Ирхин Валентин Юрьевич
Наш Шекспир

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Ирхин Валентин Юрьевич (Valentin.Irkhin@imp.uran.ru)
  • Обновлено: 17/05/2016. 14k. Статистика.
  • Сборник стихов: Поэзия
  • Стихи Автора
  • Иллюстрации/приложения: 1 штук.
  • Скачать FB2
  •  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Тексты Шекспира - вне времени, поскольку, как и Библия, имеют сакральный характер. Здесь делается очередная попытка связать их с новым мировосприятием, в духе века.

  • Макбет
  • Гамлет
  • Отелло
  • Король Лир
  • Клеопатра
  • Юлий Цезарь
  • Ромео и Джульетта
  • Шейлок
  • Ричард III
  • Укрощение строптивой
  • Буря
  • Зимняя сказка
  • Сон в летнюю ночь

     []


    Макбет

    Сраженный Макбет проснулся
    Он в Бирнамском лесу
    Скинут морок заклятий
    Здесь механизмы ясны
    Места нет эгоизму
    Встали чужие жизни
    Хлещут голые ветви
    Вокруг нерожденные дети
    Между мирами нити
    Их меч не может обрезать
    Кровь на руках не стынет
    Смотрят лики святые
    И проступают сквозь зеркало
    Восемь колен королевских
    Не отменить закона
    Держат правду иконы
    Нет облегчения в смерти
    Сказали не всё ведьмы

    Гамлет

    Гамлет вышел из времени,
    Увидел законы и связи,
    Теперь тренируется в терпении,
    Соединяет нирвану с сансарой.
    Мечутся между мирами
    Розенкранц с Гильденстерном
    И героическим Фортинбрасом,
    Будто иголка с ниткой.
    Не поспевает за ними
    Нашедшая святость Офелия,
    Пытается наверстать молитвой.
    Шпагой с ядом крутит Лаэрт,
    Только мешая развитию событий.
    Клавдий борется с собственным гневом,
    Гертруда торгует вином забвения.
    Стражу несет Отец - на периферии
    Процесса вечного воскресения.

    Это только Полонию
    Сидеть безмятежно на облаке.

    Отелло

    Безгрешна Дездемона,
    Узревшая Отелло лик.
    Повинна разве в том, что уронила
    Плат драгоценный,
    Подаренный волшебницей Египта,
    Навлекший гнев и ненависть Отца*
    На девочку звезды несчастной.**
    Того не смог предвидеть
    Славный вычислитель,
    Астролог-созерцатель Кассио,
    Имевший девять жизней,
    Но часть отдавший ради женщин.
    Случилось зло по воле
    Честнейшего всеведущего Яго,
    Кому подвластна сущность Я,***
    Кто чистые страницы Книги
    Обезобразил именем Блудницы.****

    Упавшая на поле тьмы
    Жемчужина, дороже всех сокровищ,
    Отброшена купцом индийским.*****
    Необоримой силою молитвы,
    Обета добродетели и правды,
    Зло обратив в добро,
    Она уходит в вышние миры,
    К отцу в созвездие Дракона,
    Отвергнув трон и тщету власти
    Над всей вселенной.******

    Задут огонь, свершилась жертва,*******
    Платок, как он ни мал,
    Опять закрыл лицо Отелло,
    Пришедшего к Пределу,
    Отверста рана, из пролитой крови
    Сверкают слезы новых жемчугов.

    *Акт 3, сцена 4; Ин 20:7
    **Акт 5, сцена 2, перевод имени Дездемона
    ***Акт 1, сцена 1; в английском театре сложилась актерская традиция, когда исполнители ролей Яго (Iago) и Отелло менялись ролями
    ****Акт 4, сцена 2
    *****Акт 1, сцена 3; Акт 5, сцена 2; Мф.13:45-46
    ******Акт 4, сцена 3
    *******Акт 5, сцена 2

    Король Лир

    Три части в королевстве Лира,
    Три дочери, три веры,
    Как три жены у Авраама,
    Враждуют меж собой.
    Сумей за колесо схватиться,*
    Извечная загадка и задача:
    Которая спасет или погубит?
    Помочь бы вместе
    Страдальцу Королю,
    Пронзенному отравленным копьем.
    Пока живет великий Старец,
    Вся власть ему и слава,**
    Кому еще принадлежит молитва?

    Но сам он отдал власть, чтоб всем владеть,***
    Уехал в ночь, где нет обмана Трех,****
    Которая способна превратить
    Всех в сумасшедших и шутов.****
    Такими нас он соберет вокруг себя
    И пригласит в чудесный новый мир.
    Пусть на земле смещались все арканы -
    Придет добро, хоть вопреки природе.**
    Повешен Шут, ему не привыкать,
    Зато Корделия жива!*****

    *Акт 2, сцена 4 и др.
    **Акт 5, сцена 3
    ***Акт 1, сцена 3
    ****Акт 3, сцена 4
    *****Акт 5, сцена 3: "And my poor fool is hanged" обычно переводят "Повешена бедная глупышка...", однако точнее: "И  мой бедный шут повешен".

    Клеопатра

    Она умирала на моих глазах раз двадцать, и притом с меньшими основаниями. Она умирает с удивительной готовностью, - как видно, в смерти есть для нее что-то похожее на любовные объятия.
    На змею, вишь ты, полагаться трудно, разве что она в руках человека с понятием. Потому как ежели прикинуть, то что в ней хорошего, в змее?
    Честнейшая бабенка, только любит малость приврать для пущей правдивости, как и положено всякой женщине. Так вот она рассказывала, чего ей чувствовалось, померши от змеиного укуса. Уж так она эту змею расписывала!
    (Шекспир. Антоний и Клеопатра)

    По листьям миров подвластных
    Царицей скользит Клеопатра
    Змея всем змеям
    Всегда готова умереть
    И вновь себя явить
    В корзине винных ягод
    Войти незваной гостьей
    Чтоб нам свои поведать чувства
    За гранью смерти и любви

    И Цезарю, и людям, и богам
    Грозится из египетской гробницы
    Разрушить механизмы Колеса
    Когда же разорвется круг
    И перережет змейка
    Своими острыми зубами
    Узлы судьбы
    И собственного тела
    Которыми связала
    Антония и Цезаря

    Юлий Цезарь

    Не будем мы, Кай Кассий, мясниками,
    Мы Цезаря лишь в жертву принесем:
    Против его мы духа восстаем,
    А дух людей ведь не имеет крови.
    О, если бы его, не убивая,
    Могли его мы духом овладеть!
    (Акт II, и далее оттуда)

    Возможно, великого Цезаря
    Колоссом вознесшегося
    Трижды корону отвергшего
    Вовсе не существует
    Есть лишь бесплотный дух
    Но зреет в груди подозрение
    И вот на священную жертву
    Идет благородный Брут
    Убить змея в зародыше
    Весь Рим напитать кровью
    Умоют герои в ней руки
    Разившие сквозь пустоту
    Только друг друга*

    Пробиты тридцать три раны
    Тысячелетнее царство настало
    Для воина Кассия
    Презревшего звезд власть
    Реален лишь апокалипсис
    Играют в подвиг актеры
    Восстали из гроба мертвые
    Война идет в небесах
    Глотает Порция пламя дракона
    Стрелки часов замедлились
    Светильники гаснут
    И дважды Бруту несчастному
    Является призрак Цезаря

    *Плутарх

    Ромео и Джульетта

    Среди единственной вражды
    Любовь единая возникла.
    В творении играют два святых,
    Пусть срок недолгий им судьба сулила.
    Находит небо средство и в любви
    Все радости безумных умертвить.

    Пройдя через стену рая,
    Ромео находит свой центр
    И сохраняет сознание,
    Но вдруг Сад превращается
    В голодное кладбище,
    Где обитает ветала.
    Волшебный мертвец
    Бродит как тигр свирепый,
    Рвет труп на четырнадцать членов
    И снова висит на дереве
    Проклятой раной созвездий.

    Подобно тибетской йогини,
    Все ритуалы мистерий
    Упорно свершает Джульетта,
    Недвижна в гробу
    Сорок два месяца,
    Пока не вернется жених.
    Среди черепов в склепе
    Играет костями предков,
    Не зная другого средства,
    Как победить мир.

    Не избежать искушений -
    Прыгни с высокой башни,
    Землю залей слезным фонтаном
    И в человеческой лодке
    Плыви в океане страданий.
    На всё готова Джульетта,
    Не исключая смерти
    В бардо миров несметных
    Без утешающих снов,
    Но только в обмен
    На жизнь и любовь.

    Усталое тело Ромео
    Она погружает во тьму,
    Дробит как звездный песок.
    Смело приносит в жертву
    И оживляет любимого,
    Будто Исида Осириса.
    Без поцелуя последнего
    Для короля-мессии
    Нет светлого воскресения.

    В этой печальной драме
    Есть и главный - Лоренцо,
    Кто меньше всех желал преступлений,
    Но против него все подозрения.
    Еще мы не знаем,
    Как ему предстоит оправдаться.

    Шейлок

    как Авраам на горе священной
    заносит свой нож Шейлок
    до самой развязки дела
    сохраняется видимость злодейства

    две-три прекрасные женщины
    на суде отправлены в небо
    чтобы добыть прощение
    у жестокого Шейлока

    не укусить дважды змее
    не получить денег втройне,
    пусть кольцо Соломона меняют
    на заморскую обезьяну

    ни по какому обету
    не приноси блудной платы
    или цены собаки
    в дом Господа твоего*

    рвущим тело ударом в бок
    объявлена рыбная ловля
    Шейлок сам идет на Голгофу
    под охраной двоих разбойников

    *Втор. 23:18

    Ричард III

    Ведь свое я - господин себе. Кто же еще может быть господином? Полный смирением своего я человек находит господина, которого трудно найти.
    Самим сделано зло, саморожденное, самовозникшее. Оно побеждает глупца, как алмаз - драгоценный камень.
    В этом мире страдает он и в ином - страдает, в обоих мирах злочинец страдает. "Зло сделано мной", - страдает он.
    (Дхаммапада)

    Видите ныне, что это Я, Я - и нет Бога, кроме Меня: Я умерщвляю и оживляю, Я поражаю и Я исцеляю, и никто не избавит от руки Моей. (Втор. 32:39)
    Я образую свет и творю тьму, делаю мир и произвожу зло; Я, Господь, делаю все это. (Ис. 45:7)

    Я - Время, что несет отчаяние в мир, что истребляет всех людей, являя свой закон на их земле. Никто из воинов, которые, готовясь к битве, строились в ряды, не ускользнет от смерти. Ты один не перестанешь жить. И потому восстань! И достигай ты славы для себя, одолевай врагов и наслаждайся мощью царства своего! Моею волею они уже поражены... Бейся ж без страха, Арджуна, рази! И победа на поле сражения будет твоя. (Бхагавадгита)

          Мерцанье звезд... Стоит глухая ночь.
          Холодный пот. И дрожь. Ужель боюсь я?
          Кого, себя? Здесь больше никого.
          Я это - я. И сам себе я друг.
          Здесь есть убийца? Нет... Есть: это я.
          Тогда бежать!.. От самого себя?
          Я отплачу!.. Как, самому себе?
          Увы, себя люблю я. Но за что?
          За то добро, что сам себе я сделал?
          О нет, скорее на себя я зол
          За мной самим содеянное зло!
           (Акт V, сцена 3)

    Возвысив душу свою в медитации,
    четок из рук не выпуская,
    упорством стяжав святость,
    в теле столкнув небо с адом,
    Ричард выбирает сознательно,
    подобно провидцу Данте,
    путь сквозь преисподнюю.
    Не различая зло и добро,
    хромая на обе стороны,
    в бессрочном духовном подъеме
    действуя одиноко,
    заросли терний эго
    крушит топором.

    Много жизней меж ним и троном,
    сотня смелых сердец в груди,
    с каждым уровнем мир суровей,
    ломятся в душу толпами призраки.
    Снова Ричмонд, хоть убил пятерых, -
    бьется неустрашимо герой,
    дан ему горб, чтобы груз нести,
    важно дойти до конца игры.

    Оправдано все ради тайной цели,
    из чрева ногами вперед в спешке
    идет он опять к свету,
    себя отдает женщинам.
    Прямо метит в царство небесное,
    разжигает алмазный блеск,
    жаждет сокровищ,
    притом нетленных.
    Ричард не остановится -
    пусть перья сломают историки
    и тщетно припишут ему потомки
    несуществующие преступления.

    Укрощение строптивой

    Управляя вращением лун,
    Остановив солнце,*
    Как Иешуа бен Нун,
    Петруччо сносит пощечины,
    Учиняет скандал в церкви,
    Твердо уверенный:
    Свадьбе быть в воскресенье,
    Пусть брака безумней нет в мире.**

    Выйдя ведьмой из самого пекла,
    Провидя подобно Марии,
    Ему говорит Катарина:
    Вижу, раньше тебя повесят.***
    Волей отца предана,
    В холодной тьме не ест и не спит
    До встречи светил,
    К источнику взгляд обратив,
    Одна из трех жен обретая смирение,
    Ясность и тайную силу.

    Кружится мир в глазах у пьяного.****
    Медник Кристофер Слай,
    Высоко вознесся в дурмане,
    Внизу оставив страдания.
    На небе родившись,
    Смотрит прекрасные сны
    В плену у призрачной дамы.

    *Акт 4, сцена 5
    **Акт 3, сцена 2
    ***Акт 2, сцена 1
    ****Акт 5, сцена 2

    Буря

    Пиршества королей
    Имеют свои пределы,
    Грозно ревущим валам
    Нет до великих дела.
    Все по своим местам,
    Последний парад наступает.
    Грянет война дворцам,
    Рушатся небеса,
    Страсти не перестанут,
    Место есть чудесам,
    Пока предъявляет права
    Изгнанный герцог Милана.

    Снова не удалась
    Попытка убийства Бога.
    Будут счастливыми все,
    Если приказ отдан.
    Крутится карусель,
    Дух обретает свободу.
    Много пройдет эонов,
    Карма проявит власть,
    В сумрачном эпилоге,
    Все потеряв доходы,
    На острове иллюзорном
    Проснется Он одиноким.

    Зимняя сказка

    Если живешь в Богемии
    У самого синего моря,
    Много узришь чудес:
    Никто не умер
    Даже в когтях медведя,
    А если умер - воскрес.
    Счастье взамен утраты,
    Дается небом гарантия.
    Хранят волшебные силы
    И королевство Сицилию,
    Суровые Дельфы провозгласили
    Тайны двора Леонта,
    Но всех покорит
    Дочь царя далекой России
    По имени Гермиона.

    Рассказана юному принцу,
    Чтобы скорее выздоровел,
    Эта история зимняя.

    Сон в летнюю ночь

    Всего четыре дня до новолунья,
    Что превратились ровно в два
    Волшебной волей Оберона,
    И в предрассветном хороводе
    Блуждают четверо влюбленных,
    Бегут направо и налево,
    Глаза залив волшебным соком,
    Друг друга видя в глади сонной
    Как пары ложных отражений
    В совместном мысли искаженьи.

    Лев смелым рыком торжествует,
    Рогами машет Лунный Свет,
    Час близя свадьбы или гибели,
    Слова любви дойти способны
    Лишь через трещину в Стене,
    Что подло любящих делила.
    Но перейдя ее насквозь,
    Спаслись герои словно в смерти,
    И некого судить к утру,
    Коль вправду все они проснулись.

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Ирхин Валентин Юрьевич (Valentin.Irkhin@imp.uran.ru)
  • Обновлено: 17/05/2016. 14k. Статистика.
  • Сборник стихов: Поэзия
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.