# Что мы можем сделать для себя?

Леонид Александрович Ашкинази

Что мы можем сделать для себя?


Любимые женщины неоднократно давали мне понять, что я циничный и слишком трезвомыслящий человек. Поэтому я могу позволить себе утверждение: Политковской не были нужны ни толпы на похоронах, ни вагоны соболезнований, которые (после отбора и редактуры) публиковала "Новая газета". Которая не смогла или не захотела уберечь своего сотрудника, находящегося в очевидной - причем связанной с выполнением служебного долга - опасности.


И даже трогательная приписка от руки, сделанная французским президентом, и бережно обращенное на это газетой внимание - не более, чем игра. Освещенная вековой традицией, но от этого не становящаяся чем-либо, кроме игры. И обещание награды в эти миллионы - не более, чем пиар обещающих. Ибо даже если "кто надо" найдет "кого надо" и разыграет "что надо", вы никогда не узнаете, кто убил, кто поручил, кто планировал, кто решал, прикрывал и обеспечивал. Чтобы разобраться в ситуации, которую создали российские или чеченские власти, то есть российские или чеченские силовые структуры, надо обладать или деньгами власти или личными качествами чеченцев - а у вас, не сочтите за наезд - ни того, ни другого.


Тем более вполне может быть, что в данном случае имеет место "совместное предприятие" самых разных типов. Например, обидела она книгой "Путинская Россия" кого-то одного, подарок ему решили сделать товарищи по работе, причем руками готовых к услугам - особенно этого рода - третьих. Которые, кстати, и сами были рады поработать за идею, но не решились бы на такую акцию без надлежащего "добро". За последний век мы деградировали в два с половиной раза - если раньше обсуждали два вопроса: "кто виноват" и "что делать", то теперь - только первый из них, причем в облегченном формате. То есть ищем единственного виновника - и совершенно зря. Попутно заметим, что и в деле о "взрывах домов" все до хрипоты обсуждали, кто взрывал - ФСБ или чеченцы, но лишь в одной передаче промелькнуло - могла ведь быть и совместная акция. Готовили одни, а сознательно допустили другие. Или одни провоцировали и держали под контролем других, а в какой-то момент упустили. Того, кто это осмелился произнести в прямом эфире, туда, где он это ляпнул, больше не приглашали. "От греха подальше".


Не стоит обсуждать главных редакторов желтых "центральных" газет, которые говорят, что убийство не связано с профессиональной деятельностью. Не стоит обсуждать "коллег", которые немедленно "отписались по теме", рассказав, что она вообще-то не была журналистом, и вообще была маргиналом, и в частности чем-то там еще. Впрочем, да - в вашем обществе быть маргиналом почетно. Как выразился один мой знакомый милиционер, посмотрев на совершенно уже синюю даму с Курского вокзала: "это которые за стакан". Что вам наливают в стакан, братья-профессионалы? Наверное, уж не то, что досталось Политковской в самолете?


Люди, сохранившие остатки чести и совести, пытаются понять и пишут - стоило ли властям ее убивать, если все равно россиянина ничьими писаниями не проймешь? Кто же ее читал, она же вообще ни на что не влияла. Они пытаться понять поведение власти, исходя из рационального, а зря - у "больших людей", как уже показала российская история, вполне большая мстительность. Чем они хуже нас? Как выразился один мой приятель, "сильные мира сего - такое же дерьмо, как слабые, только более сильное". Другие пишут - нет, чеченцы не могли ее убить, она выступала на их стороне. Это тоже недопустимое упрощение - в Чечне действуют разные силы, в том числе и промосковские - или промосковскость пока что изображающие - и может быть именно попытка анализа этой ситуации была сочтена заслуживающей пули. Кроме того, у этого убийства было еще одна совершенно очевидное назначение. Как у всякий террор, оно должно было устрашить - "внутренний цензор" много эффективнее внешнего, а десять-двадцать убийств по нынешним ценам дешевле содержания цензуры. Да и выглядит в глазах мирового сообщества приличнее: введение цензуры - государственный акт, а убийства - отдельные правонарушения, которые мы конечно же тщательно расследуем.


Власти, общаясь с бандитами - и не только российские - пытаются разделять и властвовать, но кончается это плохо - что в Афганистане, что в Иране, что в Чечне. Ибо поддерживая одного из двух бандитов, мы не получаем ничего, кроме двух бандитов, из которых один поддержан и вскормлен ними. Вдобавок, иногда бандиты ухитряются договориться между собой, не ставя цивилизованный Запад в известность. А иногда кто-то один из властей заигрывает с одним бандитом, а кто-то другой (из того же здания, но другого подъезда) - с другим.


Есть ли что-то, что не будет игрой, пиаром и приличиями, соболезнованиями президентов, письменными, устными, печатными и рукописными? Человек понимает три угрозы - жизни, самолюбию и карману. Поэтому воздействовать на российские власти вы можете, только арестовав их личные счета и перестав пускать на свои тусовки. А миллионы, обещанные за "сведения" о несчастной пешке, которая была так уверена в своей безнаказанности, что даже не пряталась, лучше потратить на издание той книги Политковской, за которую ее, скорее всего, и убили. А когда книгу начнут задерживать на таможнях и арестовывать на складах, вы прибегнете к тому, что названо выше. Сделайте это вместо прочувственных соболезнований - полагаю, что именно это выбрал бы перед неминуемой смертью любой убитый журналист.


Покажите убийцам и их покровителям, что пулей не заткнуть рот. Этим вы сбережете другие жизни.