# Книги - не отовсюду, но обо всем

Леонид Александрович Ашкинази

Обзоры научно-популярной литературы, N 15

Книги -- не отовсюду, но обо всем


Некоторые из материалов этой рубрики были посвящены какой-то одной теме, например, космосу, авиации, физике и т. д., а некоторые представляли собой рассказ о книжках, посвященных самым разным областям. Есть несколько доводов за и против и того, и другого решения, причем общее число доводов четно -- догадайтесь, почему. Один из важных доводов за салаты, винегреты и прочие рагу -- скорость. В большинстве случаев книга попадает в наше поле зрения, когда она появляется в Интернете (ходить в магазины -- три расстройства), причем чаще всего -- на двух упоминавшихся ранее сайтах. Если очередной материал -- сборная солянка, то книга и включается в этот материал. А если она ждет тематического обзора? На рост цен на нефть тоже можно надеяться, но кушать хочется сегодня. То есть читать. С тридцать третьей стороны, читатель, увидев обзор не по своей теме, пропустит его и сэкономит время, но будучи вынужден читать эту не вегетарианскую пиццу, узрит просветленным взором неожиданную нетривиальную связь и тем самым создаст предпосылку... короче, создаст новое направление в науке -- оригинальное и/или безумное. Кстати...


Дэвид Джоунс, "Изобретения Дедала"

Широко известная в не слишком широких кругах - автор долго вел рубрику в New Scientist. Оригинальные и/или безумные идеи из разных областей. Однако некоторые позже послужили основой для действительно запатентованных изобретений, некоторые же были доведены до практической реализации. В любом случае большинство его идей может послужить материалом для урока по физике. А иногда и по другим предметам; в любом случае -- детишкам полезное развлечение. Ну так продолжим про полезное.


В.С.Арутюнов, "Нефть XXI. Мифы и реальность альтернативной энергетики"

Позиция автора видна из названия. Он против мифов, и это очень полезно, ибо журналисты эти мифы любят и все это выливается на нас. Но автор не только против мифов, но за нефть и газ, причем в этом, кажется, не всегда объективен. Впрочем, трудно быть объективным, когда ты за... Книга содержит большое количество весьма интересных данных и уже поэтому полезна. Продолжим о мифах.


Эрнст Фишер, "Растут ли волосы у покойника? Мифы современной науки"

Название, естественно, приляпано самопальное продавабельности ради и еще употреблено умное слово: "деривативное электронное издание на основе печатного аналога". Книга посвящена не мифам науки -- о них автор не мог бы написать ничего связного, даже если бы они и существовали. Книга примерно наполовину посвящена, скажем так, журналистам и тем историкам науки, которые неправильно излагают историю открытий. Впрочем, откуда мы знаем, что автор излагает более правильно? Поскольку ни участником, ни очевидцем событий он не был, значит, пользовался какими-то вторичными, третичными и т. д. источниками. А его манера писать о пикантных деталях, не имеющих отношения к делу, вызывает сомнение во всем остальном. Да и кому надо было присуждать Нобелевскую премию, он тоже знает. Вторая половина книги -- философские рассуждения автора, опирающиеся на высказывания разных людей, в том числе философов. Читать это местами забавно, местами скучно. В конце автор внезапно вспоминает о читателе и кратенько сообщает, что есть на ночь не вредно, чтение в темноте не ухудшает зрение, от похмелья нет средств и еще несколько истин.


Близка по задаче, поставленной автором, но существенно уже по охвату, глубже и точнее по рассмотрению и поэтому весьма полезна книга Дарелла Хаффа "Как лгать при помощи статистики". Она написана полвека назад, но ошибки при сборе статистики и недобросовестность журналистов при публикации данных остались прежними. Поэтому ее надо читать. Особенно если вы пользуетесь телевидением. Книгу немного портят дурацкие рисунки, но это можно потерпеть, а можно и преобразовать текст так, что рисунки... элиминируются. Деривативно!


Кстати, раз уж мы заговорили об истории науки, вот еще две книги. Е.С.Лученкова, А.П.Мядель, "История науки и техники" -- учебник по всей истории всей науки и, страшно сказать, техники. Естественно, более чем поверхностный, но как базовое чтение годится. Картина в мозгу возникает, и никаких мифов. Впрочем, Попов приделал к когереру не антенну, а кое-что другое. Вторая -- В.П. Милантьев, "История возникновения квантовой механики и развитие представлений об атоме". Более чем подробное и тщательное изложение вопроса, значительное количество цитат из конкретных работ и иллюстраций, а также описание "драмы идей" местами вызывают даже некоторое ощущение сопричастности.


По ширине охвата с книгой Лученковой и Мяделя способна поспорить книга Марка Медовника "Из чего это сделано? Удивительные материалы, из которых построена современная цивилизация". Но этот автор пошел по иному пути - он рассказал не обо всех материалах (от этой идеи холодок по спине), а только о десяти группах материалов. Книга замечательная, но писать о ней объективно я не могу, мне эта тема (как, кстати, и тема книги Хаффа) слишком близка... так что поделите мои восторги пополам.


Герберт Саймон, "Науки об искусственном"

Автор -- лауреат нобелевской премии по экономике за теорию "ограниченной рациональности", то есть за открытие, что человек в экономической сфере не всегда действует рационально. Не надо смеяться! Именно таково состояние экономической теории на той планете, где вы сейчас находитесь. Не знаю, как на планете, которой пофартило вращаться вокруг красного карлика Gliese 581, но на нашей Земле именно так. Общая идея автора состоит в том, что "искусственные системы" -- к которым он относит, кажется, все, кроме физики и химии -- тоже можно изучать. Книга издана на языке оригинала 47 лет назад, о чем издатели тактично умалчивают. Немного смешными выглядят некоторые высказывания автора, касающиеся компьютеров и физики элементарных частиц, но зато весьма интересны описания экспериментальных исследований памяти человека в лаборатории автора. Поскольку психология людей осталась в основном прежней, и вообще, когда человек пишет о том, что он делал сам, он обычно более точен и аккуратен.


С физикой ситуация немного сложнее. Рекордсмен по кривлянию в названии -- книга Виктора де Касто "PRO Антиматерию". Книга начинается с бреда про Тунгусский метеорит и антиматерию, далее следуют общеизвестные сведения из разных разделов физики, перемежающиеся фотографиями ученых и краткими (спасибо и на этом) сведениями о них. Автор постоянно указывает на большой интерес американских военных к антиматерии и к возможности хранении энергии в виде оной, и только на последних страницах -- когда читатель уже пролистал книгу и купил ее -- сообщает, что и то, и другое более чем проблематично. Примечание для переводчика и несуществующего редактора -- надо правильно называть фамилию автора ключевой цитаты. Впрочем, если кто-то вздумает интересоваться, что еще хорошего написал Кшиштоф Борунь, Google его поправит... теперь понятно, зачем в Google эта фича!


Название книги Эдуардо Арройо "Вселенная погибнет от холода. Больцман. Термодинамика и энтропия" также работает на рынок, но умеренно. Книга посвящена работам одного человека, но этот человек находился в эпицентре интеллектуальной физической жизни того времени, и в книге это показано. То есть рассказано о дискуссиях и проблемах, о развитии его взглядов, причем автор несколько раз сообщает читателям, что ответ на тот или иной вопрос до сих пор неизвестен -- для НП-книг это редкость. Впрочем, как мне кажется, многовато сведений о личной жизни главного персонажа, но рынок требует, а издатель настойчиво рекомендует.


Другой книге этого автора повезло меньше. Еще менее осмысленное и, естественно, более громкое название -- Эдуардо Арройо, "Путешествие от частицы до Вселенной. Математика газовой динамики" - вполне соответствует содержанию: написано размашисто и неряшливо, много неточных формулировок, и если начало вполне традиционно (гамильтониан, многомерное пространство, фазовое пространство, биномиальное и нормальное распределение), то с середины НП-книга сначала теряет свое "П", а за треть до конца и свое "Н", тут же начинается обычная сборная солянка из модного (сообщения, что Вселенная -- это голограмма, синергетики, фракталов и новой теории гравитации). Ассортиментный минимум, дежурное блюдо, тяжелый вздох.


Логично после Больцмана обратиться к книге Шона Кэрролла "Вечность. В поисках окончательной теории времени", которая тоже повествует об энтропии, стреле времени и т. д., но на совершенно другом историческом материале -- на современном. Причем начало книги воспринимается как в некотором смысле продолжение первой книги Арройо. Впрочем, лафа длится недолго, потому что книга быстро перестает, как мне кажется, быть популярной. Однако если вы, как мы говорили в студенческие времена, "ощетинитесь" и продолжите ознакомление, вы обнаружите, что популярные куски попадаются в книге и далее. В качестве бонуса вы обнаружите, что автор иногда начинает размышлять о разных забавных вещах, например, о том, что такое жизнь, о задаче трех тел, об антропном принципе и т. д. Но Вселенная у него, к счастью, не голограмма -- он обошелся без модного.


А еще в книге перечислены многие художественные произведения, оперирующие каким-то необычным временем ; некоторые из них есть в Сети, например, Алан Лайтман "Сны Эйнштейна". Позвольте и мне внести свои три копейки, то есть "Три взгляда на часы" (так и спросить, автора Google сам знает).


Две книги двух профессионалов -- Брайан Кокс, Джефф Форшоу, "Почему Е=mc²? И почему это должно нас волновать" и "Квантовая вселенная. Как устроено то, что мы не можем увидеть" -- нормальный добропорядочный научпоп. Причем поскольку это книги, написанные работающими в данной области (то есть в физике) людьми, они наделены тремя характерными признаками. Во-первых, до какого-то места это НП, а с какого-то момента -- только Н. Это место квантово размазано в последней трети, оно, естественно, локализуется именно при чтении. Без такого места многие авторы обходятся, но вообще-то оно полезно -- чтобы читатель не решил, что весь мир прост. Во-вторых, для разъяснения сложных вещей авторы иногда используют оригинальные приемы и хода, причем в первой из этих двух книг -- локально, а во второй -- это одна из основ рассуждений. В-третьих, авторы не стесняются говорить, что вот тут придется поверить, это слишком для вас, голубчик, пока сложно. То есть не пытаются обмануть читателя.


Что касается модного, то вот две книги, первая -- Джеймс Глейк, "Хаос. Создание новой науки". Понятно, что читателя надо манить, привлекать и т.д. Но стоит ли для этого употреблять фразочки типа "С началом хаоса заканчивается классическая наука" и "Понятие "хаос" дало название стремительно развивающейся дисциплине, которая перевернула всю современную науку"? Первая книга построена по обычной для этой теме схеме, причем ее фрактальная часть, похоже, лучшая среди НП-книг на эту тему. Книга насыщена описанием красот природы и причесок и рубашек математиков, так что восприятие зависит от того, напрягают ли вас эти красивости. Но зачем раздражать читателя написанием "Мандельбро", когда в русскоязычных текстах в 96% случаев пишут "Мандельброт"? Опять - снова - как всегда - экономия на редакторе? Книга почти полностью популярна, причем непопулярности не собраны в последнюю треть, как обычно (автору надоело думать, как сделать популярно и возможно ли это вообще), а распределены мелкими кусочками, как изюм в "калорийной булочке" (кто помнит; а кто не помнит -- спроси Интернет). Вторая книга, Карлос Мадрид, "Теория хаоса и глобальное потепление", пардон за примитивную шутку, лучше отвечает теме -- она хаотична. То есть рассказать об этом материале при этом объеме (один из приемов этой серии -- соблазнить читателя малой толщиной книги) невозможно. Но зато при сравнении этой книги с предыдущей становится понятно, в чем тройственный секрет хорошего салата: должны быть высококачественные (для книги -- усвояемые) компоненты, должно быть правильное их сочетание и соотношение долей и, наконец, правильная дисперсия. Причем значения параметров не независимы, то есть область хорошей НП -- это не N-мерный прямоугольный параллелепипед в пространстве N параметров: при меньшей концентрации серьезного допустима большая его серьезность. Ну так вот, по качеству компонентов Мадрид проигрывает Глейку -- из портретов ученых, дифференциальных уравнений и разговоров о глобальности потепления хорошая НП-книга не получается.


Теперь в качестве анекдота книга Марио Ливио "Был ли Бог математиком? Галопом по божественной Вселенной с калькулятором, штангенциркулем и таблицами Брадиса". Автор делает замечательное открытие -- многие явления и процессы можно описать с помощью математики. Но это тривиально, потому, что альтернативного способа описания, позволяющего получать проверяемые и развиваемые модели (то есть науку) просто нет. То есть, может, он и есть, но мы его не знаем. Математика неизбежна потому, наукой мы называем именно проверяемые и развиваемые модели, а они пока что используют математику. Которая к аппарату для физиков, химиков и всех естественников, естественно, не сводится! Кстати, насчет Брадиса -- интересно, какая доля читателей... с другой стороны, ведь правда, интригует. Хорошая попытка, отдел маркетинга! А еще при созерцании этой книги мы понимаем, что польза от математики еще и в том, что под соусом разговора о ней можно поговорить очень о многих вещах.


Социологи считают, что конец анкеты должен быть легким, не сильно "грузящим", дабы у респондента не осталось гнетущего ощущения от этих надоед -- социологов. Поэтому в заключение -- о прекрасном. Как и когда рассказывать школьникам о видеоряде, который стоит за текстом, рассказано в книге Е.С.Абелюк "Практика чтения". В ней, впрочем, рассказано и о некоторых других проблемах восприятия текста (например, о "читательском комментарии" и вообще о проблемах активного восприятия текста читателем. Прочитав эту книгу, я понял, что функция великого писателя -- если предположить, что у него есть функция -- состоит еще и в том, что он создает литературоведам материал для ведания, преподавателям -- для давания, а гибридным особям -- и для того, и для другого.


А книга Питера Менделсунда "Что мы видим, когда читаем: феноменологическое исследование с иллюстрациями" целиком посвящена именно этому -- что мы видим, когда читаем. Что мы можем видеть, когда читаем? Книга, естественно, прекрасно сделана; слово "оформлена" здесь неуместно; эта книга -- единство слова и картинки.


Кстати, а что мы видим, когда читаем все это?... поле, трупы авторов, растерзанные тексты, кружат голошеие лысые рецензенты... или мерзко каркающие рецензенты? Не пора ли делать обзор НП-книг по биологии?