# Три подруги

Людмила Николаевна Ансельм

Три русские женщины, приехавшие в Америку нелегально, ищут мужей,чтобы остаться в Америке и получить гражданство.

1


ТРИ ПОДРУГИ


СЦЕНА

Комната в двухкомнатной квартире в американском доме, которую снимают три женщины, приехавшие из России нелегально. Ольга спит на кровати, вокруг на полу разбросаны ее вещи. Входит Маша, молча собирает вещи и кидает их на спящую Ольгу.

ОЛЬГА (просыпается и сбрасывает одежду на пол). Ты что? Я спрашиваю тебя! Ты чего расшвырялась? А человек устал! Мы в свободной стране, могу я поспать, когда хочу? Ты ведь знаешь, я в пять утра встаю. Почти каждый день, а она будит меня...


МАША. А кто тебя просит так рано вставать? Поднимайся, как мы с Ириной, в семь, будешь высыпаться.


ОЛЬГА. Ты что, забыла?


МАША. Брось ты это занятие - прогулки по пляжу, пустое. Все равно никого не найдешь.


ОЛЬГА. А вот и не пустое! Мне уже примелькался один старичок. Всегда сидит на одной и той же скамейке. Я ему все рукой махала, когда шла мимо. А вчера подсела к нему и мы поговорили.


МАША. И как же вы говорили? Хай, бай?


ОЛЬГА. Нет, не только. У него мать из Польши. Он знает несколько слов по-польски: дзенкую, сгинела, несгинела... Я их тоже знаю. То что я не понимаю, он рисует палочкой на песке. Вчера нарисовал дом. Только я не поняла, приглашает он меня в свой дом или нет. (Вздыхает.) Конечно, трудно жить без языка.


МАША. А где твоя подружка? Она обещала учить нас английскому.


ОЛЬГА. Не знаю, наверное, скоро придет


МАША. Вместо того, чтобы с нами заниматься, она сама целыми вечерами болтает по телефону.


ОЛЬГА. Она с кем-то познакомилась, вот и разговаривает. Имеет право. Ей ведь тоже нужно выйти замуж, чтобы легализоваться в Америке...


Маша выбегает в другую комнату и возвращается с газетой для объявлений.

МАША. Ты погляди, где Ирина ищет себе мужа. Вот газета объявлений.


ОЛЬГА. Надо же! Ну-ка, прочти что-нибудь, что там в газете пишут?


МАША. "Мужчина ищет женщину: Билл Клинтон ищет Монику. Ищу юную соучастницу преступления".


ОЛЬГА. Какого преступления?


МАША. Ты ничего не поняла? Ищет такой же секс как у Клинтона с Моникой.


ОЛЬГА. Это надо же, какой изобретательный! Нет, мне это не подходит. Я люблю романтику. Почитай что-нибудь про закаты...


МАША. Тут ничего про закаты нет. Хотя вот, пожалуйста: "Люблю гулять по берегу океана"...


ОЛЬГА. Давай -- давай, что там дальше?


МАША. Нет, это тебе тоже не подходит.


ОЛЬГА. Почему?


МАША. Здесь мужчина ищет мужчину... Ну, ее эту газету.


ОЛЬГА. Нет, прочти еще что-нибудь... Ирина там кого-то нашла и мы найдем.


Входит Ирина и опускается на стул.

ИРИНА. Добрый вечер. Мне никто не звонил?


МАША. При мне -- никто.


ОЛЬГА. Устала?


ИРИНА. Устала. У меня клиенты такие требовательные -- почисти здесь, убери там. Я им объясняю, что не должна этого делать, они не понимают...


ОЛЬГА. Да, откажись от этих требовательных.


ИРИНА. А деньги? Я ведь каждый месяц высылаю переводы своей дочери в Москву. Иначе ей не прожить.


ОЛЬГА. И моему сыну не прожить без моих денег.


МАША. А вот мне никому высылать не надо.


ОЛЬГА. А мужу? Он ведь тоже в России.


МАША. Перетопчится.


ИРИНА. Сама говорила, ему ничего не платят.


МАША. Не платят.


ОЛЬГА. Что же ты, не хочешь ему помочь?


МАША. Значит, не заслужил.


ИРИНА. Почему?


МАША. А я вам, разве не рассказывала?


ОЛЬГА. Нет. Расскажи.


МАША. Когда началась перестройка и нам, учителям перестали платить зарплату, я и говорю своему, надо что-то делать. А тут фирмы какие-то образовались -- посылали людей в Америку на бэбиситерство. Я и говорю своему: поеду, что толку здесь сидеть без работы и без денег.


ОЛЬГА. А он?


МАША. Поезжай, говорит. Что он может еще сказать? ОЛЬГА: Правильно, поддержал тебя... МАША:Но прежде чем поехать фирме нужно было внести задаток, остальное они уже гребли в Америке. Задаток-то ни больше, ни меньше -- триста долларов. Да еще на билет надо было набрать. Вот, и крутись, как знаешь. Мы решили прежде подкопить денег: стали выращивать свиней, кроликов ... чего только ни делали.


ИРИНА. А муж тебе помогал?


МАША. А то, как же, трудился как вол... ОЛЬГА: Вот, видишь... МАША: Уж больно, ему хотелось послать меня в Америку.


ОЛЬГА. А ты, не хочешь ему помочь?


МАША. Вы дальше послушайте. Я и сама работала на шести работах, где чего-то платили. Наскребли мы этих самых долларов, заплатили задаток фирме... И вот, поехала я работать в семью, где было пятеро детей, причем один грудничок. Прилетела я в Нью-Йорк, встретила меня эта самая фирма, засадили в автобус, дали три доллара мелочью и номер телефона. Сказали, ехать до какой остановки... Если не встретят, звонить по этому номеру. Хозяина, к которому еду, звали Игорь...


ОЛЬГА. А ты что, знала тогда, как звонить по американскому телефону?


МАША. Нет, конечно. Я тогда не знала ни слова по-английски. Приехала я на мою остановку -- темнота, холод, ни души. Сижу на скамейке и бренчу этой мелочью в кармане, погибать, думаю, так с музыкой... Час так сижу, второй на излете... Вижу, где-то мелькнули фары... Я сорвалась со своей скамейки, выскочила на дорогу, машу руками, кричу... Машина подъезжает, останавливается и из окна, кто-то высовывает голову и говорит на чисто русском языке: "Я -- Игорь." Я как кинулась к нему, чуть не задушила.


ОЛЬГА. Да, хлебнули мы всякого, на первых порах, когда сюда попали. Я ведь тоже приехала через фирму.


МАША. Вы слушайте... Отработала я год у Игоря, расплатилась с фирмой и собираюсь ехать домой, мы так с мужем договорились -- год отработаю и вернусь. Я с ним перезванивалась раз в месяц. Он мне каждый раз: "Я так за тобой скучаю, так скучаю..." А тут вдруг говорит: "Может быть, еще годик поработаешь? Но я так соскучился ..." И тут слышу врезается в наш разговор голос телефонистки: "Не верьте ему, все врет. Вы еще и улететь не успели, как он привез на квартиру свою сотрудницу Галину. Она в ваших вещах по всему поселку щеголяет." Я так и застыла, как статуя Свободы с трубкой в руке и слышу, как он кричит: "Не верь, не верь ты ей! Она из зависти..."


ОЛЬГА. Это надо же! А что ты?


МАША. Грохнулась на пол, потом два дня проплакала и решила: найду себе другого мужа.


ОЛЬГА Нашла?


МАША. Чего спрашиваешь? Сама не видишь?


ОЛЬГА. Да, где его тут найдешь-то? Они тут не валяются...


МАША. То-то и оно. Вот он, значит, живет с этой Галиной, а я время от времени звоню своей приятельнице. Она мне все доносит: вот их видели там, видели здесь, то она в моей шубе, то в моей шапке... А о моих трико и колготках, думаю, и говорить нечего, все, наверное, переносила. Я по телефону рассказываю, что, мол поселилась в доме с бассейном. Туда ездила, сюда... А все мои путешествия - всего лишь прогулки в воскресный день до Даунтауна и обратно. Фотографии шлю: то я в одном костюме, то в другом, то с машиной, то без... Около бассейна снималась... В общем, погибаю, но не сдаюсь.


ОЛЬГА. Ирина, вот с кого нам надо брать пример.


ИРИНА. Да, Маша -- молодец!


МАША. Не перебивайте... А у них там перестройка в разгаре... Зарплату стали выдавать колбасой -- они с Галченком работали на мясокомбинате. Ему две палки колбасы и ей две палки. Что хочешь, то и делай. Наелись они этой колбасой, съели всех наших свинок, кроликов. А когда работу потеряли -- есть нечего, делать нечего -- стали между собой ссориться. И вот, приходит мой благоверный к моей приятельнице, с которой я перезваниваюсь, и рассказывает о своем житье-бытье, говорит, что прогнал Галину и хотел бы со мною поговорить: хочет, мол, приехать в Америку...


ОЛЬГА. Замечательно, приглашай его сюда.


МАША. Ну, нет, не все сразу. Пускай немного помучается... Не звоню, выдерживаю характер.


ОЛЬГА. Смотри, пока ты характер выдерживаешь, он опять кого-нибудь подцепит.


Телефонный звонок. Ирина вскакивает, хватает трубку.

ИРИНА. Это меня. Хай, Джек! Файн!

Ирина уходит разговаривать по телефону в другую комнату. Маша берет параллельную трубку.

МАША (подмигивает Ольге). Потренируемся в английском...

ОЛЬГА. ( понизив голос.) Ну, что там они?

МАША. Здороваются. Спрашивает, сколько ему лет.

ОЛЬГА. Волнуется насчет возраста.

МАША. Теперь, какой у него рост. Он очень высокий... Спрашивает ее сколько в метре сантиметров.

ОЛЬГА. Зачем?

МАША. Она ему свой рост в сантиметрах сказала. Говорит, что любит гулять.

ОЛЬГА. Так, и она тоже любит.

МАША. Музыку любит.

ОЛЬГА. Вот здорово, наверное, культурный... Что еще?

МАША. Она предлагает встретиться в этот викенд.

ОЛЬГА. Во, молодец, так и надо... Быка за рога... А он что?

МАША. Не может... Очень занят...

ОЛЬГА. О чем еще говорят?

МАША. Погоди... Он спрашивает, как часто она принимает душ...

ОЛЬГА. Зачем?

МАША. Что она одевает, когда ложится спать...

ОЛЬГА. Ну, и дела! А теперь, что?

Слышно, что Ирина повышает голос.

ОЛЬГА. Чего она так кричит? Почему ничего не говоришь?

МАША. Про нас говорит... ОЛЬГА. Что говорит? МАША.Говорит: "Одна соседка ничего, а другая совсем придурковатая... Болтливая очень..."

Маша быстро кладет телефонную трубку. Входит взволнованная и злая Ирина.

ИРИНА. Вы что, подслушивали?

ОЛЬГА. Ни в коем разе... Я бы все равно ничего не поняла.

ИРИНА. Из-за вас я не договорила... Он понял, что кто-то нас подслушивает, и положил трубку.

МАША. Да, брось ты! Он положил трубку, потому что понял, что ты против...

ИРИНА. Против, чего?

МАША. Эх ты! Так ничего и не поняла? Против секса...

ИРИНА. Какого секса?

МАША. Секса по телефону...

ОЛЬГА. Какого, какого? А что это такое?

МАША. Телефонный секс это, когда ты разговаривая по телефону, занимаешься этим делом... И приятно, и безопасно.

ОЛЬГА. В первый раз слышу. По-моему, у нас там, в Москве такого секса не было.

МАША. Не знаю, как у вас в Москве, а в нашем поселке телефонов-то раз два и обчелся, только у больших начальников,и один на почте.

ИРИНА. Откуда ты это взяла? Он ничего такого не говорил. Как ты можешь это доказать?

МАША. Намекал... Он тебе говорил: я сейчас лежу на кровати, принял душ...

ИРИНА. Говорил.

МАША. Что тебе еще надо? Какие еще доказательства?

ИРИНА. Это еще ничего не значит.

МАША. Значит. Мне мои приятельницы про этот телефонный секс объясняли и предупреждали, здесь такое бывает.

ИРИНА. Как-то не верится. Неужели, ты права?

МАША. А почему ты так кричала?

ИРИНА. Он спрашивал, что я одеваю на ночь. А потом, стал объяснять, как называются по-английски разные места...

ОЛЬГА. Какие места?

ИРИНА. Для секса. Я начала на него кричать, а он сказал, что просто хотел мне помочь.

МАША. А я, что говорю?

ОЛЬГА. Девочки, что же получается: сколько людей, столько сексов?

ИРИНА. Без хорошего английского в этом деле не разобраться.

ОЛЬГА. Это надо же! Как американцы до этого додумались?

МАША. А сексуальная революция на что? "Либерте, егалите, сексуалите!"

ИРИНА. Я теперь и не знаю, что мне теперь делать... Это была моя последняя возможность...

МАША. А вот я, девочки,кажется, решилась.

(Берет телефонную трубку).

ОЛЬГА. С ума сошла, на секс по телефону?

МАША. Закажу-ка телефонный разговор, поговорю со своим благоверным...

ОЛЬГА. Со своим мужем? Зачем?

МАША. Узнаю, какое у него настроение, может приглашение ему организую. Посмотрела я на вас... Все-таки вдвоем лучше... Раз уж ему так хочется, пускай приезжает.

ОЛЬГА. Вот и правильно! Только не забудь сказать, чтобы он привез с собой твою шубу и шляпу...

ИРИНА. Пускай, и твои колготки прихватит... Пригодятся...

Занавес