# Физика и жизнь

Валентин Юрьевич Ирхин

Записные книжки Юрия Павловича Ирхина и воспоминания о нем. Вестник Уральского отделения РАН "Наука. Общество. Человек", N 3 (29), 2009. В приложении - журнальный вариант и воспоминания Е.В. Розенфельда (pdf), статья в книге к юбилею ИФМ.

28 января 2008 г. ушел из жизни профессор Юрий Павлович Ирхин, главный научный сотрудник Института физики металлов УрО РАН.

Юрий Павлович родился в 1930 г. в Саратове. Здесь он провел все свое детство, и затем до конца жизни вспоминал любимую Волгу. Время учебы в школе совпало с суровыми годами Отечественной войны и разрухи. В черновике своей последней автобиографии (2007 г.) он написал: "Это повлияло на выбор профессии, которая должна была быть противопоставлена войне. В результате я оказался на физфаке".

Окончив с отличием Саратовский университет (1948-1953 гг.), Ю.П. пробовал поступить в аспирантуру МГУ, но был провален на вступительном экзамене, и вовсе не из-за недостатка знаний - время было такое, сталинское. Поэтому он поехал в Свердловск и поступил в аспирантуру ИФМ, чтобы затем на протяжении всей дальнейшей жизни проработать в институте - в отделе теоретической физики, к которому относился с патриотизмом. На первых этапах ему очень помогло сотрудничество с С.В. Вонсовским и Е.А. Туровым. В 1957 г. защитил кандидатскую диссертацию по физическим свойствам магнитных полупроводников, а в 1967 г. - докторскую диссертацию, посвященную взаимосвязи электрических и магнитных характеристик твердых тел. Все свои способности Ю.П. обращал на научные исследования и никогда не стремился к карьере и званиям, хотя в 1984 г. получил Государственную премию СССР за исследование магнетизма редкоземельных металлов и их соединений. В 1988-1996 гг. был заведующим небольшой лабораторией теории переходных металлов.

Юрий Павлович был необычным и очень привлекательным человеком, у него было много друзей - и на родине, и за рубежом. Первые годы жизни в Свердловске, несмотря на нелегкие условия (скитания по общежитиям и частным квартирам), дом всегда был полон гостей. Помимо преданности науке, он обладал широким кругом увлечений, который включал искусство (живопись и музыку), фотографию, любительскую киносъемку, различные виды спорта (баскетбол, лыжи, плавание, шахматы). Еще в Саратове перед Ю.П. была открыта карьера профессионального шахматиста (в то время весьма престижная), но он выбрал физику...

Пожалуй, главным мотивом и источником активной деятельности Ю.П. был постоянный интерес к окружающему миру. Он умел увлечь своими интересами коллег и близких - и наукой, и всем остальным. При этом не ограничивался словами и образами, но всегда стремился довести дело до материального результата, на который можно было посмотреть, пощупать руками. В последние годы жизни главным коньком стала "практическая" минералогия - он сам собирал камни на месторождениях Урала, резал и шлифовал их.

Ю.П. был доброжелателен к людям и внешне деликатен, но тверд в этических оценках и полностью независим в своих суждениях. У него была свое мировоззрение, на первый взгляд вполне материалистическое, но на самом деле очень глубокое.

В научной работе у Ю.П. тоже был свой, оригинальный стиль, основанный на собственных убеждениях - авторитеты для него мало что значили. Часто он говорил о необходимости делать принципиально новое. Он старался выбрать фундаментальную проблему высокого ранга - независимо от моды и конъюнктуры - и считал это самым важным пунктом, который нужно обсуждать.

Хотя Ю.П. был физиком-теоретиком, его яркой чертой как ученого было настоятельное стремление связать любую теорию с экспериментом; "упражнений" он избегал. Он много и тесно общался с экспериментаторами, которые, как и его ученики, всегда платили ему взаимным уважением и любовью.

Ю.П. стремился к полной ясности физических результатов и предъявлял высокие требования к их качеству. Его принципиальность как рецензента была широко известна: на компромиссы он не шел, так что "провести" через него плохую работу было невозможно. От своих учеников он требовал доведения окончательных результатов до простых и наглядных формул - этот критерий он применял к любой научной статье, своей или чужой. С другой стороны, он сам не избегал делать громоздкие расчеты, и, будучи сторонником систематического труда, каждый день исписывал несколько листов формулами.

Ю.П. с подозрением относился к результатам, полученных с помощью ЭВМ. В 2000-е годы он начал осваивать персональный компьютер и использовал его при подготовке и написании статей, но машинные вычисления уже не приносили такого творческого удовлетворения и понимания.

В последние годы, омраченные тяжелой болезнью, Ю.П. не прерывал напряженной работы в науке, пожалуй даже в ущерб остальной жизни. Он с горечью чувствовал, что это становится делать все труднее - не хватало сил, от любого напряжения болела голова. Однако он до последних дней считал своим долгом участвовать в дискуссиях по физике с коллегами, сохранял ясный ум и большое чувство юмора, хорошо играл в шахматы, удивлял близких своими тонкими и парадоксальными оценками...

Здесь уместно лишь кратко коснуться основного научное наследия Ю.П. в области теории твердого тела. Всего им опубликованы около 100 статей оригинальных и обзорных в ведущих советских, российских и международных журналах (за количеством он никогда не гнался), а также большая монография по электронным свойствам переходных металлов, изданная на русском и английском языках. Его результаты (например, по теории магнитной анизотропии и аномальных кинетических эффектов в металлах) несомненно останутся в мировой физике.

В записных книжках, а также между страниц с формулами и вычислениями сохранились его мысли, представляющие общечеловеческий интерес. К сожалению, этих записей не так много (остальное еще могут вспомнить те, кто общались с Ю.П. лично). Большинство из них были сделаны в 1970-80-е годы - период творческого расцвета и духовного поиска. На фоне богатой внутренней жизни в них постоянно проступает трагическое ощущение окружающей советской реальности. Ю.П. болел за судьбы науки, ясно видя невозможность самореализации способных людей в условиях царящей несправедливости. Он давал достаточно нелицеприятные и резкие оценки академической науки и ее негативных тенденций, которые в полной мере проявились через двадцать с лишним лет (подробно мы таких фрагментов не приводим, поскольку в наше открыто циничное время они, к несчастью, звучат почти банально).

Однако Юрия Павловича волновали и более общие проблемы мироздания. В черновиках можно найти и лирические стихи, и глубокие философские размышления, оригинальные мысли о проблемах биологии и общества, о судьбе и свободе, эволюции, жизни и смерти. Много прочитав в детстве и молодости, теперь он пытался действовать своим разумом, не доверяя чужим концепциям. Его острый ум, честно сомневающийся во всем, упорно искал выхода и решения вечных вопросов с помощью физики (плодотворность этого языка продемонстрировали, например, Стругацкие в повести "За миллиард лет до конца света", которую Ю.П. с увлечением читал). Отрицая чистую математику, которая казалась ему абстрактной и безжизненной, Ю.П., однако, не переходил привычных границ естественных наук, в гуманитарные области (да и что было взять из открытых советских источников...). К сожалению, времени и сил проверить и понять на собственном опыте новые и важные вещи, ставшие доступными после перестройки, ему не хватило...

Местами для течения и дальнего развития его мысли недостаточно равновесия и диалогичности. Ю.П. просто не с кем было серьезно обсудить горячие проблемы: для него как сильной личности трудно было найти равного собеседника, а потому он занимал критическую, иногда жесткую позицию.

Со страниц с приводимыми ниже записями встает живой человек, и кое-что в них звучит очень современно. Этот взгляд на мир не должен быть забыт, иначе мы многое безвозвратно потеряем.


***


Физика - это свобода.

**

Математика - это физика прошлого века.

Математика - шашки, физика - шахматы.

Феноменология - фотография, микроскопика - живопись.

**

Основная загадка природы заключается в разнообразии ее форм.

Кристалл - периодическая структура в пространстве. Биологическая материя - периодическая структура во времени. Основное состояние, т.е. конечное состояние, к которому стремится материя, должно быть невырожденным. Это означает, что из всего многообразия материи останется только одна структура.

Какое же значение имеет такое многообразие структур в промежуточных неосновных состояниях? Может быть, от числа структур промежуточного состояния зависит время его жизни?

В биоматерии и в кристаллах каждая индивидуальная структура стремится распространиться (во времени и в пространстве соответственно) и стать единственной структурой в конечном состоянии. Однако все они исключают друг друга?

Жизнь - это отклонение от основного (идеального) состояния, и потому она существенно неидеальна.

Физика (и вся наука?!) занимается только такими величинами, у которых имеются средние значения.

**

Каждое материальное образование есть зародыш будущего мира. Но только одно из этих образований может реализовать себя в конечном итоге (в окончательной форме мира). Все остальные погибнут. Однако возможно и такое, что все формы материи объединятся в некий комплекс, который будет соответствовать минимуму энергии и максимуму энтропии.

**

Сценарии развития Вселенной: Неужели имеет значение (в частности, для Иванова и Сидорова), кто останется в конечном итоге - Иванов или Сидоров? (11.3.1991)

**

Отличие рефлекса (память животных) от памяти у человека заключается в однозначности результата (при рефлексе), что возможно связано с нестатистическим (или менее статистическим) характером записи информации в клетках мозга.

**

Маленький мальчонка на крыльце сидит.

У него печальный и счастливый вид.

Он грустит немного по ушедшим дням,

Старенькая улица от домов тесна,

Мальчиком любуется небо и весна.

**

Словно сквозь огромную трубу, уходящую далеко-далеко, вижу я себя маленьким мальчиком. Все окружающее меня сейчас - вместе со мной - у начала трубы. Я смотрю в нее. Труба сходится почти в точку. Где-то вдали к сидящему на крыльце пятилетнему мальчику с аппетитным ломтем хлеба в руке. Я это или не я? Не могу сказать с уверенностью. Чувствую только, как наполняет меня что-то родное и реальное - очень близкое, в самой глубине моего существа.

**

Вы - мелких идиотов стая,

Успевших наплодиться за 30 лет

Вы - думающие, что морда толстая

Одна обеспечивает жизнь без бед.


Ну что же, жирейте,

Чем больше - тем лучше,

Тем легче смахнем вас, тем ближе то время,

Когда, как и раньше, истории кучер

В обрыв опрокинет ненужное бремя.

**

Если б мог я родиться заново,

Сбросив жизни разросшийся ком,

Я бы жил словно в Детстве Ивановом,

Прерываемом школьным звонком.


Я влюбился бы в синее небо,

Или в ливень весенний с грозой.

Ничего бы не ел, кроме хлеба,

Размочив его чистой водой.

**

Еще я мог бы сделать что-то,

Как делал и до этого не раз.

Но это все второго сорта,

А мне пора бы в высший класс.


И вот, как сотни лет назад

Алмаз гранили предки наши,

Я мысль свою - дорогу в ад -

Преображу оружьем страшным.

**

Вы мне поверьте -

Справедливость только в смерти.

**

Установление одной формы собственности - государственной - важно, может быть, не столько в экономическом отношении, сколько в политическом и социальном. Устанавливается система власти. (1978)

**

1. Если увеличение цен на продукты первой необходимости является социально несправедливым, то это означает, что распределение национального дохода (т.е. зарплата различных категорий населения) неправильна.

2. Средняя администрация является промежуточным звеном между производством и высшей администрацией. Она не может быть хорошей, если высшая администрация плохая, - в силу закона непрерывности. (13.3.1987)

**

- Как дела?

- Дела у воров и бандитов, а у меня жизнь.

**

Когда меня начинают упрекать за то, что я не сделал карьеры, соответствующей моим возможностям, в то время как другие люди моего возраста, и притом менее способные, давно обогнали меня, я отвечаю: "О каких способностях ты говоришь - о подлости? У меня такая способность очень слабо развита".

**

Словно гидра стоголовая!

Корчась, воя и дрожа,

Не могу понять ни слова я

В русской речи грабежа.


Здесь и мальчики фартовые,

Да и девочки не ять!

Как у кабака портового,

Можно девочку нанять.


И средь этой рвани чопорной,

Среди топота сапог

Я стою один безропотно,

Тихо сгорбившись в комок.

**

Почему у нас нет хороших поэтов. Потому что нельзя писать хорошо за деньги. А без денег у нас человек прожить не может. Поэт должен жить плохо и быть несчастным. Кто же на это заранее согласится. Отсюда вывод: поэтом можно стать только случайно, при стечении различных обстоятельств. Им становится тот, у кого нет другого выхода. Если уж все равно плохо, по крайней мере, лучше стать поэтом.

Но на самом деле выход не может найти тот, кто не в состоянии преодолеть свою честность. Таким образом, почти автоматически поэтами становятся только честные люди.

**

Между нами километров тыщи,

Мы с тобой друг друга не отыщем.

Неужели все, что нам осталось,

Вечер тот и ночи той усталость.


Это мало, но и очень много,

И тогда была ты недотрогой.

Даже то, что все-таки случилось,

Для моей судьбы печальной милость.

**

Где найти слова

Чтоб в них было все

Чтоб росла трава

Вот от этих слов

Чтобы солнце вдруг

В небе замерло

Как сломавшаяся кинокамера

**

Я могу написать слова,

Что падет не одна голова,

И извергнуть могу стихи я,

Как из Этны лавы стихия.


Я могу написать картину,

Чтоб взорвать повседневную тину,

И ее расстрелять влет

Будет прислан курсантов взвод

**

Им к юбилеям не давали ордена

И к праздникам не присылали телеграммы,

Но их квартире, что была бедна,

Мы долго еще будем благодарны.

**

Два класса систем управления:

1. Выдвигаются положительные, но затем устаревают и становятся тормозом.

2. Выдвигаются отрицательные - система в корне порочна.

**

Зло рождает зло, но и добро тоже.

**

Зло - добро, пришедшее к власти.

**

За что тебе, начальник, платят такие деньги? За то, что ты отрекся от науки.

**

Среди профессионалов тоже есть дураки. Именно они становятся начальниками.

**

...Так или иначе, место освободилось, и оно должно быть заполнено во благо науки и государства. Вместо этого почтенные академики решили устроить какой-то бедлам на этом общем собрании. Может быть, они думают - казна так богата, что мы можем платить деньги всяким подозрительным типам, которые любят распространяться о свободе науки, а сами непрочь поживиться академическим окладом.

(Из пьесы "Африканская история")

**

Ученье - свет, а лжеученых - тьма.

**

Все ближе, все ближе, все ближе

грядет конец.

Кто именем божьим и иже -

тому венец.

Кто дьяволу продал душу -

Пришел твой час.

Кто клятву свою нарушил -

уйди от нас.

**

Свобода заключается не в том, что можно делать что хочешь, а в том, что можно ничего не делать.

**

Для чего вешать замок на дверь,

Если скажут, что людям верь.

Для чего в метро проходы так узки

И решетки с грохотом захлопываются,

Как будто рвут тебя на куски.

Неужели это правда, что кто-то как зверь

Хочет ночью войти в твою дверь

Или пройти, не отдав пятак - просто так.

**

Мой стол, тебе пятнадцать лет,

Ты на два года младше сына.

Ты умный стол, ты видел свет,

С тебя написана картина.


Ты весь почти как я: четыре лапы,

И разной всячиной внутри набит,

Но у меня семья, и в роли папы

Наверно, я солиднее на вид.


Но если внешние отбросить атрибуты,

Меня с тобою трудно различить,

Когда погожим днем иль тусклым утром

Пытаюсь удержать я Ариадны нить.


И в глубине души питаю я надежду,

Что не расстанемся с тобою никогда.

И вынесут тебя невежды,

Вернувшись с кладбища -

дороги в никуда.

**

Дни идут, проходят годы,

Жизни путь идет к закату.

И удачи, и невзгоды

Взяли с нас сполна оплату.


Может быть, еще немного

Нам продлить удастся время.

Хоть конец не за порогом,

Еще ноги вдеты в стремя.


Словно на коне горячем

Мчимся мы тому навстречу,

От чего себя не спрячем

Во всем мире человечьем.


Все быстрей несутся мимо

Люди - женщины и дети.

Лица их в оскале грима

С поворотом на две трети.


Лишь в глазах у них смятенье -

Не успеть сказать ни слова.

Вот еще пройдет мгновенье,

И один помчишься снова.

**


Последний интеграл


Он устал. Это бывало и раньше. Но сейчас, когда конец работы был близок, он почувствовал, как он устал.

И, пожалуй, главной причиной усталости было не то, что работа длилась так долго, а то, что она скоро кончится. Ее больше не будет... и ничего не будет взамен нее.

**

Мои страданья - вам забава,

Но я прощенья не прошу.

Нет у меня на это права -

Раскрыть спасенья парашют.


Я вниз лечу, конец уж близок,

Сейчас мне ясно видно все,

И прошлой [новой (зачеркнуто)] жизни страшный призрак

Вцепился в левое плечо.

**

- Почему у тебя душа не болит?

- Я не душевнобольной.

**

Взрослый человек вдруг начинает расти. Что из этого может получиться?

**

Я тоже хочу быть человеком.

**

Кому нужны твои шедевры,

Чему отдал ты столько сил?

Ты не последний и не первый

Средь тех, кто заблужденьем жил.


Ты им хотел вручить всю душу,

Сулил манящие миры...

А им нужны лишь маляры

**

А все же прав старик Эйнштейн был, когда сказал, что для теоретика лучше всего вахтером работать. Теперь я его хорошо понимаю. Юбилеев-то у вахтеров не бывает. Я бы тоже в вахтеры пошел, но, думаю, устроиться трудно будет. У меня знакомый инженер на заводе работает - хотел в рабочие перейти, так ничего не вышло. Сказали: с дипломом запрещено строго-настрого. Структура рабочего класса от этого ухудшиться может.

Так что приходится в теоротделе оставаться. Хотя, честно говоря, и у нас при известной ловкости жить все-таки можно, особенно если юбилей уже позади.

**


Я благодарен этой науке...


Теоретическая физика - это такая специфическая область человеческой деятельности, которая позволяет человеку сохранять молодость до старости, оставаться ребенком всю свою взрослую жизнь. В самом деле, кто еще, кроме детей, способен заниматься такой бесполезной наукой.

Рассказывают, что на юбилее Ландау одно из поздравлений гласило: Кому теперь не 50, разве только мальчишкам?

Имеется и другой аспект этой же мысли. Только сохранив невинность ребенка, можно полностью отдаться какой-либо идее. Люди понимали это уже очень давно. Так, во времена крестовых походов после многих неудачных попыток в качестве последнего средства возникла мысль: организовать поход... детей. Естественно, что в реальном человеческом обществе эта мысль абсурдна, и ее осуществление заранее обречено на провал. Но какова сама мысль...

Вот так и теоретики вынуждены оставаться детьми, если они хотят быть теоретиками по существу, а не по названию.

Все, что я сказал, конечно, не относится непосредственно ко мне. Я только высказываю некую абстрактную идею - к вопросу о том, почему теоретики умирают молодыми.

**

Я беднее, чем самый последний нищий,

У которого нет ни крова, ни пищи.

И, кроме того, нищих - тыщи,

А меня - где еще сыщешь.