Гасанов Эльчин Гафар Оглы
Убийцы -2 (последний вариант)

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • © Copyright Гасанов Эльчин Гафар Оглы (elgafgas@yahoo.com)
  • Обновлено: 28/08/2009. 351k. Статистика.
  • Роман: Детектив
  • Оценка: 2.43*14  Ваша оценка:

      
      
      
      
      
      
      Эльчин Гасанов
      
      
      
      
      " У Б И Й Ц Ы "
      
      
      
      
      
      
      
      Б А К У - 2005
      
      
      
      
      
      
      
      
      Copyright - Эльчин Гасанов
      
      Данный текст не может быть использован в коммерческих целях, кроме как с согласия владельца авторских прав.
      1
      
       3 сентября 2001 года. ПРЕСС СЛУЖБА МВД РОССИИ СООБЩАЕТ: "Всем отделам МВД, ФСБ, военной контразведки, всей дорожной полиции... Разыскивается некий Балаш Карзубый (Алияров), который сегодня устроил побег из Матросской тишины, убив начальника караула и двух солдат срочной службы. По последним сведениям, он был замечен вблизи Санкт - Петербурга. Вероятно, направляется туда. Будьте внимательны и осторожны: ЭТОТ ЧЕЛОВЕК ЧРЕЗВЫЧАЙНО ОПАСЕН ДЛЯ ЛЮБОГО ОБЩЕСТВА!
       Он угнал машину Понтиак белого цвета, у которого переднее лобовое стекло разбито. На машине номерные знаки города Москвы, но они вероятно, будут сменены. Карзубый вооружен. Это убийца убийц!
       Балаш Карзубый был осужден на двадцать пять лет тюрьмы за убийство двух полицейских в городе Москва два года назад...
      
       ПРЕСС служба МВД России обращается к сотрудникам уголовного розыска, группам "Альфа", ко всей дорожной полиции...
       Найдите этого человека! Предупредите работников и владельцев автозаправок во всех районах, так как ему наверняка понадобится бензин.
      
      
      Ничто не могло испортить мне то настроение, в котором я пребывал, стоя у дома Энгельгардта, даже Лейла Бабаева.
      Это было в одну из ночей... Когда все идет хорошо, сам ты находишься в действии, в голове много различных комбинаций, и кажется, что все в твоих руках. Вот,взгляните на меня: зовут меня Балаш Карзубый. Моя настоящая фамилия Алияров, а Карзубый - воровская кличка.
      В России местные подонки и называют меня Карзубый. Так вот, в Москве меня прозвали "двойным", так как считают, что прежде, чем меня задержать, в меня надо всадить, по крайней мере, всю обойму Парабеллума, или разрядить" П П Ш - 41". Это оттого, что Россия продолжает вымирать, ее тянет влево.
      Я не какой нибудь трафуля, я бадяга высшей касты. Я рассказываю вам, что я из себя представляю, но если вы не верите мне, можете обратиться в любое место, где занимаются уголовными делами и отпечатками пальцев, и навести справки там.
      В общем, все идет хорошо, но дело Лейлы Бабаевой ни на шаг не продвигается. Эта девочка здорово перекрутила все нити, говорю вам это без прикрас! Мне кажется, что Гостиный двор - замечательное место! Понимаете, я раньше никогда не был в Питере, и я не могу мысленно не присудить себе медаль, когда вспоминаю, как ловко я сюда попал.
      В Москве мне рассказали, что русские менты такие нудяги, что проводят свое время, задерживая то одних, то других, просто, чтобы набить себе руку. Мне сказали, что у меня столько же шансов пройти через пункт проверки паспортов, сколько их имеет верблюд, который хочет проскочить через отверстие в иголке.
      Мне удалось. Все куплено в этом подзвездном мире. Я скромно проехался в Питер, где один старый чурбан, считающий для себя делом чести переправлять через границу типов вроде меня, устроил мне российский паспорт с подходящей фамилией и фотографией парня, которая смогла бы сойти за мою, только после хорошей выпивки или шикарной марехуаны.
      Я болтаюсь на Гостином дворе уже пять часов, роскошно пообедав " жульеном " из белых грибов , густым супом с мидиямина и запив все это амаретто со сливками.
      На мне кашемировое пальто и черная кепка. Если вас еще что-то интересует, скажу вам, что вешу я 93 килограмма, а лицо у меня такое, что девушки из русского балета падают в обморок. Кроме всего прочего, голова моя прилично варит, волокет и работает, и если я добавлю, что одна девочка в Москве бросилась с 8 этажа вниз , так как я с ней растался, то вы будете отлично осведомлены на мой счет.
      Я, кажется, говорил уже, что ночь была чудесной. Я прогуливаюсь вдоль улицы, спокойно размышляя, потому что привык хорошо все продумать, прежде чем идти на риск. История с Лейлой Бабаевой это не телепередача "Ребятам о зверятах", и есть парни, которые прихлопнули бы меня, как таракана, тут же, как только им стало бы известно, что затевается!
      Вы, может, слышали, как происходят похищения? Допустим, похищают какого - то типа, женщину или ребенка. Люди эти, конечно, должны быть богатыми. Их держат в какой-нибудь дыре до тех пор, пока их родные не уплатят выкуп. Этот бизнес, как вы сами понимаете, не приветствуют ребята из ФСБ и МВД, просто менты, как я буду их называть.
      Вот теперь я подвожу вас к сути дела. У меня есть предположение, что менты находились на том судне из Хельсинки... ну, к этому я еще вернусь. А пока представлю вам Лейлу Бабаеву, очень красивую девушку. Смотрите и балдейте, дамы и господа. И коль скоро знакомство состоялось, расскажу о ней подробно.
      Эта девочка - наследница тридцати миллионов долларов, неплохой куш, а? И, кроме того, это самая прелестная девушка, о которой может мечтать деловой мужчина, переутомившийся от работы, после того, как ему пришлось надолго задержаться на службе.
      Первый раз я говорил с Лейлой в ресторане "Балтика", вблизи финского залива. Это именно тогда, если помните, Вася Бриллиант хотел объясниться с бандой чеченца Тепсуркаева, хозяина этого заведения. Цветами там и не пахло, и это заведение надо было назвать - " Чудный вечер среди осколков ", или что-нибудь в этом роде, если судить по количеству ржавого железа, которое там валяется повсюду.
       Было около часа ночи. Я стоял, прислонившись к одной из скульптурных колонн ресторана, в ожидании, пока немного спадет оживление, и смотрел на Лейлу Бабаеву, которая танцевала с одним из уродов, который состоял в окружении Тепсуркаева. Гибкая, как пантера, с формой, которая могла бы расстроить любую бриллиантовую свадьбу, и в то же время легкая, как фея.
      Если хотите знать мое мнение, то я считаю полным идиотством, что такая девчонка, как она, проводит время в подобного рода местах исключительно в погоне за сенсацией. Прежде, чем следовать дальше, пожалуй, стоит объяснить вам, как обстоят дела в Питере. О том, что я сам делаю тут, не следует любопытствовать. Прибыл я сюда из Москвы и занимаюсь пока пустяками, играя в карты всякий раз, как у меня появляется ощущение, что я могу выиграть.
      Одно я в картах, да и в рулетке тоже, знаю точно: никогда не ставьте свои деньги на одно число, иначе вы в пролете. Делайте ставки на разные числа...Кажется я отклонился в сторону.
      Господин Путин, президент России и Игорь Рушайло из МВД заявили, что покончат с преступностью. Но в ожидании выполнения этих обещаний никто не - мог понять, полиция ли преследует киллеров или наоборот. Происходило еще больше преступлений, махинаций, мошенничества. НЭП Путина ни к чему не привел.
      Вася Бриллиант вбил себе в голову, что закон в Питере осуществляет он; это был крупный детина, торговец кокаином, пират, рэкетир и глава шайки в этой местности до приезда Алика Тепсуркаева. Алик смылся из Стамбула после диспута в одном игорном зале, в котором принимали участие четыре копа, трое "специальных" и один коммивояжер, который был весь черный от желания попасть в свою машину через капот. И все они всадили друг в друга столько пломб, что было просто забавно.
      Алик скрылся, считая, что для него будет полезна перемена климата, и появился в Питере в окружении такой банды подонков, какой никогда и никто раньше не видел собранной вместе. Я видел много неприятных людей, но банда Терсуркаева - это просто фильм - ужас.
      Алик начал ходить возле ресторана Васи, чтобы прибрать его к рукам. Вася Бриллиант пытался сопротивляться, но только до тех пор, пока одного из его людей не обнаружили около берега Невы прибитым, пригвозденным к дереву, даже распятым при помощи лошадиных гвоздей, с запиской во рту: "От Алика с наилучшими пожеланиями Васе".
      Наметилось объединение, и было объявлено что-то вроде перемирия. На некоторое время наступило спокойствие, но Алик все еще был недоволен, и могло произойти невесть что. И кажется, мысль завладеть этим кабаком овладела им как раз в тот вечер, о котором я вам рассказываю.
      С одной стороны мне было это удобно. Если эти подонки расправятся друг с другом, в моем деле кое - что может проясниться. Я терпеливый паренек. Мне могли бы вручить орден за ожидание многих вещей: денег, девочек, судебного следователя и прочего.
      Я определенно чувствовал, что Тепсуркаев марионетка и есть кто-то другой, кто дергал за веревочки, истинный хозяин. И этот парень, о котором идет речь - Лялька Мясник, вы можете себе представить...
      Так вот, я стоял, прислонившись к колонне, и смотрел, как Лейла перешучивалась с Омаром Алуевым, начальником охраны Тепсуркаева. Он не дурен собой, светлый, плечист, похож на карсского турка, а что касается танцев, то он умеет танцевать. Лейла тоже. Вдвоем они составляют приличную пару. И это щекочет мне нервы.
      Была жаркая ночь. Одна из тех ночей, когда при каждом вздохе думаешь, хватит ли воздуха для следующего. Мой фальшивый воротничок начинал разваливаться. Я мечтал о прохладе, о воде. В зале так было душно! Танцплощадки, где частые бацалки, всегда душные.
      Вообще Питер - сплошная влажность. Но я его люблю, ибо его построил, сотворил товарищ Петр 1-й.
      Дом был доверху наполнен завсегдатаями ночных кабаков: мошенниками, наводчиками, проститутками и тому подобной публикой, которую всегда встречаешь в заведениях подобного типа. И мне казалось, что, по меньшей мере, половина посетителей имеет при себе оружие и отлично умеет им пользоваться.
      Я подошел к бару, расположенному в глубине зала, и заказал себе 150 гр. текилы.
       - У вас здесь очень мило - сказал я бармену, решив выудить у него что-нибудь. Но он, как оказалось, не был расположен к разговору, и я понял, что как источник сведений он будет мне так же полезен, как зима узбеку. Я покинул это место, вышел на веранду и обошел вокруг дома.
      Находящийся позади дома гараж, это ангар, вытянутый в длину параллельно дороге, которая проходит как раз перед таверной. На углу я заметил парня в смокинге и черном цилиндре, который, опершись о столб, наблюдал за дорогой. Во рту у него торчала сигарета.
      Такое выражение лица бывает у людей, которые стоят на страже в ожидании неприятностей. Он увидел меня и быстро сунул руку в карман пиджака. Когда так долго, как я, живешь в России, такой фокус не проходит незамеченным.
      Я бросил свой окурок и направился к нему.
       - Как дела, старина? - спросил я. - Нет ли огня?
      Я достал из кармана две сигареты и одну дал ему. По глазам его я понял, что этот парень - наркоман.
      Он улыбнулся во весь рот, потом достал зажигалку, дал мне прикурить и сразу после этого отвернулся и продолжал наблюдение за дорогой.
       - Тебе не нравится там, внутри? - спросил он.
      Я потер затылок.
       - Там отвратительно. Адская жара. Даже здесь задыхаешься. Странно, что так много людей мучаются там, вместо того, чтобы делать что-то более интересное...
      Он посмотрел на меня.
       - Это тебе не нравится, паренек? - спросил он. - Тогда что же тебе мешает убраться отсюда?
       - Я ничего другого и не желаю, ну а куда пойти? Тебе тоже, похоже, здесь не нравится - заметил я. - Что, если нам отправиться что-нибудь принять?
      Он снова сунул руку в карман.
       - Послушай, мальчик, если я захочу пить, то я достаточно взрослый, чтобы нажраться самому. У меня дела.
      Я стряхнул пепел со своей сигареты.
       - Прошу прощения, старик, я этого не мог знать. Ты кого-нибудь ждешь?
      Парень бросил на меня змеиный взгляд.
       - Послушай, детка, ты разве не понял, что я сказал тебе, чтобы ты убирался отсюда?! Ты слишком любопытен для своего возраста, и это может причинить тебе неприятности.
      Я бросил свой окурок.
       - Ладно, ладно. Что бы я ни говорил, это просто так. Не стоит так сердиться. Доброй ночи. Я осмотрелся, сделал движение, будто собираюсь уходить, но внезапно звезданул его, выдал ему оплеуху между глаз. Он опустился, как веревка. Я поймал беднягу за воротник и поволок внутрь гаража, в темный угол, где прислонил к какой - то машине. Потом обшмонал его.
      Он носил револьвер "Инграм Мас 10", в кобуре под левым плечом, за пазухой болтался "Десерт Игл 50", и морской кортик с лезвием в 20 см, в кармане брюк плотно висела граната " РГН ". Военный арсенал Питера может равняться по нему, уверяю вас.
      Я прислонил его к стене и стал щипать за ноздри - отличная штука, чтобы привести человека в сознание. Через несколько секунд он замотал головой, потом открыл глаза:
       - Хорошо же, маленькая сволочь - пробормотал он - тебе не слишком долго придется ждать. Ты заплатишь за это, сучара. Когда мы с тобой объяснимся, твоя родная мать не захочет обменять тебя на пару презервативов. Подожди, Алик Тепсуркаев наложит на тебя руку. Ваша не пляшет!
       - Закрой варежку, вахлак! - предложил я ему и влепил по зубам. - Слушай меня. Я не знаю, кто ты: столичный мазурик или жулик. Я не хочу мучить и доставлять тебе неприятности, мне только хочется знать, кого ты ждешь, и предупреждаю, не старайся выкинуть какую-нибудь шутку. Твоя артиллерия у меня в кармане. Ну, а теперь, мой красавчик, договорились, или, может, придется промассажировать тебя ударами Майка Тайсона?
       - Минутку - промычал он. - Я хочу только немного подышать воздухом. Ведь можно дышать? Ты пойми, я не хочу кого - то бабать, багрить.
       - Слышь, бажбан! Я видел, как ты появился, ведь ты из банды Тепсуркаева, не так ли? - ответил я. - Ты считаешь меня настолько глупым, будто я не понимаю, что половина людей в этом бараке - его люди, а? Там есть служащие, которые никогда не обслуживали и вообще никогда не служили, и только ждут, когда что-то произойдет.
      У метрдотеля раздутая фигура из - за кобуры, которую он носит под левой рукой, а если у бармена не болтается в каждом кармане по "Беретте", то значит я - индийская принцесса в приступе малярии. Фактически, в нос сегодня бьет странный запах - запах потасовки. Итак, все, что тебе остается делать, это рассказать мне, что ты знаешь, и поторопись, дружок, ибо, в противном случае ты попробуешь английского ключа.
       - Бл...! - выдавил он. - Что сказать?... Только убери свои вилки. Да, сегодня может произойти атанда.
       - Отлично, - ответил я. - Мне надо было только убедиться в этом.
      Он сделал гримасу, которая должна была означать улыбку, и спросил: не верну ли я ему его артиллерию. Я попросил его не говорить глупостей, стукнул еще пару раз и потом связал электрическим шнуром, который нашел в углу.
      После этого сунул ему в рот платок, а самого поместил в какую - то тачку, у которой не хватало одного колеса. Я подумал, что вряд ли кто-нибудь захочет воспользоваться ею в ближайшие дни.
      Надо было поразмыслить, что делать дальше. Я сделал несколько шагов по дороге, закурил, вернулся в гараж и стал осматривать автомобили. Я узнал машину Лейлы Бабаевой. Включил мотор и вывел ее на дорогу, остановив недалеко от таверны, позади трех деревьев, где ее было не очень видно. Мотор на всякий случай выключать не стал.
      Дальше я двинулся по дороге пешком. Через сотню метров дорога стала подниматься вверх и, взобравшись на пригорок, я обозрел длинную ленту шоссе, уходящую вдаль.
      Через некоторое время я заметил свет фар. И подумал, что это могут быть автомашины Васи Бриллианта, видимо, их оставят здесь, где-нибудь недалеко от меня.
      Я не ошибся, и вскоре они остановились именно там, где я и предполагал. Рожа, которую я рассмотрел в первой машине, принадлежала никому иному, как самому Васе.
      Я подумал, что настало время вернуться в таверну, задами обошел строение и вошел в зал через веранду. Подойдя к бару, угостил себя второй порцией текилы, затем сел в уголке.
      Через несколько секунд я подал знак маленькой продавщице сигарет, она подошла ко мне.
       - Скажи мне, куколка, - обратился я к ней - у тебя есть желание заработать пять долларов?
      Она посмотрела на меня и улыбнулась.
       - Что я должна сделать?
      Я сунул ей деньги.
       - Видишь вон там девчонку? Ту, которая танцует с тощим верзилой. Подойди к ней и скажи, что ее срочно вызывают к телефону. Иди сейчас же. Скажи, что соединение ее ждет в дальней кабине.
      Она кивнула и направилась к танцующим Лейле и Омару. Лейла выслушала ее, остановилась, что-то сказала Омару и направилась в коридор, где находились телефонные кабины.
      Ну что же, полагаю, я неплохо рассчитал, потому что в тот момент, когда Лейла покидала площадку, оркестр перестал вдруг играть. Перестал он играть по неожиданной причине, потому что саксофонист получил пулю прямо в кишки и с воплем повалился на эстраду.
      Стекла в зале около веранды разлетелись вдребезги, и какой - то тип вовсю заиграл на своем автомате Томпсона по парням Тепсуркаева, которые заливали в себя виски. Его мальчики также не остались в долгу, достали свой арсенал и принялись стрелять по окнам. Через пять минут ресторан стал похож на мясную лавку в пятницу вечером.
      Один толстый папаша, который должен был бы быть дома с женой и детьми, лежал на полу с простреленной ногой. Он пытался встать - и получил пулю в лоб, после чего решил больше не подниматься.
      Продавщица сигарет, у которой в руке был все еще зажат мой банкнот в пять долларов, получила пулю в тот момент, когда почти достигла выхода из зала. Она с удивленным видом стала опускаться на пол, приложив руку с банкнотой к животу, на котором расплывалось красное пятно. Бедная крошка!
      Я оставался неподвижным, прижимаясь к стене. С правой стороны меня закрывала деревянная колонна, и я думал, что у меня столько же шансов спастись, что и у других. Да уж, когда тебя некому забрать из морга - это уже одиночество.
      Краем глаза я увидел Лейлу, которая поняла уже, что телефонный вызов был блефом, и стояла в коридоре, вытягивая шею, чтобы рассмотреть, что происходит в зале.
      Я вам клянусь, что она была изумительна, эта девушка; со своими розовыми щечками и глазами, блестевшими от возбуждения. Мордочка такая нарисованная, как спелое яблочко. Небольшая турецкая челка все время падала ей на глаза, и она откидывала ее назад. Можно было подумать, что она присутствует на конкурсе по стрельбе или на бейсбольном матче.
      Наконец понемногу шум стал затихать. Люди из банды Тепсуркаева, находившиеся на улице, взяли парней Васи в оборот, и потасовка стала перемещаться в сторону дороги, туда, где Вася оставил свою машину. Вася Бриллиант, по моему впечатлению, потерпел поражение, тем более что Алик Тепсуркаев приготовился к встрече.
      Пора было действовать и мне. Я быстро выскользнул в коридор и, подойдя к Лейла, спросил ее:
       - Скажите мне, Лейла, чего вы ждете? Это место не для вас, цыпочка. Когда эти молодые люди объяснятся между собой, они не постесняются объясниться и с вами.
       - Что вы хотите, чтобы я сделала? - ответила она. - Моя машина в гараже, и нет никакой возможности добраться туда. Они все там и, стреляют друг в друга.
       - Ничего не бойтесь, Лейла. Ваша машина стоит на маленькой улочке около сарая, по другую сторону от таверны, в двух шагах от дороги. Это я поставил ее туда. А теперь послушайте мой совет: исчезайте отсюда побыстрее.
       - Понятно, - весело проговорила она. - Я вас не знаю, но вы мне очень симпатичны. Это очень мило с вашей стороны.
       - Не беспокойтесь, у вас еще будет возможность встретиться со мной. Ауфидерзейн, крошка!
      Она повернулась и пошла по коридору. Я последовал за ней и три - четыре минуты спустя увидел, как красные огни ее машины исчезли вдали.
      Это был настоящий выигрыш. Она не была больше в игре. Но поймите меня правильно и не воображайте, что я рыцарь, который проводит свое время, приходя на помощь бедным девушкам. Совсем не так! Скажем, меня просто не устраивало, чтобы курочка Лейла попала в грязную историю. У меня имеются виды на нее.
      Итак, я смотрел вслед исчезающей машине, когда почувствовал вдруг, что кто-то находится позади меня.
      Я повернул голову и увидел Ляльку Мясника, который также смотрел в ту же сторону.
      На случай, если вы с ним не знакомы, скажу, что Лялька высокого роста, почти такой же сильный, как и я. Тонкий в талии, с лицом, немного напоминающим лезвие ножа, с кривым носом. У него маленькие, сверлящие, как буравчики, глаза, и вся гнусность, которую только можно вообразить, смотрит на вас оттуда.
      Он мило мне улыбнулся. Потом еще раз взглянул вслед машине Лейлы и снова повернулся ко мне, после чего спокойно проговорил:
       - Хороший улов, а, парень?
      Я принял удивленный вид.
       - Я не понимаю, что вы хотите этим сказать, товарищ, - ответил я, но мне кажется, что не слишком его этим убедил.
      То, что Лялька находился здесь в такой момент, говорило мне, что я был прав, считая его боссом Тепсуркаева. Теперь я могу в любой момент получить кусочек теплого свинца. Но пока все спокойно.
      Лялька вытащил из кармана золотой портсигар и протянул его мне. Мы взяли по сигарете. Он протянул мне зажигалку. При свете огня я увидел его усмешку. Он убрал зажигалку в карман.
       - Ладно, до одного из ближайших дней - сказал он мне и, кивнув, отправился по коридору в танцевальный зал, где сейчас все было спокойно.
      Я решил осмотреться и направился в раздевалку за своей кепкой, после чего по поперечной улице, стараясь держаться в тени, добрался до того места, где оставил свою машину. Сел за руль и утопил педаль газа, так как уже имел честь доложить вам, что не люблю зря рисковать. Но все же я был ошарашен.
      Проглатывая километры, я не переставал думать о словах Ляльки: "Хороший улов, парень, а?" Интересно, что он хотел этим сказать? Я спрашивал себя, случайно ли Лялька вписался в мою компанию, в мою комбинацию...
      Удивительно, как быстро летят мысли... Все это пришло мне в голову, когда я шел по Казанской улице в Питере. В этот момент я подошел к Троицкому собору. Мероприятие окончилось, и люди начали выходить оттуда.
      Я остановился, как вкопанный. Так как заметил роскошную девушку, которая на противоположной стороне улицы собиралась садиться в машину. Мне показалось, что она бросила на меня многозначительный взгляд.
      Что бы там ни было, но пока я прохлаждался, размышляя, в действительности ли она на меня так посмотрела или мне показалось это, автомобиль тронулся с места.
      Она пересекла улицу, сделала разворот и подъехала к тротуару в нескольких метрах от меня чуть впереди. Через заднее стекло ее машины я видел, что она с веселой улыбкой смотрит на меня. Теперь нет уже никаких сомнений. Машина остановилась.
      Я придерживаюсь мнения, что никогда не следует упускать хорошей возможности, а что бы вы стали на моем месте делать, а? Я приблизился к дверце машины и снял шляпу.
      Она смотрела на меня сквозь стекло кабины, и я клянусь вам, эта девочка была хороша, как мечта. У нее есть и то, и это, и даже - имеются излишки, и платье она умеет носить. Я немало за свою жизнь повидал красивых женщин, но эта - одна из лучших, уж можете мне поверить.
       - Что ж, Балаш Карзубый? - спросила она, - это так - то встречают друзей?
      Я ответил ей со смехом:
       - Тысячу извинений, милая дамочка, я нахожу вас восхитительной, но, к сожалению, должен сказать, что не знаю вас совершенно, а чтобы забыть такую, как вы, вероятно, надо сойти с ума.
      Она улыбнулась, показав два ряда перламутровых зубов.
       - Ну, ну, Балаш, ты что же, не помнишь вечер в Москве, когда ты до того напился, что тебя пришлось отвезти домой? Ты забыл тот знаменитый ужин, который Ваня Белый дал в "Праге"? Ты так и не вспомнил потом, кто отвез тебя домой?
      Я невольно свистнул.
       - Вот это да! Итак, это ты!? Да, можно сказать, что жизнь, тем не менее, странная штука.
      Я вспомнил ее. Я оказался на этом вечере и выпил немало подкрашенного алкоголя, сами понимаете. Это она отвезла тогда меня домой, во всяком случае, она претендует на это, и, вероятно, так оно и было, иначе откуда бы она про это знала?
       - И что же мы теперь предпримем? - спросил я.
       - Садись в машину, Балаш, мне надо поговорить с тобой.
      Я вам повторяю, никогда не следует упускать хороших возможностей. И я сел в машину. Она отъехала и повернула вокруг Исаакиевского Собора. Совершенно очевидно, что эта мышка меня знает, так как она рассказала мне о целой куче вещей и о местах, где я болтался.
      Она также говорила и о своей подружке Соне Шварц, которую я знаю. Похоже на то, что та проводила ее в Питер. Потом она предложила мне зайти выпить шампанское, чтобы отпраздновать встречу.
      Во время разговора я заметил, что мы находимся уже на Лиговке. Вскоре машина покинула улицу и свернула к кондитерской Беранже, потом поехала в сторону церкви "Спаса - на - Крови", и наконец остановилась перед роскошным зданием.
      Мы вышли из машины и сели в лифт. Подойдя к двери апартаментов, она повернулась и посмотрела на меня.
       - Ты знаешь, Балаш, это просто восхитительно, что я вдруг натолкнулась на тебя. Замечательно встретить старого друга в этих краях!
      Мне невольно в голову полезли разные мысли. Я говорил себе, что не слишком умно поступаю, валандаясь здесь с этой курочкой, когда приехал для того, чтобы заниматься делом Лейлы.
      И вместе с тем, какой - то голос нашептывал мне, что мужчина имеет право жить, как ему хочется, что эта девочка действительно лакомый кусочек, и мне действительно очень хочется знать, что она на самом деле думает обо мне. Пока я рассуждал, она открыла дверь и проводила меня в холл. Где включила свет.
       - Раздевайся, Балаш - сказала она, - и входи.
      Она прошла в другую дверь. До меня донесся приятный звук - звяканье льда в стекле бокала. Я положил свою кепку, повесил пальто и последовал за ней, но, подойдя к двери, остановился, как вкопанный. Напротив двери на кушетке расположился Лялька. Пистолет в его руке был направлен прямо на меня.
      - Итак, пижон, - бросил он, - входи!
      
      2
      
      Если говорить о неожиданности, то я был ошеломлен. На секунд десять я замер, совершенно не зная, с какой ноги танцевать. Меня можно было бы сдуть на землю, потому что я находился в России, в Питере, а передо мной находился полный комплект, вся организация Ляльки Мясника. Сам он развалился на диване, и был одет очень элегантно, напоминая манекен, выставленный в витрине у Келвина Кляйна.
      Расположившись в разных углах комнаты, все остальные смотрели на меня с внушающей беспокойство веселостью. Тут был и Омар Алуев, Саня Кольцов - киевский мошенник, который убежал еще солдатом из ростовского дисбата с помощью поддельного военного билета, узкоглазый татарин Рашид, рязанский Петро и его брат Колян, самая прекрасная шайка "мгновенных убийц".
      Позади Ляльки я увидел Леху Шевченко, Максима Иванова, золотого Арнольда из Норвегии и еще несколько незнакомых мне лиц. Прямо клуб из фильма " Крестный отец ", где собираются гангстеры.
      Это были типичные басилы в пределах, для которых солнце - блатной шарик. Я посмотрел на женщину. Она села на диван и ждала, пока Омар приготовит ей горячий банановый напиток с шоколадом. Мне она улыбалась немного насмешливо.
       - Смейся же, куколка, - сказал я ей, - ты проделала хорошую работу, ничего не могу сказать. Я не доставил тебе хлопот, а? Подумать только, захватить меня, как первого попавшегося? Ладно, ты настоящая чемпионка, а я - король лохов. Ты меня офаловала тушилой в плеху. Но остерегайся. В один из ближайших дней я заставлю тебя проглотить твою змеиную улыбку.
      Собравшаяся в комнате публика, услышав, что я позволяю себе угрожать этой девице, страшно раскипятилась, а мне эта передышка нужна была для того, чтобы поработать мозгами, ибо дело приняло оборот, который мне совсем не нравился.
      Лялька кивнул Омару, и тот подошел, чтобы обшмонать мои карманы. Несмотря на то, что я находился под дулом револьвера, я все же не слишком люблю позволять типам, вроде Омара, рыться в моих карманах. Я дал ему познакомиться с очень неприятным приемом джиу-джитсу: небольшой силы, но резкий удар по адамову яблоку уложил его, как кеглю. Потом, не давая Ляльке раскрыть рта, я быстро произнес:
       - Послушай-ка, Лялька, я не знаю, о чем тут идет речь и мне начхать на это, но если ты думаешь, что я позволю твоей банде меня пачкать, то ты ошибаешься. Давай без бубновых заходов, ясно!? Хочешь сыграть в белую березу, сыграем, нет проблем! Но не надо буцкаться, иначе я учиню здесь такой тарарам, что придется вызывать пожарных. Если ты раскроешь карты, то я готов тебя слушать, а то ты как мартышка: хитришь, а жопа голая. Предупреждаю, что меня не разжалобят твои сладкие речи. Понял?
       - Я понял, Балаш, - ответил Лялька и повернулся к Омару, который встал на ноги с совершенно ошеломленным видом потирая свой затылок.
      Потом он добавил:
       - Но, тем не менее, бухтеть не надо, не кажется ли тебе, что ты начал слишком круто?
       - Нет, вы только подумайте - хмыкнул я. - Мы же не на Кавказе, и не в Матросской тишине, и даже не в Крестах. Мы в Питере, мы на воле, и если ты воображаешь, что можешь устроить здесь, в этом городе, корриду, значит, ты гораздо глупее, чем я думал. Хочешь брушить, давай брушить.
      Лялька снова повернулся к Омару.
       - У него есть при себе огонь?
      Омар отрицательно покачал головой.
       - Это хорошо, - сказал Лялька, улыбнувшись кончиками губ, - Теперь я тебе кое - что скажу, Карзубый. Ты будешь работать на меня, понимаешь? Нужно будет действовать честно, я знаю, ты батушный, ты не бриц, по брызгам видно. Но ты должен зарубить себе на носу - если я говорю, что Омар должен обыскать тебя, ты будешь обыскан! И чтобы ты всегда об этом помнил, мои друзья устроят тебе здесь небольшое упражнение и не позднее, чем сейчас, а когда ты очнешься, мы поговорим.
      Лялька сделал знак Лехе и Коляну, они приблизились ко мне, но я резко выкинул вперед руку, схватил Омара Алуева за шею и сделал ему японский ключ.
      Я держал его перед собой, как щит, на тот случай, если Ляльке захочется стрелять, тогда Омар получит первую пулю. И он это, кажется, понял, потому что сразу стал усиленно вырываться.
       - Послушай, Лялька, - сказал я, - хорош барнаулить! Отзови своих чертей, пока я не сделал с этой повидлой бог знает что. И если у кого-нибудь появится желание меня измордовать, даю слово, что сломаю ему шею, и это так же верно, как то, что ты просто помешанный.
      Все эти ребята имеют третью ходку, но ходят еще в пацанах. Золотыми пацанами они станут возможно на следующем сходняке, если доживут.
      Лялька позеленел, но отдал себе отчет в том, что так действовать пока не стоит. Он опустил руки, и его молодые люди сели на свои места. Я решил сделать то, что менты называют "жестом": толкнул изо всех сил Омара к стене, где он съежился и съехал на пол.
      Вот теперь - то ситуация стала действительно напряженной. Могло произойти все, что угодно, на выбор. Арнольд сунул уже руку в карман за пушкой, а Петро и Колян встали, готовые наброситься на меня, но тут заговорила эта девица. Учтите, - в ней есть что-то притягательное. И стоит она, конечно, немало. У нее есть класс, порода. Она высокого роста, грациозная, с бархатным голосом с легкой хрипотцой. Я знаю немало парней, которые отдали бы ради нее все, что имеют.
       - Дети мои, - сказала она, - вы где находитесь, как вы полагаете? В кабаке на Западе, на вечере потасовки? Что вы все заварганили южным веником? Что вы бьете понт!? Я чувствую, что кое - кому из присутствующих здесь необходимо провести хороший срок в доме отдыха, а то нашей живодерке не все рады! Я доставляю себе беспокойство, бросаю всю свою рассыпуху, мандру, отправляюсь за Карзубым, привожу его сюда, чтобы вы могли с ним договориться, а вы не находите ничего лучшего, чем все испортить, как будто вы все решили окончить сезон сегодня в морге.
       - Послушай, Мясник, - обратилась она к Ляльке. - Убери свою артиллерию и будь благоразумным, а то шуранешь на биржу. Ты должен знать, что Балаш Карзубый не такой тип, который позволит успокоить себя тем, что под нос ему суют тротил. Перед ним санитары дыбали на цырлах. Это Балаш Карзубый, он выше многих коновалых. Омар получил то, что заслужил... Теперь довольно глупостей, возьмем по стакану и будем разговаривать, как нормальные люди.
      Это меня устраивало, но я не подал вида и направился к той стене, держась за которую, Омар пытался встать. Я подхватил его за воротник пиджака, встряхнул и поставил на ноги.
       - Поверь, Омар, я даже немного сожалею, что вынужден был сделать тебе нокаут, брат. Мы же все - таки мусульмане (улыбаясь).
      Он заставил себя улыбнуться, и вид у него был такой же нежный, как у своры волков, доведенных до бешенства.
       - Это ничего, ничего - проговорил он наконец, - я не сержусь, и не будем больше говорить об этом.
      Лялька спрятал свой пистолет.
       - В сущности я думаю, что Зоя права, - сказал он. - Драка здесь не приведет ни к чему хорошему. Пусть кто-нибудь нальет Карзубому мартини, и мы поговорим. Хватает бодягу разводить!
      Я уселся в глубокое кресло, а Зоя приготовила мне мартини и при этом очень приветливо на меня смотрела. И я подумал, что было бы чрезвычайно приятно позабавиться с девчонкой Ляльки, когда у меня к этому появится возможность.
       Она смотрела на меня так, будто собиралась уже в меня влюбиться. Я улыбнулся Ляльке и сделал хороший глоток. Он держал свой стакан на свету и рассматривал его, а глаза у него действительно были змеиные.
       - Так вот, Балаш, - начал он неторопливо, - мне кажется, что ты можешь быть нам полезен. Потому что лучше тебе идти вместе с нами, иначе с тобой будет покончено. Ты знаешь, что всех, кто становится у меня на пути, я уничтожаю. Мне известно, почему ты оказался в этом городе. И я, полагаю, что ты заинтересован в том же деле, что и мы, а? Ты появился здесь ради Лейлы Бабаевой, а? Верно я угадал или нет?
       - Возможно, да, возможно, нет.
       - Отлично. Теперь я скажу тебе, что давно планировал похищение Лейлы. Но я не настолько полоумный, чтобы проделать это в Питере, или в США, где она была до этого. Россия окажется не подходящей для того, кто похитит дочь старика Бабаева, так что пока я довольствовался тем, что устроил за ней слежку. Мы знали, что рано или поздно она из США приедет в Питер, и все приготовили, чтобы последовать за ней. Все парни из моего окружения обзавелись самыми настоящими паспортами и все они находятся в деловых поездках. Все мы считаемся крупными коммерсантами, вот так!
      Нужно согласиться, что идея неплохая. Лейла будет похищена здесь, в Питере, а старику мы об этом сообщим по сотовому телефону, и он не сможет даже узнать, где находится его дочь. Может быть, мы ему скажем, что держим ее спрятанной во Франции или Германии, или Италии... Другими словами, он так обезумеет от того, что не будет даже знать, где она, что многое отдаст только за одну надежду увидеть ее снова.
       - Мы заставим его внести сумму в Дойч банк в Штутгарте. Он должен будет сделать взнос в пять миллионов долларов, а когда мы получим деньги, то, может быть, выпустим малютку, а, может быть, и не выпустим.
      Я покачал головой.
      - Это будет неосторожно: выпустить ее после того, как будут получены деньги, а она все расскажет, разве нет? Мне кажется, что тебе, Лялька, рано или поздно захочется вернуться на Родину?
      Он засмеялся.
       - Я думаю, что мы вряд ли ее отпустим. Может быть, мы иначе распорядимся ею, а после этого... устроим все так, будто произошел несчастный случай. Да, дети мои?
      Он оглядел окружающих. Если бы вы только могли видеть эту банду! Это был змеиный питомник. Они ухмылялись. Он продолжал:
       - Очень хорошо. Теперь я скажу, что наблюдал за тобой еще в Москве, Карзубый, и сомневаюсь, что ты только ради удовольствия таскался всюду за Лейлой, а когда она появилась здесь, и ты следом за нею, надо было быть глупцом, чтобы не понять, что у тебя относительно нее имеются определенные намерения. Это тебе говорю я, старый бондарь! Ты согласен?
       - Предположим - ответил я. - Это правда, у меня есть план. Понимаешь, я сказал себе, что девочка может заинтересоваться вашим покорным слугой, я говорил с ней два или три раза подряд, и мне показалось, что я ей понравился. И мне пришла в голову мысль последовать за ней сюда и попробовать на ней жениться. Я рассчитывал, что когда старик узнает, что его дочь вышла замуж за киллера, дорого заплатит за то, чтобы она могла развестись с ним.
      Лялька согласился со мной, кивнув головой.
       - Неглупо, но гораздо сложнее того, что придумал я. Отец Лейлы, старик Бабаев, может быть, и выбросит кое - какие деньги ради развода, но это будет не столько, сколько он дал бы за то, чтобы снова увидеть Лейла. Я хочу пять миллионов - и я их получу! Как говорится, в гостях у тестя.
      Лялька встал и направился ко мне. Он взял у меня из рук пустой стакан и приготовил мне другую порцию мартини.
       - Хорошенько слушай меня, Балаш, - продолжал он. - Я все о тебе знаю, все проверено точно. Ты угрохал в Москве двух ментов два года назад, заработал четвертак в казенном доме и умудрился сбежать через полтора года. Это была хорошая работа. Как-нибудь ты расскажешь мне об этом. Но сейчас, не выпендривайся. Просто не выпендриваяйся! Ты знаешь анекдот о выпендреже? Нет? Так слушай, это голос по радио:
      "Дорогие радиослушатели! Начинаем концерт по вашим заявкам. Первый секретарь обкома партии, народный депутат СССР, дважды Герой Социалистического Труда Иван Иванович Бойко просит исполнить си-бемоль минорную фугу Баха. Дорогой Иван Иванович! Не выпендривайтесь! Для вас вашу любимую песню "Валенки" поет Лидия Андреевна Русланова''.
      Я улыбнулся понимающе. Лялька же продолжал.
       - Дальше. Ты тогда стал называть себя Серый Волк. Некоторое время ты болтался в одной банде в Нью-Йорке и был вынужден оттуда сбежать, так как, если не ошибаюсь, ты застрелил еще одного типа. И с тех пор ты берешься за любую комбинацию, которая может тебе что-нибудь принести. Ты как раз такой тип, который мне нужен, потому что у тебя слишком перегруженное досье, чтобы обманывать нас, да и к тому же ты знаешь, что я не считаюсь ни с чем. Работай со мной, и твоя работа будет оплачена, но берегись: как только ты выйдешь за двери, за тобой будут следить. И если ты немного отступишь от намеченного мной плана, ты пропал. Я сведу с тобой счеты, будь ты в США или в Новой Зеландии, во Франции или в Мозамбике, и это так же верно, как то, что меня зовут Лялька Мясник.
      Он не шутил. Я принял лукавый вид и сказал:
       - Все это ты говорил для своих людей, Лялька. Я могу согласиться и пойти с тобой, если ты будешь справедлив, но я работаю не ради картошки, предупреждаю тебя. Что я получу от этого?
      Он достал листок бумаги из внутреннего кармана своего пиджака.
       - Нас в деле двадцать пять человек, - сказал он, оглядывая присутствующих, - и доля каждого зафиксирована. Делай то, что тебе говорят, братан, устрой так, чтобы дело пошло, и ты отхватишь пятьсот тысяч баксов. Пол лимона долларов!
      У меня захватило дыхание. Пол миллиона долларов! Вот это деньги! Я должен сказать, что это мне подходит.
       - Это мне годится, - ответил я ему, - пятьсот тысяч баксов - это стоящее дело! Когда я получу свою долю, то начну разводить форель или что-нибудь другое. Но ты не сказал мне, что я должен делать?
      Лялька засмеялся. Остальные улыбались ему в такт.
       - Это не сложно. Продолжай делать то, что я тебе сказал. Устраивайся с Лейлой, это не трудно. Болтайся около нее, оказывай ей мелкие услуги, ходи вместе с ней. Ты можешь влюбить ее в себя, если захочешь. Между нами говоря - он с улыбкой повернулся к своим людям - существует ли вообще какая-нибудь мышка, способная перед тобой устоять? Я не знаю более удачливого типа, чем ты!
      Теперь перейдем к Лейле. Мы о ней знаем все. Это тип девушки, у которой всегда было много денег. Ты должен ей понравится, для этого тебе может понадобится не более двух или трех недель.
      После этого организуем большую поездку за город. У меня приготовлен дом, маленький старый дом определенной эпохи, стиль 1929 года, и так далее. Настоящая мечта сценариста. Я устрою вечер, и ты привезешь туда Лейлу. Надо сказать, что там ее ждет нечто сенсационное, она встретит много замечательных людей. Она это любит, и надо устроить так, чтобы с ней не было ни служанок, ни секретарш. Это помеха.
      Я кивнул головой и спросил:
       - А наблюдает ли за ней кто-нибудь?
       - А ты как думаешь? Не считаешь ли ты, Карзубый, что старик Бабаев настолько глуп, что отпустил свою дочь в Россию без сторожевого пса? Она не знает этого, но он направил по ее следам одного частного детектива по имени Марат. Он следует за ней повсюду и не отходит ни на шаг.
       - А с ним что будем делать?
      Лялька засмеялся и бросил взгляд на Омара. Тот тоже начал смеяться.
       - Оставь это, парень, - сказал он. - Пусть существование Марата тебя не тревожит. Все будет сделано так чисто, что ты никогда и не узнаешь, что с ним произошло! Итак, это все, что тебе надо будет сделать. Приведи Лейлу в указанный дом, и твое дело будет закончено. После этого тебе следует немедленно исчезнуть, потому что тебя с ней все видели. А дело продолжим мы.
      Когда ты вернешься в Европу, в Амстердам, то позвонишь по сотовому телефону одному типу, номер которого я тебе дам. Он отправится к Бабаеву и продвинет дело по поводу выкупа. Он предложит старику связаться с тобой, и ты скажешь, что дочь его похищена, и тебе неизвестно, где она находится, но ты считаешь, что ее вывезли, например, в Германию.
      Ты предложишь старику положить на мое имя в Дойч банк три миллиона долларов. Предупредишь, что если он не переведет в указанное время денег, то я пошлю ему по почте одно ухо его дочери. И если денег не будет в течение пятнадцати дней, то Лейла он вообще не увидит. Объяснишь ему, что полиция не может помочь, так как никто не знает, где находится его дочь...
      Я влил в себя еще глоток мартини.
       - Мне кажется, что это удачная комбинация. Он не может не прислать денег...
       - Точно, - сказал Лялька. - Тебе надо быть осторожным. Ты проживешь еще пятнадцать дней в Амстердаме, потом сядешь на самолет, полетишь в Нью-Йорк. Перед этим я дам тебе номер дома на Бруклине. Там ты найдешь свои пятьсот тысяч долларов. Ты согласен?
       - Согласен, Лялька. Мне кажется это ясным, как день. Кроме шуток, это хорошая плата за такое дело.
       - Ладно, я не говорю, что у тебя столько же дела, сколько у некоторых других товарищей, но, с другой стороны, твое дело очень важное. Тут, в центре Питера девчонку нельзя похитить, значит, никто не должен знать, куда она отправляется. Надо устроить, чтобы поездка для нее была неожиданной, чтобы она не успела предупредить об этом няню или кого бы то ни было, и за это я тебе плачу, - добавил он с улыбкой. - На твоем месте, Карзубый, я стал бы играть честно, иначе тебя уберут очень быстро.
       - Не беспокойся об этом. Все норма!
       - Очень хорошо, - Лялька протянул мне руку. - Теперь смывайся. К делу приступай с завтрашнего дня. Где ты живешь, мне известно. Лиговка, улица Гороховая, 159. Я постоянно слежу за тобой.
      Я встал.
       - Идет, - сказал я ему, - я удаляюсь.
       - Доброй ночи, Балаш, я скоро тебя увижу.
      Я был доволен, мне нравилось участвовать в этой комбинации. Надо напрячь мозги и можно кое - чего добиться.
      Было более часа ночи. Когда я дошел до Марсового поля, начали поливать улицы. Ночь была восхитительна, я шел легким шагом, очень довольный собой. При мысли, что я могу получить пол миллиона долларов, я тихонько посмеивался. Можете себе представить, чего только не сделаешь за такие деньги! А если мне удастся наложить руку на деньги и вместе с тем расстроить комбинацию Ляльки Мясника, это будет еще лучше.
      Дойдя до метро Петрозаводское, я набрал номер по мобильнику. Номер телефона Султана я знал наизусть... Я сразу же дозвонился до него.
       - Как идут дела, Сулик?
       - Неплохо, брат, а у тебя?
       - Не могу пожаловаться. Послушай, Султан, я возвращаюсь с одного собрания.
       - Неужели?
       - Я только что расстался с Лялькой Мясником. У него есть намерение похитить Фидан Бабаеву, и он взял меня в дело. Тут может выйти забавная штука, дорогой мой!
      Я услышал, как он свистнул.
       - Это замечательно, Балаш. Я тебе нужен?
       - Не сейчас, остынь. Мне надо пока влезть в дело, потому что ты ведь знаешь Ляльку. Не стоит его пока обманывать. Так что будь добр, потерпи немного. Я дам тебе знать через день - два.
       - Хорошо, брат.
      Я дал отбой, положив мобильник в карман, закурил и вышел на площадь. У тротуара я увидел роскошную машину. В автомобиле сидела Зоя, подружка Ляльки, которая поймала меня, как глупую муху. Она смотрела на меня и улыбалась.
       - Удачно позвонил, Карзубый?
       - Послушай, Зоя, ты плохо обо мне думаешь и слишком любопытна. Я вынужден был звонить, так как забыл дома ключ, как настоящий лох, и решил уточнить, не спит ли сторож.
      Она улыбнулась.
       - Я подброшу тебя до дома. Садись в машину, Балаш, мне надо с тобой поговорить.
      Я сел рядом с ней, и она довезла меня до дома, где мне пришлось разыграть комедию. Я стучал кулаками в дверь в то время, как ключ спокойно лежал у меняв кармане. Когда мне открыли дверь, она все еще не уезжала.
       - Пригласи меня подняться к себе и угости бокалом виски, Балаш. Мне нужно с тобой поговорить.
       - Я всегда галантен с дамами, дорогая. Входи, Зоенька.
      Мы поднялись наверх и вошли в квартиру. Я помог ей раздеться и приготовил виски с содовой. Она снова произвела на меня огромное впечатление. Я спрашивал себя, что я могу позволить в такой ситуации, но она не замедлила прояснить мне этот пункт, сев на ручку моего кресла.
       - Слушай, Карзубый, - сказала она. - Ты очень нравишься мне. Ты шикарный парень, и тебе не придется делать много усилий, чтобы я влюбилась в тебя. Но, во всяком случае, я поднялась сюда не для того, чтобы сказать тебе это. Лялька послал меня, чтобы я передала тебе вот что.
      Она бросила на стол большой белый конверт.
       - Он не хотел давать тебе это в присутствии других. Здесь ты найдешь десять тысяч долларов. Это на расходы по ухаживанию за Лейлой. Лялька хочет, чтобы ты не считался с расходами. Теперь слушай хорошенько. Я знаю, что ты за тип: ты прирожденный киллер, любитель рискованной работы.
      Нам известно о тебе все, мы знаем, что ты любишь действовать самостоятельно; не любишь считаться с другими. Я говорю тебе это на тот случай, если тебе не очень нравится действовать совместно с Лялькой и его людьми. Но лучше делать то, что тебе говорят, и действовать осторожно.
      Лялька отлично понимает, на что ты способен. Он будет внимательно за тобой наблюдать, один неверный шаг - и он разделается с тобой, даже если ему придется действовать собственными руками. Для него эта операция - уравнение с двумя известными. Понял?
      Она угостила себя сигаретой из ящика, который стоял на столе, и продолжала.
      - Ты понимаешь, он очень рассчитывает на дело Лейлы. Его ищет Интерпол. Там у него такое заполненное досье, что дьявол по сравнению с ним выглядит настоящим младенцем. Чтоб отрегулировать свои дела, он срочно нуждается в огромных деньгах. Он решил похитить Лейлу и так хорошо все рассчитал, что я уверена - эта работа кончится удачей. Никто ему не помеха, даже менты. Маловаты будут.
      Она подошла ко мне и пристально посмотрела в глаза. У этой девчонки темные, очень глубокие зеленые глаза, как горное озеро.
       - Что ж, Карзубый, - сказала она, - будь хорошим и иди вместе с нами. Сделай свое дело и получай деньги.
      Она отправилась за своим манто.
       - Когда все будет закончено, мы, может быть, сумеем сказать кое - что друг другу. Я легко могу влюбиться в такого парня, как ты, Балаш, - добавила она с грустной улыбкой.
      Я улыбнулся.
       - Ну да! Не забывай про Ляльку! Он же витязь в татарской шкуре!
      Ее лицо прояснилось.
       - Это так, Балаш. Я не стану кричать, что не люблю Ляльку Мясника. А что ты хочешь, чтобы я делала? Я тоже должна ловить момент, и я достаточно умна, чтобы делать это тонко. Неизвестно, что будет дальше.
      Я рассмеялся.
       - Согласен, сестренка. Что же касается - того, чтобы подождать... Я, пожалуй, согласен, когда дело этого стоит. Но, в нашем деле меня беспокоит одна вещь. Это некий Марат. Не люблю, когда болан на хвосте.
      Она улыбнулась.
       - Не говори глупостей, Балаш; этот парень - младенец, хорошо сложенный мальчик, только, что окончивший Университет, которого старый Бабаев приставил к Лейле в роли пса Цербера. Не надо о нем беспокоиться, этим займется Лялька.
       - Предположим. Но тем не менее неприятно начинать ухаживать за Лейлой, когда этот парень путается между ногами. Ты не думаешь, что он может разгадать комбинацию Ляльки?
       - Помоги мне надеть манто, Балаш, - сказала она и бросила на меня нежный взгляд. - Послушай, милый, не беспокойся о Марате. Он в настоящий момент живет в квартире на Невском, вблизи отеля Россия. Ну и вот, завтра вечером ему позвонят по телефону, вызовут по срочному делу, и он отправится на свидание. Мне кажется, что после этого он не станет мешать тебе...
       - Лялька отправит его в путешествие, а??
       - Не будь таким любопытным и поцелуй меня, Балаш!
      Как она умеет целоваться, эта мышка!
      Через несколько секунд Зоя направилась к двери.
       - До скорого, Карзубый!
      Я проводил ее, посадил в машину и ласково помахал рукой, когда автомобиль тронулся. Было неприятно оттого, что она сказала, будто может когда-нибудь мной увлечься!
      Я вернулся к себе в комнату, запер дверь на ключ и вскрыл конверт. Это не было шуткой, в нем действительно находились десять тысяч долларов в двадцати банкнотах. Некоторое время я молча смотрел на деньги, потом мне в голову пришла одна мысль. Я отправился в комнату и открыл чемодан.
      В нижнем кармане находилась книга. И книга эта содержала список номеров и серий тех денежных купюр, которые разыскиваются Интерполом, что меня всегда интересовало. Это дает мне сведения о бандах гангстеров и о тех, кого разыскивают.
      Порывшись в чемодане, я не замедлил найти то, что искал. Это был полицейский рапорт об ограблении Национального банка в Лиссабоне. Каждому было известно, что там работал Тепсуркаев, и это значит, что позади него стоял Лялька. В специальном полицейском выпуске публиковались номера купюр.
      Я отнес книгу в салон и стал сравнивать номера, бывшие в списке, с теми, что были на деньгах, которые прислал мне Лялька. Я не ошибся. Ограбление банка в Лиссабоне - дело рук Ляльки. А 10 тысяч долларов, которые он прислал мне, украдены оттуда. Теперь они должны были оплатить услуги по делу Лейлы.
       Я положил доллары обратно в конверт. Здесь нетрудно истратить эти деньги. Ограбление было совершено в Португалии два года тому назад, и у меня была полная уверенность, что здесь их искать не будут. Я взял конверт и положил его в один из ящиков комода в моей спальне. Затем мне в голову пришла мысль о Марате, о котором вы уже знаете.
      Этот ангел - хранитель Лейлы ни о чем не догадывается. Я ясно представил его себе: высокий наивный мальчик, только что окончивший Университет, у которого мозги не пришли еще в нужную форму. Этот парень немногое сможет сделать, когда Лялька накроет его. Но мне показалось, что идея сообщить кое - кому из тех, кого я знаю, об этой истории с Маратом неплоха, и я, возвратившись в салон, позвонил Султану. Введя его в курс ситуации, я высказал предположение, что ожидает этого Марата. Лялька, видимо, пошлет своих людей, чтобы его убрать, не позже, чем завтра вечером. Будет неплохо, если Султан сумеет оказаться поблизости и примет нужные меры.
      После этого разговора я лег спать, потому что от такого напряженного дня очень устал. Засыпая я видел темные глаза Зои, которые смотрели на меня. Если бы вы только знали, какие красивые у нее глаза!
      И по поводу этой мышки мне вдруг пришли в голову странные мысли...
      
      3.
      
      Когда я проснулся на следующее утро, светило солнце, и я почувствовал себя в полной форме. Поглощая отличный завтрак, подкрепленный шестью чашками кофе, я в то же время предавался размышлениям, касающимся комбинации Ляльки.
      Можно было держать пари на весь шоколад Эфиопии против рюмки водки, что Лялька располагает в Питере огромной организацией, и на весь чай Китая против одной мастырки анаши, что я видел лишь четверть ее.
      Ту компанию головорезов, которую я видел на Фонтанке, я и раньше уже встречал в США, в Нью - Йорке, за исключением лишь некоторых. Но очевидно, что Лялька располагал и другим союзом бравых сил, которых я там не видел, и именно одного из них пошлет по моим горячим снегам. Лялька Мясник ведь достаточно хитер.
      Покончив со своим кофе, я принялся за бутылку пива, шевеля при этом мозгами, чтобы придумать план, как же выявить всех членов банды Ляльки. Я достаточно любопытен и считаю нужным по возможности выяснить все, что необходимо. Я охотно иду на риск, но не люблю бродить в тумане, надеясь на случай. Мои размышления прервал звонок на мобильный. Звонил Лялька.
       - Ну, Карзубый, как ты себя чувствуешь сегодня утром?
      Я ответил, что достаточно хорошо, и он спросил, получил ли я посланные мне деньги.
      Я ответил утвердительно и добавил, что знаю, как они к нему попали. Он засмеялся.
       - По крайней мере, на твоих мозгах не растут грибы - смеялся он. Потом его голос как бы потух, стал низким и угрожающим, как всегда бывает, когда хочет сказать что-то серьезное.
       - Послушай меня, мальчик, теперь твоя очередь действовать. Мы очень торопимся. Тебе необходимо немедленно включиться в работу. Главное, не ударить в грязь яйцами. Твоя подружка живет в отеле " Екатерина ". Не пойти ли тебе туда, а? Я хочу как можно скорее видеть, как пойдет дело. У меня начался сезон вкладоискательства.
       - Согласен. Как только покончу со своей бутылкой пива, включусь в игру.
       - Очень хорошо, Карзубый. До скорого!
       - Слушаюсь и повинуюсь.
       - Но если ты попытаешься сыграть со мной шутку, вспомни о своей мамочке!
      Я дал ему в ухо отбой и погрузился в размышления, потом стал одеваться. Моя одежда достаточно элегантна, а те рубашки, которые я купил накануне, просто умопомрачительны. Так что, когда я был готов для встречи с Лейлой, то выглядел свежим и красивым, как весенний букет. Я прикончил бутылку пива, вышел на Невский проспект и вошел в отель "Екатерина". Там я спросил у дежурного о Лейле Бабаевой.
      Мне ответили, что ее нет и неизвестно, когда она вернется. Они полагают, что она будет отсутствовать несколько дней.
      Это был удар скверный и неожиданный! Я осведомился, нет ли у красотки Фидан горничной или секретаря, так как мне крайне необходимо передать ей кое - что. После длительных расспросов мне предложили пройти в фойе. Я сел в кресло и стал ждать.
      Вскоре в фойе появилась молодая девушка, которую я посчитал горничной и, как оказалось, не ошибся. Она не сообщила ничего нового, только повторила то, что мне уже было известно.
       - Послушай, детка, - сказал я ей, - у меня важное дело к госпоже Бабаевой, и стоит только сказать ей мое имя, как для меня она сразу окажется дома. Мне совершенно необходимо ее видеть, и не надо говорить, что ее нет или неизвестно, где она. Итак, моя маленькая, тебе все ясно?
      Говоря все это, я вытащил из кармана банкноту в пятьдесят долларов и забавлялся тем, что очень старательно его складывал. Я видел, что взгляд ее внимательно следит за моими манипуляциями.
       - Я в самом деле не знаю, где она находится сейчас, молодой человек. Подождите одну минуту, пожалуйста.
      Она исчезла и тотчас же появилась вновь со своим сотовым телефоном в руке, который протянула мне.
       - Это она оставила для меня, и надеюсь теперь вы мне поверите.
      На экранчике была лаконичная записка: "Буду отсутствовать два или три дня.Лейла Б".
      Я дал девушке 50 долларов.
       - И у вас нет никаких соображений по поводу того, куда могла отправиться ваша хозяйка?
      Она отрицательно покачала головой.
       - Я вам клянусь, что ровно ничего не знаю.
      Я произнес в ее адрес пару комплиментов и вышел из отеля. Я направился в отель " Пятый угол ", это недалеко от гостиницы " Россия ", где должен был жить Марат, сторожевой пес при Лейле, и шагая по улице, не переставал размышлять.
      Прежде всего мне показалось подозрительным то обстоятельство, что Лейла не оказалось на месте именно тогда, когда Лялька поручил мне завести с ней знакомство. Лялька, как мне кажется, должен был знать, что она собирается делать. Мне это совершенно не нравится.
      Вскоре я достиг отеля и вошел в здание. Я подошел к окну в вестибюле, тщательно осмотрел окрестности и на тротуаре перед домом увидел парня, который делал вид, что читает газету. Я подумал, что, наверное, ему и поручено следить за Маратом. Это был крепкий темноволосый парень. Мне он не знаком. Возможно, что он член банды Ляльки Мясника.
      Я подошел к лифту и осведомился у лифтера, у себя ли Марат. Он ответил мне, что да, и мы поднялись на нужный этаж. Потом он проводил меня до нужной двери, постучал, и я вошел. В комнате сидел крупный молодой парень и занимался тем, что поглощал свой первый завтрак и читал газету. Это был блондин с круглой мальчишеской физиономией.
       - Чем могу быть полезен? - спросил он.
      По тому выражению, с которым были сказаны эти слова, я понял, что он встревожен чем - то, но не знает точно, чего следует ожидать.
       - Для начала вы могли бы предложить мне стаканчик, Марат, - с безразличным видом проговорил я. - Кстати, вы случайно никого не ждете?
      Он подошел к шкафу, извлек бутылку коньяка и рюмку, налил и протянул мне. Я выпил и закурил сигарету. Он некоторое время смотрел на меня выжидающе и наконец решился:
       - Вы случайно не знаете, где находится девушка по имени Лейла Бабаева?
       - Послушай, братуха, мне казалось, что это твоя обязанность знать, где находится девочка и что она делает.
       - А вы откуда это знаете?
      Я улыбнулся.
       - Есть старая пословица, что две сторожевые собаки лучше, чем одна.
      Он потратил минуту на размышление.
       - А когда вы обнаружили, что она ушла? - спросил он через некоторое время.
       - Только что узнал об этом в отеле. Понимаешь, у меня к ней дело. Мы недавно познакомились...
      Он согласно кивнул головой.
       - У меня такое впечатление, что она знакома со многими плохими парнями вашего типа.
      Я встал.
       - Спасибо за коньяк, товарищ (протянув слово товарищ). И за удовольствие. Если ты не знаешь, где она находится, то ты не можешь быть мне полезен.
      Он тоже встал.
       - Скажите-ка мне, - попросил он, - кто вы на самом деле?
      Я быстро придумал.
       - Иосиф Пинхасов из страховой компании "Стоп". Лейла хочет застраховать у нас свои бриллианты на крупную сумму, и наша компания не совсем уверена, что дело того стоит. Ты знаешь, она любит очень легкомысленно себя вести, так что может легко потерять их или оставить любому типу, которому придет в голову ими заняться.
      Он кивком головы показал, что согласен со мной, и я подумал, что его легко можно провести.
       - Короче говоря, я должен в течение двух месяцев следить за госпожой Бабаевой, чтобы получить о ней полное представление и решить, стоит ли рисковать такой суммой. Если мой рапорт будет положительным, тогда фирма не станет тревожить полицию, вот и все. Я хотел повидать ее сегодня, но узнал от горничной, что ее хозяйка будет отсутствовать несколько дней. Это показалось мне подозрительным. Я знал о твоем существовании, потому что наша фирма была осведомлена о том, что старый Бабаев нанял тебя, чтобы охранять его дочь, и я подумал, что ты, может быть, знаешь что-нибудь.
      Он взял мою рюмку, подошел к шкафу и снова наполнил его.
      - Прошу прощения, что я был грубым, Иосиф, но я немного расстроен из - за этой девушки. Я бы многое дал, чтобы узнать, где она находится... Я поместил в ее отель своего человека, но он не смог рассказать мне ничего нового.
      Я снова сел и закурил сигарету. Коньяк у него был неплохой, но все - таки куда хуже, чем мое пиво.
      - Послушай, Марат, - сказал я ему, - похоже, что я проделал побольше дел, чем ты, и повидал немало на этом свете. Так вот, придя сюда, я заметил на тротуаре парня, который занимается тем, что наблюдает за домом. Предположим, что Лейла просто уехала на пару дней. На случай, если с ней приключится что - то, тот тип, который замышляет какое - то грязное дело, поместил около тебя парня, и он наблюдает за твоей реакцией.
      Я подвел его к окну и показал парня, который стоял на другой стороне улицы и старательно делал вид, что читает газету. Марат вернулся к столу.
      - Эта история ничего хорошего мне не сулит, - сказал он.
      - Итак, что ты собираешься делать? У тебя связаны руки. Если ты поднимешь шум и известишь ментуру, а потом окажется, что Лейла просто поехала прогуляться, она тебе выцарапает глаза и страшно рассердится на своего старика за то, что он приставил тебя за ней следить. Ты не можешь рисковать этим.
      - Так что же вы хотите, чтобы я сделал?
      - Я тебе это скажу. Не двигайся отсюда до восьми часов вечера, наблюдай за этим типом и обрати внимание, кто его сменит. Потом, в восемь часов возьми чемодан, спустись и вызови такси. Пусть тебя отвезут к Пассажу, на Калинина 14, или я сильно ошибаюсь или тот, кто будет следить за тобой здесь, последует туда.
      Прибыв на место, выходи из такси, входи в дом и иди в конец коридора. Этот тип должен будет последовать за тобой. Я буду ожидать его там и постараюсь захватить. Может быть, он расскажет что-нибудь. Ты после этого возвращайся обратно и жди, пока я не подам тебе знак.
      Он облегченно вздохнул.
       - Хорошая идея. Очень признателен вам за ваше беспокойство обо мне.
      Я улыбнулся.
       - Не думай об этом. Ведь я должен выполнять свою работу, а я не могу написать рапорт, пока не увижу Лейлу и не узнаю, что у нее в голове. Я уверяю тебя, что моя компания очень обеспокоена риском, который связан с драгоценностями. Вот взгляни, если хочешь, на эту карточку.
      Я достал из кармана бумажник. Там находилась официальная карточка страховой компании "Стоп". Я забрал ее у одного типа несколько лет тому назад, и она часто бывала мне полезной.
      - Этого достаточно - сказал он, посмотрев на карточку. - Я сделаю так, как вы мне сказали.
      Я повторил все, что он должен был сделать вечером, со всеми подробностями, направился к себе домой и позвонил Султану. Его на месте не оказалось. Я спустился вниз, закусил в подвальчике на Пикадилли, потом сел в такси, которое отвезло меня на станцию Дзержинского, а оттуда на метро я доехал до Гороховой. Потом на другом такси до площади Островского. Там снова сменил такси и подъехал наконец к дому 14 на Калинина. Тут и было гнездо Султана. Мне, кажется, удалось избавиться от парней Ляльки, которые могли бы следовать за мной.
      Сидя за столиком в своей комнате, Султан раскладывал пасьянс и пил тутовку. Для вашего сведения сообщаю, что он среднего роста, с тонкими чертами лица и улыбается при всех обстоятельствах. Он протянул мне бутылку.
      - Так что нового, Балаш?
      - Послушай, Сулик, чего - то надо ждать. Утром Лялька позвонил мне и сказал, чтобы я шел к Лейле. Я направился в " Екатерину ", где она живет, и там узнал из записки, которую она оставила своей горничной, что два дня ее не будет. Это обеспокоило меня, так как Лялька должен был бы, как мне кажется, об этом знать. Тогда я сделал одну вещь, которую мне не хотелось делать: отправился к некоему Марату. У отеля Марата я обнаружил одного типа, похожего на киллера, который ведет слежку. Марат был очень расстроен тем, что Лейла исчезла, и он не знает, где она. У этого парня вид собаки, которая бегает за своим хвостом.
       Я взял его на шарап, на душец, на машинку, поведал ему интересную историю, выдав себя за агента страховой компании. Он мне поверил. Я дал ему твой адрес и обговорил с ним небольшую комбинацию. Он появиться у тебя сегодня около половины девятого. Тот парень, что караулит его, должен его сопровождать. Ты в восемь часов спустись на первый этаж. Марат пройдет через коридор и выйдет через заднюю дверь. После чего отправится к себе домой. Если преследователь Марата последует за ним по коридору, задержи его. Я буду находится сзади. Мы поймаем этого парня и заставим его говорить, понимаешь? Если он знает, где Лейла, он скажет нам. Ты улавливаешь мою мысль?
      Султан кивнул.
       - Ты сотрешь его в табак?
       - От тебя ничего нельзя скрыть, умная голова. Вот так обстоят дела. Это будет операция по переливанию нефти. У меня предчувствие, что еще кто-то вмешивается в комбинацию, и я хочу знать, кто это.
       - Понятно - сказал Султан.
      Мы выпили по рюмочке тутовки, после чего я вернулся к себе на Лиговку. Я лег отдохнуть, так как чувствовал, что мне предстоит напряженный вечер, и проспал до пяти часов. Потом выпил чашку кофе по-английски, принял ванну и до семи тридцати бил баклуши. В семь тридцать я взял такси и сказал шоферу, чтобы он вел машину к памятнику Пушкина, предварительно сделав круг у Петропавловской Крепости. У Эрмитажа я расплатился и двинулся дальше пешком по набережной.
      Метров через пятьдесят я остановился и осмотрелся. Как я и предполагал, прислонившись к стене, дежурил какой - то тип. Я устроился у соседней двери и стал ждать. В восемь часов вышел Марат. Он отлично играл свою роль. На нем было широкое дорожное пальто и в руках белый дипломат. Несколько секунд он стоял на тротуаре в ожидании такси, потом сел и поехал.
      Карауливший его тип подозвал другое такси и поехал за Маратом, а я, на третьей машине еду сзади. Марат очень хитер. Он заставляет везти себя через весь Питер, прежде чем выезжает на дорогу, ведущую к Пассажу. Но, в конце концов, без четверти девять он останавливается у дома номер 14, на Калинина. Вторая машина остановилась на расстоянии ста метров, а моя - еще на сто метров подальше. Марат выходит из такси и идет куда следует. Подъезжает вторая машина.
      Я даю 50 рублей шоферу, перехожу через дорогу и иду мимо. Провожатый Марата следует за ним. Один прыжок - и я у входа. Осторожно иду следом. Отлично видно, как Марат идет по коридору и выходит через служебный выход. Преследующий находится в середине коридора, когда появляется Султан.
       - Одну минутку, мой дружок- говорит он парню,- мне нужно сказать тебе два слова.
      Почуяв неладное, парень сунул руку в карман, но прежде чем он успел что - либо сделать, я прыгнул ему на спину и выбил у него револьвер. Он обернулся, а я сильным ударом в переносицу уложил его на пол.
       - Послушай, чувак, - сказал я , тыча ему в бок его собственный револьвер. - У меня сильно чешутся руки, так что советую тебе быстро пройти к лифту и не шуметь.
      Мы садимся в лифт и поднимаемся к Султану. Наш пленник - молодой парень, хорошо одет, и вид у него, как у классического маленького киллера, каких много в любом городе. Я предлогаю ему сесть и начинаю:
      - Послушай, друг, у нас мало времени, не будем зря его терять. Тебе поручено следить за Маратом в отеле " Пятый угол ". Что это значит? На кого ты работаешь? И где находится Лейла Бабаева?
      Он отвечает, смеясь:
      - Говори дальше, мне это интересно.
      Султан выжидающе смотрит на меня.
      - Слушай, парниша, - продолжаю я, мы не хотим быть с тобой жестокими, но советую отвечать. Ты будешь говорить или тебе помочь?
      Он достал из кармана зубочистку и стал чистить зубы.
      - Вы заставляете меня смеяться...
      Я подошел к нему и ударил между глаз. Он опрокинулся вместе со стулом, потом встал и сел у другого конца стола. Султан повторил операцию. Парень встал, выплюнув два или три зуба с кровью. Я подошел, сначала посадил его на стул, потом поднял со стулом вместе и весь этот пакет швырнул о стену. Стул развалился, и парень упал на пол. Он был весь в крови, и вид у него был совсем не боевой. В тот момент, когда он собирался подняться Султан выдал ему удар в середину подбородка. Он снова опустился на пол. Я подошел к нему.
       - Итак, ты будешь говорить, чмо? - спросил я. - Или придется тебя брать на мопса, употребив более сильное средство?
      Он прислонился к стене. Нос у него был сломан, а один глаз закрылся. Он ощупал свою челюсть, чтобы проверить, сколько у него осталось зубов.
       - Хорошо, - сказал он. - Я понял. Задавайте вопросы.
       - Браво, малый. Может, ты сначала выпьешь немного?
      Мы посадили его на стул и налили ему виски. Потом тоже сели за стол.
       - Ну, теперь выкладывай, - сказал я.
      Он сделал глоток.
       - Я знаю очень немногое, я не вложник. Меня наняли, чтобы следить за Маратом. Понимаете, босс не был уверен в том, что ему известно. Я работаю на Профессора.
      Мы с султаном переглянулись.
       - Значит, Профессор в игре? А где Лейла?
      У парня неприятности с носом, и я отдал ему свой носовой платок. Он продолжал:
       - Я точно не знаю, но происходит вот что: профессор связан с Ревазом Муджири, и я думаю, он решил, что Лейла легко может увлечься игрой. Он где - то познакомился с ней, и у него создалось впечатление, что она - очень увлекающаяся натура, ее привлекают возможности испытать сильные эмоции.
       - А где находится то место, где происходит игра?
       - Не знаю - ответил он.
      Султан подошел к нему и поднял руку.
       - Я уже получил достаточно - простонал парень. - Я же говорю, что я этого не знаю. Я уже в кабале перед Профессором...
      Я сделал знак Султану, чтобы он не трогал парня.
       - А теперь, мой красавец, где находится главная квартира Профессора? Скажи-ка мне, где ты с ним встречаешься? Куда ходишь за распоряжениями?
      Он дал адрес около Васильевского острова. Мы связали парня и бросили его в чулан для угля. Я пообещал, что я или Султан вернемся через два - три дня, чтобы выпустить его отсюда. Этому парню там, конечно, довольно скверно. После этого мы разлили тутовку и чокнулись.
       - Что теперь будем делать, брат? - спросил Султан.
       - Видишь ли, нам надо во что бы то ни стало разузнать, где находится Лейла. У меня есть намерение немного прогуляться около этого острова. Может удастся этим немного их запугать. Не уходи отсюда в течение часа, и если я не подам тебе знак, отправляйся к Марату в " Пятый угол ". Скажи ему, что ты работаешь вместе со мной, Иосифом Пинхасовым, в страховой компании "Стоп", и ждите оба, пока я не подам вам знак. Надеюсь, что сумею позвонить вам до полуночи.
       - А этот субчик, который там? - спросил он, указывая в направлении погреба с углем.
       - Советую тебе о нем не думать... оставь его там. Если ты вернешься сюда через день - два, может быть, найдешь его в неплохом состоянии. В противном случае, придется что-нибудь придумать. Не забывай, когда увидишь Марата, что меня зовут Иосиф, из страховой компании "Стоп".
       - Но ты знаешь: то, что в деле этот проныра Профессор - не обещает ничего хорошего.
       - Да. Уже достаточно противно, что приходится поддерживать Ляльку, но если сюда добавить и Профессора, то это все равно, что пить чай в компании гремучих змей.
       - Это ты верно сказал - ответил Султан.
      Он помолчал, потом спросил:
       - Скажи-ка, Балаш, ты помнишь то время, когда мы с тобой решили все бросить и заняться разведением форели? Ты помнишь, это было именно тогда, когда Козырь ухитрился сделать тебе пакость?
       - Да уж... - сказал я. - Разведение форели - большое дело!
      Но уже опускаясь в лифте, я подумал, что Султан, может быть, не так уж и ошибается, и было бы гораздо лучше для здоровья заниматься разведением форели, чем общаться с этими ядовитыми парнями.
      Выйдя на улицу, я подозвал такси и попросил поскорее отвезти меня к Пушкинскому проспекту.
      
      4.
      
      Утопив спину в подушки сидения такси, я думал о Профессоре и старался припомнить все об этом прохвосте.
      Профессор - тип совершенно невыносимый. Ещё во времена, когда мужчины были действительно мужчинами, он уже стоял во главе банды, грабеж и насилие были приятными для него занятиями. Он был замешан во все убийства, которые были совершены тогда, и сам Антон Масловатый мог бы брать у него уроки. Профессор некоторое время был связан с Лялькой. Его "рэкет", главным образом, состоял из притонов. Он владел судном "Святая Мария", которое держалось у набережных больших городов, и на борту его велась такая крупная игра, что миллионер мог выйти оттуда в одних трусах с подтяжками.
      Такая игра была запрещена законом, и если те, кто благодаря невероятному везению все - таки выигрывали и пытались унести с собой выигрыш, это им никогда не удавалось. Деньги отнимали у них прямо на борту корабля, или "везунчиков" кидали за борт, и они вынуждены были отдавать деньги, лишь бы их подняли из воды.
      Я помню, что Лялька как-то по поводу одного похищения говорил Профессору, что хотел бы воспользоваться его судном.
      Но во всяком случае ясно, что парень, которого мы зацапали, не из банды Ляльки. Он слишком быстро заговорил, а человек Ляльки вряд ли заговорил бы так быстро. Еще одна вещь убеждает меня в том, что Лялька и Профессор не компаньоны в этом деле. Тот парень, что лежит сейчас в чулане у Султана, сказал, что Профессор связан с Семеном Мандрейкиным, а Мандрейкин - продажный киллер, тип, который работает с кем угодно, чаще с Профессором, так как понимает кое - что в мокром деле. Но Лялька никогда не стал бы связываться с ним и не принял бы его в дело, так как совершенно ему не доверяет.
      Из всего этого следует, что Профессор пронюхал про комбинацию Ляльки и опередил его, похитив Лейла у него из - под носа. Это говорит о том, что Лялька допустил промах. Я представляю, что он может сделать с этой бандой Профессора - Мандрейкина, когда поймет в чем дело!
      А у Профессора все, кажется, получилось неплохо. Он, вероятно следил за Фидан и познакомился с ней каким-либо образом. Надо сказать вам, что Профессор похож на испанца. Это красивый парень, приветливый, умеет обращаться с женщинами. Прозвали его профессором, потому что он постоянно носит очки, и улучив время любит читать книги. Он, вероятно, рассказал Лейле о той крупной игре, которая ведется на борту его корабля, и она попалась на удочку, как шалава на лимонад. Не стоит удивляться, ибо азарт привлекает ее более всего и она не постесняется, конечно, оставить на корабле все свои деньги. Нужно признать, что у девочки сильный характер.
      На этом месте мои размышления были прерваны , мы прибыли на Пушкинский проспект. Я расплатился с шофером и направился к тому месту, где должна была, как вы понимаете, находиться резиденция Профессора. Вскоре я разыскал нужный мне дом, из - за занавесок на окнах которого пробивался свет.
      В одном из моих карманов находился портативный автоматический самозарядный бельгийский пистолет Хай Пауэр, один из тех игрушек, из которых хорошо стрелять по тараканам. Я захватил его на всякий случай, кроме своего основного "Стечкина", находящегося в нужном месте. Я вынул "Хай Пауэр" из кармана и уложил с помощью специального приспособления под подкладку моей широкой шляпы. Этот мой старый фокус не раз был мне полезен. Таким образом, револьвер оказался у меня на голове.
      Я закурил сигарету, поднялся по ступенькам и постучал несколько раз в дверь. Через несколько секунд дверь тихо открылась, и на пороге показался кореец. Я невольно вздрогнул, хотя мне и известно, что у Профессора всегда служили уральские корейцы.
       - Профессор дома? - спросил я. - Мне крайне необходимо срочно поговорить с ним.
      Дверь открылась пошире.
       - Подождите здесь. Я щас доложу.
      Когда он повернулся, я выдал ему сзади между ухом и основанием черепной коробки очень красивый удар правой, и на лету поймал его, когда он уже падал. Потом посадил его у стены, закрыл дверь и поднялся наверх. Там я открыл еще одну дверь и оказался в коридоре, куда выходило еще несколько дверей. Из-за одной двери доносились голоса, и слышался перезвон бокалов.
      Я поспешно подошел, приоткрыл дверь, просунул голову, осмотрелся и вошел в комнату. За столом сидели четыре парня, азартно играющие в покер. В углу комнаты Эмма Крупская, подруга Семы Мандрейкина, положив ноги на стул, читала газету. У меня появилось ощущение, что адресом я не ошибся.
       - Итак, парни, дела идут?
      Я достал из кармана свой "Хай Пауэр" и держал его, чтобы они могли увидеть оружие. Они не шевелились, и руки их находились на столе по хорошей русской привычке, Добрый вечер, Эмма. Как дела, милая? Послушайте, храбрецы, бесполезно нервничать и петушиться, пойдем рука об руку, а? Я не хочу отнимать ваше время и напрасно терять свое. Дайте мне некоторые сведения и можете спокойно вернуться к своему приятному занятию.
      Тип, сидевший против двери, крупный парень с жирными волосами, рассмеялся и сказал:
       - Ну и ну! Ведь это Балаш Карзубый, даю слово! Вот не ожидал увидеть тебя здесь и даже с пугачом! Скажи-ка, пожалуйста, пацан, ведь не собираешься же ты атаковать нас, а?
       - Послушайте меня, парни, - сказал я им со сладкой улыбкой, - вы меня знаете достаточно хорошо, чтобы понять, что я поступаю так не в первый раз. Итак, достаточно болтовни. Где Профессор?
       - Здесь его нет, не правда ли, парни? Если бы мы даже знали, где он, то постарались бы это забыть. Но скажи, пожалуйста, Карзубый, я - то думал, что ты находишься в глубине Москвы - реки, занимаясь государственными делами!
       - Закрой пасть! - ответил я ему, - довольно шутить. Если ты не скажешь, где Профессор, я уничтожу твой левый глаз.
      Вмешалась девушка:
       - Бл....! К чему столько тайн? Если он хочет знать, где Профессор, надо ему сказать, этому подонку! Профессор достаточно взрослый, чтобы заняться им самому. Что ты ищешь, Карзубый? Хочешь сунуть свой длинный нос в какую-нибудь комбинацию, а? Так ты ошибся адресом!
       - Довольно, Эмма! Я никогда не был так серьезен, как сейчас. Где Профессор?
      Она встала.
       - У меня есть его адрес. Он где - то за городом.
      Она взяла со стола маленькую черную шелковую сумочку и открыла ее. Наверное, она хотела достать оттуда кусок бумаги с адресом. Но тут я сообразил, что мне нужно узнать еще немало вещей, а я позволил провести себя, как мальчик. В руках у нее оказался маленький пистолетик. Одновременно у меня создалось впечатление, что в правую руку мне вонзили раскаленное железо. Мой пистолет выпал, и эти четверо подонков кинулись на меня, как звери, и принялись меня обрабатывать. Когда они кончили свою работу, я невольно вспомнил события 20 января в Баку, когда бесились разъяренные русские солдаты - сверхсрочники. То, что сделали со мной эти типы, трудно рассказать. Под конец они спеленали меня, как двухмесячное дитя, при помощи веревки и положили около стены.
      Парень с жирными волосами обшарил мои карманы, и я поздравил себя с тем, что те 10 тысяч долларов остались дома. При себе у меня всего 1000 долларов, и он их забрал. Потом отступил назад и стал разглядывать меня.
       - Ну ты поц, - усмехнулся он, - что ты теперь скажешь? Ты отдаешь себе отчет, Балаш Карзубый, знаменитый киллер, убийца, что попался, как рябчик. Ты теперь не сможешь заняться своими мозолями.
      Эмма обошла вокруг стола и подошла ко мне. Посмотрев на меня, она рассмеялась.
       - О чем ты думал? - спросила она. - Неужели тебе не говорили, что и женщины иногда носят оружие? Вот, получи от меня на память!
      Она отошла немного и ударила меня ногой по лицу, а эти каблуки причиняют сучью боль. Мне казалось, что кровь течет у меня отовсюду, а правая рука заставляет меня трястись.
       - Очень хорошо, дорогие мои насмешники, - сказал я. - Но не воображайте только, что такой фазан, как Профессор, способен конкурировать с такой акулой, как Лялька. Вы представляете, что будет, когда Лялька узнает, что тут произошло?
      Эмма возмутилась.
       - Заткни пасть! С сегодняшнего дня нас никто больше не увидит! И Лялька, не больше, чем другие. В этом городе нас не будет!
      Я чувствовал, что теряю сознание. Меня прислонили к стене, и я все старался найти более удобное положение. Руки мои были связаны за спиной, и боль в правой руке не доставляла ничего приятного. Но мне казалось, что пуля из пистолета Эммы прошла на несколько сантиметров выше запястья и не задела кость. Это было для меня большой удачей.
      Она принялась за газету, внимательно изучая какую-то статью, а четверо парней спокойно продолжали прерванную моим приходом партию в преферанс, попивая при этом коньяк.
      Где - то в соседнем помещении часы пробили десять раз. Я проклинал в душе свою глупость: сунулся один в гнездо головорезов и, как лох, дал себя провести этой Эмме!
      Прошел час. Парень с жирными волосами, обыгравший остальных, сунул деньги в карман и сказал, смеясь:
       - Настало время смываться, друзья! Эмма, что мы будем делать с этим анализом?
      Он смотрел на меня. Я закрыл глаза и делал вид, что вот-вот потеряю сознание.
       - Не беспокойтесь о нем. Мао и я уведем его. Профессор потом сам им займется.
      Она пошла в другую комнату. Парни забирают свои вещи и уходят, а кореец, которого зовут Мао, начинает уборку. Я слышу, как где - то поет Эмма. Моя шляпа находится под столом. Еще одна удача! Она упала в хорошее место, когда эти подонки напали на меня! Там револьвер, и если мне удастся развязать руки, я покажу им, почем рубль храбрости!
       - Слушай-ка, - обратился я к корейцу. - Если ты не послушаешь меня, то в один из дней я захвачу тебя и отделаю так, что тебе уже не придется никому об этом рассказывать, желтое чмо в подтяжках!
       - Вы заставляете меня смеяться! - ответил он весело.
      Вошла Эмма.
       - Послушай, девочка, - жалобно проговорил я, - есть ли у тебя хоть немного сердца? Ты же отлично знаешь, что всадила в мою правую руку свинец! Кровь из нее льется как гейзер, и ты могла бы наложить на нее повязку, если не хочешь, чтобы я околел из - за этого!
       - Я с удовольствием всадила бы тебе туда раскаленное железо, моя любовь! - сказала она. - Но, может, ты и прав...
      Она открыла сумочку и достала револьвер.
      - Послушай-ка, Мао, развяжи его, он не в силах пошевелиться, и обвяжи ему руку салфеткой, или чем-нибудь, что окажется под рукой, а то он пачкает мой ковер. И будь осторожен, Карзубый, при малейшем движении я сделаю дырку в твоем горле, ты ведь знаешь, что я стреляю хорошо!
      - Ну, конечно, тебе нечего бояться!
      Кореец вышел, потом вернулся с салфеткой и бинтом. Он перерезал веревку, и я пошевелил рукой и стал рассматривать ее. Как я и предполагал, Эмма прострелила мне руку навылет, пуля вышла с другой стороны. Кореец разрезал рукав моего пиджака, промыл рану, положил с обеих сторон по тампону и забинтовал ее. Мне показалось, что рука моя становится деревянной: кореец, помня о полученном ударе, не слишком со мной церемонится. Я привалился к стене, закрыл глаза и начал понемногу сползать вниз. Стоя по другую сторону стола, Эмма наблюдала за мной с револьвером в руке.
      - Итак, пижон, - проговорила она, - это, кажется, тебе не очень нравится? Я думала, ты потеряешь сознание.
      Я застонал.
      - Мне так плохо, - пролепетал я. Говоря это, я со связанными ногами, головой прыгнул на корейца и боднул его в бедро. Он упал на меня как раз в тот момент, когда Эмма выстрелила.
      Кореец взвыл. Он принял пулю, предназначенную для меня. В то время как Эмма, растерявшись, стреляет куда попало, я ныряю под стол. Шляпа рядом, но я в пятидесяти сантиметрах вижу ноги Эммы, и, хватая ее за лодыжки, тяну к себе. Она падает, а я ловлю руку, в которой зажато оружие, и крепко стискиваю. Пистолет падает на пол.
      Я оглядываюсь и вижу: корейцу плохо. Он лежит на боку, не переставая хрипло кашлять. Пуля Эммы, видимо, попала ему в легкое. Я снова занялся Эммой. Втянул ее под стол, положил на нее свои связанные ноги, чтобы она не могла двигаться, подхватил свою шляпу и извлек оттуда револьвер.
      - А теперь, моя малютка, развяжи мне ноги, и поторопись!
      Она умеет работать. Меньше чем через две минуты я уже стою на ногах возле стола и готовлю себе порцию коньяка.
      Кореец продолжал кашлять, а Эмма в другом конце комнаты курит сигарету. И вид у нее очень довольный. Наверное, притворяется.
       - Итак, малышка, что ты теперь на это скажешь?
      Я слышал многих, но эта с успехом переговорила бы целый миллион солдат. Я покончил с этим словоизвержением, бросив в нее подушку, которая заставила Эмму свалиться со стула. Она поднялась и спросила:
       - Ну, что будем делать?
       - Не ломай себе голову, сестренка. Путешествие мы проделаем вместе, но раньше надо посмотреть, что с этим парнем.
      Мы осмотрели корейца. Пуля, по - моему, проникла в легкое. Эмма перевязала его и прислонила к стенке.
       - Где находится машина, Эмма?
       - В гараже, сбоку от дома.
       - Хорошо. Сейчас мы так запеленаем этого парня, чтобы он не мог пошевелиться, а потом сядем в авто, и я бы посоветовал тебе не выкидывать никаких штучек во время дороги.
      Покончив с корейцем, мы спустились вниз. Гараж находился рядом, а в нем отличная машина. Я заставил Эмму вывести машину из гаража и поставить перед входом, после чего мы снова поднялись наверх.
       - А теперь, деточка, хорошенько вбей себе в голову: не может быть и речи о том, чтобы я позволил Профессору и твоему дружку Семе обделывать делишки с Лейла. Кстати, где она находится?
      Она посмотрела на меня и засмеялась.
       - Пойди надень свою восхитительную шляпку, - бросил я, - и поедем с тобой прогуляться вдвоем.
      Я проводил ее в другую комнату и подождал, пока она надела шляпу и припудрила нос. Потом мы спустились вниз. Я запер дверь, посадил ее за руль, сам сел на заднее сидение.
       - Мы поедем на Фонтанку, - сказал я. - Поехали!
       - Хорошо, Балаш, - ответила она, - но помни о том, что в один из дней мой Семен займется тобой, и одну милую вещь я тебе обещаю: в твоем доме будет играть музыка, но ты ее не услышишь. Это я буду играть на скрипке.
      Минут через тридцать машина остановилась перед домом на Фонтанке, куда привезла меня Зоя. Про себя я молился Аллаху, чтобы Зоя действительно жила здесь, в противном случае я горю. Как только мы приехали, я сунул револьвер в правый карман и попросил Эмму выйти из машины.
       - Иди вперед, моя красотка, и не пытайся ускользнуть, так как предупреждаю, что тогда несчастный случай тебе обеспечен.
      Мы вошли в лифт и поднялись. Я стал стучать в дверь и, уверяю вас, что сердце мое замирало от страха, пока Зоя не открыла дверь. На ней было такое неглиже, что у королевы, по сравнению с ней, был бы вид уборщицы.
       - Вот это да, - протянула она. - Но скажи пожалуйста, что все это значит?
       - Послушай, Зоя, - сказал я, - мы пришли к тебе, чтобы провести небольшую дружескую беседу. Ты видишь эту куклу? Я прошу тебя не спускать с нее глаз. Она работает вместе с Мандрейкиным Семой и Профессором, они похитили Лейлу.
       - Вот это да! Это похлеще, чем игра в русскую рулетку. Я охотно займусь ею, - сказала Зоя.
       - Входи, малютка.
      Она поймала Эмму за нос и потащила ее в комнату, потом ударила ее ногой так, что та отлетела к противоположной стене, ударилась об нее и закончила свое путешествие на ковре. Можете мне поверить, что вид у нее был неприглядный.
      - А теперь, Зоя, скажи, что в этом деле делает Профессор?
      - Я объясню тебе, Балаш, это не сложно. Сначала Профессор был с нами в этом деле с похищением. Мы должны были воспользоваться его кораблем. Но потом он стал спорить по поводу денег, и Лялька порвал с ним. Он теперь попытался провести эту игру сам, вот и все!
      - Он не попытался, а уже похитил Лейлу. Мне теперь ясно, как это произошло. Профессор познакомился с Лейлой, пообещал, что она получит колоссальное удовольствие в его казино на яхте, увез ее на борт, и если мы не попытаемся сделать что-нибудь, то никогда больше не увидим девочку.
      Зоя утвердительно кивнула головой.
      - Ты прав. Где находится это судно и где Профессор?
      - Спроси это у нее. Только она не расположена говорить.
      Я ткнул пальцем в сторону Эммы, которая сидела на стуле и потирала себе бок. Точный портрет мачехи - сатаны.
      - Да ну? Она не хочет говорить? Посмотрите на нее.
      Зоя подошла к Эмме.
      - Послушай, детка, ты будешь говорить и сию же минуту. Пойдем со мной ненадолго. Ты слышала один анекдот? Мне недавно рассказали. Приходит значит, бабка к врачу. - Доктор, у меня что-то в жопе нехорошо. - А что же у тебя, бабка, в жопе может быть хорошего?
      Зоя схватила Эмму за кожу на шее и увлекла за собой, резким ударом ноги свалила ее на пол, а потом принялась за работу. Зоя высокая и сильная девушка и то, что сделала она с Эммой, трудно описать в нескольких строчках. В конце концов, она уволокла ее в другую комнату.
      Я взял из коробки на столе сигарету и закурил. Моя правая рука совсем онемела. Я почти не чувствовал ее. В этом мало хорошего.
      Из соседней комнаты донесся приглушенный крик, из чего можно было сделать вывод, что Зоя обрабатывает Эмму, положив ей на голову подушку, чтобы не беспокоить соседей. Я угадал верно. Через две минуты Зоя появилась в дверях. На лице у нее блуждала улыбка кошечки, которая только что слопала канарейку. Донесся плач Эммы.
       - Все идет хорошо, Балаш. Она заговорила. Профессор держит на якоре свой корабль в трех километрах от берега, возле Васильевского острова. Нам нечего беспокоиться, потому что судно снимается с якоря лишь завтра утром в шесть часов. У нас достаточно времени.
       - У нас ничего нет, - ответил я.
      Зоя краем глаза наблюдала за Эммой, потом пошла в салон, прикрыв за собой дверь.
       - О ней не беспокойся. После того, как я с ней поиграла, она не в состоянии пошевелить и мизинцем. Я ненавижу наблатыканных. Итак, что же теперь мы будем делать? Надо предупредить Ляльку.
      Это меня совершенно не устраивало.
       - Брось это, Зоинька. Я знаком с бандой Семена - Профессора. Это мелочь. Я представлюсь Лейле храбрым рыцарем. Ты понимаешь, какое это может оказать на нее влияние, если сцена удастся!? Я - неизвестный принц, и тогда могу делать с ней все, что угодно.
      Зоя кивнула.
       - Ты прав, Карзубый.
      Она внимательно посмотрела на меня.
       - Скажи-ка, а ты случайно не слишком к ней привязался, а? Ты знаешь, что она опасна?
       - Ну, ты просто убиваешь меня, Зоя. Ты отлично знаешь, что я не бегаю за юбками. Лейла очень недурна, но совсем не то, что ты, не правда ли, куколка?
      Я прижал ее к себе.
       - Хорошо, Балаш, перестань, нам надо работать.
       - Кому ты это говоришь! Но первое, что надо сделать, это заняться моей рукой. Мне кажется, что у меня на ней висит огромная тяжесть.
      Зоя немедленно принялась за дело. Она побежала в другую комнату и посмотрела на Эмму. Чтобы быть уверенной, она привязала ее к ножкам кровати при помощи салфеток. Мне кажется, что я не видел ничего более комичного, чем зрелище, которое представляла собой в этот момент Эмма Крупская. Это могло присниться в кошмаре парню из турецких бань.
       - Ну вот, - сказала Зоя, - теперь я побегу доставать перевязочные средства для твоей руки. Я очень скоро вернусь.
       - Приведи только машину, потому что нам придется проехать до Васильевского острова как можно скорее.
      Она вышла. Я подождал, пока не услышал, как опустился лифт. Потом начал названиать по мобильнику Марату. При этом про себя молился, чтобы Лялька не успел убить его сегодня вечером, потому что это могло бы иметь очень скверные последствия для Султана.
      Наконец Марат ответил, и я попросил его передать телефон Султану. Я подробно обрисовал ему ситуацию и сказал, чтобы они с Маратом немедленно отправились к тому месту, где находилась "Святая Мария", корабль Профессора, и постарались раздобыть там шлюпку или моторную лодку и подождали бы меня.
       - Понятно, - ответил Султан, внимательно выслушав меня. - Сколько тебе надо для этого времени?
      Я посмотрел на часы. Было без четверти двенадцать.
       - Послушай, Сулик, сейчас уже скоро полночь. Место это находится отсюда примерно километрах в семи, но так как я не могу сказать точно, когда я поеду туда, будем считать, что мне потребуется час. Салют.
       - Согласовано, брат. Итак, через час.
      Я дал отбой и закурил очередную сигарету. Через пять минут появилась Зоя. Очаровательная девушка! Она отлично сложена, у нее длинные руки с тонкими ловкими пальцами. Пока она обрабатывала мою рану, я вдыхал запах ее духов, который был очень приятен. Эта крошка старательно обработала мою рану и сделала перевязку самым наилучшим образом.
       - У тебя есть мозги, Балаш. Ты совсем рехнулся. Возвращенец! Это верно, что ты жестокий, а?
       - Глупые разговоры. Никто этого не знает.
      Зоя улыбнулась.
       - Не верю в это, Балаш.
      Она поцеловала меня, и в течение минуты все вокруг меня кружилось. По причине, совершенно неизвестной мне, я снова стал мечтать о разведении форели в водоеме. Потом пришел в себя.
       - Ну пошли, милая, нужно отправляться. Мне огорчительно, что я должен взять тебя с собой, но тебе нужно будет вести машину.
       - Еще бы ты не взял меня с собой! Ведь необходимо разыскать Лейлу. Ты можешь себе представить ярость Ляльки, когда он узнает, что произошло? О чем они только думали, Профессор и его компания?
      Она пошла за моей шляпой и бросила последний взгляд на Эмму. Эта девочка до такой степени тщательно свернута в кулек, что не в состоянии издать ни малейшего звука.
      - Я скоро к тебе вернусь, - сказала Зоя, - и скажу тебе тогда, что собираюсь с тобой сделать. Думай об этом, чтобы тебе не было скучно без нас.
      Мы спустились на лифте. Машина ожидала нас снаружи. Зоя уселась поудобнее и нажала на педаль. Когда мы отъехали, она вынула из кармана в дверце машины тяжелый револьвер - "Глок 18'.
       - Вот, возьми себе для защиты, Балаш. У меня такое ощущение, что он тебе сегодня вечером пригодится.
      И действительно, это было то, что нужно!
      
      5.
      
      Зоя умеет водить машину. Стрелка спидометра не опускалась ниже ста двадцати км, когда поблизости не было ментов. Мы пересекли разводные мосты и вскоре оказались у Лютеранской церкви святого Петра. Было половина первого, и я ломал себе голову, обдумывая, как мне избавиться от этой девицы, так как меня совершенно не устраивало отправиться вместе с ней на свидание с Султаном и Маратом, которые ожидали меня где - то в районе Васильевского острова.
      Обмануть Зою было не просто, это не та мышка, которая позволит водить себя за нос, и могу сказать, что тот парень, который попытается это сделать, многим рискует. Тем не менее, я надеялся, что так или иначе, но избавлюсь от нее до приезда к острову.
      Из карманчика возле меня на дверце машины торчит карта, изданная автомобильным клубом. Там же лежит электрический фонарик. Я с его помощью рассматриваю карту, делая вид, что высчитываю расстояние, а на самом деле хочу найти какой-нибудь гараж. Один наконец мне удалось обнаружить и совсем недалеко.
       - Скажи-ка, Зоя, - спросил я, - не хочешь ли ты остановиться на минутку? Позади нас адский шум, и мне не нравится это. Что - то, кажется, с левым колесом. Это может привести к несчастному случаю, так что останови свой экипаж, а я выйду и посмотрю, что там случилось.
      Это старый трюк, который не раз мне уже помогал. В кармане жилета у меня всегда лежит старая заточка, которое служит мне для всяих нужд. Я вышел из машины, обошел ее вокруг и всадил заточку в покрышку левого заднего колеса. Я оставил заточку там, так как подумал, что после дюжины поворотов моя система должна сработать, и покрышка лопнет. Минуту спустя я сидел уже на своем месте, заявив, что все оказалось в порядке.
      Машина бежит. Мы проделали еще около пяти километров. Зоя вела на скорости сто км в час, когда покрышка стала спускать. Машина проделала великолепный зигзаг, и только благодаря высокому мастерству моей подружки мы не оказались в канаве. Я вылез и осмотрел покрышку.
       - Ну, тут чисто сработано. Ох уж эти женщины! Не подумать о запасном колесе!
      Она сделала гримасу.
       - Это моя вина. Я проколола запасное колесо и отдала заменить его в гараж.
       - Во всяком случае, ты не можешь вести машину, не двигайся, я пойду поищу гараж поблизости.
      Я взял путеводитель и сказал ей, что на расстоянии трех километров от нас есть гараж, я отправлюсь туда и вернусь за ней на другой машине. Она согласилась. Я потихоньку отправился и вскоре достиг гаража, который оказался гораздо ближе трех километров. Моя рука болела чертовски. У них оказалось свободная для найма "Тойота".
      Я взял машину и позвонил на мобильник Зое. Я сказал, что уже поздно, и мне следует без промедления ехать к острову, а к ней посылаю работника гаража, чтобы он сменил колесо, и что она хорошо сделает, если последует за мной. Мы встретимся на самой ближайшей к острову станции. Больше мне ничего не пришло в голову. Я это сказал на одном духу, и выключил свой мобильник.
      Я поручил работнику гаража занятся машиной Зои. Потом отправился. Могу поспорить, что никто в России не вел машину так, как я вел "Тойоту". Я приехал к Васильевскому острову без четверти два. Это красивое место, Васильевский остров, уверяю вас. Со всех сторон у него море. Это уединенное, темное и сырое место.
      Я продолжал двигаться по направлению к мосту, где встретился с каким - то типом. Я спросил у него, где плотина и есть ли здесь пристань, он указал мне направление. Я проехал еще немного и оставил машину около какой - то изгороди, идущей вдоль дороги. Затем пешком отправился до платформы, устроенной на сваях. Место совершенно безлюдное. Я старательно осматривался кругом, но нигде не увидел следов Султана и Марата. Включив мобильник, стал им звонить, но их телефон не отвечал.
      Я уже стал думать, не случилось ли с ними чего-нибудь. А может Султан, решив, что он опоздал, на свой страх и риск отправился на борт "Святой Марии"? Я тщательно осмотрелся, но никого не увидел. Пискнул мой мобильник - батарея разряжается. Я его выключил, чтоб сэкономить зарядку. Недалеко горели огни на судне, и я подумал, что это и есть яхта Профессора. Я пошел в сторону и попал на большую дорогу, по которой приехал.
      Немного дальше, с левой стороны, я увидел освещенное окно. Что - то вроде рыбачьей хижины. На пороге стоял человек и курил трубку.
       - Привет, друг! - приветствовал я его. - Сейчас не очень хорошая погода, а? Вы случайно не встречали поблизости двух мужчин? Мы должны были встретиться на мосту.
      Он продолжал курить, по крайней мере, еще полминуты, прежде чем решился ответить. Он, вероятно, из тех, о ком пишут, что они медленно обдумывают, что сказать, из - за страха заговорить слишком быстро. Наконец он ответил:
       - Да, я видел здесь двоих. Мне кажется, они вас искали. Потом они решили, что вы, может быть, не придете, возможно, у вас неприятности на дороге.
       - Отлично, - сказал я и сунул ему 5 долларов. - А в какую сторону они пошли, товарищ?
       - Они направились на корабль, который стоит вон там. Лодку они наняли у Сан Саныча.
       - Когда это было?
       - Едва ли прошло пять минут, но не более получаса. Я не могу сказать точно.
       - А здесь есть у кого-нибудь еще лодка? Безразлично какая, лишь бы добраться до той яхты.
      Он покачал головой:
       - У Сан Саныча единственная в этих местах моторная лодка, и он уже выходил из себя, потому что они не хотели брать его с собой и, в конце концов, заплатили ему задаток. Надо сказать, это им дорого обошлось. В это время вы не найдете никого, кто бы отвез вас туда на веслах, слишком велик прибой, не доплыть.
       - Спасибо, вы оказали мне большую услугу. Я пожелал ему доброй ночи и вернулся обратно по дороге к мосту.
      Я пока не представлял, что можно предпринять, но при всех обстоятельствах бессмысленно оставаться на месте, и я отправился в ту сторону, где оставил свою машину. Я прошел около сотни метров, когда услышал шум мотора. Мне неожиданно пришла в голову мысль: а что если те четыре гангстера, которые вместе с Эммой были на Пушкинском проспекте, уехали так рано для того, чтобы захватить на "Святой Марие" какие - либо материалы или провизию? Тогда, возможно, это они!
      Я стоял в тени изгороди, наблюдая за дорогой. Через несколько секунд появился фургон. Я поздравил себя с тем, что угадал. Десятитонная машина была нагружена ящиками с продовольствием. На самом верху брезент немного был приподнят, и я увидел ящик с коньяком и виски. За рулем сидел тип с жирными волосами, рядом с ним двое других, четвертый, вероятно, находился где-нибудь в кузове.
      Фургон проехал мимо меня, но вместо того, чтобы направиться к пристани, они свернули направо, к хижине рыбака, у которой я только что был.
      Вот фургон остановился. Я тихонько подкрался к нему по траве и услышал множество восклицаний, из которых мне стало ясно, что шофер ошибся, взяв не то направление, и придется выбираться задним ходом, чтобы попасть к молу. Дорога туда очень узкая, может проехать только одна машина. Пока шофер маневрировал со своим фургоном, я тихо вернулся назад, сел в свою машину и доехал до маленькой улочки, ведущей к молу. Приехав туда, я поставил свою машину посередине дороги, быстро вылез и спрятался за ней.
      Вскоре появился фургон и стал не доехав трех метров до моей машины. Водитель высунул голову в окошко и заклинал меня Аллахом поскорее убрать машину, так как я и сам должен понимать, что загородил дорогу к пристани. Я ничего не отвечаю и просто прячусь за машину. Через секунду я услышал, как все они вышли и появились перед моими фарами. Я ждал их, держа палец на спуске "Глок - 18".
       - Хенде хох! Стой, банда паскуд и сучар! - крикнул я. - Как дела? Что, не ждали, бл..., а?
      Тип с жирными волосами не очень доволен.
       - Ты! - ругнулся он. - Тебе удалось сбежать?
       - Угу! - ответил я. - Кстати, скажи, пожалуйста, что мешает мне перестрелять вас и бросить ваши вонючие тела в воду? Идите, встаньте спиной ко мне перед машиной и не шевелитесь!
      Они выстроились с поднятыми вверх руками, и я должен сказать, что это большая удача, что в окрестностях Васильевского острова так тихо, что никто здесь не болтается, а то мог бы получиться хороший цирк. Я обшарил их. Оружие было у всех, и я сложил его в кучу позади себя. Я также конфисковал тысячу долларов, которые отнял у меня парень с жирными волосами в конюшне на Пушкинской, а заодно и те 400 долларов, которые он выиграл в преферанс. Нет никаких оснований, чтобы я не сделал себе этот маленький подарок. Естественно, что этот тип не очень доволен и даже ругает меня скверными словами.
      Тогда я рассердился. Двинул троих рукояткой своей пушки по голове - и они повалились на землю. Одного я оставил в целости и сохранности и сказал ему:
       - Слушай, подонок, я добрый человек и не хочу видеть, как ты будешь умирать раньше своего положенного времени. Погрузи этих парней в фургон и отправляйся обратно в Питер. Советую не задерживаться по дороге, потому что если я встречу тебя где-нибудь, тебе будет плохо. Убирайся и не останавливайся.
      У мерзавца был очень испуганный вид. Он не должен был доставить мне больших неприятностей. Парень погрузил трех остальных в фургон, я отвел машину, и он задним ходом выехал на большую дорогу.
       - Подожди, сынок, - сказал я ему, - подожди секунду, прежде чем отправиться. Через пять минут ты покинешь это место. Ты видишь мой телефон? - я указал на свой сотовый. - Так вот: пять минут спустя после твоего отъезда я позвоню в полицию Питера. Я скажу, что я один из здешних обитателей, и что я видел только что фургон с подозрительными лицами, направляющийся в Питер, и дам описание. И если я сделаю так, ментяры остановят тебя и станут задавать вопросы, не так ли? Это будет скверно для тебя и совсем плохо для Семена и Професора. Так что убирайся немедленно и не останавливайся по дороге. Понял?
       - Ладно, понял, - сказал он. - Только будь спокоен, ты заплатишь за все это в один прекрасный день и заплатишь дорого!
       - Не заставляй меня плакать, мой сын! Убирайся или я тебя уничтожу!
      Он уехал. Я увидел, как красные огни его машины исчезли во тьме ночи. Я думаю, что мне не стоит его бояться. Конечно, я не собирался звонить в полицию, мне сейчас совсем не хочется иметь дело с лягавыми. Я немедленно выкинул в воду все их оружие и сел в машину, чтобы хорошенько обдумать свои дальнейшие действия.
      Две вещи совершенно очевидны: во - первых, что лодка с "Святой Марии" должна подойти к пристани, чтобы забрать груз из фургона, и во - вторых, самому мне надо что-нибудь сделать, чтобы освободиться от Зои, которая, должно быть, ожидает меня на станции, звонит на мой разряженный сотовый, и может выкинуть черт знает что, если я не появлюсь. Она не такая особа, чтобы сидеть без дела в такой ситуации.
      Значит, первое, что надо сделать - сыграть тур с Зоей. Я завел мотор и тронулся в путь. Очень вероятно, что станция находится где-то на большой дороге. Мне не придется ее долго искать. Станция представляла собой небольшое здание, чуть в стороне от дороги. Она была старой и заброшенной. Наверное, тут поезд проходит только раз в день, да и то в високосные годы.
      Я заметил машину Зои, стоящую около палисадника. Она сидела за рулем и курила сигарету. Девочка очень обрадовалась, увидев меня.
       - Салют, Балаш! - сказала она. - Я рада тебя видеть в целости. А я звоню тебе, звоню, а ты отключил свой сотовый. Скажи, пожалуйста, с чего это ты вздумал удирать? Почему ты меня бросил и отключил телефон?
       - Я все сделал правильно, а телефон не работает из за батареи. Она села - ответил я.
      Я рассказал ей, что произошло, и объяснил, что если бы я не был там, эта четверка подонков была бы на борту яхты, а мне уж никак не удалось бы туда попасть. У нее был задумчивый вид.
       - Скажи мне, Карзубый, что произойдет на самом деле, если ты окажешься на борту яхты? Как поведет себя Профессор? Не воображаешь ли ты, что он будет рад тебя видеть? Этот тип тебя убьет и выбросит на помойку, это так же верно, как то что меня зовут Зоя.
       - Не говори такие страшные вещи, моя красавица. Профессор не знает, что я участвую в деле, не так ли? И так или иначе, попав на борт, я навешаю ему макароны на уши: будто бы один тип, с которым я пил в городе, предупредил меня, что он занимается "рэкетом" Ляльки. Я расскажу ему также, что Лялька разгадал его злой умысел захватил фургон с грузом, предназначенным для "Святой Марии". Профессор, видимо, будет вынужден поверить мне, не так ли? Я же буду ждать удобного случая, чтобы уничтожить его и, возможно, такой случай представится.
       - Как хочешь, Балаш. В конце концов, ведь ты занимаешься этим делом.
       - Возможно, но помолчи немного и внимательно послушай меня.
      Безусловно, лодка должна причалить, чтобы взять груз, доставленный фургоном. Ты пойдешь вместе со мной на мол. Когда лодка подойдет, надо вытянуть всех, кто приплывет на ней, на берег. Это будет твоя задача.
      Мы оставили ее машину у палисадника. Она села в мою, и мы направились к молу. Приехав туда, я поставил машину так, чтобы ее не было видно, теперь оставалось только ждать. Около трех часов послышалось чавканье мотора. Лодка, длиной, примерно, метров в шесть, пришвартовалась к пристани. В лодке находились двое: один сидел у руля, другой осматривался по сторонам. Зоя, как мы и договорились, стояла у края мола. Она вышла на свет и заговорила взволнованным голосом:
       - Знаете, я - Зоя, подружка Эммы Крупской. Дело получилось не совсем хорошее, с фургоном случилась небольшая авария в трех километрах отсюда. Слетело колесо. Эмма просила передать, чтобы вы пошли туда и помогли.
       - Кроме шуток? - спросил один. - Где же это?
       - Там, на дороге в паре километров отсюда.
      Сидящие в лодке обменялись несколькими словами, потом тот, кто сидел у руля, обратился к Зое:
       - Ладно, я пойду, а он останется в лодке.
      Он ушел в сторону дороги вместе с Зоей. Я подождал минут десять, потом направился прямо к пристани. Тип сидел на краю лодки и скучал. Я окликнул его:
       - Эй, послушай! Иди к фургону и помоги парням, без тебя не справиться!
       - Нет, - сказал он. - Мне там нечего делать, я останусь здесь.
       Я сожалею, что вынужден был быть с ним невежливым, но у меня не было выбора.
       - Выходи и не кукарекай. Да побыстрей, а то я поговорю с тобой моим "тридцать восьмым"!
      Он ничего не ответил и стал вылезать на пристань. В тот момент, когда он выпрямился, я выдал ему апперкот, который заставил его сложиться пополам. Я поволок его к машине и засунул внутрь. Потом обшарил его. Он оказался без оружия. Мне было очень неприятно, что я оставил Зою выпутываться одну, но у меня не было выбора. Я бегом вернулся к лодке, прыгнул в нее, запустил мотор и направился к "Святой Марие".
      Была отличная ночь для той работы, которая предстояла мне! Темень стояла непроглядная. На небе ни луны, ни звезд. Мотор давал хорошую скорость, и я был доволен, что не отправился на веслах. Я закурил сигарету и стал вспоминать все, что со мной случилось с того времени, как на Гостином дворе меня подцепила Зоя. Но предаваться воспоминаниям мешала тревога, которая как и боль в руке не покидала меня ни на минуту. Поводов для тревоги было предостаточно. Во-первых, неизвестно, что могло случиться с Лейлой на этом проклятом судне. Во-вторых, наверняка что-то стряслось с Султаном и Маратом. И в-третьих, меня волновало, что будет делать Зоя с типом, которого увела и как он поведет себя, когда увидит, что Зоя обманула его. А тот, в машине, когда очнется? Было над чем подумать.
      Но мне все-таки казалось, что Зоя сумеет справиться с тем типом. Кроме того, надо подумать и о том бандите, который заперт в подвале дома у Султана. Но, может быть, он любит темноту?
      Путь до "Святой Марии" показался мне очень долгим. Я направился к корме. С яхты доносился странный шум. "Святая Мария" - большая яхта, роскошная с виду, которая, как видно, построена по заказу какого-нибудь миллионера. Я не знаю, каким образом удалось Профессору завладеть ею, но мне точно известно, что она ему приносит огромные барыши.
      Мне уже виден свет в иллюминаторах и я слышу звуки оркестра. Я подумал, что Профессор делает большие дела, и выключил мотор, так как находился под кормой. Шум доносился из большого салона. Я решил рискнуть и поглядеть, в чем дело. В лодке лежал канат, и после пяти - шести бросков мне удалось зацепиться и подтянуться к судну. Потом я привязал оба конца каната к лодке и стал карабкаться на борт. Эта работа заняла у меня несколько секунд. В этом месте палуба была безлюдной. Я осмотрелся. Три четверти палубы заняты под салон и другие помещения, и оттуда доносился адский шум.
      Я видел пары, одетые в вечерние туалеты, манто, плащи, двух - трех типов в белых курточках, разносивших прохладительные напитки. Когда ветер подул в мою сторону, я уловил обрывки фраз на английском языке, что заставило меня предположить, что Профессор пригласил иностранцев.
      Или я очень ошибаюсь, или он взял на борт обычную группу посетителей ночных клубов и их подружек. Надо сказать, что Профессор неплохо придумал, появившись здесь со своим блестящим игорном домом, как будто бы находился в водах Тихого океана. Мысль явиться сюда и проделывать эти трюки за пределами кордона, была превосходной. Здесь вы можете делать все, что вам заблагорассудится, не рискуя быть задержанным.
      Мне кажется, что я разобрался в комбинации Профессора. Как вы понимаете, сначала он вошел в дело Ляльки. Собираясь принять вместе с ним участие в похищении Лейла. Но он хотел получить больше, чем обещал дать ему Лялька, и кроме того, связался с Семеном Мандрейкиным.
      Моя рука продолжает болеть. Мне кажется, что боль распространилась до самого плеча, и то, что я стараюсь не шевелить ею, не идет на пользу. Если бы не Зоя, которая так хорошо сделала мне перевязку, не знаю, что бы со мной было.
      Я продолжаю размышлять над тем, где это Лялька сумел подцепить Зою. Этот тип умен, нельзя не признать, и не особенно падок до женщин. Те парни, которые хорошо знают свое дело, не очень - то выбирают своих красоток. Теперь осталось немного гангстеров, которые попадают в лапы полиции из - за того, что теряют осторожность и начинают лезть на рожон, чтобы удовлетворить всевозможные требования своих девочек. Но Зоя - это совсем другое дело. Мне было грустно видеть, что она вместе с таким типом, как Лялька, несмотря на то, что он был крупным киллером и замышлял большие дела, вроде похищения Лейлы Бабаевой.
      Все эти мысли пришли мне в голову, пока я сидел в тени кабестана, или как там называют эту штуку, и продумывал план действий.
      Я страшно был зол на Султана, так как не понимал, почему этот идиот не отвечает на мои звонки, и не дождался меня, как мы с ним условились. Единственное объяснение, какое я мог придумать, это то, что этот болван Марат был настолько обеспокоен тем, что Лейла находится на борту яхты, и так горел желанием попасть туда, что Султан не мог удержать его и был вынужден последовать за ним.
      Я помню в юности слышал поговорку: "Если сомневаешься - воздержись". Я всегда находил эту поговорку замечательной и всякий раз, когда попадал в неопределенное положение, не спешил, а оставался пассивным, и в конце концов, что-нибудь обязательно просветлялось...
      Мне кажется, что на этом судне полно людей. Я отлично их вижу, и нет никакого сомнения, что большинство из них немало выпило. Зная действие того дешевого алкоголя, которым обычно угощает Профессор на своей яхте, можно с большой вероятностью предположить, что парни эти так нагрузились, что не обратят на меня ни малейшего внимания, если я проскользну мимо них. Конечно, если я не встречу самого Профессора, Семена или тех, кто знает меня лично.
      В этот момент как раз открылась одна из дверей, и появилась девушка. Высокая блондинка, красивая и сильная, в вечернем белом, сверкающем платье... Ее волосы были совершенно растрепаны, и двигалась она, шатаясь и озираясь по сторонам, как человек, который не знает, куда идет. По - моему, это бедное создание или нагрузилось сверх всякой меры, или получило хороший удар дубинкой по голове. Она, шатаясь, приблизилась ко мне, и я решил, что настал момент появиться.
       - Привет, малышка, - сказал я ей. - Что тут происходит? Что - то идет не так, как следует?
      Она посмотрела в мою сторону, и я увидел, что глаза у нее совсем безумные. А девица недурна! У нее красивый рот, но помада не совсем того цвета, какой ей нужен, и она все время облизывает губы, которые, видимо, у нее пересохли. Красотка бросила на меня тоскливый взгляд.
       - Мне совсем плохо - проговорила она, не очень соображая, кто перед ней. - Этот подонок Профессор совершенно вальтанулся, занимаясь такими трюками на корабле! Он мог бы как-нибудь устроиться и без этого. Здесь и так достаточно грязных историй, чтобы он навязывал нам и такие. У нее был такой вид, как будто она сейчас потеряет сознание. Я обхватил ее талию и помог сесть недалеко от двери.
       - Чего бы я не дала за стакан холодной воды! - жалобно проговорила она.
       - Успокойся, малышка. Что тебя так расстроило? Что происходит здесь?
       - Эти мертвецы... Когда мы приехали сюда, я сказала Профессору, что на этом судне случится что-то отвратительное. Он не мог сидеть спокойно там, где ему легко удавалось делать отличные дела и получать приличные деньги! Нет, ему нужно было отвести свое судно в Финляндию, но так как от берега он находился ближе пяти километров, ему пришлось убираться оттуда. Вот теперь он забрался сюда, и я не знаю, что у него в голове. Он взял на борт эту женщину, и заставляет ее выбрасывать свои деньги! По моему эта девочка просадила не меньше двадцати тысяч сегодня вечером!
      Я навострил уши. Это, безусловно, относилось к Лейле.
       - О! Какое нам дело, куколка! Ведь такова жизнь! А потом, здесь Профессору нечего беспокоиться, ведь он от берега на расстоянии более пяти километров.
      Она снова посмотрела на меня.
       - Ты и сам не знаешь, о чем говоришь. Пять километров, или не пять, какая разница, но он не выкрутится из - за того, что он сделал сегодня вечером, где бы он ни оказался. О, как хочется пить воды, Боже ты мой!
      Она наклонилась над бортом, и я подумал, что пить она хочет до такой степени, что, вероятно, скоро прыгнет в воду. Сразу видно, что эта мышка находится не в своей тарелке. Я похлопал ее по плечу.
       - Ну, малютка, успокойся, я принесу тебе воды.
      Не успел я сделать несколько шагов по палубе, как в рубке внезапно открылась дверь, и оттуда появился тип в белой курточке. На раздумья не было времени.
       - Эй, гарсон! Иди сюда!
      Он посмотрел на меня, потом приблизился.
      
      6.
      
      Я чувствовал себя не очень хорошо, глядя на подходящего ко мне служащего яхты. Однако вскоре я сообразил, что для меня это не опасно. Этот парень, видимо, высосал немало стаканов, и теперь не очень хорошо помнил и понимал, где находится. Он спросил меня, что я хочу.
      - Здесь находится дама,которая плохо себя чувствует - ответил я. - Пожалуйста, принесите сюда стакан воды и приготовьте бутылку коньяка. Это будет нам полезно.
      Он ушел, а я вернулся к девчонке. Тип в белой курточке вернулся почти сразу же. Он принес бутылку коньяка и графин с водой, а также два хрустальных бокала. Я забрал все это и отпустил его.
      - Ну, моя красотка, - обратился я к девушке, - не стоит так расстраиваться, жизнь не так уж и плоха. А как ты попала на эту яхту? Ты давно в компании Профессора?
      Она утвердительно кивнула головой.
       - Вот уже несколько лет, как я помогаю ему в его махинациях. Я работаю в портах прибрежных городов, заманиваю людей на борт яхты. В странах Скандинавии мне это легко удавалось делать, там хорошо, там происходит северное сияние. Но когда Профессор решил покинуть берега Норвегии и перебраться сюда, мне это совсем не понравилось. Здесь ограниченные возможности, или же возможные ограничения. У меня появились подозрения, когда Профессор сказал, чтобы я не приближалась к кабине, которая превращена в контору. Ты знаешь, что это такое, старина, а?... Сегодня, когда началась игра, я отправилась прогуляться, просунула туда голову... и это было ужасно!
      Я согласно кивнул головой, хотя пока ничего не понимал.
       - Это было перед тем как ты увидела меня? - Но ты, как мне кажется, вышла из другой двери.
       - Да. Я не хотела возвращаться тем же путем, он бы узнал тогда, что мне стало что-то известно. Я прошла через кухню и вышла здесь.
       - Очень хорошо - ответил я, - Послушай теперь меня, моя крошка. Мне кажется, что ты совсем замерзла, не так ли? Прогуляйся немного по палубе, чтобы согреться, а потом возвращайся в салон через главный вход. Он ничего не узнает и подумает, что ты ходила подышать воздухом.
      Она попыталась кивнуть мне головой, потом с трудом встала и пошла неверными шагами. По всей видимости, эта девушка в разладе не только с этой шайкой, но и с собой. А мне вдруг стало жарко по той причине, что в голову пришли такие мысли, в которых нет ничего веселого.
      Как только она исчезла, я встал и направился к двери, из которой она вышла. Я скользнул внутрь, в темноту. Только где - то внизу, в конце коридора, виден свет, и слышится громыханье посуды. Я приблизился на кончиках пальцев и взглянул за дверь в конце коридора. Мне показалось, что я действительно попал на кухню, потому что два или три человека занимались мытьем посуды.
      Я постоял минуту, потом быстро прошел мимо них, стараясь идти шатаясь, как сильно опьяневший человек. На этом судне было столько перебравших людей, что на меня не обратили особого внимания. Во всяком случае, никто мне ничего не сказал. Таким образом я прошел через кухню и вышел в дверь с другой стороны. Так я оказался в другом коридоре, очень узком. С правой стороны находились две двери, а с левой три. Я открыл обе двери с правой стороны, но там были обычные спальни, к тому же пустые. Тогда я принялся за левую сторону. Первые две оказались запертыми, это тоже были спальни. Третья дверь была на запоре. Это, видимо, была та каюта, о которой мне на палубе рассказывала девушка. Нужно было найти ключ, чтобы отпереть ее.
      Тот факт, что дверь была запертой, возбудил мое любопытство. Замок был детской игрушкой. Через две минуты я открыл его, вошел в каюту и закрыл за собой дверь. Там было так же темно, как в подвале у Султана, и, не знаю по какой причине у меня появилось предчувствие, что меня ожидает нечто очень неприятное. Я чиркнул зажигалкой и осмотрелся.
      Предчувствия меня не обманули, можете мне поверить. На столе в этой каюте стояла портативная лампа. Я нажал на выключатель. Напротив, около стены, в луже крови лежали два трупа. Мне не понадобилось много времени, чтобы убедиться, что это были Султан и Марат. В этом не было ни малейшего сомнения. Марат, по - моему, получил две или три пули в живот, а у Султана были простреляны шея и голова. Этим парням здесь успех не сопутствовал. Сами понимаете, я видел немало смертей на своем веку и привык уже не извергать слезы и сопли, но при виде этих убитых мне стало невыносимо тяжело. Особенно мне было жаль Султана - моего старого товарища и земляка, с которым я много лет действовал дружно и согласно.
      На столе лежали два револьвера. Я сразу узнал один из них. Он принадлежал Султану, другой, как я полагаю, служил Марату. Я осмотрел оружие и понюхал стволы. Ни тот, ни другой не были в употреблении. Это означало, что тип, который угробил их, как двух собак, не дал им возможности защищаться. Я решил, что сделал это, грязный подонок Профессор.
      Я сунул револьвер Султана себе за пояс, потому что мне пришла в голову мысль, что будет неплохо вооружиться посущественнее, имея в виду возможные осложнения, для которых "Святая Мария" казалась мне очень подходящим местом.
      После этого я погасил свет, открыл дверь каюты и вышел в коридор, чтобы вернуться тем же путем. Я прошел по палубе вдоль борта мимо дюжины парочек, которые живо обсуждали подробности игры и ставки. Несколько дальше я увидел ту девушку, с которой разговаривал недавно. Она стояла, наклонившись над водой. Я подумал, что она не вернулась обратно из-за боязни, что Профессор спросит у нее, где это ее носило.
       - Салют, детка! - обратился я к ней. - Давай, пройдемся немного. У меня есть, что тебе сказать.
      Я взял ее за руку и повел на корму. Она была послушна, как ягненок. У меня появилось ощущение, что она готова делать все, что потребует от нее первый встречный. Я посадил ее на то же место, где она сидела недавно.
       - Послушай, крошка, я верю, то, что ты мне рассказала, тебя очень беспокоит, и я также согласен с тобой, что Профессор на этом деле погорит. Расскажи мне, каким образом свели счеты с парнями, которые лежат мертвые в той каюте?
      Она посмотрела на меня расширенными от ужаса глазами.
       - Значит, ты был там, внизу? Но... в сущности... - в ее голосе скользнуло подозрение, - кто ты такой?
       - Не задавай таких вопросов, если не хочешь услышать не правду. Может быть, я дед Мороз, а может, и нет. Но если ты разумная девочка, то скажешь, что произошло здесь сегодня вечером. Ты видела, как эти двое поднялись на борт?
      Она начала плакать. У меня есть принцип: если женщина начала плакать, не стоит ее останавливать, потом она лучше будет себя чувствовать. Итак, она сидела и всхлипывала, будто на сердце у нее большое горе. Потом понемногу стала успокаиваться.
       - Послушай, крошка - сказал я ей - решись и откройся мне. Ты знаешь, рано или поздно, но говорить придется.
      Она проглотила последние слезы.
       - " Я была с Профессором в салоне, когда те два парня поднялись на борт. Мне кажется, они приплыли на моторной лодке. Куковица, шеф служащих яхты, и один из приближенных Профессора, подошел и сказал что-то своему боссу. Профессор не ответил, он некоторое время что-то обдумывал, потом глаза его сузились, как всегда бывает, когда он замышляет что-то жестокое. Он сделал мне знак подойти к нему и сказал, что на борту появились два типа, которые могут причинить ему много неприятностей.
      Я спросила, какое это может иметь отношение ко мне, и услышала, что должна выйти на палубу и привести этих двоих в каюту, сообщив им, что он сейчас придет. Мне надо было устроить так, чтобы они сели за стол, находящийся посередине каюты. Я должна была разговаривать с ними, пока не услышу как заиграла скрипка, а затем отойти вправо. У меня появилась уверенность, что Профессор замыслил грязное дело, и ответила, что не хочу быть замешанной в историю, которая слишком дурно пахнет. Этот мерзавец знает обо мне все и ему не составило бы труда заставить меня выполнить приказ, но на этот раз он не стал настаивать и дал это поручение Симоне, которая тоже работает на него, и которой на все наплевать.
      Симона очень жестока. Она спокойно направилась на палубу, а я, несмотря на страх, умирала от любопытства узнать, что произойдет в каюте. Через некоторое время Профессор ушел, а я обошла каюты с другой стороны и стала заглядывать в иллюминатор, который был закрыт не полностью. Я видела, как Симона разговаривала с парнями. Потом в каюту кто-то вошел, я отошла в сторону и спряталась в тень за рубку. И в этот момент я услышала, как заиграла скрипка. Профессор появился в коридоре. В руке у него был пистолет с глушителем, он выстрелил шесть раз и сразу же ушел, а скрипка перестала играть ".
      Она снова стала всхлипывать и стонать, потом замолчала. Я закурил сигарету.
       - Итак, крошка, бесполезно ныть. Что сделано - то сделано, и это не воскресит мертвых, - ответил я ей. - В сущности, явившись незваными на борт, они сами нарвались на неприятности, а Профессору было необходимо защитить свой бифштекс, разве не так? Кстати, не показалось ли тебе, что эти двое были из ментуры?
       - Предположим, что это так - сказала она, но он должен был дать им возможность сохранить свою жизнь.
      Неожиданно ей в голову пришла какая - то мысль, и она искоса посмотрела на меня.
       - Но послушайте, я до сих пор не знаю, кто вы такой! Я вас никогда не видела на этом судне.
       - Точно, моя красавица, и если ты не перестанешь задавать мне вопросы, то не увидишь больше никого, потому что я брошу тебя в воду, и это так же точно, как то, что меня зовут Балаш Карзубый.
       - Вы Балаш Карзубый? Вот здорово! Я слышала о вас.
       - Что ты слышала обо мне, малютка?
       - Что вы, вероятно, один из самых опасных убийц, которые когда - либо убивали чекистов и ментов .
       - Так это или не так, будем считать, что приблизительно верно. Но если бы я был на твоем месте, сестренка, то был бы очень осторожен в выражениях, ибо, если ты захочешь наговорить кому-нибудь на корабле глупостей обо мне, я устрою тебе такую вздрючку, что ты сама будешь рада проглотить свой язык.
       - О, я буду молчать, с меня вполне достаточно. Я и так наговорила сегодня много такого, чего не следовало говорить.
       - Отлично. А теперь, когда мы договорились, моя кошечка, вернись в салон и продолжай мяукать, активно участвуй в программе вечера, но ни одного слова обо мне. В противном случае тебя больше нет.
       - Не беспокойся - прошептала девушка, я буду нема.
      Она повернулась и ушла, а я закурил сигарету. Меня совсем не обрадует, если эта малышка околеет в таком положении, как погибшие парни, потому что если она получит пулю в живот, я не смогу ее больше использовать. Надо вам сказать, что я чувствовал себя на этом корабле очень неуютно, потому что было ясно, как день, что Профессор совершенно не жаждет встречаться с людьми, которые вмешиваются в его махинации, и разговаривает с ними при помощи пушки. Должен сказать, что я имею приличный зуб против Профессора. Я должен отомстить за Султана.
      Я еще немного посидел, потом решил рискнуть и посмотреть, что же тут происходит. Я поднялся, но в этот момент услышал совсем близко чавканье мотора. Я осмотрелся и увидел приближающуюся маленькую лодку. Луна уже поднялась, и я хорошо рассмотрел того, кто управлял лодкой.
      Это был Омар Алуев, лейтенант Ляльки. Вот это называется везением! Я немедленно подал ему условный знак, и он меня увидел. Подведя лодку к корме, он поставил ее рядом с моей и поднял голову. Выражение его лица было растерянным.
      - Ну что, Балаш! Вот это совпадение!
       - Давай, влезай сюда скорее, паренек, мне надо с тобой серьезно поговорить.
      Он поймал конец каната и поднялся с ловкостью обезьяны. Он крепыш, этот Омар. Такой же крепкий, как и я, а может быть, и более. Омар вскочил на борт и сел рядом со мной.
       - Так, акробат, и что же ты пришел искать здесь?
       - И ты еще спрашиваешь - ответил он. - Когда Зоя пошла покупать для тебя перевязочные средства, она позвонила Ляльке и сказала, что будет хорошо, если я немедленно примчусь сюда последить, чтобы тебя не обидели. Она подумала, что тебе, может быть, понадобится небольшая помощь, и хотела, чтобы я прибыл в твое распоряжение. - он изобразил улыбку. - Эмма должна сказать тебе целую кучу вещей. Она скажет тебе сама, когда увидится с тобой.
       - Скажи-ка, Омар, она, вероятно, сердится, эта девочка, а? Но я не мог поступить иначе, мне совершенно необходимо было попасть сюда.
       - Нет, она мне ничего не сказала. Но это счастье, что я спешил сюда. По дороге я заметил ее машину, стоящую у станции, а сама она спорила с двумя птенчиками, которых ты оставил на берегу. У них был очень недовольный вид. Пришлось этих типов успокоить. Они теперь лежат на земле и больше не чирикуют. Итак, что же здесь происходит?
      Я секунду подумал.
       - Слушай, Омар, держу пари, что Лялька сейчас икает, не так ли?
      Алуев засмеялся.
       - Вряд ли. Ему не до икоты. Он думает, что делать с Профессором? Чтобы кто-то другой сорвал его комбинацию, это совершенно не устраивает Ляльку и меня тоже, потому что сегодня вечером мы собирались ликвидировать Марата.
       - Кроме шуток? И как же вы хотели приняться за это дело?
       - Парень живет на Гороховой - ответил Омар. - Я звонил ему по телефону, чтобы вызвать его под каким-нибудь предлогом в определенное место. И если бы он пришел, все дальнейшее было бы просто. Но его не оказалось дома. Мне уже становилось муторно от всей этой истории, когда вдруг по поручению Ляльки появился один из моих товарищей и сказал, что только что звонила Эмма и сообщила, что Профессор увез Лейлу, и что вы оба отправляетесь на ее поиски. Лялька приказал мне немедленно ехать, а сам позвонил, чтобы приготовили моторную лодку. И вот я здесь. И что же мы теперь будем делать?
       - Не задавай пустых вопросов, Омар. Я скажу только, что тебе не надо заниматься Маратом, так как Профессор свел с ним счеты. С ним и еще одним его товарищем.
      Он широко раскрыл глаза.
       - Ты не шутишь?
       - Нет, какие шутки?.
      Я рассказал ему все, что произошло на корабле, соврав при этом, что Султан был товарищем Марата, и что я его не знал.
       - А теперь, Омар, - продолжал я, - слушай как мне представляется дальнейшая игра: главное - увезти с этого корабля Лейлу и как можно скорее. Мне кажется, что почти все парни на этом корабле переполнены виски, коньяком, наркотиками, и надо решить, как играть: действовать похитрее или идти напролом?
      Он засмеялся.
       - Мой старый Балаш, нужно броситься прямо в толпу. Пошли!
      Я взял свой "Глок - 18" в правую руку, а револьвер Султана в левую. Омар нес два под каждым плечом. Мы обошли рубку по левую сторону борта. Стало довольно холодно, и большинство людей ушло в помещение. Я чувствовал себя настолько возбужденным, что почти забыл про свою руку, которая, тем не менее, продолжала сильно болеть.
      Мы пришли на нос яхты, и я подал Омару знак остановиться. Мы посмотрели в отверстие иллюминатора. Салон был очень большим и занимал половину длины всей яхты. Он был весь заполнен людьми, и вы должны мне поверить, что никогда не видели подобного сборища.
      Тут собралось много типов со своими девочками, которых я встречал раньше в различных злачных местах европейских городов, куча всяких подонков, объединившихся в компании и организации. Здесь были: Серый Альберт, знаменитый бандит из Одессы; Горячий Валик, который убил Романа Чуйского только потому, что ему не понравилась его прическа; Святой Яков из Краснодара и Ира Богацкая, его девочка, "Ангел" из Москвы и Федя Тормоз из Ростова.
      Все они явились сюда со своими подружками для отдыха и разных увеселений, как вы сами понимаете. Я никогда не видел подобной банды головорезов. Это было семейное обледенение.
      Тут было к тому же человек пятьдесят, которых я не знал. Но по их виду можно было судить, что они не иностранцы, и это доказывало, что Профессор не решался приглашать на борт людей с чужого берега. Очевидно, этот лис был слишком осторожен, и я признаю, что он был прав.
      Посреди салона находился столик с рулеткой, и весь народ столпился вокруг него. Профессор держал банк, а в противоположной стороне прямо напротив него я увидел Лейлу.
      Ее лицо разрумянилось от возбуждения, светлые волосы блестели при ярком свете ламп, платье на ней было совершенно изумительное, и среди этой толпы она выглядела как миллион долларов золотом на солнце. Нет, кроме шуток, как она прелестна, эта девочка!
      Я бросил на Омара взгляд поверх своего плеча. Он закурил сигарету. Дверь в салон находилась рядом.
       - Пойдем и захватим их, Омар, - сказал я, - и мы вошли.
      Все были так поглощены игрой, что на нас никто не обратил внимания, пока Омар не закричал:
       - Внимание! Руки вверх, банда подонков, и быстро!
      После этих слов он сделал два выстрела вверх.
      Видели бы вы лица всех этих людей, когда они повернули головы и увидели нас! Приблизительно восемьдесят пар рук поднялись к потолку одновременно.
      Видя, каким образом они поднимали руки, можно было представить себе, что подобный сюрприз был им преподнесен впервые.
       - А теперь, дамы и господа, - сказал я, - если кто-нибудь из вас хочет немного порезвиться, я советую ему начать сейчас же, потому что мы не можем терять время и совсем не такие уж хорошие. Советуем голосовать хотя бы одним пальцем, ясно?!
      Я посмотрел на Профессора. Он стоял впереди у стола, и вид у него был совсем больной. Тем не менее, он сделал усилие и попытался улыбнуться.
       - Скажите, пожалуйста, что значат эти угрозы?
       - А ты воображаешь, что мы пришли сюда петь песенки и в шахматы играть?
      Он принял очень любезный вид.
       - Что вы хотите от меня, друзья?
       - Не очень многого, Профессор. Мы хотим только госпожу Бабаеву Лейлу. Мне кажется, что ее отец будет не совсем доволен, когда узнает, что у тебя было намерение увезти его малышку.
      Видя, что у Омара пушки наготове, я спрятал свои и обошел вокруг стола. Толпы расступились, и я подошел к Лейле.
       - Как ваши дела, барышня?
      Она улыбнулась. Ну и зубки у нее, скажу я вам!
       - Вот как! Это мистер Карзубый! Но что все это в конце концов значит? И откуда взялись вы? У меня такое чувство, что каждый раз, когда я иду куда-нибудь, я встречу вас!
       - Послушайте, деточка, я маленький принц, и Ваш Ангел хранитель одновременно, но вы ничего этого не знаете. Меня также называют дедом Морозом, потому что я вхожу через печку. Вы помните нашу встречу в ресторане "Балтика"?
      Она рассмеялась:
       - Я никогда не забуду ее. Какие эмоции пришлось мне испытать в тот вечер!
       - Вы слишком любите эмоции и сенсации, моя дорогая. Вы первая кокетка мира. В один прекрасный день в поисках сильных ощущений вы окажетесь в холодильнике морга, и вас там обслужат.
      Я указал на Профессора.
       - Я вам расскажу о двух - трех вещах, которые касаются этого парня и остальных.
      Первым делом я хочу сказать, что игра ведется запрещенным способом, и Профессор никогда еще не вел честную игру. Во-вторых, все эти подонки, которых вы здесь видите, наделали столько гнусных дел, что по сравнению с ними грешники в аду могут показаться сиротками из детского дома, получающими подарки на Новый год. В-третьих, этот гнусный тип собирался вас похитить завтра утром, уничтожить и потребовать за вас выкуп у вашего отца.
      Она с энтузиазмом всплеснула руками.
       - Не может быть! Это потрясающе!
      И здесь я впервые увидел, что она удивлена.
       - Это так, моя крошка. Кстати, сколько вы сегодня проиграли?
      Она открыла сумочку и посмотрела.
       - У меня было с собой десять тысяч долларов, когда я приехала сюда, и мне кажется, что у меня осталось около пятисот долларов.
       - Очень хорошо, - сказал я и повернулся к Профессору. - Это тебе дорого будет стоить, Профессор. Верни мне эти десять тысяч долларов, которые проиграла мадмуазель Бабаева.
       - Гм... простите... - начал было он, но в этот момент Омар ткнул ему в бок пистолетом.
       - Хорошо, - продолжал он, убежденный этим веским аргументом, - но я буду помнить об этом.
       - Кому ты это говоришь? - рассмеялся я.
      Я сгреб двадцать тысяч, которые лежали на столе, и отдал половину из них Лейле.
       - Теперь, куколка, пора возвращаться в постельку.
      Она не сказала ни слова, взяла накидку, лежавшую сзади на стуле, и мы с ней направились к двери, прикрываемые Омаром, который следил за оставшимися в салоне, пятясь задом. Дойдя до двери, я обратился к этим любителям острых ощущений:
       - Слушайте, банда бохарых мерзавцев! Если кто-нибудь тронется отсюда раньше, чем через десять минут, то будет уничтожен, поняли? Не забывайте, что мой товарищ с пулеметом наблюдает за вами через отверстие иллюминатора на другом конце салона, так что оставайтесь спокойными еще десять минут.
      Они все оказались понятливыми ребятами.
      Мы вышли на палубу. Я закрыл дверь и проводил Лейлу и Омара на корму.
       - Омар, вот что ты должен будешь сделать: посади Лейлу в лодку и отвези ее к берегу, а там поручи заботам моей сестренки Зои.
      Я подмигнул ему, и он понял мою мысль.
       - А ты что, собираешься остаться на борту этой банзухи?
       - Об этом нет и речи. Но я забыл одну важную вещь. Исчезайте.
      Я смотрел, как оба они удалялись. Пока они спускались вниз по канату, я видел, как Лейла смеется. Мне кажется, что она находит это страшно занимательным.
      Когда Омар убрал канат, чавканье мотора сказало мне, что они отплыли.
      Я вернулся к салону и открыл дверь, держа "Глок - 18" наготове. Все эти подонки не шевелились. Их так хорошо выдрессировали, что как только я показался на пороге, все руки поднялись вверх.
       - Послушай-ка, Профессор, мне надо поговорить с тобой. Выйди сюда и держи руки в воздухе.
      Я отошел, пятясь через порог, и стал ждать.
       - Сидеть, дети мои! - крикнул я толпе.
      Я закрыл дверь.
       - Что ты хочешь мне сказать, Балаш? - нервно спросил Профессор. - Для чего ты баки забиваешь? Что еще ты тут ищешь?
       - Иди за мной - ответил я ему, - и все узнаешь.
      Я отвел его подальше и предложил ему сесть. Вид у него был заинтересованный, так как он не мог догадаться, чего я от него хочу.
       - Слушай, Карзубый, я ничего не понимаю. Ты забрал все белки из моей амбарухи, и вновь ты недоволен. Что за алямс тралямс? Не интересуешься ли ты, случайно, Лейлой? Если это так, то мы могли бы с тобой договориться. Я старый богодул, я человек справедливый...
      Я поднял голову, чтобы взглянуть на него.
       - Закрой пасть, Профессор. Хорошенько выслушай меня. Я тебя не могу выносить, и это уже давно. Ты - блатырь, ты грязный бабочник и берданочник, ты даже не киллер, ты - мерзавец, ублюдок и свинья... У тебя щас амба и знаешь, что я с тобой сделаю? Сейчас ты выйдешь в аут!
      Он смотрел на меня как кролик на удава, и я увидел капельки пота на его лбу.
       - Я сделаю с тобой то, что ты заслужил. Тварь!
      Он начал умолять меня дрожащим голосом:
       - О! Слышь, Балаш, что... А?... Дай мне хоть небольшую возможность, не будь так жесток. Не говори со мной с оппозиции силы! Я отдам тебе все деньги, все, что ты потребуешь. Я тебе никогда ничего плохого не сделал, я не понимаю...
       - Брось это! - закричал я. - А ты дал хоть малейшую возможность Султану и Марату сегодня вечером? А?
      Неожиданно я широко улыбнулся.
       - Послушай, возможно, я ошибался на твой счет, Профессор. Я взбешен, поэтому могу сгоряча сделать то, о чем впоследствии пожалею... О, взгляни, пожалуйста, скорее, что это там?
      Я смотрел поверх его плеча, как будто что-то увидел на воде. Он встал и повернулся, чтобы посмотреть туда, куда я указывал, и тут я свел с ним счеты, влепив ему пять пуль в сердце и спинной хребет: две за Султана, две за Марата и одну за меня. Он повалился на сетку, ограждающую борт. Я просунул под тело Профессора ногу, рывком приподнял и швырнул в воду.
      Он полетел вниз головой, и черная вода сомкнулась над ним. "С Новым ходом, Профессор!!!", крикнул я ему вдогонку.
      Я вернулся чтобы выяснить, что происходит в салоне. Там все было спокойно. Тогда я снова повторил свой акробатический номер и спустился в лодку, включил мотор и понесся к берегу.
      Со " Святой Марии " до меня донеслись звуки танцевальной музыки, передаваемой по радио. Я наконец расслабился и зажег сигарету. Сидя на скамье, я ощутил и горечь и удовлетворение... Я потерял друга, но жестоко отомстил за него.
      
      7.
      
      Пришвартовавшись к берегу, я задавал себе вопрос: как теперь развернутся события? Я подумал, что Омар и Зоя имели достаточно времени, чтобы освободиться от парней Профессора, которые были оставлены у изгороди. И я не ошибся. Поблизости никого не было кроме Лейлы и Омара Алуева с Зоей, и я должен сказать, что последние неплохо играли свою роль, чтобы убедить Лейлу.
      Мы направились к машинам. Зоя села в свою, а Омар - в мою машину, чтобы вернуть ее в гараж, откуда она была взята. Я сел в машину Лейлы, которая была оставлена в соседнем гараже.
      Во время обратного пути Лейла не переставала обсуждать происшествия этого вечера. И как она болтала! Послушав ее, можно было подумать, что все это - просто спектакль, разыгрываемый для ее развлечения. По-моему, у этой мышки странное представление о забавах, но, в конце концов, она не единственная, кто так думает.
      Вы, вероятно, уже поняли, что мораль - это не самое сильное мое место. Тем не менее, я вынужден констатировать, что большинство молодых женщин, отцы которых очень богаты, немного сумасшедшие. В девяти случаях из десяти старик начинал свою деятельность в качестве рабочего на заводе или преподавал в институте.
      Он трудился не покладая рук, пока удачная женитьба или счастливый случай не приносили ему первоначальный капиталец, который он берег и приумножал. А потом его детки начинали пользоваться его трудами, попадая в грязные истории в поисках сильных ощущений, так как считали, что в этом заключается непознанный отцом смысл жизни. Это в полной мере относится к Лейле. Но все - таки, что-то в голове у нее есть!
      Пока я раздумывал обо всем этом, она рассказала мне, как попала в лапы Профессора.
      Однажды пообедав в одиночестве в шикарном ресторане, она отправилась в театр, а после представления ее подхватил какой - то молодой человек под предлогом, что они уже встречались в Париже. Лейла попалась на эту удочку, так как встречалась с таким множеством людей, что при всем желании не могла бы их запомнить.
      Парень начал ей расхваливать плавучее казино Профессора со всеми его развлечениями, и, конечно, Лейле очень захотелось отправиться туда. И он ее туда доставил. Все это время я ждал, что она вот - вот спросит меня, откуда мне стало известно, что она находится там, и поспешил сам рассказать ей всю историю. Она обратила внимание, что у меня болит рука, и села за руль.
      Машину она вела с такой скоростью, что совершенно не имела возможности разговаривать, что меня вполне устраивало и давало возможность все хорошенько обдумать. Я сказал ей, что как-то видел ее выходящей из "Екатерины" и зашел навестить, но узнал от горничной, что она уехала на пару дней. Выходя из отеля, я встретил парня из окружения Профессора, который в разговоре высказал мнение, что она отправилась на яхту поиграть в рулетку. А так как мне было хорошо известно, что за тип Профессор, то я понял, что он просто заманил ее туда, чтобы обобрать и похитить, ну и отправился к нему с сестрой и одним парнем, чтобы навести там порядок.
      Она посмотрела на меня краем глаза очень лукаво.
       - А почему вы не предупредили полицию, Балаш?
       - Послушайте, Лейла, было бы неплохо, если бы вы внимательно смотрели на дорогу, иначе мы, в лучшем случае, окажемся в канаве. А что касается ментов, то ведь вам известно, как я их люблю.
       - Представляю себе. Но скажите, чем вы в действительности занимаетесь? Ведь вы киллер, не так ли? А какая у вас специальность?
      Я улыбнулся, так как у меня появилась мысль, что я могу выдать себя за маленького героя.
       - Ну, Боже мой, предположим, что я один из... И что же? Я занимаюсь машинами. У меня есть основания не говорить о себе...
      Она улыбнулась.
       - Это вы убили военного в Москве?
      Я ответил, что был вынужден убить этого парня, так как в противном случае он застрелил бы меня. Вопрос в том, кто первый успел нажать на спуск... И я продолжал рассказывать ей о себе, да так здорово, что она должна была считать меня чем - то средним между Робин Гудом и графом де Бю Си.
       - Ваша рука, кажется, причиняет вам сильную боль, Балаш? - спросила она. - Что с вами произошло?
       - Если я вам расскажу это, вы станете смеяться. Когда я сегодня лез на пристань, то пистолет держал в руке, и так неловко поскользнулся, что всадил себе пулю в руку. Согласитесь, это достаточно глупо, не так ли? Когда я вернусь в город, мне сделают перевязку, вот и все.
       - Я сделаю это сама, Балаш.
      Было семь часов утра, когда мы подъехали к "Екатерине". Мы поднялись в апартаменты Лейлы. Она вызвала свою горничную и послала ее за перевязочными средствами для моей руки. Рука выглядела неплохо, так как парень я достаточно крепкий, и я уверен, что через 24 часа у меня все пройдет.
      Пока Лейла делала мне перевязку, я следил за ее горничной, которая помогала своей хозяйке. Она очень хорошенькая, эта Варя, и я подумал, что может быть, стоит воспользоваться ее услугами...
      После окончания перевязки мы выпили кофе, и я сказал Лейле, что мне пора уходить. Она предложила пообедать вместе сегодня часов в девять вечера. Вот это меня вполне устраивало!
      Я быстро распрощался, так как Лейла зевала так, что были видны ее кишки, сказав ей, что она хорошо сделает, если отдохнет как следует.
      Горничная проводила меня до двери, прошла по коридору и вызвала лифт.
      Я посмотрел на нее.
       - Скажите мне, малышка, вам уже говорили, что вы очаровательны?
      Она улыбнулась.
       - Мне кажется, я вспоминаю, что один парень говорил что-то подобное, но это его нисколько не продвинуло в ухаживании.
       - Очень жаль - ответил я. - Надо будет серьезно заняться этим вопросом. А что, если мы с вами отправимся в ресторан "Петровское"?
       - Почему бы нет? Я ведь ничем не рискую - улыбнулась она.
       - Ну тогда решено, условимся о встрече. У вас есть выходные дни?
       - Завтра вечером я свободна. Госпожа Бабаева обедает с друзьями.
       - Отлично.
      Я условился о встрече с ней в ресторане "Петровское" на речном бульваре, который был мне знаком, и удалился.
      Я шел по Невскому, потом вдоль канала Грибоедова, и дойдя до Казанской улицы, стал обозревать окрестности. Никакого сомнения. Напротив дома, в котором я живу, я заметил парня, с непринужденным видом курящего сигарету. Я понял, что это один из людей Ляльки, которому поручено наблюдать за моим жилищем, чтобы знать, не потерялся ли я где-нибудь. Это доказывало, что Лялька до сих пор не чувствует ко мне полного доверия.
      Войдя к себе, я выпил банку пива, потом сел, чтобы спокойно все обдумать.
      По - моему, все устраивается как нельзя лучше, но Султан, разрешив себя убить, отнюдь не облегчил мою задачу, и это мне не совсем нравится.
      Но, наконец, я решил, что бесполезно сейчас ломать голову... Рука моя болела, и я решил лечь в постель. Это действительно прекрасное изобретение - кровать. Существует немало парней, которым не вредно было бы это понять и проводить в постели побольше времени вместо того, чтобы все время бегать туда и сюда.
      Было уже шесть часов вечера, когда лакей, обслуживающий мой этаж, вошел и сказал, что некий товарищ Лялька Мясник хочет меня видеть. Я попросил принести кофе и виски и пригласить Ляльку.
      Спустя минуту он принес то, что я просил. Вслед за ним вошел Лялька, который был изысканно одет и выглядел отлично. Я сел в кровати и зевнул.
       - Итак, что нового, Лялька?
      Он сел и из платинового портсигара достал сигарету. Его тонкие губы раздвинулись в улыбке. У меня такое чувство, что Лялька из тех людей, которые улыбаются только губами, и никогда не улыбаются глазами, которые у них всегда остаются холодными и жестокими, похожими на маленькие кусочки голубого льда. У многих киллеров его типа такие же глаза. Он закурил, несколько раз затянулся, потом посмотрел на меня.
       - Знаешь, Балаш, я снимаю перед тобой шляпу. Ты действительно был вчера на высоте на этой " Святой Марие ". Ты очень ловок, когда принимаешься за дело.
       - Согласен, но там ничего сверхособенного не произошло, и нечего из этого делать историю. Это было совсем нетрудно. Да и кто он такой, этот Профессор?
      Он засмеялся и выпустил большую струю дыма.
       - Мне кажется, что Профессор никого не сможет больше обвести, - сказал он и посмотрел мне прямо в глаза.
       - Что ты хочешь этим сказать, Лялька?
       - Я хочу сказать, что это была отличная работа, Балаш. Этому парню лучше быть там, где он сейчас находится, чем стоять у нас на дороге. Я рад, что ты свел с ним счеты.
       - Ты шутишь?С чего ты решил, что я свел с ним счеты?
      Он засмеялся. У него очень красивые зубы.
       - А что по твоему я делал вчера вечером, Балаш? Когда Зоя позвонила мне и сказала, что Профессор увез Лейлу на свое судно, а ты повздорил с Эммой и другими парнями из окружения Профессора, я немедленно отправился в путь. Ты ничего не знал, но вчера вечером в течение трех часов я с шестью парнями находился в лодке поблизости от " Святой Марии " на тот случай, если ты сделаешь фальшивый маневр. И лишь после того, как мы увидели, как ты расправился с Профессором и вышвырнул его за борт, проделав это на высшем уровне, я сказал себе, что теперь можно возвращаться обратно.
       - Что поделаешь? Такие вещи случаются. Профессор становился слишком нахальным.
      Он согласно кивнул головой.
       - Ты неплохо распорядился вчерашним вечером, Балаш! Ты вернул десять тысяч долларов Лейле? Те, что она потеряла там?
       - Еще бы, конечно, я отдал ей ее монеты. Кроме того, я и себя вознаградил десятью тысячами долларов, которые отнял у Профессора. Не отдавать же эти деньги Лейле, ведь совершенно ни к чему, чтобы она еще и заработала на этом деле.
       - Согласен, - сказал он. - Ну что ж, ты очень везуч, Балаш Карзубый. Получил от меня на дело десять тысяч, потом столько же от Профессора, да еще имел удовольствие его уничтожить... Что, тебе нравится подобное везение?
       - Пока мне действительно везло, и я от души поздравил себя с этим, будь уверен.
      Он опять рассмеялся и налил себе немного виски.
       - Ну что же, надеюсь, что и впредь будет также, Балаш. Я люблю видеть вокруг себя довольных людей. Должен признать, что ты храбрый человек, и хорошо выполняешь свою работу. И чтобы доказать тебе, что я не зря говорю это, и чтобы ты чувствовал себя еще более довольным, вот тебе пять тысяч долларов.
      Он положил на стол пачку баксов и с улыбкой посмотрел на меня.
       - Это тебе за твою руку. Знаешь, Балаш, у меня целая куча проектов относительно нашей совместной работы... У меня вот какая идея: после того, как мы осуществим похищение Лейлы, и шум, вызванный этим, утихнет, мы с тобой поедем в Турцию и приберем к своим рукам все организации страны.
      Я рассмеялся.
       - Мой старый Лялька! Когда я получу свою часть выкупа за Лейлу, у меня будет дело, не имеющее отношения к гангстерам. Мне не нужно будет этим заниматься. Пол миллиона долларов - этого для меня достаточно.
       - Что же ты будешь делать, Балаш? - поинтересовался он.
       - О! Я точно еще не знаю. Но мне все же хочется попытаться разводить форель.
      Я не мог оторвать взгляд от его белых длинных пальцев. Если можно сказать о руках, что они жестокие, то я гарантирую вам, что у этого типа самые жестокие руки на свете...
       - Я так представляю себе, как ты разводишь форель, Балаш. Вместо утренней зарядки ты их ешь сырыми, чтобы не потерять сноровку... - Ну, а теперь, вернемся к нашей овечке...
      Он передвинул к кровати стул и закурил следующую сигарету. Я тоже закурил и стал смотреть на него сквозь дым.
       - Надо будет закончить дело на этой неделе, считая и уик-энд, Балаш. Сегодня у нас среда. Я нанял небольшой домик, и к четвергу все будет готово. Он называется "У папы Станислава", совсем близко от Невы. Там очень неплохо. Я привезу туда около тридцати пар. Это все милые и очень корректные люди, я знаком с ними много лет. Ну, а ты придумай причину, чтобы залучить туда Лейлу.
       - Это легко сделать. Лейла сейчас очень заинтересовалась мной после истории на " Святой Марие ". Я сегодня вечером обедаю с ней, но пока насчет уик-энда ничего ей не скажу.
      А попозже наговорю ей кучу глупостей о том, что я сам попал в грязную историю, и она может помочь мне, если согласится поехать в "У папы Станислава", и дело это настолько личное и конфиденциальное, что никто не должен знать, куда она поехала. Между нами говоря, я уже два раза вызволял ее из очень неприятной ситуации, и думаю, что полностью заслужил ее доверие, которое не позволит ей мне отказать.
      Лялька улыбнулся, потом провел языком по губам. Такая у него привычка.
       - Хорошо придумано, Балаш. Привези ее в субботу вечером, и твоя работа будет почти закончена.
       - А после этого?
       - О, совсем немного. Ты вернешься в Москву в воскресенье и позвонишь одному типу, номер телефона я сообщу тебе позже. Он устроит так, что в понедельник утром у тебя будет разговор со стариком Бабаевым, и ты сразу изложишь ему суть дела.
      Скажи, что его дочь похищена, и что через три дня ее в России уже не будет, и что у него три дня на то, чтобы подумать, и неделя на то, чтобы он выложил три миллиона долларов и перевел их на мой счет в Дойч банке в Штутгарте. Если он этого не сделает, - Лялька снова рассмеялся, - ты скажешь ему, что нам пришла в голову потрясающая мысль. Спросишь, узнает ли он зубы своей дочери, ибо за каждую неделю промедления, на другой день мы будем присылать ему один из ее зубов по почте. И не забудь передать, что зубы у нее будут выдергивать без наркоза.
      Он встал.
      - Я ухожу, Балаш. Есть еще только одна мелочь, которую я хочу сказать тебе. Ты человек смелый и решительный, но не вздумай сыграть со мной какую-нибудь шутку. Не забывай, что ты ничего не можешь предпринять без того, чтобы каждый твой шаг не стал бы мне известен тут же. И это не потому, что я не доверяю тебе, просто я никогда не надеюсь на случай. И если ты попытаешься меня надуть, я узнаю об этом раньше, чем ты это сделаешь.
      Он стоял передо мной и смотрел на меня, так могло бы смотреть целое семейство гремучих змей.
      Я слегка улыбнулся.
       - Чего ты, в конце концов, хочешь? Напугать меня так, чтобы я протянул лапки? Не будь ребенком! С этого момента, когда я согласился работать с тобой, все идет, как положено. Я хочу получить двести пятьдесят тысяч.
       - Это хорошо, Балаш. Держи свое слово, и ты их получишь. До свидания.
      Он вышел.
      После его ухода я остался лежать на кровати, курил и смотрел в потолок. Поймите, что я играл в очень опасную игру с этим подонком Лялькой Мясником. Во - первых, он страшно крут, во - вторых, я согласен, что его голова не без серого вещества, и он не даром предупреждал меня, чтобы я не считал себя таким ловким, как он. Возможно, это так, а может быть, и иначе, но одно совершенно ясно: до того, как я покончу с ним, он получит от меня такую встряску, которую никогда не забудет, это я вам твердо говорю!
      Но мне необходимо держаться очень осторожно. Когда он говорил мне, что если я обману его, он все равно узнает об этом, у него были определенные основания. Вспоминая все художества Ляльки, я понимал, что должен намного опередить его, чтобы выиграть партию. Вот уже несколько лет Интерпол, да и другие категории должностных лиц пытались его поймать, но безуспешно. А все потому, что сам он держался позади, и у него всегда наготове был человек, служивший его прикрытием, и за спиной которого он без помех проделывал свои финансовые операции.
      Лялька всегда играл среди киллеров главные роли, потому что, с одной стороны, имел определенную силу, а еще потому, что никто никогда не знал, с кем он работал, и кто работает на него.
      Но при воспоминании о его предложении объединиться с ним для совместной работы в большом масштабе, после того, как будет закончено дело с Лейлой, я начал дергаться от смеха, как при конвульсии. Это столь же приятно, как перспектива разделить свою кровать с парочкой слепых старушек, и я все же, пожалуй, предпочел бы змей. Но теперь, хотел я этого или не хотел, я был вовлечен в историю с похищением Лейлы. Он держал меня так, что я никак не мог выкарабкаться. Я сильно рассчитывал на Султана, и надо же было, что он позволил себя убить как раз в то время, когда был так мне нужен!
      Я выворачивался наизнанку, чтобы придумать что-нибудь до уик-энда.
      Положение скверное. После гибели Султана мне некому было довериться. Я не могу предупредить Лейлу, так как тогда она поспешит покинуть Питер, а Лялька сумеет захватить ее где-нибудь в другом месте. Потом мне пришла в голову мысль предупредить ментуру, так как это была единственная возможность помешать операции Ляльки, но это так же было довольно спорным, так как в Питере он пока не состоял на учете в полиции. Вряд ли полиция России приняла бы во внимание мое заявление.
      Неожиданно у меня появилась мысль, что Лялька мог иметь и свои виды на Лейлу после получения выкупа. Он был слишком большим любителем женщин, чтобы пропустить такой момент, и был не лишен вкуса, о чем свидетельствовала Зоя, которая была просто прелестна. Вполне вероятно, что он захочет еще что-то получить от Лейлы, кроме выкупа, и не надо быть очень умным, чтобы понять, что будет с Лейлой после того, как она ему надоест.
      Выкуп, по моему мнению, они получат. Лялька ведь серьезно говорил, что будет посылать каждую неделю по одному зубу девочки ее отцу. Нет сомнения, что он это сделает и получит даже большое удовольствие, присутствуя на этих операциях. Я вспомнил, как Султан рассказывал мне об одном похищении - сенсационном событии в Трабзоне, организованном бандой Тепсуркаева, за спиной которого стоял Лялька. Муж похищенной женщины не захотел сразу заплатить выкуп, и каждое утро ему присылали прядь волос, вырванных у нее. И когда он все же заплатил выкуп, то женщина была почти совсем лысой, как полированная ручка двери. Это было проявление юмора Ляльки, что говорит о том, что в голове у него что-то перевернуто, так как он считал это доброй шуткой.
      Бл...! Надо быть слишком хитрым, чтобы суметь узнать, что я убил Профессора. Никогда бы не подумал, что кто-нибудь на такое способен. Это было здорово проделано, и еще раз свидетельствовало о том, что такой парень, как Лялька, никому не доверял и в делах был очень осторожен и ловок.
      В конце концов, я пришел к выводу, что пока мне следует плыть по течению. Через некоторое время я встал и подошел к столу полюбоваться на те 5 тысяч долларов, которые он оставил мне. Достав свой справочник, в котором, как вы помните, у меня были напечатаны номера кредитных карточек, и проверив номера только что полученных ассигнаций, я установил, что они тоже из числа похищенных из банка в Лиссабоне. Я положил эти деньги вместе с теми, что получил уже раньше, и добавил взятые у Профессора. Мне хочется получить как можно больше денег, хотя на их недостаток жаловаться пока не приходится. И Лялька в отношении денег вне упрека. Полнота!
      Было уже около девяти часов. Я встал, принял душ, надел смокинг. Я совершенно не тороплюсь и пока одеваюсь раздумываю понемногу, так как, кажется, появилась мысль, как провести этого прохвоста. Мне кажется естественным предпринять кое - что именно в отеле "Эдельвейс" (там на время поселился Лялька), и только там.
      Но я еще не знал, что Лялька Мясник очень часто тасует свои карты.
      Я намекнул, что небольшая мыслишка в голове у меня уже имеется, но пока я не даю ей ходу, так как кажется мне случайной. Но у меня ощущение, что я вернусь к этой мысли перед моим свиданием с горничной Лейлы вечером в четверг.
      Мне становится уже невмоготу все время ломать голову над этим вопросом, поэтому я закурил сигарету и вышел из дома. Была очень хорошая ночь, и к тому же мне очень нравилась возможность пообедать вместе с Лейлой.
      Она ожидала меня в холле отеля "Екатерина" и, должен сказать, стоила того, чтобы на нее посмотреть. Платье очень шло Лейле и, вероятно, стоило немало бессонных ночей ее портным.
      Увидев меня, она пошла мне навстречу, протянув руку и с довольной улыбкой на лице.
       - Я очень рада вас видеть, Балаш. Как ваша рука?
      Я ответил, что все хорошо. Мы вышли из отеля и сели в ее машину. После небольшого спора по поводу того, куда направиться обедать, решили поехать в кафе " Прибалтийское".
      Сидя за рулем рядом с Лейлой, я чувствовал себя в полной форме. Она ничего особенного не говорила, только дружески положила свою руку на мою, но этот жест был мне очень приятен. Я думал о том, что сказала бы Лейла, знай она, что я по шею увяз в грязном деле с похищением, которое должно было состояться в ближайшие два - три дня. Но так как я человек далекий от сентиментальности, подобные мысли были отброшаны.
      Когда мы достигли нужной дороги, я выжал газ до отказа, и машина рванулась вперед. Я случайно взглянул в зеркало и заметил, что за нами следует большой черный автомобиль на расстоянии всего пятидесяти метров. Каждый раз, когда я менял скорость, наши преследователи делали то же самое. Это был "Ламборджини", очень мощная машина, которая могла легко обогнать нас в случае необходимости.
      Лейле я ничего не сказал. Одно мгновение я подумал, что это, вероятно, Лялька поручил присматривать за нами, но было мало вероятно, чтобы он делал это так открыто, его работа намного тоньше. А парни, которые преследовали нас, делали все для того, чтобы я это заметил.
      Когда мы прибыли на место, Лейла пошла привести себя в порядок, а я успел заметить, что черная машина подъехала к ресторану, повернула и въехала во двор напротив. Я нащупал под левым плечом свой Кольт "ЛОУМЕН" на случай вероятных осложнений. Тут дверь машины открылась, и появилась Эмма Крупская.
      Она бросила быстрый взгляд вокруг и направилась ко мне. Я отошел в угол, где меня нельзя было увидеть снаружи, она последовала за мной.
      Эмма подошла ко мне и сказала:
      - Послушай, Балашка, сотрем губкой то, что было вчера. Забудем! Ни цветов, ни злобы. Ты был хитрее нас - и с этим покончено. Я приехала по поручению Семена Мандрейкина и его друзей, которые очень хотят с тобой договориться.
      Я смотрел краем глаза на дверь дамского туалета на случай, если бы Лейла вышла, но пока ее не было.
       - Судя по тому, как обстоят дела, я надеюсь, Эмма, ты не станешь делать глупостей?
       - Не шути, Балаш, я знаю, с кем имею дело. Ты можешь поверить тому, что я тебе скажу. Я буду с тобой честной. Итак, слушай: "Святая Мария" сегодня утром снялась с якоря, но Семен остался здесь. Он не отправился на ней. Тут есть одно обстоятельство. Я полагаю, что Профессора убил один из людей Ляльки. Именно поэтому Семен отправил судно и перебрался сюда.
      Так вот о чем пойдет речь: у нас создалось впечатление, что ты работаешь сам по себе, несмотря на то, что ты привел с собой на корабль Омара Алуева, который связан с Лялькой и является его доверенным лицом. Тогда Семен и я подумали, что если ты согласишься соединиться с нами, мы бы здорово обставили этого Ляльку Мясника. И при этом бы неплохо заработали. Ты слушаешь меня?
       - Это, возможно, меня заинтересует, - ответил я. Мне пришло в голову, что, может быть, мне удастся воспользоваться этими людьми для своих целей.
      Во всяком случае, я спросил у нее, где мы можем поговорить.
       - Семен и я остановились в отеле "Охтинская". Приезжай повидаться с нами сегодня ночью часа в два или три. Мы записаны там под именем супруг Головлевых.
       - Очень хорошо, мася. Я приеду, но на твоем месте я не стал бы баланду травить. Кстати, что стало с тем корейцем, которому ты всадила пулю?
      Так как я улыбался, она улыбнулась тоже.
       - Мне рассказали, как ты здорово взял над ними верх, Балаш. Это надо признать. А что касается корейца, то он чувствует себя неплохо, если не считать того, что каждый раз, когда он кашляет, внутри у него что-то скрипит. Итак, ты приедешь, Балаш?
      Я кивнул.
       - Приеду между двумя и тремя часами ночи. И предупреди Семена, что диктовать буду я, и чтобы без всяких историй, в противном случае дело кончится плохо. А теперь, исчезай!
      Она вышла, вернулась к своей машине - и менее чем через минуту ее уже не было.
      Когда машина отъезжала, мне показалось, что на заднем сидении я заметил Семена Мандрейкина. На этого гнусного типа очень похоже заставлять проделывать такие дела женщину.
      В этот момент вышла Лейла, и мы отправились обедать. Мы много разговаривали на разные темы и пообедали отлично. На стол подали говядину "в пиве", салат-коктейль "Морской праздник", торт "Графские развалины", борщ по-огородничьи, прозрачный бульон из осетрины, апельсиново-шоколадный мартини с водкой, и высокогорный чай.
      Мне кажется, что Лейла и в самом деле относится ко мне хорошо и, как вы понимаете, для моей большой игры это очень важно.
      После обеда мы отправились танцевать, а потом ездили до полуночи по городу без особого маршрута. Просто катались по ночному Петербургу, - и больше ничего.
      Был уже час ночи, когда я остановил машину перед "Екатериной". Лейла вышла и задержалась возле машины, глядя на меня.
      - Вы не подниметесь ко мне выпить немного виски с содовой, Балаш? - спросила она, и в ее взгляде было что-то непонятное.
      Я ответил отрицательно, так как сгорал от нетерпения повидаться с Семеном, она осталась недовольной.
       - Возможно, настанет день, когда именно вы будете тем человеком, который пожелает, чтобы я предложила ему виски с содовой, но у меня этого желания уже не будет...
      Я подумал, что настал момент, когда нужно решиться, и я решился.
       - Послушайте, Лейла, мне необходимо сейчас отправиться кое - куда, и это очень важно. Но, если вы хотите оказать мне услугу, я буду чрезвычайно вам обязан, а кроме вас я не знаю никого, к кому мог бы обратиться.
      Она подошла совсем близко и посмотрела на меня.
       - Что же такое случилось, Балаш?
      Я рассказал ей свою легенду и, прошу вас поверить, сделал это достаточно убедительно. Я поведал, что являюсь жертвой гнусного шантажа со стороны одной женщины, которая имеет компрометирующие меня бумаги, что у этой особы шале около Невы, где я и должен с ней встретиться.
      Я спросил Лейлу, не согласится ли она поехать со мной, чтобы помочь мне как-то обмануть эту женщину и забрать у нее мой компромат...
      Она готова. Она бросается на происшествия, как птица на червяка, и обещает мне, что никто не будет знать, куда она отправится, лишь бы только не причинить мне никаких неприятностей.
      Я сказал, что заеду за ней в субботу в четыре часа дня, после чего мы вместе туда отправимся. И после этого пожелал спокойной ночи.
      Мы пожали друг другу руки. Глаза ее сверкали, как звезды.
       - Доброй ночи, Балаш, и, знаете, мне кажется, что я способна сделать для вас Бог знает что...
      Я что-то ответил ей... то, что обычно говорят в такой момент, и в это время, мало думал о том, как пройдет мое свидание с Семеном, и как я смогу использовать его в своих интересах...
      
      8.
      
      Была половина третьего ночи, когда я подъехал к отелю "Охтинская", и мне кажется, что к этому времени я отделался уже от тех людей, которых Лялька посадил мне на хвост. После того, как я расстался с Лейлой, я нанял в одном гараже машину и сразу же направился к Адмиралтейству и, чтобы лучше убедиться в том, что за мной никто не следит, оставил там машину и на такси вернулся в на площадь Островского. В отель я прошел через служебный вход.
      Ночной служащий ожидал меня и поднял на лифте. В одном из салонов третьего этажа я нашел Эмму Крупскую, Семена Мандрейкина и четырех других подонков. Я предполагаю, что это остаток банды Профессора, с которой он оперировал в Турции и Италии.
      На столе лежали сигареты и стояло множество бутылок. Семен сидел в углу с недовольным видом. Я говорил вам, что никогда не хотел бы иметь с ним дело. Это отвратительный, насквозь фальшивый тип, от которого так и несет тупостью и ленью. Его просто перекосило от необходимости думать и действовать самому. Но я должен принимать этих парней такими, какие они есть, меня тоже загнали в угол и не оставили никакого выбора.
      Семен Мандрейкин - чуваш, светлый, с грязно русыми волосами, говорит медленно, старательно выговаривая слова, как будто это доставляет ему удовольствие.
       - Послушай, Балаш, по - моему, нам надо объединяться, разогнать дурь женатую, поэтому я послал Эмму выследить тебя. Я сказал, чтобы она пригласила тебя к нам. Мы загнаны в угол, поэтому я и хотел тебя видеть. Давай ботать по фене. Эмма все объяснит лучше меня, так что она и будет говорить.
      Эмма, закутанная в розовую шаль, встала, налила мне бокал виски и подвинула сигареты.
       - Слушай, Балаш, - проговорила она, садясь опять на свое место и закуривая. - На твоей стороне сила, и ты в лучшем положении, чем мы, тем не менее, тебя, может быть, заинтересует возможность сделать что-нибудь вместе с нами?
       - Я слушаю тебя, Эмма, и всегда готов говорить о делах. Я - деловой человек.
      Она согласилась со мной кивком головы.
       - Так вот в чем дело, Балаш. Я не знаю, полностью ли ты в курсе дел относительно этой комбинации Ляльки. Я также не знаю, был ли ты в этом деле с самого начала и действительно ли случайно оказался в этой стране. А что заставило тебя так рискованно действовать вчера вечером? У меня есть уверенность, что ты действовал не в первый раз. Что касается Ляльки, то этот грязный подонок нас предал и сделал это очень ловко, а нам это дело не нравится даже наполовину, поверь мне.
       - Вы были с ним в деле с самого начала?
       - Скажешь тоже! - ответила Эмма, стряхивая пепел в пепельницу. - Я говорю тебе: эта операция задумана нами!
       Дело начинало меня интересовать.
       - Ну и что же? - спросил я.
       - Так вот. В прошлом году один человек из окружения Ляльки пришел повидать Семена и Профессора и сказал, что имеется потрясающая идея, и что дело идет не больше и не меньше, как о похищении Лейлы Бабаевой. Он сказал, что дело надо провести на самом высоком уровне. Эта малышка, по его мнению, отправится в путешествие по лучшим городам Европы, в том числе и Питеру, и трюк с ней надо проделать где-нибудь за пределами России. А для этого необходимы две вещи: деньги и корабль. Корабль - не самолет, на нем уплыть легче.
      Тут - то Профессор и Семен входят в дело, потому что один лишь Профессор имел судно в Финляндии, которое могло бы пересечь границу. С настоящим капитаном и экипажем, знающим свое дело, и, к тому же способным держать рот на замке.
      Надо сказать, что на этот раз Лялька оказался на высоте, потому что в голову ему пришла удачная мысль. Он ловко проделал операцию по объединению с бандой Тепсуркаева, которому не очень улыбалась перспектива быть под чьим то началом . И тогда Лялька одним выстрелом убил двух зайцев. Он завладел деньгами Тепсуркаева и, одновременно с этим, избавился от него.
      Все прошло отлично. Алику Тепсуркаеву дали понять, что хорошо бы ограбить банк в Греции. Все было приготовлено, и Алик согласился. Но Лялька ждал момента, чтобы надуть его, так как комбинация состояла в том, что Тепсуркаев и трое его людей должны были заменить машину на - перекрестке возле Парфенона.
      Была договоренность, что люди Профессора будут стоять там с другой машиной, но в этот момент Лялька предлагает убрать Тепсуркаева и трех его товарищей и забрать деньги.
      Одним камнем два удара. Это оплачивает расходы на похищение Лейлы и избавляет от назойливого чеченца.
      Это так и происходит: трое людей Профессора ожидали Тепсуркаева с его парнями на перекрестке, как и было договорено. Но вместо машины группа Тепсуркаева нашла там смерть, а Профессор забрал их деньги и передал Ляльке.
      Теперь все хорошо: есть деньги и есть судно. Был составлен план. Правда, Профессору дорого стоило доставить весь этот люд сюда на корабль, чтобы все было совершенно незаметно. Когда мы прибыли и вошли в контакт с Лялькой, этот подонок стал обращаться с нами, как с грязью под ногами. Он дал понять, что не желает работать, если в деле участвует Семен Мандрейкин и сказал Профессору, что может обойтись и без него.
      Было похоже, что за деньги, отнятые у Тепсуркаева, он нанял паровую яхту и чувствует себя на коне. Что же нам тогда оставалось делать? У Ляльки была здесь целая банда бандерлог, которые способны ради потехи поджарить маленьких детей, и Профессор вынужден был согласиться, хотя это совсем не нравилось ни ему, ни Семену, ни мне.
      Если бы вы только могли видеть эту девицу, сидящую тут, с горящими, как у змеи глазами! Можно было быть уверенным, что если бы перед ней находился Лялька, связанный по рукам и ногам, она заставила бы его провести неприятные четверть часа. Эмма снова закурила.
       - Ты сам понимаешь, что, в свою очередь, мы не могли не попытаться обмануть его, ведь правда, Балаш? Мы сделали вид, что перестали интересоваться этим делом, но потихоньку действовали. Профессор считал, что нетрудно будет заманить Лейлу на его яхту, и затем осуществить похищение.
      Я совершенно уверена, что все прошло бы прекрасно, если бы не два обстоятельства: во - первых, существовал один парень - частный сыщик по имени Марат, которого наняли охранять Лейлу, и он каким - то образом узнал о том, что Лейла на "Святой Марие" . Этот Марат появился у нас вместе с другим парнем, с кавказцем, которого никто не знал, а Профессор вместо того, чтобы позолотить им пилюлю, начал играть своим пистолетом, как он это умел делать... Ну и во - вторых, нельзя было предвидеть твоего вмешательства. Никто, между прочим, не понял, Балаш, как ты появился на яхте и вмешался в эту игру. Неизвестно, кто убил Профессора, но никто не сомневается, что это сделал Омар Алуев. Сенька Гоц, капитан яхты, предупредил Семена Мандрейкина, что дело пахнет керосином, и ему пора сматывать удочки. На борту творилось что-то невероятное, и к тому же, как следствие этого происшествия, у некоторых наших товарищей появилось несколько дыр в теле. У Семена нервы не выдержали, и он решил съехать с корабля.
      Теперь вот что: ты неплохо справился со своими делами, Балаш. Ты обчистил Профессора на двадцать тысяч долларов. Для начала это не столь уж плохая сумма.
      Я улыбнулся.
       - Согласен. Но ума не приложу, что делать с этими деньгами? С такой суммой далеко не уйдешь!
       - Еще бы! Но мне кажется, можно еще немало заработать, приняв участие в деле Лейлы, Балаш!
      Я снова наполнил свой стакан.
       - Ну, валяй! Я тебя слушаю, просто сгораю от любопытства.
       - Это легко сделать. Меня беспокоит, что Лялька похитит малютку, и это произойдет скоро. Но мы еще не дошли до того, чтобы нас сбрасывать со счета; нам известно, что ты работаешь с Лялькой, но... послушай. Пока всем распоряжался Профессор, дела шли не блестяще, и у меня возникла мысль: что если бы ты взял в свои руки командование нашими людьми.
       Можно было бы далеко пойти и отплатить этому грязному подонку Ляльке, потому что у тебя твердый характер, у тебя хорошо работает голова, в течение многих лет ты творил в Европе и США все, что хотел, и псы никогда не могли ничего с тобой сделать.
      Лялька рассчитывал, что это дело принесет ему три миллиона. Так вот наше предложение: работай с нами, бери нас в свои руки, у нас есть девять парней, на которых всегда можно рассчитывать. Мы дадим бой Ляльке и сами увезем девчонку. Ну, что ты на это скажешь?
       - Что ж, такой вариант возможен. А сколько я отхвачу?
       - Мы уже обсудили это - ответила она - и договорились, что ты возьмешь два миллиона, а третья часть делится между остальными. Ты не можешь пожаловаться на нашу скупость, а, Балаш? Это твоя заработная расплата.
       - Что ж такой ракурс мне подходит. Но как мы устроим вывоз Лейлы из Питера? Менты - то настороже, хотя пока и не знают, что замышляется, а купить их нам не удастся.
       - Это верно, - согласилась она, - но ведь Лялька где - то поблизости держит свою яхту. Почему бы нам не позволить ему проделать трюк до конца, а? Пусть похитит девчонку, а мы потом наложим руки на его судно - захватим его.
       - Хорошая мысль, Эмма, но требуется все обдумать.
      Некоторое время я молчал, потом решился:
       - Послушайте, дети мои, что я вам скажу. Лялька похитит девчонку в субботу. Я хорошо это знаю, потому что именно я должен привезти ее на место похищения. Итак, я вам отвечаю: я иду вместе с вами и получаю две трети. Одно условие: слушаться меня беспрекословно. Я тоже хочу пустить Ляльке кровь и гарантирую, что нам это удастся сделать.
      Теперь вот что: по - моему, мы не нуждаемся в корабле. У меня такое мнение, что малышка Лейла начинает интересоваться вашим покорным слугой. Я думаю, что легко смогу водить ее за нос. Лялька решил проделать весь этот трюк таким образом: как только я доставлю ее к нему в субботу, он объявит ей, в чем дело, а мне придется уехать в Германию и позвонить по телефону относительно выкупа. После этого моя миссия будет закончена.
      Я не знаю, куда они хотят отвезти ее, и где находится яхта, и хотя Лялька доверяет мне, но не до конца. Ему так же трудно верить человеку, как тебе, Эмма, опрокинуть двух слонов почтенного возраста.
      Так вот, что мы сделаем: ваши люди в субботу должны находиться у меня под рукой, где-нибудь поблизости от дома Ляльки в пригороде, где произойдет похищение. Надо подождать, пока он погасит все надежды маленькой Лейлы. Вместо того, чтобы вернуться в город и звонить относительно выкупа, я тоже останусь где-нибудь поблизости. Мы выберем момент и отнимем у него Лейлу.
      Другими словами, повторим похищение. Действовать надо осторожно. Может быть произойдет столкновение, а может быть, и нет. Столкновения надо стараться избежать. И как только мы увезем Лейлу, и она окажется в безопасности в Амстердаме, мы будем держать Ляльку в руках, потому что против него у нас будет очень серьезное обвинение. Лейла сама будет свидетельствовать в этом. Не забывайте, что в этой стране у ментов и ФСБ против Ляльки нет никаких улик, и до тех пор, пока он не похитит девчонку, ему нечего опасаться. А после похищения с ним будет покончено. И мне кажется, что как только он поймет, что дело провалилось, сразу же кинется на свой корабль, чтобы бежать обратно в Скандинавию. А мы здесь окажемся королями.
      Эмма посмотрела на меня, подняв брови, и улыбнулась.
       - У нас с Лейлой отличные отношения, - продолжал я, - и я возвращаюсь к своей первоначальной идее. Эта идея и привела меня сюда.
       - А какая у тебя идея, Балаш? - лукаво спросила Эмма.
       - Очень простая. Я намерен отвезти Лейлу в Амстердам и там жениться на ней. И думаю, что когда старый Бабаев узнает об этом, то сделает все, чтобы вырвать ее из рук такого киллера, как я, тем более, что она будет похищена в третий раз. Таким образом получается и сладкое и горькое. И чтобы получить свою девочку, старику потребуется большой тираж.
      Эмма налила себе еще один бокал виски. Типы, сидящие по углам комнаты, начинают проявлять эмоции.
       - Ну скажи- пожалуйста, какой ты оказался, Балаш. Можно сказать, что в голове у тебя кое - что есть.
      Я попросил их не говорить мне комплиментов и сразу же приступить к обдумыванию замысла. Надо быть хитрым и осторожным и рассмотреть дело с двух противоположных точек зрения. Прежде всего, я пытаюсь представить себе, что произойдет с Лейлой в субботу вечером, и каким образом смогу я обставить Ляльку и удрать с ней. Во - вторых, надо, чтобы, с точки зрения банды Семена Мандрейкина, эта комбинация была правдоподобной и не вызывала сомнений.
      Что касается самого Семена, то он особенно и не беспокоит меня. Это просто сорная трава, которую каждый сможет вырвать, но Эмма Крупская - не такая девушка, которую можно провести с закрытыми глазами. Она во всем прекрасно разбирается, она может швырнуть в вас лампу, если она попадется ей под руку, а при необходимости будет действовать, как мужчина.
      Я выкурил еще две или три сигареты. Эмма принесла кофе, и мы детально обсудили все дело. Похоже на то, что пятеро из этой шайки имеют в голове вещество для того, чтобы правильно вести дело. Во - первых, имеется четверка парней, с которыми я имел дело в Стамбуле года три назад: Вован - тип с жирными волосами, Рубик, Каро метис - полукровка, и некий Махно. Кроме них имеется еще один - кажется, сводный брат Эммы.
      Во - вторых, у них есть маленький пулемет, который Семен, покидая "Святую Марию", захватил с собой, и мне кажется, что эта штука может пригодиться.
      Я дал им следующие инструкции: Вован, Рубик и Каро сядут в субботу рано утром в поезд и доедут до места, называемого река Мойка. Оттуда они пойдут и хорошенько изучат "Конную Лахту" и окрестности, эту промзону, чтобы знать, как действовать, когда для этого наступит время. Все трое остановятся в маленьком трактире неподалеку и в течение дня не будут шевелиться. Их не должны заметить люди Ляльки. В субботу, но не позже, сводный брат Эммы - Костя и Махно вооружившись до зубов и захватив пулеме отправятся на машине.
      Я полагал, что приеду с Лейлой что-то около пяти часов вечера, но Лялька в этот день будет очень осторожен. Он устроит вечер, который обещал, а всю правду откроет Лейле в воскресенье утром и заставит ее написать записку старому Бабаеву о необходимости выкупа, которую он получит только через пять - шесть дней после телефонного звонка, и которая подтвердит необходимость выплаты денег.
      Мне кажется, Лейла устроит сцену и откажется писать письмо. Лялька переправит ее на борт своего судна и постарается удрать. Я думаю, что мы должны составить свою комбинацию в воскресенье, и как можно раньше. Они в это время уже будут считать, что дело в шляпе, и три четверти парней из банды Ляльки нагрузятся водкой и кокаином настолько, что будут, как говорится, совсем тепленькими.
      Эмма со мной согласна. Все, что я говорю - это для них слова из Евангелие. Мы окончательно договорились, что в субботу около полуночи Вован и другие будут в определенном месте возле "Конной Лахты". Они подойдут как можно ближе, а я выйду, чтобы встретиться с ними. После этого, выбрав подходящий момент, я выйду вторично, но уже с Лейлой, и если Лялька и его люди попытаются нам помешать, Вован с парнями пустит в ход оружие и прикроют наше бегство.
      После этого, как я уже говорил, Лялька будет в наших руках, и ему ничего не останется сделать, кроме как исчезнуть.
      Короче говоря, мы сели в круг и вновь подробно разобрали все детали предстоящей операции, и каждый ясно представлял себе, что ему надлежит делать и где находиться.
      После того, как все было оговорено, я пожелал компании доброй ночи, распрощался и вышел из отеля через служебный вход.
      Несмотря на то, что было уже слишком поздно, я немного прошелся по Марсовому полю, еще раз проанализировал свой план и пришел к выводу, что полностью довериться Эмме Крупской и Семену Мандрейкину с компанией весьма рискованно.
      Скажите, что удержит этих людей от того, чтобы не сыграть со мной ту же шутку, которую мы собирались сыграть с Лялькой Мясником? Все эти шайки формируются из отбросов, и я достаточно хорошо знаком с ними, чтобы не идти на такой риск.
      Но мое сотрудничество с Эммой Крупской и остатками банды Профессора может помочь, и приходится идти на это.
      Когда я дошел до своего отеля, то был уже доволен тем, как сложились обстоятельства. Я открыл входную дверь и стал подниматься по лестнице, чего я страшно не люблю, но лифт в это время уже не работал, и я, подыхая от усталости, плелся наверх.
      Когда я поднимался по последнему маршу, и глаза мои были на уровне пола лестничной площадки, я увидел в конце коридора свет из - под двери моего номера.
      Я остановился и устроил сам с собой маленькое совещание: что бы это могло значить? Это мог быть Лялька, это могла быть Зоя, но вряд ли они стали меня ждать в моей квартире, так как могли легко позвонить по телефону.
      Я вынул свой "Стечкин" и пошел вперед крадучись как волк, и дойдя до двери, резко ее распахнул.
      В кресле у камина сидела горничная Лейлы Варвара, с которой у меня было назначено свидание. Вид у нее был замерзший, и она куталась в шаль.
      Я говорил вам уже, что эта девочка - лакомый кусочек. У нее нежная и свежая кожа, большие голубые глаза, открытое приветливое лицо, словом, она не из тех девочек, которые бегают по улицам, и на бесчестный поступок она не способна, даже если бы ей за это заплатили.
      Она встала. Я бросил свою шляпу на диван и убрал оружие.
       - Вот это да, маленькая Варечка! Итак, куколка, что случилось? Сколько времени вы уже здесь?
      Она проглотила слюну.
       - Вот уже несколько часов, как я жду вас, Балаш. Я совсем больна от беспокойства и не знаю, что мне делать. И я решила прийти к вам и была здесь немного раньше полуночи. Рассыльному я сказала, что мне совершенно необходимо повидать вас. Он ответил, что не знает, когда вы вернетесь, но предложил мне подождать в номере.
      Я попросил ее сесть и закурил сигарету.
       - Не огорчайтесь, малютка, сказал я ей, так волноваться вредно. Скажите, что же случилось?
       - Я получила вот это! - сказала она и протянула мне свой мобильник.
      Я прочитал мессаж, поступивший на ее сотовый, прочитал и понял, что Марат не был таким лохом, как я полагал.
      Сообщение было адресовано госпоже Варваре Голубович, горничной Лейлы Бабаевой, отель "Екатерина".
      
      "Дорогая госпожа Голубович, я обращаюсь к вам, так как необходимо, чтобы я имел связь с кем-нибудь из окружающих госпожи Бабаевой.
      Я - частный детектив, и господин Бабаев нанял меня, чтобы я незаметно наблюдал за его дочерью и, если будет нужно, защищал ее. Вы знакомы с характером Лейлы, который толкает ее на знакомства со многими весьма подозрительными людьми и на погоню за сенсацией, что не всегда может окончиться благополучно.
      Я познакомился с одним из служащих "Екатерины" и узнал о том, что Лейла Бабаева исчезла. Я вошел также в контакт с двумя людьми, один из которых - страховой агент компании, в которой Лейла застраховала свои драгоценности.
      Посоветовавшись с этими людьми, я отправляюсь на Васильевский остров, так как меня убедили, что Лейла Бабаева находится там.
      Вскоре после того, как вы получите этот мессаж, я обращусь к вам лично. Если вы не получите от меня письма до полуночи, знайте, что со мной что-то случилось. Поэтому я прошу вас немедленно поставить обо всем в известность Милицию Санкт - Петербурга, показать им мой мессаж, попросить защиты.
      Искренне ваш, Марат Лалаев".
      
      Я сложил письмо и поинтересовался, когда она его получила.
       - Я получила его сегодня утром, Балаш, - ответила она, - и ждала весь день Марата, но он не появился и не дал о себе знать. Я подумала, не позвонить ли мне в полицию, как он советовал, но решила, что если это дойдет до ушей Лейлы, то она немедленно вышвырнет меня вон.
      И тогда я подумала о вас. Я поняла, что вы были вместе с ней там, где она находилась, раз вы привезли ее домой, а потом, я должна вам признаться, что вы мне симпатичны. Скажите, Балаш, что мне теперь делать?
      Я улыбнулся ей.
       - Вы - храбрая девочка, но не забивайте этим свою светлую головку, это совершенно зря. Марат - настоящий лох, и правда заключается в том, что над ним посмеялись, и вот как это произошло.
      Когда банда бездельников, друзей Лейлы Бабаевой, увлекла ее с собой, они надули сыщика, сказав, что Лейла отправилась в Европу. И Марат - с тыквой вместо головы - отправился туда ее искать, а это письмо написал вам перед отъездом.
      И во всяком случае, - продолжал я, - совершенно напрасно рвать на себе волосы. Можете мне поверить: никакой опасности нет, и все идет хорошо.
      Она облегченно вздохнула, да и я, признаться, также, потому что вся эта история начинает действовать мне на нервы. Это письмо могло причинить немалые неприятности, если бы она показала его там, где не следовало.
       - О! Как я счастлива, Балаш! Я совсем растерялась, потому что не знала, как же мне надо было поступить. Вы знаете, как нелегко быть прислугой Лейлы Бабаевой! Малейший пустяк может вывести ее из себя, а я не хочу быть ответственной за ее выходки. И я очень рада, что пришла сюда, а теперь мне пора уходить.
      Я подошел и обнял ее и, кажется, ей это не было неприятно.
      В моей голове, пока она говорила, сложился план, как выкрутиться с этим делом в "Конной Лахте" и уговорить Варю помочь мне.
       - Не уходите, - попросил я ее. - Мне надо поговорить с вами. Я рад, что вы пришли, потому что сам собирался при случае рассказать вам историю с Лейлой. Не бойтесь, ничего опасного здесь нет, но кое в чем вы могли бы помочь мне. Это избавит всех от многих неприятностей, а для вас будет полезно, потому что я после возвращения в Голландию думаю навестить отца Лейлы и рассказать ему о вашем содействии. Он не останется в долгу перед вами.
      Она была очень довольна.
       - Я всегда готова оказать услугу господину Бабаеву.
      Я уговорил ее сесть. После этого заварил и налил ей чашку кофе и предложил сигарету. Я собирался рассказывать ей то, что считал необходимым рассказать, так как кое в чем рассчитывал на нее.
      Она сидела с чашкой кофе в руке и смотрела на меня своими большими голубыми глазами.
       - Послушайте, малютка, - начал я, - вот в чем дело.
      
      9.
      
      Она сидит и, потягивая кофе, внимательно на меня смотрит, а я рассказываю наскоро придуманную историю, что я в субботу днем должен отвезти Лейлу на званный обед к одному человеку, который к ней неравнодушен и чем - то привлекает и ее. Я буду рядом на тот случай, если ей что-то там будет угрожать, но, надеюсь, все будет в порядке.
      Это успокоило девушку окончательно. Она говорит, что и ей известны такие люди, которые совершенно невыносимы, когда влюблены. Я вижу, что она отлично поняла, что к чему.
      После этого я даю малышке понять, что было бы хорошо, если бы она в субботу часов в шесть вечера приехала туда, где будет прием, и сняла бы номер в ближайшем отеле так, на всякий случай. И если на приеме будет очень неспокойно, я увезу Лейлу Бабаеву...
       - Я поняла вас, Балаш, вы хотите сказать, что если люди, к которым вы поедете, будут вести себя недостаточно корректно, вы приведете Лейлу в отель, чтобы я могла о ней позаботиться.
       - Совершенно верно, Варя, но, с другой стороны, если все пойдет хорошо, и нечего будет опасаться, я думаю вы сами сообразите, что лучше вернуться в отель "Екатерина" до возвращения вашей хозяйки.
      Она согласилась, и мы договорились, что она из своего отеля позвонит по телефону в "Конную Лахту". Я сказал, что она найдет нужный номер в местном справочнике, и если к трем часам следующего дня она не увидит свою хозяйку или меня, то только после этого позвонит мне.
      Это кажется мне дельной предосторожностью, так как в три часа утра в воскресенье я буду по - видимому уже знать, как обстоят дела. И присутствие Вари в соседнем отеле может быть весьма полезным.
      Во - первых, я могу поместить Лейлу в отеле, если дела у меня сложатся плохо, во - вторых, у меня под рукой будет кто - то, кто сможет, если нужно, перевязать руку.
      Пока Варвара наливала себе вторую чашку кофе, я стал листать справочник в поисках отеля. Потом на карте, которую принес мне лакей, я обнаружил отель "Выборгская", расположенный в двадцати пяти километрах от "Конной Лахты".
      Этот отель показался мне единственно подходящим местом для Вари, так как я не хочу, чтобы ее заметили в окрестностях "Конной Лахты", где кто-нибудь из банды мог узнать ее. Единственным недостатком отеля "Выборгская", было то, что он расположен в стороне от большой дороги, а дорога, ведущая в "Конную Лахту" - очень плоха и, чтобы доехать туда, понадобится много времени. Но если я буду торопиться, то не буду обращать внимание на дорогу, а если торопиться не буду, мне и вовсе будет безразлично ее состояние, так что не стоит об этом думать.
      Может быть, вам кажется, что я не слишком хорошо поступаю, подставляя под удар Варвару Голубович? Но что мне делать? В этой "Конной Лахте" меня легко могут загнать в угол. При этом я должен охранять милую женщину с довольно своенравным характером, я имею в виду Лейлу, и мне приятно будет знать, что поблизости находится честный, порядочный человек, который может быть мне полезен.
      Пока Варя пила кофе, я продолжал очаровывать ее. Я говорил ей, что у нее самые очаровательные глаза, которые я когда - либо видел, за исключением, может быть, тех, что я однажды видел в кинематографе, а потом случайно встретил в Голливуде, и когда кончил свою речь, малышка была уже готова есть из моих рук.
      Когда я почувствовал, что вполне подготовил ее для дальнейшего, я сказал, что телефонный звонок, который она должна сделать в "Конную Лахту", должен быть ровно в три часа утра. Если все будет благополучно, я скажу ей, что надо будет только хорошо выспаться и в воскресенье отправиться обратно в "Екатерину", на случай, если Лейла захочет в этот день тоже вернуться домой. Если же дела будут идти не так, как нужно, я скажу ей, что надо делать.
      Правду говоря, эта история с телефонным звонком меня немного беспокоит, потому что я совершенно не знаю, как пойдут дела в "Конной Лахте" к трем часам утра, но я всегда придерживаюсь мнения, что иногда надо идти на риск.
      Варвара полностью поглощена тем, что я ей говорю. Мне кажется, что она принадлежит к породе отчаянных девиц, и в восторге от возможности быть причастной к этой истории. Я дал ей сто долларов для дальнейшего воодушевления, подождал, пока она закончит пить свой кофе, после чего спустился на улицу, чтобы прояснить обстановку.
      Поблизости никого не было видно. Я поднялся и сказал ей, что она может спокойно уходить. Она ушла.
      Я подумал, что было сделано все, на что я способен, чтобы дело прошло как можно лучше. Проанализировав еще раз отдельные наиболее, на мой взгляд, сложные моменты предстоящей операции, я решил, что сейчас лучшее, что можно сделать - это лечь спать.
      На следующий день, в пятницу, я не двигаюсь из дома и ничего не делаю. Я отменил свидание с Варей в ресторане "Петровское", так как было бы неблагоразумно показываться с ней на людях в настоящий момент.
      Итак, я сижу и курю, ожидая, что Лялька так или иначе захочет со мной связаться. Я не ошибся. В семь часов у меня появилась Зоя.
      Она отлично выглядела, а одета была, как герцогиня. Лялька, видимо, вкладывает в нее немало денег.
      Зоя объявила мне, что все готово, Лялька и его молодые люди отправились в "Конную Лахту" и будут ожидать меня там, на следующий день около пяти часов вечера.
      Она также сказала, что мне надо будет провести ночь с субботы на воскресенье в "Конной Лахте", так как будет организован грандиозный вечер, а отправлюсь я утром в воскресенье. Это подтвердило мою мысль, что Лялька ничего не будет предпринимать в субботу вечером.
      Зоя сказала, что вернувшись к себе в воскресенье, я должен оставаться дома, пока она не придет ко мне или не позвонит по телефону, чтобы сообщить номер того типа в Штутгарте, с которым я должен связаться в первую очередь. А тип этот, как вы понимаете, организует связь между мной и стариком Бабаевым для разговора о выкупе.
      Я ответил, что все задумано прекрасно и поинтересовался, что ее макаронник думает делать с Лейлой в воскресенье.
      Она улыбнулась.
       - Послушай, Балаш. Тебе в твоем возрасте должно быть стыдно валандаться. Ты разве не знаешь, что любопытство погубило курицу, несущую золотые яйца. Хорошенько усвой, что как только ты привезешь туда эту попрыгунью, твое дело кончено. Тебе останется лишь получать деньги. Веди себя благоразумно.
       - Я очень этого хочу, но ты забыла одну небольшую деталь. По - моему, вы взяли меня в дело, потому что я всегда удачно вел свои операции и успешно их заканчивал. Теперь вы говорите, что после того, как я доставлю девочку, мое дело кончено. Но ведь нужно, чтобы никто не поднял шума, и чтобы это дело не дошло до ушей ментов. Лично я хотел бы быть уверенным в том, что Лялька принял все меры предосторожности, и чтобы я не рисковал попасть в грязную историю, когда окончу свою работу.
      Она засмеялась.
       - Будь серьезным, Балаш. Ты же отлично знаешь, что для твоего беспокойства нет причин. Ты хорошо знаешь Ляльку Мясника, чтобы понять, что прежде чем двинуться хоть на сантиметр, он сотни раз обмозговал каждую деталь и предусмотрел решительно все. Я еще никогда не встречала столь педантичного человека. Он так тщательно разрабатывает свои дела, что возможность неудачи исключается. Я уверена, что также тщательно он разработал и это дело с Лейлой.
      Во всяком случае, никто не станет предупреждать ментуру или кого - либо другого, и ты можешь быть спокоен, потому что Лялька почувствует что - то, что хоть отдаленно напоминает предательство, он немедленно уничтожит девицу и скроет ее останки. А потом каждый пусть думает о себе.
      Я ответил, что в таком случае все прекрасно.Я понял, что Зоя не стремится ввести меня в суть дела, и поэтому плохой тактикой будет показать себя слишком навязчивым в этом отношении.
       - Я не хочу быть слишком любопытным, Зоя, - при этом я постарался посмотреть на нее, как можно нежнее, - но мне хочется знать, когда мы снова увидимся?
      Она подумала немного, потом ответила:
       - Не беспокойся, Балаш, ты меня увидешь. Думаю, что буду в Брюсселе в понедельник утром и смогу с тобой где-нибудь встретиться. Может быть, я позвоню тебе по телефону.
      Эти слова навели меня на мысль, что Зоя, значит, не будет сопровождать Ляльку после похищения Лейлы. Может, он намеревается скрыться с двумя самыми приближенными к себе типами, и не хочет, чтобы его сопровождала женщина?
      Я налил виски в стакан Зои, но тут ей позвонили на мобильник, она взглянула на экранчик своего телефона не отвечая на звонок. Взглянув на часы ,сказала, что ей пора удирать, так как время ехать в "Конную Лахту".
      Зоя еще почирикала со мной веселым тоном, потом подошла и поцеловала, но как! От такого поцелуя волосы поднимаются дыбом на голове. И после этого направилась к выходу.
      Я проводил ее до двери, и мы пожали друг другу руки.
       - Итак, мой хороший, мой большой Балаш, тебе, кажется недолго придется ждать моего сигнала. И, пожалуйста, не слишком трись возле Лейлы во время поездки в "Конную Лахту". Мне известны твои привычки.
       - Ошибаешься, моя прекрасная, - возразил я, - с тех пор, как я познакомился с тобой, я не посмотрел ни на одну женщину. Твое фото ношу в своем сердце, оно даже прожгло мою байковую рубаху.
       - Ты прикольщик, Балаш! Ничего. Дай только благополучно закончить это дело с Лейлой, и тогда, кажется, у меня найдется для тебя не одна минута. Доброй ночи, мой красавчик, не делай глупостей, которые могут меня огорчить.
      Она улыбнулась мне, садясь в машину, включила скорость и отъехала, а я смотрел вслед машине. Странная девочка, скажу я вам! Такой тип женщины, с которой никогда не знаешь, с какого конца начинать. Невозможно узнать, что ей нравится, надо ли быть грубым влюбленным или ей нравится старая тактика? И вообще неизвестно, что она думает?
      И кстати такие женщины, как она, часто являются причиной для всяких неприятных дел, и если бы их не существовало, то и дел таких было бы так мало, что не стоило бы о них и говорить.
      В каком - то журнале я прочитал, что преступления обходятся России в пол миллиарда долларов в год. Мне кажется, что если бы кто-нибудь догадался сунуть Зою после ее рождения на пять минут в морозильник, это сохранило бы государству целый миллион, что доказывает, как высоко я ценю Зою.
      Но поскольку это меня касается, я задаю себе вопрос, действительно ли мы взаимно симпатичны друг другу, или она ведет меня за собой, как первого встречного?
      Через пару минут я был уже у себя и готовил себе виски с содовой. Я как раз потягивал виски, когда зазвонил мой сотовый. Это был Вован.
      Я дал ему свой номер телефона на тот случай, если произойдет что-то новое.
       - Все идет хорошо, Балаш, - сказал он мне, - как условленно. Мы видели, как часа два назад отбыли на машине Лялька и его парни, и я пришел сюда прогуляться, надеясь увидеть тебя и поговорить о "Конной Лахте".
      Я только что видел, как от тебя вышла девочка Ляльки, и решил, что не помешаю тебе, если позвоню по телефону.
       - Ты хорошо сделал, Вован, - ответил я, - но при этом нажал на акселератор в своем мозгу, потому что не имел понятия, что Эмма и Семен знали, где в Питере скрывался Лялька. Этого я и сам не знал. Мне тут же в голову пришла мысль, что они могут от меня скрывать и еще что-нибудь...
      Тем временем он продолжал:
       - Мы обнаружили его угол, Балаш. "Конная Лахта" - это промзона, где есть большой дом, построенный метрах в пятистах от дороги. Вокруг стена, но она недостаточно высока и не помешает проникнуть вовнутрь. Вокруг дома лужайки с аллеями, одна из которых ведет к воротам. Позади дома кустарник. Одна заросшая аллея, похожая на тропинку, ведет к тому месту стены, где она немного обвалилась, и там легко перелезть. Это место важно для тебя, потому что мы устроим так, чтобы там находился Рубик, начиная с субботнего вечера и до того момента, когда ты подашь ему сигнал, что можно проникнуть внутрь. По ту сторону стены проходит заброшенная дорога, ведущая к шоссе в Питер. В этом месте легко поставить пару машин, чтобы быстро убраться в случае надобности.
      В отношении этого все прекрасно. Каро болтался в окрестности вчера вечером и обнаружил в пятистах метрах от "Конной Лахты" виллу, которую можно было снять. Вилла с мебелью. Мы сняли ее на месяц, заплатили вперед, и вся компания теперь там. Машину поставили в кустарнике позади виллы. Никто не высунет носа, покуда ты не подашь знак, так что не может быть и речи о том, что Лялька обнаружит нас в этом углу.
      Я отправлюсь сегодня туда вместе с Эммой, так как она вообразила, что может быть там полезной. Семена мы оставляем в Питере, он такой урод, что может в последний момент запсиховать и все нам испортить.
      Я отвезу туда пулемет и полдюжины гранат, машину поставим в тот же кустарник. Баки залиты до отказа, так что в нужный момент мы мгновенно исчезнем.
      Как только мы похитим Лейлу, как можно скорее направимся к заливу, где имеется плотина. Скидываем там машину в воду, садимся на судно и в воскресенье утром мы в Хельсинки. Мандрейкин сейчас занимается фабрикацией фальшивых паспортов для всей компании и Лейлы. Эмма даст ей две - три пилюли, которые заставят ее держаться спокойной, и она может сойти за нездоровую девушку. Как только достигнем Хельсинки, устроиться там будет просто, так как Эмма хорошо знает город, друзья ей там помогут.
      Нам останется лишь предоставить тебе возможность действовать так, как ты найдешь нужным. Идет?
       - Это совсем не пойдет, - возразил я. - Не может быть и речи о том, чтобы отсиживаться в Скандинавии. Когда мы будем держать малютку в своих руках, то отправимся только в Питер, на Лиговку. Что касается Скандинавии, Европы, США, я об этом и слышать не хочу, так что выкиньте это из головы.
       - Хорошо, хорошо, Балаш, мы сделаем так, как ты найдешь нужным, но Эмма беспокоится относительно Ляльки, который способен затеять перестрелку на виду у всех в центре Санкт - Петербурга. Ты ведь знаешь, этот подонка не остановят ни трех, ни четырех человек, если они встанут ему поперек дороги.
       - Это риск, Вован, на который надо пойти, и за исключением этого круиза, в нашем плане ничего не меняется.
      А теперь послушай меня хорошенько: я там появлюсь вместе с Лейлой завтра около пяти или шести часов вечера. Так как прием будет грандиозный, я полагаю, что к одиннадцати часам вечера все будут пьяными. Предупредите Рубика, что в половине первого ночи я выйду из дома и пойду по тропинке, которая ведет к отверстию в стене. Он должен быть поблизости, так как в это время я буду знать, как обстоит дело, и что предпринять дальше. Нужно, чтобы и команда, и машины к этому времени были готовы полностью. Моторы должны быть включены, но фары потушены. Одну машину поставьте так, чтобы сразу подогнать ее к дыре в стене, как только я скажу, и чтобы парни, которые поведут машину, были наготове. И вот еще что: никто не должен светиться наруже, кроме Рубика и то только когда настанет момент войти в контакт со мной завтра вечером. Ты понял, Вован?
       - Я понял, шеф. Желаю успеха.
       - Ну давай!
      Я повесил трубку.
      Я полагаю, вы все знаете о том, что существует инстинкт. У меня есть тоже. Вы не должны сомневаться, что парень, который почти в течение трех лет был связан со всеми убийцами и гангстерскими шайками страны, становится достаточно опытным, а нюх у него достаточно обостряется, чтобы почувствовать, чем пахнет из кастрюли. И такого рода мысль пришла мне в голову во время разговора с Вованом, ничего определенного, заметьте себе, просто ощущение, что что-то делается не так.
      Вся комбинация с судном, которое сможет увезти Лейлу в Скандинавию, мне показалась нечистой, тем более, что я договорился с ними, что лично веду дело, а они ни во что вмешиваться не будут.
      Этот звонок по телефону тоже мне не понравился. Правда, я дал ему свой номер на случай необходимости, но никогда не просил его звонить для обсуждения деталей операции, так как знаю по опыту, что телефонные разговоры часто не доводят до добра, особенно такие длинные...
      Переодеваясь в домашнее платье, я размышлял о создавшемся положении и искал выход.
      Прежде всего, Лялька не тот тип, которого можно недооценить. Если он узнает, что его надувают, он ухлопает первого же парня, который с ним сыграет шутку, беспокоясь о нем не больше, чем о паре ботинок, даже если ему за это будет вышак. И я совсем не уверен, что Лялька не подозревает, что я собираюсь подложить ему свинью. На его месте я не сомневался бы в этом.
      Теперь представим, что эта татарская падаль собирается сделать мне гадость. Предположим, что после того, как я доставлю к нему Лейлу, он скажет себе, что необходимость в моем присутствии в тех краях не ощущается. Если он вобьет в свою башку мысль, подобную этой, ему будет достаточно трех минут, чтобы содрать с меня кожу, а затем бросить меня в сточную канаву. Запомните хорошенько, что он ухлопал уже целую кучу парней, и все сходило с рук.
      Все говорит за то, что настал момент придумать что-нибудь для спасения моей собственной кожи на случай, если в "Конной Лахте" события пойдут не так, как надо. Хотя я никогда не боялся риска, но не испытываю ни малейшего энтузиазма при мысли превратиться в покойника, как Султан и Марат, потому что в ближайшие несколько лет мне нужно еще кое-что сделать. И до того, как у меня появится пара крыльев, я хотел бы поработать, как следует, своим автоматическим пистолетом и свести кое с кем счеты.
      Но Лялька, кажется, забыл одну небольшую деталь, что доказывает, что и он не всегда бывает на высоте.
      Я прошел в другую комнату, открыл карманчик в моем чемодане - шкафчике и достал оттуда деньги, полученные от Ляльки. Там было 15 тысяч и все они были из числа похищенных из национального банка в Лиссабоне. Я принес банкноты в салон, присел к компьютеру, и написал письмо следующего содержания на электронный адрес секретарю - помощнику при американском посольстве в России:
      
      "Доброго Вам здравия, мистер!
      Вам, может быть, интересно узнать, что некий Балаш Карзубый, который приехал в Питер с фальшивым паспортом, обменял сегодня утром на английские деньги пятнадцать купюр в Национальном банке на Благовещенском проспекте.
      Эти деньги составляют часть похищенных восемнадцать месяцев назад денег из национального банка в в Лиссабоне. Номера их были отмечены. Вы, без сомнения, помните об этом событии, о нем много писали в газетах.
      Названный Балаш Карзубый живет на Лиговке, на улице Гороховой, 155, и, хотя нет доказательств того, что он замешан в этом грабеже, мне кажется, что Интерпол ему захотел бы задать несколько вопросов о том, каким образом эти деньги попали к нему, так как полиция до сих пор разыскивает людей, замешанных в ограблении этого банка.
      Карзубый будет отсутствовать во время уик-энда, как он мне сказал, но по - моему он вернется в Питер в воскресенье вечером, так что вы можете сообщить об этом русским ментам на случай, если им захочется задать ему несколько вопросов.
      Если я сообщаю вам эти сведения, то делаю это для того, чтобы высказать свои гражданские чувства, а также потому, что этот парень нагрел меня при игре в покер на триста долларов, и я поклялся, что он не унесет их с собой в рай. Я полагаю, что мое маленькое письмо устроит все дело.
      Друг порядка и закона".
      
      Эта подпись по - моему, прикольная шутка! Потом я отправил его почтой в посольство США в Москве. Мое письмо прибудет туда в субботу утром, а я уже завтра обменяю эти деньги в банке.
      А теперь у меня есть возможность в случае, если Лялька захочет устроить мне в "Конной Лахте" пакость, сказать ему потихоньку, что я имею веские причины подозревать, будто менты идут по моим следам из - за этих денег. Россия, конечно, большая страна, но я где - то читал, что если русские копы вобьют себе в голову, что надо покончить с каким-нибудь делом, то не останавливаются до тех пор, пока не накроют всех.
      По - моему, это заставит Ляльку задуматься. Ведь я всегда сумею что-то объяснить ментам по поводу этих денег, и у них не будет оснований не верить мне. Мертвый же еще сильней возбудит их любопытство, заставит очень серьезно заняться делом, внимательно наблюдать за вокзалами и аэропортами, что может помешать Ляльке вывезти Лейлу из России.
      Иначе говоря, Лялька будет вынужден сказать себе, что будучи живым, я буду ему полезней, и ему придется подождать других времен, если ему придет охота от меня избавиться.
      После этого я выпил хорошую порцию виски и закурил сигарету. Кажется, больше я ничего не могу сделать, и, начиная с этого момента, все дело в руках провидения, как сказал тип, который падал вниз головой с самолета.
      Лялька, конечно, не дурак, но надо сказать, что когда распределялось серое мозговое вещество, то маленькому Балашу Карзубому его досталось весьма изрядное количество.
      Я поднял глаза и увидел себя в зеркале,стоящим у камина со стаканом виски в руке. "За тебя, Балаш! - провозгласил я тост, - и за Лейлу!" После чего отправил виски, куда ему следовало, и пошел спать, так как имел уже честь вам доложить, что кровать - очень хорошее изобретение для тех, кто любит спать...
      
      10.
      
      Солнце сверкает, и я чувствую себя в отличной форме, когда сижу в машине рядом с Лейлой. Я веду машину в сторону промзоны по Трамвайному проспекту, к Конной лахте. На Лейле цветастое платье с небольшой накидкой и маленькая шляпка, и она похожа на принцессу Диану, только красивее. Выдерживая положенные девяносто пять на дороге, которая - настоящий биллиард, я подумал, что если бы моя голова не была забита всевозможными комбинациями, я мог бы считать себя очень удачливым.
      А девочка, как она радуется! Мысль, что она может вытащить меня из грязной истории, наполняет ее прямо блаженством.
      В "Екатерине" я сказал Лейле, что женщина, которая шантажирует меня при помощи моих страшно компрометирующих звонков, будет очарована ею, и сама Лейла должна поддерживать это очарование. После знакомства и нескольких коктейлей, когда та женщина наполнит себя алкоголем в достаточной мере, Лейле не составит труда посетить логово этой тигрицы и взять письма. Вы можете мне сказать, что это нелепые выдумки, а я отвечу, что это единственное средство водить Лейлу за нос для благополучного хода дел.
      Во время поездки Лейла задавала мне массу вопросов, очень интересуясь мной и, видимо, стараясь понять и разобраться, что я за человек. При этом она старалась дать мне понять, что готова при всех обстоятельствах поддержать меня, не боясь никакого риска и опасности.
      Когда мы остановились перед "Конной лахтой", на моих часах было без четверти шесть. Я видел поместья миллионеров в Лос Анджелесе, так там было не лучше.
      Это был большой дом, построенный достаточно далеко от дороги, окруженный стеной более трех метров высоты. Это и был тот самый дом "У папы Станислава".
      Мы въехали через высокие металлические ворота и поехали по аллее, которая петляла среди лужаек и закончилась перед домом. Позади расстилается пространство в виде полукруга, покрытое деревьями и кустарниками.
      Лялька и Зоя ожидали нас на площадке перед домом, а позади них я увидел множество народа. За метрдотеля выдавал себя тип по кличке Богомол, которого я знал в США, где он преследовался за убийство. Так прозвали его мои Штатские советники.
      Дом, насколько я мог судить, был наполнен людьми: прислугой и прочими. Надо признать, что когда Лялька что-то предпринимает, то делает это, как следует.
      Зоя увела Лейлу, чтобы она могла привести себя в порядок с дороги, а я продолжал сидеть за рулем, когда Лялька спустился с площадки и нагнулся к моему окошку.
       - Хорошо сыграно, Балаш. Дело начинает двигаться. У меня такое мнение, что ты скоро станешь миллионером, теперь уже недалеко до этого. Тогда ты сможешь купить себе ферму в Голландии и начать разведение форели.
       - Я ничего не имею против, - со смехом ответил я, - при условии, чтобы моя форель несла золотую икру. Это все, что надо мне. - Сказав это, я снова включил мотор и объехал вокруг дома, чтобы попасть в гараж, который находился позади дома.
      Поручив заботу о машине парню, который занимался делами в гараже, я внимательно осмотрел окрестности, чтобы лучше ориентироваться на местности.
      Ближе всего расположена лужайка, которая имеет в ширину метров тридцать, с другой стороны все пространство занято лесом, а с левой стороны небольшая аллея, исчезающая под деревьями. Неподалеку я заметил тропинку, о которой говорил мне Вован.
      Так как это было приблизительно все, что я хотел увидеть, я вернулся к главному входу и вошел в дом.
      Пройдя через двухстворчатую дверь, я очутился в большом холле, очень красивом, стены которого были обшиты серым дубом. Это показалось мне изящным, но холл был недостаточно хорошо освещен. Подальше у обеих стен были расположены два бара, вокруг которых мужчины и женщины образовали густую толпу и с таким рвение вливали в себя напитки, как будто пили их в первый раз.
      Я увидел множество знакомых лиц, можете мне поверить. Все эти люди были одеты так, как будто они пришли на какой - то прием в Кремле. Многие из них - натуральная братва, отборные негодяи, из всех, которые когда - либо существовали. Я знал их по Европе и США. Двое или трое из них - убийцы, кроме женщин их единственное удовольствие - нажимать на спуск пистолета, что они проделывают с большой ловкостью.
      Сначала я расположился в затемненном углу комнаты, потом направился к бару и заказал двойной глинтвейн. Я начинаю шутить с кем - то из этих типов, и все присутствующие делают вежливые мины, как будто они совершенно не знают, что здесь затевается.
      Лялька, как принято в высшем свете, ходил между приглашенными, радушно перекидываясь словами то с одним, то с другим. Он, видимо, изучил какой - то учебник правил хорошего тона, так как держался хорошо, это надо признать.
      Раздался удар гонга, означавший, что следует приготовиться к обеду.
      Лично я не сдвинулся с места, так как не собирался переодеваться. Я ничего с собой не взял, так как я не собирался здесь оставаться. Я отлично провел время в баре, потому что виски - первосортная вещь, и очень приятно, когда он вливается в мои внутренности.
      Через некоторое время, почувствовав, что начал немного пьянеть, я решил познакомиться с домом.
      Позади холла имеются большие двери, а напротив столовая. Она огромная, с большими окнами, но все шторы задернуты, несмотря на то, что на улице еще светло. Посредине большой стол, на котором я насчитал около восьмидесяти приборов и столько же стульев вокруг него.
      Я повернул к одному из баров, у которого вновь собиралась толпа, и увидел, что появилась Лейла.
      Судя по всему, она была очень довольна, что присутствует на вечере, так как все время улыбалась и оглядывалась вокруг себя.
      Она подошла ко мне и сказала, что несмотря на то, что общество кажется ей немного странным, ее забавляет происходящее.
      Я усадил ее в одной из комнат, похожей на курительную, где официанты в белых куртках обслуживали гостей, и заказал для нее горячий белый шоколад . Она выпила и спросила меня, где та женщина, которая мне угрожала. Я ответил, что она надула меня и не приехала. Не стоит думать об этом, надо постараться как можно лучше провести вечер.
       - Очень хорошо, - сказала она и, наклонившись ко мне, добавила конфиденциальным тоном, - в вас Балаш, есть что - то, что мне очень нравится. Я не знаю, что это такое, но это так. Как вы думаете, что это?
      Я был смущен, потому что если бы эта девочка знала, что собираются сделать с ней в этой паршивой дыре, она не только бы возненавидела меня, но поспешила бы, подобрав юбки, как можно скорее убежать отсюда.
      Немного погодя объявили, что обед подан, - и все направились в столовую. Лялька увел Лейлу, а я нашел карточку с моим именем где - то в середине.
      Лялька сел в конце стола, справа от него Лейла, а слева Зоя. Я вижу, как он разговаривает с Лейлой, и как она расточает улыбки и шутит с этим грязным татарином.
      Обед был великолепен. Я не знаю, кто его организовал, но блюда, обслуживание, вина - словом все - было отличное. Ритуал поглощения пищи проходил слишком медленно и потребовал много времени. Через некоторое время я заметил, что некоторые кавалеры и их дамы совсем осоловели. Тип, сидящий возле меня, совсем скис. Дальше сидели две мышки, которые решали спор между собой при помощи кулаков. Оба парня, которые их разнимали, трудились как бешенные.
      Недалеко от себя я увидел Омара Алуева. Он пьет только воду и за всеми наблюдает. Когда его взгляд встретился с моим, он подмигнул мне. Я ответил ему тем же. Вид у него очень довольный. Омар, вероятно, мысленно говорит себе, что этот небольшой бизнес, связанный с похищением, добавит ему еще больше масла на хлеб.
      Через некоторое время Зоя встала из-за стола, и все женщины последовали ее примеру. Одна из них еле могла идти, а та, что смешивала шампанское с бикарди, пыталась петь, стараясь аккомпанировать себе на серебряной тарелке для фруктов, которую она принимала за гавайскую гитару. По сторонам выстроилась прислуга во главе с метрдотелем и смотрела на то, что происходит.
      Когда я вошел в холл, Лейлы не было видно. Ко мне подошла Зоя и сказала, что Лялька пригласил Лейлу в одну из комнат первого этажа, чтобы показать интересную коллекцию фотографий.
      Я сказал себе, что настало время и мне организовать что-нибудь, и повел Зою в бар, где снова стал вливать в себя спиртное, изображая при этом парня, который напивается вовсю. Когда я увидел, как презрительно скривились губы Зои, я понял, что она приняла мое притворство за чистую монету.
      Вскоре многие из гостей спустились в салон, где начался концерт или что-то вроде этого. Мы с Зоей присоединились к остальным, сели на кушетку и стали переговариваться.
      Слушая Зою, я смотрел на Лейлу, которая перелистывала альбом с фотографиями, который дал ей Лялька. Она одета в красивое светлое платье, и вся искрится, как будто сошла с картины Ренуара. Зоя, сидящая рядом со мной, в своем черном платье с бриллиантовой брошью странно контрастирует с ней. Я подумал, что было бы совсем неплохо провести время с той и другой, конечно, при условии, что Зоя не перережет мне горло во время сна.
      Парни продолжают обносить гостей сигарами, кофе, спиртным, а я продолжаю пить и делаю вид, что все больше и больше пьянею. Через некоторое время я встаю и направляюсь в холл, где приказываю сидящему за стойкой бара парню приготовить мне полный стакан рома бикарди. После чего, пролив половину, возвращаюсь, идя зигзагами, в салон и плюхаюсь на кушетку рядом с Зоей. В тот момент, когда она повернулась, я дыхнул прямо ей в нос, и она, почувствовав запах рома, сделала гримасу отвращения.
       - Скажи-ка, Балаш, ты что, совсем спятил? Что за желание пить ром бикарди после шампанского и всей той смеси, которую ты в себя вливаешь? Ты хорошо сделаешь, если прекратишь пить, в противном случае ты совсем раскиснешь и не сможешь ничего делать.
      Я нарочно громко икнул, чтобы было слышно издалека.
       - Кому ты это говоришь, Зоя? - спросил я, - но по правде говоря я чувствую, что со мной творится что-то не очень хорошее, и мне хочется пойти и растянуться на диване.
      Она встала.
       - Пойдем, Балаш. Знаешь, ты очень меня огорчил. Я считала тебя человеком, умеющим пить.
      Я начал бормотать глупости, чтобы она подумала, что я полностью потерял контроль над собой. Тогда она повела меня на верх и в конце длинного коридора второго этажа вошла в какую - то комнату. Она сказала, чтобы я немного полежал, потом пошел в ванную, привел себя там в порядок и только после этого вернулся в салон.
      Я ответил ей "хорошо", растянулся на кровати и сделал вид, что засыпаю. Я лежал и дышал с усердием, пока она стояла рядом с кроватью и с большим вниманием наблюдала за мной.
      Спустя некоторое время она погасила свет, и я слышал, как она, напевая, шла по коридору, и знаете, у нее это неплохо получалось. Она умеет это делать, эта очаровательная Зоя.
      Я пролежал несколько минут, потом встал и подошел к окну. Посмотрев в него, я понял, что комната, в которой я нахожусь, расположена в восточном крыле дома, если смотреть на дом с главного фасада, а возле окна проходит водосточная труба, которой я отлично могу воспользоваться, когда мне захочется спуститься вниз.
      Я посмотрел на часы и был страшно удивлен тому обстоятельству, что прошло так много времени: было уже без двадцати минут час. И я сказал себе, что настало время вступить в игру и мне.
      Открыв окно и вытянув наружу ногу, я попытался дотянуться до водосточной трубы. Мне удалось обхватить ее, и она выдержала мой вес. Я не затратил много времени, чтобы спуститься вниз и дойти до угла дома, откуда я увидел узенькую тропинку, ведущую сквозь чащу деревьев к тому месту, где Каро должен был ожидать меня. У меня возникла мысль, что если я приведу сюда парней Профессора и более или менее сосредоточу их на опушке леса, им легко будет подобраться к самому дому и упаковать всю команду Ляльки до того, как кто-нибудь сообразит, в чем дело.
      Волчьими шагами я крался под деревьями, пока не оказался в глубокой тени, а оттуда уже добежал до тропинки. Прежде, чем войти в лес, я обернулся: все окна заднего флигеля ярко освещены, слышен гул голосов и взрывы смеха.
      Все это мне очень нравится, так как показывает, что вечеринка продолжается и понемногу приближается к своему апогею.
      Потом я повернул в другую сторону и направился по тропинке, скрытой между деревьями.
      Через некоторое время я увидел темную массу стены и в ней отверстие, сквозь которое светила луна.
      Я пролез в отверстие и стал обозревать окрестности, но Каро не увидел. Передо мной находилось лишь голое поле с несколькими редкими деревьями, сквозь которые издалека был виден слабый свет из окон какого-то коттеджа, расположенного на другом конце этого поля.
      Все это мне очень не нравится, потому что я знаю, что Эмма не такая девочка, чтобы не сдержать обещания. Но был уже час ночи, а вышеупомянутого Каро нет и в помине.
      Я решил, что самое разумное, это дойти до коттеджа, где располагались все парни отряда, и выяснить, что же задержало этого молодого человека.
      Итак, я двинулся через поле по направлению к свету, так как полагал, что мне нужен именно тот коттедж, единственное поблизости строение. Я шел, но чувствовал себя не слишком весело.
      Вскоре я достиг дома. Вокруг было нечто вроде изгороди с белой калиткой, через которую я вошел и, заглянув за дом, увидел два Джипа. Их фары были погашены, но моторы работали, что свидетельствовало, что я не ошибся в направлении.
      Я подошел к двери в задней стене дома и посмотрел в окно. Комната была освещена, хорошо виден стол, на котором стояли грязные тарелки, стаканы, бутылки из-под виски, но никого из людей не было.
      Я толкнул дверь - она оказалась не заперта - и вошел. Обследовав нижний этаж, я не обнаружил даже кошки. Поднялся на второй этаж, который также был пуст, как карман рабочего перед получкой. Мне это все совсем не нравится и кажется довольно зловещим.
      Повсюду следы того, что люди были здесь совсем недавно. Включен свет, и окурки сигар в пепельнице еще свежие. По-моему, банда была здесь еще 20 минут тому назад.
      Я должен сказать вам, что я довольно твердый парень и не имею обыкновения поддаваться настроению, но совершенно не понятно, что могло произойти здесь, и мне стало не по себе. Я вышел из дома и направился к автомобилям. Положив руку на радиатор одной из машин, я понял, что он совсем недавно начал разогреваться. Моторы начали работать минут 20 назад. Но что же за это время приключилось с Эммой, Каро и другими членами банды, я понять не в состоянии. Мне это не по силам.
      Я открыл дверцы и осмотрел машины изнутри. В одной машине лежали пистолеты и четыре маленькие бомбы, остальные бомбы лежали в другой машине, но чего не хватало - так это пулемета. Эмма и Вован были, видимо, вынуждены унести его с собой.
      Я сел на ступеньку одной из машин, закурил сигарету и стал размышлять. У меня ощущение, что кто-то ловко все устроил и нарушил все мои намерения относительно сегодняшнего дня, и скорей всего, этот "кто-то" - Лялька. Неожиданно мне в голову пришла мысль: "Варвара Голубович!". Она привела меня в такое состояние, что я вскочил на ноги и, как сумасшедший, стал бегать взад и вперед.
      Что, если Варвара - невинная девочка, как я считал, была соучастницей Ляльки?
      Это представилось мне логичным, потому что Лялька, готовясь похитить Лейлу, мог заставить эту малышку работать на себя. В таких случаях в средствах он не стеснялся.
      Короче говоря, я решил, что и так уже потерял слишком много времени, переложил все бомбы в одну из машин, сел в нее и поехал по направлению к большой дороге. Благоразумно будет как можно скорее вернуться в "Конную Лахту", пока там не заметили моего отсутствия, но после некоторого размышления пришел к выводу, что не худо было бы проверить, находится ли Варя, как мы с ней условились, в отеле "Выборгская". Если ее там нет, тогда я могу держать пари на мой последний глоток виски, что меня надула та, кого я считал совершенно честным человеком, находящимся вне игры. Вот когда мне придется трудно, и неизвестно, смогу ли я выкрутиться.
      Я, как молния, вылетел на дорогу и помчался к отелю с такой скоростью, что уже без четверти два подъехал к нужному мне зданию. Везде было темно. Я стал стучать в дверь, и через четверть часа человек, который оставался сторожить отель, вынужден был подняться и открыть мне дверь.
      Мое предположение оказалось совершенно правильным. Он сказал мне, что у них нет никакой Варвары Голубович. Я дал ему 100 рублей, закурил, сел в машину и вернулся обратно в коттедж, полагая, что, может быть, смогу там что-нибудь обнаружить. Но там все было в том же состоянии, как и до моего отъезда.
      Я погасил все огни, запер дом и вернулся в "Конную Лахту" той же дорогой - через брешь в стене. По-прежнему никаких следов Каро и вообще никого поблизости. Я шел через лесок и, подойдя к лужайке, был совершенно ошеломлен, увидев, что дом погружен во мрак. Ни света, ни звука, ни малейшего движения. Так же спокойно, как в морге, и мне показалось даже, что здесь его филиал.
      Я постоял с минуту, потом осторожно стал красться к задней стене дома. Каждую минуту я ожидал получить пулю, но ничего не произошло.
      Я подошел к главному входу, толкнул тяжелую дверь. Она отворилась, и я вошел. Щелкнул зажигалкой, нашел выключатель, включил свет. Оба бара по - прежнему наполнены бутылками, но у стоек ни одного человека. В столовой тоже. Я поднялся на второй этаж. Мертвое спокойствие... "Конная Лахта" совершенно пуста, и если бы не некоторый беспорядок и кое - какие вещи, можно было подумать, что ссюда вообще никто не заходил. Может быть, даже несколько лет.
      Я снова закурил и задумался. Все произошло совсем не так, как я рассчитывал. Большинство моих расчетов оказались неверными, надежды обманутыми. Похоже, что Лялька здорово меня обставил и быстро отсюда смотался.
      Возможно, если бы я был здесь, мне пришлось бы плохо и, наверное, это к счастью, что я находился вне дома.
      Я вышел из салона и прошел по коридору, по которому меня вела недавно Зоя. Я заглянул в ту комнату, где отдыхал, но там тоже никого не было. Я свернул в другой коридор и зажег там свет. На всякий случай я наготове держал пистолет.
      В самом конце коридора я увидел дверь, к которой вели две ступеньки. На ступеньках видны были следы крови.
      Я нажал на ручку двери и вошел внутрь держа палец на спусковом крючке, ожидая, что вот-вот что-то начнется. Ничего не произошло. Ощупав стены, я нашел выключатель и зажег свет. Это оказалась спальня. В углу напротив, прислонившись к стене, сидела Эмма Крупская. В правой руке у нее ручной пулемет, а сама она основательно продырявлена, как дуршлаг. С ней, видимо не слишком церемонились, так как я насчитал не менее четырнадцати ран.
      Я внимательно осмотрел сначала ее, затем пулемет. Заглянув в магазин, я определил, что она успела выпустить не менее двадцати пуль из своего оружия, прежде чем ее застрелили. Следы пуль были также и на противоположной стене. Я высунулся из окна и увидел, что рядом к стене прислонена лестница. Это дало мне ключ к происшедшему. Уже ясно, что Каро и остальные бандиты продали Эмму Ляльке. Он был оповещен о том, что должно было произойти, и они струсили. Я думаю, что Эмма услышала, как они об этом говорили, а узнав все, взяла ручной пулемет и проникла в дом. Остальное вы можете представить сами.
      Я снял с кровати покрывало и накинул его на Эмму. Пусть она была не из респектабельных людей, но с ней обошлись так жестоко!
      Потом я спустился вниз, и набрал номер Семена Мандрейкина. Я решил, что надо предупредить Семена о том, что Эмма убита, а остатки банды Профессора перешли к Ляльке. У него все шансы тоже сыграть в ящик.
      Но телефон его был закрыт. Зумбер не доходит. Потом я позвонил в отель "Охтинская", где Семен должен был ждать меня под именем Головлева. Я попросил господина Головлева. Через несколько минут мне ответили, что господин Головлев ушел минут пятнадцать тому назад после телефонного звонка госпожи Головлевой. Она просила его немедленно приехать к ней. Он уложил свой чемодан, оплатил счет и уехал.
      Я поблагодарил и повесил трубку. Я был уверен, что опоздал с предупреждением, потому что "госпожа Головлева" никак не могла ему звонить 15 минут назад по той причине, что лежит здесь, в доме, с большим количеством дырок в теле, чем их имеется в куске швейцарского сыра, уже довольно долгое время.
      Я подумал, что так называемая "госпожа Головлева" была просто Зоя, и уверен, что когда Семен придет на свидание, он получит порцию того, что превратит его в в тот же сыр.
      Я что-то начинаю паниковать. Я потерял возможность распоряжаться событиями и надо признать провалил дело. Они завладели Лейлой - теперь очередь за мной, и эта мысль не доставляет мне удовольствия. Я чувствую себя не в своей тарелке, но, что вы хотите, это так и есть.
      Я прохожу за стойку и наливаю себе хорошего виски. Ничто так не помогает, как виски, когда нужно перенести сильный удар, и чем удар сильнее, тем крепче должен быть виски. А кроме того, я совсем не тот парень, которого можно сбросить со счета. Вы еще обо мне услышите, потому что голова у меня варит, и извилины не лишены серого вещества.
      В первый момент может показаться, что я был продан этим недоноском Каро и остальными бандитами, и Лялька Мясник здорово меня надул... Мне кажется, что если бы мы с Эммой вдвоем скомбинировали нашу маленькую игру, то все прошло бы хорошо.
      И я заслуживаю хороший пинок ногой в одно место за то, что не заметил целую серию трюков, которые должен был заметить, а потом я стал думать о Лейле. Мне очень хотелось знать, где она сейчас находится, и что с ней. Я должен все - таки признаться, что в этом деле мне гордиться нечем. Лейла - такая девочка, что готова плюнуть в физиономию Ляльки, когда он начнет ее обрабатывать. А если она это сделает, то этот грязный тип начнет вытворять над ней еще более гнусные штучки.
      И, несмотря на то, что Лейла очень взбалмошная и ветреная девочка, у нее есть душа, а я неравнодушен к таким девчонкам.
      Все это я говорю для того, чтобы убедить вас, что те, которые рассказывают обо мне, что я до такой степени бессердечен, что могу глотать гвозди, не совсем правы. На самом деле я самый, что ни на есть нежный парень, но только обстоятельства складываются так, что я не имею возможности показать это. Во всяком случае, это бывает так редко, что многие этого не понимают.
      
      11.
      
      Был один парень, который как-то раз сказал, что почтальон звонит всегда два раза, так вот, у меня такое мнение, что он знал, о чем говорил, этот тип!
      Находясь в одиночестве в пустом холле с пустым стаканом в руке, прислонившись спиной к стойке бара, я начал упрекать себя, что наделал такое количество разнообразных ошибок, что вскоре мог представить себя на собрании забастовщиков металлургической промышленности.
      Затем я одумался, поняв, что такое времяпрепровождение не приведет меня ни к чему, и что если бы я снова попал в подобную ситуацию, то применил бы те же методы и тактику действий.
      Я доверился банде Профессора, потому что так следовало сделать, у меня не вызывала никакого сомнения искренность побуждений Эммы и Семена. Они горели желанием уничтожить Ляльку Мясника и решили честно работать вместе со мной. Это мне закрыло глаза и я не смог догадаться, что Каро и остальныенастроены иначе. Кто - то из них, должно быть, повидал Ляльку в субботу до полудня, съел кусок из его рук, после чего он - Лялька - просто поводил меня за нос и с этого момента уже решил, что будет делать дальше. Но что удивительно, так это то, что он не попытался немедленно от меня избавиться, но, конечно, он для меня что-нибудь да приготовил. Игру кота с мышонком.
      Я хорошо знаю Ляльку Мясника и предвижу, что меня ожидает мало приятного, поэтому надо держаться настороже.
      Я прошел за стойку и приготовил себе самый что ни на есть лучший напиток, потом поднялся наверх, чтобы немного оправить Эмму и придать ей более приемлемый вид.
      После чего обошел весь дом, но ничего интересного не обнаружил. Везде следы быстрого бегства. Видимо, они спешно уложили свои вещи и поторопились покинуть дом, оставив все, как было.
      Не было никаких сомнений, что Лялька удрал с Лейлой и решил обойтись без моих услуг. Должен признаться, что его ловкость вызывает у меня невольное восхищение.
      Я вернулся в бар, повторил порцию виски с содовой, сел на прилавок и попытался разобраться в случившемся и наметить план действий.
      Ясно, что один из членов банды Профессора, Якут, чужак, как я предполагаю, оказавшись посвященным в комбинацию, уговорил остальных перейти на сторону Ляльки, что эти подонки и поспешили сделать, потому что Лялька всегда хорошо платил.
      Эмме они, конечно, ничего не сказали. Она появилась в указанное время, не сомневаясь, что все пойдет по плану, и мне кажется именно в тот момент, когда я покинул "Конную Лахту", она решила объясниться с Лялькой, предусмотрительно взяв с собой пулемет. Ну и так далее... Что-то надо было делать.
      Я вышел из - за прилавка, прошел во двор, заперев за собой дверь, и отправился опять к коттеджу. Там по прежнему никого не было. Я собрал все оружие и сложил его в лужу, которую заметил неподалеку, потом сел в машину и опять приехал к "Конной Лахте".
      Гараж позади дома, в котором еще недавно стояло около сорока машин, был пуст. Я хотел было определить их путь по следам, но мне не удалось это сделать - за воротами следы терялись.
      Я остановился у края дороги и стал размышлять. У меня осталась только небольшая надежда на то письмо, которое я послал в посольство США. Оно, по всей вероятности, должно мне помочь, и я похвалил себя за предусмотрительность.
      Бросив последний взгляд на "Конную Лахту", я поехал в направление Питера. Я ехал, не торопясь, стараясь сообразить, каков будет следующий ход Ляльки, и смотрел по сторонам, пытаясь найти телефонную будку, откуда мог бы позвонить. Не желал звонить через свой мобильник, не хотел светиться.
      Через некоторое время заметил гаишника, который ехал мне навстречу на белой семерке. Я остановился и посигналил ему. Он подъехал и посмотрел на меня через открытую дверцу машины.
       - Добрый вечер, что случилось! - сказал он.
      Восхитительно слышать, когда вам мент говорит "добрый вечер". Теперь я понимаю, что Россия действительно замечательная страна!
       - Чем могу быть полезен? - продолжал он.
      Я спросил его, далеко ли телефонная будка, и он ответил, что до нее около трех километров.
       - Очень хорошо - сказал я. - Как только вы вернетесь к себе, позвоните в консульство США в Питере и попросите второго секретаря. Скажите, что вы хотите напомнить ему о том письме, которое он получил вчера по поводу Балаша Карзубого. Этот Карзубый сейчас на пути к своей квартире на Лиговке, и его надо немедленно подобрать, пока из него не сделали половую тряпку и если его не спрячут под замок, в Питере скоро произойдет забавная коррида.
      Он стал было что-то говорить мне, но после того, как я дал ему 20 баксов, умолк, согласился позвонить и быстро поехал своей дорогой. И мне хочется надеяться, что он позвонит достаточно быстро, так как мне кажется, что Лялька готовит мне головомойку самого высокого класса и в самое ближайшее время.
      Я помчался вперед и к четырем часам был уже в Питере.
       Оставив машину в гараже и сказав, что приеду за ней завтра утром я потихоньку направился к своей квартире, спрашивая себя, что же должно произойти? Между нами говоря, я начинаю приходить в довольно нервное состояние. Боковым зрением я приметил парней, которые ошивались у дверей, но делаю вид, что ничего не замечаю, и продолжаю свой путь.
      Я открыл входную парадную дверь в апартаментах и очень ловко тайком прошмыгнул на лестницу. Поверьте мне, я не буду очень удивлен, увидев Омара Алуева или кого другого из банды Ляльки, дожидающегося меня в комнате, чтобы сделать мне подарок в виде кусочка железа. И твердо решил, что если у меня в номере начнется состязание по стрельбе, первым буду стрелять я.
      Я дошел до нужного этажа, на кончиках пальцев прошел по коридору и стал прислушиваться у двери своего салона. Свет не горел, и было очень тихо. Тогда я открыл дверь, вошел, нащупал выключатель и зажег свет.
      Зоя находилась здесь в натуральную величину, с видом, производящим вдвое более сильное впечатление, чем обычно. На ней было манто из черного бархата с большим воротником из белой лисицы. Она курила сигарету и смотрела на меня с улыбкой, способной испугать медведя Гризли.
      Я сунул руку под пиджак, где подвешен "Стечкин", но она сделала мне знак рукой и рассмеялась.
       - Не нервничай так, Балаш. Я пришла не для того, чтобы убрать тебя, да и время для этого еще не наступило. Но я охотно бы заплатила не одну тысячу баксов за удовольствие всадить в твои кишки несколько хороших пломб. Я пришла просто сказать тебе пару слов и после этого уберусь с надеждой, что никогда больше не придется мне видеть твою гнусную рожу.
       Она добавила в мой адрес несколько таких отборных выражений, каких до сего времени мне не приходилось слышать, умолкнув только тогда, когда лицо ее посинело от недостатка воздуха в легких.
      Я подошел к столу, налил себе большой стакан виски, налил также и ей. Я протянул ей стакан, но она отправила его в угол комнаты.
       - Не воображай, что я буду пить с тобой, ты, грязная продажная шкура! Скорее я предпочту этому пасть крокодила, понял?
       - Отличная идея, моя крошка, - ответил я. - Не надо вайдонить! Если тебе понадобится кто - то, чтобы толкнуть тебя в воду кишащую крокодилами, не стесняйся, сделай только знак, и я сразу брошу все дела. А теперь, когда ты выложила весь запас своего красноречия, послушай, что скажет тебе дядя Балаш и какую он споет тебе колыбельную.
      Я сел напротив нее. Она очень красива, просто прелесть, когда показывает свои белые зубки и мечет молнии из глаз.
       - Послушай, ведьма, - начал я, - что ты пришла сюда вынюхивать!? У тебя хватило наглости выложить мне весь свой репертуар птичьих имен! Разве я просил вас взять меня в дело, а? Разве я искал вас и просил, чтобы вы приняли меня в члены вашей банды. Я первый задумал дело насчет Лейлы, я рассматривал его, как свое личное дело, я хотел его выполнить так, как считал нужным, и каждый, кто посмел бы сунуть нос в мои дела, должен был быть готовым к тому, что я его обставлю, как я хотел это сделать с Лялькой.
      Она засмеялась.
       - Ты хотел обставить Ляльку! Бедный лох, ты не способен надуть даже семейство кур. Ты до такой степени бестолков, что заслужил, чтобы тебя отправили на живодерню. Ты до сих пор сидел в углу пара, но теперь тебя опустят в шурш.
      Ты знаешь, что ты такое? Ты нагар! Тебя взяли на большое дело, а ты даже не можешь дойти до конца, тебе надо заигрывать с этими мокрыми курицами из банды Профессора и улещивать эту Варвару Голубович, которая связана с нами с того момента, как поступила работать в семью Лейлы Бабаевой.
      Разве у тебя есть в голове что-нибудь, кроме ветра? А тебе ведь понадобится кое - что другое, чтобы выпутаться из этой истории, когда ты захочешь вандать.
      Я засмеялся.
       - Если это все, что ты хотела мне сказать, то можешь помыться и отправиться на поиски крокодила. Если у тебя есть время, передай Ляльке, что мы увидимся с ним в Голландии, и там я ему представлю свои объяснения подписанные дулом автомата. А верхняк будет мой, запомни.
      Она насмешливо покачала головой.
       - Послушай, Карзубый, ты же отлично знаешь, что Лялька Мясник не забудет о тебе после того, что произошло! Ты прекрасно знаешь, что тебя очень быстро уничтожат. Уже завтра вечером ты сможешь очень громко петь песни, но только на том свете, потому что свинец Ляльки сделает из тебя свирель.
       - Может быть, да, а, может быть, и нет, - ответил я. - Знаешь, я немного устал, а ты начинаешь надоедать мне, Зоя. Если ты кончила свою серенаду, сделай реверанс и отправляйся ко всем чертям, и будь осторожней с дверью, потому что я не люблю шума.
      Она встала.
       - Послушай, болван, Лялька дает тебе последний шанс, и на твоем месте я бы воспользовалась им. Сегодня ночью во время перестрелки с Эммой Крупской успел улизнуть ее сводный братец Вован. Он был вместе с ней в игре и не захотел ее бросить и последовать за остальными членами банды. Он был настолько глуп, что верил, будто они двое и ты сможете бороться с Лялькой. Он сбежал и, наверное, появится здесь, чтобы войти с тобой в контакт.
       Итак, вот что: Лялька считает, что его надо уничтожить, как Эмму. Этим должен заняться ты. Лялька просил передать, что ты должен убрать Вована не позже завтрашнего утра, в противном случае ты не доживешь до обеда. Что ты скажешь на это?
      Мне стало смешно.
       - Значит, Лялька боится Вована? Дай мне посмеяться. Он что считает, что Вован пойдет искать ментов?
       - Не строй из себя дурака. У него не больше возможности обратиться в полицию, чем у тебя. Он убил Мирона Волынского вчера вечером, когда застрелили Эмму. Тот мертв, как селедка в бочке. Подумай, стоит ли ему идти в полицию? А тебе самому? У тебя будут неприятности, так как ты не сумеешь доказать, что не ты убил Профессора на палубе "Святой Марии", так что и для тебя приготовлен темный коридор и выстрел в затылок, можешь в этом не сомневаться.
       - Я не стану говорить ни о чем, Зоя, но моим ушам уже больно тебя слушать.Пойми: я не уничтожу ни Вована, ни кого другого, чтобы доставить Ляльке удовольствие. К тому же Вован, вероятно, хороший парень. Он остался верен Эмме и выполнил все, что было намечено, и он не вертел пальцами в то время, когда Эмму убивали.
      Итак, ты можешь сказать своему милому дружку Ляльке, что у него совершенно нет вкуса во всем, что касается женщин, и можешь убираться отсюда, потому что ты хуже гадюки, и один твой вид внушает мне отвращение.
      Она схватила стоящую на столе бутылку и швырнула ее в меня. Я уклонился, схватил Зою и положил ее животом вниз на свои колени. Потом дал ей хорошую порцию шлепков, отшлепал как гадкого утенка. Когда я позволил ей встать, она была бледной от ярости. Если бы при ней было оружие, она бы пустила его в ход.
      Зоя села на диван, прерывисто дыша, и смотрела на меня, как на что-то омерзительное.
       - Хорошо, Балаш... - сказала она, - ты сейчас сильнее... Но не ошибись. Когда я разделаюсь с тобой, у тебя будет вид, как у дохлой крысы, которую кошка приносит в дом, но сейчас ты напрасно теряешь время, стараясь вызвать мой гнев. Я просто сказала тебе, что тебя ожидает, если ты не выполнишь приказ Ляльки и не уберешь Вована...
      Она накинула манто на плечи и встала.
       - Послушай, малютка, прежде чем ты уйдешь, позволь мне сказать тебе пару слов. Я понимаю, ты сердишься за те шлепки, которые только что получила. Об этом ты, надеюсь, скоро забудешь. Вована я не трону, и вообще ничего не стану делать для Ляльки, и вот почему...
      Я подробно рассказал ей о письме в посольство США, и о том, как я поменял деньги, полученные от Ляльки.
      Что за гнусную рожу она сделала! Она застыла на месте, как статуя. Я впервые видел ее до такой степени удрученной.
       - И теперь, моя нежная, я останусь здесь до того момента, когда за мной придут менты, и Лялька ничего не сможет сделать со мной. Ты улавливаешь? Завтра утром, если не раньше, лягавые придут в движение. Я расскажу им об этих деньгах историю, способную усыпить стоящих. Я позволю им кое - что узнать об ограблении, которое произошло в Лиссабоне...
      Посольство США обрадуется. Соединенные Штаты надо объединить. Узнав о возможности захватить парня, который отхватил миллион американских долларов, они потребуют выдачи преступника. И я не буду возражать, ты понимаешь? Я подожду возвращения бумаг и отправлюсь с эскортом в США. И если твой друг Лялька захочет захватить меня, он должен будет устроить осаду тюрьмы и при помощи бомб взорвать ее. А когда я покину тюрьму, со мной будут в качестве телохранителей парни из ФСБ. Что ты на это скажешь, моя голубка, а?
      Она замерла на месте, позеленев от ярости, и не нашла ни слова для ответа.
       - Пойди скажи своему маленькому Ляльке, что если он хочет захватить Балаша Карзубого, ему надо встать очень рано. Скажи также, что как только я уеду отсюда далеко - далеко, то смогу выйти сухим из этой истории. Я смогупредоставить им алиби, так-как находился за две тысячи километров от Лиссабона, когда произошло ограбление банка. Я был тогда в Нью-Йорке. Не правда ли, им придется выпустить меня? А как только они это сделают, я стану преследовать Ляльку с таким рвением, что ему покажется, будто его превратили в громоотвод.
      Теперь убирайся и поторопись рассказать ему все что я тебе сказал, пока я еще в хорошем настроении, потому что если в течение двух минут ты отсюда не исчезнешь, я сниму пояс и покажу тебе, как хорошо можно им воспользоваться.
       - Очень хорошо, Балаш, - проговорила она ледяным тоном, я ухожу, но хорошенько запомни: у меня будет кошелек из твоей кожи... И когда мы захватим тебя, мы устроим тебе очень приятные минуты, прежде чем ты околеешь...
       - Проходи, пожалуйста, - с поклоном проговорил я, - а когда увидишь Ляльку, скажи ему, что в ближайшее время я угощу его стаканом касторки, и поскорее убирайся, мне противно смотреть на тебя, ты слишком похожа на дерьмо больного желтухой!
      Она направилась к двери, и я последовал за ней, решив, что это будет не лишняя предосторожность - проводить ее до улицы.
      Мы спустились вниз, и я заметил такси, которое стояло неподалеку. Я сделал знак шоферу.
       - Послушайте, - сказал я ему, - не отвезете ли вы эту молодую даму домой?
      Он улыбнулся, вылез из машины и открыл для Зои дверцу. Неожиданно из двери соседнего дома появились два типа. Один из них схватил меня за руку, а другой с быстротой молнии освободил от револьвера, который я ношу подмышкой.
      Я вижу, как Зоя, с совершенно ошеломленным видом смотрит на меня через стекло,для нее это так же неожидано.
       - Вы - Балаш Карзубый? - спросил меня один из этих парней, и когда я ответил утвердительно, он добавил:
       - Я - майор Питерского УГРО, у меня ордер на ваш арест. Вы обвиняетесь в хранении и обмене банкнотов, принадлежащих правительству Португалии, несмотря на то, что вы знали о том, что эти баксы похищены при вооруженном ограблении. Я задерживаю вас по просьбе вашего правительства и на основании соглашения о выдаче преступников иностранных государств.
      Зоя продолжала смотреть на меня сквозь стекло, и я улыбнулся ей.
       - Ты видишь, моя ласточка - крикнул я ей в тот момент, когда машина уже тронулась - что я тебе говорил? Постарайся быть умницей, а иначе, береги свои ягодицы.
      Такси отъехало.
      Сразу после этого подошла полицейская машина с мигалкой, куда меня и втолкнули. Они приняли все меры предосторожности, можете мне поверить: я видел позади еще одну полицейскую машину.
      Мы помчались. Ивановская улица, Проспект Славы - это не более четырех минут. Меня доставили в небольшую комнату полицейского поста, где я пробыл некоторое время. Потом меня подняли на второй этаж, провели по длинному коридору и втолкнули в какую - то комнату.
      В комнате, расположившись вокруг стола, сидели шесть человек, из которых я четверых знал: Алекс - помощник секретаря посольства, Геннадий - специальный сотрудник, который работал со мной, Дима, из агентства связи в Вашингтоне, и брат Султана - Джемо.
      Парень, который забрал у меня револьвер, вернул его, а Алекс протянул мне руку и представил человеку, который сидел в конце стола.
       - Товарищи, разрешите вам представить Балаша Карзубого - специального агента
      Министерства Юстиции, занимающегося делом Лейлы Бабаевой. - А мне он представил Пал Палыча, полковника полиции.
      Мы пожали друг другу руки. Я поздоровался и с остальными.
       - Ну, что, Балаш, - спросил Пал Палыч, - как идут дела?
       - Хорошо, - ответил я, - скажите мне только - кто-нибудь проследил нашу подружку Зою?
       - Не беспокойтесь, Балаш, шофер, который находился возле вашего дома, очень хорошо знает свое дело.
       - Отлично - сказал я. - Кстати, полковник, чтобы, так сказать, окончательно скрепить наши интернациональные комбинации, в этом уголке найдется что-нибудь для меня? В горле совсем пересохло.
       - Послушай, Балаш, - улыбнулся Алекс - я вижу, ты здесь уже акклиматизировался. Это верно, тут не Америка и не Европа. Это Россия. Гена, наливай!
      
      12.
      
      На следующее утро, когда я проснулся, мне понадобилось, по крайней мере, несколько минут, чтобы сообразить, где я нахожусь.А нахожусь я в тюрьме, в Крестах. И прошу вас поверить, что те несколько часов, которые я провел в этом месте, где все старались чем только можно угодить мне, принесли мне огромную пользу.
      Прежде чем попасть сюда, я провел один час на Свердловской Набережной, чтобы разработать план комбинации, и все дальнейшие действия были расписаны по параграфам. Мент, который под видом шофера такси отвез Зою накануне к апартаментам на Пироговскую, передал ее под наблюдение другим детективам, и было похоже, что пока она не собиралась трогаться оттуда.
      Я все размышлял об этом трюке с Вованом. Зоя говорила правду: он сбежал, у него нет друзей и нет денег. И он должен был, наверное, прийти ко мне. Но почему он вызывает у них интерес? Что для них Вован?
      По моему мнению причина заключается в следующем: Вован должен что-то знать, что-то настолько серьезное, что уничтожить его необходимо. Они, вероятно, думают, что он придет ко мне, чтобы поставить меня в известность об этом, и моя осведомленность сделает меня более опасным для Ляльки. Мне кажется, что сведения, которыми располагает Вован, касаются местонахождения Лейлы и Ляльки.
       Наверное, когда он крутился возле "Конной Лахты", то мог что-то услышать. Менты расставили ему силки и надеялись поймать в течение 24 - часов. Я тоже надеюсь на это. Потому что в противном случае, он может попасть в руки банды Ляльки, и тогда - прощай, Вован.
      В одиннадцать часов меня посетил Алекс. Меня повели завтракать к начальнику караула, и Алекс показал мне утренние газеты, из сообщений которых видно, что задуманное нами вчера уже выполняется. Была помещена заметка, что гангстер Балаш Карзубый арестован накануне в своих апартаментах на Лиговке, так как баксы, которые он хотел обменять на английские фунты в банке, были похищены при ограблении банка в Лиссабоне.
      Далее следовало подробное описание ограбления, жертв и так далее. В конце указывалось, что задержание Карзубого произведено по просьбе представителей авторитетных учреждений, и что вышеупомянутый Балаш Карзубый предстанет во вторник перед Ленинградским судом. Из статьи очевидно также, что обвиняемый отказывается признать предъявленные ему обвинения и настаивает на том, чтобы его освободили под залог, и чтобы судьи определили размер залога...
      Эта наживка должна, мне кажется, сработать и вот почему: допустим, Лялька еще не захватил Вована, который тоже читает газеты, и тогда для него тут же станет ясно, что Вован, поспешит встретиться со мной и дать мне необходимые сведения. И тогда Лялька постарается разделаться с нами обоими, после чего из осторожности поспешит удрать из России. Воздушный путь для его бегства я считаю более удобным и надежным, и нам надо держать ухо востро.
      Алекс сказал мне, что маленькая комедия с моим судом должна разыграться на набережной у проспекта Непокоренных около трех часов дня. Я выйду на свободу с чистой должностью.
      Но надо было дать время Зое и другим хорошенько обдумать и обсудить все это. У меня такое ощущение, что Зоя захочет заплатить за меня залог, после чего станет весело хохотать при мысли, что освободила меня из тюрьмы, в которую я с такими усилиями попал.
      Но мне и Алексу кажется, что смех у нее будет не очень веселый, если она узнает, что я чекист, ГБ - шник, и весь этот кинематограф устроен для ее удовольствия.
      Скоро Алекс ушел, так как он осуществляет связь между мной и полковником Пал Палычем, который распоряжается большой частью этой постановки. Перед уходом Алекс оставил мне бутылку пива, вещь очень полезную, потому что в тюрьме бара нет, а посылать все время за пивом мне неудобно. Он оставил мне также всю переписку по этому делу между моим шефом в Вашингтоне и российской полицией. Это была распечатка с компьютера.
      Оставшись один, я лег и начал с большим удовольствием читать. Переписка начата восемь месяцев назад.
      
      "США, Вашингтон, Комиссариат Юстиции.
      Главный комиссар Юстиции правительства США имеет честь приветствовать секретаря Министерства внутренних дел Российской Федерации, и благодарит его за сотрудничество, которое было осуществлено по просьбе главного комиссара. Нам представляется, что будет полезным, чтобы определяющие обстоятельства этого сотрудничества между следственными Федеральными органами Комиссариата Юстиции США, силами полиции и Органами Безопасности России были известны.
      Итак, в течение последних трех лет Федеральная Следственная служба провела тщательные и обширные исследования, вследствие чего выяснилась возросшая активность преступных элементов и не только на американской территории, но и в других странах.
      Добравшись до источника, следствие обнаружило, что организатором этого интернационального "альянса" является американский гражданин русского происхождения, Богдан Рахметов, по кличке Лялька Мясник. Точные и остроумные методы, применяемые этим человеком, помешали полиции разных стран, в которых он действовал, собрать достаточное количество доказательств его виновности, чтобы обвинение, предъявленное ему, могло иметь хотя бы малейший успех. Совершенно очевидно, что похищение и заточение маленькой Яэль Эльбирт, совершенное в Италии, недалеко от Неаполя, было актом этой преступной организации, и мы напоминаем о том, что несмотря на немедленную выплату выкупа, очень крупной суммы денег, родителями ребенка, труп несчастной девочки был обнаружен только семь месяцев спустя в ящике на маленькой вилле в Вермонте.
      Федеральная служба произвела расследование хорошо организованных пяти похищений: в США, в Германии и даже в Скандинавии, и, в конце концов, в каждом случае все обстоятельства указывали на то, что это работа той же самой банды.
      Настало время срочно принимать самые энергичные меры для отыскания сведений и доказательств, которые были бы достаточны для обвинения Богдана Рахметова.
      В течение нескольких месяцев было произведено ограбление нескольких банков в различных странах Европы и Америки. Добыча была значительна, в каждом случае "альянс", ответственный за данный акт, либо исчезает, либо уничтожается организацией Рахметова. Вместе с тем, и это очень важно, ни один из украденных во время ограблений долларов не был пущен в обращение, что свидетельствует, что деньги эти законсервированы и будут употребляться в будущем.
      Лишь год назад, когда наши службы получили многочисленные сведения и свидетельства, говорящие о том, что названный Богдан Рахметов действительно является шефом этой преступной организации и инициатором ограблений, были приняты особые меры и привлечены новые лица, опытные в такого рода делах. Было совершенно очевидно, что большинство специальных агентов, принадлежащих нашей службе знакомы Рахметову, и наши местные организации находились под его контролем, так что было решено вызвать специального работника первого класса Балаша Алиярова, который пять лет работал в Австралии в качестве спецагента.
      Приехав в США, Алияров явился в Главное Полицейское Управление. Покинув Австралию, он направился сразу в Нью-Йорк, пользуясь украденным паспортом, и сразу же после своего возвращения совершил ряд поступков, которые создали ему определенную репутацию и представили его как человека, которого можно было подозревать и в более серьезных преступлениях. В течение последних шести месяцев он был задержан два раза. В первый раз его отпустили на поруки, и он несколько недель находился под надзором полиции, а во второй раз он провел два месяца в тюрьме. После этого он заставил говорить о себе в двух или трех штатах Америки. Агенты нашей службы, с которыми он секретным образом поддерживал связь, несколько раз задерживали его под различными предлогами.
      В конце концов, он снова был арестован по одному хорошо задуманному делу, которое было отлично проведено. Обвиненный в том, что он убил полицейского, Алияров был приговорен к 25 годам тюрьмы. Его бегство из тюрьмы было окончательно разработано и скомбинировано еще десятью месяцами раньше.
      Теперь уже специальный агент Балаш Алияров, по кличке "Карзубый", располагал солидной репутацией киллера чистой воды и стал маневрировать, медленно, но верно приближаясь к организации Ляльки Мясника, благодаря многочисленным контактам, которые он установил среди преступников.
      Вскоре обнаружилось, что Лялька Мясник занимается в России подготовкой одного похищения. Дело шло ни о чем ином, как о похищении Лейлы Бабаевой, единственной дочери Эмиля Бабаева, владельца крупнейшей фабрики по изготовлению презервативов.
      Балаш Алияров информировал нашу службу, что предполагаемое похищение примет интернациональный характер, так как в России такое похищение не могло бы состояться. Лялька Мясник решил, что похищение должно произойти за пределами России. К сожалению, личность и характер Лейлы Бабаевой лишь облегчали его намерения. У этой молодой особы часто менялись желания, и неожиданные поездки в самые различные страны были в порядке вещей. Рассчитывая таким образом знакомиться с жизнью, без конца гоняясь за новыми впечатлениями, сенсациями и эмоциями, она не чуралась мира воров и отбросов общества.
      Балаш Алияров считает, что это совпадает с мнением нашей службы, что банда Богдана Рахметова собирается осуществить свое намерение относительно Лейлы Бабаевой во время ее будущей поездки в Финляндию через Карелию. Дело это весьма вероятное, судя по происшедшим похищениям того же порядка в Германии, Италии, Греции, Турции и Франции. К этому могут представиться удобные случаи, после чего в течение нескольких часов они могут увезти свою жертву на континент и потребовать у ее отца огромный выкуп.
      В результате вышеизложенного, наши службы решили вести дело, руководствуясь двумя основными правилами и направлениями.
      1. Считать, что организация Богдана Рахметова должна быть поощрена, если можно себе позволить подобное выражение, к тому, чтобы она совершила похищение как можно скорее, так как тогда можно будет найти серию точных неопровержимых обвинений, направленных как против Рахметова и его банды, так и против членов других преступных организаций.
      2. Необходимо задолго до того, как разовьется их активность, удостовериться в общности действий с полицией Российской Федерации.
      В результате переговоров между американской стороной и представителями Внутренних дел Российской Федерации и полицией города Санкт - Петербурга создана группа, которая немедленно начала действовать. Ее цель - наблюдать и препятствовать любому преступному намерению против личности Лейлы Бабаевой во время ее поездки и пребывания в России.
      Следующие строки еще более ясно излагают решения, принятые во время переговоров.
      В подготовительный период, считая со времени редактирования настоящего документа до предстоящего путешествия Лейлы Бабаевой в северную столицу России, Балаш Карзубый в качестве киллера, вращающегося в преступных кругах, должен во что бы то ни стало познакомиться с Лейлой Бабаевой и подружиться с ней. По всей вероятности, сделав это, он привлечет к себе внимание банды Богдана Рахметова, члены которой не преминут сделать из этого заключение, что "гангстер" Балаш также имеет какие - то свои виды на Лейлу Бабаеву.
      Как только Лейла Бабаева решит покинуть США и затребует себе паспорт для поездки в Россию, Балаш также запросит себе паспорт для такой же цели, но под вымышленным именем. Эта его просьба будет отклонена официально, а Балаш устроит так, чтобы последовать за Лейлой нелегально.
      Эти меры предосторожности продиктованы необходимостью для Балаша продолжать свою игру в роли киллера, которую он удачно играл в течение двух лет.
      На том же судне специальный агент Султан, имеющий финский паспорт, приплывет официально в Россию, чтобы стать тайным ассистентом Балаша.
      Как только Лейла и Балаш прибудут в Россию, последнему будет предоставлена полная свобода действий, и с ним, в пределах возможного, будет держать контакт Султан. Промежуточный контакт.
      Если Ляльке захочется привести в исполнение свое намерение похитить Лейлу, то присутствие Балаша в Петербурге наведет его на мысль, что Балаш тоже что-то замышляет, и есть все основания рассчитывать, что Лялька, следуя тактике, которой обычно следует, когда встречает на своем пути препятствие, найдет возможность войти в контакт с Балашом и сделает ему предложение вступить с ним в дело.
      Это было бы самым желательным и, начиная с этого времени Балаш постарается полностью раскрыть "модель операции", которую организация Ляльки готовиться провести, и должен будет с помощью Султана и российской полиции принять все необходимые меры, чтобы обезопасить существование Лейлы и представить доказательства виновности Ляльки Мясника и его банды.
      Вероятно, придется позволить Ляльке увезти Лейлу Бабаеву, чтобы доказательства его вины были бесспорными. Если все это случится через посредничество Балаша, Государственный департамент США попросит выдать Богдана Рахметова и его соучастников, чтобы их многочисленные пособники, которые подкупом или другими способами смогли избежать ответственности за предыдущие преступления, могли также быть задержаны, чтобы эта банда преступников раз и навсегда была лишена возможности причинять вред обществу".
      
      Там было написано еще немало, одним словом - доклад с пристрастием. Все это я нашел прекрасным, только немного беспокоился в отношении маленькой Лейлы. Пока она находится в опасности, я свой кандидатский максисмум еще не сдал.
      С некоторых пор вы могли составить свое мнение об этом выродке Ляльке. Я полагаю, что и его собственная жизнь стоила для него не больше, чем чья-нибудь другая, и я был почти уверен, что если он придет к убеждению, что его банду настигает полиция, он убьет Лейлу, а потом примется за милицию.
      Вот почему я рассчитываю на эту комбинацию с залогом, которая позволит мне войти в контакт с бандой. Я попал пальцем в дело.
      Лялька по-видимому считает, что в тюрьме я схожу с ума, рву на себе волосы и воображаю, что он убрался из страны. Он уже, наверное, планирует, что как только я выйду из тюрьмы, он сделает из меня приманку для Вована, а потом ликвидирует обоих.
      Я весь день ничего не делаю, только курю, пью сиропоподобную воду и играю в дурака с охранником. Потом читаю свежие газеты, в которых обо мне написана куча небылиц и всякой чепухи.
      А в семь часов вечера меня ожидает настоящий сюрприз.
      Появился Алекс и сказал, что одним из моих русских друзей нанят адвокат, который уже действует и должен сыграть важную роль в моем освобождении. Адвокат говорит, что русские менты, которые меня зацапали, совершенно безмозглые, так как мое американское досье совершенно не касается российского суда. И если кто-нибудь поручится за меня и внесет залог, они должны будут меня выпустить.
      Около восьми пришел охраник, который принес мне визитную карточку, и сказал, что меня спрашивает какой-то человек. На карточке было написано:
      "Виктор Хлус, представитель фирмы "Штефан Эфенберг", в Нью-Йорке".
      Я ответил, что согласен увидеть его.
      Меня быстро отправляют в какую-то камеру и запирают там, а потом появляется этот тип. У него такой важный и самоуверенный вид. Мне не требуется особой проницательности, чтобы понять, что владелец этой адвокатской конторы работает на банду Ляльки, являясь неотъемлемой частью его организации. Теперь они собираются сыграть со мной очередной тур свинства, если только я им это позволю.
      Хлус начал с того, что выдал мне кучу чепухи, а потом сказал, что имеет поручение от госпожи Зои Новодворской - я, кстати, не подозревал, что Зоя была замужем - внести за меня требуемый залог и таким образом способствовать моему освобождению.
      Я сказал, что у меня нет желания освобождаться на таких условиях. Он стал разливаться соловьем, сказав что я не совсем правильно понял побуждения госпожи Новодворской, а она уверяет, что если я буду благоразумен, то все пойдет хорошо.
      Мне желают добра, и большой ошибкой с моей стороны будет, если я не прислушаюсь к советам моих преданных друзей и не воспользуюсь их помощью.
      Заставив упрашивать себя некоторое время, я согласился, и мой собеседник сказал мне, что завтра, когда я предстану перед судом, у меня будет очень хороший защитник, что Зоя согласна не только заплатить залог, но и оплатить адвоката, и что меня выпустят из тюрьмы завтра утром. Я стал размышлять над его словами.
      Должен повторить, что со стороны Зои это гениально - вытащить меня из тюрьмы, в которую я попал с таким трудом. Она собирается заплатить за меня очень большие деньги и все для того, чтобы я закончил свое дело после выхода из тюрьмы. Расчет хороший, но, думаю, что здесь есть еще кое - что.
      Лялька прячется, но руководит из - за кулис, а все дело в руках Зои. Их очень интересует, что будет делать Вован. У него есть что-то для них чрезвычайно важное, и, видимо, они страшно заинтересованы получить это обратно. Иначе, по - видимому, у фирмы "Лялька и Компани" будут большие неприятности. Я пришел к выводу, что та сцена, которую у меня разыграла Зоя - всего лишь блеф. Они не имеют ни малейшего желания меня убрать, так как я могу быть им очень полезен, они лишь хотят привести меня в соответствующее настроение, чтобы использовать в будущем.
      Было около одиннадцати часов, когда стремительно влетел Алекс и заявил, что менты захватили Вована. Они держат его на виду в одном из отделений полиции около Петергофа. Он был задержан по подозрению и все время требует, чтобы позвонили мне на Лиговку. Вован заявляет, что он честный торговец, коммивояжер, или что-то в этом роде.
      Из этого я заключил, что Вован прятался так глубоко, что не имел возможности читать газет, иначе он знал бы, что я сижу в тюрьме и звонить на Лиговку не имеет смысла.
      Это показалось мне очень интересным, и через несколько минут я, Алекс, Пал Палыч, и Геннадий сели в машину - мигалку и помчались в Петергоф.
      Вован сидел в камере, и вид у него, можете мне поверить, был очень неважный: трехдневная борода, порванная одежда, будто он все время бегал по кустарнику и лазил через изгороди. Картина - "Из жизни отдохнувших". И как же он обрадовался при виде меня!
       - О, Карзубый, послушай! Эти парни зацапали меня для вида, как подозрительного. Я во всяком случае не раскрываюсь, и если ты найдешь мне адвоката...
       - Брось это, Вован, - сказал я. Потом поискал в кармане и показал свое ментовское ксиво.
       - Я - сотрудник Интерпола, и мне поручено уничтожить банду Богдана Рахметова по воровской кличке Лялька Мясник.
      Глаза Вована полезли на лоб, рот широко раскрылся, на лице выступили капли пота.
       - Бл...аааа! - пробормотал он, - ты - Балаш Карзубый, из Интерпола!? Легавый!? Хотел бы я, чтобы мне кто-нибудь сказал...
       - Отлично, Вован, - сказал я. - Теперь по-дружески поговорим. Будь спокоен: с Лялькой в течение трех дней будет покончено. И для тебя, похоже, настали не очень счастливые времена, мой мальчик. Что же будет с тобой дальше?
      Две - три недели будешь киснуть здесь, а потом тебя увезут на суд, прибавят кое - что, и все - суши доски! А у меня есть предчувствие, что инспектор Пал Палыч и Дима согласятся с тем, что я им скажу.
      Но если ты все расскажешь, я устрою так, что власти проведут губкой по всем обвинениям, которые они могли бы выдвинуть против тебя. Ты будешь судим Федеральным судом по обвинению в соучастии при попытке похищения.
      Я отправлю специальное заявление о том, какие услуги ты оказал нам при задержании бандита Ляльки Мясника. И если ты будешь держаться осторожно, я так устрою, что ты получишь не более двух - трех лет. В противном случае, мой ангел, у меня достаточно материала для того, чтобы тебя поджарили. Ну что, будешь говорить?
       - Дай мне очухаться, - пробормотал он. - Ты, - и вдруг мент... Я все скажу, Балаш.
       - Хорошо. Прежде всего: что произошло там, в "Конной Лахте", и как была убита Эмма?
       - Я все расскажу, - повторил он. - Мы отправились в субботу вечером с Эммой, взяв пулемет в машину. На виллу приехали около одиннадцати часов. Последние три-четыре километра ехали с потушенными фарами, часть пути проехали даже полем, чтобы нас не заметили. Мы поставили свою колымагу рядом с другой машиной и вошли в дом.
      Там были все наши. Мы проводили время, немного выпивая, а без четверти двенадцать Каро сказал, что ему пора отправляться на условленное место, и ушел. А без четверти час он снова появился и сказал, что видел тебя, и что нужно, чтобы все пошли с ним и засели в небольшом леске, что позади дома, и ждали наготове, на случай, если понадобится помощь.
      Это, конечно, была его выдумка, он нас просто надул, но выглядело все вполне правдоподобно. Я и Эмма тоже собрались последовать за ним, но Каро сказал, что нам надо еще на полчаса задержаться на вилле. Мы включили моторы машин, чтобы они разогрелись, и стали ждать.
      Мы прождали с четверть часа, потом вышли и подошли к машинам, и тут Эмма заметила, что парни не взяли с собой ни пулемета, ни бомб, ни другого оружия: все осталось в машинах. Эмма сказала, что чувствует что-то недоброе, и что она идет в "Конную Лахту".
      Я подождал некоторое время. Эмма не возвращалась. Я взял пулемет и пошел через поле по направлению к "Конной Лахте". Вблизи дома я увидел Эмму, которая пряталась в кустарнике. Задний фасад дома был освещен за исключением одного открытого окна.
      На земле у стены лежала лестница. Мы с Эммой подняли ее и бесшумно приставили к открытому окну. Она взяла у меня из рук пулемет, сказала, что пойдет разведать, в чем дело, потом взобралась по лестнице, проскользнула внутрь и исчезла в комнате. Через минуту я услышал одиночный выстрел, потом шквал огня из пулемета Эммы - приблизительно с дюжину пуль.
      Я сказал себе, что пора вмешаться, приготовил оружие и полез по лестнице. Когда я достиг окна, то увидел Эмму. Она была серьезно ранена, вся блузка покрыта кровью, в руках пулемет и толстый кожаный бумажник. Она бросила его мне и крикнула, чтобы я немедленно уходил, а сама продолжала стрелять. В нее стреляли тоже. Я услышал ее крик и понял, что все кончено. Я подумал, что делать мне здесь особенно нечего.
      Со страшной быстротой спустился по лестнице, побежал леском, пролез через дыру в стене. У меня хватило ума не возвращаться на виллу за машиной, так как я подумал, что Каро и остальные так или иначе предали нас. Я взял вправо и через поле направился в сторону Питера. Через некоторое время мне удалось по автостопу сесть в машину, доехать до города и затаиться. А сегодня меня зацапали менты.
       - Все это так, Вован, но не объясняет целую кучу вещей. Ты знаешь, что в том бумажнике, который ты получил, и где он?
       - Под дощечками паркета в моей комнате на Пироговской - ответил он. - А менты меня даже не обыскивали...
       - А что там внутри, Вован?
      Он засмеялся.
       - Целая куча сюрпризов. Там достаточно сведений, чтобы более двухсот раз расстрелять Ляльку и его банду.
       - Очень хорошо, Вован. Теперь будь умницей, держи себя спокойно, а я постараюсьпомочь тобе, как я уже говорил.
      Сев в машину, мы отправились в Кресты. Мы были очень довольны друг другом. Теперь мне все казалось ясным. Понятно, почему Зоя так старается освободить меня из тюрьмы. Я знаю, почему она хочет, чтобы я ликвидировал Вована. Ей надо получить документы. Мне кажется, что Лялька пока неплохо устроился. Он с Лейлой и вся его банда скрылись потихоньку, а Зоя осталась, пытаясь найти и вернуть бумаги. Значит ей нужно, чтобы я вышел из тюрьмы, так как совершенно необходимо, чтобы Вован пришел увидеться со мной. Они ведь не знают, что я мент, и считают, что я единственный друг, который у него остался.
      Зоя уверена, что Вован отдаст мне эти бумаги, потому что с их помощью можно сторговаться с Лялькой в отношении нас обоих.
      Что ж, комбинация наша отлично сработала!
      
      13.
      
      Пап Палыч, Алекс и я трогательно распростились с Вованом, который в настоящий момент не был уверен, что с ним: стоит ли он вверх головой или наоборот. Сознание того, что я "фараон" совсем выбило его из колеи.
      Из Крестов мы помчались в направлении Пироговской улицы в дом, о котором говорил нам Вован.
      Это было скромное жилище на одной маленькой улице недалеко от вокзала, и, хотите верьте, хотите нет, но в углу под плитками паркета мы нашли кожаный бумажник.
      Вытряхнув на свет Божий все его содержимое, мне показалось, что Вован несколько преувеличил, когда сказал, что там столько сведений, сколько нужно, чтобы приставить Ляльку Мясника и его банду к стенке, так как на большинстве бумаг записи были сделаны при помощи какого-то кода.
      Пал Палыч сказал, что тот факт, что эти документы зашифрованы, не имеет никакого значения, поскольку в Питере есть люди, которые расшифруют их в короткий срок. Мы срочно вернулись и передали бумаги в отдел для дешифровки.
      Я рассказал Джемо, как был убит его брат Султан, и он пришел в такую ярость, что решил немедленно отправиться к этим подонкам, чтобы отомстить за брата. Я заверил его, что скоро мы ликвидируем всю эту нечисть.
      В это время сотрудник контраразведки передал нам только что полученный по прямому проводу рапорт из Штутгарта, из которого следовало, что Лялька считал, что дело с похищением Лейлы прошло успешно и должно дать свои плоды. Было похоже, что через какого - то типа в воскресенье утром он потребовал у старого Эмиля Бабаева выкуп.
      Это доказывает, что мерзавец Каро предал Эмму в пятницу вечером, приблизительно через час после нашей с ним конференции в отеле "Охтинская". Дешифрованное послание сообщало также о следующем:
      "ФБР, Министерство Юстиции США заручились содействием американского посольства в Москве. Уведомите Балаша Алиярова и полицию российской федерации, работающую с ним, что Эмиль Бабаев получил сообщение о том, что его дочь похищена. Похитители требуют внести выкуп в сумме трех миллионов долларов в течение десяти дней в Дойч банк в Штутгарте в интернациональных ценностях на предъявителя. Дополнительный звонок по телефону предупредил о немедленном взносе денег, иначе в каждый просроченный день по воздушной почте будет посылаться по зубу его дочери, по окончании зубов, последуют другие части ее тела. Любое привлечение полиции повлечет за собой уничтожение жертвы. Принято решение отсрочить выплату на четыре дня, чтобы спасти жертву, в противном случае Бабаев настаивает на уплате. Он отвергает мнение нашей службы, что жертва все равно будет умерщвлена.
      На основании нашего предыдущего сообщения установлена личность Зои Новодворской. Это бывшая жена главы ростовской мафии Константина Гладкова, в настоящее время замужем за Омаром Алуевым, который разыскивается Интерполом за убийство и похищение. Директор ФБР США благодарит за содействие российскую полицию. Просьба передать Балашу Алиярову: "Б. Ф. посылает ему наилучшие пожелания".
      Мы просто падали от усталости, и поэтому все четверо вернулись в Питер, где преподали Пал Палычу урок игры в преферанс. Он думал, что все понимает в этом деле, но мы ему такое выложили!
      На следующее утро произошло вот что. В восемь часов Алекс и брат Султана Джемо появились у меня очень возбужденные с расшифрованными бумагами Ляльки. Судя по содержанию, парни из отдела дешифровки не зря ломали свои головы. В этих бумагах был список всех помощников Ляльки в трех странах и документы на ангары, судя по которым у Ляльки имеются два или три самолета, которые курсируют по его делам между Англией, Францией, Финляндией и Италией.
      Лялька допустил колоссальную ошибку, которую совершает каждый киллер, когда он начинает заноситься: он был вынужден все записывать. Пока делец совсем еще мелкий комбинатор - о нем нечего и говорить. Ему не приходится ломать голову, где хранить дневник, в нем нечего особенно записывать. Но когда он становится большим фруктом, ему хочется знать, откуда поступают деньги и куда они идут. Содержатель домов свиданий и типы, занимающиеся подобными делами достигают такого размаха, что вынуждены держать бухгалтерию и счетоводов. Эти парни записывают разные сведения, а как только появляются бумаги, проясняются и истории, и кто-нибудь всегда продает своих, чтобы как-нибудь вылезти самому, как сделал это Вован.
      Одной единственной вещи не было в этом документе - где искать Ляльку. А это надо делать срочно. Я хорошо его знаю. Раз он сказал, что будет посылать по одному зубу Лейлы ее старику, если ему вовремя не пришлют выкуп, можете быть спокойны, он так и сделает, а, может быть, прибавит еще и по пальцу, чтобы сильнее подействовало.
      Я прекрасно понимаю, что Лейла нуждается в хорошем уроке, который научил бы ее не заводить знакомства направо и налево бог весть с кем, но раз уж она попала в такую переделку, при мысли о том, что ее красивые зубы будет выдирать проходимец вроде Омара Алуева, мне становится не по себе, и беспокоит, что еще с ней может произойти. У меня уже есть кое - какая идея, как влезть в их осиное гнездо, и к тому же хорошенький маленький значок, который там может оказаться вредным для моего здоровья.
      Сидя с бумагами Ляльки в кабинете директора тюрьмы, я вижу перед собой на стене дощечку, и она напоминает мне, что точно такая же есть в здании ФБР в Вашингтоне, в здании отдела Интерпола в Амстердаме, и пр. и пр. На них высечены фамилии многих специальных сотрудников, погибших при исполнении служебных обязанностей, и у меня ощущение, что в конце списка вскоре появится и моя фамилия. Это совсем не кажется мне смешным, даже наоборот. Но я все равно буду продолжать действовать, и ничто меня не остановит; правда, мысль, что меня могут убить из - за того, что этой бездельнице Лейле пришло желание заигрывать с киллерами и прочими подонками, меня не устраивает и я не собираюсь позволять им это сделать.
      Я быстро освободился от этих очень неприятных мыслей при помощи смеси из напитков, доставленных мне Алексом, после принятия их мир выглядит куда привлекательнее! Я заказал себе отличный завтрак, после которого готов играть свою важную роль.
      На меня надели наручники и повезли на улицу Караваева. Там ко мне подошел мент, взял под руку и повел к месту для обвиняемых.
      В зале суда было много народа, так как питерцам интересно посмотреть на бандита, о котором писали все газеты. На скамье свидетелей я увидел Пал Палыча, Алекса, Диму, Джемо. У всех были очень строгие лица. Я также заметил юрисконсульта посольства, который сидел рядом с ними. Я смотрел на всех этих парней с самым неприязненным видом, как это делают в фильмах гангстеры, и только что не плевал в их сторону.
      Итак, кино продолжается. Встал какой - то парень и стал говорить, что я совершенно жуткий тип, хуже меня им в лапы еще никто не попадался. Когда он закончил, все решили, что я научился своему ремеслу у Аль Каноне, а на скамейках люди готовы были поверить, что сейчас я вытащу автомат из своей ушной раковины.
      Судья, ничего не говорит, только слушает. Он сидит на кончике кресла, наклонив голову, спокойный и невозмутимый, и так как никто не кричит, ему не приходится пользоваться своим молотком, чтобы восстановить спокойствие.
      В конце концов этот парень сел, а те двое, что арестовали меня на Лиговке, свидетельствовали в том, что я ношу пушку, и что она была при мне в момент задержания. После этого встал адвокат, которого наняла Зоя, и который сидел рядом с Хлусом. Он делал все, чтобы обелить меня и нанес обвинению серьезный удар.
      Прежде всего он сказал, что те 15 тысяч долларов, что я обменял, - я обменял открыто, а если бы я знал, что эти деньги краденные, то в банк бы их не понес. Он добавил, что я совсем не киллер, а просто жертва обстоятельств, и несмотря на то, что обстоятельства против меня, я просто деловой человек, хорошо известный в Голландии, Турции и США. Что я приехал сюда поправить здоровье, и что если я ношу оружие, - то это еще ничего не значит, потому что, как все это знают из газет, в Европе и США ношение оружия - самая обычная вещь. Он сказал, что несмотря на то, что у меня при себе не было разрешения на право ношения оружия, такое имеется у меня в США, и оружие мне нужно для самозащиты, так как моей жизне угрожали много раз.
      Он добавил, что ни в коем случае не против того, чтобы меня отправили в Голландию или США, так как моя единственная мечта вернуться на родину, чтобы опровергнуть обвинения, выдвинутые против меня.
      Тип, который выступал в мою защиту, сказал в заключение, что на время выполнения формальностей, связанных с моим отъездом в Голландию, меня можно было бы выпустить из тюрьмы под значительный залог при условии, что я буду каждый день являться в полицию для регистрации.
      Судья обратился к Алексу с вопросом, не возражает ли он насчет освобождения меня под залог, и тот ответил, что возражений не имеет, если сумма будет достаточно велика.
      Судья объявил, что согласен меня освободить, если за меня будет внесен двойной залог - десять тысяч фунтов стерлингов.
      Хлус вскочил и заявил, что все будет немедленно улажено.
      После этого меня повели в канцелярию, где мне пришлось заполнить целую кучу бумаг. Потом появился Алекс и строго заявил, что я каждый вечер должен являться на Арсенальную, в противном случае меня арестуют повторно и более уже не выпустят под залог.
      Я поблагодарил и вышел. У подъезда я увидел машину, в которой сидела Зоя. Она сделала мне знак и улыбнулась. Я подошел к ней.
       - Ну, Балаш, - сказала она - садись сюда. Я должна заметить, что ты причинил нам немало хлопот и неприятностей, и не воображай, что ты теперь сможешь ускользнуть от нас.
      Я засмеялся.
       - Во всяком случае, вам это стоило десять тысяч баксов, моя дорогая Зоя. А в настоящий момент я хочу выпить. На этот случай у меня ничего нет, так как там парни все забрали и отдадут только завтра.
       - Хорошо, Балаш, мы устроим это. Но нам нужно отсюда поскорее убраться.
      Зоя повела меня в ресторан на улице Типанова. По дороге она ничего особенного мне не говорила, но глядя на нее, я подумал, что она необыкновенно мила и спокойна для девицы, разыскиваемой за похищение и убийство законной жены Омара Алуева.
      Во время чаепития, когда я болтал обо всем, что мне приходило в голову, Зоя наконец решила поставить точки над "и".
       - Выслушай меня внимательно, Балаш. У меня был долгий разговор по телефону с Лялькой насчет тебя, и несмотря на то, что ты считаешь его нечестным типом, он отлично понял твою позицию. То, что ты говорил, это по существу правда. Ты сам занимался делом похищения Лейлы, а тебя вынудили работать на других. Короче, ты пытался обмануть Ляльку, но он оказался проворнее и поэтому не в обиде на тебя. Смеется тот, кто смеется последним. Лейла у нас и старый Бабаев должен будет раскошелиться. Мы готовы ко всему. Ты знаешь, что стоишь того, чтобы тебя продырявили, и если бы речь шла о другом, а не о тебе, Лялька сделал бы с тобой то, чего ты заслуживаешь. И скажу тебе искренне, никого на свете это не обеспокоило бы. Но он считает, что ты замечательный парень. У тебя в голове имеются извилины, и действовать вы должны вместе, а после окончания дела Лейлы вы оба будете вне всякой конкуренции.
       - Скажи-ка, Зоя, - начал я - ты не возражаешь против того, чтобы сменить пластинку, потому что начинаешь усыплять меня своими колыбельными песенками.
      Ты хочешь заставить меня поверить, что твой дружок сделал все, чтобы меня вызволить из тюрьмы, просто так, ни за что, ни про что. Можешь поверить, он не увидит больше своих сорока тысяч долларов, потому, что у меня есть намерение использовать их для себя, как только представится такая возможность. Я уже сыт по горло тюрьмой. Мне не очень все это нравится.
       - Не жалуйся, ведь ты сам посадил себя туда - сказала она. - И сначала мы хотели тебя там оставить, но ты прав в одном: Лялька в тебе нуждается. То, что он хочет, чтобы ты сделал, я советую тебе исполнить не столько для него, сколько для себя самого.
      Потом она рассказала мне про документы. Судя по ее словам, когда Эмма проникла в комнату через окно, там находился Лялька, который спорил с Омаром и некоторыми другими членами своей банды по поводу того, что следует делать, а бумаги лежали перед ним на столе.
      Окончив разговор, он сложил документы в бумажник, и все направились к двери. Омар, Зоя и Лялька выходили последними и, выходя, оглянулись. Эмма в этот момент влезла в окно. Она сразу же начала стрелять, но целилась плохо, и все пули прошли мимо цели. Лялька же угодил в цель, но Эмме удалось схватить бумажник и выбросить его в окно Вовану. Омар, у которого быстрая реакция и верный глаз, бросился плашмя на пол и всадил в Эмму еще две пули. Она пыталась сопротивляться и сделала несколько выстрелов, но была в таком состоянии, что все выстрелы пропали даром, в то время как Омар несколькими выстрелами покончил с ней. Пытались искать Вована, но тот был уже далеко.
       - Вот и вся история. Что касается бумаг, то они довольно компрометирующего свойства... Должна сказать тебе, Балаш, - продолжала она, что и твое имя есть в этих бумагах, и тебе будет горячо, если их найдут.
       - Дальше? - спросил я, соглашаясь с ней кивком головы.
       - Балаш, не прикидывайся ребенком. Где бы не прятался Вован, он прочтет в газетах, что тебя выпустили из тюрьмы, и придет тебя повидать, потому что не имеет ни денег, ни крова, но они есть у тебя. Передав тебе бумаги, он мог бы надеяться, что ты договоришься с Лялькой в интересах вас обоих. Он знает, что Лялька дорого заплатит за эти документы.
       - Это убеждает - кивнул я, - а затем?
      Она взяла сигарету из моего портсигара, который лежал на столе, закурила и посмотрела на меня сквозь дым.
       - Послушай, нам всем надо убираться отсюда. Все устроено, все предусмотрено и все выверено до минуты. Но прежде чем уехать, мы должны забрать эти бумаги. Они необходимы нам, значит необходим Вован. План таков: ты возвращаешься на Лиговку, и совершенно очевидно, что в течение дня Вован тебе позвонит. Ты назначешь ему встречу у себя на вечер. Он принесет бумаги. А потом - детская игра. Как только ты узнаешь время встречи, позвонишь мне по телефону. Затем ликвидируешь его, заберешь бумаги, а я поблизости от твоего дома буду ждать тебя в машине. А завтра утром ты, я, Лейла, весь бизнес - все будет в укромном уголке Америки. И если ты проделаешь свою работу аккуратно и тихо, если будешь вести себя, как следует, то отхватишь миллион. Так сказал Лялька.
      Я посмотрел на чашку чая, отпил глоток, потом взял Зою за руку.
       - Да, - сказал я ей.
      Вскоре я попрощался и отправился к себе на Лиговку, на улицу Гороховую. Зоя дала мне номер телефона, чтобы я мог позвонить ей, когда объявится Вован.
      Дома меня ждал небольшой пакет. Внутри мой "Стечкин" и наказ от Алекса. Предусмотрительный парень! Он говорил мало, но когда говорил, то всегда дельно. Он писал, что в ванной я найду телефон прямого провода, соединяющего меня на прямую с полицией Питера. Это я называю быстрой работой, которая может очень помочь мне в моем положении.
      Я немедленно известил его по этому телефону о моем разговоре с Зоей. Мы условились о дальнейших действиях.
      Вован будет выпущен из тюрьмы. Бумаги ему отдадут, и он, как только выйдет, сразу позвонит мне. Я приглашу его к себе поздно вечером. Когда он придет, то получит соответствующие инструкции. Я поделился с Алексом своими мыслями о том, что для меня и Лейлы все это может плохо кончится. Он заверил меня, что не надо расстраиваться, все предусмотрено, люди в машине с радиостанцией наготове, группа "Альфа" тоже. Пал Палыч, Дима, Джемо и он будут находится в отряде. Все будет нормально.
      После разговора с ним я принял душ, прикончил пару бутылок пива, которые были очень приятными, и в этот момент на конце провода объявился Вован.
      Он начал с того, что забросал меня целой кучей вопросов, но я сказал ему, что он должен поменьше говорить и делать то, что ему поручат, иначе у него много шансов гнить в морге и очень скоро. Я сказал, что он должен прибыть ко мне в одиннадцать часов вечера. Добираться он должен пешком по Октябрьской набережной и Гороховой, так, чтобы было видно, что он идет ко мне.
      Он согласился, и я отправился немного вздремнуть, так как чувствовал, что мне предстоит очень напряженная ночь.
      В восемь часов я позвонил Зое и передал ей наш разговор с Вованом в своей интерпретации, сказав также, что Вован, располагая бумагами, намерен позвонить в Нью-Йорк приятелю Ляльки и потребовать приличный выкуп, в противном случае с этими бумагами можно прогуляться к американскому посольству.
       - Я ответил Вовану - продолжал я, - что это хорошая мысль, и что мы держим Ляльку, он остался этим очень доволен. Я займусь им, как только он появится, а потом надо устроить так, чтобы я мог быстро улетучиться.
       - Не беспокойся насчет этого, Балаш, - ответила она. - Добывай бумаги. В котором часу ты закончишь дело?
      Я ответил, что это не займет много времени, и думаю, что буду в ее распоряжении в одиннадцать часов пятнадцать минут. Она ответила, что в это время будет находиться на Типанова, ехать будет медленно и рассчитает так, что на угол Гороховой прибудет в одиннадцать часов пятнадцать минут. Если меня там не окажется, она сделает круг и появится там снова через несколько минут. Она отлично все изучила. На углу Октябрьской набережной и Гороховой есть светофор, и она устроит так, что машина остановится перед красным светом, что позволит мне сесть в машину в этом месте. Ее машина, темно - зеленый Пассат.
      Я ответил, что все понял, и что в одиннадцать пятнадцать буду на углу Октябрьской набережной. Как только она дала отбой, я пошел в ванную комнату, позвонил Алексу и дал описание машины Зои. Потом вернулся в постель, так как, кажется, имел уже честь доложить вам, что кровать - замечательное изобретение.
      Я встал немного позже десяти и распорядился, чтобы мне принесли бифштекс огромной величины. Уничтожив его, я стал одеваться, подмышкой повесил кобуру со "Стечкиным", хотя думал, что" пушка " вряд ли мне понадобится.
      В одиннадцать часов пять минут появился Вован. У него с собой был портфель, внутри которого лежали бумаги. Естественно, фотокопия была у нас.
      Я угостил его виски и сказал, чтобы он отсюда не двигался до тех пор, пока за ним не придут менты. Я сказал ему еще, что говорил о нем с Алексом на тот случай, если со мной произойдет маленькая неприятность. Алекс устроит так, что им займутся, когда он вернется в США, и он отделается двумя или тремя годами заключения. А так эти годы в тюрьме США пройдут более,чем незаметно, Вован поблагодарил меня. Я проговорил до одиннадцати часов шестнадцати минут. Я достал лезвие бритвы, поранил палец Вована и его кровью вымазал себе левую манжету. В заключение я попрощался с ним и посоветовал не заснуть над водкой, взял бумажник и ушел.
      Я направился на Октябрьскую набережную не спеша, раздумывая на ходу. Все предстоящее кажется мне очень рискованным, но я не вижу другого способа провести это дело. Если бы кто-нибудь предложил мне другой способ, я воспользовался бы им с удовольствием.
      На углу Октябрьской я остановился и стал ждать у края тротуара. Через две или три минуты ко мне подъехал темно - зеленый "Пассат". Я узнал Зою, сидящую за рулем. Кроме нее в машине никого не было. Она ехала впереди какого-то автобуса, замедлила ход, и машина пошла со скоростью двигающегося шагом мужчины. Открылась дверца, и я сел в машину рядом с Зоей. Зажегся зеленый свет, она нажала на педаль и повернула в сторону улицы Типанова.
       - Итак, Балаш, - сказала она, и я заметил, как она посмотрела на край моей манжеты, а у Зои глаза острые, - я вижу, что бумаги у тебя. Тебе трудно пришлось?
       - Подумаешь! - ответил я. - Все прошло неплохо. Когда я его ликвидировал, то сложил пополам и засунул в один шкаф - чемодан; я уверен, что его не скоро найдут. Вот так! А теперь скажи, куда мы направляемся? - спросил я, так как мне показалось, что мы едем в направлении апартаментов на Выборгскую.
      Она повернулась ко мне и улыбнулась.
       - Мы навестим Лейлу Бабаеву. Девочка сейчас находится недалеко от острова Декабристов. Там же и Лялька с десятком своих парней. Сегодня вечером мыу нас отлет.
      
      14.
      
      Мы помчались по Выборгской и на страшной скорости пересекли улицу Типанова. Видя, как ловко ехала Зоя, я понял, что она не раз уже проделала этот путь.
      Я помалкивал, только изредка бросал то или иное незначительное замечание, но все время держался начеку и не мог не восхищаться, видя, как местные менты делали свою работу.
      Пока мы ехали по Выборгской у нас на хвосте был черный БМВ с двумя молодыми людьми в спортивных костюмах. Затем сзади оказался фургон цветочника. Он отстал при въезде на Типанова, а через три или четыре километра из боковой улицы выехала машина, в которой сидели девушка и молодой человек спортивного вида. Они следовали за нами километра два, а потом мы ехали уже без сопровождения. Полиция, я полагаю, поддерживает связь по рации и может нас перехватить в любом нужном месте.
      Я беспокоился, не получится ли какой неувязки со связью, долго ехать без сопровождения не следовало. Вдруг Зоя резко свернет в сторону на боковую дорогу? Машины, идущие впереди, ничего не могли бы сделать. Должен вам признаться, что предстоящий тет-а-тет с Лялькой меня не радует совершенно, потому что я не сомневаюсь, объяснение начнется немедленно. А когда наступит этот момент, я хочу, чтобы все мои друзья были у меня под рукой. А иначе я не имею ни малейшего желания соваться туда.
      Приблизительно за 15 километров до острова Декабристов мы подъехали к дороге, которая пересекала основное шоссе и проходила по холму. Зоя внимательно осмотрелась и, никого не заметив, свернула на эту дорогу, а затем, дальше, на извилистую аллею, в конце которой находился скрытый деревьями дом.
      Похоже, что мои опасения оправдались. В окрестности никого не было видно. Полицейская машина была слишком далеко впереди. Делать нечего и сожалеть о том, чего не исправишь, не имело смысла.
      Слева от дома я заметил огромное плоское пространство, которое отлично подходило под площадку для взлета. Видимо, я не ошибся, так как со всех сторон были устроены навесы, где могли быть расположены устройства для освещения взлетной полосы во время ночных полетов...
      Без сомнения, Лялька отлично организовал дело, и если бы я был киллером, то действовал бы с ним вместе, ума у него предостаточно.
      Зоя въехала на машине в гараж, который находился позади дома. Там стояли еще три машины. Мы пешком обошли дом и подошли к главному входу, дверь которого кто-то предусмотрительно открыл.
      Мы вошли. В вестибюле перед нами с веселым, довольным видом стоял Лялька. В одной руке он держал стакан, в другой бутылку, и как только мы показались в дверях, налил хорошую порцию для меня.
       - Скажи, пожалуйста, Балаш, - сказал он, - ты не злопамятен, а? Скажем, мы оба хотели надуть друг друга и теперь мы квиты.
       - Это меня устраивает - ответил я, проглотив коньяк, - что было, то прошло, и мы начинаем с нуля. Но меня страшно удручает то, что я оставил у ментов сорок тысяч долларов, которые они, конечно, прикарманят, если их не затребует казначейство.
      Он рассмеялся.
       - Ты напрасно думаешь о таких вещах. Через восемь дней мы отхватим по миллиону каждый, тогда уже, безусловно, можно начать большое дело.
      Он прошел вперед, а мы с Зоей следуем за ним до помещения, похожего на салон. Я держу свой портфельчик с бумагами подмышкой, но пока он у меня ничего не спрашивает. Тогда я просто кинул его на одно из кресел.
      Зоя села, приготовила себе питье. Лялька подошел к окну и стал смотреть на луну. Я заметил, что большинство окон защищено специальными ставнями, запирающимися изнутри.
      Я закурил сигарету.
       - Как поживает Лейла?
       - Очень хорошо, - ответил он. - Заметь себе, я не стану уверять, будто она в восторге от данного положения вещей. Крошка доставила нам немало хлопот, но теперь все в порядке. Два или три дня еще немного умерят ее пыл, и это пойдет ей на пользу.
      Я рассмеялся.
       - Я думаю, она не плакала и не согласилась разжалобить старого отца? Заставить написать ее письмо - тщетная мечта?
       - Ты прав, Балаш, - ответил он, беря сигарету из большого ящика. - Она нас совершенно измучила. Но это не имеет значения, наоборот, я люблю таких. Во всяком случае, когда мы перевезем ее в другую страну, я чувствую, что мы будем говорить с ней на одном языке.
      Он направился ко мне, обдавая меня дымом своей сигареты.
       - А что бы ты сказал, Балаш, насчет того, чтобы обменяться с ней парой слов? - проговорил он. - Проводи его наверх, Зоя, пусть Лейла приведет себя в порядок.
       - О кей, - ответила Зоя, - но меня тошнит при виде этой милашки, и от того что ты выносишь ее капризы, вместо того, чтобы угостить ее хорошей оплеухой, когда она слишком широко разевает свой рот. Я отлично знаю, что хотела бы с ней сделать. Я сделала бы с ней то же самое, что я сделала с Эммой Крупской там, на Фонтанке.
       - У тебя еще будет для этого время, - ответил он.
      Зоя встала, я последовал за ней.
      Мы поднялись на два этажа выше и оказались в коридоре. У окна, прислонившись к стене, стоял какой - то тип. Он курил сигарету. Зоя взяла у него ключ, открыла дверь, и мы вошли.
      Комната была красива и хорошо меблирована. Лейла смотрела в окно, которое было забрано решеткой. Руки ее были связаны за спиной веревкой из конопли.
      Она выглядела неплохо, только немного побледнела, и так посмотрела на меня, как будто я был лужей пролитого пива.
       - Ну вот и она, Балаш, - сказала Зоя, - вот она наша наследница. Ей хотелось познакомиться с киллерами, и она их узнала... Вот так!
      Она протянула мне ключ.
       - Запри дверь, когда уйдешь, Балаш, хорошо? Я пойду и приведу себя в порядок, а если тебе захочется немного пошутить с ней, можешь не стесняться. Она ничего не может сделать, ей остается только быть разумной, вот и все.
      Она бросила на меня один из тех взглядов, которые так много говорят, и ушла.
      Я подождал, пока звуки ее шагов замерли вдали, достал портсигар и предложил Лейле сигарету.
      Она кивком согласилась. Я сунул ей сигарету в рот и дал прикурить.
       - Что ж, Балаш, я этого и искала, и у меня нет оснований для жалоб, но вы меня предали. Я не знаю почему, но никогда не могла себе представить, что вы можете быть замешаны в подобной истории...
      Я посмотрел на нее и понял, что она, вероятно, уже выплакала все свои сомнения.
       - Все ваши дружеские отношения и любезности были просто ширмой, как я теперь понимаю, - продолжала она. - Вы заставляли меня верить вам для того, чтобы в конечном счете привести сюда, и теперь, я предполагаю, вы заставите заплатить за мою голову?
       - Почему бы и нет? - ответил я. - Вы ведь знали, что я киллер, не так ли? А потому, чего же вы ждали другого?
       - Не знаю. Я, без сомнения, поступила, как дура, и, вероятно, закономерно, что когда ведешь себя, как дура, то это по-дурацки и заканчивается.
       - Совершенно точно, Лейла. Но почему вы хотите, чтобы было по - другому? Люди, которые играют с огнем, кончают тем, что обжигаются и, что гораздо хуже, заставляют гореть и других!
       - Это значит?...
       - Это ничего не значит. - Я вытащил нож и перерезал веревки, которыми были связаны ее руки.
       - Теперь попробуйте сохранить ваше хладнокровие и помолчите. Сейчас не время забрасывать меня вопросами. Делайте то, что вам говорят, и быть может, появится настоящий шанс на спасение, потому что, судя по тому обороту, который принимают тут дела, при малейшей оплошности мы оба получим право на носилки в местный морг. Только не воображайте, что отсюда будет легко выбраться. Даже если ваш старик десять раз заплатит назначенный за вас выкуп, он все равно больше не увидит свое сокровище Лейлу по той причине, что Лялька решит покончить с вами, как только получит выкуп. Притом после того, как с вами закончат развлекаться все члены шайки, которым вы, что несомненно, понравились. Это, между прочим, не очень приятно, потому что все эти люди хорошим манерам учились не в Гарвардском Университете.
      Она растерянно смотрела на меня, и должен сказать, что видел ее в таком состоянии в первый раз.
       - Что вы хотите сказать, Балаш?
      Я, между тем, покончил с веревкой, и она начала растирать свои распухшие руки.
       - Я не могу понять, Балаш...
       - В этом нет необходимости. Все, что от вас требуется, это молчать и слушать, прежде чем я потеряю терпение и стану трясти вас за уши. Я вынужден был явиться сюда только для того, чтобы узнать, где вы находитесь. И если бы не это, я ни за какие деньги и близко не подошел бы к этому полному тварями дендрарию. Теперь слушайте внимательно:
       - Мне нравится жизнь, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы продолжить ее. Но один неверный шаг - и мы с вами будем готовы для скромного гроба.
      Потом я рассказал ей, точнее шепгул ей на ухо, шипел как змея, что я из Интерпола, и в настоящий момент полицейские уже окружили дом и ждут от меня сигнала. Они знают, что малейшая оплошность приведет нас к гибели.
      И тут она начала плакать. Именно этот фокус и выкидывают девчонки, когда момент для этого совсем неподходящий.
      Она успокоилась быстро и так смотрела на меня, как будто я был падающей башней в Пизе, а потом кинулась ко мне, чтобы устроить большую сцену вдвоем.
       - Только не это, сестренка, - сказал я. - Ваш репертуар можете немедленно сдать в магазин театральных реквизитов, потому что это меня смешит. Если я нахожусь здесь, то только потому, что в этом состоит моя работа, и мне за это платят. Тем не менее я страшно зол, что мне приходится заниматься такой полоумной, как вы.
      Тогда она замолчала и стала вытирать глаза носовым платком, который почти так же велик, как и почтовая открытка. Я ломал себе голову над тем, что же сейчас делать, потому что совершенно не знал, с чего мне начинать.
      Следовало бы узнать, удалось ли Алексу и его людям обнаружить этот дом? Он расположен так, что даже с близкого расстояния почти не виден, а охрану Лялька наверняка расставил, да и ночь светла, как назло. Трудно будет приблизиться незамеченными...
      Лейла кончила всхлипывать. Я вынул свой пистолет и положил под матрац ее постели. Мы разговаривали с ней так тихо, что карауливший в коридоре не смог бы нас услышать, какие бы огромные уши у него не были. Но все - таки я подошел к двери и поинтересовался, что он делает. Он любовался окрестностями, стоя у окна, и поэтому я решил, что он тут выполняет две задачи: караулит Лейлу и одновременно наблюдает за дорогой.
       - Теперь, - сказал я Лейле, - хорошенько вбейте себе в голову следующее: под матрацем у вас пистолет, и он у меня - единственный. Не пользуйтесь им зря, а только в исключительном случае, стреляйте только наверняка, иначе будет плохо.
      Я сейчас спущусь к Ляльке и скажу, что вы согласились быть благоразумной и делать все, что вам скажут. После этого я постараюсь устроить так, чтобы выйти под каким-нибудь предлогом из дома и привести ментов, которые должны быть где - то поблизости. Если же сразу после моего ухода услышите выстрелы, значит со мной все кончено, хватайте револьвер и воспользуйтесь им, чтобы проложить себе дорогу из дома. Когда выйдите, бегите по тропинке до холма, за которым большая дорога, и там вы, безусловно, встретите кого-нибудь. По договоренности, там должна быть полиция.
       - Хорошо, Балаш. Я знаю, что все, что могла бы я сейчас сказать, ни к чему не приведет, но я нахожу вас замечательным и докажу это, если когда-нибудь у меня будет возможность...
       - Согласен, совершенно согласен. И, если хотите, можете уговорить своего отца поставить мне один или два монумента посмертно в стиле стеллы на углу Лиговки, где встречаются друзья.
      Сказав это, я вышел.
      Закрыв дверь, я сделал вид, что запираю ее. Я снял со своей связки ключ, прошел по коридору и отдал его типу, который сторожит у окна. Этот бритоголовый сибиряк с кривой физиономией более опасен, чем целый выводок скорпионов.
      Я подумал, что где - то видел уже этого типа, и стал вспоминать, где.
      Потом я спустился в салон. Лялька сидел за столом, курил и листал какие - то документы. Зоя расположилась в углу и просматривала журнал мод.
      Лялька поднял голову.
       - Ну, как поживает девочка, Балаш? Она наконец одумалась и стала благоразумной?
       - Все идет отлично, - улыбнулся я. - Она немного нервничает - вот и все. И ты бы тоже нервничал, если бы был на ее месте, я не сомневаюсь в этом. Я поговорил с ней, она меня выслушала, будь спокоен. Малышка уверила меня, что будет выполнять все распоряжения. Я убедил ее, что делать это необходимо, если только она хочет увидеть свой дом.
      Он покачал головой и улыбнулся:
       - Что бы она ни делала, она никогда больше не увидит свой город.
      Я уверяю вас, что дорого дал бы за то, чтобы ударом бейсбольного шара стереть эту улыбку.
       - Когда получим выкуп и притаимся где-нибудь в уголке, я снесусь с одним типом в Аргентине, которого хорошо знаю, и который за небольшую плату избавит нас от Лейлы. И это будет самым лучшим концом нашего дела. Ее старику можно будет сообщить, что она отправилась в Буэнос-Айрес, и мы не могли запретить ей этого. Можно будет устроить, будто она отправилась туда по собственному желанию. И если он будет настаивать и интересоваться, что могло с ней произойти, это будет уже его проблемой.
      Я взял из коробки сигарету и закурил.
       - Ты считаешь, что это действительно необходимо? А что мешает нам бросить девочку после того, как деньги будут получены? Если ее нигде не увидят, это приведет к неприятностям.
       - Не говори глупости, Балаш! Ты воображаешь, что я позволю ей пойти и рассказать о нас во всех углах планеты? Она знает нас в лицо, она знает про нашу комбинацию. Если ты думаешь, что я буду рисковать из-за мышки, которую я увез, и которая может меня узнать, ты серьезно заблуждаешься на мой счет. Будет лучше отправить ее в Аргентину, чем убить, потому что я думаю, что по истечении восьми дней она будет очень довольна, если ей удастся пустить себе пулю в лоб. Тип, к которому мы ее отправим, не имеет себе равных в искусстве уговаривать девочек покончить жизнь самоубийством.
      Я встал.
       - Очень хорошо, что ты все продумал. Тогда я пройдусь немного подышать воздухом, это пойдет мне на пользу. В Крестах стоит затхлость, так как они не проветриваются и вентилируются еще менее, чем тюрьмы других стран, которые я знаю.
       - Отправляйся, - согласился Лялька. - Иди погуляй, Балаш, но будь осторожен и не слишком далеко уходи. У меня тут расставлены люди в кустарнике и перелеске. Они наблюдают за окрестностями. Сейчас будут зажжены сигнальные огни, чтобы самолет знал, где ему приземлиться. Примерно через час мы сядем в него и тогда прощай, Россия! Велика Россия, а сносить ее некому.
      Я вышел, прошел через вестибюль, открыл входную дверь и оказался на улице.
      Ночь была замечательная, светло, как днем. Я обошел вокруг дома и ничего не увидел, кроме того, что в двух-трех местах стояли караульные. Потом направился по аллее, по которой мы с Зоей приехали, в сторону большой дороги.
      Дорога больше похожа на широкую тропинку, окаймленную густым лесом с одной стороны, а с другой огорожена изгородью. Невдалеке - ровное плато. Там, вероятно, должны взлетать и садиться самолеты.
      Прошу поверить, что Лялька этот угол выбрал очень хорошо. Место было так же пустынно, как Сахара. Я не совсем еще уверен, что ему не удастся выполнить намеченный план. Я обвел взглядом окрестности. Оттуда, где я стою, не видно ни одного мента, вообще ничего. Может менты пошли по домам. Да уж...
      Я начинаю думать, что дело обернется для меня скверно. Возможно, испортилось их радиовзаимодействие. Такое я наблюдал раньше и у нас. Алекс и полицейские отправились, наверное, в другое место.
      Неожиданно на дороге от Свердловской набережной показалась идущая в моем направлении на бешеной скорости автомашина. Сначала я подумал, что это головная машина летучего отряда полиции - и ошибся. Приблизившись к повороту, машина свернула и помчалась в направлении холма, не снижая скорости. А водитель машины, видимо, совершенно обезумел, потому что гонит машину как сумасшедший.
      Я стоял у дерева как прикованный и смотрел на дорогу. Машина теперь направлялась прямо на меня. Она немного сбавила скорость, поднимаясь на холм. Я вижу, что это большая спортивная машина, и что ведет ее Омар Алуев.
      Кепочка надвинута на глаза, голова перевязана, кровь стекает по щеке.
      Я прыгнул на дорогу и поднял руку. Он остановился, и я подошел к нему.
       - Что с тобой, Омар? Ты так возбужден! Что случилось?
      Он дышал с трудом, и нужно было быть слепым, чтобы не видеть, что его здорово задело.
       - Подойди-ка поближе, Балаш. Мне надо кое - что тебе сказать.
      Я нагнулся к окну, он быстро высунул руку, поймал меня за воротник. Я заметил в другой его руке револьвер. Омар был похож на всех дьяволов ада, а по затылку его стекала струйка крови. Он, видимо, получил пулю в голову.
       - Наконец-то я держу тебя, проклятый подонок, продажный мент! Давно варганку крутишь! Я порву твою верзоху, вислоухая сука! Сейчас ты сдохнешь!
       - Послушай, Омар, - сказал я, - что с тобой делается, о Аллах? Ты чокнутый или что?
       - Так вот как ты свел счеты с Вованом, проклятый вертухай! Я не настолько недоразвит, как ты думал, и когда ты вышел из своих апартаментов на Гороховой, я остался там и видел, как легавые уводили от тебя Вована. Я убрал это дерьмо, когда полицейские сажали его в машину. Я убрал его, а сейчас покончу с тобой!
       - Не строй из себя дурака, Омар! Внимание, вот они! Он сделал то, что я и ожидал- на секунду повернул голову - и я нанес ему сильнейший удар, выхватив другой рукой револьвер. Он немного повырывался, но у него не хватило сил, и мне не стоило труда вырвать у него оружие.
      Как болван, я считал себя хозяином положения и немного отошел от машины, но он вдруг нажал на педаль газа, и машина тронулась.
      Я прицелился в заднее колесо и выстрелил. Омар, у которого в машине был другой револьвер, повернулся и послал в меня две или три пули.
      Я поймал одну набегу в плечо, около нерва, и завопил, потому что боль была адская. Револьвер выпал, и пока я его подбирал, Омар уже наполовину съехал с холма.
      Я выстрелил еще четыре раза, надеясь, что задел его, на фиг! Преодолевая боль, я понесся за ним, потому что сказал себе, что бобы уже сварились, карты выложены на стол, и игра идет в открытую. И если Омару удастся доехать до дома с такой приятной новостью, они быстро ликвидируют Лейлу. Мой единственный шанс, на который я ставлю, это надежда, что я все же влепил хоть одну пулю в этого парня, а с ней он едет уже черт знает как, и до дома ему доехать не удастся.
      Когда я достиг вершины холма, то увидел, что так приблизительно оно и получилось: машина ехала очень медленно, делая ужасные зигзаги, а Омар лежал на руле, и ему было явно не по себе.
      Я бежал изо всех сил, потому что знал, что мне необходимо вернуться в дом, но он, видимо, догадался о моем намерении, потому что сделал усилие и нажал на акселератор.
      Машина рванулась вперед, и в тот момент, когда я поравнялся с ней, Омар взял вправо, прямо на входную площадку, въехал по ступеням, влетел в широко открытую дверь и ударился о стену.
      Я думал, что у меня, может быть, есть маленький шанс, и мчался, как спринтер. Я влетел в вестибюль как раз в тот момент, когда Лялька, Зоя и еще несколько человек вышли из салона.
      Омар лежал на руле, и ему удалось немного выпрямиться. Лицо его было покрыто кровью, и я видел, куда попала моя пуля.
      Омар указал на меня пальцем.
       - Вот кто сделал это, - прохрипел он, задыхаясь, - подонок... мент... мент...
      
      15.
      
      Я достал пушку и приготовился дать сигнальный выстрел, когда убедился, что обойма пуста. Прежде, чем я успел что-либо сделать, я получил несколько ударов и оказался на полу.
      Когда наконец я сумел встать, то увидел Ляльку, наклонившегося над Омаром. Он выпрямился и насмешливо посмотрел в мою сторону.
       - Закройте двери, дети мои, и сделайте так, чтобы их никто не мог открыть.
      Потом стал рассматривать меня.
       - Итак, ты не смог удержаться от того, чтобы проделать свое грязное дело, изменник? Ты хотел устроить айву, багрить хотел, выдать нас ментам желаешь, подлый валежник? Отлично, отлично! Атас давно цинковал. Теперь ты увидишь, что с тобой будет. Наконец то Щелкунчика раскусили.
      Я выпрямился. Отовсюду спешили разные типы. У каждого по пятнадцати обвинений, а значит, нечего терять.
       - Одну секунду, Лялька, - сказал я. - Послушай, что я скажу. Я не мог выдать тебя ментам, так как я сам специальный агент. Я накрыл всю твою банду и посадил тебя на мель.
      Он начал издеваться надо мной.
       - Итак, господин специальный агент нас накрыл?... Нет, вы только его послушайте! Ты заставишь меня лопнуть от смеха! Мы не только никем не будем задержаны, но я устрою тебе парафиновую ванну, и Зоя позаботится, чтобы ее поджечь.
      Я постарался выиграть время. Как говориться, надел хорошую мину при плохой игре!
       - Послушай же, крысиное отродье, что произойдет: у тебя нет ни малейшего шанса спастись, менты находятся повсюду. Они будут здесь через минуту. Не корчи идиота и не ухудшай своего скверного положения.
       - Брось это, - ответил Лялька, - у меня болит живот от тебя и от твоей медали из белой жести. Это так противно, как и твоя нелепая комбинация, которую ты придумал наверху с Лейлой. Потрясающе! Зоя отобрала у нее револьвер, когда та вздумала воспользоваться им, чтобы выйти из дома...
      В этот момент какой - то тип с бешенной скоростью скатился по лестнице.
       - Патрон! - закричал он, - они уже здесь! Они повсюду, они выходят из - под навесов для сигнальных огней, с другой стороны поля, они появляются отовсюду.
       - Это хорошо, - сказал Лялька и засмеялся. - Вам нужно кое - что объяснить, дети мои. Затыкайте все отверстия, закройте ставни и поместите два пулемета на крышу. Или они или мы!
      Он подал знак Рашиду.
       - Отведи его наверх и швырни в комнату, где находится Лейла, а потом устрой так, чтобы отправить кого-нибудь к гаражу забрать пять-шесть бидонов горючего. Скажите-ка, ребята, вы помните, что было сделано с тем типом - Левой, который нас предал? Так вот, мы снова это проделаем!
      Он повернулся ко мне.
       - Балаш Карзубый, у меня предчувствие, что я здесь прекращу свою деятельность и отдам концы, но я устрою так, чтобы ты был в моей свите. В течение шести минут наполнится хорошенькая ванна, и Лейла сможет посмотреть, как ты будешь принимать ее, до того, как мы с ней сведем счеты.
      Весь дом наполнялся людьми с револьверами и автоматами, пока Рашид вел меня наверх.
      Я шел медленно, так как скверно себя чувствовал из-за раны в плечо, которое болело.
      Рашид проводил меня до комнаты, где находилась Лейла. Потом мне связали руки и швырнули на пол. Дверь заперли на ключ. Лейла находилась тут же, привязанная к ножкам кровати. Увидев меня, она попыталась улыбнуться. Бедная малышка, это было очень трогательно.
      В этот момент над нами раздались выстрелы, из чего я заключил, что кто-то, находящийся на крыше, открыл огонь из пулемета по ментам внизу. Началась перестрелка.
      Я распластался на полу, около стены, мне было ясно, что подходит конец романа о моей жизни, а также и Лейле. Мне кажется, что впереди для нас нет уже ничего хорошего.
      Она заплакала.
       - Что они с нами сделают, Балаш?
      Я попытался улыбнуться.
       - К чему спрашивать о таких вещах? Что вы сможете вообразить? Меня бы удивило, если бы они предложили нам ключ от квартиры, где деньги лежат. Скорее всего, они нас убьют. Мы вытащили пустую карту, Лейла, и если вы религиозны и верите во что-нибудь, то теперь самое время помолиться Аллаху...
      Открылась дверь, и появилась Зоя. Стрельба в этот момент несколько стихла. В освещенном коридоре я увидел проходящего парня с бидоном. В глубине коридора, я слышал это отлично, кто-то выливал в ванну горючее.
      Время от времени ослепительные вспышки освещали окно, что заставило меня думать, что менты направили на дом прожекторы, но трудно было представить, насколько это могло быть полезным, так как, видимо, они не собирались брать дом приступом теперь же.
      В настоящий момент я больше всего жаждал получить сигарету.
      Зоя в этот момент вошла в комнату. Она подошла ко мне, сунула мне в рот сигарету и дала прикурить, потом так же поступила с Лейлой.
      С крыши обрушился вниз новый шквал огня, и кто-то завопил, видимо, получив порцию горячего свинца.
       - Можешь ли ты выслушать меня, Балаш? - спросила Зоя. - Мне надо кое-что сказать тебе.
      Я посмотрел на нее. Эта гадюка закрыла дверь, но в комнате было светло от лунного света, и я мог хорошо ее видеть. В одной руке она держала УЗИ, в другой сигарету и улыбалась такой приветливой улыбкой, как улыбается ваша любимая кинозвезда, показываемая крупным планом на экране.
      Я, во всяком случае, знаю, что Зоя - настоящая ведьма, и верю в ее улыбку не больше, чем путешественник в какой-нибудь мираж. Ясно, что она намерена разыграть перед нами комедию, потому что в ее глазах я вижу скверное и подлое выражение, как будто она одновременно собирается и стрелять в меня, и говорить о любви.
      Лейла посмотрела на меня, потом на нее. Она напоминает тигрицу. Мне кажется, что если Лейла и Зоя вздумали бы выяснять между собой отношения, была бы основательная драка. Они стоили друг друга. Лейла - девушка спортивного склада, всегда ищущая новых эмоций, привыкшая с детских лет считать, что весь мир у ее ног. Зоя же, как женщины ее круга, привыкла отлично понимать, чего она хочет, и когда она это понимала, то ломала и себе, и другим руки и ноги, чтобы добиться цели.
      Зоя подошла к тому месту, где я лежал, что дало мне возможность констатировать, что лодыжки у нее действительно замечательные, и это грустно, так как я лежу прикованный и ничего не могу сделать. Я начал сравнивать щиколотки обеих девушек, что доказывает существование некоторых тронутых типов. Вы не находите? Зоя в этот момент подала голос.
       - Послушай меня, Балаш Карзубый, мне нельзя терять времени, раскрой уши и соображай быстрее. Я не понимаю, как это случилось, но знаешь, Балаш, у меня к тебе слабость. Я думаю, что рождена не для той жизни, которую вынуждена вести.
       - Этого я не знаю, Зоя. Я так не думаю, но готов верить твоим словам. К чему ты клонишь?
       - Вот в чем дело. Я смогу вас обоих отсюда вытащить, и предлагаю тебе сделку. За это ты замолвишь за меня словечко полиции. У них ничего нет против меня. И если я освобожу Лейлу, я думаю, что буду совсем обелена.
       - Ты наивна, Зоя, - сказал я ей, надеясь, что Лейла поймет меня правильно, а то в ее глазах появилась надежда на что-то, - не забывай, что ты с самого начала была виновата. Единственное, что я могу для тебя сделать - это подтвердить, что ты сделала все, чтобы вытащить нас отсюда, когда увидела, что Лялька побежден, и ваша комбинация провалилась. Если ты удовлетворишься этим, то я иду с тобой.
       - Очень хорошо. Тогда я предлагаю тебе следующее. У меня есть машина, которую я поставила два дня назад недалеко от дома, в кустах возле дороги. Я вас выведу отсюда, а ты позволишь мне воспользоваться машиной и попытать счастья. Я считаю, что это справедливо. Если менты меня поймают - то поймают, но если мне удастся бежать, то для меня это будет прекрасно, а ты не сможешь сказать, что я тебя надула.
       - Неплохо, - ответил я, - ну, а Лялька? Что он будет в это время делать?
      Она улыбнулась.
       - Ты, значит, Балаш, не понимаешь, что ты интересуешь меня. Я раньше думала, что бремя, тьфу, я хотела сказать, время терпит. Я давно хотела об этом сказать, так как всегда была к тебе неравнодушна. Я не перенесу мысли, что ты погибнешь от рук Ляльки. Неужели ты не понимаешь, что я хочу помочь тебе, а заодно и этой идиотке?
      Я начал дышать свободнее, потому что мне показалось, что Зоя искренна, и у нас появилась, кажется, ничтожная возможность выйти живыми из этой страшной переделки.
       - Это хорошо, - сказал я, - но прежде всего ты должна освободить мне руки и дать оружие, и только после этого я могу согласиться на твое предложение, но никак не раньше.
      Она ничего не ответила, просто подошла ко мне, взяла из моего кармана перочинный ножик, перерезала веревки, стягивающие мои руки, а потом проделала такую же операцию с Лейлой и протянула мне револьвер.
       - Я не могу играть более честно, правда, Балаш? Разве не так? - В ее голосе послышалось что-то вроде теплоты, а на ресницах дрожали слезы.
       - Послушай, - продолжала она. - Лялька сейчас отправится в одну из комнат нижнего этажа жечь бумаги, которые он не хочет оставлять ментам. Я достану себе другой револьвер, и когда он придет туда, сведу с ним счеты. Кажется, для меня наступил момент, когда надо выбирать между вами двумя, Балаш. И я выбираю тебя.
       - Это меня устраивает, Зоя, - сказал я, - но существует одна вещь, в которой я должен быть уверен. Это то, что этот подонок получит свою порцию свинца. И без жульничества.
       - Значит, у тебя нет доверия ко мне, Балаш? - спросила она.
       - Ты говоришь, что у меня нет к тебе доверия. Мне платят за те небылицы, которые я сочинял, когда начал вертеться среди вас, чтобы получить нужные сведения. Пока это мало что принесло мне, так что теперь я во всем сомневаюсь.
      Я подошел к ней.
       - Меня, моя красавица, больше всего интересует то, чтобы Лялька сдох, и как можно скорее. Во-первых, потому, что это избавило бы многих от больших неприятностей, и во-вторых, это исключит для него возможность снова ускользнуть от правосудия при помощи его обычных приемов: шантажа, подкупа, взяток.
       Поэтому я голосую обеими руками за то, чтобы он был уничтожен здесь, на месте. И ни одного человека, кроме тебя, кто обладал бы нужной квалификацией для того, чтобы убрать Ляльку, здесь нет. Только после этого, я поверю, что ты ведешь со мной честную игру.
      Зоя посмотрела на меня со странным выражением на лице.
       - Я займусь им, Балаш. Я хочу заслужить твое доверие и постараюсь сделать это как можно лучше. Подожди одну минуту и ты сам убедишься, что с ним покончено.
       - Согласен. Но, знаешь, это странно. Я никогда бы не подумал, что ты так легко можешь отделаться от Ляльки. Ты слишком резко сменила курс...
      Она дошла до двери, но неожиданно обернулась.
       - Послушай, Балаш, не можешь же ты быть до такой степени бестолковым, чтобы не понять - менты окружают дом, к ним подходят все новые отряды. Они контролируют большую дорогу и захватят нас в течение часа. Почему бы мне в этом случае не попытаться спастись? А потом, что же такого сделал для меня Лялька? В глубине души я всегда ненавидела этого татарского выродка. Я сейчас же уберу его, тем более, что тебе это доставит удовольствие...
       - Хорошо. Иди, сестренка, только будь осторожна, чтобы он не услышал, как ты подходишь, такой тип способен выстрелить первым. А что мы тогда будем делать без нашей дорогой Зои?
      Я услышал за дверью какое - то ворчание. Парень, который стоял на страже, получил пулю в голову и, свалившись на паркет, дергался от боли. Это было паркетное побоище.
      Зоя подошла к нему, вырвала револьвер, который он держал в руке, с заговорщицким видом посмотрела на меня и удалилась.
      Лейлу снова охватила надежда.
       - О, Балаш! Это замечательно! Мы выйдем отсюда... Я уже перестала верить в такую возможность.
       - Посмотрим. Не торопитесь считать цыплят... Когда все устаканится, тогда и поболтаем.
      Я повернулся к окну спиной к Лейле и вынул обойму из револьвера, который дала мне Зоя. Обойма была пуста, ни одного патрона! Что же, такой поворот событий можно было предвидеть, зная нашу "спасительницу". Я клянусь вам, что это такая ведьма, что рядом с ней гиена показалась бы домашней кошечкой.
       - Послушайте, Лейла, - сказал я девушке, которая все еще растирала себе руки. - Если вы воображаете, что вышли из этой переделки, то ошибаетесь. Это не так. Эта гнусная баба Зоя дала мне не заряженный револьвер. Разжигание следует.
      Мне это совсем не нравится, и поскольку я хорошо знаю эту стерву, то полагаю, что через пару минут она сыграет с нами мерзкую шутку, так что будьте осторожны, Лейла. Вы рискуете оказаться на столе для разделки сосисок, так же как и я.
      Через минуту мы услышали шаги возвращающейся Зои. Она вошла с расстроенным лицом, вся в слезах.
       - Я это сделала, Балаш, - сказала она. - Я убила его. Он стоял в глубине комнаты и после выстрела упал лицом на письменный стол, мне показалось, что он смотрел на меня уже из другого мира. Это производит ужасное впечатление. Быстрее идите! Надо уходить отсюда!
      Она провела нас по коридору, потом мы спустились по лестнице, вошли в другую комнату на нижнем этаже, прошли через какие - то антресоли, а оттуда спустились в гараж.
      Зоя шла впереди, держа сумочку подмышкой. У двери гаража я вырвал у нее сумочку и открыл ее.
       - Не нервничай, малышка. Там, наверху, ты дала мне не заряженный револьвер. Я же, когда пользуюсь оружием, предпочитаю, чтобы из неговылетали пули, желательно, не холостые.
      Я вынул револьвер, который был в сумочке, а на его место положил свой. Она ничего не ответила, просто вывела нас из гаража и повела по тропинке, ведущей к дороге.
      С правой стороны в отдалении слышна частая пальба. Вероятно, именно с той стороны менты решили атаковать дом.
      Мы прошли сотню метров по тропинке. Потом Зоя повернула налево в узенькую аллею, которая заканчивалась небольшой полянкой. На поляне стояла сверкающая в лунном свете машина.
      Мой нюх подсказал, что здесь что-то не так, что должно произойти что - то... И как раз, когда мы приблизились к поляне, это и произошло...
      Из - за машины появился Лялька, ухмыляясь, как целая стая гиен. В руке его был револьвер, а то, что оружие было и у меня, его, видимо, совсем не беспокоило.
      Зоя неожиданно прыгнула вперед и оказалась рядом с Лялькой позади машины. Я поднял свой револьвер, а она рассмеялась.
       - Не будь ребенком, Балаш, этот тоже не заряжен. Я же знала, что ты проверишь первый револьвер, а потом возьмешь у меня мой. Поэтому я тоже разрядила его. Итак, что ты скажешь теперь?
       - Хорошо сыграно, Зоя. Ты натуральная босявка, и скоро ты наденешь деревянный бушлат.
      Лялька в свою очередь тоже засмеялся. Он навел на меня револьвер, и его гнусная морда так и сияла от злорадства.
       - Итак, пижон, я заставлю вас обоих оставить здесь ваши кости, а потом мы начнем действовать. Ну, что, ловко Зоя усыпила тебя своей песенкой, а? Может быть, нам, Зое и мне, удастся скрыться отсюда, а может быть и нет, но одна вещь совершенно очевидна, это то, что вы оба останетесь здесь. Итак, если ты веришь в деда Мороза, читай молитвы, я сейчас размозжу тебе голову.
      Лейла в этот момент стояла позади меня. Я почувствовал, как она шевельнулась, потом сделала шаг вперед встала сбоку от меня.
       - Одну секунду, господин Лялька Мясник, - сказала она. - Мне кажется, вы кое - что забыли. - Она сделала два или три шага вперед с самым естественным видом, так что он даже не пошевелился, а потом неожиданно бросила свою туфлю прямо ему в лицо. Она успела снять ее, когда стояла позади меня.
      Он выстрелил, но удар туфли заставил дрогнуть его руку. Я получил пулю в плечо. Это была вторая рана за сегодняшний вечер. Я решил, что остается только одно, и бросился на него. И в этот момент мне страшно повезло, потому что его револьвер дал осечку. И это для меня оказалось приятным сюрпризом, потому что я бросился прямо на пулю.
      Налетая на Ляльку, мне удалось со всей силой нанести ему удар головой - старый прием, который я изучил в Турции.
      Это пока не особенно продвинуло дело, так как татарин очень силен и умеет пользоваться приемами. Он ударил меня коленкой в низ живота, что создало у меня впечатление, что я дерусь с полудюжиной лошадей. Но я быстро очнулся. "Мы сцепились и покатились на дно небольшой канавы. Мы нанесли друг другу немало ударов. Он дрался со страшной яростью. Я чувствовал себя не блестяще, так как боль в плече заставляла меня страдать. Но, в конце концов, мне удалось прижать оба моих больших пальца к его горлу, нажимая одновременно коленом на впадинку у горла. При этом я ударял его по лицу каждый раз, как бы пытаясь поднять голову. После этого он стал выглядеть тоже не блестяще.
      Но я чувствовал, что слабею все больше и больше, потому что из моего плеча лилась кровь, а эта падаль была в отличной физической форме. Необходимо было попробовать последний прием, иначе со мной будет кончено...
      Я внезапно весь как бы обмяк, сделав вид, что силы полностью меня оставили. Я опустил руки и со стоном вытянулся. Он попался на удочку и на какую-то долю секунды выпустил меня. И тогда я выбросил обе ноги, взял его в ножницы, распластал и обвил ногами вокруг шеи. Это был японский ключ. Превосходная вещь!
      Этот прием - просто торт. Мне показал его один японец, который преподавал дзюдо, и которого я вытащил из грязной истории, видимо в прекрасный для меня день.
      В настоящий момент я держу этого типа, распластав его и прижав лицом к земле.
      Он вырывается, как бешеный, пытаясь оторвать от своей шеи мою левую руку, и горя желанием добраться до моей руки с раненым плечом, но свою левую руку я прижимаю еще и левой ногой, и он ничего не может сделать.
      Лялька попытался опрокинуть меня, но я хорошенько двинул его по голове и прижал еще сильнее.
       - Макака, - сказал я ему, - ты хорошо сделаешь, если послушаешь меня, потому что это последние слова, которые ты услышишь, так как я покончю с тобой немедленно! Ты понял?
       - Карзубый, - прохрипел он, задыхаясь. - Я отдам тебе все деньги, какие захочешь, я могу сделать, чтобы ты стал большим, великим .. Я могу...
      Я снова ударил его по голове.
       - С этого момента ты больше никому ничего не сможешь сделать, мое сокровище, разве что кормить червей там, где схоронят тебя. Но раньше, чем я тебя туда отправлю, послушай меня...
      Вот уже два года, как я вращаюсь среди убийц, твоих друзей, среди бандитов... Я вынужден был это делать, потому что от меня этого требовал дядя Сэм, и другого выбора не было. Ты и твои парни не стоите веревки, чтобы быть повешенными. Вы - мелкое, никуда не годное отребье. Ты готов продать собственную мать, так же как и твоя подружка Зоя, и вы предали всех ваших головорезов, которые остались там. Эти парни не дорого стоят, но они, во всяком случае, достаточно честны, чтобы не предать вас, а вы их предали, как готовы предать кого угодно.
      И ты собирался отправить Лейлу в Аргентину своему дружку после того, как получил бы выкуп, а? И находил забавным, что она не выдержит той жизни, которую ты ей уготовил. Она, безусловно, покончила бы с собой, и ты на это рассчитывал. Все знают, что это ты похитил ту девочку во Франции и дал ей сдохнуть с голоду, заперев в покинутом доме после того, как получил выкуп. Всем известно, что ты похитил двух молодых чувих в прошлом году. И это я обнаружил их в проходном дворе в Германии, куда ты их отправил после того, как достаточно надругался над ними.
      Я знал, что в бандах гангстеров существует дерьмо, подонки, платные убийцы, но два самых гнусных, самых отвратительных человека, которых я когда - либо видел - это Профессор и ты. Вы оба долгопроигрывающие твари.
      Я ликвидировал Профессора, всадив в него пять пуль. Две за султана, две за Марата - бедного парня, который не был приспособлен к подобной жизни и не мог бороться с подобными типами - и одну за себя. А теперь я покончу с тобой. У тебя не будет возможности подкупить судей или шантажировать кого-нибудь. Конец всем твоим комбинациям, взяточничеству и подкупу должностных лиц, потому что единственное должностное лицо здесь - я.
       Я - судья, присяжные и трибунал. Я приговорил тебя к смерти, Лялька, так что будь готов.
      Я сделал своей правой рукой рычаг - изо всей силы нажал на левую, придавил еще руки левой ногой. Хруст! Его шейные позвонки были сломаны, как старая ветка. Кажется, этот мусульманин потерял веру. Террор ушел на пенсию.
      Я встал и посмотрел на него. Он лежал вытянувшись, как старая шинель, неспособный никому причинить вреда... Трупному делу уготовлена долгая жизнь.
      Я взобрался на насыпь и там увидел Лейлу, которая искала меня. Зоя удрала, но это меня мало беспокоило, я знал, что далеко она не убежит. Зато мы сохранились от похорон.
      Плечо причиняло мне адскую боль, и я сел, прислонившись к дереву. Отсюда мне хорошо видно, как полицейские осаждают дом. Стрельба стала стихать, и я увидел, как Алекс, достав бутыль из кармана, пьет воду, а может и пиво...
      Это вызвало у меня приступ жажды, и я отправил к нему Лейлу, чтобы она взяла у него бутыль минут на пять, пока он не выпил все. Я смотрел, как она удаляется и понял, что у нее замечательная походка.
      Вы понимаете - что я этим хочу сказать?
      Такая походка наводит на мысли, о которых не говорят в младших классах.
      И я сказал себе, что мог бы наконец обратить внимание на Лейлу Бабаеву,и очень серьезное внимание. Кроме шуток, поверьте мне. И когда все будет закончено, я займусь этим.
      
      Но об этом я расскажу в следующей книге.
       ЯНВАРЬ 2004 Г.
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      

  • © Copyright Гасанов Эльчин Гафар Оглы (elgafgas@yahoo.com)
  • Обновлено: 28/08/2009. 351k. Статистика.
  • Роман: Детектив
  • Оценка: 2.43*14  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.