# Суфийские истории - высокие смыслы

Валентин Юрьевич Ирхин

Суфийские истории-анекдоты рассказывают в первую очередь о Боге, а не о людях. Учителям, которые наблюдают за происходящим, остается только слышать и немного комментировать высшую мудрость.

1. Одного суфия попросили:

- Почтенный, давайте поговорим о Боге.

- Лучше помолчим о нем, - сказал суфий.

- Но почему?

- Если о Боге заговорите вы, то для Него это будет оскорблением. Если о Боге заговорю я, то для меня это будет слишком большой честью.

(Страх перед дарами пророчества и истолкования)


- Почтенный, я хотел бы, подобно тебе, стать искателем истины, - сказал юноша суфийскому шейху. - Как мне достичь этого? Каким путем?

- Путь к истине нелегок, сын мой, - ответил шейх. - Поэтому будет лучше, если ты присоединишься к сообществу странников. Этот путь - не простая дорога. Он опасен. Там встречаются свои разбойники, препятствия и неприятности. Если боишься, то сиди дома. Ведь когда веют зерно, то отделяют шелуху от зерна. На пути шелуха - это страх.

(Страх Божий)


- Я велю тебя повесить, - сказал Насреддину жестокий и невежественный правитель, прослышав о его способностях,- если ты не докажешь, что ты мистик.

- Я вижу странные вещи, - сразу сказал Насреддин, - золотую птицу на небе и демонов под землей.

- Как ты можешь видеть через твердые предметы? Как ты можешь видеть так далеко в небе?

- Страх - вот все, что вам требуется.

(Страх Господень - начало премудрости)


Одного суфия спросили:

- Почтенный, столь многое зависит от того, как питается человек! Когда же человеку лучше всего садиться за стол?

- Если у него есть еда, то пусть он подождет, пока почувствует голод, - ответил суфий. - А если еды нет, то пусть подождет, пока добудет еду.

(Еда как символ учения. Учениями различными и чуждыми не увлекайтесь; ибо хорошо благодатью укреплять сердца, а не яствами, от которых не получили пользы занимающиеся ими.)


Моллу Насреддина спросили:

- Есть ли отличие между богатым и бедным, кроме количества денег?

- Есть, - ответил Молла. - Если бедняк съест змею, то скажут: "С голоду!" А если богач, то скажут: "Лекарство!"

(То же. Змея дает плод Древа. Каждый получает от познания учения свою пользу.)


Давным-давно жил один мудрый дервиш. Было у него много учеников и последователей. Но и завистников было не меньше.

Каждый в окрестности знал, что всякий человек в любое время дня и ночи может беспрепятственно зайти к дервишу домой, в любую из комнат. Воспользовавшись этим, враги решили отравить мудреца. Они незаметно разложили напоенные ядом яблоки по всему дому.

Отравленные яблоки раскладывались снова и снова, но мудрец оставался в добром здравии. Тогда некоторые уверились в святости старца. Они пали ему в ноги и просили принять их в ученики.

- Твоя чувствительность совершенна, о, мудрец, ведь ты способен отличить отравленное яблоко от хорошего плода. А яд не причиняет тебе вреда, - сказали они уважительно.

- Дело лишь в том, - признался дервиш, - что я никогда не ем фрукты, которые валяются где попало.

(Важна последовательность плодов познания)


Однажды Молла Насреддин прогуливался по базару. Он услыхал проповедь чужеземного мудреца и остановился.

- Каждый человек должен поступать так, как он хочет, чтобы поступали с ним! - учил мудрец. - Пусть сердце ваше желает другому того же, чего оно желает себе!

Молла немного подумал о сказанном и произнес:

- Есть на свете прекрасные птицы, которые питаются ядовитыми ягодами, не причиняя себе этим вреда. Однажды такая птичка, собрав немного ягод, угостила ими свою подружку лошадь.

(Восточные учения спасения годятся только для миров ангелов и богов)


Какой-то человек увидел, что Насреддин ищет что-то у себя во дворе.

- Что вы потеряли, Мулла? - спросил он. - Свой ключ, - ответил Мулла. Они вдвоем опустились на колени и стали искать его.

Через некоторое время тот человек спросил:

- Где вы уронили его?

- В своем собственном доме.

- Так почему же вы ищете здесь?

- Здесь света больше, чем внутри моего дома.

(Учения чужих религий)


Мышь и слон полюбили друг друга.

В брачную ночь слон подвернул ногу, упал, ударился и остался лежать бездыханным.

- О, судьба! - заголосила мышь. - Я купила миг удовольствия и тонны воображения за цену всей жизни, посвященной копанию могилы!

(Предупреждение. За религиозное воодушевление, высокие состояния и кайф приходится платить)


Богатая женщина попросила оформителя вывесок написать предупреждение о собаке в доме, чтобы повесить его на входной двери. Он написал: "Осторожно, злая собака!" - и потерял заказ.

- Глупец, - воскликнула женщина, - я хотела уведомить входящих: "Стучите тише! Не разбудите собаку!"

(В записи пророками священных книг слишком много места уделяется гневной природе Бога, за что они сами навлекают на себя немилость)


Некий человек, считавший себя просвещенным, прослышал, что в таком-то городе живет мудрый суфий, который занят торговлей и ведет ее прибыльно. Человек немедленно написал суровое и обличительное письмо этому суфию, призывая его быть аскетичным и развивать в себе безразличие к вещам этого мира.

Списки с письма распространились среди искателей истины, и назидание это оценивали весьма высоко. Один юноша встретил того мудреца, которому и было адресовано письмо, и спросил его:

- Почтенный, что вы думаете об этом послании?

- Ничего.

- Как? Разве письмо не дошло до вас?

- Дошло. Письма-то я получаю, но не читаю их. Ведь письма принадлежат к вещам этого мира, а я к ним безразличен.

(Отношение Бога к человеческим мнениям о Его природе, Законе и деяниях, отраженным в Писании)


На подоконник к Молле Насреддину слетел с неба королевский сокол. Он гнался за цаплей, промахнулся и чуть не убился насмерть. Птица была измучена и поэтому не сопротивлялась, когда Молла взял ее в руки.

Насреддин никогда прежде не видел сокола и решил, что эта птица - голубь.

- Какой-то ты странный, - сказал Молла птице, - и когти у тебя длиннее, чем надо, и хвост не тот, да и клюв слишком кривой! Плохо же за тобой смотрели!

Молла подрезал ножницами когти сокола, обкромсал перья хвоста и срезал "лишнее" с клюва.

- Ну вот, теперь ты хоть чуть-чуть стал на себя похож, - довольно сказал Насреддин. - Руки бы оторвать тем, кто тебя так запустил!

(Орел - один из образов-ликов Бога, с которым нужно работать в практике медитации)


Три тысячи прославленных эпикурейцев были приглашены на праздник в халифский дворец в Багдаде. По какой-то ошибке среди них оказался и Насреддин. Этот праздник устраивался ежегодно, и каждый год главное блюдо праздника превосходило своей пышностью прошлогоднее, потому что репутация великого халифа должна была поддерживаться и укрепляться. Но Насреддин пришел только для того, чтобы поесть. После долгого ожидания, предварительных церемоний, пения и плясок, внесли, наконец, невероятное количество серебряных подносов с кушаньями. На каждом подносе, предназначавшемся для пятерых гостей, лежал целый зажаренный павлин, украшенный искусственными, но съедобными, крыльями и клювом, а оперенье сверкало как драгоценное от сахарных украшений.

Гурманы за столом Насреддина задохнулись от восторга, наслаждаясь видом этого непревзойденного произведения творческого искусства. Казалось, никто не помышлял приступать к еде. Мулла умирал от голода. Вдруг он вскочил и заорал:

- Ну, что ж, я допускаю, что он выглядит странно. Но, по всей вероятности, это еда. Давайте съедим его, пока он не съел нас!

(Религиозные ритуалы поклонения препятствуют познанию истины и в конечном счете приводят верующих к гибели)


Молла Насреддин прогуливался со своими учениками по базарной площади. Вдруг он заметил, что ученики уставились на большое блюдо с кусками поджаренного мяса, стоящее перед дородным важным купцом. Молла ничего не сказал, а лишь спокойно наблюдал, как очарованные запахами ученики поедают глазами блюдо. Так кошка могла бы караулить мышь.

Купец приступил к трапезе. Он схватил толстыми пальцами большой кусок мяса и вгрызся в него с жадностью тигра. Сок брызнул в разные стороны, жир стекал по подбородку купца и его рукам, капая на дорогое платье. Взор его был устремлен только на мясо, и он вряд ли замечал орнамент на блюде, который оценил Насреддин.

Ученики со стыдом и отвращением отвели взоры от этого зрелища и встретили взгляд своего учителя, о котором совсем забыли на время. Они ждали упреков, но Насреддин смеялся.

- Вот чудное зрелище, - сказал он, - мясо, поедающее мясо. Но существует нечто страшнее увиденного вами: когда мясо, которое даже и не вам принадлежит, начинает пожирать вас самих.

(Жестокий мир, в котором действует Шаддай - Бог Всесильный. Мясо - Его мышца)


Насреддин нашел спелый орех. Молла попробовал раскусить его, но неожиданно орех выскочил изо рта и исчез в траве, а Молла чуть не прикусил себе язык.

- Да... - подивился Молла, проверяя, все ли зубы целы. - Каждая тварь старается избежать смерти.

(Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих. Освобождение по буддийскому срединному пути)


Знаете ли вы, что рыба не имеет ни малейшего представления о воде? Она не знает о существовании воды, пока она в ней находится. И только оказавшись на суше, она начинает переживать, но по-прежнему не понимает своей беды. Выброшенная на берег, лежит она, судорожно глотая воздух и обвиняя в своих несчастьях всех вокруг. Рыба готова сражаться с деревьями и травой, с песком и солнцем, как будто они повинны в ее бедах. Бывает так, что она перестает сопротивляться своей участи. Иной же раз она отчаянно борется за свою жизнь. Если случайно ей удается выскользнуть обратно в воду, она кажется себе очень мудрой, хитрой и ловкой. Но чаще она умирает.

Рыба ничего не знает об удочке и сети. В своих бедах она будет обвинять крючок или леску.

Как же это грустно - быть рыбой. Что за удача - быть человеком.

(Только человек способен быть верующим, да и то редко. Вера же есть уверенность в невидимом)


Собака гналась за газелью. Обернувшись на бегу, газель сказала собаке:

- Не догнать тебе меня, ни за что не догнать!

- Почему? Почему? - хрипло пролаяла собака.

- Да потому, что я спасаю свою жизнь, а ты бежишь лишь по приказу своего хозяина.

(Отличие освобожденного человека от верующего)


В одной деревне у крестьян стали пропадать цыплята. Это хитрый лис каждую ночь успешно наведывался в курятники. Жителям деревни никак не удавалось изловить вора. Тем временем ловкий зверь уже делился цыплятами со всеми лисами в округе. Тогда крестьяне пошли к мудрецу, и тот согласился помочь им. Особый талисман мудреца заставил зверя прийти к его дому.

- Убей его! - закричали люди, когда лис оказался в руках старого дервиша. Мудрец же отпустил лиса, надев на него ошейник с каким-то камнем.

- Что ты наделал! Как теперь мы убережем своих цыплят от вора? - возмущались люди.

- Все живые существа в этом мире, а не только люди, стараются скрыться от света истины, - отвечал дервиш. - Камень на ошейнике излучает этот свет. Завидев его, ваши цыплята спрячутся так, что сам лис их не найдет.

Так и вышло. Жители деревни стали жить спокойно. Лис же вернулся к мудрецу, ведь ему не удавалось поймать никакой добычи. И дервиш делился с ним едой и кровом.

(Еще один способ избавиться от Бога - неведение, религия-посредник, духовный материализм, камень - возможно Кааба)


Величественное море открылось взору Моллы Насреддина.

Такое зрелище он видел впервые. Темно-синие, с белоснежными гребнями волны с шумом разбивались о скалы, и брызги фонтаном сыпались к ногам Моллы. Очарованный прекрасной картиной, он спустился к воде, чтобы испробовать ее на вкус.

- Подумать только! - сказал он. - Столько претензий, и не годится для питья!

(Благородная истина - мир сансары полон тяготы, бесполезных, хотя захватывающих впечатлений)


Насреддин с приятелем делили на двоих один стакан молока.

- Ты, Молла, пей свою половину молока первым, а я потом. Добавлю к молоку сахара и выпью сладенького.

- Слушай, добавь сахар сейчас, и мы вместе полакомимся сладким молоком.

- Нет, братец, ведь сахара мало, и на весь стакан не хватит.

Молла задумался на мгновение.

- Знаешь, - сказал он вдруг, - у нас ведь есть соль! Я, пожалуй, выпью соленого молока.

(Бог в двух своих ликах при творении мира распределяет благо и зло для разных эпох)


Как-то друзья увидели, что Насреддин стоит на коленях у пруда и кидает в воду закваску.

- Эй, Молла, что ты делаешь?

- Закваску кидаю, айран хочу сделать.

- Но ведь так айран сделать невозможно.

- Я знаю, но надеюсь - а вдруг получится?

(Спасительное учение приходит в мир через мессию)


В некоем городе один советник при султане лишился своего места: султан перестал ему доверять и отстранил от должности, назначив советником другого человека. Когда новый чиновник пришел в дом, отведенный советнику, то застал там прежнего придворного - тот сидел, как и ранее, на привычном месте, не вывез свои вещи и не освободил дом. Новый советник в изумлении спросил:

- Почему ты еще здесь и не собираешься уезжать? Ведь ты потерял это место.

- Да, это правда, - вздохнул прежний советник, - я потерял место... Но не надежду!

(Учителя, пророки, бодхисаттвы... не уходят из мира, рождаются снова и снова, надеясь накопить заслуги для собственного спасения)


Время от времени Насреддин ездил из Персии в Грецию верхом на осле. Каждый раз он вез с собой два тюка соломы, а обратно приезжал без них. Всякий раз охрана обыскивала его, ища контрабанду. И никогда ничего не находила.

- Что вы возите, Насреддин?

- Я контрабандист.

Много лет спустя, становясь с каждым годом все более и более зажиточным, Насреддин поехал в Египет. Один из таможенников повстречался там с ним.

- Скажи мне, Мулла, теперь, когда вы находитесь вне юрисдикции Греции и Персии, и живете здесь в такой роскоши, - что это вы возили контрабандой, что мы никак

не могли поймать вас?

- Ослов.

(Деяния бодхисаттвы-перевозчика)


Мулла купил осла. Кто-то сказал ему, что ослу нужно давать определенное количество корма каждый день. Он подсчитал, что такое количество слишком велико. Нужно провести эксперимент, - решил он, - и приучить осла к меньшему количеству пищи. Поэтому каждый день он уменьшал его рацион. В конце концов, когда рацион был снижен до почти полного отсутствия пищи, осел свалился и подох.

- Жалко, - сказал Мулла. - Если бы у меня было еще немного времени до того, как он умер, я смог бы приучить его жить, не питаясь вообще ничем.

(Когда приближается Апокалипсис, количество благо в мире постоянно падает. Это неотменяемы закон природы, предстоит гибель старого мира)


Корабль, на котором Мулла был единственным пассажиром, попал в тайфун. Капитан и команда, сделав все, что было возможно, чтобы спасти корабль, упали на колени и принялись возносить небу молитвы об избавлении.

Мулла спокойно стоял рядом с ними.

Капитан открыл глаза, увидел стоящего Муллу, вскочил на ноги и закричал:

- На колени! Ты - благочестивый человек, тебе следует молиться вместе с нами.

Насреддин и не пошевелился.

- Я всего лишь пассажир. Все, что касается безопасности этого корабля, - ваше дело, а не мое.

(Бог вместе с людьми в ноевом ковчеге плывет в будущий мир через воды потопа)


Однажды Насреддин попал на верфь. Работа кипела, строились корабли. И все же Молла заметил там нечто, по его понятиям, не связанное со стихией воды, - горящий огонь и кипящую смолу.

- Мы смолим днища кораблей, предохраняя их от течи и гниения, - ответил на его вопрос корабел. - С таким днищем корабль идет быстрее.

Вернувшись домой, Молла решил проверить, так ли это на самом деле. Он зашел в хлев и вывел во двор своего осла. Затем развел огонь под котелком со смолой. После взял кисть и мазнул расплавленной смолой по животу осла. Дико взревев, тот молнией вылетел со двора Насреддина.

- Здорово работает! - в восторге подумал Молла.

(Апокалипсис как средство ускорения Пути спасения)


Однажды в школу к Насреддину привели ребенка. Мать сетовала, что сын не слушается.

- Он очень плохо себя ведет! - жаловалась она Молле. - Я хочу, чтобы вы его проучили. Напугайте его!

Поза Насреддина вдруг стала угрожающей. Страшная гримаса появилась на его лице. Он зловеще зашипел и затопал ногами, забрызгал слюной, а затем с громким воплем выбежал из дома.

Женщина упала в обморок. Ребенок обмочился от страха.

К тому времени, когда женщина пришла в себя, Молла вернулся в дом. Он был серьезен и спокоен, как обычно.

- Уважаемый! Я вас просила напугать сына, а не меня!

- Дорогая, да разве вы не заметили? Я так старался помочь вам, что сам себя напугал! Ведь если угрожает опасность, то она угрожает всем!

(Бог дает пророчество об Апокалипсисе всем, в том числе Жене на небесах и ее Сыну)


Бог пришел к Моисею и сказал:

- В прошлый раз я навестил тебя и оставил осененного сиянием, а когда я сам заболел, то ты не пришел.

- Постой, Боже, - воскликнул Моисей, - я не понимаю, о чем ты говоришь! Как ты можешь болеть? Да и куда я должен был прийти навестить тебя?

- Человек, которого я знаю и люблю, нуждался в помощи, но ты не проведал его. Я - это он. Если ты оказываешь услугу ему, то ты помогаешь и мне. Если ему плохо - то плохо и мне.

(То же, в конце мира Закон Моисея перестает быть спасительным для людей и Бога)


Маленький глиняный кувшинчик для воды стоял на столе. В углу комнаты на кровати лежал больной, томимый жаждой. "Пить! Пить..." - поминутно просил он. Но родичи его ушли по делам, оставив его одного. Мольба больного была так жалобна, что даже кувшинчик не выдержал. Он переполнился состраданием и, прилагая невероятные усилия, подкатился к постели больного, остановившись возле самой его руки. Больной открыл глаза, и взгляд его упал на кувшинчик. От этого зрелища он исполнился изумления и облегчения. Собрав все свои силы, больной поднял кувшинчик и прижал его к горячим от жара губам, но только тут понял, что кувшин пуст! Последние силы больной потратил на то, чтобы швырнуть кувшинчик в стену. Тот разлетелся на бесполезные куски глины.

(Болезнь Бога в конце мира. Бог, желая показать гнев и явить могущество Свое, с великим долготерпением щадил сосуды гнева, готовые к погибели...)


О, человек! Считай себя невезучим только в том случае, если с тобой приключится нечто подобное: допустим, ты решил стать гробовщиком, а люди вдруг перестали умирать.

(Бог не может допустить сохранения старого мира)


Тщеславный царедворец стрелой проскакал со своей многочисленной свитой по дороге.

- Убирайся, бродяга! - крикнул он, ударив плетью старика, сидевшего на обочине.

Всадники умчались. А старый дервиш встал с земли и тихо сказал им в след:

- Пусть исполнится все, что вы желаете, и даже больше!

Прохожий, который все это видел, подошел к дервишу и спросил:

- Скажи, благочестивый человек, что означают твои слова? Произнес ли ты их, потому что душа твоя благородна? Или потому, что ты знаешь, к какому бесчестию приводит людей исполнение их мирских желаний?

- Дорогой друг! - ответил дервиш. - Я хотел сказать то, что я сказал. Я пожелал всадникам всех благ потому, что у людей, всем удовлетворенных, не будет причин скакать куда-то сломя голову и стегать дервишей.

(Добрые святые могут отложить Апокалипсис, решая проблемы его всадников)


Молла Насреддин работал на своем огороде, с самого утра занимаясь высаживанием рассады. Вечером, когда небо стало меркнуть, он вдруг застыл на миг, потом бросился обратно в огород и стал выдергивать все, посаженное за день, и прятать в большой мешок. Соседи, проходившие мимо, спросили:

- Молла, что ты делаешь? Что случилось?

- Да ничего! Я просто понял одну вещь - поздновато, правда, но лучше поздно, чем никогда. Все принадлежащее мне следует держать под надежным присмотром, лучше всего - дома!

(Бог готовится к Апокалипсису - концу мирового периода)


Молла Насреддин повстречал угрюмого человека, бредущего по дороге в город.

- Что с тобой? - спросил Молла.

Человек показал ему потрепанный дорожный мешок и жалобно сказал:

- Все, чем владею я в бесконечно огромном мире, едва заполнит этот жалкий, негодный мешок!

- Да, плохо дело, - посочувствовал Молла. С этими словами он выхватил мешок из рук человека и пустился бежать прочь по дороге.

Потеряв все свое имущество, человек разразился слезами и продолжил путь в угнетенном состоянии духа. Тем временем Молла забежал вперед и положил мешок прямо посреди дороги, чтобы человек непременно заметил находку. Когда тот увидел свой мешок, валяющийся на пути, он рассмеялся от радости и вскричал:

- Ох, мой мешочек! А я-то думал, совсем я тебя потерял!

Вот как легко осчастливить человека, - наблюдая за ним из придорожных кустов и посмеиваясь, подумал Молла.

(Путь Бога по мирам, к новому творению в сопровождении наставника (Будды?))


Однажды в чайхане Насреддин похвастался:

- Я вижу даже в полной темноте!

- Тогда почему вечерами ты шагаешь домой, освещая путь фонарем?

- Чтобы другие люди не сталкивались со мной.

(То же, встреча с Ликом преждевременна)


Однажды в дом к дервишу забрался вор и вынес половину его имущества. Дервиш подхватил остальные вещи и побежал вдогонку за вором.

- Тебе чего? - спросил вор, заметив, что дервиш не отстает и следует за ним по улице.

- Да ничего, - ответил дервиш, - просто я уже давно подумывал о переезде в местечко получше. Ты же оказался так добр, что тащишь половину моих вещей. Я взял вторую половину и теперь переезжаю вместе с тобой. А утром прибудут моя жена и другие родственники.

- Вот что, - сказал тогда вор, - пожалуйста, забери все обратно и отпусти меня.

(Верующий пытается использовать атрибуты Бога для своего спасения, а Ему только того и надо - пора переходить в следующий мир)


- Возьми этот мешок и отнеси его ко мне домой, - сказал Насреддин носильщику на базаре.

- Я к твоим услугам, Эфенди. Где твой дом?

Мулла посмотрел на него, пораженный ужасом.

- Ах, ты, хулиган несчастный, а может, ты еще и вор. Неужели ты думаешь, что я когда-нибудь скажу тебе, где находится мой дом?

(Бог все же остается неведомым)


- Насреддин, сын мой, ты должен рано вставать по утрам.

- Почему, отец?

- Это хорошая привычка. Ты знаешь, однажды я поднялся на рассвете, пошел прогуляться по дороге и нашел мешок золота.

- Откуда ты знаешь, что его не потеряли предыдущей ночью?

Не в этом дело. Во всяком случае, его там не было за ночь до того. Я заметил.

- Тогда не у всякого удача, кто рано встает. Человек, который потерял золото, встал, должно быть, еще раньше, чем ты.

(Согласно сутрам, Бог Брахма пробуждается первым в будущем мире и забирает все его богатства)


Шах со своими придворными охотился на краю пустыни. Незаметно спустилась ночь. Резко похолодало, и у шаха от дрожи зуб на зуб не попадал. Придворные заметили огонек, и вскоре все они стояли перед маленькой бедной хижиной. Из дверей вышел одетый в старые заплатанные одежды человек и пригласил шаха переночевать в своем жилище.

- О, великий, не соглашайся, ибо твое достоинство пострадает от такого ночлега! - вскричали придворные.

- Достоинство шаха вовсе не пострадает от одного ночлега, - сказал бедняк. - К тому же мое достоинство после этого ночлега сильно возрастет!

Шах остался ночевать в бедной хижине и наградил бедняка богатым халатом.

(Следуя наставлениям тибетских учений, Бог проходит через промежуточное состояние - бардо, чтобы вновь обрести могущество)


- Когда я был в пустыне, - сказал однажды Насреддин, - я заставил бежать целое племя наводящих ужас кровожадных бедуинов.

- Однако, как вы это сделали?

- Легко. Просто я побежал, а они побежали за мной.

(То же, встреча с гневными божествами других религий)


Насреддин бродил по кладбищу. Он споткнулся и упал в старую могилу. Лежа там и представляя, как бы он себя чувствовал, если бы был мертв, он услышал шум. В его уме промелькнуло, что это пришел за ним Ангел Смерти, хотя это всего-навсего проходил мимо караван верблюдов.

Мулла вскочил, перевалился через кладбищенскую стену и переполошил верблюдов. Погонщики верблюдов избили его палками. Он прибежал домой в плачевном состоянии. Жена спросила у него, что случилось, и почему он пришел так поздно.

- Я был мертв.

Заинтересовавшись сверх всякой меры, она спросила, на что это похоже.

- Это вовсе неплохо, если только не тревожить верблюдов. Не то они побьют тебя.

(То же, верблюды идут через игольное ушко)


2. Один книгочей спросил совета у Насреддина.

- Молла, вы мудрый человек. Знаете ли вы какое-нибудь надежное средство от глазных болезней? Я много читал, и мои глаза ослабли.

- А был ли ты у врача?

- Да, но я сомневаюсь в том лекарстве, которое он мне дал.

- Что ж, я могу только рассказать, как у меня самого болели два зуба. Пока я не пошел к зубодеру и не вырвал их, болеть не перестали. Может, и с тобой то же самое? Если сомневаешься в лекарстве, то иди и удаляй!

(Два зуба - средство гнозиса, познания двойственности добра и зла Змеем. Обсуждается отказ от прозрения, видения-ведения истины)


Некий человек, путешествуя в Стамбул, заметил женщину с чудесным ослом. Она заботливо расчесывала гриву осла, который и без того выглядел хорошо ухоженным. Очарованный этой картиной, человек подошел ближе и спросил:

- Что вы делаете?

- Я иду в город, на базар, - ответила женщина. - А осла я всегда беру с собой.

- Наверное, на нем очень удобно сидеть, - сказал путник.

- Я никогда не пробовала, - услышал он в ответ.

- Тогда зачем он вам? Продайте его мне.

Женщина согласилась, и довольный человек увел осла с собой. Через несколько дней женщина повстречала путника на одной из улиц города.

- Как поживает осел? - поинтересовалась она.

- Осел?! Это самый упрямый осел, которого я видел когда-нибудь. Он брыкается и сбрасывает меня! А ест только отборный корм. Словом, никчемное животное!

- О, пророк и все святые! - вскричала женщина. - Неужели вы пробовали на нем ездить?!

(Истинное благочестие - ничего не просить у Бога, а то будет только хуже)


Жил-был один суфийский мудрец, которого люди считали глуховатым.

Однажды он беседовал со своими учениками. В это время в паутину попала муха и отчаянно зажужжала, пытаясь освободиться. Суфий сразу обратил внимание учеников на это маленькое происшествие, желая показать, насколько опасно запутаться в своих представлениях о том, как и что должно быть. Тут ученики сообразили, что их наставник вовсе не глухой - ведь он услышал жужжанье мухи, на которое никто из них не обратил внимания.

- Зачем вы притворялись глухим, учитель? - спросили они.

- Будучи глухим, мне нет нужды выслушивать ваши славословия и лесть, - ответил суфий. - Кто станет тратить красноречие на глухого? Зато я прекрасно знаю, как вы на самом деле ко мне относитесь. Ведь вы не стеснялись говорить все, что думаете.

(Отношение Бога к молитвам - чисто прагматическое, способ познания мира)


Один человек жаловался Насреддину, что он получает мало подарков, а все подаренное ему прежде не было ни ценным, ни интересным.

- Когда ты с благодарностью принимаешь самый скромный подарок, он становится великим даром, - ответил Насреддин на его жалобы. - Если же благодарности нет, то даже волшебный дар обратится в никчемную мелочь.

(Бог не удовлетворен молитвами верующих. Почти евангельская притча)


После длительного путешествия Насреддин очутился посреди ошеломляющей толчеи Багдада. Это был самый большой город, который он когда-либо видел, и народ, толпившийся на улицах, приводил его в замешательство. "Интересно, как в подобном месте люди ухитряются не потеряться и узнают, кто они такие?" - задумчиво размышлял он. Он бросился в караван-сарай. На соседней кровати сидел какой-то бездельник. Насреддин подумал, что ему следует отдохнуть, но тут перед ним встала проблема: как он снова найдет себя, когда проснется. Он поделился своей трудностью с соседом.

- Просто, - ответил ему путник. - Вот надутый пузырь. Привяжи его к ноге и спи себе. Когда проснешься, поищи человека с шаром, это и будешь ты.

- Превосходная идея, - сказа Насреддин.

Через пару часов Мулла проснулся. Он поискал шар и увидел, что он привязан к ноге того бездельника. "Да, это я" - подумал он. Затем, в неописуемом ужасе он принялся тузить того человека.

- Проснись! Что-то случилось! Я так и знал, что твоя идея не годится!

Человек проснулся и спросил, о чем он беспокоится. Насреддин указал на шар.

- Судя по шару, я могу сказать, что ты - я. Но если ты - это я, то кто же тогда, ради всего святого, я?

(Бог теряется и вновь пытается найти себя в тварном мире через Христа)


- Не бывает вопросов, на которые невозможно ответить, - заявил ученый, войдя в чайхану, где в то время сидел Насреддин с друзьями.

- И все же недавно сосед спросил меня кое о чем, а я не нашелся с ответом, - заметил Молла.

- Эх, и почему только меня там не было! Скажи мне, что за вопрос, и я отвечу на него!

- Замечательно! Он спросил: "Почему по ночам ты через окно прокрадываешься в мой дом?"

(Вездесущая природа Бога)


- Я беден и слаб, - сказал как-то учитель своим ученикам, - но вы молоды. Я учу вас, и ваш долг - найти деньги, на которые мог бы жить ваш старый учитель.

- Что делать нам? - спросили ученики. - Ведь жители этого города очень скупы, и напрасно будет просить у них помощи!

- Дети мои, - сказал учитель, - есть способ добыть деньги без лишних просьб, просто взяв их. Не будет для нас грехом украсть, ибо мы заслуживаем денег больше других. Но, увы, я слишком стар и слаб, чтобы стать вором!

- Мы молоды, - ответили ученики, - мы справимся! Нет ничего, что бы мы не совершили ради тебя, учитель! Скажи же, как нам поступать, а мы будем повиноваться тебе.

- Вы сильны, - ответил учитель, - для вас ничего не стоит отнять кошель у богатея. Поступите так: выберите укромное место, где вас никто не увидит, потом схватите прохожего и отберите деньги, но не причиняйте ему вреда.

- Отправимся прямо сейчас! - загалдели ученики.

Только один из них, опустив глаза, хранил молчание.

Учитель взглянул на юношу и сказал:

- Другие мои ученики исполнены отваги и горят желанием помочь, а тебе нипочем страдания учителя.

- Прости, учитель! - ответил юноша. - Но твое предложение невыполнимо! Вот причина моего молчания.

- Почему невыполнимо?

- Да ведь нет такого места, где никто не увидит, - ответил ученик. - Даже когда я совсем один, я сам вижу. Да я лучше с нищенской сумой пойду подаяние просить, чем позволю самому себе увидеть себя крадущим.

От этих слов лицо учителя просияло, и он обнял своего ученика.

- Счастлив я, - сказал старик, - если среди моих учеников хотя бы один понял слова мои!

Остальные ученики увидели, что мастер испытывал их, и от стыда склонили свои головы. С того дня, когда бы ни пришла им на ум недостойная мысль, они вспоминали слова своего товарища: "Я сам вижу".

Так все они достигли величия и жили счастливо.

(Бог вездесущ и всеведущ во всех своих воплощениях)


Жил да был один подвижник. Были у него и ученики, и последователи, и почитатели. Тем не менее, он часто посещал одного суфийского учителя и слушал его беседы. Однажды пришел этот аскет к суфию и сказал:

- Учитель, вот уже тридцать лет, как я постоянно соблюдаю пост. По ночам я читаю молитвы, так что почти не сплю. Хотя я не нашел и следа того сокровенного, о чем ты так прекрасно учишь, но все равно, я уверовал в твое учение и возлюбил его.

- Даже если ты будешь молиться и поститься триста лет, день и ночь, то и тогда не обретешь ни крупицы мудрости, ибо ты сам стоишь на пути своем.

- Есть ли средство помочь этому? Какое-нибудь лекарство?

- Да, - ответил суфий, - но ты никогда не согласишься им воспользоваться.

- Я сделаю все, что ты скажешь!

- Хорошо. Ты возьми суму и наполни ее орехами. Сними с себя всю одежду и обернись в овчину. В таком виде пойти на базар, созови всех детей и пообещай им, что дашь орех каждому, кто даст тебе пинка. Потом обойди весь город и делай то же самое. Особенно там, где тебя знают. Так ты исцелишься.

- Но это невозможно! Я не могу этого сделать! Дай мне иной совет!

- Я же говорил, что ты откажешься, - тихо промолвил учитель.

(Чтобы решить свою проблему, Богу необходимо воплощение - как в Новом завете, в христианстве)


Мирянин жаловался суфию на засилье нечестивых людей.

- Всю жизнь я страдаю от людской злобы и нечестия, - сетовал он. - Тот-то упрекнул меня и несправедливо осудил, тот-то подвел меня в деле, тот-то обманул меня, тот-то не поделился со мной прибылью...

Жалобы лились нескончаемым потоком. Суфий молчал, не прерывая его. Наконец тот замолк, спросив напоследок: "Что же мне делать?"

- Не уподобляться глупцам, замечающим только ошибки, промахи и зло в людях, с которыми они живут и общаются, - ответил суфий. - Эти неразумные не обращают внимания на достоинства людей. Они похожи на мух, липнущих к язвам тела.

(Проблемы воплощенного Бога. Страсти Христа)


Давным-давно жил великий шах. Он приказал построить прекрасный дворец. Там было много чудесного. Среди прочих диковин во дворце была зала, где все стены, потолок, двери и даже пол были зеркальными. Зеркала были необыкновенно ясные, и посетитель не сразу понимал, что перед ним зеркало, - настолько точно они отражали предметы. Кроме того, стены этой залы были устроены так, чтобы создавать эхо. Спросишь: "Кто ты?" - и услышишь в ответ с разных сторон: "Кто ты? Кто ты? Кто ты?".

Однажды в залу забежала собака и в изумлении застыла посредине - целая свора собак окружила ее со всех сторон, сверху и снизу. Собака на всякий случай оскалила зубы; и все отражения ответили ей тем же самым. Перепугавшись не на шутку, собака отчаянно залаяла. Эхо повторило ее лай.

Собака лаяла все громче. Эхо не отставало. Собака металась туда и сюда, кусая воздух, ее отражения тоже носились вокруг, щелкая зубами. Наутро слуги нашли несчастную собаку бездыханной в окружении миллионов отражений издохших собак.

В зале не было никого, кто мог бы причинить ей хоть какой-то вред. Собака погибла, сражаясь со своими собственными отражениями.

(История Апокалипсиса - Бог разрушает мир)


Однажды два соседа поссорились и пришли к Молле Насреддину с просьбой рассудить их. Один из них утверждал, что другой укусил его за ухо, и в качестве доказательства показывал кровоточащее ухо. Другой же во весь голос кричал:

- Я не кусал, не кусал его! Этот сын шайтана сам себя укусил.

- Так, перестаньте кричать, - приказал Молла, - и тихо посидите здесь. Я сейчас приду.

Ведущие тяжбу и зеваки уселись ждать Моллу. Он же удалился в свою комнату и стал пытаться укусить свое ухо. Молла так старался, что упал и ударился лбом о пол, набив себе большую шишку.

Вернувшись с перевязанной головой и кривясь от боли, Насреддин сказал:

- Проверьте, есть ли у укушенного шишка на лбу? Нет? Тогда это ты его укусил!

- Так что плати ему отступного - три таньга.

(То же, догматические проблемы теологии Единого, переход от двойственности к Троице)


Пока слово не сказано, оно как бы находится в заточении, из которого стремится вырваться на волю. Но стоит только слову вырваться на свободу, как тот, кто ранее был хозяином слова, становится его пленником.

(Слово было Богом, Слово стало плотью - Евангелие Иоанна)


Нищий в лохмотьях явился во дворец, желая попасть на пир. Его пустили туда лишь из жалости, ведь одет-то он был в рванину. И усадили его в самом конце стола, так что блюда доходили до него уже пустыми.

Тогда он покинул пир и вернулся спустя некоторое время, разодетый в роскошные одежды и увешанный драгоценностями, которые он занял у своего богатого приятеля. На этот раз его сразу провели на почетное место во главе стола и услужливо усадили. Теперь ему подавали еду прежде всех остальных гостей.

- О, что за вкуснейшие яства на этих блюдах! - восклицал бедняк. При этом одну ложку еды он отправлял в рот, а другую вываливал прямо на свои роскошные одежды.

Сидевший рядом с ним богач, глядя на испачканный халат, с брезгливой гримасой спросил:

- Почтенный, зачем вы портите свое прекрасное платье?

- Извините, - со смехом отвечал бедняк, - если платье мое теперь выглядит неопрятно. Но ведь только благодаря этим одеждам меня здесь кормят. Было бы несправедливо не дать им покушать в первую очередь.

(Одежда - символ спасительного учения, его необходимо совершенствовать)


В одном собрании заспорили, что на свете для человека хуже всего. Кто говорил - болезни, кто говорил - смерть, кто говорил - бедность... Много всякого было сказано. Спросили и Насреддина:

- А ты, Молла, что думаешь?

- Плохо, когда не сбывается то, чего хочешь, - ответил Насреддин. - Но куда хуже, когда сбывается то, чего не хочешь, - подумав, добавил он.

(Первая проповедь Будды - запуск Колеса учения. Рождение есть страдание, старость- страдание, болезнь - страдание, смерть - страдание, связь с тем, что неприятно, - страдание, утрата того, что приятно, - опять страдание, не иметь того, что хочется, - тоже страдание.)


Правитель города приказал схватить одного суфия и бросить в тюрьму. Ученики пришли навестить своего учителя в заточении. Они были поражены, увидев, что их учитель ничуть не переменился и радостно приветствует их, словно они в гостях у него дома.

- Учитель, что служит вам утешением здесь, в доме печали? - воскликнули ученики.

- Четыре изречения, - ответил суфий. - Вот первое: "Зла никому не избежать, ибо все предопределено судьбой". Вот второе: "Что остается делать человеку в несчастье, как не терпеливо переносить свое страдание? Ведь во всей вселенной не только ты испытываешь нечто подобное". Вот третье: "Будь благодарен судьбе за то, что не случилось худшего, - оно всегда возможно". И, наконец, я говорю себе: "Избавление может быть близко, хотя ты и не знаешь об этом".

(Четыре благородные истины Будды)


Один молодой и милостивый правитель пригласил Моллу Насреддина стать его советником. Юноша слушался советов Моллы, учился у него, - и подвластные ему земли достигли процветания. А Молла впервые в жизни стал получать большое жалование.

Однажды жена Моллы спросила о чем-то, а Насреддин ответил: "Не знаю".

- Тоже мне, советник! - вспылила жена. - Правитель столько платит тебе за твои советы, а на мои вопросы только и ответ, что "не знаю"!

- Дорогая, правитель платит мне за то, что я действительно знаю. Если бы я получал плату за то, чего я не знаю, то всех богатств мира не хватило бы оплатить мое незнание, - так многого я не знаю в этой вселенной.

(Будда проповедует только истины, нужные для спасения)


Слепой старец сидел в тени храма. "Это великий мудрец", - говорили о нем люди. Один любопытный приблизился к нему и спросил:

- О, почтеннейший, прости за мой вопрос, но как ты ослеп?

- Я слеп от рождения, - ответил дервиш.

- Каким путем мудрости ты следуешь? - продолжал расспрашивать прохожий.

- Я астроном, - ответил мудрец. - Я наблюдаю за солнцем и звездами. Немой вопрос застыл в глазах человека.

- Они здесь, - добавил старец, приложив руку к своей груди.

(Бог-Творец. Земля была безвидна и пуста)


Однажды Молла Насреддин оказался в гостях в дальнем краю. Хозяева дома поставили на стол два блюда - одно с медом, а другое с кунжутом.

Как едят такое кушанье, к которому ни ложки, ни хлеба не подали, Насреддин не знал. Однако выказывать вопросами свое невежество он посчитал неудобным.

Тут в комнату вбежал хозяйский ребенок.

- Эй, малыш, иди, угостись! - позвал Насреддин.

Ребенок тут же подбежал к столу и обмакнул палец в мед, а затем вывалял его в кунжуте и отправил в рот. Ему сразу же захотелось еще.

- Довольно, малыш! Ступай, бабушка зовет, - сказал Насреддин, окуная в мед свой палец.

(Цель, с которой Бог создал Адама)


Когда Молла Насреддин был судьей, к нему пришла женщина и привела с собой ребенка.

- Молла, - сказала она, - я очень беспокоюсь о моем сыне. Он ест так много сахара, что я боюсь за его здоровье! Пожалуйста, запрети ему это, прошу тебя. Меня он совсем не слушает.

- А сколько сахара он ест?

- Столько-то кусков в день.

- Хорошо, приходи через две недели.

Через две недели Молла послал сказать женщине, чтобы она подождала еще пару недель. Наконец он позвал ее прийти к нему вместе с сыном.

- Слушай, мальчик, отныне я запрещаю тебе есть больше, чем столько-то кусков сахара в день! - торжественно сказал Молла.

- Молла, почему ты так долго медлил, чтобы отдать такой простой приказ? - полюбопытствовала мать.

- Видишь ли, сначала я приучил себя есть столько же кусков сахара в день, сколько съедал твой сын. Потом мне нужно было время, чтобы самому сократить потребление сахара. И то, и другое было нелегко. Но я не мог приказать ему сделать это, не проверив, возможно ли это вообще!

(Бог воплощается, чтобы иметь право воспитывать Адама)


- Молла, ты разве даешь уроки чужеземного языка?

- Да, конечно! Ведь я изобрел особую систему, которую испытал на своем ученике, и могу тебе сказать - учил я превосходно.

- И что же, твой ученик в совершенстве овладел языком?

- Нет, не знает ни слова.

- Постой, как же так? Ведь ты же сказал, что учил его превосходно!

- Учил-то я его действительно превосходно, но он просто ничему не научился.

(Бог отрабатывает механизмы творения, которое должно периодически повторяться)


- Молла, - обратился правитель к Насреддину, приглашенному на прием, - как ты посмел заснуть, когда я начал рассказывать такую чудесную историю?

- Я не спал, о, повелитель, я слышал каждое слово!

- Врешь, негодяй! Ведь я приказал своим людям тихонько отнести тебя в соседний зал, а затем вновь занести на место, когда закончится история.

- Если я спал, как же я мог слышать все, что вы рассказали?

И тут Молла начал подробно пересказывать историю, рассказанную правителем.

Тот был настолько удивлен, что пожаловал Насреддину халат со своих плеч.

- Молла, как тебе это удалось? - спросил его приятель.

- Ну, честно говоря, по лицу и голосу правителя я сразу понял, что он собирается рассказывать эту старую, скучную, длинную повесть. Тут я и решил полчасика вздремнуть.

(Библейская сакральная история как сценарий действует во всех мировых периодах)


У одного человека была очень некрасивая дочь. Он нашел молодого слепца и выдал дочь замуж за этого юношу. Как-то приятель сказал ему:

- Слушай, я знаю врача, творящего настоящие чудеса. Своди к нему своего зятя. Я думаю, что он прозреет.

- Вот еще! - воскликнул человек. - Прозреет и разведется с моей дочерью! Зачем же ему прозревать?

(Бог не хочет просветления Адама. После знакомства с учением Будды тот разведется с Евой-Марией-Шехиной, уйдет из земного мира-сансары)


Как-то раз один человек в пышном наряде громко шумел на улицах города. Кто-то спросил его, почему он это делает.

- А почему бы нет? - спросил тот. - У меня медовый месяц!

- А где же ваша невеста?

- О, она уже однажды здесь была, поэтому осталась дома!

(Зеркальное отражение предыдущей истории. Софии-Шехине хватит гулять)


Один скряга в своих странствиях повстречал суфия, и пошли они вместе. Чтобы скоротать путь-дорогу, скряга разговорился. Он рассказывал суфию, как он зарабатывает деньги торговлей, как бережет каждую мелкую монету, какие несметные богатства он скопил за прожитую жизнь и как терпеть не может родичей, завидующих его достатку.

- Только подумай - ведь они все лентяи! - взволнованно говорил скряга. - Нищие голодранцы! А меня за бережливость прозвали скопидомом!

- Они не правы, - серьезно ответил суфий, - более щедрого человека я не встречал в своей жизни!

- Правда? - удивленно и недоверчиво спросил скряга.

- Правда. Ведь ты только мнишь себя бережливым. На самом деле, щедрость твоя безгранична. Ибо близится день, когда ты раздашь все свое богатство наследникам - и тем, которых любишь, и даже тем, которых терпеть не можешь.

(С провозглашением Евангелия близится переход в новый мир, где Закон отменяется, Бог посылает благо праведным и неправедным)


Однажды в селении, где жил Насреддин, справляли свадьбу. Жених был тщеславен и не позвал Моллу на пир, опасаясь в душе, что тот посрамит его перед гостями.

В разгар пира в ворота постучали. Слуги пошли открывать и увидели за воротами Моллу Насреддина со свитком пергамента в руках.

Громко восклицая: "Важное письмо жениху! Письмо от султана Бухары!" - Насреддин прошел к почетному месту, вручил пергамент оторопевшему жениху и сразу принялся за еду.

Жених развернул пергамент, но не нашел в нем ни строчки.

- Что ты принес мне, обманщик! Тут только чистый лист! - с досадой вскричал жених.

- Видишь ли, - ответил Молла, - султан так торопил меня отнести тебе это послание, что я даже не стал дожидаться, пока его напишут, а сразу взял и побежал!

(Гефсиманская свадьба Христа. Основной пафос Нового Завета - спешка. Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся. Крещением должен Я креститься; и как Я томлюсь, пока сие совершится!)


У заклинателя индийских змей пропала кобра. Как выяснилось, ее украл базарный вор. Змея оказалась ядовитой, и вор был убит своей добычей. Заклинатель опознал беднягу. Он вознес руки к небу и сказал:

- О, Аллах! Как я был глуп, умоляя Тебя вернуть мне пропавшую кобру. Этот несчастный не знал, что же он украл. Я непременно умер бы от ее укуса, если бы Ты не позволил украсть ее. Ты воистину мудр, что не внемлешь мольбам неразумных!

(Адам-Христос похитил Еву-Шехину-Премудрость у Бога и стал смертным)


Жил один почтенный и уважаемый человек. Он был не стар, но все говорили вокруг, что более благоразумного и честного человека не найти во всей округе.

Приятель этого человека, уезжая, попросил его позаботиться о девушке, на которой собирался жениться. Тот согласился. Но вышло так, что красота девушки впервые возбудила в нем сильную страсть. Он не мог ни говорить, ни думать о чем бы то ни было ином. Спокойствие покинуло его, и он метался, как безумный.

Кто-то посоветовал ему:

- Обратись к пожилому суфию, живущему в соседнем городе.

Человек немедленно отправился в путь. Приехав в город, он стал расспрашивать жителей, где найти старого суфия. Но все советовали ему оставить эту затею:

- Зачем спрашивать совета у того, кто нарушает все заповеди, пьет вино, запрещенное Кораном, и исповедует ересь?

Все же человек решил пренебречь мнением толпы и разыскал дом суфия. Он очень волновался - а вдруг все, что ему говорили, окажется правдой? Войдя в дом суфия, он увидел в зале старика, восседавшего на подушках. Миловидный юноша подавал ему чашу для вина.

- Так, значит, все это правда! - вскричал человек. - И ты еще называешься суфием?!

- В этой чаше - вода, а юноша - мой сын. Все остальные, кроме нескольких друзей, покинули меня.

- Зачем же ты ведешь себя так, учитель?

- Чтобы люди не обременяли меня девицами на выданье.

(На небесах - царство Отца и Сына. Женщина-Премудрость им больше не нужна - даже в таинстве причастия)


3. В дом ювелира постучался сосед.

- Вали! Одолжи мне свои весы до утра, - попросил его старик.

- Здравствуй, почтеннейший! Что ответить тебе? Нет у меня сита.

- Не сито я прошу, уважаемый Вали. Дай мне весы, - вежливо повторил сосед.

- Да и метелки нет у меня, - ответил ювелир.

- Ты смеешься надо мной, что ли? - рассердился старик. - Мне не нужны ни метелка, ни сито. Я прошу у тебя только весы!

- Успокойся, сосед. Я же знаю - ты стар и не сумеешь взвесить свой золотой песок, не рассыпав его. Значит, придешь этим вечером еще раз за метелкой. А потом и сито тебе понадобится - ты же золото вместе с землею подметешь. Коли я вижу начало дела, то предполагаю и конец его. Отец, ступай к соседу Али. Он богат. Там найдешь ты и весы, и метелку, и сито.

(Сотворение мира - строительство Храма Соломона в трех мировых периодах, трех религиях Авраама, вплоть до конца, Апокалипсиса - сортировки святых и грешников)


Один учитель сетовал знакомому:

- Перевелись настоящие ученики! Мой первый ученик был слаб здоровьем, и упражнения свели его в могилу. Второй сошел с ума - довел себя своими медитациями. Третий совсем отупел от постоянного чтения священных книг. Только четвертый ученик до сих пор остается нормальным, совершенно нормальным.

- Как ты думаешь, почему?

- Ну, - вздохнул учитель, - возможно, потому что отказывается выполнять те упражнения, которые я ему даю.

(После трех авраамических религий - переход к атеизму)


Насреддин нашел на улице драгоценное кольцо. Ему захотелось оставить его себе. Но, согласно закону, тот, кто находит какой-нибудь предмет, должен пойти на базар и три раза прокричать об этом громким голосом. В три часа утра Мулла пришел на площадь и трижды крикнул:

- Я нашел такое-то кольцо.

После третьего раза на улице стали появляться люди.

- Что все это значит, Мулла? - спрашивали они.

- Законом установлено троекратное повторение, - ответил Насреддин, - и, насколько я знаю, я могу нарушить его, если повторю в четвертый раз. Но я скажу вам нечто другое: все равно я владелец бриллиантового кольца.

(То же, Бог наконец в своем праве)


В чайхану вбежал взволнованный крестьянин.

- Опасность! Нужно что-то делать! - кричал он. - Там обезьяна! В ее лапах нож!

- Успокойся и не кричи, - послышался голос суфия. Мудрец сидел в углу чайханы, погруженный в раздумье. - Нож в лапах обезьяны совсем не то, что нож в руке человека. Бояться тут нечего.

Вскоре крестьянин увидел обезьяну снова. Она давно уже выбросила нож и забавлялась теперь другой находкой.

(Дьявол-Мара - обезьяна Бога)


Прохожий забрался в чужой сад, нарвал плодов и уселся под деревом, чтобы полакомиться. Пришел хозяин сада и стал упрекать того человека:

- Как тебе не стыдно? Я смотрю, ты и Бога не боишься!

- С какой стати мне его бояться? Сад - Божий, я - Божий слуга и ем плоды с Божьего дерева.

- Что же, - сказал хозяин сада, - я вижу, ты совершенно прав. Тогда и я поступлю с тобой так же.

Он схватил вора, привязал к дереву, принес розгу и стал его пороть.

- Ой! Ай! Что вы делаете? Побойтесь Бога! - закричал несчастный.

- Чего же мне бояться? - возразил хозяин сада. - Ты - Божий слуга. Это - Божья розга, та самая, которой учат уму-разуму Божьего слугу.

(История просветления Будды, выступающего в роли Змея-Искусителя-Спасителя. За грехопадением в Эдеме у древа познания следует наказание - распятие.


Сидя вначале на Месте Пути,

Смотря на Дерево,

Ходя вокруг него,

В течение трижды по семь дней [я] думал:

"Мудрость, которую я обрел,

Чудесная, наивысшая.

А "корни" живых существ тупые.

Как же можно привести к спасению таких существ?")


Одним летним вечером Насреддин прогуливался мимо огороженного сада и решил заглянуть через забор и посмотреть, какие там скрываются прелести. Он влез на забор и увидел прекрасную девушку в объятиях отвратительного чудовища, какого-то бесформенного призрака, как ему показалось. Не медля ни минуты, рыцарственный Насреддин спрыгнул в сад, осыпал чудовище ударами и проклятиями, обратил его в бегство. Когда он вернулся назад к даме, чтобы услышать от нее благодарность, то она дала ему в глаз. Двое слуг схватили Муллу, перебросили его обратно на улицу и избили. Лежа там в полубессознательном состоянии, он слышал, как она истерически рыдала, призывая своего любовника, которого напугал Насреддин.

- Надо учитывать вкусы, - сказал Насреддин. После этого он стал нарочно хромать и носить на глазу повязку, но ни одна девушка не позвала его в свой сад во время его прогулок.

(То же. Адам и Ева (тем более Бог) вовсе не хотят слушать спасительную проповедь Будды в Эдеме)


Однажды Молла Насреддин услышал, как кто-то в чайхане рассказывал о способе проверить, не отравлена ли еда:

- Надо дать немного попробовать коту. Если годится, он ее съест. А если нет, то и не притронется.

Через некоторое время Насреддин нашел корзину винограда.

- Чья бы это могла быть корзина? А вдруг - подбросили и хотят извести меня? - Проверю-ка я этот виноград котом.

Молла принес кота и поставил его напротив корзины. За опытом с любопытством наблюдал приятель Моллы.

Кот понюхал виноград и отправился по своим делам, не съев ни ягодки.

- Хороший виноград, можно есть! - сказал Насреддин.

- Постой, Молла, но ведь кот и не притронулся к винограду!

- Именно поэтому и можно есть. Ну, сам подумай, какой нормальный кот будет есть виноград?

(Вкушение плода древа познания в Эдеме. Спасительное учение предназначено только для людей)


Страдавший от мучительной болезни человек пришел к знаменитому врачу, которому достаточно было лишь посмотреть на больного, чуть прищурив глаза, чтобы увидеть, как на картине, способ лечения.

Врач посмотрел на этого больного и увидел нечто, о чем не смог сказать человеку, - так невероятно и странно было увиденное.

- Я не смогу вас вылечить, - сказал он.

Человек же подумал: "Значит, я неизлечим, раз даже этот врач ничего не может". Он вышел в Сад, прилег поддеревом и попросил принести ему пиалу кислого молока. Сделав глоток молока, измученный болями, человек задремал. В это время мимо проползала ядовитая змея. Она подползла к пиале с молоком и отпила немного. Тут оказалось, что молоко не пошло змее на пользу. Она срыгнула выпитое и исчезла в траве. Человек же проснулся и снова отхлебнул молока. Тут же его бросило в пот, он упал и потерял сознание, а когда очнулся, то почувствовал себя здоровым. Схватив остатки молока в пиале, он прибежал к врачу и сказал:

- Чего стоит все ваше умение? Я просто попил кислого молока - и все!

- Просто кислого молока? Как бы не так. Дайте-ка сюда пиалу. Вы знаете, что это? Змеиная отрыжка! Я сразу понял, что вас спасло бы. Весь вопрос был в том, как заставить змею рыгнуть!

(То же, искушение в саду Эдема у дерева Змеем-Христом)


Ученик стал просить своего учителя объяснить ему, как связаны вещи этого мира с вещами, пребывающими в высших мирах, например в Раю.

- Об этом можно рассказать лишь с помощью аллегорий, - ответил учитель.

- Неужели вы не можете дать мне убедиться на чем-то простом, что все это правда? Покажите мне что-нибудь простое.

- Что?

- Да хоть райское яблоко. Учитель взял яблоко и подал его ученику.

- Но оно же гнилое! Яблоко из рая должно быть совершенным!

- Да, райское яблоко другое. Но мы-то с тобой пока находимся там, где все приходит к концу, и яблоки тоже гниют. А если учесть твое нынешнее состояние, в особенности способность судить о райских яблоках, то вряд ли ты смог бы увидеть небесное яблоко как-то иначе.

(Оправдание грехопадения Адама в изменяемом мире)


Один человек всю жизнь искал источник жизни. Он мечтал, что найдет его и поделится своей находкой со всеми людьми. Наконец, он отыскал источник жизни, жадно припал к нему и пил, пил, пил...

Сначала он помолодел, но не остановился, а продолжал пить. Он становился все младше и младше, и вот, наконец, рядом с источником лежал маленький ребенок, который все время жалобно просил пить. Проходившая мимо женщина подобрала его из жалости и усыновила. Поэтому до сих пор никто и не знает, где же источник жизни.

(Новый завет - учение вечной жизни. Иисус, утрудившись от пути, сел у колодезя. Было около шестого часа. Приходит женщина из Самарии почерпнуть воды. Иисус говорит ей: дай Мне пить. Женщина Самарянская говорит Ему: как ты, будучи Иудей, просишь пить у меня, Самарянки? Иисус сказал ей в ответ: если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: дай Мне пить, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую.)


Впав в нищету, Насреддин решил одолжить денег у богатого знакомого, которому он когда-то помог. Подходя к дому богача, Молла заметил, как знакомое ему лицо мелькнуло в окне и скрылось. Насреддин постучал. Дверь открыл привратник.

- Хозяина нет дома, - ответил он на просьбу Насреддина принять его.

- Да ну? Тогда передай хозяину, когда он вернется, чтобы больше не оставлял свое лицо на подоконнике без присмотра. А то не ровен час - украдут, и тогда беды не оберешься!

(Образы Бога могут быть превратно использованы религиями - для идолопоклонства)


К суфийскому учителю, достигшему просветления, несмотря на молодость, пришел человек, который хотел постичь истину. Он провел с суфием некоторое время и, наконец, сказал:

- Откровенно говоря, вы для меня бесполезны. Вы не отвечаете на мои вопросы, и вы моложе меня. Я же давно взыскую духовности. Я буду искать иного учителя.

Суфий на это ничего не сказал, и человек ушел.

Через десять лет он вернулся и пал у ног суфия:

- Почтеннейший! Простите меня! Десять лет мне потребовалось, чтобы осознать, как я ошибся. Примите меня в ученики, я готов следовать за вами.

- Извини, но для тебя теперь нет места, - ответил суфий. - Ты мог бы следовать за мной десять лет назад, но не сейчас, когда ты состарился. Принятое тобой за правду тогда стало верным теперь. И я бесполезен для тебя.

(Бог Брахма напрасно ищет Учение у Будды, возвращаясь к наставнику в новом мире - в следующей десятке дерева сефирот. Благородная истина непостоянства)


Один человек проходил мимо кладбища, где был похоронен суфийский учитель. Рядом с могилой, погрузившись в размышление, сидели его ученики. Человек посмотрел на могильный камень. На камне были вырезаны вязью даты рождения и смерти учителя. Строка пониже сообщала: "Тот, кто покоится здесь, прожил полных десять лет".

- Эй, послушайте, - сказал человек ученикам суфия, - там ошибка! Если судить по датам жизни, то ваш учитель прожил семьдесят с лишним лет, а там написано - десять!

- Никакой ошибки нет, - ответил один из учеников. - Все дело в том, что здесь отмечен срок жизни учителя, наполненный счастьем и радостью. И такого времени было полных десять лет.

Человек задумался и вдруг побледнел и сказал:

- Постойте, выходит, обо мне написали бы: "Он родился и почти совсем не жил"?!

(То же. Дней лет наших - семьдесят лет, а при большей крепости - восемьдесят лет; и самая лучшая пора их - труд и болезнь, ибо проходят быстро, и мы летим.)


Насреддин увидел, как двое крестьян закапывают что-то в землю.

- Что это вы делаете? - спросил Молла.

- Да вот, сажаем черенки винограда. Вырастут и принесут плоды.

- Посадите тогда уж и меня заодно.

- Да в своем ли ты уме? Ведь ты - не дерево, не куст.

- Но я тоже хочу расти и приносить плоды! Крестьяне сделали так, как настаивал Молла. Через некоторое время они увидели, что Молла ходит вокруг той ямки, куда его "посадили".

- Ну, вот видишь, Молла, нельзя человека посадить.

- Почему нельзя? По-вашему, если я на минуточку вылез погреться, так я уже расти и плодоносить не могу, что ли?

(Я есмь виноградная лоза; кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода - Христос как образ дерева познания. Он периодически воплощается в мире)


Правитель города, бывший в приятельских отношениях с Насреддином, пожаловался Молле, что его подданные постоянно врут.

- Я так устал от их лжи, Молла! Врун на вруне. Ну, ничего, я заставлю их говорить только правду, - распалился правитель. - Если уговоры не помогают, пусть говорят правду из страха смерти. Кто соврет, тот сразу лишится головы. Да, головы!

- Но ведь у каждого своя правда, - сказал Насреддин, желая смягчить гнев повелителя. - Казни ни к чему хорошему не приведут...

Но правитель был непреклонен, и утром на площади города уже стояла плаха, палач проверял остроту клинка, а в город мог войти только тот, кто правдиво ответил бы на вопрос начальника стражи у городских ворот.

Самым первым, с восходом солнца, к воротам подошел Насреддин.

- Отвечай, куда ты идешь, - сказал начальник стражников, - и не лги, или лишишься своей головы!

- Я иду, чтобы мне отрубили голову, - сказал Насреддин.

- Ты врешь, я не верю тебе!

- Если я солгал, - сказал спокойно Молла, - то пусть меня ведут на плаху.

- Но тогда получится, что ты сказал правду...

- Да, - улыбнулся Насреддин, - вашу правду.

(Вход Господень в Иерусалим. Был ли Иисус предан Отцом на казнь? - Вопрос, который мучит исламских богословов.)


Однажды в своих странствиях Молла Насреддин добрался до Индии. Раджа маленького княжества подружился с Моллой и не желал расставаться с ним. Этот раджа был заядлый охотник. Как-то раз он настоял, чтобы Насреддин поехал вместе с ним охотиться на тигров. Это был приказ, и Молла согласился, хотя и страшно боялся.

Спустя два дня Насреддин вернулся домой, и сосед спросил его:

- Ну, как прошла охота?

- Великолепно! Просто замечательно, - радостно ответил Молла. - Мы не встретили ни одного тигра!

- Почему же ты говоришь "великолепно" и "замечательно"?

- Если бы ты поехал со мной и чувствовал то, что чувствовал я, ты тоже не нашел бы иных слов, - ответил Молла.

(После воскресения Иисус посещает Индию - мир восточных языческих богов)


К одному дервишу пришел человек, почитавший себя храбрым.

- А что, почтенный, - сказал он, - я вот много сражался и обращал в бегство врагов моих. И мышцы мои, как скала. Ты же и ученики твои слабы и боязливы. Нет в вас храбрости, не много ее отпущено вам Богом. А научить ей нельзя.

- Стреляешь ли ты из лука? - спросил дервиш.

- Да, вот, смотри!

Человек натянул лук и выстрелил три раза подряд, так что вторая стрела догнала первую, а третья попала во вторую.

- Ты искусный стрелок, - сказал дервиш. - И все же это - не совершенное искусство, и храбрость твоя - не совершенная храбрость.

- Докажи, иначе поплатишься жизнью за свои слова! - взревел разъяренный "храбрец", хватаясь за рукоять меча.

- Что ж, пойдем со мной, и я покажу тебе разницу. Ты узнаешь, что такое совершенство без искусства.

Дервиш привел человека на край пропасти, дно которой невозможно было разглядеть - столь глубока была пропасть. Дервиш встал на самом краю, так что пятки его повисли в воздухе, и позвал человека:

- Встань рядом со мной.

Но тот лишь взглянул за край, побледнел и упал на землю, покрывшись холодным потом.

- Настоящий человек не меняется от того, глядит ли он на синее небо или смотрит вниз на отвесные склоны обрыва, - услышал храбрец голос дервиша, - встречает ли он демонов или беседует с ангелами. А ты жмуришься от страха, как дитя. Опасность - не в пропасти. Она - в тебе самом.

(Христос говорит с могучим Отцом, создавшим три авраамические религии. Воплощаясь и после воскресения спускаясь в ад, Сын проходит все искушения. Нисшедший, он же есть и восшедший превыше всех небес, дабы наполнить все.)


- Эй, Молла, спустись вниз!

- Что тебе надо, сосед? Говори оттуда, - крикнул Насреддин. - Видишь, я крышу чиню.

- Спустись, я иначе не смогу сказать.

Молла слез вниз, и сосед попросил у него денег в долг.

- Видишь ли, мне неловко было кричать об этом на всю округу.

- Понятно, - сказал Молла.

- Так что с деньгами?

- Пойдем со мной.

Молла и сосед вслед за ним поднялись на крышу дома Насреддина.

- Денег у меня нет, - сказал Молла.

- Зачем же ты тащил меня вверх, на крышу! - рассердился сосед.

- А как бы еще я мог отплатить тебе за то, что ты попусту стащил меня вниз?! - отпарировал Молла.

(За все такие движения надо платить)


Как-то раз Молла Насреддин поздно ночью возвращался домой. Пробираясь по улочкам города в неверном свете Луны, он вдруг услышал стук копыт и увидел в дальнем конце улицы силуэты всадников.

"А вдруг это разбойники?! - подумал Молла. - Спрячусь-ка я от греха подальше".

Насреддин стал перелезать через забор, но не удержался и с громким воплем рухнул с забора вниз.

Всадники же увидели, что на заборе показался человек, громко заорал и исчез. Они подскакали поближе и увидели лежащего под забором и стонущего Насреддина. Теперь Молла признал во всадниках своих знакомых.

- Молла, что случилось! Как ты тут очутился? - наперебой спрашивали его знакомые.

- Ну, знаете ли, это запутанная история, - сказал, поднимаясь, Насреддин. - Дело в том, что я здесь оказался из-за вас, а вы - из-за меня.

(Взаимное недоверие людей и Бога - Он думает, что они подкапываются под Него. В темноте подкапываются под домы, которые днем они заметили для себя; не знают света. Дело кончается Апокалипсисом)


Насреддин поехал в город на базар продавать соль. Молла нагрузил на своего ишака два мешка соли, уселся на него и отправился в путь. Чтобы доехать до города, надо было перебраться через реку. Молла направил своего ишака к мосту. Но хитрый осел рванул к броду так поспешно, что Молла еле усидел на нем. Когда они выбрались на другой берег, часть соли растворилась в воде, Насреддин наполовину промок и весь кипел внутри от ярости, и только ишак выглядел весьма довольным собой.

В следующий раз Молла повез в город шерсть. Осел опять поспешил к броду. Но теперь Насреддин был готов к этому и почти не промок, шерсть же намокла и потяжелела. Осел тяжело пыхтел, везя на себе Моллу и два тюка мокрой шерсти.

- То-то! - внутренне ликовал Насреддин. - Уж это заставит тебя задуматься, будешь ли ты всегда оставаться в выигрыше, переходя реку вброд.

(Кармический груз при переходе в будущий мир. На тему Страшного суда и чистилища.)


Молла Насреддин зашел в небольшую лавочку на базаре. Хозяин кинулся к нему с приветствиями и поклонами:

- Проходите, почтеннейший, проходите! Мы вас ждали, это такая честь! Молла удивленно посмотрел на него.

- Хозяин, ты видел, как я зашел в лавку?

- Да, почтеннейший!

- А раньше ты когда-нибудь встречал меня?

- Нет, сегодня наша первая встреча!

- Так откуда же ты знаешь, что я - это я?

(Богоявление, встреча)


Один философ договорился с Насреддином о диспуте, зашел к нему, но того не оказалось дома. Рассерженный, он нашел на дороге кусок мела и написал на воротах: "Глупец". Придя домой и увидев надпись, Мулла помчался к дому философа.

- Я забыл, что вы должны были зайти, - сказал он. - И я извиняюсь перед вами за то, что меня не было дома. Я, конечно, тотчас же вспомнил о нашей договоренности, как только увидел ваше имя на дверях.

(То же)


- Эй, Молла, твой сосед только что вернулся из долгого путешествия. Он встречался со знаменитым дервишем!

- И что же, удачной ли была эта встреча?

- Да нет, куда там. Он ведь хотел побеседовать, а вместо этого получил всего-навсего просветление!

(То же. В учении Будды не нужно бога-творца)


В темной аллее проворный воришка пытался отнять у Насреддина кошелек. Мулла оказался проворнее, и между ними завязалась ожесточенная борьба. В конце концов Насреддину удалось повалить его.

В это время мимо проходила какая-то милосердная женщина:

- Ну, ты, бык! Дай этому малютке встать и предоставь ему шанс.

- Госпожа, - с трудом проговорил Насреддин, - вы не принимаете во внимание то обстоятельство, которое мне пришлось пережить, пока я не свалил его.

(То ли ангел, то ли Бог борется с Иаковом, стараясь отнять у него всё благо)


Бедар, караульный, поймал Муллу, когда тот открывал снаружи окно своей собственной спальни глубокой ночью.

- Что ты делаешь, Насреддин? Тебя что, не впускают?

- Тише! Они говорят, что я хожу во сне. Я пытаюсь застать себя врасплох и выяснить.

(Мир - сон Бога)


Увидев в полумраке во дворе что-то белое, Насреддин попросил жену принести ему лук и стрелы. Он выстрелил в этот предмет и пошел посмотреть, что это такое, и вернулся обратно почти в бессознательном состоянии.

- Я был на волоске от смерти. Ты только подумай. Если бы я был в этой рубашке, которую ты повесила сушиться, я был бы убит. Стрела прошла прямо через сердце.

(То же. Бог взаимодействует и сражается со своим творением и воплощением - майей, женской природой)


Услышав невероятный грохот, жена Насреддина прибежала к нему в комнату.

- Ничего страшного, - сказал Мулла. - Просто это мой халат упал на пол.

- Как, с таким грохотом?

- Да, как раз в это время я был в нем.

(То же)


Это был день свадьбы Муллы. Устроили свадьбу, а он так и не видел лица жены.

После окончания церемонии она сняла чадру, и он увидел, что она ужасающе безобразна. Не дав ему очухаться после такого удара, она спросила его:

- А теперь, любовь моя, каковы будут твои приказания? Перед кем я должна находиться с закрытым лицом и перед кем мне будет позволено открывать его?

- Показывай свое лицо кому хочешь, - простонал Мулла. - только не показывай его мне.

(Бог сам начинает духовную практику аскезы, отрекаясь от тварного мира)


Однажды несколько повес решили подшутить над дервишем. Они начали уговаривать его отправиться поскорее во дворец к хану. Там, дескать, каждому пришедшему выдают по две золотых монеты.

- Это истинная правда, мы знаем это доподлинно! - кричали наперебой повесы. - Мы своими глазами все видели.

- Ну, коли так, покажите-ка монеты, полученные от хана, - попросил их дервиш.

(Обещание спасения при встрече с Богом, сохранение двойственности)


Однажды старец учил на площади города.

- Почтеннейший, как вы достигли святости? - спросили его в очередной раз.

- Я знаю, что в Коране, - отвечал тот.

- И что же там, в Коране? - раздался голос из толпы.

- В Коране, - отвечал дервиш, - находятся два засушенных цветка и письмо от Али, моего брата.

(Дзенская притча, но цветка два. Аллах как брат)


Коза, стоя на крыше, стала дразнить пробегавшего мимо волка.

- Думаешь, это ты меня оскорбляешь? - спросил волк. - Нет, вовсе не ты, а только место, на котором ты стоишь.

(Мир богов и нижний мир страданий. Что важнее - бог или его состояние?)


- Молла, а Молла, - спросил Насреддина скучающий посетитель в чайхане, - скажи-ка мне, на что вообще похож твой дом?

- Я сейчас вернусь, - сказал Молла и вышел.

- Видели, как я озадачил его своим вопросом?

Молла вернулся в чайхану, держа в руке кирпич.

- Мой дом, - спокойно произнес он, - похож на кучу вот таких штук.

(Аллегория Царствия божьего - Новый Иерусалим, Небесная церковь, куда входят камни-верующие, см. Пастырь Гермы)


У одного купца был не слишком умный сын. Был он старателен, изо всех сил старался овладеть разными науками, но не преуспел в них. Тогда купец решил:

- Пусть учится искусству гадания, раз более ни к чему не способен. Все же ремесло. Если трудно ему станет, то сможет прокормить и себя, и семью.

Он отдал его в ученики к лучшему гадальщику в городе, который гадал с помощью фигур, нарисованных на песке.

- Ну вот, я обучил твоего сына всему, чему мог, - сказал, наконец, гадальщик. - Но я не думаю, что он станет гадальщиком.

- Почему?

- Здесь уже никто не поможет. В его природе отсутствует нечто, чему не научишься. Но ты можешь посмотреть, на что он способен.

Купец спрятал в ладони кольцо из бирюзы и сказал сыну:

- Отгадай, что у меня в руке!

Сын его нарисовал на песке требуемые фигуры, посмотрел на них и произнес:

- О, опора моего сердца, отец мой! Ты держишь в руке нечто круглое, с дыркой посредине, сделанное из камня неким человеком.

Лицо купца расплылось в улыбке, он был доволен:

- Назови же теперь сам предмет, дитя мое!

- Наверное, это... мельничный жернов!

- О, горе мне! - вскричал купец. - Ибо Аллах не дал тебе разума в достатке. Все признаки предмета назвал ты правильно, но не сообразил, что ни один человек не сможет спрятать жернов в своей ладони!

(Алмазная сутра. Христос чертит на песке и видит все соблазны и страдания мира, даже в богатствах царя Соломона. Кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею...)


Ученик, помогавший суфию наставлять вновь пришедших искателей истины, часто повторял слова писания: "Стучите, и откроют вам".

Когда учитель услышал эти слова в очередной раз, он не выдержал:

- И долго ты будешь это повторять? Ведь эту дверь никогда не закрывали!

(Учения Отца и мятущегося Сына)