для понимания межпредельности. Гештальт как межпредельность это структурное сходство в психологии, а не вещное, как у Фуко.

    В науке также известны отношения изоморфизма и изоструктурности, которые тоже не являются вещными отношения разных пределов.

    Изоморфизм - формальное сходство или сходство форм, которое позволяет устанавливать отношения тождества, аналогии, замещения (5,3).

    Изоструктурность - структурное сходство, которое позволяет устанавливать отношения тождества, сопряжения, замещения (5,3).

    Сходство не сопоставлено отличию непосредственно, так что из простого отрицания сходства нельзя еще получить отличие. Иначе говоря, из отсутствия сходства между Вселенной и столом нельзя сразу же утверждать их отличие. Для установления отличия необходимо подвергнуть различаемые содержания качественному сравнению.

    У Аристотеля мы можем найти типы отличий в связи с выражением им категории "качество": 1) как видовое отличие сущности; 2) как характеристика состояний сущности; 3) как свойство вещи. Спиноза вводит представления об атрибутивных и субстанциональных отличиях. Локк различал отличия числа, формы, движения и покоя, величины и положения. Отличия Локка это отличия вещей.

    Кант, а позднее Гегель вводят представление об отличии не только вещей, но и предметов и явлений. Отличия предметов и явлений по Гегелю это отличие их свойств. Свойства проявляются в отношении между предметами и явлениями. Отличия бывают отличиями существования (имманентного качества) и сущности (установленного принципа), то есть качественные отличия и принципиальные отличия.

    Классификации и систематизации, которые исследовал Фуко в книге "Слова и вещи", интересны нам с точки зрения отношений межпредельности в них. Однако "Слова и вещи" Фуко это взгляд ХХ века на предыдущее время. Представление о пределах через слова, вещи и их отношение, является представлением весьма ограниченным с конструктивной точки зрения. Чтобы работать с пределами всеохватно, нужно кроме слов, вещей и их отношений рассматривать также структурные единицы, объектно-аспектно-атрибутивное содержания, процессы, реальности и их отношения как между собой, так и к словам и вещам. Более сложное и фундаментальное исследование отличия было предпринято в ХХ веке - в теориях графов, паттернов, категорий (стрелок), фракталов.

    Общая теория паттернов Гренандера описывает четыре типы объектов: 1) образующие, суть самые простые связи; 2) регулярные конфигурации, которые конструируются из связей; 3) изображения, которые образуют сходные между собой регулярные конфигурации, рассматривающиеся как множество, на котором определяются классы эквивалентности; 4) множество изображений, которые инвариантны относительно преобразований подобия. Трудности понимания паттерна связаны с попытками его понимания в пространстве. Паттерн не является пространственным представлением. Паттерн суть дирекционально-структурное представление, выведенное за границы пространственных аналогий. Паттерн - попытка интерпретировать чистую структурность как нечеткие совокупности связей (5,3).

    Теория графов Эйлера, Кенига и других математиков представляет собой попытку интерпретировать непространственную дирекциональность. Граф - связанные два множества - множество вершин и множество соединяющих их линий, где второе суть подмножество первого. Линии со стрелками - дуги, без стрелок - ребра. Граф, в котором направление линий не имеет значения и не устанавливается (то есть все линии являются ребрами), называется неориентированным, а граф, в котором направление линий имеет значение и устанавливается (линии являются дугами) называется ориентированным (5,3).

    Теория фракталов Бенуа Мандельброта представляет собой попытку интерпретировать структурное подобие. Фрактал - нерегулярные самоподобные структуры. Нерегулярность в данном случае означает, что это подобие не является полным и четким. Фрактал - попытка описать структуру в последовательно-связном подобии. Фракталы бывают геометрические, алгебраические, стохастические (5,3).

    Теория категорий или теория стрелок Маклейна-Эйленберга изучает свойства отношений между объектами, которые не зависят от структуры самих объектов. Теория стрелок еще более близка к теоретическому представлению о дирекциональности, нежели теория графов (5,3).

    Теория Виртуальности предлагает три структурные единицы, конструктивно выражающие межпредельность структуры - структурная связь (связность), структурное направление (дирекциональность), структурное подобие (размерность). Эти структурные единицы позволяют выражать установление межпредельных отношений на фундаментальном уровне виртуальной онтологии (5,3).

    Именно с этими конструктивными единицами структуры связаны приведенные выше фундаментальные математические теории: структурная связь (теория паттернов), структурное направление (дирекция в пространственном или топологическом понимании - теория графов, теория категорий), структурное подобие (теория фракталов). Увидеть взаимосвязь этих современных теорий означает увидеть новую онтологию фундаментальных единиц структуры.

    На основании этих фундаментальных единиц структуры ТВ строит отличия между объектами и аспектно-атрибутивным содержанием через релевантность и референтность структурных континуумов в технологических процессах имманентной и концептуальной апперцепций. Весьма сложными в конструктивном выражении структурных континуумов в ТВ являются отличия процессов и реальностей. Процессы отличаются по способу выражения (объектные и позиционные), по длительности (предельные и непредельные), по потоковости (однопотоковыми и многопотоковыми). Реальности различаются по способу нормирования. Сколько способов нормирования мы можем задать, сколько и способов отличия реальностей у нас будет.

    Как можно рассматривать сопряжение процессов, полагаемых как пределы? Очевидно, что ответ на этот вопрос не прост. Процессы можно различать как содержательно, так и дирекционально. Сопрягать можно по типологии: содержательные с содержательными и дирекциональные с дирекциональными.

    Сопряжение процессов описано как алгебра позиционно-референциальных локусов в работе "Теория пореграфов".

    К ситуации межпредельности в Теории Виртуальности относятся многообъектные процессы: разделение, слияние, движение, контактный и дистанционный обмен, контактный и дистанционный перенос, контактная и дистанционная модификация объектом объекта без переноса, связанная контактная и дистанционная трансформация. Онтологизация многообъектных процессов является весьма сложной и выражается в ТВ через "АВ"-моделирование.

    Как можно рассматривать сопряжение реальностей, полагаемых как пределы? В работе "Онтологизирование телепатии" авторской книги "Онтологизации" на этот вопрос дается ответ - спрособы спряжения реальностей: эклектика, конфликт и консенсус. Каждый из типов сопряжения реальностей предполагает соответствующих протокол сопряжения, порождающий сопряженную единую реальность - эклектичную, конфликтную и консенсуальную.

    Существует также онтологическое представление о межпредельности, где разные пределы это разные онтологии. В авторской работе "Об онтологии" выражаются следующие ситуации онтологической относительности: 1) отношение онтологии и онтики; 2) разрыв разных онтологий; 3) взаимодействие метаонтологий; 4) реонтологизация и фундаментальная реонтологизация. Обобщающая онтоаксиологема для разных онтологий - есть одна онтология, есть другая, между ними разрыв. Разрыв может быть постигнут как в одной онтологии, так и в другой, при этом представления онтологий друг о друге являются позиционными (первая о второй и вторая о первой).

    Теперь давайте положим предел как мир, а другой предел как предел вне мира, и рассмотрим возникшие новые отношения. В работе "Бытие и время" Хайдеггер различает "внутримирное сущее", которое есть ближайшее подручное или природа или способ бытия-в-мире, и "мирность", которая есть бытие в его открытости, "бытие-в", где "в-" еще предстоит открыть. Идя от предложенной истолковательной традиции Хайдеггера и его последователей, мы конструктивно дополним это понимание "мирности" в контексте отношений предельности.

    "Внутримирность" это "внутримирное содержание", которое не только сущее, но и всякое обобщенное содержание способов бытия в мире. Среди ситуаций предельности это ситуация допредельности в ее обобщенном виде.

    "Мирность" - онтологическое основание, которое является установленным пределом для всякой эпохи, каким бы сложным ни было такое установление. Среди ситуаций предельности это ситуация определивания в ее обобщенном виде.

    "Внемирность" - выхождение за пределы, нахождение внутри содержания онтологического основания мира иного способа установления онтологического основания. В ТВ "мирность" и "внемирность" различаются через понимание онтологической позиции как разные истолковательная и конструктивная онтологические позиции. Среди ситуаций предельности это ситуация запредельности в ее обобщенном виде.

    "Иномирность" - достижение иного предела (иного мира) посредством использования умозрения и концептуального видения. Среди ситуаций предельности это ситуация черезпредельности в ее обобщенном виде.

    Иномирность постигается как черезпредельность в силу того, что сама позиция постижения находится внутри "мирности", а значит и использовать можно представления исключительно мирности. Так иномирность первоначально пытаются достигать исключительно через предел самой мирности, задавая непосредственные сопряжения мирности и иномирности. И только разноонтологический подход позволяет применить обобщающую онтоаксиологему - есть одна онтология, есть другая, между ними разрыв. В разрыве онтологий появляется представление о междумирности.

    "Междумирность" - установление отношения между разными мирами как по-разному положенными пределами, то есть способ представления одной онтологии в другой и наоборот. Среди ситуаций предельности это ситуация межпредельности в ее обобщенном виде. "Иномирность" и "междумирность" являются развитием ситуации "внемирности".

    "Безмирность" - попытка постижения иных допустимых содержаний, не предполагающих существование устойчивого мира. Среди ситуаций предельности это ситуация обеспеределивания.

    Таким образом, внутримирность, мирность, внемирность, иномирность и междумирность (исключая безмирность) представляют собой ситуации разномирности, заданные конструктивно посредством содержания лимитологии. Представление одного мира в другом и наоборот (одной онтологии в другой и наоборот) может быть задано через контрарефлексию, где онтологическая рефлексия предполагает разные сопоставленные контрафлексивные процессы, соответствующие разным онтологиям.

    Контрарефлексия - многопроцессное мышление, выраженное в Теории Виртуальности, которое выделяет разные процессы (разные пределы процессов, в том числе онтологических), контрафлексивно их нормирует и отслеживает рефлексивные переходы в каждом из процессов. Контрарефлексия в рефлексивных переходах может быть рассмотрена как межпредельность (5,3).

    Таким образом, можно показать содержательное понимание операций межпредельности. Обнаружение другого предела выступает как нахождение оснований для различения одного предела от другого - принципа или концепта. Достижение другого предела выступает как нахождение закона или теории. Сопряжение между пределами выступает как все и всяческие классификации и систематизации. В этом смысле черезпредельные отношения отличны от межпредельных. Черезпредельные отношения можно рассматривать как формальное отношение позиций - в силу наличия у них общего предела. А межпредельные отношения требуют для установления отношения принципа или концепта, связывающего разные пределы.

    Следующие идеи и концепты оказываются сопоставлены операциям межпредельности: 1) обнаружение другого предела (принцип, концепт, качество, сходство и отличие), 2) достижение другого предела (различание, количество, признак, параметр, критерий, таксон, закон, теория; теория эволюции Дарвина в биологии, периодический закон Менделеева в химии, производная и бином Ньютона в математике, ядерная реакция в физике), 3) сопряжение между пределами (мера, вторая теорема Гёделя о неполноте, множество, континуум, континуум-гипотеза, структурный континуум; категории Аристотеля, категории Канта, система категорий Гегеля; классификация, систематизация, таксономия; биноминальная таксономия в биологии, периодическая система химических элементов Менделеева, классификация чисел в математике, классификация элементарных частиц в физике; гештальт в психологии, изоморфизм и изоструктурность в разных науках; теория паттернов, теория графов, теория категорий (стрелок), теория фракталов; дирекциональность, связность и размерность в ТВ; позиционно-референциальная алгебра локусов, ситуации сетевых процессов, протоколы сопряжения реальностей, ситуации разномирности; контрарефлексия в ТВ).

     

    Обеспределивание

     

    Обеспределивание проявляется в следующих операциях:

     []

    1) Исчезновение, игнорирование или устранение предела или пределов.

     []

    2) Столкновение и переплетение обеспределенного содержания одного или разных пределов.

     []

    3) Установление непротиворечивой неупорядоченности или тождества хаоса.

     

    Мы начнем с частных идей обеспределивания в науке и философии, чтобы подобраться к более общим философским идеям.

    Интеграл функции в математике традиционно понимается как операция, обратная дифференцированию. То есть, это представление является зависимым от положения пределов, задаваемых дифференцированием. Интеграл, по сути, является технологией нахождения естественной суммы некоторой последовательности. В графическом представлении некоторой функции интеграл является площадью подграфика функции на определенном отрезке (6,1).

    Открытая или замкнутая Вселенная в космологии - проблема научной космологии, состоящая в ответе на вопрос о способе оформления бесконечности и вечности Вселенной в четырех измерениях - трех пространственных и четвертом измерении времени (6,1). Вселенная бесконечно во времени расширяется не имея пространственных и временных пределов? Или предел (пространственный и/или временной) все же имеется?

    Синтез - соединение или объединение вещей или понятий в новое единое целое (6,1).

    Гомогенность - однородная смесь в физике и физической химии (6,3).

    Энтропия - мера хаотичности, разрушения, рассеивания, отклонения, неопределенности. Первоначально термин бы введен в термодинамике, где означал меру необратимого рассеивания энергии, меру отклонения реального процесса от идеального (6,2).

    Бог в теологии - это Абсолют, отрицающий все и всяческие способы своего понимания внутри Мира. Достижение Бога это обеспределивание сущего Мира, выхождение за его пределы (6,2).

    Абсолютная идея у Гегеля выражает полноту всего сущего, является выражением его онтологии тождества бытия и мышления. Именно снятие предела между бытием и мышлением порождает представление об абсолютности идеи в ее несокрушимой мощи и способности преодолевать все преграды, устанавливать и разрушать любые связи (6,3).

    Неограниченное бытие духа у Шеллинга является основанием его концепции интеллигенции, которая дремлет в природе, чтобы пробудиться в человеческом духе (6,3).

    Деструкция - понятие фундаментальной онтологии Хайдеггера. Деструкция противопоставлена феноменологической редукции Гуссерля. Деструкция предполагает три содержательных шага: 1) редукцию, или возвращение от сущего к бытию, 2) конструкцию бытия, 3) деструкцию традиции (6,1).

    Деконструкция - понятие структурализма, предложенное Деррида. Деконструктивизм предполагает изменение (превращение, обращение, переворачивание) иерархии структуры целого в процессе структурных разборки и сборки, вне методологии и вне каких-либо заранее известных правил. Лишь сама иерархия структуры, по мысли Деррида, диктует нам подходы разборки и сборки. Здесь разборка и сборка понимается не механически, а в широком смысле, внеметодологически и структурно-иерархически, как и понимал это сам Деррида.

    Согласно пониманию самого Деррида деконструкция есть "не то, что имеет дело с понятием, со словами, с теоретическими размышлениями, с содержанием книг и так далее, но то, что направлено против самих структур, которые определяют нормы дискурсивных практик"[52]. Используя такой подход, давайте посмотрим на опыт разборки и сборки структур, определяющих нормы дискурсивных практик. Здесь мы обнаружим очень часто повторяющуюся ситуацию: нечто функционирует как целое - разобрали его на части - снова собрали из частей целое - собранное целое уже не работает.

    Разборка оказывается не равна сборке. Парадокс деконструктивизма: целое нельзя понять из иерархии структуры в процессе "разборки" этой структуры, а потому целое не всегда поддается структурному преобразованию в процессах "разборки" структурной иерархии и последующей тождественной или измененной "сборки" структурной иерархии.

    Кроме того, существуют структуры иерархические (фундирующие) и неиерархические (нефундирующие), одноуровневые и многоуровневые. В этом смысле вообще непонятно, а как обращать или переворачивать многоуровневые нефундирующие относительные структуры, когда они изначально не имеют иерархии и свободно переворачиваются. Их можно лишь разобрать и собрать снова в ту же самую структуру или разрушить какую-либо одну структурную связь. Любое же разрушение какой-либо одной структурной связи разрушит и само целое.

    Представьте, что некоторый конструкт собран на пяти уровнях нормирования, а мы его разбираем, учитывая лишь три из них. Причем в процессе разборки очень часто нельзя понять все уровни нормирования, связывающие конструкт, как бы мы не избегали методологизации и какие бы правила не использовали. Всегда найдутся правила, которые нельзя обнаружить ни из первоначальной иерархии целого, ни из процесса его разборки. Как бы мы в процессе сборки не изменяли первоначальную иерархию целого, но если мы не можем воспроизвести после разборки-сборки функциональность первоначальной иерархии, то возможная новая иерархия будет функционировать еще с меньшей вероятностью. Из этой проблемы и вытекает конструктивная ограниченность деконструктивизма.

    Например, такая ситуация сложилась сегодня в молекулярной биологии. Биологи понимают, как работают практически все части полностью функциональной клетки. Биотехнологии позволяют разобрать клетку и собрать ее обратно. Только после этого она не имеет больше полной функциональности, которую имела до этого. При этом конструктивно собирать отдельные органеллы у биологии уже неплохо получается. Отсюда, с точки зрения развития понимания клетки, конструировать функционирующие отдельные органеллы оказывается намного лучше, чем пытаться воссоздавать нефункционирующую клетку из функционирующих органелл, на которые мы можем эту клетку разобрать.

    Такая же ситуация в области кибернетики. Разобрали человеческий мозг на функциональные части, воспроизвели эти части кибернетически, собрали из них кибернетический мозг, а он не работает столь же функционально, как человеческий. То есть попытки создания полнофункционального кибер-мозга оказались безуспешны. Параллельно с этим попытки создания реализующих некоторые функции человеческого мозга компьютеров или роботов оказались более успешными. И снова конструктивный подход постепенного создания ограниченно функциональных частей мозга оказывается более продуктивным.

    Похожая ситуация в химии: некоторые органические структуры можно лишь разобрать на части, но не синтезировать снова - особенно это касается компонентов живых организмов. Такая же ситуация в атомной физике: она связана с понятием "дефект масс" - разность между массой покоя атомного ядра некоторого изотопа, выраженная в атомных единицах массы, и суммой масс покоя составляющих его нуклонов. А в нанотехнологиях деконструкция вообще не работает, поскольку там изначально не существует прототипов для разборки. Наноконструкты изначально и исключительно конструктивны.

    Отсюда напрашивается вывод о непрактичности деконструктивного подхода и практичности конструктивного. Деконструктивизм как некая половинчатая позиция между истолкованием и конструированием оказался ограничен. В этом смысле конструктивизм имеет несомненное преимущество: конструируемое шаг за шагом может осваиваться в своей постепенно растущей функциональности до ее приемлемой полноты. Конструктивизм это принципиально иной подход - конструируется не столько целое, сколько сами части, и только затем из частей постепенно конструируется полнофункциональное целое.

    Деконструктивизм обещает быструю реализацию полнофункционального целого в его изначальной или преобразованной иерархии, но на практике терпит неудачу. Конструктивизм предлагает более трудный, более сложный, боле затратный по времени и применяемым усилиям, намного более сложный концептуально процесс, но зато более практичный и менее ограниченный с точки зрения функциональности получаемого постепенно целого. Сконструированным в конструктивизме считается только то, что получилось функционирующим, какой бы частью от целого оно ни было.

    Один из первых деконструктивистов в интерпретации Пушкина[53] - Сальери:

    "...Ремесло

    Поставил я подножием искусству;

    Я сделался ремесленник: перстам

    Придал послушную, сухую беглость

    И верность уху. Звуки умертвив,

    Музыку я разъял, как труп. Поверил

    Я алгеброй гармонию. Тогда

    Уже дерзнул, в науке искушенный,

    Предаться неге творческой мечты."

    Иначе говоря, красоту или гармонию нельзя деконструировать так, чтобы она сохранилась как красота или гармония, можно лишь создать иную красоту или гармонию в процессе творческого конструирования.

    Деконструктивизм как концепция красивее, проще и понятнее. Но он не работает вне философии постмодернизма. Конструктивизм кажется концептуально громоздким, более сложным и менее понятным. Но он работает не только в философии, но в науке и в технологии.

    Наука, занимающаяся изучением возникновения, поддержания устойчивости и распада различных структур, называется синергетикой (6,2). С точки зрения ситуаций предельности, синергетика рассматривает превращение межпредельности в беспредельность и беспредельности в межпредельность. На основании выше изложенного к базовому принципу синергетики - целое не равно, то есть всегда больше или меньше, суммы своих частей (6,2) - нужно конструктивное дополнение: разборка не равна сборке.

     

    Наиболее известная мировоззренческая позиция, описывающая ситуацию обеспределивания, - нигилизм, который проявляется в философии, науке, искусстве, а также может выступать как жизненная позиция отдельного человека или даже целого общества. Нигилизм выступает как отрицание смыслов, ценностей, любых пределов и ограничений, которые в той или иной ситуации могут сковывать человеческое существование. "Нигилизм" как представление ввел немецкий писатель Ф.Г.Якоби. С.Кьеркегор рассматривал нигилизм как порождение кризиса христианства и распространения "эстетического" мироощущения. Нигилизм породил огромное количество идей и концепций в каждой сфере интеллектуальной деятельности. Мы попробуем изложить лишь самые интересные и известные из них.

    Одной из самых интересных идей нигилизма в искусстве и философии является метафора смерти. Самая известная из них - "Бог умер" Ницше. Под Богом Ницше понимал, прежде всего, Иисуса Христа. Однако традиционно эти слова Ницше понимаются в более широком смысле - смерть Бога как предела, на который направлены разумения и стремления человечества. В постмодернизме это означает "отказ от идеи внешней принудительной каузальности, характерной для линейного типа понимания детерминизма". "Бог умер" это обеспределивание, рождающее возможность для иных пределов.

    Над этим же размышлял Ф.М.Достоевский. Более известна фраза Ивана Карамазова в романе Достоевского "Братья Карамазовы": "Если Бога нет, то все позволено" (6,3). Однако в романе "Бесы" Ф.М.Достоевский словами Кириллова осмысляет это уничтожение предела: "Если бог есть, то вся воля его, и из воли его я не могу. Если нет, то вся воля моя, и я обязан заявить своеволие." Если нет Бога, который положен как предел человеческой воли, то человек сам полагает предел своей воли.

    За "смертью Бога" в структурализме и философии науки последовал целый парад смертей - "смерть метафизики" (Ницше, подхваченный постмодернизмом), "смерть автора" (Деррида, Фуко), "смерть субъекта" (Деррида, Фуко), "смерть науки" (Хорган) и т.д. "Смерть" - метафора предела, через которую описывается обеспределивание традиционных явлений в их сущностных качествах и условие появления их новой сущности (6,3).

    Нигилизм в отношении фундаментальности в философии исследует Левинас. У Левинаса бесконечность разрушает тотальность, а метафизика предшествует онтологии. Он отождествляет трансцендентность с идеей бесконечного. Именно бесконечность ставит под сомнение возможность тотальности в мире - как с точки зрения постижения, так и с точки зрения изменения мира. Разрушение тотальности предполагает, прежде всего, разрушение тотальности "Я" - через необходимость "Другого" ("Чужого").

    Идея разрушения тотальности посредством бесконечности является существенной для структурализма. Левинасу также принадлежит идея критики философского фундаментализма. Антифундаментализм есть попытка обеспределивания философии - как нам представляется, неудачная.

    К антифундаменталистским идеям Левинаса можно применить переформулированный парадокс нигилизма (правда в том, что правда отсутствует). Парадокс антифундаментализма можно сформулировать так: если для некоторой философии отсутствие фундаментальности есть самый общий принцип, то он и есть фундаментальный принцип. А если отсутствие фундаментальности является не самым общим принципом этой философии, то фундаментальность проявляет себя в наличии иного общего принципа, который данная философия может либо признавать, либо разрушать, либо игнорировать. Иначе говоря, возможность фундаментальности нельзя отрицать, ее можно лишь разрушать и игнорировать, чем собственно структурализм и занимался. Такое утверждение фундаментальности можно назвать принципом презумпции общего основания или фундаментализации (6,1).

    Фундаментальность не обязательно тотальна - фундаментальность универсальна, а универсальность всегда ограничена содержанием времени эпохи самой универсальности. Вот почему любая фундаментальная онтологизация никогда не является тотальной по времени, но лишь эпохально универсальной, и на смену ей через процесс фундаментальной реонтологизации обязательно приходит следующая эпохально универсальная фундаментальность.

    Кроме того, фундаментальность может быть содержательно тотальной в монистической онтологии, однако в плюралистической или в современном понимании этого (после Гартмана) - в многоуровневой фундирующей онтологии, содержательная тотальность невозможна как таковая, так как многие уровни лишают ее своей тотальной сущности. Отсюда в многоуровневой онтологии соединяется как многосторонность нетотальных концепций, состоящих из нескольких общих принципов, так и фундаментальность традиционных тотальных, имеющих общий принцип в основании.

    Мераб Мамардашвили в главе "Техника понимания" своей работы "Введение в философию"[54] выражает следующую мысль - нечего пытаться понимать другого, это псевдопроблема, можно лишь вместе понимать нечто третье. Этот тезис - самая радикальная и последовательная критика метафизики Левинаса, поддержанной в свое время представителями структурализма-постмодернизма. То есть в концепции "другого" Левинаса обнаруживается нечто большее, нежели интерсубьективность. Будучи рассмотрена субстанционалистски, концепция "другого" выражает само основание структурализма-постмодернизма - чтобы преодолеть один частный принцип, нужен другой частный принцип, основанный на нигилизме первого. То есть нигилизм порождает самую, что ни на есть последовательную бинарную оппозицию.

    Мамардашвили своим тезисом демонстрирует суть мыслительной неадекватности такого подхода структурализма и постмодернизма. Тезис Мамардашвили позволяет сказать, что не нигилистическая критика одного принципа (одной позиции) ради установления другого, чуждого ему, но столь же частного принципа (другой частной позиции) устраняет тотальность, а некоторое общее для обоих принципов или интерсубъективных позиций содержание, которое вообще не предполагает этой бинарной оппозиции и порождает новую сущность. Так тезис неофициальной советской философии того же периода, что и структурализм-постмодернизм (60-80-е годы XX века), оказывается более мыслительно мощным и напрямую предваряет возникновение конструктивной философии с фундаментальной онтологией виртуальности.

    Таким образом, у нас возникает возможность различить два метафизически разных подхода - нигилизм или негативный подход, который отрицает некоторый частный принцип или частную позицию за счет нового (иного, другого) частного принципа (позиции) или новых частных принципов (позиций), и конструктивный (изначально по возникновению в методологии и философии - деятельностный) или виртуальный подход, который предлагает вместо критикуемого принципа (позиции) не его (ее) отрицание, а принципиально новое представление, по своей сущности более сложное, нежели старое. Тем самым мы подвергаем сомнению мыслительную мощность и эвристичность не каких-то отдельных принципов структурализма и постмодернизма, а мыслительную мощность и эвристичность самой их нигилистической сути, которую далее рассмотрим более подробно.

    Фундаменталистский нигилизм Левинаса (6,1) был с энтузиазмом и огромной поддержкой воспринят структурализмом. Давайте посмотрим, что происходит, когда принцип презумпции общего основания или фундаментализации нарушается. Давайте попытаемся понять, что представляет собой философия структурализма, которая пыталась нарушать этот принцип.

    Структурализм избегает общих принципов, пытаясь решать проблемы за счет частных принципов. Новый принцип возникает в структурализме очень часто как критика старого принципа, то есть в бинарной к нему оппозиции, которая тоже критикуется как частный же принцип. Между новым принципом, который предлагает структурализм, и тем, который он критикует или отрицает, возникает выбор. Например, почему мы должны предпочесть принцип антибинаризма принципу бинарных оппозиций, принцип ацентризма - принципу центризма, принцип ризомы - принципу иерархии и т.д.?

    Структурализм, будучи последовательным, всегда предлагает еще один аргументирующий частный принцип как решение дилеммы выбора между частными принципами (новым и старым) (6,2). Новый частный принцип вместе с аргументирующим его частным принципом представляет уже частную концепцию. Если аргументирующие принципы разные, то возникает несколько частных концепций, различающихся, а иногда и противоречащих друг другу. Поэтому выглядит это неубедительно - ведь если аргументирующий принцип является не более общим, а столь же частным, как новый и тот, что им критикуется или отрицается, то нет никаких достаточных оснований, чтобы предпочесть новый принцип.

    Давайте посмотрим на критику принципа бинарных оппозиций традиционной философии, то есть на нигилизм бинарности в структурализме. Взамен его структурализм предлагает частный принцип - антибинарности, преобразуя тем самым традиционный принцип бинарных оппозиций из общего в частный. Чтобы аргументировать этот новый частный принцип антибинарности, предлагаются следующие частные принципы - релятивность отношений, уничтожающая оппозиционное противостояние бинарности у Деррида, множество переходных позиций между бинарными оппозициями у Греймаса, или хаотичные различия, которые нельзя организовать в бинарные оппозиции у Делеза.

    Здесь предлагаемые аргументирующие принципы являются такими же частными, как и те, которые они аргументируют, - они просто прибавляются к уже имеющимся, не относясь к ним ни в какой иерархии. То есть эти аргументирующие принципы даже не могут быть обоснованием (ибо это предполагало бы отношение фундаментальности) - они не более, нежели поверхностные частные аргументы.

    Теперь мы сравним частные концепции, которые частный принцип антибинаризма образует вместе с соответствующими частными аргументирующими принципами.

    Концепция антибинаризма Деррида это концепция релятивизма бинарных оппозиций, уничтожающая оппозиционность, но по умолчанию соглашающаяся с бинаризмом.

    Концепция антибинаризма Греймаса это концепция процессуализации в ее счетном выражении, то есть появление промежуточных позиций, преобразующих бинарность в тернарность, тетрарность, пентарность и т.д., в которых, как это мы показали на примере тернарности ранее, тоже есть оппозиции. То есть концепция антибинаризма Греймаса не устраняет главную проблему, видимую в бинарности, - проблему оппозиции.

    Концепция антибинаризма Делеза (концепция ризомы), наиболее последовательная, так как хаотичность различий нельзя организовать не только в бинарные, но также в тернарные, тетрарные, пентарные и т.д. оппозиции. Однако этот подход не является общим, ибо он всего лишь нигилистически отрицает общее качество - вместо общего принципа иерархии структуры предлагается частный принцип внеструктурности или аструктурности, хаотичности, беспорядочности.

    Будучи же применен как общий, принцип ризомы или внеструктурности, обессмысливает остальное содержание структурализма и большинство других идей самих Делеза-Гваттари, в том числе их идею номадизма. То есть, как только мы эти частные принципы применяем как общие к другим идеям и концептам той же философии, они сразу же вступают с ними в противоречие. Такой подход, когда любой принцип или идея в той или иной философии применяется ко всей философии на предмет ее непротиворечивости другим принципам или идеям этой же философии, называется тестом на общность или фундаментальность принципа или идеи (6,2).

    Таким образом, под вывеской "антибинаризм" в структурализме скрываются принципиально разные концепции - релятивная концепция, которая устраняет оппозицию, но сохраняет бинарность; умножающая позиции концепция, которая устраняет бинарность, но сохраняет оппозицию; и концепция ризомы, которая устраняет и бинарность, и ее оппозицию, но частным образом, не как общий принцип: хаос можно противопоставить структуре частным образом, но его нельзя понимать и нельзя никак далее мыслить о нем, беря его в качестве общего принципа.

    При этом нужно иметь в виду, что в предельностных ситуациях, особенно в черезпредельности, бинарность возникает гораздо чаще, нежели тернарность, тетрарность, пентарность и т.п. В предельностных ситуациях не работает ни антибинарный постепенный переход Греймаса, ни релятивистский антибинаризм Деррида, ни антибинарный хаосмотический нигилизм Делеза.

    При этом возникает вопрос - можно ли такие разные концепции объединить в единую философию? Когда со временем накапливается достаточно много новых частных принципов и частных концепций, возникает вопрос о том, как они связаны. И снова последовательное избегание обобщений не позволяет обнаружить единое основание. Возникает дилемма объединения частных принципов и концепций в философию: объединение возможно как бессвязное при отрицании общего принципа фундаментального основания и связное как основанное на общем принципе фундаментального основания (6,2).

    Здесь кроется причина, по которой структуралисты, постструктуралисты, деконструктивисты и постмодернисты всех направлений и степеней известности так сопротивляются отнесению их к единому лагерю структуралистов. Ведь их объединение в некоторую общую философию это навязывание им извне принудительного общего принципа.

    Это отношение к структурализму вы можете видеть во многих текстах, на многих конференциях и круглых столах по философии. Если мыслитель производит различие структуралистского содержания на структурализм, постструктурализм, деконструктивизм и постмодернизм, то он, скорее всего, сторонник фундаменталистского нигилизма. Если же мыслитель говорит о структурализме как о единой философии, то он либо объединяет эти направления по территории и времени возникновения, либо он все-таки фундаменталист (онтологист).

    Первая дилемма выбора между частными принципами (дилемма связности) показывает невозможность создать единую концепцию при избегании общих принципов. Вторая дилемма объединения частных принципов и концепций в философию (дилемма единой философии) показывает невозможность создать единую философию при избегании фундаментальности как единого общего принципа. Две дилеммы структурализма вскрывают причины его креативного вырождения как перспективной в свое время философии.

    Принцип презумпции общего основания или фундаментализации это развитый принцип достаточного онтологического основания Лейбница (1,1): 1) достаточное основание любого частного принципа не может быть частным принципом, но лишь более общим; 2) всякая философия как набор любых идей, принципов и концептов должна иметь онтологическое обоснование через наличие в ней общего фундаментального принципа. Такое развитие принципа достаточного основания Лейбница является не само собой разумеющимся, и оно не понадобилось бы, если структурализм не предпринял бы попытку построения своей философии на частных и плохо связанных друг с другом принципах.

    Бесконечность Левинаса, которая была у него чисто абстрактным подходом, будучи использована как повторяемый разными структуралистами подход, превращается в дурную бесконечность частных принципов, бессвязность которых убивает не просто целостность философии, она убивает саму философию. То, что начиналось как философия, при последовательном избегании общих принципов превращается со временем в большой эклектичный и часто противоречивый набор частных принципов с неразрешимыми дилеммой выбора между ними и дилеммой объединения частных принципов и концепций в единую философию. Так философия умирает в дроблении на частности, среди которых даже нельзя какую-то из них предпочесть другой. Несмотря на то, что многие частные принципы структурализма являются интересными и перспективными, сам дух структурализма и его нацеленность на фундаменталистский нигилизм являются бесперспективными.

    Когда мы извне и принудительно называем все концепции де Соссюра, Проппа, Леви-Стросса, Лакана, Деррида, Делеза, Бодрийяра, Кристевой, Лиотара, Касториадиса, Барта, Фуко, Греймаса, Батая, Бланшо, Клоссовски, Мерло-Понти и др. - структурализмом, то тем самым мы действуем против самого подхода, принятого в структурализме, но мы делаем из него философию. Если же мы этого не делаем, то мы разрушаем единую философию, разбивая ее на частные принципы и частные концепции, которые связаны только территориально и по времени своего возникновения, но весьма проблемно являются философией.

    Структурализм это философия с онтологическим основанием "структура" и онтологическим принципом "структурность". Принципы внеструктурности и любые отрицания структуры вписаны в основание структурализма как его возможные отрицательные проявления. Не имеющий фундаментального основания постмодернизм включается в структурализм извне и принудительно, так как он не может этому противостоять в силу своей концептуальной аморфности.

    Базовый концепт нигилизма - "номадология" (6,1; 6,2; 6,3) - в структурализме предлагается Делезом и Гваттари. "Номадология" - это размывание и устранение всех и всяческих оснований и преодоление всех и всяческих границ и пределов. Размывание и устранение границ и пределов основано на оппозиции традиционным подходам в философии: 1) вместо жестко структурной организации бытия - аструктурное содержание бытия; 2) вместо полагания пространства как различенного семантическими и аксиологическими точками и осями - пространство, предполагающее детерриториализацию и ретериториализацию; 3) вместо детерминизма как принудительной каузальности, причинности извне - принципиальная случайность сингулярного события; 4) вместо выделения фундаментальных бинарных оппозиций - устранение самой возможности бинарных оппозиций; 5) вместо полагания смысла в качестве имманентного любому объекту или миру вообще и раскрывающегося субъекту в когнитивных процедурах - придание смыслу проблемного характера.

    Ризома - понятие номадологии, означающее в структурализме внеструктурный и нелинейный способ организации целостности (6,3). Ризома противопоставлена структуре в структурализме, хотя это противопоставление является чисто нигилистическим, противостоящим не только традиционному, но и всякому пониманию структуры. Учитывая то, что в структурализме самое важное понятие - структура - так и осталось невыясненным, нельзя полагаться на представление о внеструктурности.

    Структура как таковая представляет собой так или иначе нормированное различие. Отсюда бывают системные, сетевые, иерархические и неирархические, организованные и неорганизованные и т.п. структуры. Если различие представляет собой по Делезу сеть отношений, то это не значит, что сетевая структура не является структурой. Термин "внеструктурный" означает ненормированное различие, то есть беспредельность, выраженная через отсутствие предела нормы.

    Однако ненормированное различие может представлять собой виртуальную структуру, которая еще не есть реальность, однако нормирована чистым изменением. И это чистое изменение как изначальное нормирование делает ее структурой. "Внеструктурный" это означает неразличимый в себе и поэтому невыразимый (6,3). Если нечто внеструктурно, о нем нельзя говорить. Ризома явилась предварением представления о сети и сетевой онтологии (6,3)

    Номадологическая модель мировидения является несамостоятельной, несамодостаточной. Ее несамостоятельность состоит в том, что для критики или нигилистического отрицания границ и пределов, устранения которых предлагает номадология, необходимо, чтобы эти пределы уже существовали. Если этих пределов не существует, то чистое следование номадологическим процедурам окажется бессодержательным.

    Номадология бессмысленна в отношении того понимания, которое Гегель, а вслед за ним и Сартр называли бытие-в-себе. Номадология противоречит "хоре", которая сама противоречит бинаризму и порождает симулякры. Хора у Платона это самодвижущееся внутри себя бытие, вне выхода за собственные пределы. Хора у Кристевой это самодвижения бытия текста как чистого означающего вне референции к означаемому - "неэкспрессивная целостность, конструируемая импульсами в некую постоянную мобильность, одновременно подвижную и регламентированную" (6,2).

    В таком понимании хора непосредственно порождает симулякры Бодрийяра. Хора возвращает представление об имманентности (имманентность самодвижения бытия), которое отрицает номадология, и, в отличие от номадологии, не предполагает преодоления каких бы то ни было пределов. Вместе с тем хора по Деррида представляет собой снятие "колебательных операций бинаризма" (6,2). В этом смысле хора представляет собой номадологический процесс. Итак, хора и противоречит, и соответствует номадологии одновременно. И диалектика, которая принципиально непринимаема в структурализме относительно бинарных оппозиций, не может снять это противоречие. В данном случае мы видим классическую для структурализма путаницу частных принципов, которая неустранима за счет частных аргументационных принципов.

    Номадология тем самым имеет неуниверсальный характер: в обеспределенном или тождественном самому себе содержании номадология не работает. Номадология в философии в значительной степени является паразитарной, представляющей бесперспективный проект европейского нигилизма в философии. Иначе говоря, все идеи, которые содержит номадология, уже выражены, и пока человеческая мысль не положит новые пределы, нечего будет и обеспределивать.

    Однако эвристический потенциал номадологии является несомненным, если рассматривать номадологию как процедуру проблематизации каждого из выше указанных подходов в традиционной философии. В таком понимании номадологии мы видим собственно и саму ситуацию обеспределивания несамостоятельной, зависимой от уже наличного предела или пределов, которые можно устранить.

    Наличие явно выделенной и осмысленной концепции номадологии в структурализме позволяет нам предложить его как магистральный подход во всех и всяческих процессах обеспеределивания. В этом смысле номадология требует бинарной оппозиции к понятию Делеза и Гваттари "становление" - исчезновение, которое бы показывало появление того содержания, которое Делез и Гваттари называли хаосмос. Исчезновение это плавное растворение, стирание. размывание предела, постепенное устранение качественного различия, процессное уничтожение содержательной определенности (6,1). Становление, сопоставленное ситуации допредельности, принципиально противостоит исчезновению, сопоставленному ситуации беспредельности. Несмотря на содержательную неопределенность становления и исчезновения, эти процессы имеют разную направленность - космос и хаосмос.

    Номадологический подход в структурализме сопоставлен постметафизическому мышлению как установке на отказ от возможности единой и системной концептуальной модели мира не только в содержании философии, но и в содержании теологии, науки, искусства и т.д.

    Постметафизическое мышление - последнее слово доконструктивного подхода. Конструктивный подход начинает с фундаментализации посредством виртуальности. В представлении о виртуальности происходит отход от всех и всяческих истолковательных концепций на онтологическом уровне. Виртуальность позволяет провести обеспределивание всей предшествующей истолковательной философии наиболее последовательно - как изменение онтологической позиции: с истолковательной на конструктивную. В авторской Теории Виртуальности произведен переход от базового фундаментального представления об истолковании чего-то, что уже есть, к новому базовому фундаментальному представлению о конструировании чего-то, в процессе чего можно положить все и всяческие условия, обычно философией рассматривающиеся как имманентно наличные: пространство-время, структурность (определенный уровень структуры), целостность (объектность).

    В конструктивном онтологическом обосновании посредством виртуальности номадологические аберрации произведены не путем противопоставления традиции, а онтологически фундаментально: 1) структура бытия конструктивно задана дважды - как бытийствование в языке и как бывание в семиозисе "АВ"-моделирования, структура является подвижной за счет виртуализации и свободно конструируется и реконструируется; 2) в конструктивных семантических и аксиологических содержаниях используется не пространство, а структурная топология - структурная связь (связность), структурное направление (дирекциональность), структурное подобие (размерность); 3) отход от причинности происходит как выражение конструктивных операций вообще без использования представления о событии - релевантность структурных отношений является не просто случайной, она случайна онтологически - как допустимость разных произвольных конструктивных установлений тех или иных релевантных отношений; 4) бинарные отношения оказываются фундаментальным принципом контрафлексии, где вместо оппозиций производятся намного более сложные операции - контрафлексивная нормировка, не позволяющая даже поставить вопрос об оппозиции как весьма устаревшем и примитивном способе нормирования разного; 5) смысл оказывается не просто не имманентным объекту или миру, он вообще оказывается дообъектным (доапперцептивным) и дофеноменологическим - смысл оказывается организован как сетевая структура, где посредством актуально-виртуальных отношений он постигается в чисто конструктивной позиции до возникновения всех и всяческих субъект-объектных отношений, более того, сам объект и субъект оказываются конструируемыми в технологических процессах имманентной и концептуальной апперцепций объектов, а объектность вообще оказывается не единственной нормативной онтологией - кроме нее есть еще процессная и структурно-континуумная нормативные онтологии.

    Таким образом, в основе конструирования и моделирования довиртуальных конструктов структурного различения: системы, объекта, процесса, реальности; и лингвистического различения: знака, дискурса, текста - лежит виртуальность. Виртуальность является позицией изменяющегося, инакового, конструктивного содержания, которая сопоставлена позиции актуальности - устойчивого, очевидного, истолковательного содержания. В дирекционально-позиционно-структурных отношениях виртуальности и актуальности проявляет себя конструктивное моделирование: через метасемиозис ДПС-понятий и конструкт-семиозис "АВ"-моделирования, которое имеет сетевую топологию. Сеть (6,1; 6,2; 6,3) в ТВ принципиально несводима к системе и системной онтологии.

    Виртуальность - основа всего и всяческого обеспределивания в конструктивизме. Инаковость виртуальности (6,1) обеспределивает очевидность актуальности, приводит к столкновению инакового и очевидного содержания, упорядочению их в структурный континуум (6,2) и к хаотическому преобразованию такого континуума за счет ревиртуализации (6,3).

    Теория Виртуальности позволяет продемонстрировать все ситуации предельности. Виртуальность в своем глубинном выражении является чистой беспредельностью и поиском предела (ситуации 1 и 6). Такой предел появляется в виде актуальности, которая позволяет рассматривать виртуальность и актуальность как принципиально разные реальности (ситуация 2). Релевантность виртуальной и актуальной реальностей с выраженным направление референции проявляется как запредельность (ситуация 3). Создание референтного отношения между внутренними содержаниями релевантных виртуальной и актуальной реальностей в качестве актуально-виртуального структурного континуума проявляется как черезпредельность (ситуация 4). Создание "АВ"-цепочек, в том числе с сетевой топологией (ав- ва-, ава-, вав-, авав-, вава- и т.д. -моделей) проявляется как межпредельность (ситуация 5). Ревиртуализация структурных актуально-виртуальных континуумов выступает как обеспределивание на уровне континуума, что тем самым представляет виртуализацию, лежащую в основании континуума (ситуация 6)[55].

    В заключение, можно показать содержательное понимание операций обеспределивания. Исчезновение, игнорирование или устранение предела или пределов выступает как критика абсолютизации или проблематизация некоторого содержания, установление критического или нигилистического отношения к нему, попытка разрушить его основания, то есть не просто изменить его качество, а уничтожить его. Столкновение и переплетение обеспределенного содержания одного или разных пределов выступает как столкновение бывших разнопредельных качеств, которые находятся теперь вне предела, но как все еще сохраняемые в своем отличии, оказываются в процессе конфликта, пытаясь восстановить свои пределы, либо поглотить друг друга. Установление непротиворечивости и неупорядоченности означает утерю отличий бывших разнопредельных содержаний и переход к тождеству хаоса.

    Обеспределивание оказывается сопоставлено номадологии и виртуализации-ревиртуализации. Операциям обеспределивания оказываются сопоставлены следующие идеи и концепты: 1) исчезновение, игнорирование или устранение предела или пределов (интеграл, открытая или замкнутая Вселенная, синтез, деструкция, фундаменталистский нигилизм, бесконечность преодолевает тотальность, метафизика преодолевает онтологию, принцип презумпции общего основания или фундаментализации, исчезновение, инаковость), 2) столкновение и переплетение обеспределенного содержания одного или разных пределов (энтропия, Бог в теологии, деконструктивизм, парадокс деконструктивизма, синергетика, дилемма связности, дилемма единой философии, тест на общность или фундаментальность принципа или идеи, хора, структурный континуум), 3) установление непротиворечивой неупорядоченности или тождества хаоса (гомогенность, абсолютная идея, неограниченное бытие духа, смерть, ризома, внеструктурность, хаосмос, ревиртуализация).

     

    Краткие выводы

     

    Здесь было показано, что в человеческой мысли фундаментальные направления: 1) достижение фундаментальных оснований; 2) установление (определение) содержания; 3) апории, антиномии, парадоксы; 4) типы связей и отношений; 5) классификация и систематизация; 6) нигилизм и виртуальность - соответствуют реализации шести конструктивных ситуаций предельности - 1) допредельности; 2) определивания; 3) запредельности; 4) черезпредельности; 5) межпредельности; 6) обеспределивания. Кроме того, все идеи и концепты, относящиеся к этим ситуациям предельности, могут быть сопоставлены 18-ти конструктивным операциям предельности.

    А это означает, что в основании большинства самых известных и интересных идей и концептов лежат чисто конструктивные ситуации, различенные на чисто конструктивные операции. При этом истолкование того или иного содержания в той или иной науке или философии имеет в своем основании конструктивный подход, редко рефлексируемый или даже просто обнаруживаемый мыслителями.

    С конструктивной точки зрения, имея представления о лимитологии, можно более эффективно строить теории и концепции, если они, так или иначе, относятся к предельности. Предельность оказывается тем универсальным конструктивным подходом, который стимулирует творческую мысль и порождает самые мощные идеи. Лимитология может выступать ориентиром в процессе создания теорий: ведь когда можно разграничивать различные конструктивные ситуации и соответствующие им операции предельности, построение теории приобретает более четкие цели и более ясную последовательность их достижения.

    Лимитология является той самой положительной эвристикой теорий, о которой в свое время метафорически говорил Лакатос. Лимитология - часть интегративной дисциплины "теориеведение", состоящей из теории онтологии, лимитологии и структуралистики. Лимитология - теоретический конструктор, работающий с отношениями предельности.

    Конструктивизм - концепция, разворачиваемая вне времени и пространства, вне последовательной связности (объектности) и последовательной размерности (последовательный переход между уровнями структуры без прыжков). Такое представление делает возможным наиболее последовательное избавление от всех и всяческих предвзятостей, включая те, которые традиционно не замечались истолковательной философией. Конструктивизм различает онтологические позиции - истолковательную (истолковывание уже наличного) и конструктивную (конструирование и лишь затем истолкование сконструированного).

    Конструктивная позиция освобождена от всех пределов и предвзятостей - от пространственно-временных представлений (заданных пространственностью тела и времененностью сознания), от структурного предстояния (предстояние наличной, уже данной структуры органам чувств), от языковых предстояний (предметности и событийности языка), от предстояний очевидного опыта (наглядных аналогий). Конструктивная позиция тем самым является непространственно-невременной, чисто структурной вне привязки как какой-либо структуре, выражаемой в семиозисе, а не в языке, инаковой, а не очевидной.

    Конструктивный подход к любому содержанию состоит в мыслительном нахождении такого уровня выражения содержания, который позволяет работать с ним простейшими структурными операциями - установлением подобия, связи, направления. Когда мы мыслительно добираемся до этих операций, мы начинаем работать с содержанием конструктивно. Только в такой конструктивной работе и могут быть обнаружены процессы и отношения предельности.


    СТРУКТУРАЛИСТИКА

     

    Что такое структуралистика?

     

    В ХХ веке так называемыми постпозитивистами были предприняты попытки концептуализировать существование известных теорий в исторической ретроспективе. Эти концептуализации касались: самих общих отношений теории и действительности (Поппер), общих подходов сравнения разных теорий (Кун, Фейерабенд), общих подходов для создания новых теорий (Лакатос, Фейерабенд, Полани), общих подходов обоснования и сохранения теорий (Лакатос, Фейерабенд, Тулмин), общих подходов конфликта и конкуренции разных теорий (Кун, Фейерабенд, Лакатос). Однако, несмотря на многие закономерности, установленные в ходе таких исследований, теории так и не были исследованы с точки зрения своей когнитологической структуры.

    Что такое теория вообще? Постпозитивисты считали, что теория это приближение к истине. Это не так. Чем более сложными становятся теории в той или иной области знаний, тем меньше они похожи на истину в ее традиционном понимании - как соответствие рассудка (самой формы всеобщности и необходимости) и чувства (эмпирического многообразия ощущений, возникающих в априорных формах времени и пространства).

    Из предпосылок теорий все больше исчезает многообразие чувственных ощущений по мере того, как наука углубляется в мир и начинает обнаруживать разные реальности, в том числе вообще невоспринимаемые чувствами. Теории все меньше оказываются подвластны рассудку, даже уже на уровне работы разума с противоречиями и парадоксами. Когда же за теоретизацию берется интеллект, то его конструктивная природа вообще не предполагает никакой необходимости и традиционно понимаемой всеобщности.

    Традиционно теории связывают с концепциями. Однако не все теории являются концептуальными. Описательные теории могут просто теоретически представлять описываемую часть реальности, но не предлагать никакой концепции. В работе "Лимитология" мы уже проводили подобное различие. Частный принцип может являться основанием описательной (имманентной) теории, однако это еще не концепция, и даже не концепт. Концепция появляется тогда, когда некоторый частный принцип аргументируется еще одним частным принципом, то есть некоторая одна принципиальная частность объясняется другой принципиальной частностью.

    Содержащаяся в таком отношении базового и аргументирующего принципов идея является концептом - единицей концепции и будущей возможной теории. Однако такой частный принцип, аргументированный иным частным принципом, - всего лишь концепция, но не теория. Теория появляется лишь тогда, когда находится общий принцип, вокруг которого можно выстроить несколько частных принципов, каждый из которых в связи с общим принципом будет представлять собой концепт, а теория, таким образом, будет являться набором концептов. Таков структуралистский взгляд на теорию, сформировать который нам позволила критика структурализма, произведенная в работе "Лимитология".

    Теория это способ конструирования Мира (и Внемирности) в установлении структуры некоторой реальности или отношений реальностей в том или ином способе нормирования реальности или реальностей. Теория это общий принцип, а не просто частный концепт. Не всякий концепт является теорией, хотя очень часто считается таковым. Теорией является лишь такой концепт, который является: 1) универсальным; 2) основополагающим; 3) позволяющим внутри себя видеть и отличать другие концепты, принципы и даже теории.

    Переход от одной теории к другой (от парадигмы к парадигме или от эпистемы к эпистеме) не является мистическим, как это считал Лакатос. Если понимать общие принципы создания и развития теорий, то вполне можно обнаружить развитие реальностного и нормативного содержания в любых изменениях теорий. Теории сравнимы и соизмеримы, вопреки тому, что считал Фейерабенд, опять же, по своему реальностному и нормативному содержанию - в структуре.

    Структура - это не просто целостность связей и конфигурация связей, как это понимал Г.П.Щедровицкий. Структура это различие из некоторого представления о реальности, где есть нормативный и конфигуративный уровень этого различия. Разграничение нормативного и конфигуративного уровня различия происходит из представления Теории Виртуальности о том, что структура связана с определенным "структурным видением" в процессе "структурного движения" на определенной "структурной дистанции": "структурного подобия", "структурного направления" (дирекции) и "структурной связи".

    Определенное "структурное направление" позволяет установить "структурную связь" со "структурно удаленным" "местом структуры" и установить "структурное подобие" между разными "структурными местами". Однако всякий раз это оказывается допустимым лишь в том случае, когда такие "структурное движение" или "структурная дистанция" уже отнормированы для какого-либо различия, то есть когда установлена реальность этой структуры. Вне реальности мы имеем дело с делезовской аструктурностью или внеструктурностью.

    Когда происходит нормирование структуры как реальности, тем самым устанавливаются два структурно разные способы "структурного ви?дения": позиция, из которой нормируется реальность структуры, оказывается конфигуративной позицией, а позиция внутри отнормированной структуры оказывается нормативной позицией.

    Чтобы понять, как структурированы сами теории, необходимо рассматривать не существование теорий в их завершенном виде, пусть даже в исторической ретроспективе их обновления, смены и развития, но сам процесс создания теорий. Только конструктивный структурный подход позволяет сравнивать и соизмерять теории, а также понимать суть перехода от одной теории к другой.

    Далее будет предпринята попытка не излагать содержание тех или иных теорий, а рассматривать структуру этих теорий в процессе их создания и преобразования. Мы утверждаем, что научные теории имеют разную структуризацию, а конструктивные теории имеют разное структурирование, которые можно весьма строго разграничивать и строго же внутренне различать - как для науки, так и для конструктивизма. Мы не будем детально обозревать каждую из наук в этих процессах, но мы покажем, наиболее интересные научные теории, которые позволяют различить этапы реалистики и нормативистики. То есть мы попытаемся исследовать сам конструктивный процесс создания и преобразования теорий с точки зрения их отношения к реальности (реальностям), и с точки зрения нормативных онтологий, сообразно которым строятся эти теории.

    На наш взгляд, принцип несоизмеримости теорий Фейерабенда действует исключительно в истолковательной онтологической позиции. В конструктивной же онтологической позиции, теории не только соизмеримы, но и типологизируемы на когнитемы сообразно конструктивным структурным актам. Иначе говоря, вопреки утверждению Фейерабенда о том, что не существует никаких правил построения теорий, мы попытаемся создать структурное теориеведение.

    На каком содержательном уровне происходит конструктивный процесс создания теории? Мы различаем следующие содержательные уровни знания-постижения: гносеология - теория познания; эпистемология - теория структур знания; когнитология - теория представлений, лежащих в основании знаний. В гносеологии есть парадигмы, в эпистемологии есть эпистемы, в когнитологии есть когнитемы.

    Парадигма - совокупность знаниевых подходов, методов и ценностей, принятых в некотором научном сообществе в рамках некоторой устоявшейся научной традиции в определенное историческое время.

    Эпистема - выражение структур знания в некотором научно-языковом дискурсе, который является общим для разных наук в определенное историческое время.

    Когнитема - способ фундаментального нормирования реальности (реальностей) посредством специально разработанных неязыковых (недискурсивных) средств выражения, в своем развитом виде - семиозисов.

    Нас будет интересовать постижение теорий на уровне когнитологии. Здесь мы будем иметь дело не только с научными, но и с конструктивными теориями, которые будут рассматриваться с точки зрения их внутреннего структурного содержания. Когнитологический уровень работы с теориями предполагает работу с реальностью (реальностями) и разграничение различных нормативных онтологий.

    Теория в таком понимании это принципиально-концептное выражение так или иначе постигаемой реальности. Теория есть не истолковательный подход к реальности, а конструктивное выражение реальности так, что реальность создается в теории, а не существует до нее. Теория есть попытка выразить реальность во всей ее полноте, а разные уровни развития теории это разные уровни полноты выражения реальности. Всякая теория предполагает развитие и усложнение, в процессе которого каждая реальность предполагает различные способы и уровни нормирования, где каждый способ и каждый уровень могут быть превращены в отдельные реальности. Так появляется первое онтологическое измерение теории - реалистика - способ конструктивной работы теории с реальностью и/или реальностями.

    Прежде всего, существует разное позиционное отношение теории к очевидной пространственно-временной реальности. Теории, истолковывающие исключительно пространственно-временную реальность, являются имманентными теориями. Теории, устанавливающие некоторые реальности, среди которых в том числе устанавливается и пространственно-временная реальность, являются концептуальными теориями. Это так называемая общая реалистика теорий.

    Что такое реальность теории? Существует ли реальность до теории, и она лишь описывает ее, или же реальность создается теорией? В каком отношении к реальности проявляется теория - вне ее и вне всяких реальностей или внутри реальности?

    Все эти вопросы можно было бы считать чисто философскими. Такими они и есть в научной реалистике. Однако в конструктивной реалистике, которая проявляется в теоретической физике уже сегодня, это самые что ни на есть вопросы научного теоретизирования. Мы покажем это далее более подробно.

    Все имманентные теории являются научными теориями, но они занимают лишь часть научных теорий, хотя и бо?льшую часть. В то же время меньшая часть научных теорий является концептуальными теориями. Сами концептуальные теории незначительно принадлежат науке, в значительной своей части они являются выходящими за пределы науки и принадлежат конструктивизму. При этом все конструктивные теории являются концептуальными теориями[56].

    Традиционно наука предполагала исключительно объектное нормирование реальности, считая при этом реальность единственной: для науки существует лишь пространственно-временная реальность как пространственно-временной континуум. Здесь мы будем предполагать, что в конструктивных теориях реальность множественна (реальность есть многие реальности) и способы нормирования различны - как в отношении каждой реальности, так и в их сравнении одна с другой.

    Нормативная онтология это одна из теорий-концептов в рамках существующей фундаментальной метаонтологии, которая позволяет отличить себя от других на основе того или иного концептуального онтологического представления. Иначе говоря, нормативная онтология это уникальный способ нормирования, в основу которого положено некоторое онтологическое представление. Основным онтологическим представлением, доминирующим в науке до настоящего времени, является объект.

    В авторских работах "Теория виртуальности" и "Онтологизация науки и выхода за ее пределы" произведено разграничение трех разных нормативных онтологий - объектной, процессной и структурно-континуумной. Сообразно этому различаются и теории - объектные теории, процессные теории и структурно-континуумные теории. В связи с этим появляется второе онтологическое измерение теории - нормативистика - способ конструктивной работы теории с различными нормативными онтологиями.

    Структуралистика это попытка воссоздать общие схемы сборки, положенные внутрь той или иной теории в процессе ее создания и преобразования. Прежде всего, это онтологические схемы сборки, то есть онтология. Однако теория не сводится к онтологии, иначе говоря, - теория это не только онтология. Теория, кроме онтологии, имеет еще содержание работы с пределами (отношений онтологии и онтики, отношений разных онтологий, переходов от одной онтологии к другой) - лимитологию. Теория кроме онтологии также имеет содержание смотрения на структуру из конструктивной позиции - что, с чем и как направленно достигалось, уподоблялось и связывалось, то есть онтическую структуралистику. В этом смысле развитие некоторой теории связано с приращениями - онтологическим приращением, лимитологическим приращением и структуралистским приращением.

    Структуралистика - это конструктивная теория, изучающая различные способы структуризации (в истолковательной позиции) и структурирования (в конструктивной позиции) как с точки зрения реальности (реальностей), которые применяются при создании теорий, так и с точки зрения применяемых нормативных онтологий. Структуралистика состоит из реалистики и нормативистики.

     

    Общая реалистика теорий

     

    Родоначальником реалистики теорий естественных наук можно считать Анри Пуанкаре с его принципом конвенциональности теорий. Его подход состоял в том, что теория это не то, что есть вне субъективной реальности, а то, как это описывается в этой субъективной реальности. И то, что эта субъективная реальность является договором многих действующих субъектов, - ничего не меняет.

    Если эти многие действующие субъекты договариваются принимать некоторые общие условия - пространство, время, материальность, структурность материи, ее изменчивость и движение - это не значит, что эти условия являются незыблемыми, поскольку концепция объективности (синоним незыблемости) разрабатывалась уже внутри этих базовых априорных условий, и это особо оговаривалось. Условия же, которые принимаются при создании концепта как изначальные, общие и априорные, не могут характеризовать сам концепт - они надконцептуальны.

    Эти условия содержат как основание незыблемую для науки онтологическую позицию - истолкование уже наличного и данного нам содержания в четырех измерениях пространства-времени. Пока большинство теоретиков согласно считать базовые условия реальности основанием научности, можно говорить о конвенции научности. Когда все больше и больше теоретиков перестает принимать эти базовые условия, возникает распад конвенции научности. И распад этот происходит на более глубоком уровне, нежели объективность, поскольку объективность есть лишь один из наиболее мощных и распространенных (но не единственный) концептов удерживания истолковательной онтологической позиции.

    Лакатос, Кун, Фейерабенд говорят об отсутствии "решающего эксперимента", который бы позволил осуществить выбор между разными теориями. То есть разные теории являются равноправными способами представления мира или его части. Выбор той или иной теории - вопрос конвенции, как в свое время считал Пуанкаре. Это означает, что правильной теории не существует, а существует лишь конвенционально приемлемая теория. Когда возникают разные конвенции, и внутри них разные типы теорий, возникает понимание о появлении новой онтологической позиции - конструктивной, где базовые условия не являются незыблемыми, оказываются варьируемыми. Каждая теория порождает собственную, в той или иной степени детально структурированную реальность.

    Научная теоретическая позиция в отношении реальности может быть занята в трех разных ситуациях: а) реальность нормируется из позиции вне ее через различные структурные направления к выражаемой реальности (дирекциональное выражение реальности), б) реальность нормируется внутри отношений ее самой (выражение реальности через подобия отношений), в) реальность нормируется через ее разные уровни и способы связей между ними (выражение реальности через сложность связей). Так проявляет себя реалистика научных теорий или научная реалистика, которая имеет дело с дирекциями извне или отношениями и связями внутри некоторой реальности.

    Однако конструктивные теории работают не только с одной, но и с несколькими реальностями. Поэтому реалистика конструктивных теорий или конструктивная реалистика еще более сложная. В реалистике конструктивных теорий кроме перечисленных ситуаций, есть еще такие ситуации: г) реальность нормируется из другой реальности, которая достижима для нее, но не взаимодействует с ней; д) реальности взаимно нормируют друг друга, взаимодействуя (сопрягаясь) друг с другом; е) реальность или реальности нормируются из некоторой позиции вне всяких реальностей. Таким образом, реалистика конструктивных теорий имеет дело с межреальностными дирекциями, отношениями и связями.

    Для начала мы рассмотрим реалистику научных теорий. Структурные единицы в истолковательной позиции соотносятся с традиционным содержанием: дирекции выражаются через признаки, структурные подобия выражаются через отношения, структурные связи выражаются через комплексы.

    Признаки позволяют выражать позиционно заданную, структурно удаленную, находящуюся в определенной дирекции или на определенной дирекциональной дистанции структуру, где каждая дирекция позволяет устанавливать некоторое содержание выражаемой структуры. Признаки есть ее внешние качества некоторой структуры, зависящие от структурного направления, в котором происходит усмотрение этих качеств.

    Отношения позволяют выражать подобие в самом общем смысле как внутреннее содержание структуры, так и взаимодействие разных структур посредством референции (референтности) и дистанционной референции (дистанционной референтности), что позволяет устанавливать, какой элемент (место) структуры с каким иным элементом (иным местом) структуры взаимодействует.

    Комплексы позволяют выражать связь в самом общем смысле как способы внутренней и внешней организации структуры в структурной непосредственности (структурности) или структурной удаленности (трансструктурности), что позволяет устанавливать сложность связности и организации структуры.

    Структуралистика сообразно ситуациям научной реалистики различается на: структуралистику дирекций (признаков) - дилистику, структуралистику подобий (отношений) - гомолистику, структуралистику связей (комплексов) - комплистику.

    Дилистика изучает признаки в процессе создания теорий, когда реальность самой теории только формируется, причем это формирование происходит извне такой реальности, которая как реальность в теории еще даже не понимается. Дирекция или дирекциональная дистанция как структурная единица позволяет установить признак либо из истолковательной онтологической позиции (аспект), либо из конструктивной онтологической позиции (фактор). Теория позволяет превратить аспекты и факторы в атрибуты некоторой описываемой уже внутри теории ситуации.

    Гомолистика изучает отношения в процесс создания теории, когда происходит ее внутреннее нормирование. Подобие как структурная единица позволяет установить типологические (референции), нормировочные (референтности), реактивные (дистанционные референтности), аттрактивные (различенные дистанционные референтности) и конфигурационные (управляющие дистанционные референтности) отношения.

    Комплистика изучает комплексы в процессе создания теорий, когда реальность уже нормирована и возникает проблема разных уровней такого нормирования. Связь как структурная единица позволяет установить относительную и безотносительную связность (структурность) и фундированную и нефундированную иерархию (трансструктурность).

    Итак, дилистика исследует обобщение всех и всяческих признаков в теориях, гомолистика исследует установление разных отношений в теориях, комплистика исследует установление связей разного уровня в теориях.

    Дилистика, гомолистика и комплистика, хотя и проявляются последовательно, как сменяющие друг друга фазы развития и усложнения формирования и нормирования теоретически исследуемой реальности на заре возникновения науки, однако внутри развитой формы науки являются взаимодействующими, дополняющими друг друга, превращаемыми друг в друга. Дирекция, референтность и структурность взаимосвязаны так же, как и дирекциональная дистанция, дистанционная референтность и трансструктурность. Однако структурная удаленность всегда является некоторым пределом для теории, свидетельствующим о необходимости новой теории, новой теоретической парадигмы, новой эпистемы, новой когнитемы.

    Конечно же, из-за такой их взаимосвязи часто очень трудно различить, где проявляется одна, а где другая. Наш подход к различению дилистики, гомолистики и комплистики является условным, имеющим чисто теоретическое значение. Мы попытаемся увидеть, какие структурные акты в качестве чисто конструктивных операций используются в построении теорий.

    Структуралистика сообразно ситуациям конструктивной реалистики различается на: структуралистику флексий - инофлексику, структуралистику контрафлексий - контрафлексику и структуралистику контрафлексий - контрарефлексику.

    В авторской работе "Теория виртуальности" был предложен подход, согласно которому реальность есть нормированная структура. В человеческой культуре существует шесть базовых реальностей, которым посвящены множество философских и научных произведений. Иначе говоря, эти шесть реальностей отнормированы наиболее детально, чтобы их можно было различать и работать с ними даже тогда, когда они взаимодействуют. Базовая структура реальности: имманентные реальности - реальность мышления, реальность речи-текста, реальность деятельности; концептуальные реальности - реальность логики, реальность языка, реальность опыта.

    В Теории Виртуальности также предложен конструкт-семтиозис "АВ"-моделирования, который позволяет работать с различным позиционированием реальностей друг относительно друга через реальностную функционализацию актуальных и виртуальных позиций и референциально-референтное их соотношение как на общем реальностном уровне, так и на уровне объектно-атрибутивной структуры реальностей.

    Родоначальником реалистики гуманитарных теорий можно считать Карла Поппера. К существующему уже принципу верификации, то есть проверки теоретического знания на его соответствие опыту, Поппер требует добавление принципа фальсификации, то есть опытной проверки работы теории. Поппер не имел возможности ни разграничить дирекционально разные позиции, занимаемые каждый раз в процессе верификации и фальсификации, ни показать реальностное различие каждой позиции - в его время еще не было накоплено достаточно знаний в философии, логике и структурной лингвистике.

    В Теории Виртуальности (ТВ) происходит рассмотрение верификации и фальсификации как шагов или моментов соответственно имманентной и концептуальной апперцепций (онтологизаций), что мы более подробно рассмотрим в следующей главе. То есть верификация и фальсификация являются не моментами проверки знания или теории, а более фундаментальным отношением конструирования самого знания в ходе апперцепции (онтологизации).

    Различие онтологических позиций - истолковательной и конструктивной, а также различие применяемых апперцепций - имманентной и концептуальной, позволяет различить и традиционные способы онтологизации теорий. В авторской работе "Об онтологии" было произведено следующее различие онтологем: системы аксиом - в истолковательных теориях, набор принципов - в конструктивных теориях; 2) законы - в имманентных теориях, постулаты - в концептуальных теориях.

    С точки зрения Теории Виртуальности, всякая теория создает свой тип практики, в рамках которой она неопровержима. Это означает, что всякая теория является двойственной: с одной стороны она описательна, то есть создается в рамках имманентной апперцепции, с другой стороны она концептуальна, то есть создается в рамках концептуальной апперцепции. Мало того, к каждой теории Теория Виртуальности предъявляет требования четкого понимания и разграничения этой ее двойственности, проведение четкой феноменологически-апперцептивной границы.

    Если такая граница не проведена, то мы получаем нечто, что можно назвать "ненормируемый феноменологически-апперцептивный трансфер теории" - когда из имманентной описательной части теории (теоретизации) переходят к построению концептуальной ее части (теоретизированию), то есть на основании вывода о верификации имманентной части теории делают вывод нефальсифицируемости концептуальной ее части, а затем практически применяют концептуальную часть теории как якобы успешно прошедшую этап фальсификации, принимая практику концептуальной теории за такую практику, которая должна служить критерием истинности (верифицируемости) теории.

    Наиболее известный курьез относительно "ненормируемого феноменологически-апперцептивного трансфера теории" связан с учением-теорией Маркса, ее практической реализацией, критикой Маркса Карлом Поппером (1902-1994) и другими позитивистами, принципом Маркса "общественная всемирно-историческая практика - критерий истинности теории" и изречением Ленина: "учение Маркса всесильно, потому что оно верно"[57].

    Теперь мы уже можем показать, что позитивистская критика марксизма была в принципе адекватна. Раз любая теория двойственна, то предъявлять к ней только критерий верифицируемости, означает критиковать только имманентную часть теории. С другой стороны, и изречение Ленина по той же причине не может быть адекватным - из верности (верифицируемости) теории отнюдь не следует ее всесильность, то есть это не означает эмпирическую адекватность ее концептуальной части.

    Таким образом, каждая теория порождает свой тип практики, не соответствующий, а иногда и вступающий в противоречие с другой теорией. Теория преодолевается не только другой теорией, то есть не только в теоретической области. Теория преодолевается также тем, что создается иная теория с иной практикой, и уже эта практика на практическом уровне преодолевает практику изначальной теории, а затем предъявляет первоначальной теории требования, которые в ней ранее отсутствовали. Такое опосредованное практикой преодоление теории теорией мы называем "эмпирически адекватным практическим преодолением теории".

    Практика, даже общественная и всемирно историческая, не может быть критерием истинности теории, но лишь критерием ее эмпирической адекватности. Это породило известное доктринерское положение времен Перестройки в СССР: "Если теория не соответствует практике, тем хуже для практики" - положение, схватывающее суть позиции вульгарного концептуализма. Иное положение "разрыв теории и практики" описывает нерефлексивное представление о практике вне теории, поскольку если для вас есть разрыв теории и практики, то вы не ту практику соотносите с теорией или не ту теорию - с практикой.

    За эти концептуалистские представления и выводы из предыдущей истории философии и традиционной науки заплачена очень высокая цена - 70 лет неоднозначно оцениваемой жизни людей огромного государства СССР, утраченные многие миллионы человеческих жизней и историческое поражение этого государства, последствия которого будут ощущаться во всем мире еще не одно поколение людей.

    Концептуальная апперцепция ТВ позволяет показать более основательно наш тезис о том, что всякая теория создает свой тип практики, в рамках которой она неопровержима. Отсюда позитивистская верификация допускается лишь для преимущественно описательных теорий имманентной апперцепции. В то время как фальсификация как экспериментально же построенный способ опровержения теории допускается для концептуальной апперцепции. Концептуальная апперцепция, создавая концептуализирующие теории, подлежит не только верификации, она подлежит проверке по Ван Фраассену на эмпирическую адекватность с уточнением, что мы допустимо имеем дело с коэмпирической адекватностью.

    Здесь оказывается важным определить критерии коэмпирической адекватности для социального содержания: никакая концептуализирующая социальная теория в рамках антропологической онтологии не должна допускать смерть людей как средство достижения своих целей. В терминах ТВ это можно выразить более точно - концептуализированные социальные теории, даже создавая коэмпирическую социальную реальность, имеют имманентные критерии эмпирической адекватности - жизнь индивида, жизнь рода, существование отдельной культуры, существование человеческой цивилизации.

    Искусственный интеллект допускает преодоление антропологической онтологии, но предполагает иной подход. Спорное сегодня утверждение - человеческая цивилизация продолжается в искусственном интеллекте, даже если это уже не вполне привычный для нас человек[58]. Отсюда искусственный интеллект - коимманентный критерий коэмпирической адекватности концептуализированных теорий развития человеческой цивилизации.

    Наука все больше и больше выходит в своей теории и практике за пределы очевидной и привычной нам реальности. Реальность нанотехнологий, реальность квантовой механики, реальность космических процессов - это все иные реальности, принципиально отличающиеся от привычной для нас реальности.

    Отсюда проистекает представление о реалистской экспансии науки. По мере того, как наука захватывает своей деятельностью все и большую и большую часть Мира-Природы, она все более обнаруживает иные реальности, не являющиеся природными. Это значит, что в ходе реалистской экспансии наука сама предуготовляет переход от научной реалистики к конструктивной реалистике.

     

    Общая нормативистика теорий

     

    Родоначальником нормативистики в теориеведении является Кант с его теорией апперцепции объекта. Именно на этой теории основана объектность науки. Его подход развивает Гуссерль, придавая знанию не только объектный, но и процессный характер, разделяя ноэтическое знание (объектно-предметное) и ноэматическое (процессное) знание. Однако феноменологический подход, оказав серьезное влияние на теоретическую науку, не смог привести к разграничению разных нормативных онтологий, поскольку феноменология не имела средств контрафлексивного семиозисного моделирования.

    Имманентная апперцепция предполагает следующее позиционное отношение "A>V", где виртуальная позиция интерпретирует актуальную позицию. Актуальная позиция может быть функционализирована в полном наборе базовой структуры реальности (мышление, речь-текст, деятельность, логика, язык, опыт). Виртуальная позиция может быть функционализирована в трех из шести базовых структур реальностей (мышление, речь-текст, деятельность).

    Концептуальная апперцепция предполагает следующее позиционное отношение "V>A", где актуальная позиция реализует актуальную позицию. Актуальная позиция может быть функционализирована в полном наборе базовой структуры реальности (мышление, речь-текст, деятельность, логика, язык, опыт). Виртуальная позиция может быть функционализирована в трех из шести базовых структур реальностей (логика, язык, опыт).

    Теория Виртуальности предлагает нефеноменологический подход к различению имманентной и концептуальной апперцепций. Это означает, что виртуальная позиция, интерпретирующая актуальную позицию в имманентной апперцепции, не обязательно является человеческим сознанием-мышлением. С чисто структурной точки зрения, такое имманентное отношение может возникать в любом понимании виртуальной позиции - человеческие мышление, речь-текст, деятельность, компьютерные процессы интерпретации внешней ему действительности посредством работы с данными, выражении компьютером данных через текст или в деятельностном отношении компьютера к внешней действительности. В то же время концептуальная апперцепция предполагает иное понимание виртуальной позиции - логическая теоретизация, теоретизация средствами языка, теоретически предположенный опыт.

    Объектная нормативная онтология в Теории Виртуальности выражается через технологии имманентной и концептуальной апперцепций посредством "АВ"-моделирования. Для постижения объектного подхода нам необходимо различение объектификации и объективирования, предметизации и предметирования, то есть различения имманентных и концептуальных объектов и предметов.

    Различение имманентной и концептуальной апперцепций - всего лишь дань исторической традиции, идущей от кантовской теории апперцепции объекта. Однако еще более правильным будет различать имманентные и концептуальные процессы, учитывая то, что онтологизация процессов тоже различается на имманентную и концептуальную, равно как структурные континуумы по своему построению бывают тоже имманентные и концептуальные.

    Процесс - контрафлексивное единство изначально наличного и истолковываемого в теории или конструируемого теоретически и затем обнаруживаемого в эксперименте порядка изменений в линейной, нелинейной и, в частности, сетевой последовательности.

    Процессная нормативная онтология выражается через дирекциональное различие процессов (сосредоточенные, рассредоточенные и сквозные) и контрафлексивные мгновенные состояния процессов (так называемые в ТВ авав- и вава-модели), позволяющие разграничивать процессы в конструкт-семиозисе "АВ"-моделирования. Процессы в ТВ это не разница двух актуальных состояний, а разница контрафлексивных мгновенных состояний, где актуальное измерение выражает устойчивость в процессе, а виртуальное измерение выражает изменчивость в процессе. Процессы различаются на: имманентные и концептуальные, которые должны быть функционализированы в том или ином неимманентном порядке изменений; объектные и референтные (позиционные), то есть реализованные на объектах или в последовательности некоторых структурных позиций и способах связи между ними. Имманентные объектные или позиционные процессы (процессуализация) - традиционное понимание процессов, последовательных в пространстве-времени, и концептуальные объектные или позиционные процессы (процессирование) - непоследовательные и вообще вне пространства-времени.

    Тем самым так структурно представленные процессы входят в понятие структуры. Хотя еще до Теории Виртуальности вхождение процессов в понятие структуры было серьезной проблемой. Попытки структурно выразить процесс происходили через понимание процессов "становление", "деконструкция", "территориализация" в структурализме и через попытки онтологизации процессов в онтосхемах в СМД-методологии. Однако и структурализм, и СМД-методология так и не смогли всецело ввести процесс в понятие структуры.

    Для постижения процесса в понимании ТВ нам необходима его дефеноменологизация. Это означает, что "сознание" в постижении процесса не должно являться ни средой, ни позицией, из которой ведется истолкование или конструирование процесса, ни основанием содержания, через которое процесс описывается.

    Структурно-континуумная нормативная онтология выражается через так называемое пятиуровневое нормирование: 1) онтологический - от различия актуальности и виртуальности к различию актуальной и виртуальной реальностей; 2) континуумный - соединение реальностей в континуум (релевантность и референтность реальностей в континууме); 3) функциональный - функционализация реальностей континуума сообразно базовой структуры реальности; 4) морфологический - внутреннее (объектно-аспектно-атрибутивное) содержание реальностей континуума; 5) материала - превращение континуума в "материал".

    Для постижения структурного континуума нам необходимо преодоление однореальностного подхода к Миру, возникновение многореальностного подхода к Миру и Внемирности.

    Итак, нормативная объектная онтология выражается через теорию апперцепции, ее онтологизация - технологические процессы апперцепции через "АВ"-моделирование; нормативная процессная онтология выражается через теорию контрафлексии, ее онтологизация - различение процессов через "АВ"-моделирование; нормативная структурно-континуумная онтология выражается через теорию пятиуровневого структурного нормирования (онтологическое, континуумное, функциональное, морфологически и материала), ее онтологизация - разомкнутая метрика "АВ"-цепочек с сетевой топологией[59].

    Различение объектной, процессной и структурно-континуумной нормативных онтологий, произведенное в Теории Виртуальности, не является непосредственно понимаемым в традиционной науке. То есть различие нормативных онтологий можно понять, когда выходишь за пределы науки, постигаешь конструктивную позицию, видишь различие конструктивных приемов в отношении построения объектов, процессов и структурных континуумов. В науке же эти разные нормативные онтологии кажутся проявлением объекта. То есть наука считает, что процессы как бы есть, но они суть объектные процессы, реализованы между объектами или состоящие из объектов. А структурные континуумы, с точки зрения науки, это совокупности объектов разного уровня, даже если они и принадлежат к разным реальностям. Иначе говоря, с точки зрения науки, кроме объектов ничего нет, а то, что есть, сводимо к объектам.

    Казалось бы такой панобъективизм теоретически эффективен лишь до того момента, когда объект начинает становится мнимым, находящимся в разных местах, существующим одновременно в разных взаимоисключающих состояниях. Но не тут то было: даже в этом случае наука изобретает проблему "кошки Шредингера" и преспокойно продолжает сохранять объектность понимания мира. Такая ситуация в науке называется в Теории Виртуальности зпистемологической защитой актуального объекта.

    Эпистемологическая защита актуального объекта есть развитие принципа эпистемологической защиты познания, где указывается на главное условие человеческого познания до ТВ - пространственно-временность, последовательная размерность и последовательная целостность мира. Эпистемологическая защита актуального объекта означает неизбывное стремление науки теоретически интерпретировать удаленные структуры с затухающей актуальностью как представимый актуальный объект.

    Нормативистика научных теорий, хотя и является преимущественно объектной, тем не менее, в ХХ веке начинает испытывать на себе очень сильное тяготение к процессности. Появление феноменологии предопределяет на многие десятилетия превращенную форму развития процессной нормативной онтологии - она развивается в виде феноменологического подхода. Феноменологический подход процессировал науку, однако, оставаясь привязанным к философским концептам, которые неизменно связывают процесс с человеческим сознанием при отсутствии независимой от сознания онтологизации процесса, этот подход привнес и существенную онтологическую ограниченность в процессирование науки.

    Вглядываясь в развитие научных теорий, можно заметить постепенный переход от теоретизации объектов и объектного представления предмета науки к теоретизации процессов и к рассмотрению процессной предметности той или иной науки. Поскольку процессность науки весьма мало осмыслялась вне феноменологии, переход к структурно-континуумной теоретизации, начавшийся в конце ХХ века, не был осмыслен как принципиально отличный от процессного. Иначе говоря, в науке на сегодняшний день существуют три различные нормативистики - объектная, процессная и структурно-континуумная, которые слабо различаются и используются вне философского их осмысления неэффективно.

    Здесь возникает представление о нормативистской экспансии науки. По мере того, как наука осуществляет все большую и большую экспансию в исследовательской деятельности на все и всяческие объекты - в их различных состояниях, процессах, размерностях, связностях и способах теоретического структурирования - она все менее оказываться способна превращать исследуемые сферы в набор объектов.

    Наука все больше оказывается вынуждена обращать внимание на плохо сводимые к объектам процессы (например, позиционные процессы, которые описывались в ТВ) и на вообще несводимые к объектам структурные континуумы, являющиеся взаимодействием разных и по-разному структурированных реальностей. Так возникает видение процесса перехода от научной нормативистики к конструктивной нормативистике.

    Далее будет показана реалистика теорий, и на фоне их постепенной реалистской экспансии будет показано изменение нормативистики этих теорий, то есть нормативистская экспансия. Мы рассмотрим ряд системообразующих для основных наук теорий. В биологии - теорию Дарвина, в химии - теорию Менделеева, в физике - теорию Ньютона для классической механики, законы термодинамики, основные уравнения электродинамики, основания квантовой механики, теорию Эйнштейна, в экономике - теорию Леонтьева, в социологии - теории Дюркгейма, Парсонса и Лумана (макросоциология) и теории Вебера и Шюца (микросоциология), а также Пьера Бурдье, выпадающего из этого различения.

    При этом не ставится цель детально рассмотреть историю науки или историю возникновения теорий. Ставится цель показать изменение реалистики и нормативистики теорий в ситуации развития науки. Если же посмотреть на историю человеческого знания вообще, то здесь можно заметить следующие структуралистские циклы: 1) появление синкретической реалистики и нормативистики знаний; 2) развитие дилистики; 3) развитие гомолистики; 3) развитие комплистики - все это на фоне постепенного перехода от объективистской нормативистики к процессной и структурно-континуумной.

    В ходе работы автора над работами "Теория виртуальности", "Онтологизация науки и выхода за ее пределы", "Об онтологии" и "Лимитология" были сформированы теоретические представления о самих теориях, что привело к более четкому пониманию следующих этапов реалистской экспансии - инофлексики, контрафлексики и контрарефлексики, а также следующего этапа нормативистской экспансии - структурно-континуумной нормативистики.

     

    Дилистика: признаки в теориях

     

    Признак это выражение отдельных проявлений структуры в ситуации ее внешнего объектного наблюдения (аспект), ее понимания (фактор), ее теоретического осмысления (атрибут). Таким образом, признак может обнаруживать себя в позиции наблюдения как аспект и в позиции понимания как фактор и атрибут. На основании признаков, которые увязываются в некоторое концептуальное единство, появляется теория. Аспекты объединяются в единство описательной (имманентной) теорией, а факторы объединяются в единство объяснительной теорией. Атрибуты отвлекаются из всякого единства как теоретически осмысленные признаки.

    Аспект (от лат. aspectus - вид, облик, взгляд, точка зрения) - позиционно установленный через структурную направленность (дирекцию) элемент истолковываемой структуры реальности, имеющей устойчивый характер.

    Фактор (от лат. factor - делающий, производящий) - движущая сила какого-либо структурированного процесса (реальности), определяющая характер или черты его изменчивого содержания.

    Атрибут (от лат. attributio - приписывание) - признак структуры реальности, приписывающийся ей на основе некоторой концепции или теории этой структуры. Аспекты и факторы превращаются в атрибуты только внутри некоторой концепции или теории.

    Многоаспектные теории - описательные теории, увязывающие в концептуальное единство различные аспекты некоторой проявляющей себя структуры. Многоаспектные теории используются для обобщающего понимания различных структур в естественных (биологии, физике, химии и др.) и гуманитарных (психология, социология, экономика и др.) науках.

    Аспекты описывают структуру, которая еще только подлежит теоретическому осмыслению. Факторы описывают предположенную в создаваемой теории структуру. Атрибуты являются факторами некоторой созданной конкретной теории. Поэтому всякая теория выражает свой атрибутивный набор факторов или свои атрибутивные факторы. Факторы преобразуют аспекты в факты.

    Здесь возникает традиционное размежевание исследовательской и теоретической позиции. В исследовательской позиции первичным является факт, который исследуется и выражается в исследовательской концептуализации. Исследовательская позиция имеет дело с факторами уже постфактум. В чистой теоретической позиции первичным является фактор, на основании которого аспекты через некоторый универсальный принцип усматриваются как факты. Различение аспектов и фактов наиболее всего выражено в теоретической позиции. В исследовательской позиции аспекты и факты отождествляются. Здесь и далее мы занимаем, что логично предположить, теоретическую позицию, то есть такую, которая соответствует позиции построения всеобщей принципиальной, а не только концептной, теории.

    Когда в отношении выражаемой (описываемой или объясняемой) структуры появляются новые данные, они распределяются на атрибутивные факты и новые аспекты. Новые аспекты могут быть проинтерпретированы в старой теории как новые ее атрибутивные факты или могут потребовать построения новой теории с дополнительным аспектированием и факторизацией, создающими новый расширенный или распределенный на две и больше теорий набор атрибутивных фактов. Так происходит процесс рефакторизации и появления новых атрибутивных фактов.

    То есть, когда появляются новые, ранее непроинтерпретированные в наличной теории аспекты, то их всегда пытаются вначале интерпретировать в этой наличной теории. Если это удается, то новые аспекты становятся атрибутивными фактами этой теории. Если это не удается, то они считаются проблемными аспектами (аномалиями у Лакатоса). Если накапливается достаточно большое количество проблемных аспектов, возникает необходимость в построении новой теории.

    Существуют также представления о процессах самой дилистики.

    Аномализация - возникновение новых аспектов (аномалий), не поддающихся объяснению в наличной теории.

    Рефакторизация - изменение глубины понимания принципа или даже самого принципа теории и на основании этого изменение видения аспектов, фактов и атрибутов теории.

    Отсюда первый принцип дилистики - аспекты требуют концептуальной типологизации, а возникновение разных типологий требует единой теории. Второй принцип дилистики - аномализация теории требует рефакторизации теории.

    Многофакторные теории - постулирующие теории, увязывающие в концептуальное единство различные факторы некоторой структуры, участвующей в последующем многофакторном эксперименте. Многофакторные теории широко используются для моделирования (многофакторные модели) в естественных (физика, химия, биология и др.) и прогнозирования в гуманитарных (экономика, социология, статистика, психология и др.) науках.

    Многофакторный анализ построен на различии независимых и группирующих факторов. При этом изучаются и выражаются различные отношения независимых и группирующих факторов, а также обнаруживаются новые группирующие факторы. Возникающие при анализе проблемы свидетельствуют, как правило, о дополнительных независимых факторах, которые обнаруживаются путем обобщения и коррекции начальных условий анализа.

    Важным для теориеведения результатом дилистики оказывается появление теорий, которые позволяют охватывать огромный эмпирический материал, различать его, типологизировать, сравнивать и прогнозировать его различные качества и отношения на основании некоторого теоретического принципа. Однако дилистика позволяет в теории установить только самый общий закон или принцип. А другие законы и принципы той же области знаний устанавливает уже гомолистика.

     

    Наиболее драматичным в развитии теорий выглядит ситуация в биологии, а именно ситуация появления теоретической биологии. Первоначально биология вмещала систематический и трансформистский концепты, которые предлагали способы объединения исследуемых аспектов различных биологических организмов в некоторое единство, но не содержали теорию процесса развития. То есть систематическая и трансформистская концепции были всего лишь частными концепциями и не могли представлять собой какие-либо общие теории.

    Само представление о развитии не использовалось, поскольку это противоречило тем взглядам на природу, которые описывала Библия. Библии не мог оппонировать какой-либо объединяющий аспекты концепт, ибо объединяющих аспекты концептов можно придумать много, и они вполне бы согласовывались с божественным созданием природы, которая затем уже начала как-то изменяться. Библии могла оппонировать лишь теория, объясняющая единство аспектов как процесс развития. Таким образом, теоретическая биология и само представление о развитии в биологии появляются одновременно.

    Из Библии было известно, что живые организмы созданы Богом со всеми своими полезными признаками во всем своем многообразии видов. Человеку по этой логике надлежало описывать их разнообразие и исследовать их полезные признаки. Тем самым можно утверждать, что первоначальные признаки живых организмов, подвергавшиеся обобщению в биологи, были наблюдаемыми внешними признаками.

    Карл Линней разделил природный мир на три царства - минеральное, растительное и животное, классифицировав их посредством подобия и различия внешних признаков биологических особей через родовидовое отличие, придав названию каждого вида два слова - обозначение рода и обозначение вида. Такой подход получил название "биноминальная номенклатура". Создавая биноминальную номенклатуру, Карл Линней исходил из систематического подхода, хотя и признавал при этом ограниченный эволюционизм. Главный подход Линнея может быть выражен его высказыванием: "В естественных науках основы истины должны быть подтверждены наблюдениями"[60]. Карл Линней делает первый шаг в теоретической биологии - он создает классификацию аспектов как классификацию объектов-носителей этих аспектов.

    Современник Линнея Жорж-Луи Леклерк де Бюффон обнаружил, что наряду с полезными признаками у животных и растений имеются такие, для которых невозможно найти какую бы то ни было полезность. Это противоречие с библейским подходом можно устранить, лишь понимая сотворение мира Богом как лишь сотворение общего плана, который в живом мире биологии варьируется в своих конкретных воплощениях.

    Жан Батист Ламарк развил эту идею Бюффона, признавая за Творцом лишь создание материи и природы, а все неживые и живые объекты предполагая возникшими под воздействием природы. Жорж Леопольд Кювье впервые вводит в процесс описания видов живых организмов не только данные непосредственного наблюдения, но и данные сравнительной анатомии и палеонтологии. Таким образом, аспектность биологической теории видов впервые приобретает исторический и морфологический[61] характер.

    Кювье впервые вводит процессное представление об изменении аспектов и расширяет первоначальную классификацию Линнея за счет факторизации. Морфология и историческое происхождение биологических видов становятся теми факторами, которые уже не могут быть описаны исключительно через классификацию наблюдаемых аспектов наличных (известных науке того времени) биологических видов. Классификации Линнея становится недостаточно для последующей теоретической концептуализации.

    В 1859 году Чарльз Дарвин публикует свою работу "Происхождение видов путем естественного отбора или сохранение благоприятных рас в борьбе за жизнь". Так появляется эволюционная теория, где возникает основополагающий принцип - естественный отбор, означающий, что лишь наиболее приспособленные особи выживают и оставляют потомство, которое лучше приспособлено к окружающей среде. Тем самым Дарвин превратил аспектный подход систематически-трансформистской биологии в факторный подход эволюционной биологии на основе принципа изменения. Теория Дарвина впервые интерпретировала факторы Кювье - то есть не только морфологию и анатомию, но и данные палеонтологии.

    В своей теории эволюции Дарвин предложил следующие инновации: 1) различил два базовых процесса существования биологических видов - сохранение признаков (наследование) и изменение признаков (мутация); 2) установил базовый принцип наследования признаков - естественный отбор (выживают наиболее приспособленные); 3) установил общее направление изменений биологических видов - процесс эволюции от простых видов к сложным.

    Таким образом, благодаря эволюционной теории Дарвина биология видов из многоаспектной превращается в многофакторную, из концептуальной в теоретическую, из исключительно объектной в частично-процессную. То есть теория Дарвина не только устанавливает впервые реалистику биологии, но и меняет ее нормативистику. Появление факторов связано с базовым пониманием процесса существования биологических видов - единством сохранения и изменения видов, базовым принципом процесса - естественным отбором и с указанием на содержание направления изменений - усложнение видов (эволюция). Именно естественный отбор как принцип процесса эволюции становится теперь основанием проявления множества факторов, которые должны теперь учитываться в теории как с точки зрения баланса сохранения и изменения, так и с точки зрения общего направления эволюции к усложнению.

    Дальнейшее развитие биологии дважды бросает вызов теории Дарвина - развитие микробиологии, а также возникновение и развитие генетики. Каждое из этих направлений биологии демонстрировало описанную нами ситуацию появления новых данных, которые различаются на факты и новые аспекты. Теория Дарвина хорошо сумела интерпретировать данные микробиологии, неплохо сумела интерпретировать данные генетики. Подход Дарвина модифицировался, уточнялся и детализировался, но в целом остался неизменен. Теория Дарвина позволила атрибутировать своим содержанием практически все новые аспекты в новых сферах (микробиологии и генетике) как дополнительные факторы - микробиологические и генетические факторы.

    Теория Дарвина позволила перейти от исключительно объектного подхода в биологии к процессному подходу. При этом процесс эволюции стал отдельным направлением исследования в биологии, отличным от других направлений исследования - биологии организма (микробиологии, цитологии, гистологии, физиологии, анатомии) и генетики. То есть теория Дарвина впервые позволяет задать нормативистику биологии и различить разные ее нормативные онтологии - объектную и процессную.

     

    В химии процесс появления и развитии теории тоже происходит весьма интересно, хотя и менее драматично. В химии различные элементы, имевшие различные свойства, точно также подлежали описанию аспектов - с точки зрения не только внешних признаков, но и с точки зрения признаков, проявлявшихся в химических реакциях - горение, взаимодействие с водой, взаимодействие между собой и т.д.

    Джон Дальтон в начале XIX века ввел понятия "атомный вес" и "химический элемент" как совокупность одинаковых атомов. 1811 году Ян Берцелиус предложил символические обозначения для химических элементов. 1860 году на международном съезде химиков в германском городе Карлсруе были приняты определения атомов и молекул, что позволило отличать химические элементы и химические вещества. Так были заложены основы аспектного подхода в химии.

    В 1829 году Иоганн-Вольфганг Деберейнер впервые заметил, что некоторые сходные по химическим свойствам химические элементы можно объединить в группы по три, которые он назвал триадами: 1) Li, Na, K; 2) Ca, Sr, Ba; 3) P, As, Sb; 4) S, Se, Te; 5) Cl, Br, I. Закон триад Деберейнера состоял в том, что атомная масса среднего элемента была близка среднему арифметическому двух крайних элементов триады. Так возникает первый химический концепт, который относится к систематизации аспектов химических элементов.

    Леопольд Гмелин, развивая его идеи, показал, что взаимосвязь между свойствами химических элементов и их атомными массами намного сложнее. Затем появляются различные способы группировки химических элементов, которые преследуют ту же цель - показать зависимость сходных свойств химических элементов от какой-либо упорядоченности изменения их атомной массы.

    В этом смысле известны: спираль де Шанкуртуа, октавы Ньюлендса, таблицы Олдинга и Мейера. Наиболее интересной группировкой химических элементов были октавы Ньюлендса, где элементы были размещены в порядке возрастания их атомной массы, явно показано, что сходство свойств проявляется через каждые восемь элементов. Найденную закономерность Ньюлендс назвал законом октав по аналогии с семью интервалами музыкальной гаммы.

    Каждая из таких попыток группировок химических элементов представляла свою концепцию групповой классификации свойств химических элементов в зависимости от их атомной массы. Однако лишь Дмитрий Иванович Менделеев открывает периодический закон.

    В 1869 году (через десять лет после открытия Дарвина) Д.И.Менделеев представил Русскому химическому обществу сообщение об открытии им Периодического закона химических элементов. Его суть состояла в том, что с ростом атомной массы свойства химических элементов изменяются периодически. В отличие от своих предшественников Менделеев не только создал таблицу группировок химических элементов, показывающую периодическую зависимость химических свойств от возрастания атомной массы, но и определил это как закон, что позволило ему изменить некоторые уже принятые атомные массы и предсказать свойства некоторых неоткрытых еще химических элементов.

    Таким образом, в случае Менделеева мы ясно видим не столько приращение концептуального содержания в результате теории, сколько именно переход от химических концепций к химической теории. Когда аспекты на основании теоретического принципа превращаются в факты, они предполагают возможность предсказывать проявление фактов даже в неаспектированных областях исследуемых направлений.

    В основание своей теории самим Менделеевым был положен "атомный вес", позже эта единица была заменена на "заряд атомного ядра". Тем самым произошла смена факторизации изначальной теории Менделеева: фактор "атомные вес" был заменен фактором "заряд атомного ядра", который по причине прямой зависимости от первоначального фактора позволял дать более глубокое понимание факторизации менделеевской теории. Рефакторизация теории Менделеева не только не отменяет первоначальную теорию, но делает ее более глубокой и универсальной.

    Тем не менее, в отличие от биологии, в химии не происходит перехода к иной нормативной онтологии - то есть от объектного подхода к процессному подходу. С одной стороны, химическая реакция есть химический процесс. В то же время химия очень долгое время изучает не сам процесс, а аналитические составляющие химических реакций: реагентов и продуктов реакции. Даже сегодня во многих химических словарях и энциколпедиях наравне с определением химических реакций как процессов существует также определение их как превращения реагентов в продукты реакции. Причем два этих определения не всегда различаются. Неорганическая химия преимущественно представляет собой аналитическую химию. Только органическая химия обращает более пристальное внимание на процессный подход.

    Органическая химия появляется как химия выделенных из животного или органического сырья органических соединений, которые сходны между собой, но отличаются от неорганических соединений. Так по происхождению химических соединений впервые производится факторизация органической химии. Уже затем более точно производится рефакторизация - органические соединения это соединения углерода с элементами-органогенами (H, N, O, S, P).

    Так возникает базовое разделение химии на неорганическую и органическую. Как видим, сам способ названия оказывается сильно зависим от отрицания органического начала. То есть мы получаем некоторую редукцию теоретического понимания изначальной базовой химии.

     

    В физике типологизация аспектов сразу же проявляется как разделение физики на предметные области, то есть теоретизация физики происходит через разграничение непосредственно данных в ощущениях явлений - того, что изначально именуется природой и непосредственно наблюдается человеческими органами ощущений.

    Так происходит первоначальная типологизация аспектов природы: аспекты движения тел, сопоставимых по размерности человеку, аспекты звука, аспекты теплоты, аспекты энергии Затем возникают отличные от них: аспекты движения тел, меньших размерности человека, аспекты света, аспекты электромагнитного поля, аспекты электрически заряженных частиц.

    Вслед за физикой на уровне размерности человеческого тела происходит глубинное проникновение аспектирования физики за пределы размерности человеческого тела - в микроскопический уровень. Это проникновение связано с изменением привычного как для физики, так и для других наук, подхода первоначальной теоретизации - вместо концептуально-типологического аспектирования и последующей теоретизации первоначальной оказывается сама теоретизация, а аспектирование принимает характер изначального атрибутирования.

    То есть проникновение в микроскопический уровень физики происходит исключительно теоретическим путем: теория сразу же устанавливает предполагаемые атрибуты, которые лишь затем экспериментальным путем подтверждаются как аспекты. Таким образом, физика - первая наука, которая столь масштабно выходит на конструктивный уровень теоретизации.

    Микроскопический уровень физики формируется следующим образом: атрибутирование через атомы и их строение порождает атомную физику. Модель атома Резерфорда делает фундаментальный переворот не только в физике, но и в науке вообще. Если о Коперниканском перевороте философия любит упоминать весьма часто и с восторгом, то переворот Резерфорда, более значимый для понимания природы, обычно не считают таким уж важным.

    Тем не менее, увидеть мир в глубину, где строение атома (микрокосм) является структурным подобием строения планетарной системы (макрокосм) - это переворот в мировидении не менее фундаментальный, нежели коперниканский. Бор показал, что существование электронов в специальных энергетических состояниях, позволяет им не излучать энергию. Модель атома Резерфорда-Бора позволила сделать вывод, что законы классической механики в этом случае неприменимы. Формирование дилистики в физике связано с открытием именно этого принципа - мир (природа) на разных уровнях структуры имеет разные принципы и законы.

    Так возникает квантовая механика. С этого начинается новая эра в физике. Природа разграничивается на два уровня: макроскопический уровень и микроскопический уровень. Это разделение происходит относительно человеческого тела: сопоставимое и больше его размеров - макроскопический уровень, а меньшее его размеров - микроскопический уровень.

    Причем, как можно заметить, макроскопический уровень на уровне физического понимания оказывается весьма условно отличен от микроскопического, поскольку, как это позже оказывается, процессы, его определяющие, происходят как раз на микроскопическом уровне, особенно что касается термодинамики, оптики и электродинамики.

    Представление о микроскопическом уровне и его различных направлениях возникают как результат теоретического предположения с последующим их экспериментальным подтверждением: представления об атомах и их ядрах порождают атомную физику.

    В связи с произведенным аспектированием и структурным типологическим различением природы происходит первичная факторизация физики - движение материальных объектов и взаимодействия между ними порождают механику; теплота и энергия, их соотношение и превращение друг в друга порождают термодинамику; явления распространения электромагнитных волн видимого и близкого к нему спектров порождают оптику, а электромагнитное поле и его взаимодействие с телами, имеющими электрический заряд порождают электродинамику.

    Типологизация посредством аспектирования-атрибутирования, которая привела к разграничению сфер физических знаний, имела форму законов для каждой отдельной сферы физических знаний. То есть лишь открытие тех или иных законов в определенном направлении исследования создавало саму эту сферу физических знаний. Законы или формулы в каждой физической дисциплине это и есть проявление физических теорий этих дисциплин.

    Например, световые явления сами по себе являются типологизацией аспектов - видимое излучение. И только когда свет оказывается понимаем как распространение электромагнитных волн видимого и близкого к нему спектров, мы говорим не просто о физике света, а о теории оптики. Поэтому первичная факторизация и последующие рефакторизации посредством законов и формул будут рассмотрены нами уже в гомолистике, поскольку все они связаны с различием отношений.

    В физике, в отличие от биологии и химии, на ранних стадиях ее развития не возникает некоторый единый принцип или закон. Однако в ней есть позиция Ньютона (1643-1727), который как ученый, с точки зрения предложенных подходов в механике и оптике, оказался в основании путей развития физики. Законы движения, закон всемирного тяготения и теория света Ньютона - все это оказалось основанием дилистики и условием дальнейшего развития физики. То есть Ньютон в своей разнообразной научной деятельности рассматривает различные способы аспектирования физики, и тем самым закладывает условия их типологизации на дисциплины.

    Еще до Ньютона неоднократно делались попытки вывести формулы и открыть законы движения материальных тел. Галилео Галилей предлагает "принцип относительности" - все физические процессы в инерциальных системах отсчета (неподвижных или прямолинейно без ускорения движущихся) протекают одинаково. Галилей впервые предложил формулировку будущего первого закона Ньютона, однако в его формулировке так называемое свободное движение включает также движение по окружности. Декарт использует понятие "количество движения", но не дает ему строгого определения.

    Физика Ньютона возникает в непосредственном теоретическом противостоянии с Декартом. Во-первых, Ньютон в отличие от Декарта придерживался атомистических взглядов. Во-вторых, Ньютон считал дедукцию вторичным методом, которому должна предшествовать индукция, то есть эксперимент и конструирование математических моделей. В-третьих, Ньютон считал необходимым определять всякие понятия посредством связи с другими понятиями, в то числе через конкретные математические зависимости.

    Ньютон впервые не только дает строгую для своего времени формулировку законов движения, но и четко определяет следующие понятия: "количество движения", "сила", "масса", как мера инерции, взамен использовавшегося до этого понятия "вес", которое он тоже определяет как произведение массы на ускорение свободного падения. Таким образом, Ньютон осуществляет не только преобразование физических аспектов в факторы, но и типологизацию физических аспектов, в своей деятельности разграничивая разные исследования направлений физики - в частности, механику и оптику.

    Теория света Ньютона наравне с теорией Гюйгенса стали основой развития гомолистики оптики. Корпускулярная природа света, предложенная Ньютоном, и волновая природа света, предложенная Гюйгенсом, оказались двумя разными способами понимания, оказавшими мощное влияние на гомолистику физики вообще, а не только как оптики. Здесь мы видим пример принципиально разных факторизаций одного и того же типа аспектов - света. Эти факторизации в результате конкуренции не привели к вытеснению одной и доминированию другой - конкуренция привела к утверждению их обеих, о чем мы будем говорить далее.

    Открытый Ньютоном закон всемирного тяготения имел своего не менее гениального предшественника - Иоганна Кеплера. Три закона движения планет Кеплера послужили для Ньютона как математическими моделями применения законов движения, так и приложением аргументации закона всемирного тяготения. Иначе говоря, Кеплер произвел факторизацию частного случая - движение планет, в то время как Ньютон произвел факторизацию общего случая - движения всяких физических тел.

    Наиболее фундаментальными для физики оказываются законы Ньютона: первый закон (инерции), второй закон (движения), третий закон (действие равно противодействию); закон всемирного тяготения. Ньютон не просто предложил формулировки этих законов, но он сопроводил их теоретическими концептами и математическими моделями. Можно сказать, что законы Ньютона стали не только основой физики того времени, но и основой различения физики на дисциплины. Иначе говоря, гомолистика физики возникала одновременно с ее дилистикой.

    В XVIII веке возникает учение о теплоте в трудах Фаренгейта, Реомюра, Цельсия, Ломоносова и других ученых. Само понимание теплоты как фактора, лежащего в основании аспектов, измеряющихся как температура, является началом возникновения термодинамики. Ломоносов формулирует прообраз закона сохранения вещества и движения, позже ставший законом сохранения энергии и легший в основание первого закона термодинамики.

    Лишь в ХХ веке возникает теория относительности Эйнштейна - уже всецело как теория гомолистики - и именно ее можно рассматривать как некоторую общую для современной физики теорию.

     

    Итак, теория Дарвина, периодический закон Менделеева, а также теория Эйнштейна формируют реальности каждой из соответствующих естественных наук - биологии, химии и физики. Эти теории позволяют говорить о том, что дилистика как начальный взгляд на реальность извне формирует понимание реальности каждой из наук и позволяет на основе этого проникнуть в эту реальность, чтобы исследовать ее более детально на уровне отношений гомолистики.

    Можно заметить, что ситуация в физике отличается от ситуаций в биологии и химии, где основание дилистики (теория и закон) сформировались в виде некоторой общей теории. В физике обобщающая теория дилистики сформировалась достаточно поздно, то есть в своей развитой форме как теория относительности Эйнштейна она была сформулирована уже после достаточно широкого содержательного развития гомолистики этой науки. Это означает, что хотя дилистика по своей сути предваряет содержание гомолистики, формирование ее очень сильно связано с гомолистикой.

     

    Все предложенные пока нами подходы к созданию теорий для демонстрации дилистики касаются естественных наук. Однако в гуманитарных науках не существует никаких аспектов, которые бы не зависели от предварительной сознательной деятельности человеческого общества.

    Факторизация гуманитарных наук изначально конструктивна. Это означает, что гуманитарные науки чаще имеют дело с факторами, нежели с фактами. Для гуманитарных наук факты это набор данных, полученных путем специальных процедур факторного исследования. Даже когда мы говорим о тех или иных описательных теориях, они работают уже на базе тех или иных гипотез, имеющих концептуальные основания.

    Давайте посмотрим на социологию. Дюркгейм и Парсонс (макросоциология) и Вебер (микросоциология) - представители, которым мы обязаны возникновением дилистики в социологии. Здесь происходит похожее структурирование, как это мы видели в физике. Только на этот раз основания различаются по измерению "индивидуальное-коллективное": человеческий индивид является основанием микросоциологии, а человеческая группа или социум является основанием макросоциологии.

    Дюркгейма интересует как могут быть установлены социальные факты. Дюркгейм разработал концепцию предмета социологии: 1) Общество является частью объективной реальности, включенной в природу, но имеющей свои специфические законы; 2) Общество первично по отношению к составляющим его индивидам; 3) Социальные факты объективны и не зависят от человеческого произвола. Так происходит первичная факторизация социологии, которая позволяет превращать аспекты социальной действительности в социальные факты, выделять социальные факты из природы, устанавливать их основание и объективность. Дюркгейм пытается онтологизировать социологию, утверждая, что она является объективной наукой, которая свободна от идеологии и умозрительных построений.

    Современник Дюркгейма Макс Вебер предлагает совершенно иной подход к основанию социологии: социология основывается не на уровне общества, а на уровне индивида. Подобно Дюркгейму Вебер противопоставляет социологию как гуманитарную науку естественным наукам. Однако его факторизация социологии совершенно иная - поведение, действие и социальное действие. Действия этих факторов позволяют нам устанавливать социальные факты по Веберу. Отсюда концептуальная типологизация социальных действий: целерациональное (предметы и люди как средства достижения рациональных целей), ценностнорациональное (на основе веры в ценность действия независимо от его успеха), аффективное (эмоциональное), традиционное (на основе традиции или привычки).

    Таким образом, Вебер не просто осуществляет рефакторизацию относительно Дюркгейма, а, как оказалось впоследствии, предлагает альтернативную факторизацию социологии, которая предопределила ее разделение на макросоциологию (Дюркгейм) и микросоциологию (Вебер).

    Парсонс разрабатывает общую теорию (социального) действия как самоорганизующейся системы. В своей теории Парсонс стремился найти компромисс между онтологическим социологизмом Дюркгейма и понимающей социологией Вебера. Парсонс выделяет следующие факторы базового процесса самоорганизации общества - адаптация, достижение цели, интеграция, поддержание образца. Парсонс считает также, что нормировочные отношения (первичное содержание гомолистики социологии) задаются посредством функций: функций социальных институтов, действий индивидов, мест в социальной структуре (статусов), социальные роли на основе общественных норм и ценностей. Предложенное Парсонсом содержание нормировочных отношений, известное в социологии как функциональный подход, нашло свое развитие в дальнейшей теоретизации социологи, что будет нами рассмотрено в гомолистике социологии в связи с более основательным исследованием разного типа отношений в теориях Лумана и Шюца.

    Именно в силу специфики своего содержания гуманитарные науки богаты на многофакторные теории. Психология, социология, экономика, история - все это области знаний, где многофакторность является особым измерением процесса рефакторизации. Рефакторизация гуманитарных наук, происходит не только через замену одних факторов другими, а и через расширение набора учитываемых факторов.

    Одна из самых интересных многофакторных теорий была предложена Леонтьевым в попытке решения им так называемого "парадокса Леонтьева". Суть парадокса в том, что согласно теории Хекшера-Олина доля капиталоемких товаров в экспорте США должна расти, а доля трудоемких сокращаться. В действительности же этого не происходило. И тогда Леонтьев показал, что разрешение этого парадокса связано с тем, что нам нужна не двухфакторная модель внешней торговли, а многофакторная. Леонтьев предложил рассматривать дополнительные факторы: квалификация вложенного в продукты труда; на что направлен капитал - на освоение природных ресурсов или на увеличение их интеллектоемкости; внешняя политика государства.

    При учете этих дополнительных факторов парадокса не возникает, а экономическая многофакторная теперь уже теория Леонтьева позволяет адекватно интерпретировать многие экономические и социальные процессы. Тем самым первоначальный атрибутивный набор факторов классической экономической теории был расширен новым набором фактором, что привело к изменению теории и соответственно появлению нового атрибутивного набора фактов в новой теории. Так осуществляется процесс расширенной рефакторизации.

     

    Гомолистика: отношения в теориях

     

    В гомолистике мы можем более детально рассмотреть и дилистику. Всякие концептуально проинтерпретированные аспектные отношения порождают концептуальную норму, которая на этом основании позволяет превратить аспекты в факты. То есть аспекты, соотнесенные с концептуальной нормой, являются типологизированными аспектами - фактами концептуализации. Типологизация (систематизация) аспектов на основе концептуальной нормы называется концептуальной типологизацией. А отношения, устанавливаемые концептуальной типологизацией, - типологические отношения.

    Процесс превращения аспектов в полноценные факты происходит на основе некоторого принципа, который является универсально аргументированным концептом. Когда удается найти принцип, который бы позволял внутри себя не только различать концептуальные нормировки, но и объединять их в единую нормировку, можно говорить о создании теории, которая оперирует уже факторами и создает возможность видеть полноценные факты. Так проявляет себя теоретическая нормировка, которая устанавливает различные нормировочные отношения.

    Появление новых неотнормированных аспектов требует дополнительной нормировки. Если это невозможно, то есть наличная теоретическая норма не позволяет произвести нормировку новых аспектов, тогда нужна измененная теоретическая норма, и соответственно ренормировка новых и старых аспектов. Когда удается найти новую теоретическую норму, которая бы позволяла осуществлять единую нормировку старых и новых аспектов, возникает новая теоретическая норма и происходит рефакторизация.

    Неподдающиеся наличной теоретической нормировке аспекты в отношении к старым аспектам, поддающимся наличной теоретической нормировке, называются проблемными аспектами или аномалиями (Лакатос). Новые факты по отношению к старым фактам являются ренормировочными. Отношение новой теоретической нормы к старой теоретической норме показывает инновационность новой теории. Соответственно ренормировка и рефакторизация приводят к изменению набора атрибутивных фактов - набор атрибутов новой теории оказывается расширенным.

    Таким образом, мы имеем следующие различные отношения в гомолистике.

    Типологические отношения - отношения между аспектами на основании той или иной концептуальной типологизации (концепции).

    Нормировочные отношения - отношения между аспектами на основании универсально аргументированного концепта (принципа), являющегося теорией.

    Реактивные отношения - отношения между разными нормировочными отношениями, где есть активное и реактивное.

    Аттрактивные отношения - отношения влечения (притяжения, соседства, взаимоположенности) между разными нормировочными отношениями, то есть двойственность (тройственность и т.д.) нормировочных отношений.

    Конфигурационные отношения - управление уровнями нормировочных отношений извне их.

    Для описания активности этих отношений применяются следующие понятия-действия: типологизировать, нормировать, реактивировать, аттрактировать и конфигурировать.

    Представления о нормировочных отношениях не следует путать с нормативностью онтологий. Понятие "нормировочные отношения" происходит от понятия "нормировать", а понятие "нормативная онтология" происходит от различия способов концептуального нормирования на основе некоторого устойчивого концептуального представления, в данном случае это: "объект", "процесс", "структурный континуум".

    Также не следует путать понятие "конструктивное нормирование", употребляемое в Теории Виртуальности, и понятие "теоретическая нормировка", употребляемое здесь. Более того, в ТВ особо указывалось на неприемлемость употребления понятия "норма" в конструктивной позиции. Здесь же в научной реалистике употребление понятия "норма" традиционно и потому уместно. Трудность для понимания представляет общее для них понятие-действие "нормировать", однако содержательный контекст выражаемой проблематики позволяет понять каждый раз их различное значение: это действие от "нормы" или от "нормирования".

    В той или иной области знаний могут быть несколько теорий, а в теориях - несколько концептуальных типологизаций, которые внутри теории оказываются уже уровнями нормировочных отношений. Такие структурированные сообразно различным уровням нормировочных отношений секторы в одной и той же области знания называются теоретическими дисциплинами.

    Между нормировочными уровнями отношений, описываемыми очень часто в разных дисциплинах, возникают реактивные и аттрактивные отношения. Соответственно нормировочные отношения аспектов-фактов с точки зрения их внешней определенности являются внутридисциплинарными отношениями. А реактивные, аттрактивные и конфигурационные отношения с точки зрения внешней определенности могут являться трансдисциплинарными отношениями.

    В случае трансдисциплинарных отношений возникают различные ситуации рассмотрения отношений. Когда из первой дисциплины можно рассматривать вторую, а из второй дисциплины можно рассматривать первую, то такие отношения называются реактивными отношениями. Реактивность означает претерпевание влияния извне, а соответствующая трансдисциплинарная ситуация называется - редисциплинарность. Соответственно дисциплина, из теоретической позиции которой рассматривается другая дисциплина, является активной. А та дисциплина, которая подлежит рассмотрению из позиции другой дисциплины, является реактивной.

    Например, физическая химия - редисциплинарный подход (физика - активная дисциплина, химия - реактивная дисциплина); химическая физика - тоже редисциплинарный подход (химия - активная дисциплина, физика - реактивная дисциплина).

    Когда необходимо теоретически интерпретировать множество дисциплин, в этом случае кроме попарных реактивных отношений между различными дисциплинами возникают также аттрактивные отношения, то есть отношения, при которых некоторые различные содержания являются разными, но устойчиво соединенными в том или ином явлении. Такая ситуация трансдисциплинарности называется адисциплинарность.

    Например, нанотехнологии в приложении к человеческому телу могут быть поняты внутри биологии, химии, математики и физики, где физика и биология являются аттрактивными дисциплинами. Здесь речь не идет о какой-либо активности или реактивности тех или иных областей знаний, а о преимущественном использовании теоретического видения именно из этих дисциплин.

    Наконец, высший уровень развития трансдисциплинарных отношений возникает тогда, когда теоретическая позиция помещается в метапозицию, не принадлежащую никакому уровню нормировочных отношений, и производит конфигурирование различных дисциплин. Возникающие при этом отношения являются конфигурационными отношениями. Конфигурационные отношения позволяют обнаружить пределы изменения теории как пределы допустимых ее конфигураций. Такая трансдисциплинарная ситуация называется междисциплинарной.

    Изначальное и преимущественное использование термина "междисциплинарность" в трансдисциплинарных ситуациях объясняется тем, что изначально у теоретиков существовало убеждение, что метапозиция в междисциплинарной ситуации может обеспечиваться чисто методологически-научными средствами, которые являются общими для разных наук.

    Однако со временем такое убеждение стало сомнительным, поскольку оказалось, что разные науки могут являться на разном уровне теоретического развития, а их методы не всегда согласуются друг с другом. Возникла необходимость для каждой междисциплинарной ситуации создавать специальные методологические разработки, в которых производилась общая конфигурация разных дисциплин.

    Кроме того, мы получаем возможность предположить также и внедисциплинарную ситуацию, когда теоретический подход нельзя рассматривать как относящийся к какой бы то ни было дисциплине. Такая трансдисциплинарная ситуация называется внедисциплинарной.

    Первый принцип гомолистики - теории имеют разные нормировочные уровни отношений, между которыми устанавливаются реактивные, аттрактивные или конфигурационные отношения.

    Второй принцип гомолистики - различные отношения, устанавливаемые в процессе факторизации и рефакторизации, приводят к различению дисциплин некоторой области знаний.

    Важным для теориеведения результатом гомолистики является установления допустимых в пределах некоторой теории ее изменений (рефакторизаций), разграничение сообразно различным нормировочным отношениям различных дисциплин некоторой области знания, которая охватывается данной теории, а также возникновение представления о пределах данной теории. Гомолистика позволяет установить лишь допустимые для разных отношений внутри теории изменения этой теории. Однако изменение теорий на основе видения целого в каждой из них возможно уже лишь в комплистике.

     

    Додарвиновская (доэволюционная) биология была построена на типологических отношениях, которые описывались в систематическом и трансформистском концептах. Именно развитие концептуальной типологизации приводит к необходимости появления принципа эволюции.

    Биология в связи с дарвиновской теорией и появлением интерпретации на ее основе микробиологии и генетики распадается на три различных уровня: эволюционный, клеточный и генетический со своими нормировочными отношениями. При этом, генетический и организменно-клеточный уровни нормировочно формируются по типу исследуемых биологических объектов - соответственно: "специальным образом отмеченных участков РНК- и ДНК-молекул" и "клетки-ткани-организм". В то же время эволюционный уровень нормировочно формируется по базовому типу эволюционного процесса, характерного для биологических объектов, объектных сфер и даже объектной реальности разного уровня, - генетический уровень, клетка, биоткань, организм, вид, популяция, биогеоценоз, биосфера.

    Внутри исследования процесса эволюции, внутри исследования целого организма, внутри исследования генетики обнаруживают себя нормировочные отношения. Однако когда возникают отношения между этими направлениями, можно говорить об их реактивном и аттрактивном содержании. То есть процесс эволюции реактивирует биологию организма и генетику, генетика реактивирует биологию организма и эволюцию, а биология организма реактивирует эволюцию и генетику. Также между ними возникают аттрактивные отношения. А применяемую теорию эволюции можно рассматривать как некоторый конфигурационный подход. Так в биологии возникает различие нормировочных, реактивных, аттрактивных и конфигурационных отношений.

    При этом теоретики биологии до сих пор весьма слабо различают принципиально разную нормативистику этих уровней, а именно - процессную эволюционную теорию редко отличают от аналитико-синтетической генетики и частично-процессной биологии организма.

    Частичную процессность биологии организма сообщают два принципа - гомеостаза и энергии. Гомеостатический принцип, предложенный Уолтером Кенноном в 1932 году, утверждает автономность организма за счет поддержания внутренней обусловленности процессов этого организма независимо от внешних процессов среды его существования.

    Энергетический принцип, предложенный Эрвином Шредингером в 1945 году, является более абстрактным и утверждает необходимость энергообмена живого организма с внешней средой. Однако, каков собственно принцип этого самого энергообмена, биология пока ответить не может: идет ли здесь речь об исключительных энергетических затратах окружающей среды на поддержание жизнедеятельности организма или же о превращении внутри биологического организма энергии низших порядков в энергию высших порядков и на этой основе об интегративном равновесии обмена энергией на разных уровнях - пока непонятно.

    Гомеостатический и энергетический принципы наиболее явно проявляются именно на уровне организма, но применяются они в микробиологии, цитологии, физиологии, то есть в конфигурационных содержаниях по отношению к целому организму. Эти принципы - основа гомолистики в биологии.

    В первой половине XIX века появляется клеточная теория, сформулированная Маттиасом Шлейденом и Теодором Шванном. Согласно клеточной теории в основании всего живого лежит фундаментальная единица - клетка.

    В начале XX века возникает представление о новой науке - генетике. Весь XX век прошел под знаком борьбы генетики за право на существование и развитие. Едва ли еще найдется столь же идеологически спорная в XX веке, кроме возможно кибернетики, область науки, какой была генетика. Биология в этом плане вообще уникальна. Если возникновение эволюционной биологии Дарвина было связано с конфликтом с христианской религией, то возникновение генетики было связано с конфликтом с коммунистической идеологией в СССР.

    В начальных установках появления генетики лежат законы Менделя - 1) разнообразия гибридов первого поколения; 2) расщепления признаков; 3) независимого наследования признаков. Они были открыты во второй половине XIX века.

    В 1911-1926 Томас Морган создает хромосомную теорию наследственности, которая принципиально меняет научное воззрение о фундаменте биологии. Хромосомы - новые онтологические единицы живого мира. Хромосомная теория наследственности оказывается более фундаментальной, нежели доминирующая до этого клеточная теория. Согласно хромосомной теории в основании всего живого лежит - хромосома.

    Первоначально ген определяется как часть хромосомы. Однако позднее ген был определен независимо от хромосомы как такой фрагмент генетического кода, который может синтезировать только один определенный полипептид или РНК. Это определение было получено благодаря молекулярной генетике, появившейся уже в 40-50 годы XX столетия. Таким образом, мы получили новую единицу, лежащую в основании биологических процессов наследственности и всего живого - ген.

    Мы видим в биологии целую цепь рефакторизаций: клетка - хромосома - ген. Каждая из рефакторизаций не уничтожает предыдущую, как это могло бы быть в дилистике, а оказывается дополняющей уже существующую. То есть речь идет о различных уровнях нормировочных отношений, между которыми устанавливаются реактивные, аттрактивные и конфигурационные отношения.

     

    Химия до Менделеева строилась на типологических отношениях, которые описывались в следующих концептах: закон триад Деберейнера, спираль де Шанкуртуа, октавы Ньюлендса, таблицы Олдинга и Мейера. Именно развитие концептуальной типологизации приводит к появлению периодического закона Менделеева.

    Развитие химии в связи с открытым периодическим законом химических элементов было одним из самых красивых среди других наук с точки зрения эстетики решений проблем обнаружения свойств существующих элементов и прогноза существования новых химических элементов и их свойств.

    Однако основными нормировочными отношениями в химии оказываются не свойства химических элементов самих по себе, а их свойства, проявляющиеся в химических реакциях.

    В 1867 К. М. Гульдберг и П. Вааге открыли закон действующих масс, теоретическое обобщение которого создали Дж. У. Гиббс (1874-1878), Д. П. Коновалов (1881-1884) и Я. Г. Вант-Гофф (1884), последний из которых (Вант-Гофф) сформулировал принцип подвижного равновесия, обобщенный позднее А. Л. Ле Шателье и К. Ф. Брауном. Это имело значение не только собственно для химии, но и для физики, способствуя созданию физической химии. Равновесие обратимой реакции как равенство двух сил сродства, действующих в противоположных направлениях является основой химической гомолистики и главным содержанием аттрактивных отношений.

    C 1850-ых годов, то есть с работ Л. Ф. Вильгельми, происходит исследование скорости химических реакций, что позволяет создать в 1880-е годы основы формальной кинетики в химии (Я. Г. Вант-Гофф, В. Оствальд, С. А. Аррениус). Эти работы - основа реактивных отношений в гомолистике химии.

    В этом же смысле интересна теория электролитической диссоциации, созданная в 1887 году Аррениусом и Освальдом. При растворении электролита происходит его взаимодействие его молекул с дипольными молекулами воды, в результате чего электролит диссоциирует на ионы. Теория электролитической диссоциации позволяет описывать как реактивные, так и аттрактивные отношения между химическими элементами, которые являются электролитами.

    При этом энергия ионизации атомов, участвующих в электролитической диссоциации, зависит от порядкового номера атома в периодической системе Менделеева. Активные и реактивные отношения в процессе электролитической диссоциации определяются относительным положением атомов участвующих взаимодействующих электролитов в периодической системе Менделеева. Аттрактивность отношений этих элементов определяется уже упомянутым принципом динамического равновесия, примененным к электролитически-диссоциативным растворам.

    Многие из свойств элементов, проявляемых ими в химических реакциях, имеют периодическую природу: энергия атомизации простых веществ (определяющая их реакционную способность); энергия ионизации атомов (проявляющаяся в процессах электролитической диссоциации); степени окисления (проявляющаяся в образовании химических соединений); окислительные потенциалы (проявляющаяся во взаимодействии с водными растворами, и определяющая окислительно-восстановительные свойства).

    На основании этого можно говорить, что обнаруженные реактивно-аттрактивные отношения в химических реакциях позволили обнаружить и конфигурационный характер периодического закона не только по отношению к свойствам отдельных химических элементов, но и по отношению к их взаимодействию в химических реакциях.

    В неорганической химии также проявляет себя целый ряд аттрактивных отношений, которые описываются различными аналитическими теориями в различных типах химических реакций как пары: кислоты и щелочи, анионы и катионы, металлы и неметаллы и т.д. Эти отношения исследованы уже в ХХ веке в процессе появления аналитической химии.

    Тем самым реактивно-аттрактивные отношения, открываемые исследованиями химических реакций, задают как бы новые уровни нормировочных отношений, которые требуют соверешенно новых дисциплин - физической химии, кинетики, аналитической химии и др.

    Также гомолистика проявляется в органической химии. В 1861 году Бутлеров предложил теорию химического строения, где предлагался новый подход к обоснованию свойств сложных химических веществ, которые согласно этой теории определяются элементарными составными частями, их количеством, а также способом их связи. Бутлеров при этом объясняет явление изомерии, открытое Ю. Либихом и Ф. Вёлером в 1824, когда сложные соединения обладают одинаковым химическим составом, но различным химическим строением.

    Как было показано уже позже учениками Бутлерова, - химическое строение является активным фактором по отношению к реактивному фактору свойств атомов, входящих в сложные химические соединения. Иначе говоря, в зависимости от разного химического строения структурное окружение атомов изменяет их свойства, их химическое значение.

    Теория Бутлерова, конечно же, относится к комплистике химии, однако сам подход теории позволяет утверждать, что химический состав и химическое строение создают между собой аттрактивное отношение. Хотя эта теория имеет значение как для органической, так и для неорганической химии, именно в органической химии она стала основополагающей для понимания сути строения сложных органических веществ и способов их взаимодействия в химических реакциях.

    Последующее развитие химии привело к разграничению дисциплин сообразно выше описанным подходам к различным отношениям и связям. Теории реактивно-аттрактивных отношений в химии выражают тем самым трансдисциплинарный подход. Особенно здесь следует отметить теории физической химии, биохимии, супрамолекулярной химии, ядерной химии и др.

     

    В физике нормировочные отношения вырабатываются внутри каждой предметной области. Причем эти предметные области физики находятся в разных отношениях друг по отношению к другу.

    Механика - классическая и квантовая. В физике наиболее заметен четкий переход от классической к современной физике как переход от понимания Ньютона к пониманию Эйнштейна, которое появляется уже всецело в гомолистике, однако принципиально меняет дилистику физики.

    Законы Ньютоны в совокупности с принципом относительности Галилея породили существенную проблему для интерпретации явлений при больших скоростях, сравнимых со скоростью света. Проблемы возникали для физических явлений при переходе от одной инерциальной системы отсчета к другой, где скорость света как физическая величина участвовала в понимании и исчислении этих явления. Ведь изменение скорости света при переходе от одной инерциальной системе к другой согласно принципу относительно Галилея подрывало многие физические теории.

    Так возникла необходимость в некотором едином основании, относительно которого можно рассматривать переход от одной инерциальной системы отсчета к другой. Таким основанием явилась концепция эфира. Гипотеза о существовании светоносного эфира была выдвинута Декартом еще в 1618 году. Опираясь на это представление Максвелл вывел целый ряд уравнений классической электродинамики.

    Именно наличие механических (включая гидродинамические) и электродинамических концепций эфира позволяло сохранить представление о мире в рамках классической механики Ньютона. Впервые преобразования Лоренца принципиально меняют представление об относительности систем отсчета и подвергают сомнению представление об эфире. На место галилеевских преобразований пространственных и временных координат при переходе от одной инерциальной системы исчисления к другой, где время отличалось от пространства и было неизмененным при переходе между системами отсчета, Гендрик Антон Лоренц предлагает преобразования, где пространство-время едино и может подвергаться изменениям.

    Анри Пуанкаре на основе представления о четырехмерном пространстве-времени формулирует в 1898 году негалилеевский принцип относительности. Однако в его взглядах все еще сохраняется представление об эфире. Анри Пуанкаре, сохраняя представление об эфире, чтобы как-то выйти из противоречия с наличием пространственно-временных изменений при переходе от одной инерциальной системы отсчета к другой, вводит в 1900 году представление о конвенциональности: события неодновременны в разных инерциальных системах отсчета, но мы продолжаем так считать по взаимному соглашению.

    Так в теоретической физике появляется представление, которое важно для любой другой науки - конвенция как способ существования теории. Принцип конвенции можно сформулировать следующим образом: теория есть представление о мире, которое является продуктом согласия (конвенции) теоретиков, а основанием согласия является удобство для объяснения явлений.

    Теория относительности как новое представление, полностью избавленное от концепции электромагнитного эфира, появляется в связи с общей и специальной теорией относительности Эйнштейна на основе разработанной Минковским совместно с Эйнштейном теории четырехмерного пространства-времени. Иначе говоря, пространство и время аттрактивны. Сам термин "теория относительности" введен Максом Планком в 1908 году для того, чтобы отличить ее от принципа относительности Галилея и от воззрений Лоренца и Пуанкаре. Так возникает "релятивистская физика", отличная от классической физики Ньютона.

    Законы Ньютона классической физики заменяются более универсальной теорией Эйнштейна, которая порождает квантовую механику, отличную от классической. В физике теория относительности разграничивает разные нормировочные отношения: сильные, слабые, электромагнитные и гравитационные взаимодействия. Теория относительности осуществляет реактирование сильных, слабых и электромагнитных взаимодействий, но не включает реактирование гравитационных взаимодействий.

    Специальная теория относительности Эйнштейна утверждает следующее. 1) Скорость света не зависит от скорости движения источника во всех инерциальных системах отсчёта. 2) Законы природы инвариантны относительно инерциальных систем. Пространство и время однородны, пространство является изотропным. Специальная теория относительности разрушает концепцию эфира. После специальной теории относительности стало ясно, что никакой теоретической нагрузки концепция эфира не несет, поскольку базирующиеся на специальной теории относительности иные теории, где эфир учитывается, неотличимы от теорий, где эфир не учитывается.

    В общей теории относительности утверждается, что: 1) скорость света в вакууме одинакова во всех направлениях и не зависит от движения источника света; 2) внутри некоторой системы координат прямолинейное равномерное движение неотличимо от покоя; 3) одновременность является относительной; 4) гравитационные эффекты обусловлены не силовым взаимодействием тел и полей, находящихся в пространстве-времени, а деформацией самого пространства-времени.

    Специальная теория относительности устанавливает правила зависимости от различных способов нормирования для теории Ньютона и тем самым является активной для реактивной теории (законы) Ньютона. Общая теория относительности устанавливает общие правила для базовых отношений реальности и тем самым конфигурирует специальную теорию относительности.

    Теория относительности содержит цель выхода теории на общий конфигурационный уровень, создающий единое реальностное нормирование, то есть - построение Единой Теории (Теории Всего). В этом смысле именно физика ставит вопрос о Теории Всего. При этом химия и биология в самых современных теориях находятся на реактивно-аттрактивном уровне развития, и цели создания единых конфигурационных теорий в них только формируются.

    Термодинамика. Принципы термодинамики являются исключительно гомолистическими, то есть, построены на представлениях об отношениях, возникающих в процессах изменений и превращений теплоты и движения, а не на попытках обобщения измерений теплоты. Термодинамика интересна нам в том отношении, что именно в ней возникает и приобретает огромное значение представление о физических процессах. Сформулированные в термодинамике законы являются основой процессного подхода для всей физики.

    Законы термодинамики формулируются чисто теоретически, подтверждаясь затем экспериментальной проверкой, поэтому их можно также называть постулатами. Законы термодинамики формулируют нормировочные отношения для явлений превращения и движения теплоты: 1-й закон сохранения энергии, 2-й закон необратимости превращения движения в теплоту (движение активно, теплота реактивна) и 3-й закон энтропии (в замкнутых системах энтропия активна, негентропия реактивна, в открытых системах - наоборот). В отличие от этих законов, нулевой закон термодинамического равновесия устанавливает аттрактивное отношение - состояние равновесия для любой изолированной термодинамической системы является предпочтительным. Третий и нулевой законы тем самым утверждают возможность конфигурационных отношений разных термодинамических систем.

    Оптика. Корпускулярная теория света Ньютона, обоснованная идеей фотона и математическим отношением Планка, и волновая теория света Гюйгенса, обоснованная в теории Максвелла, создают специфическое - двойное нормировочное отношение в оптике. Свет аттрактивен - он состоит из частиц и из волн. А попытка согласовать эти два нормировочных отношения привела к появлению двух известных принципов в квантовой физике.

    Принцип неопределенности Гейзенберга - либо координата, либо импульс частицы являются неопределенными. Иначе говоря, нужно осуществлять выбор реактивности: либо частица, либо волна. Этот принцип не что иное, как установление базового реактивного отношения в квантовой механике - то есть речь может идти об установлении общей картины вероятностей поведения фотонов, но не конкретное поведение каждого фотона. Гейзенберг дает реактивную формулировку двойственности квантовой механики.

    Принцип дополнительности Бора. Для полного описания квантовомеханических явлений необходимо применять два набора классических понятий (свет - частица и волна). Таким образом, Бор превращает принцип Гейзенберга из выборочно-реактивного отношения в аттрактивное отношение.

    Тем самым квантовая механика оказывается вероятностно определена, что привело к появлению парадоксального мысленного эксперимента, известного как кошка Шредингера. Если увязать две системы - микроскопическую, где некоторое квантовомеханическое взаимодействие возможно с вероятностью 50%, и макроскопическую, где событие либо 100% произошло, либо 100% не произошло, то эти системы невозможно согласовать одномоментно на обоих уровнях. Иначе говоря, этот мысленный эксперимент показывает аттрактивность отношений микроскопических и макроскопических систем при их взаимодействии и невозможность построить систему с конфигурационными отношениями.

    Электродинамика. Как было показано выше, гомолистика электродинамики возникает внутри представления об электромагнитном эфире. Однако постепенно теория электродинамики освобождается от этого представления. При переходе от одной инерциальной системы к другой старые и новые электрическое и магнитное поле имеют одинаковую зависимость, являясь, таким образом, единым электромагнитным полем. Тем самым можно говорить об аттрактивности электрического и магнитного поля независимо от инерциальных систем отсчета - как базовом принципе электродинамики.

    Уравнения Максвелла, описывающие генерацию и поведение свободного электромагнитного поля в вакууме и некоторой среде; выражения для силы Лоренца, описывающее силу, действующую на заряд, находящийся в электромагнитном поле; закон Джоуля-Ленца, определяющий величину тепловых потерь в проводящей среде при наличии в ней электрического поля; а также закон Ампера, закон Кулона и некоторые другие - задают объяснительные и математически выраженные нормировочные и реактивные отношения. Можно предположить, что электродинамика является дисциплиной с локальной конфигурацией, при которой конфигурационные отношения электродинамических систем четко обусловлены и ограничены.

     

    Гомолистика социологии связана с необходимостью решить назревшие внутри дилистики социологии проблемы - как точно определить объект социологии и как установить объективность знания. Ответы получились не такие, какие они ожидались в содержании вопросов. А именно - установить можно не столько объект социологии, сколько базовый процесс социологии - дифференциацию. А объективность знания оказалась интерсубъективной адекватностью знания. В социологии гомолистика развивается в виде теории дифференциации Никласа Лумана (макросоциология) и теории интерсубъективности Альфреда Шюца (микросоциология).

    Теория дифференциации Лумана появляется в ХХ веке как развитие классической социологии. Теория Лумана может быть отнесена и к гомолистике, и к комплистике социологии. По Луману общество проявляет себя отличением от внешнего мира, то есть от физических систем, от индивидуальных систем мозговой активности, от индивидуальных систем сознания. Общество функционирует замкнуто через связь разных процессов коммуникации посредством смыслов. Общество обладает свойством аутопоэзиса, то есть самоорганизации. При этом общество само различено на ряд подсистем: функциональные подсистемы (масс-медиа, наука, искусство, политика), системы интеракций лицом-к-лицу, системы организаций. Каждая система обособляется через специфический код коммуникации.

    Теория дифференциации Лумана, равно как теория относительности Эйнштейна, могут также рассматриваться как обобщающие взгляды на всякую гомолистику, иначе говоря: гомолистика - не что иное, как способ дифференциации и относительности системного знания любой науки, выраженные в процессной нормативной онтологии.

    Теория интерсубъективности Шюца утверждает, что повседневное сознание индивида интерсубъективно, а всякое знание таким образом социализировано. Эта социализация имеет структурный характер благодаря взаимности индивидуальных перспектив, генетически обусловлена социальным происхождением, распределена сообразно структуре релевантности.

    Теория интерсубъективности Шюца, равно как и принцип дополнительности Бора, могут рассматриваться также как способы существования всякой трансдисциплинарности в научных теориях и как способы научной социализированной коммуникации в любой трансдисциплинарной ситуации. Более глубокий подход можно построить, если рассматривать знание не в интерсубъективном измерении, а в интерпозиционном (интерреальностном) и контрафлексивном измерениях, как это показано в авторских работах "Теория виртуальности" и "Онтология рефлексии, контрафлексии и контрарефлексии". Интерпозиционное контрафлексивное отношение является, таким образом, онтологическим основанием всякого интерсубъективного отношения. Тем самым мы получаем аттрактивность всякого интерпозиционного знания.

    Если обобщенно взглянуть на теории в различных науках, то можно увидеть, что аттрактивность проявляется в разных науках по-разному. В биологии она проявляет себя как энергетический принцип (обмен энергии организма и энергии внешней среды), гомеостатический принцип (внутреннее равновесие не зависит от внешних условий), в генетике как сопоставленность гена и белка. В химии она проявляет себя как принцип подвижного равновесия сродных сил в химической реакции, пар аналитической химии: кислоты и щелочи, анионы и катионы, металлы и неметаллы, как изомерия (двойственность химического состава и химического строения). В физике она проявляет себя как аттрактивность пространства-времени, аттрактивность термодинамического равновесия замкнутой термодинамической системы, корпускулярно-волновая аттрактивность света и вещества, аттрактивный принцип дополнительности Бора, аттрактивность электромагнитности (электрическое и магнитное поле). В социологии она проявляет себя как аттрактивность дифференциации общества на внутреннее содержание и внешнюю среду, аттрактивность знания как его интерпозиционность (в частности как интерсубъективность).

    Можно также увидеть и размерную аттрактивность наук: в биологии - аттрактивность клетки и организма, хромосомы и клетки, гена и хромосомы, в химии - аттрактивность элемента и вещества, в физике - аттрактивность микроскопии и макроскопии, в социологии аттрактивность индивида и общества.

    Тем самым можно утверждать, что обнаружение нормировочных и реактивных отношений в любой области знаний недостаточно для постижения сути явлений. Чтобы проникнуть в самую глубину явления, необходимо вскрывать аттрактивные отношения. Однако постигнутые аттрактивные отношения неминуемо приводят к идее некоторого общего конфигурационного отношения. Такое отношение, в свою очередь, требует представлений о целом, а из этого рождается необходимость комплистики.

     

    Комплистика: комплексы в теориях

     

    Представление о комплистике основано на таком подходе реалистики, когда из структуры целого выводят свойства целого и его частей. Однако представление о структуре не существует изначально. Как мы помним, изначально мы из некоторой внешней позиции смотрим на некоторую условную или потенциальную реальность, и отдельные структурные направления такого смотрения порождают аспекты, из которых теоретически рождаются факты и атрибуты.

    Затем в процессе обобщения (концептуальной типологизации и теоретизации) мы устанавливаем различные отношения между уровнями такого обобщения. И лишь когда мы начинаем осуществлять на основании разных отношений рефакторизацию, мы обнаруживаем структуру как различные способы связей. Здесь для дальнейшего развития теории нам нужно ее усложнять.

    Усложнение теорий связано: 1) с увеличением количества факторов теорий; 2) с переходом от рассмотрения исключительно нормировочных отношений к рассмотрению также реактивных, аттрактивных и конфигуративных отношений в теориях; 3) с переходом от рассмотрения одноуровневых к рассмотрению многоуровневых нормировочных отношений.

    Однако главное новшество усложнения теорий за пределы рассмотрения признаков и отношений связано с тем, что здесь происходит частичный, редко рефлексируемый и вообще осознаваемый, переход в конструктивную позицию. Когда теоретик начинает работать со сложными структурами (комплексами), он неизбежно начинает работать как бы извне определенной уже реальности - конструировать, строить те или иные конструкты наобум, устанавливать в них связи, пытаться понять, как эти связи устроены. Так в комплистике появляется представление не просто об уровнях нормировочных отношений, а об уровнях нормирования.

    Уровни нормирования - понятие из Теории Виртуальности, которое прямо указывает на представление о разноуровневой или многоуровневой онтологии. Многоуровневые онтологии это онтологии, имеющие несколько уровней нормирования, которые отличны по лежащим в их основании принципам или группам принципов. В многоуровневых онтологиях кроме позиций нормирования каждого уровня появляется конфигуративная позиция, позволяющая нормировать различные уровни взаимозависимо.

    Впервые теоретико-философское представление о многоуровневой онтологии вводит Гартман, хотя собственно сами многоуровневые онтологии были известны и до него. Одна из первых попыток многоуровневой онтологии была предпринята Карлом Марксом в его теории исторического материализма. Маркс показывал, что человек является не столько биологическим существом, сколько существом социально-историческим, и что эти разные содержания человека основаны на различных принципах.

    Гартман считал, что бытие может быть различено на четыре разных слоя: неорганический, органический, душевный и духовный. Каждому слою соответствует своя группа принципов. Отношение слоев происходит в иных принципах. Метафизика, построенная на одном принципе или одной группе принципов, является невозможной. Речь идет не множественности оснований, а именно о многоуровневости оснований. То есть Гартман предлагает не множественную онтологию, а многоуровневую.

    В ТВ был развит подход Гартмана следующим образом: 1) каждому уровню онтологии соответствует свой способ нормирования, то есть свой принцип или своя группа принципов; 2) уровни нормирования связаны через конфигурирование, которое имеет отдельный принцип или отдельную группу принципов, не похожую на принципы нормирования; 3) онтологические единицы соединяются не просто различным образом из позиции нормирования - сообразно различным уровням нормирования в разных нормировочных схемах сборки, они также соединяются из конфигуративной позиции - сообразно различным способам конфигурирования в разных конфигуративных схемах сборки.

    Онтологии с точки зрения схем сборки - не что иное как теоретически предположенные комплексы, где важными для понимания теорий являются способы установления и преобразования связей. Комплекс в данном случае понятие не инженерное, а обозначающее структурно сложную теоретическую организацию некоторого теоретического знания. Именно внутри комплистики научные теории начинают переходить от знаниевого содержания к содержанию представлений, на которых основаны эти знания, то есть от эпистемологии к когнитологии, что детально рассмотрено в Теории Виртуальности.

    Такой подход комплистики принципиально отличается от подхода гомолистики. В гомолистике мы рассматривали типологические, нормировочные, реактивные, аттрактивные и конфигурационные отношения. В гомолистике речь идет о теориях нижнего уровня, которые работают с аспектами-фактами-атрибутами дилистики. В комплистике речь идет о теориях высшего уровня, которые работают со структурными комплексами и структурой их связей. Поэтому в комплистике есть только две позиции и два конструктивно различаемых типа установления связей: нормирование и конфигурирование и соответственно два типа связей - нормативные и конфигуративные.

    Нормативные связи - это связи онтологических схем сборки комплексов разных уровней нормирования, а конфигуративные связи - это связи взаимозависимого, односторонне зависимого или независимого конфигурирования различных уровней нормирования. Так появляется различие ди-гомолистики и ко-гомолистики. Ди-гомолистика это установление отношений от простого к сложному (от аспектов к их разным отношениям), то есть от аспектов-фактов-атрибутов к их разным отношениям. А ко-гомолистика происходит от сложного к простому (от комплексов к их связям), то есть от различий реальностных нормирований к установлению связей внутри некоторой структуры, которая проявляется себя (раскладывается) как отношения.

    Аспекты дилистики обобщаются до фактов через типологические отношения ди-гомолистики, возникновение факторов в дилистике происходит через нормировочные отношения ди-гомолистики, рефакторизация дилистики происходит через реактивные и аттрактивные отношения ди-гомолистики. А изменение (углубление) теории происходит только в гомолистике - через конфигурационные отношения.

    Нормативные связи предположенных комплексов раскладываются в ко-гомолистике на типологические и нормировочные отношения, а конфигуративные связи комплистики раскладываются на аттрактивные и реактивные отношения. Раскладывание конфигуративных связей в конфигурационные отношения связано с изменением принципов деления сфер знаний на дисциплины, ранее полученных из дилистики, - не от простого к сложному, а от сложного к простому.

    Таким образом, построение теорий оказывается серьезно разграниченным с точки зрения различия дилистики и комплистики того или иного теоретического подхода. Если мы обобщаем аспекты в дилистике, мы получаем один набор дисциплин в гомолистике. Если мы предполагаем связи в комплистике, мы получаем другой набор дисциплин в гомолистике. Эта проблема разного дисциплинарного подхода к одному и тому же явлению называется проблемой комплекса.

    Отсюда первый принцип комплистики - комплистика вводит новое измерение в теоретизацию: от сложного произвольно предполагаемого комплекса - к отношениям гомолистики и признакам дилистики, поэтому гомолистика (серединная область реалистики) получает двойное измерение: ди-гомолистика и ко-гомолистика. Второй принцип комплистики - различная комплистика теоретизации порождает разные теории при той же дилистике и/или той же гомолистике теоретизации.

    Если внимательно посмотреть на содержание принципов дилистики, гомолистики и комплистики, то можно заметить, что принципы гомолистики устанавливают более сложные подходы, нежели принципы дилистики, и соответственно влияют на них. В то же время принципы комплистики устанавливают более сложные подходы, нежели принципы дилистики и принципы гомолистики, и соответственно влияют и на те, и на другие.

    Комплистика порождает также представление о многоуровневых комплексах, которые связаны с разным типом связей внутри уровней (нормированные) и между ними (конфигуративные). В конфигуративной позиции речь всегда идет о внешних связях уровней нормирования, которые конфигурируются вне какого бы то ни было уровня нормирования - из внешней конфигуративной позиции. Когда эта конфигуративная позиция может быть установлена в любой из уровней нормирования, то это не означает, будто бы этот уровень нормирования сам конфигурирует другие уровни нормирования. Конструктивный подход предполагает лишь усмотрение такой ситуации в комплистике, поскольку реактивность нормировочных отношений существует лишь в гомолистике.

    В авторской работе "Об онтологии" была сформулирована структуралистика онтологий - различение онтологий сообразно структурной организации их схем сборки. Сообразно этому мы производим и различение комплексов. Комплексы различаются на фундирующие и нефундирующие.

    Фундирующие комплексы бывают вертикально- иерархичные (пирамидальные), горизонтально-иерархичные (классификационные), дуально-иерархичные (вертикально-горизонтиально-иерархичные).

    Нефундирующие комплексы это такие, где нет фундаментального основания. Они бывают относительные и безотносительные. Отдельным подвидом относительных комплексов являются сетевые комплексы. Топология сетевых комплексов детально описана в работе "Теория пореграфов".

    Многомерные комплексы это фундирующие комплексы, состоящие из многих вертикально организованных слоев (уровней) или горизонтально организованных сегментов, а также нефундирующие относительные, то есть это все комплексы, кроме безотносительных.

    Также бывают комбинаторные комплексы, где комбинируются разные способы структурной организации, и простые комплексы, где используются лишь один способ структурной организации.

    Важным для теориеведения результатом комплистики является переход в иную онтологическую позицию создания теорий - из истолковательной в конструктивную. Кроме того, в комплистике происходит выход на понимание реальностного нормирования структуры и обнаружение разных уровней нормирования реальности или реальностей. Комплистика начинает иметь дело не только с объектами или процессами, но со структурными континуумами, что приводит к появлению принципиально новых теоретических представлений.

    Давайте посмотрим на разноуровневые комплексы в биологии, химии и физике.

     

    Уровни организации в биологии, составляющие биологические комплексы.

    Генетический комплекс - специальным образом отмеченные участки РНК- и ДНК-молекул.

    Молекулярный комплекс - органические молекулы.

    Клеточный комплекс - клетки содержат внутриклеточные структуры, строящиеся из органических молекул.

    Органо-тканевой комплекс - органы и ткани являются многоклеточными образованиями.

    Организменный комплекс - молекулы, клетки, многоклеточные ткани и органы взаимодействуют в рамках целого организма.

    Популяционный комплекс - особи одного и того же вида, обитающие на части ареала, образуют популяцию.

    Видовой комплекс - особи, свободно скрещивающиеся друг с другом, обладающие морфологическим, физиологическим, биохимическим сходством и занимающие определённый ареал, формируют биологический вид.

    Биогеоценотический комплекс - на некотором однородном участке земной поверхности складываются биогеоценозы.

    Биосферный комплекс - многие биогеоценозы образуют биосферу планеты.

    Биокосмический комплекс - биологические виды, расселенные по разным планетам, но происходящие из одной планеты, которые образуют биологически-комплементарный комплекс, где различные виды могут взаимодействовать (в том числе служить пищей внутри пищевой цепочки) на основе сходного белкового строения, производить потомство внутри вида и осуществлять межвидовое скрещивание.

    Именно эти комплексы порождают все предметное многообразие биологии, устанавливаемое в дилистике: генетика, молекулярная биология, цитология, микробиология, гистология, физиология, анатомия, ботаника, зоология, этология, экология, биогеоценология, космобиология.

    С точки зрения комплистики, есть такие биологические дисциплины - космобиология, биология биосферы, биология биогеоценоза, биология вида, биология организма, биология клетки и биология генома. Хотя такой подход весьма похож на подход дилистики, он принципиально иной.

    Например, космобиология принципиально невозможна в дилистике. Кроме того, биология генома (геномика) ни в коем случае не является классической генетикой. Классическая генетика является дисциплиной, изучающей законы и механизмы наследственности и изменчивости. В то время как геномика изучает геном с точки зрения связей самого генома, проявляющихся в различных процедурах создания, преобразования и разрыва этих связей. Геном - это генетический комплекс, расшифровка строения которого является основным свершением биологии в ХХ веке.

    Здесь же проявляется и различие объектного и процессного подхода в генетике, с процессностью которой наука только начала серьезно разбираться. Пока генетика увязла в расшифровке геномов и функций отдельных генов, ей не до генетических процессов, хотя именно они - ключ к пониманию как геномов, так и функций генов. То, что иногда называется генетическими процессами, является вышеназванными эволюционным, гомеостатическим и энергетическим процессами в генетическом измерении. При этом процессы наследования и мутации не могут являться генетическими, хотя именно их изучала генетика на этапе своего становления. Наследование и мутация - это процессы, имеющие генетическое выражение, но не являющиеся собственно генетическими процессами.

    Собственно генетическими процессами могут быть процессы: сохранение интегрированного посредством размножения из двуполых организмов частей генетического кода в геноме, сохранение и передача генетического кода по наследству (а не собственно наследование), архивирование (резервирование) неиспользуемых участков генома, воспроизводство генома в генетическом организме за счет автокаталитических реакций матричного синтеза, программированная ошибка передачи кода внутри всех процессов (а не собственно мутация).

    Причем сами аналитические процедуры в генетике (так называемые хромосомные аберрации - делеции, дупликации, инверсии, транслокации) не являются собственно процессами. Однако именно эти аналитические процедуры являются основанием биологии генома с точки зрения комплистики.

    В связи с развитием комплистики в биологии возникают принципиально новые направления генетики: популяционная генетика, генетика микроорганизмов, эволюционная генетика, экологическая генетика и т.д. Выделение этих новых дисциплин невозможно с точки зрения дилистики, ибо они возникают не из некоторых новых признаков, а из видения комплистики, из биологических комплексов разного уровня, в их реактивном отношении к генетике.

    Разрыв в биологии с точек зрения дилистики и комплистики проявляется также на уровне организменного комплекса. То есть существует генетика, микробиология, цитология, гистология, физиология и анатомия, но биология целого организма является проблемным объединением для науки, так как конфигурационный объект - организм - оказывается весьма сложным для исследования. Поэтому биология организма возникает внутри конфигуративного подхода комплистики и является отдельной наукой именно в комплистике. С точки зрения объектного подхода, биология организма является тем самым сложным объектом, в котором конфигурируется генетическое, молекулярное, внутриклеточное, клеточное, тканевое, физиологическое и анатомическое содержание.

    Что касается биологической клетки, то здесь проблема существует в разделении на дисциплины. Речь идет о различии клеточной биологии, молекулярной биологии и микробиологии. Клеточная теория утверждает, что клетка является общим структурным элементом всего живого. Однако куда можно отнести микробиологию - это биология микроскопического организма или биология самостоятельно функционирующей клетки?

    Иначе говоря, мы здесь сталкиваемся с чистым конструктивным выбором предполагаемого комплекса. В зависимости от этого выбора, мы получим разные теории и разные дисциплины для исследования. Если мы предполагаем комплекс организм, то микробиология должна быть биологией организма, а если предполагаемый комплекс это клетка, то мы имеем дело с клеточной биологией. Однако и тот, и другой подход создают свои проблемы. В первом случае, мы не можем адекватно изучать одноклеточные организмы как собственно организмы. Во втором случае мы не можем изучать многоклеточные комплексы как отдельную клетку.

    В биологии также мы можем видеть пример комбинаторного комплекса. В.Н.Сукачев - основатель науки биогеоценологии, которая изучает растительные и животные организмы в их совокупности, то есть науки о живой природе. В.И.Вернадский - создатель концепции биосферы. Биогеоценология предполагает разные уровни такого изучения - ареальный, биогеоценотический и биосферный. Здесь, как мы видим, именно комплистические теории порождают представление о некотором биологическом комплексе, для изучения которого требуется отдельная наука.

    Однако наиболее широко изучающимся биологическим комплексом в XX веке был, без сомнения, генетический. Расшифровка генома человека в 1990-2003 годах под руководством Джеймса Уотсона создала мощный и обеспеченный эмпирическими данными генетический комплекс, исследование которого конфигуративным образом должно повлиять на остальные биологические дисциплины.

    Интересно, что здесь речь идет не о какой-либо авторской теории, а о мировом сотрудничестве ученых, создавших коллективный результат. И это, очевидно, новое качество, которое демонстрирует нам комплистика - выход на первый план кроме авторских теорий, также и коллективного сетевого результата многих ученых.

    Таким образом, комплистика биологии порождает совершенно новые биологические дисциплины - например, геномику, биологию организма, биогеоценологию, космобиологию.

    При этом заметна очень тонкая грань между объектной биологией и процессной биологией, то есть биология уже имеет разную нормативистику. Выход на структурно-континуумный уровень биологии, который биологии пока недоступен, будет связан с ее конструктивными направлениями: генное конструирование - конструирование новых геномов (с новым набором кодонов), микробиологическое конструирование - создание биологических клеток на новых, неизвестных в природе, принципах, органическое конструирование - создание новых биологических организмов посредством генного, микробиологического и машинного конструирований, конструирование биогеоценозов и реконструкция биосферы, а если повезет с заселением новых планет, то и конструирование биосферы.

     

    Уровни организации в химии, составляющие химические комплексы.

    Атомный комплекс - атомы, где происходит определение химического элемента среди других химических элементов, на стыке квантовой физики и химии (квантовая химия, физическая химия). Атомы состоят из элементарных частиц: электронов, протонов и нейтронов, два последних из которых составляют адра. Ядерная химия изучает строение и взаимодействие ядер атомов химических элементов.

    Молекулярный комплекс - объединения атомов в молекулы (молекулярная химия).

    Супрамолекулярный комплекс - надмолекулярные объединения атомов и молекул.

    Полиморфный комплекс - аллотропия и политипия.

     

    Неорганические комплексы - комплексы простых веществ и химических соединений, не являющиеся органическими.

    Органические комплексы - органические соединения биологического происхождения (классические), органические синтетические соединения, элементоорганические соединения.

     

    Атомный комплекс.

    Атомный комплекс не является полностью химическим. Он находится на стыке между квантовой физикой и собственно химией. Однако атомный комплекс рассматривается в химии с точки зрения свойств атомов одного и того же химического элемента, которые в природе практически не существуют.

    В начале ХХ века представления химии о химическом элементе меняется. Вместо представления о химическом элементе как неразложимом веществе (концепция Роберта Бойля) появляется представление о химическом элементе как совокупности атомов с одинаковым зарядом ядра. Закон Мозли (1913 г.) связывает частоту спектральных линий определенного рентгеновского излучения химического элемента с его порядковым номером.

    Исследование радиоактивности серьезно изменило взгляд химии на атом. В 1913 году Фредерик Содди открыл изотопы - химически тождественные элементы, но имеющие разную атомную массу. В 1932 году Чедвиком был экспериментально обнаружен нейтрон. На основании этого было установлено, что причина изотопов - разное количество нейтронов в ядре атома.

    Изменение факторизации Периодического закона Менделеева, то есть переход от фактора "атомная масса" к фактору "заряд атомного ядра" был ренормировкой, которая привела к рефакторизации. То есть от нормировки на одном уровне теоретических представлений был осуществлен переход к нормировке на другом уровне теоретических представлений. Однако такой переход предполагает лучшее понимание периодичности, которая осуществляется на уровне изменения строения атомов химических элементов.

    В 1913 году Нильс Бор создает квантовую теорию строения атома, согласно которой электроны могут находиться на стационарных состояниях. В 1921 году Бор создает формальную теорию периодической системы. В 1927 году Фридрих Хунд сформулировал эмпирические правила заполнения электронных оболочек в атоме. Для периодического закона с того времени во внимании принимается совершенно новый фактор - распределение электронов вне атомного ядра по оболочкам и подоболочкам (s, p, d и f).

    При всех этих изменениях базовый принцип - периодический закон - остается неизменным и выступает как основные конфигурационные отношения между химическими элементами. Конфигурационный подход периодического закона в химии выражен явно - как основа химической систематики. Химическая систематика означает, что периодичность форм химических соединений и их свойств позволяет обобщить и систематизировать огромный объем химической информации.

    Молекулярный комплекс.

    Молекулярный комплекс является для химии таким, где рассматриваются химические соединения и реакции чистых химических элементов, что в природе практически не случается.

    Своей теорией химического состава Бутлеров произвел рефакторизацию химии - факторы периодических свойств химических элементов и их количества в химическом соединении был дополнены фактором способа связи составных частей сложных химических соединений.

    В связи с теорией Бутлерова огромное значение имеет известный спор Менделеева и Бутлерова о связях. Суть спора состояла в том, что Менделеев утверждал, что химические связи сложных соединений нельзя увидеть никак иначе, нежели в теории. Его аргументы были настолько сильны, что вынудили Бутлерова признать это обстоятельство и выразить следующее понимание - в теории мы описываем химические связи, но на самом деле в химических соединениях происходят химические процессы. Однако в последующих химических теориях было использовано оригинальное представление Бутлерова о связях.

    Это предопределило более аналитический, чем процессный характер химии. В силу самой своей сути комплистика химии более развита, нежели ее гомолистика.

    В связи с созданной Бутлеровым теорией химического строения появляется структурная химия. А в 1874 году Я.Г.Вант-Гофф создает основы для возникновения стереохимии, описывающей пространственное строение молекул.

    В 1928-1931 годах Лайнус Карл Полинг и Джон Кларк Слэтер разработали метод валентных связей, который состоял в том, что при преобразовании молекулы атомные орбитали сохраняют индивидуальность.

    В 1929 Ф. Хунд, Р. С. Малликен и Дж. Э. Леннард-Джонс создали так называемый метод молекулярных орбиталей, основанный на представлении о полной потере индивидуальных свойств атомов, соединенных в молекулу. Суть теории в том, что квантовомеханические зависимости для атома распространяются на более сложную систему - молекулу. Хунд создал также современную классификацию химических связей.

    Теория молекулярных орбиталей является незавершенной, однако метод молекулярных орбиталей Хунда имеет все-таки больше преимуществ по сравнению с методом валентных связей. Можно считать эти два противоречивых подхода основой молекулярной комплистики в химии. Как атомы составляют молекулу - вот на чем основана химическая молекулярная комплистика.

    Супрамолекулярный (надмолекулярный) комплекс.

    Супрамолекулярная (надмолекулярная) химия - трансдисциплинарная область науки, включающая химические, физические и биологические аспекты исследования более сложных, чем молекулы, химических систем, связанных в единое целое посредством межмолекулярных (нековалентных) взаимодействий; синтетическая химия (в отличие от аналитической химии, возникающей в дилистике) - занимает исследованием синтеза различных химических веществ; химия высокомолекулярных соединений (химия полимеров) как особый раздел органической химии; ядерная химия, которая изучает ядерные реакции и их последствия.

    Полиморфный комплекс.

    Полиморфизм, то есть аллотропия и политипия как его частные случаи, являются способом существования веществ в различных кристаллических структурах, называемых полиморфными модификациями. При аллотропии (полиморфизм простых веществ) речь идет о кристаллических решетках (когда определенная группа атомов связана с узлами сети кристаллической структуры), а при политипии значение имеет слоистая структура (порядок чередования атомных слоев). Существует аллотропия состава (различный состав молекулы), аллотропия формы (различное соединение молекулы, различный способ размещения молекул или атомов в кристаллах). Полиморфизм непосредственно влияет на свойства веществ и способы их взаимодействия с другими веществами.

    Полиморфизм открыт М.Клапротом в 1798 году, а теоретическое обоснование его в том, что атомы одного и того же вещества могут образовывать различные устойчивые кристаллические решетки на основании минимума энергии Гиббса, то есть на основании принципа термодинамики Джозайи Уилларда Гиббса.

    Неорганический комплекс.

    Представление о неорганической химии появляется в связи с органической химией. Интересная ситуация, которую вряд ли можно найти в еще какой-либо науке: неорганическая химия не имеет собственной сущности, она определена отрицательным образом - та химия, которая не является органической. Иногда ее также называют общей химией, что в корне неверно. Общая химия это химия, которая лежит в основании органической и неорганической химии. Однако неорганическая химия это именно такая, которая не является органической, а стало быть, никак не может быть общей, она частная химия. Среди неорганических комплексов различают комплексы простых веществ - атомарные и молекулярные и комплексы химических соединений - оксиды, основания, кислоты, соли.

    Органический комплекс.

    Органическая химия появляется как химия веществ, выделенных из организмов. Термин вводит в 1807 году Берцелиус, но как наука органическая химия появляется в 1828 году, когда Фридрих Вёлер искусственно получил мочевину. Органические вещества имеют между собой много общего и отличаются от неорганических веществ.

    Отсюда можно утверждать, что неорганическая химия проявляет себя на атомно-молекулярном уровне для всех известных химических элементов, в то время как органическая химия проявляется себя на молекулярном уровне в специфическом строении молекулы: в специфическом наборе атомов (C, H, N, O, S, P) и в специфических связях этих атомов, зависящих не только от валентности, но и от стереометрического способа соединения.

    Среди органических комплексов различают комплексы органических соединений биологического происхождения (классические) - белки, липиды, углеводы, нуклеиновые кислоты, комплексы органических синтетических соединений - синтезируемые органические вещества, в которых углерод связан с атомами, водорода, кислорода, серы, азота, фосфора, комплексы элементоорганических соединений - органические вещества, в которых углерод связан с атомами, отличными от водорода, кислорода, серы, азота, фосфора.

     

    Появление в ХХ веке большого количества новых аналитических методов позволяют развить аналитическую химию. Химический синтез тоже развивается довольно активно, особенно, что касается синтеза промышленно необходимых химических соединений.

    В комплистике химии получает развитие процессный подход, возникший в гомолистике как представление о процессах химических реакций, которые несводимы к реагентам и продуктам некоторой реакции. Химические процессы затрагивают многие химические уровни, или, иначе говоря, в них участвуют химические комплексы разного уровня. Однако теоретическое направление о химических процессах находится все еще в стадии своего становления.

    Комплистика химии получила развитие на стыке иных наук. В ХХ веке происходит возникновение физической химии, в частности, квантовой химии, а также - биохимии, геохимии, космохимии, вычислительной или компьютерной химии и т.д. И только в трансдисциплинарном отношении химия получает возможность развивать структурно-континуумный подход.

    Тем не менее, химическая комплистика с точки зрения новых теоретических представлений о принципиально новых химических комплексах в ХХ веке развивается довольно слабо. В первую очередь, это связано с тем, что комплистика химии оказывается внутри физики и в трансдисциплинарных подходах, а собственно химия может очень незначительно развивать теоретические представления своей комплистики.

    Конструктивная химия - новое направление, проявившееся в попытках синтеза принципиально новых химических соединений, не существующих в природе, а также химических веществ с принципиально новыми, не проявляющимися в природе, свойствами. Конструктивная химия, как правило, осуществляет изменения химического элемента на субатомном уровне за счет таких факторов, как температура, давление, радиация и т.д.

     

    Уровни организации в физике, лежащие в основании физических комплексов (систем в физике).

    Микроскопический уровень:

    Квантово-механические и квантово-полевые системы - квантовая физика.

    Произвольное конечное число частиц - статистическая механика.

    Атомные ядра - ядерная физика.

    Сложные системы с сильной связью, эволюцию которых нельзя разделить на эволюцию отдельных частиц - физика конденсированных сред или конденсированных состояний.

     

    Макроскопический уровень:

    Электромагнитное поле и его взаимодействие с телами, имеющими электрический заряд - электродинамика.

    Термодинамические системы, в которых теплота и энергия соотносятся и превращаются друг в друга - термодинамика.

    Световые системы, где происходят явления распространения электромагнитных волн видимого и близкого к нему спектров - оптика.

    Движение материальных объектов и взаимодействия между ними - механика.

     

    Если дилистика разделяет физику на составляющие ее дисциплины, гомолистика насыщает эти дисциплины знанием о принципиальных, законосообразных и постулируемых отношениях, то комплистика физики выходит на уровень онтологических оснований - в микрофизику, в субатомную физику, в квантовую механику. Именно на этих уровнях осуществляется развитие теории строения физической природы, которая предполагает единое понимание Мира. Оказывается, что и свет, и теплота, и энергия, и базовые законы движения могут быть поняты именно на микроуровне.

    В физике существует наиболее строгое разделение нормативных онтологий: дилистика физика находится всецело в объектном подходе, гомолистика осваивает процессный подход, развивая и объектный, а комплистика выходит на структурно-континуумный подход, продолжая развивать и объектный и процессный подходы.

    Началом комплистики физики, без сомнения, являются различные теории строения атома: уже упоминавшаяся нами теория Резефорда-Бора, теория спина электрона Паули, открытие Чедвиком нейтрона. Предсказанный в 1928 году Полем Дираком позитрон был открыт в 1932 году Андерсоном.

    В 1923 году Луи де Бройль предположил, что корпускулярно-волновой дуализм свойственен не только свету, но и веществу. В 1925 году теория субатомных явлений Гейзенберга позволила заложить основы экспериментальной квантовой механики, отличной от классической, где предлагалось использовать только те величины, которые можно экспериментально подтвердить, исключая при этом то, что не подтверждаемо (орбиты, координаты). Так появляется теоретическое представление о квантовой механике, которая рождалась в разных теориях с разными названиями: "матричная механика" у Гейзенберга и его последователей, "волновая механика" у Шредингера (1926), "релятивистская механика" у Поля Дирака (1928).

    В 1935 году опубликован парадокс Эйнштейна-Подольского-Розана, суть которого состояла в проблеме, что считать элементами физической реальности, и может ли вообще Вселенная быть разложена на такие элементы физической реальности, которые будут иметь математическое описание. Эта проблема является базовой онтологической проблемой для физической комплистики.

    Ко второй половине ХХ века все взаимодействия физической природы были сведены к четырем: слабое (Салам и Вайнберг, 1967), сильное (многие ученые, приблизительно 1973), электромагнетическое (Максвелл, 1863), гравитационное (Эйнштейн, 1915). Со времени попыток Гильберта, Вейля и Эйнштейна возникает в физике основная цель комплистики - создание Единой Теории или Теории Всего. Попытка достигнуть эту цель приводит к появлению в конце 60-х годов ХХ столетия так называемой Стандартной Модели, которая включает в себя описание всех типов взаимодействий, кроме гравитационного.

    В 1984 году появляется идея создания Большого Адронного Колайдера, строительство которого начинается в 2001 году и завершается в 2006 году. Общая цель его постройки и функционирования - проверка Общей Теории Относительности, Стандартной Модели и других конкурирующих с ними теорий, в частности теории суперструн. Среди прочего предполагается обнаружить бозон Хиггса, предсказанный им в 1960 году в рамках Стандартной Модели.

    Комплистика физики меняет возникающие в дилистике и гомолистике дисциплины. Теперь дисциплины строятся как происходящие не от эмпирических наблюдений и измерений, а как происходящие из теоретической деятельности и их экспериментального подтверждения. В физике процесс размежевания ди-гомолистики и ко-гомолистики наиболее заметен.

    В комплистике физики возникают совершенно новые дисциплины. Представления об атомных ядрах порождают ядерную физику, представления о произвольном конечном числе частиц порождают статистическую механику, представления о квантово-механических и квантово-полевых системах порождают квантовую физику, а представлении о сложных системах с сильной связью, эволюцию которых нельзя разделить на эволюцию отдельных частиц, порождают физику конденсированных сред или конденсированных состояний. Иначе говоря, физика конденсированных сред или конденсированных состояний - это взгляд на макроуровень с микроуровня.

    Конструктивная физика начинается с теорий, которые выходят за пределы привычных для нас четырех измерений: трех пространственных и времени. К конструктивной физике может быть отнесена уже теория суперструн. Кроме того, к пределу конструктивной физики также можно отнести нанотехнологии, которые создают отношение "микромир-макромир" в измерении человеческих целей. Иначе говоря, человеческие цели макромира, будучи опрокинуты на микромир с его принципиально иными законами, создают ситуацию конструктивизма дважды: 1) отличием законов микромира от макромира; 2) необходимостью конструировать на микроуровне в направлении целей макромира.

     

    Мы можем также показать общую комплистику наук в человеческом мире:

    1) физический уровень;

    2) химические уровень;

    3) биологический уровень;

    4) психологический уровень;

    5) социальный уровень.

    Вопреки распространенным утверждениям о том, что человек существо биосоциальное, с точки зрения полноты комплистического содержания, человек является существом физико-химико-био-психо-социальным. Это, так сказать, комплистика человека или антропокомплистика.

     

    Социология точно так же порождает свою комплистику в стремлении объединить разные подходы гомолистики. К комплистике социологии можно отнести теории Пьера Бурдье.

    Пьер Бурдье в социологии представляет так называемый постструктуралистский интегративный подход. Он осуществляет попытку синтеза рациональных и эмпирических частей социологического знания. Бурдье критикует оппозиции классической социологии (макросоциология и микросоциология, структура и действие, индивидуальное и социальное), и тем самым делает попытку пересоздания социологии как строгой науки на принципе объективности социального содержания. По Бурдье объектом научного познания в социологии является не опыт - повседневный индивидуальный или даже общественный - а теоретический комплекс. Такой теоретический комплекс, будучи создан в теории, должен быть только затем подвержен эмпирической исследовательской проверке.

    Бурдье предлагает в своей социологической теории и явные формулировки таких теоретических комплексов - габитус и социальное пространство. "Габитус" это понятие, соединяющее микросоциологию с макросоциологией. В то же время, "социальное пространство" это понятие, соединяющее макросоциологию с микросоциологией. Эти понятия после Бурдье довольно широко используются не только в социологии, но и в других гуманитарных науках.

    "Габитус" это "система прочных приобретенных предрасположенностей" индивидов, которые используются ими в дальнейшем как категории восприятия и оценивания, как принцип распределения по классам, как организационный принцип действия, как принцип организации и различения социальных практик этих индивидов.

    "Социальное пространство" это логически сконструированная среда, в которой осуществляются общественные отношения между индивидами. Социальное пространство не совпадает с физическим пространством, которое пытается ему соответствовать. Социальное пространство состоит из под-пространств (экономическое поле, культурное поле и т.д.), власть индивиду над которыми дает обладание капиталом. Распределение различных видов капитала структурирует социальное пространство.

     

    Если посмотреть на структуру комплистики разных наук, то можно увидеть различную структуралистику их онтологий: биология имеет почти строгую фундирующую вертикальную онтологию, химия имеет частично фундирующую вертикальную (атом, молекула, полиморфизм), а частично нефундирующую относительную (органическая и неорганическая) онтологии, физика имеет фундирующую дуально-иерархичную (вертикально-горизонтальную) онтологию с онтологическим нефундирующим относительным различением (микроскопическая и макроскопическая), а социология имеет горизонтальную онтологию, где ни индивид, ни общество не имеют одно над другим доминирующей вертикальной иерархии.

    Трансдисциплинарные теории и действия мы можем видеть в практике конструктивного или синтетического отношения человека к миру. Изучение функций генов с точки зрения целого биологического организма в биологии, изменение субатомной структуры с точки зрения появления новый свойств вещества в химии, изучение субэлементарных частиц с точки зрения строения материи в физике - все это примеры трансдисциплинарных подходов и построения конфигуративной позиции и конфигуративных отношений. Конфигуративные отношения проявляются в трансдисциплинарных теориях и многофакторных действиях.

    Различная комплистика порождает различные современные теории, основанием которых является уже чисто теоретический произвол ученого с целями практического свойства. Комплистика предуготовляет переход науки к конструктивизму.

     

    Переход от научной к конструктивной реалистике

     

    Если внимательно посмотреть на развитие философии, в ней тоже можно обнаружить дилистику, гомолистику и комплистику. Различение соответствующих этапов философии можно сформировать на основе предложенных в главе "Допредельность" авторской работы "Лимитология" циклов философии.

    Дилистика философии. Первый цикл, древнегреческий философский поиск оснований природы (VI в. до н.э. - IV в. до н.э.) - не что иное, как концептуальная типологизация обобщающих аспектов. Второй цикл, разделение теологии и философии (с начала нашей эры до XIII в.) - разграничение двух концептуальных типологизаций, которые оформились к тому времени: теологии и философии.

    Гомолистика философии. Третий цикл, установление рациональных оснований философии (XV - XVIII) - установление нормировочных отношений философии. Четвертый цикл, поиск иных, помимо рациональных, оснований философии (XVIII - первая половина XX в.) - попытка выхода за пределы нормировочных отношений.

    Комплистика философии. Пятый цикл, структурная реонтологизация (вторая половина XX в.) - в структурализме, в СМД-методологии и у Гартмана происходит установление реактивных, аттрактивных и конфигурационных отношений между разными нормировочными отношениями. Кроме того, структурализм и СМД-методология (Делез (ризома), Щедровицкий (система)) также производят комплистику философии.

    Конструктивная философия. В связи с пятым онтологическим поворотом и появлением конструктивной философии можно говорить о вступлении философии в этап конструктивной реалистики.

    Давайте бросим теперь беглый взгляд на психологию.

    Дилистика психологии. Ранние психологические воззрения (IV в. до н.э. - XVIII в.) - душа и ее описания (от Аристотеля до Декарта). Эмпирическая ассоцианистская психология (XIX в.) - явления сознания (Милль, Спенсер). Структурализм (XIX-XX вв.) - непосредственный опыт субъекта (Вундт). Функционализм (XIX-XX вв.) - интенциональные акты сознания (Брентано). Психофизиология (XIX-XX вв.)- происхождение разных типов психической деятельности (Сеченов). Бихевиоризм (XIX-XX вв.) - поведение (Уотсон).

    Гомолистика психологии. Психоанализ (XIX-XX вв.) - бессознательное, структура психики (Фрейд).

    Комплистика психологии. Аналитическая психология (XIX-XX вв.) - коллективное бессознательное, комплекс с архетипическим ядром в основе (Юнг). Гештальт-психология (XIX-XX вв.) - процесс переработки информации посредством гештальта (психологический комплекс в комплистике психологии) (Вертгеймер). Гуманистическая психология (XX в.) - исследование личного опыта человека (Маслоу, Франкл). "Психологические комплексы" как проявление комплистики в психологии - комплекс Юнга, гештальт Вертгеймера, пирамида Маслоу, смысл по Франклу. Как мы видим, Юнг использует понятие "комплекс" в психологии, хотя его теории можно отнести как к гомолистике, так и к комплистике.

    Конструктивная психология. Нейро-лингвистическое программирование или НЛП (XX в.) - комплекс моделей, техник, операционных принципов и лингвистических структур, применяемых для личностного развития посредством моделирования эффективных мыслительных и поведенческих стратегий (Бендлер) - свидетельствует о переходе психологии от научной к конструктивной реалистике.

    Похожий же процесс можно увидеть в истории как науке. До первой половины ХХ века можно говорить о дилистике истории - события и личности на основе летописей и археологии обобщаются в исторических повествованиях.

    Гомолистика истории появляется и развивается в связи с французской школой "Анналы" (от 1929 года до конца ХХ века) - историческим направлением, основанным учеными Люсьеном Февром и Марком Блоком. Суть нового подхода в том, что в основании истории оказались не события и не деятельность великих людей, а различные общества, внутри которых история вскрывает глубинные структуры, существующие в течение больших временных периодов.

    Комплистика истории только появляется. Суть комплистики истории в том, что в основание исторического рассмотрения кладется некоторая развитая сущность, а затем создается история этой развитой сущности. Так, например, можно создать историю компьютера, хотя компьютер является сложным аппаратно-программным комплексом, созданным лишь в ХХ веке.

    В конце ХХ века появляется конструктивная или виртуальная история, когда временная последовательность исторических событий и их связь реконструируется на основании той или иной концепции. К конструктивной или виртуальной истории можно отнести работы Анатолия Тимофеевича Фоменко - так называемая "Новая хронология".

    Если философия прошла содержательный путь структуралистики от дилистики к комплистике за два с половиной тысячелетия, то психология большую часть содержательного пути структуралистики прошла за два столетия. История вообще прошла путь от дилистики до конструктивной истории за ХХ век.

    Комплистику психологии также можно сравнить с комплистикой социологии. Например, с точки зрения комплистики, гештальт в психологии - то же самое, что и габитус в социологии. Иначе говоря, у этих понятий разные парадигмы, относительно разные эпистемы, но одна и та же когнитема. Однако различие наук, интерпретируемых различными теориями, и специфических способов их теоретизации не позволяют этим двум наукам видеть эти теории как комплистически тождественные, внутри одной и той же когнитемы.

     

    Итак, в дилистике осуществляется обобщение признаков. Эта позиция занимается по отношению к некоторой удаленной и потенциальной реальности, в отношении изначально или вновь осваиваемым признакам этой протореальности. Как только признаки оказываются обобщаемыми разными способами, возникает необходимость соотнести эти разные способы. Так возникает необходимость гомолистики.

    В гомолистике осуществляется разграничение различных обобщений и установление различных же отношений между ними. Гомолистика тем самым оказывается первым освоением реальности. То есть реальность в гомолистике осваивается уже изнутри как различные уровни нормировочных отношений, между которыми тоже возникают реактивные и аттрактивные отношения. В этом различии отношений возникает необходимость некоторого конфигурационного уровня вне всяких нормировочных, реактивных и аттрактивных отношений. Конфигурационный уровень требует понимания некоторого комплекса отношений. Так возникает необходимость комплистики.

    В комплистике осуществляется попытка структурного подхода - установление целого и различения его связей, которая меняет качество гомолистики. Гомолистика, которая ранее происходила из дилистики как продолжение обобщения на разных его уровнях - реалистической индукции, в комплистике получает совершенно иное понимание - структурирование и поиск различных связей - реалистическая дедукция.

    Тем самым комплистика позволяет установить не только разные уровни нормирования некоторой реальности, но и разные способы нормирования гомолистики - идущие от дилистики и идущие от комплистики. То есть мы получаем две гомолистики - ди-гомолистику и ко-гомолистику. Так возникает принципиальное противоречие в науке - противоречие научной реалистики, которое наука предпочла вслед за структуралистской философией называть вздорным и бессодержательным термином постмодернизм.

    Вздорность и бессодержательность постмодернизма кроется не только в том, что он привязан приставкой "пост", указывающей на чистое "следование после", к понятию "модернизм", но и в том, что он не называет новую сущность. То есть постмодернизм оказывается не способным видеть онтологию описываемой в нем ситуации, находясь в позиции высокомерного отрицания всей и всякой возможности такой онтологии, о чем более подробно излагалось в авторской работе "Лимитология".

    Выходом из противоречия научной реалистики является переход к конструктивной реалистике. В конструктивной реалистике осуществляется переход к принципиально иным реальностным ситуациям - выход за пределы представления о единой традиционной четырехмерной реальности. То есть в конструктивизме осуществляется фундаментальная реонтологизация: от истолковательной онтологии науки - к конструктивной онтологии конструктивизма. Как уже было сказано, существуют разные ситуации трансреальностных отношений: 1) реальность нормируется из другой реальности, которая достижима для нее, но не взаимодействует с ней; 2) реальности взаимно нормируют друг друга, взаимодействуя (сопрягаясь) друг с другом; 3) реальность или реальности нормируются из некоторой позиции вне всяких реальностей.

    Соответственно каждая из таких ситуаций порождает свое подразделение конструктивной реалистики: ситуация извне реальности порождает инофлексику, ситуация межреальностного взаимодействия порождает контрафлексику, ситуация нормирования нескольких реальностей из внереальностной позиции порождает контрарефлексику.

    С точки зрения реалистики, понимание теории в разных ее разделах различно: в дилистике - теория это обобщение до реальности, в гомолистике - теория это принцип отношения внутри реальности, в комплистике - теория это принцип различения реальности на уровни, в инофлексике - теория это видение реальности (реальностей) из иной реальности, в контрафлексике - теория это взаимное видение разных реальностей одна из другой, в контрарефлексике - теория это видение различных реальностей из внереальностной позиции.

    Различаемая реалистика научных теорий - дилистика, гомолистика и комплистика - не что иное, как этапы развития научных теорий, обладающие строго различаемыми способами структуризации, хотя и не строгой исторической последовательностью. В то же время различаемая реалистика конструктивных теорий, обладающая не менее строго различаемыми способами структурирования - инофлексика, контрафлексика и контрарефлексика - не что иное, как футурология развития современных теорий.

     

    Инофлексика

     

    Инофлексика проявляется в теории как способ теоретических представлений о разномерных реальностях, не совпадающих с очевидной для нас четырехмерной реальностью. Кром того, предположенные в некоторых теориях иные четырехмерные реальности тоже могут не совпадать с нашей четырехмерной реальностью. В работе "Представления конструктивизма" было введено представление о лекемплете как различно представленной через произвольный набор измерений реальности. Мир - лекемплет, где выполняется слабый и сильный антропный принцип. Внемирная Реальность - лекемплет, где выполняется лишь слабый антропный принцип.

    Инофлексика это реалистика, где допускается произвольная лекемплетизация и на основе этого построение теорий с разными измерениями. Однако все такие теории рассматриваются всегда из некоторой иной реальности, в которую эти разномерные реальности могут проецироваться путем компактификации. Наибольших успехов в конструктивном подходе добилась физика.

     

    К инофлексике может быть отнесена авангардная физическая теория суперструн. На уровне инофлексики впервые проявляется не только объектный и процессный подход, но и структурно-континуумный подход.

    Первоначально "струны" вводятся в теорию элементарных частиц как особые фундаментальные объекты в 60-х годах ХХ столетия. В связи с тем, что данное направление теоретизации оказалось очень перспективным, разные теоретики начинают разрабатывать разные теоретические подходы, и появляется несколько теорий струн. В начале 70-х годов стало ясно, что струнные теории реализуются в размерности реальности больше 4, то есть в иных реальностях, нежели привычная для нас четырехмерная реальность.

    Затем появляется необходимость связать в одной теории частицы (бозоны) и квазичастицы (фермионы). Так появляется теоретическое представление о суперсимметрии, а возникающие на этой основе теории струн уже называют теориями суперструн. Причем суперсимметрия может быть включена в теорию не одним, а пятью способами, которые являются предельными случаями единой 11-мерной теории суперструн. Преобразования пяти способов построения теорий называются дуальностями, коих известно тоже несколько. В середине 80-х годов ХХ века появляется понимание, что в теории суперструн можно описать все известные элементарные частицы и взаимодействия между ними.

    При этом на теории суперструн накладываются существенные ограничения: 1) они должны включать теоретические представления о гравитации и квантовой механике; 2) учет нормировочных факторов старых теорий элементарных частиц - спин, калибровочная симметрия, принцип эквивалентности; 3) в отличие от стандартной модели с ее 19-ю свободными параметрами, которые подгоняются для обеспечения согласия с экспериментом, в теории суперструн отсутствуют свободные параметры. Эти конфигуративные ограничения теории являются данью старым теоретическим представлениям, и, скорее всего, будут сняты по мере развития теории суперструн.

    В теориях струн-суперструн широко разрабатывается теоретическое представление о многомерности Вселенной: существуют 10-ти- и 26-ти-мерные теории. Отдельную часть теории струн составляют теоретические представления о способах редукции этих дополнительных измерений к нашей 4-мерной реальности.

    То есть мы видим, по крайней мере, три уровня теории суперструн - нормирование дуальностей, нормирование размерностей и нормирование четырехмерных редукций. Причем все эти уровни нормирования являются неиерархическими - даже четырехмерная редукция в онтологическом понимании не является зависимой от нормирования размерностей 10 и 26, поскольку сборка разных измерений по четыре это лишь иной способ нормирования сборки измерений вообще. То есть мы можем рассматривать нормирование четырехмерной редукции как нормирование размерностей с ограничением привязки к очевидной четырехмерной реальности.

    Таким образом, в теориях струн-суперструн появляются две существенные проблемы - проблема ландшафта и проблема фальсифицируемости. Эти проблемы суть онтологические ограничения инаковой конструктивной теории необходимостью ее построения и подтверждения в очевидной 4-мерной реальности.

    Вся совокупность компактификаций многомерной теоретической реальности к 4-мерной реальности называется ландшафтом теории. Компактификация есть следствие привязки критического эксперимента к 4-мерной реальности исследователя. Однако, как оказалось, существует большое количество 4-мерных компактификаций разномерных (10- и 26-мерных) реальностей к 4-мерной реальности. Какую из компактификаций выбрать для критического эксперимента - вот суть проблемы ландшафта.

    Еще один подход - локализация, в концепции которой утверждается, что физическая часть мультивселенной является локализованной в 4-мерной реальности, и мы в принципе не способны взглянуть вовне нашей локализации. А присутствие иных измерений обнаруживается через гравитацию.

    Проблема ландшафта - это не что иное, как проблема верифицируемости конфигуративных факторов многомерной теории, опирающаяся на ограничение - исследователь и его возможности теоретического понимания находятся в 4-мерной реальности. Теория, в своей онтологии конструктивно выходя за 4-мерную реальность, вынуждена считаться с количеством способов сведения многомерной теоретической реальности к некоторой 4-мерной реальности.

    С точки зрения предложенного в работе "Лимитология" конструктивного понимания сильного антропного принципа, проблема ландшафта является проблемой верифицируемости многомерной теории в некоторой 4-мерной реальности, а вовсе не долженствованием определенной четырехмерной реальности антропного принципа в его истолковательной формулировке.

    Проблема фальсифицируемости теории - то есть потеря возможности проведения критического эксперимента, который может опровергнуть теорию, является следствием того же обстоятельства: экспериментатор не может фальсифицировать теорию путем проведения критического эксперимента, поскольку находится в очевидной 4-мерной реальности. Иначе говоря, проблема фальсифицируемости теории является проблемой применения слабого антропного принципа в его конструктивной формулировке.

     

    Тем самым в теории струн-суперструн проблема верифицируемости и проблема фальсифицируемости являются связанными через то обстоятельство, что теоретик не может понимать точно так же, как экспериментатор не может экспериментировать, за пределами 4-мерной реальности, а осуществляет некоторое конструктивное усмотрение, некий произвольный выбор. Отсюда принципиально меняется теоретическая позиция теории суперструн - привычная нам 4-мерная реальность становится инаковой реальностью, искомой реальностью, проблемной реальностью.

    Можно предположить, что многомерные теории имеют принципиально иной способ установления своей адекватности - не верификация-фальсификация является критерием адекватности многомерной теории, а ее универсальность, то есть достаточная сложность для выражения проявления иных измерений многомерной конструктивной реальности в 4-мерной реальности теоретика-экспериментатора[62]. Здесь мы впервые встречаемся не с онтологизацией в процессе онтологического обоснования, а с онтологизированием и последующей онтологической редукцией.

    Инофлексика неминуемо связана с проблемой ландшафта и фальсификации. В этом ограниченность инофлексивных теорий. Однако в этом и их привлекательность.

     

    Контрафлексика

     

    Интересный подход к многомировому видению физической реальности и трактовке квантовой механики предложил в 1954-1957 гг. Хью Эверетт. Его подход породил целое направление - эвереттику. Базовое представление Эверетта - Многомирье (Мультиверс или Мультиверсум) является полноправной физической реальностью.

    Эти различные физические миры имеют различные геометрии, метрики и топологии. Таким образом, у какого-либо мира нет "единственно верной бытийной истины". А Многомирье это проявление многообразия реальностей. Базовые процессы эвереттики - ветвление и склейки. Ветвление это порождение универсумов в динамических процессах квантовой механики. А склейки это взаимодействие этих универсумов на различных уровнях.

    В авторской работе "Теория виртуальности" была произведена критика недостатков такого понимания Эверетта. Дело в том, что Эверетт, как и многие его современники, понимает реальность как лишь нашу единую реальность, при этом его понимание различия понятия "Мир" и "реальность" оказываются перевернутыми.

    В отношении его теории действует принцип Оккама в его онтологической трактовке - не умножай количество оснований. Для понимания многореальносности нашего Мира нет никакой необходимости для каждой реальности создавать свой мир. В нашем же Мире многие реальности как внутри себя, так и в отношениях между ними, могут быть достаточно сложно описаны. Если этого не допускает "язык" квантовой механики, то это позволяет сделать интегральный "язык" всех наук и философии.

    Иначе говоря, до того, как полагать Многомирье с сопоставленной реальностью каждому миру, нужно положить наш Мир как многореальностный и попытаться понять его как многореальностный в некоторой сверхмощной теории, что и было предложено в Теории Виртуальности. Иначе говоря, есть многореальностный Мир и многореальностная внемирность. Чтобы соотносить реальность Мира и реальность Внемирности, нужно для начала научиться соотносить реальности внутри нашего Мира. Пропуская этот этап развития теории, теория Эверетта провисает и стопорится.

    Тем не менее, эвереттика уже потребовала принципиально нового мышления - контрафлексии, которая, как пример своего применения в физике, рассмотрена автором в работе "Онтология рефлексии, контрафлексии и контрарефлексии". Измерительный прибор и измеряемая система после события измерения, с точки зрения Эверетта, представляют собой две разные зависимые и позиционно определяемые состояния: прибор относительно системы и система относительно прибора. Контрафлексия это специальное мышление, которое позволяет сопровождать разные реальности, которые "видят" друг друга. Эвереттика - это первая и весьма слабая онтологически попытка создать такую теорию внутри контрафлексии.

    Именно контрафлексия как тип теоретического мышления может оказаться тем подходом, который позволит создать Теорию Всего.

    Вот прообраз этой новой теории (расширенной теории Эверетта). Сегодня Стандартная Модель не учитывает гравитационного взаимодействия. Темная или скрытая масса проявляется исключительно через гравитацию. Слабая формулировка антропного принципа утверждает, что возможно существование разного набора физических величин. Если предположить, что разные наборы физических величин это разные Миры, то гравитация - не что иное, как взаимодействие разных Миров Внемирности (темной или скрытой массы) между собой и с нашим Миром.

    Разные Миры с разными физическими величинами могут оказаться мирами разной плотности или разных волновых свойств. Некоторые из этих миров разной плотности и разных волновых свойств могут иметь четыре измерения, соответствующие нашим пространству-времени, которые исчерпывающе представляют мир, либо представляют мир в качестве его лекемплета. Миры взаимодействуют внутри мерно подобных лекемплетов. И вот тогда уже в этом случае теория Эверетта может работать. Иначе говоря, теория Эверетта пропускает важные предусловия своего содержания.

     

    Контрарефлексика

     

    Теоретизация на основе контрарефлексивного мышления предполагает иные требования к многомерной внереальностной теории. Полноценная контрарефлексика начинается там, где отказываются от необходимости компактификации, где начинают мыслить во многих измерениях и строить эксперименты в этих измерениях, не опосредуя их редукцией к 4-мерной очевидной реальности, где понимают многореальностный Мир и многореальностную Внемирность, а не Многомирье как единую реальность. Контрарефлексика это работа не с Миром, но уже с Внемирной Реальностью. К контрарефлексике может быть отнесена авторская Теория Виртуальности. Другие такие теории автору неизвестны, но тем самым можно спрогнозировать их появление в будущем.

     

    Интегративный взгляд на теориеведение

     

    Структуралистика опровергает один из базовых постулатов постпозитивизма - правил построения теорий не существует. Здесь утверждается, что правила построения теорий существуют и они связаны, прежде всего, с базовым отнесением теории к науке или к конструктивизму, затем с реальностными ситуациями, затем с выбором нормативной онтологии. Кроме того, правила построения теорий связаны также с выбором подвижности теории - относительной неподвижностью классических научных теорий и относительной подвижностью конструктивных теорий. Давайте рассмотрим это подробнее.

    Прежде всего, каждая наука в своей развитой форме, то есть начиная уже с ди-гомолистики, создает свою реальность, а в ко-гомолистике она эту реальность уже осознает на разных уровнях. Мы имеем в науке физическую реальность, химическую реальность, биологическую реальность, математическую реальность, психологическую реальность, социологическую реальность и т.д.

    Принцип пролиферации (разрастания путем новообразований) не является универсальным для развития теорий, поскольку теории могут разрастаться в пределах некоторой реальности, но иногда наступает момент, когда необходимо поменять саму реальность. Реальность же в теории не изменяется путем пролиферации самой теории - это требует мутации теории, если уж использовать биологические термины, как это делал Фейерабенд.

    Точно по этой же причине теории оказываются сравнимы не только на общем уровне - сообразно их реалистике и нормативистике, но и на частном уровне - сообразно внутреннему различию их реалистики (дилистика, гомолистика, комплистика; инофлексика, контрафлексика, контрарефлексика) и внутреннему различию нормативистики (объектная, процессная, структурно-континуумная).

    Структуралистика как структурная теория о теориях представляет собой часть общего теориеведения, которое занимается изучением всех и всяческих теорий. Теориеведение является вовсе не попыткой обобщения подходов разных существующих теорий, а попыткой конструктивного рассмотрения структурных единиц, актов и элементов, обнаруживаемых в процессе создания теорий. Теориеведение нацелено на выражение используемых конструктивных средств конструктивного же по своей природе процесса создания и изменения теорий.

    Теориеведение состоит из теории онтологии[63], лимитологии[64] и структуралистики, то есть существует онтологическое, лимитологическое и структурное теориеведение. Теория онтологии рассматривает в теориях их фундаментальные представления и способы их организации, которые представлены специальными средствами выражения, максимально не зависящими от онтики и от иных онтологий. Лимитология работает с идеями и концепциями с точки зрения выражения ими содержания предельности, устанавливает в этих идеях и концепциях выражение лимитологических ситуаций и лимитологических операций. Структуралистика работает с внутренней структурой теорий в реалистике, исследующей отношения извне и внутри реальности или между реальностями, и в нормативистике, исследующей разные нормативные подходы. Структуралистика также выполняет роль интеграции онтологии, лимитологии и собственных структуралистских подходов в теории.

    Предлагаемый здесь подход является более сложным и детальным, нежели метафорический по своей сути подход Лакатоса. "Твердое ядро" всякой теории более обстоятельно может быть рассмотрено как онтология (отнесение к метаонтологии, установление эпохальной онтологии, использование той или иной нормативной онтологии, выделение ряда рабочих онтологий и т.д.) "Защитный пояс" всякой теории может быть более обстоятельно рассмотрен как та или иная лимитологическая ситуация с точки зрения соответствующих лимитологических операций, которые позволяют установить пределы теории.

    В отличие от понимания Лакатоса "положительная эвристика" может быть связана не только с "защитным поясом" как его возможное развитие. В нашем понимании "положительная эвристика" всякой теории может быть связана с изменением "твердого ядра", то есть с изменением нормативной онтологии теории, с изменением лимитологических операций, переходом к иной лимитологической ситуации, а также со структуралистикой во всей ее полноте.

    В этом смысле предлагаемое теориеведение, являясь не просто более сложным подходом, а иным по своей конструктивной онтологической позиции, не может быть редуцировано к предложенному Лакатосом подходу. Наиболее близким по своему духу к предлагаемому здесь теориеведению является подход Фейерабенда. То есть методологический анархизм это уже почти конструктивизм, хотя и выраженный весьма метафорически. Что же касается подхода Куна, то он так и остается внутри исключительно научного же видения научных революций, и к теориеведению может иметь весьма ограниченное отношение. В этом смысле подходы постпозитивизма нужно не просто уточнить, их необходимо изменить принципиально.

    Научная реалистика выражает ситуации описания извне и внутри единственной реальности - дилистику, гомолистику, комплистику. В научной реалистике происходит переход от объектной нормативистики к процессной нормативистике. Конструктивная реалистика выражает ситуации описания отношения разных реальностей - инофлексику, контрафлексику, контрарефлексику. В конструктивной реалистике происходит переход от объектной и процессной нормативистики к структурно-континуумной нормативистике. Когда строится теория, необходимо четко представлять, к какой (научной или конструктивной) реалистике она относится, какую именно область реалистики она осваивает, какую нормативную онтологию использует.

    Развивающиеся процессы реалистской и нормативистской экспансий науки порождают принципиальное изменение в теоретической деятельности. Исследовательская программа, являвшаяся единицей модели науки у Лакатоса, превращается в конструктивную программу. Это происходит потому, что вследствие реалистской экспансии исчерпывается та сфера Мира-Природы, которая сводима к некоторой единой очевидной реальности. Это происходит потому, что вследствие нормативистской экспансии исчерпывает себя универсальный ранее объектный подход.

    Конструктивная программа состоит из относительно неизменного онтологического ядра теории (онтологические единицы и схемы их сборки), относительно изменчивого лимитологического пояса теории (представления о пределах теории и способах работы с этими пределами) и изменчивой структуралистики теории, которая может распространяться как на само онтологическое ядро (меняя схемы сборки онтологических единиц), на изменение пределов и способов работы с пределами теории и на изменение реалистики и нормативистики теории. Конструктивная теория, таким образом, твердо определяется лишь своими онтологическими единицами, все остальное в теории оказывается изменчивым.

    Теоретик, конечно же, отвечает на вопросы и решает проблемы, которые принадлежат той содержательной сфере, теорию которой он создает. Однако при этом создание теорий имеет четкие этапы и различия подходов.

    1. Предварительная оценка существующих теоретических подходов. Уровень проблем:

    а) проблема структуралистики;

    б) проблема лимитологии;

    в) проблема онтологии.

    2. Создание или преобразование теории:

    1) Онтология теории:

    а) онтологические единицы теории;

    б) схемы сборки онтологических единиц;

    в) ее место в ряду предыдущих парадигм, эпистем, когнитем;

    г) ее отношение к иным онтологиям и метаонтологиям;

    д) онтологическая подвижность теории за счет изменения схем сборки.

    2) Лимитология теории:

    а) лимитологическая ситуация (лимитологические ситуации) теории;

    б) использование лимитологических операций в теории;

    в) лимитологическая подвижность теории за счет использования разных онтологических операций и изменения отнесения к иным лимитологическим ситуациям.

    3) Структуралистика теории:

    а) реалистика теории;

    б) нормативистика теории;

    в) реалистская подвижность теории;

    г) нормативистская подвижность теории;

    д) соотнесение онтологии, лимитологии и структуралистики с точки зрения общей динамичности теории.

    3. Конвенционализация и урнирование. Вновь созданная теория должна быть дополнена процедурой наследования (указания теорий - предшествующих) и процедурой формулировки приращения, то есть относительно наследованных теорий должно быть указано онтологическое приращение, лимитологическое приращение и структуралистское приращение. Наследование и формулировка приращения необходимы для включения ее в традицию, то есть для конвенционализации. Урнирование - процедура отказа от некоторых теорий, которые теория не наследует.

    4. Продвижение и популяризация теории. Считается процессом содержательно не обязательным, но важным с точки зрения социализации теории в обществе.

    Здесь онтологическая подвижность, лимитологическая подвижность и структуралистская подвижность (реалистская подвижность и нормативистская подвижность) создают особое качество конструктивной теории - общую динамичность теории. Главное онтологически-экзистенциальное преимущество конструктивных программ теорий перед исследовательскими программами теорий - конструктивная теория не защищается, то есть не имеет "защитного пояса", как это было у Лакатоса. Изменчивая структуралистика, относительно изменчивая лимитология и относительно неизменное онтологическое ядро конструктивной теории делают ее весьма подвижной, приемлющей любую конструктивную критику и впитывающей любые идеи такой критики.

    Онтология, лимитология и структуралистика - конструктивные теории, а не науки. Это теории о теориях. Теориеведение принципиально не является философией науки. А если так уж охота как-то его связать с наукой, то можно называть это философией извне науки. Однако лучше все-таки называть это философией конструктивизма теорий. В этом смысле нужно различать конструктивную философию, являющуюся философией из конструктивной онтологической позиции, теоретический конструктивизм, то есть вырастающую из научных теорий теорию конструктивизма, и философию конструктивизма теорий, являющуюся частью конструктивной философии, посвященной всем и всяческим теориям.


    ТЕОРИЯ ПОРЕГРАФОВ

     

    Основные понятия

     

    В разных работах автора делались попытки применить теоретический аппарат Теории Виртуальности к различным проблемам, поддающимся интерпретации через позиционно-референциальное содержание. В данном случае мы попытаемся дополнить теорию графов для следующих целей: 1) чтобы она могла быть использована в Теории Виртуальности; 2) чтобы ее можно было использовать для теории коммуникации в широком смысле; 3) чтобы ее можно было использовать для компьютерных сетей с вентильной достижимостью между узлами.

    Основные понятия теории графов[65] являются вариантными: граф/сеть, вершины/точки/узлы, простые ребра/связи, ориентированные ребра или дуги/направленные связи. Различные варианты теоретических понятий, которое сегодня используются в разных интерпретация теории графов, зависят от той области, где пытаются использовать эту теорию.

    Что именно интерпретирует теория графов? Для интерпретации геометрических (стереометрических) фигур теория графов использует вершины и ребра. Для топологии теория графов использует узлы и связи в линейной или сетевой топологии, где линейный граф (граф) и сетевой граф (сеть) различаются. Для Теории Виртуальности теория графов может использовать линейные графы (графы), сетевые графы (сети) с позициями и референциями. Теория графов в этом смысле универсальна: она может представлять и гео-(стерео-)метрию, и топологию, и Теорию Виртуальности.

    Если же мы хотим сохранить теорию графов в ее традиционном понимании, то тогда все ниже изложенное следует понимать как позиционно-референциальную топологию и не связывать ее с теорией графов. Тем не менее, нам представляется, что предложенные далее подходы наиболее интересны в качестве дополнения именно теории графов. Тем более, что задачи по сетям с вентильной достижимостью, по потокам сети и т.п. уже решаются при помощи теории графов. Таким образом, мы предлагаем позиционно-референциальную теорию графов - теорию пореграфов.

    Автор не является специалистом в области математики. Поэтому мы будем излагать свой подход описательно, хотя может и не достаточно корректно с точки зрения математики. Теперь мы займемся введением новые теоретических представлений.

    С точки зрения Теории Виртуальности допустимы следующие понятия в отношении теории графов. Позиции представляют собой структурное подобие. Ребра как соединение позиций представляют собой структурную связь. Ориентированные ребра или дуги представляют собой структурные направления (дирекции). Однако в силу того, что позиции сразу же вводят различение узлов (вершин) графа, мы имеем не просто дуги, а референции.

    В основу традиционной теории графов положены следующие постулаты - 1) все вершины одинаковы (содержательно равны); 2) ориентации ребер ("туда" и "обратно") являются независимыми от содержания вершин, поскольку все вершины равны.

    В теории позиционно-референциальных графов (пореграфов) принимаются следующие постулаты: 1) узлы пореграфа неодинаковы, содержательно различны как позиции, а в наиболее простом случае - бинарно различны: активные (позиции "ак") и пассивные (позиции "па"); 2) разные позиции в пореграфе последовательно чередуются: "ак"-"па"-"ак"... или "па"-"ак"-"па"...; 3) традиционная для теории графов ориентация в пореграфе становится позиционно зависимой: "от" и "до" по отношению к той или иной позиции; 4) в силу различия позиций пореграфа ориентация ребер между разными позициями может быть представлена разными референциями - "ак-от"; "па-до"; "ак-до"; "па-от"; 5) для бинарной референции - "ак-от"="па-до"; "ак-до"="па-от"; 6) Для тетрарной референции существуют два разных равенства: референциальное равенство - "ак-от"="па-от", "ак-до"="па-до" и дирекциональное равенство - "ак-от"="па-до", "ак-до"="па-от".

    Теперь эти постулаты мы рассмотрим более подробно.

    Традиционно граф это множество вершин и соединяющих их ребер. Ориентированные ребра называются дугами.

    В нашем подходе пореграф (позиционно-референциальный граф) это множество узлов и соединяющих их связей. Ориентированные связи называются референциями.

    Пореграф это орграф, в котором его узлы позиционно различены, а ориентации расширенно понимаются как референции, определенные позициями. Орграф или направленный граф - граф, не имеющий петель и симметричных кратных направленных дуг (дуг в одном и том же направлении), но может иметь разнонаправленные кратные дуги.

    Существуют ненаправленные и направленные орграфы. Мы будем использовать кратные симметричные направленные дуги как различные потоки в тетрарной референции. Мы будем использовать направленные и ненаправленные пореграфы.

    Граф с петлями и кратными ребрами - псевдограф. Мы не будем использовать псевдографы вообще. Мы будем использовать исключительно орграфы в их специфическом понимании - как пореграфы.

    В силу использования нами позиций как содержательного различения узлов, мы будем использовать помеченные или перенумерованные пореграфы.

    Мультиграф, где пара вершин связана более, нежели одним ребром (кратные ребра). В мультиграфе не допускаются петли, но допускаются кратные ребра. Мы будем использовать сетевую топологию пореграфов, которая по сути представляет собой мультипореграф.

    Графы бывают связные и несвязные. Среди них есть полностью несвязный, частично связные и полностью связный (полный), цепь, цикл. Мы будем использовать исключительно связные графы. Мы будем использовать цепи и циклы, а в сетевой топологии и более сложные топологические ситуации.

    Ориентированный маршрут. Длина маршрута равна числу входящих дуг. В замкнутом маршруте первый и последний узел совпадают. Путь это маршрут, в котором все узлы различны. Контур это нетривиальный замкнутый маршрут все узлы которого различны, за исключением первого и последнего.

    В теории пореграфов существуют позиционно-различенные узлы и позиционно-неразличенные узлы. Позиционно-различенные узлы бывают простые (просто позиционно-различенные) и парно-позиционно-различенные, то есть такие, где каждая предыдущая позиция (прообраз) является активной для всякой пассивной следующей позиции (образа). Выбор использования тех или иных узлов продиктован конкретной задачей. Позиционное различение узлов сводимо к позиционному неразличению, но обратное не всегда непосредственно возможно - для этого необходимо снова начинать с условий задачи. Общее название для двух позиций, которые могут быть как позиционно-различенными, так позиционно-неразличенными - референциальная пара позиций.

    Для понимания различия позиция в теории пореграфов необходимо понять различие содержания активности и пассивности. Активная позиция - та, что инициировала отношение связи, при этом само отношение может быть действием как от нее, так и к ней. И наоборот, пассивная позиция - та, что подтвердила уже установленное отношение связи, а ее отношение может быть действием как от нее, так и к ней.

    Активность и пассивность как различение позиций в пореграфе для каждой конкретной задачи могут быть проинтерпретированы по-разному. Для Теории Виртуальности, например, активность (виртуальная позиция) и пассивность (актуальная позиция) означают следующие парные содержания. Активность - изменчивость, инаковость, конструктивность. Пассивность - устойчивость, очевидность, истолковательность. Здесь проявляются активно-пассивные содержательные пары: изменчивость-устойчивость, инаковость-очевидность, конструктивность-истолковательность.

    Для теории коммуникации в широком смысле и для теории коммуникации в отношении компьютерных сетей активная и пассивная позиции будут обозначать отношение инициатива-акцепт или отношения инициативности-акцептуальности. То есть в теории коммуникации появляется важное различие - дело не только в том, как дирекционально происходит передача данных, но и в том, какая позиция их инициировала. Иначе говоря, если передача данных идет в одну сторону, например, от пассивной позиции к активной, то существует две разные ситуации: 1) эту передачу данных инициировала и производит активная позиция без подтверждения пассивной; 2) пассивная позиция подтвердила принятие данных.

    Разграничение позиций для той или иной задачи содержательно может быть различным, однако бинарное различие позиций является наиболее частым и наиболее универсальным, поскольку большинство случаев мы можем свести к двум разным, противоположным по содержанию значениям: инициативная позиция - виртуальная и акцептуальная позиция - актуальная. В этом смысле виртуальная позиция означает "инициативная", но может быть активной и пассивной в процессе референциального отношения, а актуальная позиция означает "акцептуальная", но может также быть активной и пассивной в процессе референциального отношения.

    Актуальные и виртуальные позиции во всякой линейной и сетевой топологии для использования ее теории пореграфов, должны чередоваться так, чтобы всякая актуальная позиция была связана с виртуальной, а всякая виртуальная - с актуальной. Такое актуально-виртуальное чередование позиций называется "АВ"-нормой теории пореграфов, а сведение любой линейной и сетевой топологии к "АВ"-норме называется "АВ"-нормированием.

    Требование такого актуально-виртуального чередования позиций обосновано в Теории Виртуальности и вкратце может быть выражено как вытекающее из возможности задействовать мощный теоретический аппарат этой теории, позволяющий работать с "АВ"-цепочками как актуально-виртуальными структурными континуумами. Однако даже там, где применение Теории Виртуальности не нужно, мы будем продолжать использовать виртуально-актуальное различие позиции для дирекциональной ориентации референциальных обозначений.

    Позиции - способ содержательного различения узлов для той или иной задачи, и сами содержательно различенные узлы в пореграфе. В бинарном различении бывают активные и пассивные позиции.

    Дирекция - абсолютное структурное направление. Дирекция проявляется в установлении структурного направления между различными связностями или различными размерностями структуры. В пореграфе дирекция проявляется в виде абсолютной характеристики референции - "туда" и "обратно".

    Референция - относительное структурное направление, заданное между некоторыми позициями. В пореграфе - междупозиционная ориентация, которая является относительной для содержания соединяемых позиций. Референции бывают бинарные и тетрарные.

    Референтность - содержательное отношение с той или иной референцией.

    Референтные ситуации - двупозиционные, трехпозиционные и т.д.

    Бинарные референции - референции между позициями "от" и "до".

    Тетрарные референции - референции между позициями, где "от" и "до" имеют два позиционных качества - активное "ак" и пассивное "па".

    Референциал - общая характеристика референции между некоторыми двумя позициями.

    Референциал смежности - референция между смежными двумя позициями в направлении некоторого маршрута.

    Референциал маршрута - референция междупозиционного отношения в направлении маршрута, заканчивающегося в данной позиции. Если маршрут имеет несколько путей, то позиция имеет несколько референциалов, соответствующих путям.

    Достижимость - наличие пути между узлами пореграфа.

    Матрица достижимости - набор путей между узлами графа.

    Вентильная или барьерная достижимость - наличие пути между узлами графа с частичной достижимостью. Частичная достижимость описывается через вентили или барьеры.

    Поток - путь с уникальной референцией: одной из двух в бинарном различии референций и одной из четырех в тетрарном различии референций. В бинарной референции прямой и обратный путь представляют два разных потока. В тетрарной референции один и тот же прямой или один и тот же обратный обратный путь могут иметь по два потока. Всего каждая полная междупозиционная тетрарная референция обозначает четыре потока.

    Бинарное различение референций между актуальными и виртуальными позициями определяется в структуре. Бинарные дирекции - это структурные направления "туда" и "обратно", "слева направо" и "справа налево", "сверху вниз" и "снизу вверх": > и <. Предложенные нами поименования структурных дирекций из аналогий чувственного опыта не выражают однако их суть.

    Дирекции - это не пространственные направления, то есть не векторы, и не временны?е направления, то есть не стримы, как это предлагалось различать автором в Теории Виртуальности. Дирекции это абсолютные структурные направления, не зависящие от их обозначения посредством актуальных или виртуальных позиций. Дирекции как структурные направления, заданные относительно актуальной и виртуальной позиций являются референциями.

    По отношению к актуальной и виртуальной позициям референции можно определять как актуально-виртуальные и виртуально-актуальные. В Теории Виртуальности такие референции назывались соответственно интерпретирующими и реализующими. Далее мы предложим определения референций, явно указывающие на содержание относительно инициатора и акцептора.

    За исходную точку отсчета для названия ситуации референции принимается виртуальная позиция. Наилучшим поименованием для референций будут чисто структурные "от" и "до" по отношению к инициативной (виртуальной) позиции, которая в бинарно-референциальных выражениях указывается стрелками вправо или влево, а в тетрарно-референциальных выражениях указывается полустрелками относительно инициативной позиции.

    Для каждой референции есть две разные ситуации: 1) когда активная позиция устанавливает направление "от" ("до"); 2) когда пассивная позиция готова к установлению направления к ней активной позиций как "до" ("от"). Таким образом, есть активные "от" и "до" ("ак-от", "ак-до") и пассивные "от" и "до" ("па-от, "па-до"). Таким образом, у нас возникает бинарная референция - "от" и "до" и тетрарная референция - "ак-от", "ак-до", "па-от", "па-до".

    Давайте используем принятые в Теории Виртуальности различения активных и пассивных позиций как виртуальных (V) и актуальных (A). Бинарную референцию будем обозначать стрелками > и <.

    В линейной топологии с бинарной референцией существуют четыре топологических ситуации: V>A; A>V; AA ("ак-от"); A>V ("па-от"); A

    Существует дирекциональное равенство и референциальное равенство в таких выражениях. Покажем это для выше приведенных четырех ситуаций. Дирекциональное равенство: V>A = A>V; AРеференциальное равенство: V>A = AV ("ак-от"="па-до", "ак-до"="па-от"). Здесь уравниваются относительные для каждой позиции ситуации, то есть если по горизонтали любое из выражений уравнения повернуть на 180?, то мы получим идентичное ему. Поворот целого выражения в топологии является допустимым.

    Топология позиционно-референциальных связанных графов может быть линейной и сетевой. Линейная и сетевая топологии будут исследованы отдельно, а также в виде их объединения. В этом смысле мы будем иметь несколько разделов теории пореграфов - линейная бинарно-референциальная топология, линейная тетрарно-референциальная топология, сетевая бинарно-референциальная топология, сетевая тетрарно-референциальная топология.

     

    Линейная топология бинарной референции

     

    Линейная теория пореграфов была исследована автором в книге "Теория виртуальности" в отношении онтологизации процессов.

    Содержательно процессы бывают: многопотоковыми и однопотоковыми, предельными и непредельными, объектными и позиционными. В сопряжении между ними существует отношение обусловленного поглощения: многопотоковые поглощаются однопотоковыми в ограниченном пространстве рассматриваемого единого потока, а однопотоковые поглощаются многопотоковыми в неограниченном единым потоком пространстве; предельные поглощаются непредельными во времени, выходящем за предел рассмотрения предельного процесса, а непредельные поглощаются предельными во время действия предельного процесса; позиционные поглощаются объектными в объектном подходе, а объектные поглощаются позиционными в процессном и структурно-континуумном подходе.

    Чтобы различить разные ситуации бинарно-референциального взаимодействия актуальных и виртуальных позиций, мы введем представление о локусе. В Теории Виртуальности "АВ"-цепочки имели открытую метрику, то есть могли быть как линейными, так и сетевыми. В теории пореграфов мы рассматриваем конечные "АВ"-цепочки как локусы. Иначе говоря, любой "АВ"-локус может выступить элементом как линейной, так и сетевой топологии.

    Давайте посмотрим на позиционно-референциальное различение линейных локусов. Оно соответствует произведенному различению процессов в "Теории виртуальности"[66]: "A>Vсосредоточенный актуальный, AA - рассредоточенный актуальный, A>V>A - сквозной актуально-негэнтропийный (имманентное усложнение), Aсквозной актуально-энтропийный (имманентное упрощение, разрушение). VV - рассредоточенный виртуальный, V>Aсосредоточенный виртуальный, V>A>V - сквозной виртуально-негэнтропийный (концептуальное усложнение), Vсквозной виртуально-энтропийный (концептуальное упрощение, разрушение).

    Подобные референтные ситуации имеют всегда некоторую содержательную интерпретацию. В данном случае референтные трехпозиционные "АВ"-модели являются обозначением процессов. Двухпозиционные "АВ"-модели суть сокращенное выражение этих линейных локусов. Многопозиционные линейные "АВ"-модели суть комбинации этих локусов. Приведенные различия это базовые для линейной топологии бинарно-позиционные бинарно-референциальные локусы или кратко - ЛБПБР-локусы.

    Причем, такой подход, предпринятый в Теории Виртуальности, можно рассматривать как онтологическое развитие теории графов, где вершины (или точки) являются разными позициями (виртуальной или актуальной), их цепочки являются распределенными по позициям (V,V,A,A...) и последовательно изменяемыми (A,V,A,V...), а отношения между ними являются разными графами (интерпретативная и реализующая референции - ориентированные графы, сущностная референция - двунаправленный ориентированный граф, а отсутствующая - нулевой граф).

    Мы можем построить также алгебру линейных по топологии бинарно-позиционных бинарно-референциальных локусов - ЛБПБР-локусов.

     

    Алгебра линейной топологии бинарной референции

     

    В алгебре линейной топологии бинарной референции мы в качестве алгебраических единиц будем использовать ЛБПБР-локусы.

    При сопряжении ЛБПБР-локусов происходит либо поглощение одним другого, либо их слияние. Поглощение происходит, когда один из локусов активнее другого. Слияние происходит, когда локусы приблизительно равны по активности. Правила сопряжения или соответственно разные для поглощения и слияния.

    Алгебра поглощения позиций: A+A=A, V+A=V, A+V=A, V+V=V; референциалов: > + < = >, > + > = >, < + < = <, < + > = <.

    Алгебра слияния позиций: A+A=A, V+A=V+A=0, V+V=V; референциалов: > + < = n, > + > = >, < + < = <, < + > = n, где n означает нереференциальность позиций.

    Поскольку алгебра поглощения некоммутативна, то в нижеследующих таблицах, где производится поглощение (позиций, референциалов или позиций и референциалов) мы предполагаем, что первыми слагаемыми будут те, которые находятся в левом столбце, и соответственно они будут представлять более активные локусы.

     

    Давайте построим матрицу позиционно-референциального поглощения локусов:

    Типы

    A→V←A

    A←V→A

    A→V→A

    A←V←A

    V→A←V

    V←A→V

    V→A→V

    V←A←V

    A→V←A

    A→V←A

    A→VA

    A→VA

    A→V←A

    A→V←A

    A→VA

    A→VA

    A→V←A

    A←V→A

    AV→A

    A←V→A

    AV→A

    A←V→A

    AV→A

    A←V→A

    AV→A

    A←V→A

    A→V→A

    A→V→A

    A→V→A

    A→V→A

    A→V→A

    A→V→A

    A→V→A

    A→V→A

    A→V→A

    A←V←A

    AV←A

    A←VA

    AVA

    A←V←A

    AV←A

    A←VA

    AVA

    A←V←A

    V→A←V

    V→A←V

    V→AV

    V→AV

    V→A←V

    V→A←V

    V→AV

    V→AV

    V→A←V

    V←A→V

    VA→V

    V←A→V

    VA→V

    V←A→V

    VA→V

    V←A→V

    VA→V

    V←A→V

    V→A→V

    V→A→V

    V→A→V

    V→A→V

    V→A→V

    V→A→V

    V→A→V

    V→A→V

    V→A→V

    V←A←V

    VA←V

    V←AV

    VAV

    V←A←V

    VA←V

    V←AV

    VAV

    V←A←V

    Теперь построим матрицу позиционно-референциального слияния локусов.

    Типы

    A→V←A

    A←V→A

    A→V→A

    A←V←A

    V→A←V

    V←A→V

    V→A→V

    V←A←V

    A→V←A

    A→V←A

    AnVnA

    A→VnA

    AnV←A

    0→0←0

    0n0n0

    0→0n0

    0n0←0

    A←V→A

    AnVnA

    A←V→A

    AnV→A

    A←VnA

    0n0n0

    0←0→0

    0n0→0

    0←0n0

    A→V→A

    A→VnA

    AnV→A

    A→V→A

    AnVnA

    0→0n0

    0n0→0

    0→0→0

    0n0n0

    A←V←A

    AnV←A

    A←VnA

    AnVnA

    A←V←A

    0n0←0

    0←0n0

    0n0n0

    0←0←0

    V→A←V

    000

    0n0n0

    0→0n0

    0n0←0

    V→A←V

    VnAnV

    V→AnV

    VnA←V

    V←A→V

    0n0n0

    0←0→0

    0n0→0

    0←0n0

    VnAnV

    V←A→V

    VnA→V

    V←AnV

    V→A→V

    00n0

    0n0→0

    0→0→0

    0n0n0

    V→AnV

    VnA→V

    V→A→V

    VnAnV

    V←A←V

    0n0←0

    0←0n0

    0n0n0

    0←0←0

    VnA←V

    V←AnV

    VnAnV

    V←A←V

    Теперь построим матрицу слияния позиций и поглощения референциалов локусов.

    Типы

    A→V←A

    A←V→A

    A→V→A

    A←V←A

    V→A←V

    V←A→V

    V→A→V

    V←A←V

    A→V←A

    A→V←A

    AVA

    A→VA

    AV←A

    0→0←0

    0→00

    0→00

    0→0←0

    A←V→A

    AVA

    A←V→A

    AV→A

    A←VA

    00→0

    0←0→0

    00→0

    0←0→0

    A→V→A

    A→VA

    AV→A

    A→V→A

    AVA

    0→0→0

    0→0→0

    0→0→0

    0→0→0

    A←V←A

    AV←A

    A←VA

    AVA

    A←V←A

    00←0

    0←00

    000

    0←0←0

    V→A←V

    0→0←0

    0→00

    0→00

    0→0←0

    V→A←V

    VAV

    V→AV

    VA←V

    V←A→V

    00→0

    0←0→0

    00→0

    0←0→0

    VAV

    V←A→V

    VA→V

    V←AV

    V→A→V

    0→0→0

    0→0→0

    0→0→0

    0→0→0

    V→AV

    VA→V

    V→A→V

    VAV

    V←A←V

    00←0

    0←00

    000

    0←0←0

    VA←V

    V←AV

    VAV

    V←A←V

    Теперь построим матрицу поглощения позиций и слияния референциалов локусов.

    Типы

    A→V←A

    A←V→A

    A→V→A

    A←V←A

    V→A←V

    V←A→V

    V→A→V

    V←A←V

    A→V←A

    A→V←A

    AnVnA

    A→VnA

    AnV←A

    A→V←A

    AnVnA

    A→VnA

    AnV←A

    A←V→A

    AnVnA

    A←V→A

    AnV→A

    A←VnA

    AnVnA

    A←V→A

    AnV→A

    A←VnA

    A→V→A

    A→VnA

    AnV→A

    A→V→A

    AnVnA

    A→VnA

    AnV→A

    A→V→A

    AnVnA

    A←V←A

    AnV←A

    A←VnA

    AnVnA

    A←V←A

    AnV←A

    A←VnA

    AnVnA

    A←V←A

    V→A←V

    V→A←V

    VnAnV

    V→AnV

    VnA←V

    V→A←V

    VnAnV

    V→AnV

    VnA←V

    V←A→V

    VnAnV

    V←A→V

    VnA→V

    V←AnV

    VnAnV

    V←A→V

    VnA→V

    V←AnV

    V→A→V

    V→AnV

    VnA→V

    V→A→V

    VnAnV

    V→AnV

    VnA→V

    V→A→V

    VnAnV

    V←A←V

    VnA←V

    V←AnV

    VnAnV

    V←A←V

    VnA←V

    V←AnV

    VnAnV

    V←A←V

    Как видно из матрицы сопряжений ЛБПБР-локусов, некоторые сопряжения превращаются в исходные локусы, некоторые упрощаются на одну позицию до двухпозиционного выражения локуса, некоторые упрощаются до исключительно нереференциальных трехпозиционных псевдолокусов, а некоторые превращаются в позиционно-референциальный 0, с которым можно далее продолжать алгебраические исчисления.

    Такая алгебра ЛБПБР-локусов использована, например, в конструктивной теории медиареальности[67], где форматы коммуникации могут быть выражены не просто через комбинацию базовых референтных ситуаций, но и через выполнение алгебраических операций над этими комбинациями. Причем именно в отношении коммуникации можно показать, как и почему различные форматы коммуникации (стандартные и статусные) требуют различных алгебраических матриц слияния и поглощения процессов.

     

    Сетевая топология бинарной референции

     

    В работах автора "Внешнее управление" и "Теоремы инфраполитики"[68] были сделаны первые попытки выработать сетевые представления и вывести некоторые принципы работы и управления сетями. Используя развитые там инструменты, мы можем выделить два типа сетевых объектов - узел (узловой локус) и участок сети (магистральный локус)[69]. Управление магистральным локусом отличается от управления узловым локусом. Управление узловым локусом может быть сведено к одному уровню. Управление магистральным локусом - многоуровневое. Магистральный локус может быть разделен на простейшие сетевые структуры - базовые сетевые локусы, где референциальное взаимодействие узлов можно описать, различив разные стандартные ситуации.

    Вместе с базовыми линейными локусами эти стандартные ситуации сетевой бинарно-референциальной топологии пореграфов составляют локусную базу теории пореграфов. Через эти стандартные ситуации или базовые сетевые локусы мы можем описать более сложные локусы.

    В Теории Виртуальности на основании различения позиций актуальной (А) как пассивной и виртуальной (V) как активной было предложены следующие ситуации сетевых процессов: нераспределенные - объединенный (рис. 1), рассредоточенный (рис. 2), сосредоточенный (рис. 3), разъединенный (рис. 4); распределенные - расходящийся (рис. 5), светвляющийся (рис. 6), разветвляющийся (рис. 7), сходящийся (рис.8). Названия ситуаций даны по "действию" виртуальной позиции.

     []

    Давайте посмотрим теперь на сетевую топологию, которую традиционно используют. В статье "Сетевая топология" "Википедии.ру" говорится о том, что "сетевая топология может быть:

    - физической - описывает реальное расположение и связи между узлами сети.

    - логической - описывает хождение сигнала в рамках физической топологии.

    - информационной - описывает направление потоков информации, передаваемых по сети.

    - управления обменом - описывает принцип передачи права на захват сети."

    Основные типы сетевых топологий: шина, кольцо, звезда, ячеистая, решетка. Остальные сетевые топологии являются комбинациями этих основных типов. Линейная топология представлена цепью.

    Давайте посмотрим на изображение основных типов сетевых топологий.

    Здесь мы видим: линейная топология - цепь (1), сетевая топология - кольцо (2), ячеистая или "все со всеми" (3) , звезда (4), шина (5) и решетка (6).

     

     []

    В результате исследования приведенных основных типов можно установить, что не все из них предполагают использование теории пореграфов, так как не обеспечивают полноценного превращения в "АВ"-цепочки в "АВ"-нормированнную. В непарноузловой кольцевой и во всякой ячеистой топологиях возникает проблема соседства актуальных или виртуальных позиций, а в шинной топологии возникает проблема соседства и актуальных, и виртуальных позиций через сам способ построения топологии, основанный на неузловых разветвлениях сети.

     []

    Для решения этих проблем можно использовать правила преобразования всякой сетевой топологии в пореграфические базовые линейные и базовые сетевые локусы. Эти правила следующие:

    1) в кольцевой топологии соседние актуальные позиции объединяем;

    2) в ячеистой топологии соседние актуальные и виртуальные позиции разрываем;

    3) в шинной сетевой топологии неузловые разветвления обозначаем как актуальные позиции и объединяем их.

    Неузловое разветвление в шинной топологии мы можем обозначить как актуальную позицию в силу пассивности актуальной позиции, что фактически равно пассивности неузлового разветвления. Для соседствующих актуальных позиций кольцевой топологии объединение допустимо в рамках той или иной задачи, поскольку между ними нет никакой активности и их различием можно пренебречь. Разрыв соседних актуальных и виртуальных позиций в ячеистой топологии допустим в рамках той или иной задачи в силу избыточности количества соединений в данной топологии.

    Применение этих правил позволит устранить следующие проблемные места в топологиях.

     []

    Согласно правилу 1 из топологии кольца мы получим меньшее кольцо (2). Согласно правилу 2 из ячеистой топологии ми получим двойное кольцо (3). Шинную топологию мы вначале перенормируем, то есть подвергнем повторной "АВ"-нормировке, расставляя иначе актуальные и виртуальные позиции. Затем согласно правилу 3 из шинной топологии мы получим топологию звезды (5).

     []

    Когда мы получаем возможность представить сетевую топологию как "АВ"-нормированную, мы можем использовать ее в теории пореграфов, и мы в то же время получаем возможность использовать для всякой такой сетевой топологии весь теоретический аппарат Теории Виртуальности.

    Не составляет труда на основе алгебры ЛБПБР-локусов построить алгебру сетевой топологии бинарных позиций и бинарных референций (СБПБР). Такую алгебру можно применять, сопрягая различные сегменты сети - "узел-узел", "узел-локус" или "локус-локус". При этом нужно учитывать, какие сетевые позиции и какие референции разных локусов между собой взаимодействуют с точки зрения их ориентации.

    Бо?льшую сложность представляет алгебра линейной и сетевой топологии бинарных позиций и тетрарных референций (ЛБПТР и СБПТР), где исчисления будут зависеть от того или иного сетевого пути и встречающихся на этом пути барьеров.

     

    Тетрарная референция

     

    Теоретическое представление о тетрарных референциях было получено в авторской работе "Онтологизирование телепатии" из книги "Онтологизации", где было установлено, что именно бинарно различенные позиции, среди которых есть активная и пассивная позиции, порождают две принципиально разные ситуации для каждой бинарной референции - активные и пассивные референции. Таким образом, тетрарные референции состоят из позиционно зависимых четырех референций.

    В тетрарных референциях в упомянутой работе использовалось рефлексивное обозначение референций, где позиции распределялись согласно правилу - активная позиция находится слева, если иное не указано точкой справа. Мы можем построить линейную топологию бинарной позиционности и тетрарной референции (ЛБПТР).

    Теперь из-за учета использования тетрарных референций в линейной (больше одной пары позиций) и сетевой топологии, нам нужно будет несколько изменить обозначения. Во-первых, поскольку в линейной топологии происходит сочленение позиций в цепочки больше одной пары, а также переворачивание этих цепочек в процессе изображения сетевой топологии, стрелки, обозначающие активное и пассивное действие, мы будем различать при помощи дополнительного указателя (штрих от середины полустрелки в той стороне, где обозначается активное направление полустрелки). Таким образом, когда смотреть, чтобы указатель активности был вверху, мы получаем линейную цепочку, где слева всегда будет активная позиция (в позиционно-различенной топологии виртуальная позиция - В), а справа всегда пассивная (в позиционно-различенной топологии актуальная позиция - А).

    Во-вторых, если смотреть на полустрелку так, чтобы указатель был сверху, то направление слева направо в активной ориентации полустрелки будет означать трансляци