# Динамические архетипы и числовая символика в западной и восточной традициях

Валентин Юрьевич Ирхин

Изложена концепция динамических архетипов - составных символов-образов (в каббале - парцуфим), активно действующих в нашем мире. Анализируется соответствующая числовая символика сакральных текстов. В сб.: Новые идеи в научной классификации, Екатеринбург, УрО РАН, 2010, с.577-589. Также в журнале Concorde 2017, N2 и 2018, N1

Понятие архетипов (первообразов, структурных элементов человеческой психики) в западной традиции часто связывается с именем К.Г. Юнга и его психологическими исследованиями. Будучи скрыты в коллективном бессознательном, общем для всего человечества, архетипы наследуются подобно тому, как наследуется строение тела. Задавая последовательность образов, всплывающих в сознании в процессе творческой активности, архетипы в значительной мере определяют духовую жизнь человека. "Господство человека не открыто, но скрыто. Поэтому он - господин над животными, которые сильнее его, которые велики в том, что открыто, и в том, что скрыто, и это - он, который дает им пропитание. Но если человек отделяется от них, они убивают друг друга, они кусают друг друга. И они пожирали друг друга, ибо не находили пищи. Но теперь они нашли пищу, ибо человек возделал землю" (Евангелие от Филиппа 58). Как говорится в этом апокрифе, животные силы, действующие внутри человека, играют роль богов, которым он приносит жертвы.

Конечно, Юнг был далеко не первым (в частности, сам он много занимался изучением средневековой алхимии), и эту тему можно углублять, обращаясь к сюжетам и символам древних мифов и текстов (на Западе - прежде всего относящихся к библейской традиции). В данной статье используются подходы и идеи нашей книги "Посеянное в тернии" (изд-во Уральского ун-та, Екатеринбург, 2003-2004, http://lit.lib.ru/i/irhin_w_j), а также неопубликованные материалы к ней.

"Имена, которые даны вещам земным, заключают великое заблуждение, ибо они отвлекают сердце от того, что прочно, к тому, что не прочно... Также подобным образом [в словах] Отец, и Сын, и Дух святой, и жизнь, и свет, и воскресение, и церковь, [и] во всех остальных - не постигают того, что [прочно], но постигают, что не прочно, [разве только] познали то, что прочно. [Имена, которые были] услышаны, существуют в мире [для обмана]" (Евангелие от Филиппа 11).

Все имена, названные в Писании, все люди и предметы, описанные в Библии, представляют собой символы высшей реальности. В каббале подобные архетипы называются парцуфим (ликами). Считается, что они находятся в высших духовных мирах, а не в нашем мире); в каббалистических трактатах также подробно рассказывается о колеснице и небесных дворцах. Для обычного зрения эти объекты нереальны, а библейские описания событий исторически недостоверны. Однако они становятся реальными для того, кто приобщен к запредельному. "Однакож тому не радуйтесь, что духи вам повинуются, но радуйтесь тому, что имена ваши написаны на небесах" (Лк. 10:20). Духи и есть архетипы, которые создаются, чтобы быть запущенными в человеческое сознание. Все имена записаны на небесах как единицы исполняемой программы.

Линии библейских сюжетов одновременно являются линями судьбы каждого человека, которые вычерчивают определенные геометрические фигуры. Эти фигуры - отдельные грани кристаллов, представляющих собой чистые образы-символы, единые для всех религий. Линии, соединяющие звезды на небе в созвездия, прочерчены людьми, и каждый может нарисовать их по-своему. Однако мир един, так что в астрологических системах разных эпох и народов созвездия часто совпадают. У героев сказаний Запада и Востока разные имена, но они вовлечены в один и тот же процесс (впрочем, восточная традиция больше говорит об абстрактном, а для Запада больше важны имена действующих лиц, то есть личное и человеческое). Так устроена суровая и в то же время прекрасная реальность Библии - программа, по которой живет мир.

Оценка того или иного образа, каким бы он ни был - самым высоким или низким, в процессе движения (вращения, танца) на разных витках спирали может легко выворачиваться наизнанку, меняться на противоположную. Для знающих высшую геометрию можно пояснить: правое и левое меняются местами при обходе неориентируемой поверхности, у которой внутренняя и внешняя сторона совпадают, - например, ленты Мебиуса или бутылки Клейна. Последняя поверхность используется К. Леви-Стросом для описания мифологических конструкций мира (тела Бога). Подобные упражнения весьма полезны практически для очищения и оздоровления сознания.

"Вот представьте себе некоторую вывернутую поверхность и движение расшифровки смысла - выворачивание поверхности. Ну есть такие парадоксальные фигуры в геометрии. Там они выглядят как интеллектуальные игры, но в духовной жизни реализуются самые невероятные представления абстрактной геометрии... Лишь экстериоризация предметов желания вынимает нас из этого инфернального цикла повторения злобы, ненависти, человеческой разделенности и т. д." (М.К. Мамардашвили. Психологическая топология пути. СПб, 1997).

Ухватить проблески истины в этом инфернальном (т. е. по существу адском) мире наше плоское мышление может, лишь подходя к какому-то образу с разных сторон, как к краям воронки или черной дыры. При этом, как доказывают строгие математические теоремы, при подходе к "существенно особой" точке можно получить любой результат... Впадая же в односторонние толкования, мы неизбежно болтаемся между двумя крайностями - от правого к левому.

Настоящий текст - не просто описание жизни, а ее важнейшая часть, инструмент опыта. По словам Мамардашвили, единственный способ изменить ситуацию - распутать ее в пространстве текста. "Размерность" такого пространства шире любого физического или даже воображаемого мира. Чтобы собрать мозаику, читателю нужно следить не только за одной мыслью, а идти по всем дорогам сразу, одновременно. Это умеет орел, парящий в высоте, в ином измерении. В традиционном описании собрание высших истин предстает как небесная сеть, в каждом узле которой находится драгоценный кристалл, каждая грань которого отражает блеск всех остальных. Отдельный камень сети - это архетип, миф, микропрограмма мира, набор правил, божество, комплекс идей и сил. Созерцатель, ищущий высших истин, неизбежно попадает в пространство этого лабиринта без входа и выхода, который имеет не плотное тело, а лишь структуру, сплетенную из чувств-идей. Прозреваемая лишь внутренним видением после необходимой тренировки, эта сеть является губительной западней для увлекшихся созерцанием высшего, ложной конечной остановкой на пути в прекрасном и изобильном краю. Но та же сеть дает и единственную возможность - преодолеть зыбучие пески бесконечных идей и найти на другом краю продолжение пути.

Персонажи Библии живут полнокровной жизнью (Иоан. 10:10), переходя из одной ее книги в другую. Основные эпизоды повторяются на разных витках спирали, которая соединяет как движение по кругу, так и некоторое поступательное движение; их герои меняют имена как маски. Кажется, что образы размножаются, а на самом деле имена чередуются, чтобы придать динамику одному и тому же событию, позволить увидеть его с разных сторон. В одно мгновение происходит пересечение разных времен. Вычерчивая кривые и ломаные линии, траектории вновь возвращаются к началу, соединяются с Богом. К. Юнг отмечал, что образы снов человека движутся по аналогичным спиралям.

Наоборот, одинаковые имена соединяют лица из разных "эпох" (можно лишний раз напомнить, что на самом деле библейская реальность является вневременной). Своей единой судьбой эти герои сливаются в одну личность. По большому счету, Иисус Христос, Иисус Навин и великий иерей Иисус из книги пророка Захарии являются одним и тем же лицом: Иисус символизирует духовный путь, истину и жизнь (Иоан.14:6) для каждого человека. Другие примеры - патриарх Иуда и Иуда Искариот; сестра Моисея Мариам, Мария - мать Христа и Мария Магдалина... Подтверждения всегда можно найти толкованием соответствующих эпизодов Писания.

Один из важнейших архетипов, связанный с понятием троицы, - три пророка авраамической религии - Моисей, Иисус и Мухаммад. Все они пребывают в человеке (ср. Евр. 3:3-6). Следующий отрывок раскрывает внутренний смысл категории троичности: "Подобно как Троица Божия господствует над бесконечным существом, и над образами и различными формами в Божестве, и изменяет и образует их, так и три ангельских царя господствуют над своими ангелами до самого сердца и глубочайшего основания... Таковы три князя Божия на небе. Когда же теперь молния жизни - то есть, Сын Божий, восходит в среднем круге в источных духах Божиих, и являет себя торжествуя, то и Дух Святой восходит также, торжествуя, ввысь. В это восхождении восходит также и Святая Троица в сердце этих трех царей, и каждый торжествует по своему качеству и роду" (Я. Беме. Аврора).

Эти же образы и символика трех религий возникают при толковании текстов Ветхого и Нового заветов и Корана: "И увидел он едущих попарно всадников на конях, всадников на ослах, всадников на верблюдах" (Исаия 21:7-9). Три пророка - три ступени проявления Бога в, три этапа развития одной и той же личности: "Три раза в году должен являться весь мужеский пол твой пред лице Владыки, Господа Бога Израилева" (Исх. 34:23). Эти пастыри действуют в диалектике триединства: "И истреблю трех из пастырей в один месяц" (Зах. 11:8).

Два что считать! Не поддается счету

тот, кто - один. На белом свете он -

один всего лишь. Но заглянем в щелку.

Он - девять дэвов, правда, мой Симон?

(Б. Ахмадулина)

Единый Бог невидим и всегда приходит в виде посланников - заповедей Моисея, силы и благодати Христа, преданности Мухаммада. Эти пророки - повороты колеса запредельной истории. Все трое пророков существовали изначально и приходили в мир одновременно. Каждый из них действует на всех трех этапах, отсюда возникает девятка.

Я [Мухаммад] вращался с девятью отцами [планетами] в каждом небе.

Годами я вращался со звездами.

Я был временно невидим, я пребывал с Ним.

Я находился в царстве Ближайшего.

Человек рождается однажды, я рождаюсь много раз.

(Руми)

Аналогичным образом в индуистскую троицу входят боги Брахма, Вишну и Шива, которые осуществляют творение, поддержание и разрушение мира. В индийской философии также вводится пракрити (природа, женское начало), состоящая из трех качеств - гун (guna - санскр. нити, пряди, веревки): раджаса (страсти, динамичности), саттвы (просветленности, легкости) и тамаса (косности, тяжести), которые соответствуют трем упомянутым богам. Будучи смешаны и связаны друг с другом, эти гуны присутствуют во всех вещах и явлениях, но в разной степени. Они же задают базовые состояния психики человека. Определенные параллели можно провести даже с теорией кварков в физике элементарных частиц.

Все сакральные классификации тесно связаны с числовой символикой и даже "подгоняются" под нее (например, число книг в библейском каноне). Помимо высокого символического смысла, числовые коды и ритмы имеют существенное психотехническое и мнемоническое значение (они "живут" внутри человека). В частности, они постоянно повторяются в буддийских трактатах Абхидхармы и других текстах, посвященных описанию и классификации дхарм (этот в высшей степени многозначный термин в том числе обозначает все материальные и психические сущности, элементы, явления, состояния, законы). Не меньшее значение числа имеют в буддизме махаяны:

"Каждое из основных положений [Закона] имеет числовой показатель (от двух до восьмидесяти), непосредственно обозначающий, во-первых, число пунктов в списке терминов (а иногда суждений), с помощью которых должно... характеризовать, описывать, раскрывать содержание и смысл данного положения; во-вторых связку 'число плюс термин/категория', т.е. буддийскую числовую матрику... Выражения типа 'семь татхагат', 'пять скандх', 'четыре локапалы' и десятки аналогичных им, которыми полны буддийские тексты, при переводе на любой язык предполагают знание не столько лексических значений терминов, сколько содержательных устоев и устройства каждого из конкретных разделов Учения, статей Закона, а также умения находить их связь с другими разделами и применять...эти матрики. Для таких целей недостаточно запомнить 'списочный состав' матрики, поскольку термины списка - это тоже, образно говоря, шифрограмма, разобраться в которой помогает содержание кодов" (В.П. Андросов. Буддизм Нагарджуны. М., Восточная литература, 2000, С.451-452).

Всякое имя в Библии обладает уникальным числовым содержанием, которое определяется сакральным алфавитом и означает того, кто совершает некоторый важный повторяющийся процесс, большой этап в истории человечества.

Я - обезумевший в лесу Предвечных Числ!

Открою я глаза: их чудеса кругом!

Закрою я глаза: они во мне самом!

За кругом круг, в бессчетных сочетаньях,

Они скользят в воспоминаньях.

Я погибаю, я пропал,

Разбив чело о камни скал.

(Э. Верхарн)

Закон выражается только предвечным числом - он всегда находится в прошлом, а не в настоящем, его можно лишь приблизить к себе. Закон становится виден сразу, как только начинается созерцание и человек прозревает к высшему. Закрыть глаза означает перейти от внешних духовных практик к внутренним. Бессчетные сочетания - числовые круги, сложные динамические архетипы и составные символы-образы, активно действующие и превращающиеся сочетания (каббалистические парцуфим; вспомним здесь еще платоновские числа). Воспоминания - карма, накопленная судьба мира, хранилище бессознательного. Разум человека разбивается о каменные скрижали Торы.

В каббале рассматриваются динамические архетипы на дереве сефирот, которое широко используется в духовной практике и включает 10 сфер - атрибутов (имен) Бога. "10 сфер без ничего, их вид как облик молнии, их завершенности нет конца. Его слово пробегает в них туда и возвращается, за речением его стремятся как буря, и перед троном его они поклоняются" (Сефер Йецира). Из этих сефирот и составляются парцуфим; им также сопоставляются библейские патриархи и их жены. Связями между сефирот служат 22 буквы еврейского алфавита, которыми по преданию сотворен мир (еще одна символическая система их кодировки - 22 карты Таро).

Имеются различные подразделения десятки на дереве сефирот: 7 + 3 (человеческий путь восхождения и высшая божественная троица), 5 + 5 (две скрижали Моисея - заповеди в отношениях с людьми и с Богом); далее возникает подразделение семерки на высшую тройку и низшую четверку (четыре стороны света), пятерки как 3 + 2 (Лк. 12:52) и т.д. "Когда ты первый раз сказал, что 5 + 5 = 10, то я поверил. Когда ты снова сказал, что 2 + 8 = 10, я усомнился. Когда ж ты в третий раз сказал, что 7 + 3 = 10, я понял, что ты лжец" (Из фольклора).

Все эти конструкции находит соответствия в астрономии Солнечной системы (семь планет), географии Земли (семь материков) и теле человека - в "тонкой" трансцендентной анатомии. Последняя представляет собой проекцию мира на единого человека - Пурушу или Адама Кадмона - и включает энергетические центры (в индийской традиции чакры) и соединяющие их каналы. Расположение энергетических центров в разных традициях и даже их количество может быть разным, но смущаться этим не следует: речь идет не об обычной трехмерной геометрии, а об отображении из многомерного "символического" пространства. Иногда рассматриваются три узла, соответствующие Брахме, Вишну и Шиве, - в основании позвоночника, горле и межбровье.

В индийской антропологической традиции (как, впрочем, и в любой другой) вводится пять органов чувств (индрий). Шестое чувство (низшая витальная душа, ум-манас) есть и у животного, но только у человека, сумевшего опереться на это начало, оно становится рассуждающим и разумным. Затем начинаются творческие поиски и появляются седьмое и восьмое начала - высшая душа и дух, в индийской терминологии - буддхи и ахамкара.

Ум относится к индриям ввиду сходства с ними, но является также и конституирующим для них началом. Для процесса восприятия соприкосновения чувства с объектом недостаточно; видение не может осуществляться одним только глазом, без помощи разума. Воспринятое ощущение должно быть передано манасом - сперва буддхи, а затем душе. Таким образом, манас играет роль посредника между органами чувств и буддхи: "Восприми от меня брахманическое знание (brahmi vidya). Весь этот всецело состоящий из (пяти) великих элементов мир, который нельзя схватить целиком, (есть) Брахман, великие элементы суть: эфир, ветер, огонь, вода и земля. Звук, осязаемость, форма, вкус и запах - их гуны. Шестой (элемент) - мыслительная способность, ум (retana, manas); седьмой - рассудок (buddhi), и после него идет самосознание (ahamkara)" (Махабхарата III.201).

Стихии (bhuta) - элементы, стихии, составляющие материальную основу космоса. Традиционный список включает 5 "великих элементов" (махабхут): акаша (эфир, пространство) - носитель звука, коррелирующий с органом слуха; ветер, коррелирующий с осязанием; огонь - со зрением; вода - со вкусом и земля - с обонянием. При изучении закона человек получает тело закона (в буддизме - дхармакайя), и соответствующие телесные реакции. Объединяющий принцип тела, пяти органов чувств - манас (ум, господин индрий). В библейской традиции ему соответствует Моисей - законодатель и посредник (Гал.3:19), принесший в мир скрижали Торы-Пятикнижия и раздробивший их на осколки - заповеди и предписания. Манасом управляет буддхи (разум), Христос - седьмой принцип человека; ему соответствует непрерывная водная стихия - благодать, которая лишает закон его блеска и славы. "Ибо вот тот камень, который Я полагаю перед Иисусом; на этом одном камне семь очей; вот, Я вырежу на нем начертания его, говорит Господь Саваоф, и изглажу грех земли сей в один день" (Зах.3:9). Благодать имеет то преимущество перед законом, что она способна обращаться к Единому.

Он в день седьмой был мною сотворен, -

Сказал Господь, -

Все жизни отправленья

В нем дивно согласованы:

Лишен

Сознания - он весь пищеваренье.

И человечество издревле включено -

В сплетенье жил на древе кровеносном

Его хребта, и движет в нем оно

Великий жернов сердца.

Тусклым, косным

Его ты видишь.

Рдяною рекой

Струится свет, мерцающий в огромных

Чувствилищах.

А глубже, в безднах темных,

Зияет голод вечною тоской.

Чтоб в этих недрах, медленных и злобных,

Любовь и мысль таинственно воззвать,

Я сотворю существ, ему подобных,

И дам им власть друг друга пожирать.

(М. Волошин. Левиафан)

Эти стихи описывают символическое таинство причастия. Весь мир был сотворен и живет в теле Христа. Для Бога тысяча лет равны одному дню (Пс.89:5). Шесть тысяч лет существует мир забот и бедствий, а седьмая тысяча лет, соответствующая субботе, является царством Мессии (Талмуд, Санхедрин). Сын Человеческий - господин Субботы.

Еще выше буддхи находится лайя (в буддизме - алайя), растворение. Мухаммад (он же символически грозный пророк Илия) осуществляет крещение всепоедающим огнем любви и жертвы, который падает с неба и сжигает народ в пустыне. При растворении в любви исчезают все цели и практики, их носители и учителя. Описанная схема может быть снова соотнесена с системой чакр. В аджне (горловом центре) происходит переход от манаса к буддхи. Лайя - растворение в сахасраре (верхнем тысячелепестковом центре), где Шива соединяется с Шакти - женским началом.

Антропологические исследования показывают, что исторически порядковые числительные предшествуют количественным. "Скажут они: 'Трое, а четвертый у них - пес', - и скажут: 'Пять, а шестой - пес', - гадая о скрытом; и скажут: 'Семь, а восьмой - пес'. Скажи: 'Господь мой лучше знает число их. Знают его только немногие'" (Коран 18: 22, ср. Откр.17:10-11). Как объясняет буддийская абхидхарма, постоянного числа не существует, а есть переходное состояние к следующему числу (отсюда и некоторая неопределенность в обсуждаемых классификациях). Чтобы описать такие переходные процессы, приходится останавливаться на один шаг раньше и называть число, меньшее на единицу. Объединяющий принцип динамической тройки - статическая четверка (об этом много писал К. Юнг); переходы 5-6, 6-7 и т.д. обсуждались выше. Никакое число не существует без следующего состояния. Начиная называть числа, мы вступаем на бесконечный путь. Чтобы сохранить хоть какую-то определенность в рассуждениях и классификациях, нужно иметь недостаточность в рассуждении.

О числовой символике духовного пути для личности высокого уровня говорят трактаты Абхидхармы: "Устранивший [аффекты] до пятой категории включительно, является претендентом на второй [плод]. Устранивший шестую категорию есть тот, кто возвращается один раз. Уйдя в мир богов, он возвращается в мир людей еще один раз. Устранивший седьмую и восьмую часть порочности... претендует на обретение третьего [плода]" (Абхидхармакоша 6.35,36). Эту символику можно найти и в Библии (семь апокалиптических церквей, семь светильников).

Ибо семь стадий еще осознаются умом,

Восьмая же являет собой нечто невообразимое.

Две [следующие] стадии суть местопребывание святых.

Последняя же стадия - это Моя сущностная природа.


Просветленные проповедовали о семи первых стадиях,

Что они познаваемы, будучи подвластны уму,

Причем на седьмой стадии тело, речь и ум

Уже не оскверняются.


При пребывании же на восьмой стадии

даже его сновидение не содержит приятного.

(Нагарджуна. Махаяна-Вимщика)

Переход к восьмерке - обретение чистого блага в высшей форме. К цели устремлений приводит роза ветров - мандала, дающая восемь стран света, то есть все высшие состояния сознания (восьмилепестковый лотос; ветер - поток сознания, свободное мышление). Когда обретены все восемь, происходит переход в следующий высший мир. Это и есть восьмеричный благородный путь - стезя Будды. В христианской традиции "день восьмой" - новое творение после субботы. "После сего я снова со слезами молился, и также постился семь дней, чтобы исполнить три седмицы, заповеданные мне. В восьмую же ночь сердце мое пришло снова в возбуждение, и я начал говорить пред Всевышним" (3 кн. Ездры 6:35-36).

"Есть четыре сферы и четыре посредствующие сферы, есть верх и низ, - вот всего десять сфер; и нет в них ничего, что бы не было видимо, слышимо, что не обнял бы ты своею думою, что не было бы постигнуто тобой!"(Сутта Нипата 1121). Две четверки - двухчастная (двухуровневая) колесница Иезекииля. В ней восседают Царь и его двойник, которые управляют колесницей сверху и снизу - иначе она не сможет двигаться. В буддизме это прародитель Брахма и земной бог Кришна (Нагарджуна, Дхарма-санграха). Если посчитать зенит и надир, получается десятка - то же дерево сефирот (ср. также Откр.17:12).

Существуют и более сложные и менее известные системы классификации первоэлементов. В индуистской системе санкхья (см.: Сутры философии санкхьи. М., 1997) рассматривается 25 (иногда 26) таттв - первичных сущностей-принципов, начал мира и элементов миропроявления, запредельных материй, программ творения мира. В соответствии с общим направлением индийской философии, эта классификация включает не только материальные элементы (5 материальных элементов-бхут), но и органы чувств - физические и трансцендентные. При господстве гуны саттвы из ахамкары порождается рассудок (манас), пять индрий (органов) познания и пять - действия. Параллельно этому при преобладании тамаса образуются "пять зародышей" элементов-стихий (зримого, слышимого и др.). Из них далее возникают физические элементы, составляющие тела живых существ и неодушевленные вещи.

Таким образом, в число индрий входят 5 органов чувственного восприятия (глаз, ухо, нос, язык, кожа) и 5 органов движения-действия (органы речи; руки, ноги, органы испражнения, органы размножения). Кроме того, вводятся 5 танматр (tanmаtra, санскр. "только то") - "тонких элементов", в которых берут свое начало перечисленные "грубые" материальные элементы. Танматрами являются звук, осязаемость, форма, вкус и запах, которые, будучи не воспринимаемыми обычным путем, содержат возможности проявления соответствующих реально воспринимаемых объектов.

В итоге перечень 25 таттв включает первоматерию-пракрити, интеллект-буддхи, эготизм-аханкару, ум-манас, 10 перцептивных и деятельных способностей-индрий, 5 объектов воспринимаемости (танматр) и 5 материальных элементов-бхут, а также пурушу - чистый субъект (в западной терминологии - дух как противоположность материи). При этом пуруша не производит и сам не произведен; пракрити сама не произведена, но остальные 23 таттвы - ее изменения, проявления, модификации. В неклассических вариантах санкхьи иногда вводится 26-я таттва - Бог.

Ту же числовую символику мы встречаем в текстах библейской традиции: "И ввел меня во внутренний двор дома Господня, и вот у дверей храма Господня, между притвором и жертвенником, около двадцати пяти мужей стоят спинами своими ко храму Господню, а лицами своими на восток, и кланяются на восток солнцу" (Иез. 8:16, ср. Иез. 11:1). Более подробный список вместе с сакральными именами находим в апокрифической книге Еноха (11:69):

"И вот имена тех ангелов, и эти имена их: первый из них Семъяйза, второй Арестикифа, третий Армен, четвертый Кокабаел, пятый Тураел, шестой Румъйял, седьмой Данел, восьмой Нукаел, девятый Баракел, десятый Азазел: одиннадцатый Армерс, двенадцатый Батаръйял, тринадцатый Базазаел, четырнадцатый Ананел, пятнадцатый Турхйял, шестнадцатый Симанизиел, семнадцатый Иетарел, восемнадцатый Тумаел, девятнадцатый Тарел, двадцатый Румаел, двадцать первый Изезеел.

И это главы их ангелов и имена их предводителей над сотнею, пятьюдесятью и десятью. Имя первому Иекун; это тот, который соблазнил всех детей святых ангелов, и свел их на землю, и соблазнил их через дочерей человеческих. И имя другому Асбеел: этот внушил детям святых ангелов злой совет, и соблазнил их, чтобы они осквернили свои тела с дочерьми человеческими. И имя третьему Гадрел: это тот, который показал сынам человеческим все смертоносные удары, и он соблазнил Еву, и показал сынам человеческим орудия смерти, и панцирь, и щит, и меч для битвы, и показал сынам человеческим все орудия смерти... И имя четвертому Пенемуэ: этот показал сынам человеческим горькое и сладкое, и показал им все тайны их мудрости... И имя пятому Касдейя: этот показал людям все злые удары духов и демонов, и удары рождения в утробе матери, дабы устранить его, и удары души, укушения змей, и удары, случающиеся в полдень, - сына змеи, именуемого Табает. И это число Кесбеела, который показал святым главу клятвы, когда он жил высоко вверху во славе, и имя ее [клятвы] Бека".

Здесь перечислены имена командиров ангелов, с которыми связан ряд архетипических символов. Всего их 25 (или 26: два имени Тарел-Тураел повторяются). В 'Войне сынов света против сынов тьмы' (Кумран) названо число глав смен священнических - 26, которое соответствует полугодовому циклу, и число отцов общества - 52. Интересно, что в определенных версиях в гностической плероме также 25 действующих лиц.

Двадцать пять тупых ударов

Двадцать шесть, со всею силой

С наступлением ночи, мама

Сделай вновь меня красивым


Господа карабинеры

Дайте мне воды холодной

С рыбами и кораблями

Океан воды холодной


Ах начальник всех гвардейцев

Надо мною в кабинете

Чтобы вытереть лицо мне

Не сыскать платков на свете

(Ф. Гарсия Лорка)

В этих стихах нетрудно распознать евангельские сюжеты...