# Ночной дозор

Ефим Саломонович Баевер

-

НОЧНОЙ ДОЗОР.

Я был молод и самоуверен, но в римском войске не просто стать заметным ; каждый второй в когортах был словно отлит из бронзы: многие силачи на спор дрались с обреченными гладиаторами.

Мы шли на Иудею. Безделье на галерах расслабило нас и марш через песчаные барханы и колючие кустарники предгорий , в адской жаре, показался дорогой в преисподнюю.

Мощные стены иудейской цитадели встретили нас тишиной, не было видно даже часовых! Это рождало надежду на легкую победу, на большую добычу; множились слухи, будоражили воображение легенды...

...Камни цитадели за века будто сплавились солнцем в монолит...

..."Это отмеченное Богом место и кто придёт сюда не с добром, в поколениях будет проклят... "..., слышали мы.

Но иудеи сами восстали против Рима! Могучий Рим с уважением относился к провинции иудеев. Никто в Римской империи не пользовался такими привилегиями, как царство Иудея!

Немало и в Риме жило иудеев. Многие из них были люди широко образованны, прекрасные ремесленники и удачливые купцы, но заносчивость их и неуважение Богов Рима рождали обиды у граждан империи.

" Как могут чужаки говорить о превосходстве своего невидимого Бога над образами Римских богов, возносящих хвалу красоте тела и духа человека!"-говорили они.

- Сейчас МЫ у стен их цитадели. Посмотрим, чей Бог крепче !- смеялись мои товарищи- легионеры.

Ещё войско не стало лагерем , а наш Полководец Тит , сын императора Веспасиана уже решил осмотреть крепость: с небольшим отрядом двинулся он вокруг стен .

Я не случайно попал в этот отряд избранных- меня опекал мой друг, старый легионер; со многими полководцами ходил он в походы, весь был в шрамах и с белой седой головой. Не знаю, почему он решил пойти в этот поход; наверное, хотел поправить свои дела, поставить детей на ноги , но возраст сыграл с этим смелым и сильным воином плохую шутку: сейчас он страшно боялся удара в спину.

- Говоришь ты весело , а настойчив как иудей! - пошутил мой друг и приказал держаться за ним.

Не торопя коней, шёл отряд вокруг цитадели. Жаркий воздух словно застыл, как и замершая, притаившаяся за стенами цитадели жизнь...

Едва мы обогнули часть стены, которая закрыла нас от лагеря, как первые на пути городские ворота открылись и из них высыпало множество коренастых, легко одетых людей. С громкими криками, размахивая саблями и пиками , эта стая бросилась на нас. Совсем не дикой и не слепой оказалась эта сила! Живой стеной они отрезали нам дорогу назад , окружили отряд и , как просеки в лесу, начали рубить проходы к Полководцу.

-Береги Полководца! - крикнул мне старый воин. Страх оставил его и началась его профессиональная работа, в которой и секунды не было на сомнение. Один кривоногий карлик едва не отрубил мне ногу: так я засмотрелся на своего друга, который легко и красиво отделял качаны голов от тел у пеших врагов ! Но появлялись всё новые и новые, будто вырастали из земли.

Я едва успел убить иудея, который проскользнул под животами нескольких лошадей и замахнулся саблей на лошадь Полководца: без коня гибель Полководца была бы решена...

Неожиданно, моё колено коснулось притороченного к седлу мешочка, я вдруг вспомнил, что в нем, мгновенно надрезал его и бросил в надвигавшуюся толпу врагов. Крик их вознесся к небу, но это был не воинственный клич, а крик боли и беспомощности. Теперь я пробивался через беспорядочно толпившихся врагов вместе с Полководцем.

Только несколько человек во главе с Полководцем Титом , выбрались из этой бойни...

Когда мы вернулись с большим конвоем, чтобы забрать раненых и мертвых, я нашёл своего друга. На этот раз его порубили так, что нельзя было ни тронуть, ни собрать.

-Даю тебе слово ,отец , семья твоя всё получит сполна ,-сказал я умирающему.

-Чем ты ослепил эту саранчу ?- собрав последние силы, спросил старый солдат.

-Человек из купеческого каравана продал мне индийский перец. Вот я им и распорядился...

-Никто вас иудеев не поймет, если сами не разберетесь ,- сказал и умер старый солдат.

Полководец запомнил меня и очень скоро призвал в свой шатёр.

-Ты отличный воин, но должен знать, что тыл- залог победы . У нас пять слонов, это большая надежда на успешный штурм . Могучие звери будут живым тараном . Твоё дело- беречь их!

Полководец купил слонов вопреки запрету Первого Консула, и только быстрая и яркая победа с малыми потерями могла оправдать огромные расходы.

На рассвете , перед штурмом тишину разорвал трубный вой слонов. Обычно мирные звери в ярости сметали палатки, наступали на растерявшихся солдат, хоботом подхватывали брёвна для штурма и швыряли их по сторонам. Похоже было, что слоны взбесились....

Через пять минут я был в палатке Полководца.

-Даже один взбесившийся слон, не может быть тебе оправданием ,-грозно встретил меня Тит.

-Я не знал, что столько бездельников служат в обозе, у которых вместо ума одна слизь наживы. Вчера пришли подводы с фруктами и свежими ветками для слонов .На дне подвод оказалось много плодов кактусов. Мне, мерзавцы из обоза сказали, что это лучшая пища для слонов: спасает от жары и жажды.

-Ты знаешь, как вернуть себе жизнь ,- Полководец вышел из шатра , чтобы видеть, как гибнет его замысел. В его холодном лице не было страха, хотя слоны буйствовали неподалёку . Лучники и воины с тяжелыми мечами стояли вокруг палатки Тита, но для слонов они были не большей помехой , чем тростник.

-Лекаря! Лекаря! - разнеслось по лагерю. Лекаря нашли. Он объяснил мне, что его запасов снотворного не хватит даже на одного слона.

В отчаянии я прыгнул в седло и помчался к стенам цитадели.

Я призывал защитников крепости помочь спасти прекрасных зверей. Я кричал:" Слоны не виноваты, что человек подл и слеп в своей жадности!"

Люди на стене о чём-то переговаривались и дали мне знак ждать. Ответ был на удивление скор.

Приоткрылись ворота, из цитадели вышел старый человек с большой торбой за плечами.

-Я принес снадобье , -сказал знахарь, -но как накормить эти громадины - не знаю.

Я развел в деревянной бадье травы и порошок и пошёл прямо на ближнего слона.

Зверь на мгновенье затих, но хобот его грозно раскачивался. Слон знал свою силу; он мог раздавить меня , маленькое существо, но великодушно опустил хобот в бадью , втянул смесь и выпустил себе в рот. Мне показалось, что слон почувствовал облегчение, но благодарить человека, как он делал это прежде, не стал. Другие слоны затихли Они заметили, что товарищу стало легче. Быстро наполнял я бадью и без сомнения шел к следующему слону.

Не прошло и получаса, как слоны стали заваливаться на бок и вскоре все они лежали на земле. Вместе со знахарем я обошел спящих гигантов. По открытым ртам и дыханию знахарь установил, что двое слонов поранили колючками только язык и нёбо; трое остальных вместе с сочными листьями и ветками деревьев проглотили слишком много плодов с иглами, твердыми и острыми как наконечники стрел. Их ждет мучительная смерть.

Я велел убить тех слонов, которых невозможно было спасти, а у двух оставшихся долго вытаскивал иглы из языка и нёба. Знахарь приготовил успокаивающую раны мазь, немалая её часть пришлась и на мои руки.

-Я вижу, ты любишь жизнь ,- подошел ко мне Полководец.

-Я люблю жизнь мира вокруг, а не свою ,- ответил я, глядя в глаза сына императора.

-Кто разрешил тебе казнить людей из обоза ? -спросил Полководец. Каждый в римской армии знает, что судьбу солдата может решать только командующий.

- Я не мог простить им подлости: вчера для них слоны были наживой , завтра могут стать мои товарищи.

-Слишком ты умён для легионера! Уверен, ты покажешь ещё себя при штурме крепости, чтобы шептунам не повадно было щекотать мое ухо баснями, что родился ты в Сирии и что ты иудей...

План и время штурма крепости изменились: мы стали готовиться к длительной осаде. Рос насыпной вал под стенами цитадели: Полководец Тит решил окружить Иерусалим каменной оградой, чтобы совершенно отрезать город.

Неожиданно в свите Полководца я увидел Йосефа-бен-Маттатьягу...

Его развернутые плечи и высоко вскинутую голову можно было узнать в любой толпе. Учитель нисколько не потерял осанки , хотя от шеи к поясу и дальше к ногам на нём была укреплена цепь пленника.

"Не удивляйся и не выдавай себя, если встретишь меня там, где не ждёшь!"-вспомнил я слова, сказанные им в нашу последнюю встречу.

Это было прекрасное время!

Не было лучшего времени для Иудеи, чтобы из провинции Рима вновь стать независимым государством: главные силы Рима были заняты непокорными племенами на ближних территориях, в самом Риме шла борьба за власть.

Римский Сенат решил , что бузу в иудее легко усмирить классическим методом "кнутом и пряником": кого-то наказать, с кем-то договориться, и послал на усмирение небольшие силы.

Но разгром сирийских легионов Цестия Галла показал Риму, что Иудея не шутит. Тогда пришел в Галилею Веспасиан и осадил крепость Иотапату, обороной которой командовал Учитель...

... Ночью меня провели на тайную встречу с Учителем.

Я едва втиснулся в щель пещеры, хотя дальше я мог идти в полный рост. Я не представлял, что под выжженной солнцем землей могут быть такие переходы, покрытые холодной мокрой глиной- настоящие могильники, словно в загробной жизни...

Наши факельщики отступили, и Учитель сказал мне несколько слов...

* * * * * * * *

...Спустя две тысячи лет, почти по своей воле, оказался я в другой могиле!

За тысячи лет я так и не понял ,что если взлёт или падение других народов определяют гены, то у евреев генами командует особый вирус...

Я бежал из дома не от мамы, не от голода, в котором были все, не к отцу на фронт, в угаре патриотизма, я бежал, потому что во мне проснулся наш вирус. Бежал я в сторону войны, куда шло больше поездов со свободными крышами. Я хотел увидеть другие города и ,может быть, страны.

Согнали меня с вагона уже далеко, у самой фронтовой полосы. Первым тёплым углом в чужом городе для меня оказалась садовая скамейка. Во сне я мог набраться сил и даже увидеть желанную еду. Но спать долго не пришлось. Разбудила меня ватага ребят старше и здоровее меня.

-Жрать хочешь? А мертвяков не боишься ?- устроил мне допрос самый здоровый парень из этой шайки. В руке у него была французская булка с торчавшим из неё ,как язык изо рта, куском колбасы.

-Не боюсь ,-не мог я оторвать глаз от булки , будто явившейся из сна.

-Тогда пошли !- отдал мне булку парень.

Теперь и в темноте я заметил, что город совсем не похож на тот, в котором я жил. Островерхие крыши, дома в три четыре окна окружали нас. Мы долго шли узкими улочками, пока не оказались у стены из булыжников. Нашлись в стене и ворота. Когда мы пролезли через ворота, я понял что мы на кладбище. Но здесь были ни одни кресты и ограды. В тусклом лунном свете было видно множество домиков с дверями в рост человека. Ребята знали куда шли. Коротким ломиком они сорвали замок с дверей склепа и мы вошли внутрь.

-Здесь не как у нас. Всю семью складывают в один подпол ,- объяснил мне старший среди ребят, вместе со всеми сдвигая плиту.

-Там богатенького положили. Снимешь костюмчик и всё такое. Завтра на базаре толкнём. Куш на всех.

Опустили меня за руки в подпол. Там было много гробов. Новый я увидел сразу.

Мне светили фонариком. Тем же ломиком я сорвал крышку гроба и, не глядя на напудренное лицо покойника, стал его поворачивать и раздевать.

-Ловко, пацан, работаешь! - хватали у меня из поднятых рук вещи. - Там кольцо на пальце должно быть...

-Оно не снимается...

- А ломик на что !?- хихикнул смельчак сверху.

-Прощай малыш! Булку отработал! - в одно движение задвинули плиту сверху,

как только схватили кольцо.

"Кричать бесполезно- до утра никто не услышит...А утром, если найдут в ворованной могиле, что будет?" Лучше было не думать. Спать. Голова и без света проснется утром ,-отодвинулся я от мокрой холодной стены и попал рукой в рот покойника. Зубы там были не одинаковые. Острым концом ломика я оторвал от челюсти металлические коронки.

" Сам в могиле, а мечтаю, чтобы коронки оказались золотом",-подумал я своей детской головой.

Только я начал погружаться в сон, как опять стала двигаться плита.

"За коронками вернулись"- прижался я в угол.

Голоса были другие и опускали человека больше мальчишки.

"Значит это другая банда! Опоздали!"-смешинка попала мне в рот, хотя я понял что спасенья нет.

-Я здесь!!! -закричал я, уронил ломик и бросил руки на плечи человека.

-Атас! Валим !-закричали верху и топот ног быстро утих.

В едва существующем свете человек передо мной застыл снопом. Я тронул его и он стал заваливаться .

"Он умер! Я убил его!"-встал я на умершего и выбрался из склепа.

Как поезд, с которого меня могло снести ветром , фермой моста или в туннеле оторвать голову, так и случай на кладбище легли на дно моей памяти.

Новый день одолел заботами: как сдать коронки, чтобы деньги не отобрали и по этапу с жуликами не отправили домой и не встретиться на базаре с пацанами, что оставили меня в склепе.

Наступала другая жизнь, в которой, я тащил себя через смерть и жизнь.

********************************

-Выходит животные умнее нас ,- проходя мимо меня, сказал Учитель Полководцу. -Иначе не понять ,как слоны приняли снадобье от врага. Наверное, поняли, что погонщики в страхе разбежались . Я спрошу у этого воина, в чём его секрет ?- сказал Учитель Полководцу

-У него не один этот секрет ,-усмехнулся Полководец.

-Тебя отметил Полководец !-заметил Учитель.

Я поклонился Учителю, насколько позволено это было делать легионеру.

-Только капитуляция города может спасти Храм И Полководец Тит согласен. Но там идёт резня! Я знаю, что уже осквернена святая святых Храма! Обреченные вожди не хотят спасти город и Храм. Боюсь, что когда откроется картина празднующий пир чумы, легионеры в ярости и страхе перед черной смертью сожгут город , - говорил мне тихо Учитель, поглаживая шкуру слона .- Ты видел у знахаря знак?

-Только сейчас вспомнил об узелках на тесемке халата! - сознался я.

-Будь внимателен. Теперь ты знаешь этого человека и он тебя. Я сумею убедить Полководца ,что как только пробьют ворота тебя со смельчаками встретят надежные люди и укажут где прячутся главные негодяи, чтобы быстрее усмирить усталое и озлобленное войско.

Учитель прошёл в шатер Полководца.

Стрелы волнами летели на защитников крепостных стен. Под встречным градом камней, с сомкнутыми, в панцирь черепахи, щитами передовой легион приблизился к воротам и части стены. В мгновенье войско расступилось, и в этот коридор к воротам крепости я побежал с двумя слонами! Головы и спины их были надежно защищены, но никто не знал, как поведут себя слоны под градом ударов камней или если , не дай Бог, на тело слона упадет горящий факел.

Женщинам я не говорил такие ласковые слова, какие кричал сейчас слонам!

Мы выручили друг друга! Всего два раза бревна попали в ворота и треснули вековые доски.!

-Милые, назад ,назад! -крикнул я слонам и полез в проем с первыми легионерами.

Как мне хотелось оглянуться , увидеть, что слоны не ранены и далеко отошли от стены, но я не мог этого сделать...

Трупным смрадом и следами пожарищ встретил нас город. Это уже был город мертвых и люди, которые встретили нас, закрывали лица мокрыми платками. Они повели нас в глубь этого ада. Ко мне приблизился сгорбленный человек и приоткрыл лицо. Я едва узнал знахаря ,так он был измотан голодом и жизнью в этом ядовитом воздухе.

"Наверное, у защитников города сейчас уж нет другого выхода, как только погибать на стенах . Внизу их ждет смерть от удушья. Тут же можно заживо сгнить!"-подумал я.

Надо было спешить! Только плененные вожди, могли поубавить ярость солдат ворвавшихся в город!

Передо мной открылся Храм. Закопченный, от пожарищ и костров Храм, напоминал старого человека, на котором обветшала одежда. Только тишина мира могла сохранить сейчас Храм.

За стенами Храма услышали нас, может быть, увидели в щели в стенах и грязные ругательства понеслись в нашу сторону. Откуда-то вылетел факел и зашипел у наших ног , потом второй, третий .

-Сейчас мы вас поджарим дети свиней, -в слепой злобе кричали закрывшиеся в Храме военачальники.

Теперь факелы полетели в обратную сторону. Мои товарищи были много сильнее и ловчее тех, кто прятался в Храме. Факелы попали в верхние окна. Дым из Храма усилился. Защитники не могли добраться до стропил под крышей, где разгорался огонь. Огненные языки охватили вершину Храма. Я не мог остановить ни гнев своих товарищей, ни тем более огонь.

Они вышли обугленные ,с выпученными от обреченности глазами, виновники гибели цитадели. Можно было пленников здесь же растоптать, но слишком много было свидетелей, и я распорядился отвести их в лагерь. Воины за пленных получат заслуженное вознаграждение .

Повсюду уже чертыхались, надеясь хоть что-то добыть, римские легионеры .

Старик - знахарь дал мне знак и я за ним свернул в узкую, как дверь, улицу и вскоре мы оказались в маленьком. прибранном домике. Меня уложили в постель , прокололи ранку на ноге и растерли это место в опухоль. Гонец сообщил Полководцу, что меня укусила бешенная собака, которая , наверное, не один месяц бегала от голодных людей.

Полководец передал, что надеется встретить меня ещё в этой жизни, когда я догоню армию. Учитель же не побоялся заразы, он не был суеверен, сам передал слова Полководца. Было ещё несколько слов, которые только мне доверил Учитель.

Две недели я не выходил из дома, пока люди старика-знахаря не убедились, что заросшее щетиной лицо сделало меня неузнаваемым. Могли ещё встретиться друзья и родственники казненных вождей.

Наступил день, когда к богатому каравану тяжело груженых верблюдов пристроился наш скромный караван осликов груженных циновками , в которых угадывались глиняные кувшины. Мы отдали хорошую цену за охрану, зная наперед, что часть денег получат разбойники.

На развилке к плодородной равнине и в пустынные горы, наши пути разошлись. Караван верблюдов стал спускаться в долину, мы углубились в горы.

Пещер на пути встречалось немало, но все они были легко доступны и могли стать прибежищем разбойников, зверей и мелких грызунов...Нам нужно было торопиться, чтобы в памяти людей не остался странный караван в безлюдных горах. Наконец, у самого Мертвого моря мы нашли пещеры с входами на почти отвесной стене. Мы разведали их глубину и возможность завалить вход, обвалом скрыть наш груз. Одна из пещер казалась подарком на тысячи лет, так негостеприимно и опасно она выглядела. Однажды я видел челюсть акулы. Только с ней можно было сравнить камни га дне пещеры и свисавшие с низкого, рваного свода острые, готовые сорваться укальные обломки . Мы затаскивали циновки с кувшинами в глубь пещеры, ящерицами ползли между камней. Потом мы устроили завал и ближе к выходу спрятали загадку Учителя.

Учитель доверил мне тайну. В кувшинах была история Иудеи в свитках.

"Не сохраниться история -не будет народа",-сказал он мне.

В ближнем захоронении были мало значащие свитки и на медных листах карта кладов царей иудейских. Случайная находка карты кладов надолго затмит алчностью сознание и отвлечет искателей сокровищ.

Мои спутники знали, что в кувшинах не вино, но они не задавали лишних вопросов. Сейчас нас объединяла настоящая дружба, но в моей душе не было радости.

"Ты должен остаться один. Это требует История"-слова Учителя не оставляли меня.

На частых стоянках у пастухов я покупал баранов и мы закатывали пиры, безмятежно отсыпались.

С последней стоянки уже видно было наше прекрасное море. Мои товарищи обсуждали успешную рыбалку, покупку лодок, встречу с детьми и женами.

Все щедро получили за свой опасный труд.

Ворчливо несся прозрачный ручей у наших ног . Отделившиеся от стен ущелья скалы, стояли как гигантские замершие воины на посту. Это была самая длинная ночь в моей жизни .

Утром я проснулся один. Я хоронил своих товарищей как самых родных и близких людей. Слезами и потом оросил я их могилы.

Страны и Храма уже не было. Завещанное мне , живым Ковчегом Истины, я выполнил. Скучную, сытую жизнь я не знал, и знать не хотел. Я сделал выбор.

На вершину мрачной скалы я добрался, теряя силы и сознание. На последней площадке даже не было места, чтобы взглянуть на мир вокруг, и я бросился вниз, но судьба дала мне ещё раз проститься с жизнью!

Я открыл глаза и увидел своё разорванное острыми камнями тело, к которому спешили грифы . "Наверное, крепка моя голова оказалась, раз оторвавшись не разбилась. Какие мучения испытывают умершие! Они еще долго слышат, что происходит вокруг, но ни во что вмешаться уже не могут",- успел я подумать.

Опоздавший к трапезе гриф, крыльями закрыл мою голову , вырвал щеку и клюнул в одну глазницу, в другую. Свет померк, мир умер...

*******************

...Кладбищенский склеп навсегда занял место в моей душе. Теперь я жил в стране , которая строила жизнь без Бога. Вырастали мрачные города и такой же беспросветный быт. В поиске тепла , люди старались не замечать убогости и рабства.

Я был недоучкой , бесшабашная жизнь стала моим уделом. Немного ума понадобилось, чтобы фотографировать детей в школах, детсадах и летних лагерях. Набор слов и подарков годами я не менял. Самое трудное было не усадить в день сотни ребят на один стул перед фотоаппаратом, а разобраться с множеством одиноких воспитательниц и учителей. Чтобы было чем поддержать разговор, стал я посещать театры и кино. Ничего нового в этом вранье я не открыл !

А когда я вышел на людей, что чайниками пили коньяк, я понял как мелко плаваю даже в море баб!

Генералы любили себя на фото. Если лицом не подкачал, не трудно было снять так, что на фото полный он генерал или только с одной звездой на погонах не угадать. А в дальних гарнизонах и полковник был боярин.

Закрытая зона и редкий выход в гражданку , обращали каждый чемодан моих фотографий для невест, матерей и друзей в чемодан денег . Большие деньги требовали и большого уважения к ним. Слово делиться тут уж неуместно. У меня лаборатории теперь работал отличный печатник , который за малые деньги терпеливо ждал светлого будущего своей жизни: обещанной прописки в городе и настоящий творческий гонорар.

Все складывалось отлично. Генералы не настаивали, чтобы я пил с ними на равных. Без меня справлялись с дарёными канистрами и ящиками коньяка.

Я даже стал засвечиваться в общественной жизни, чтобы не скучно было.

И тут подвел меня еврейский вирус! Не знал я, что он и обратную силу имеет, а сказку "О рыбаке и золотой рыбке" считал сказкой не про нас.

Лаборант был умница , само народное терпение, но вдруг вспомнил, что город его не хуже столицы ,даже лучше: мастера и бездельники на виду, и что не стоит ему терять годы за печать в паспорте и попросил расчёт .

Небольшие деньги, на самом деле, для меня, честно заработанные лаборантом , но мне не хотелось терять такого мастера и я стал его ломать и издеваться ; Кто ты такой!? Тунеядец ! Гость у меня , а для милиции нарушитель закона...

-Это я тунеядец !?- всё зло и обида за потерянные годы сошлись на мне. -Да, если бы не мои руки , твои фотки, с черными блинами за головой выбросили бы , еврейская морда!

С моей стороны полетела в обидчика табуретка, а он, защищаясь, разбил бутыль с раствором и взмахнул перед собой. В неудачном месте оказалось моя голова. Острый край стекла прошелся по моему горлу. Страх прижал лаборанта к его стулу. Я ещё полз и что-то хрипел, истекая кровью, а парень уж звонил в скорую помощь и милицию .

Я умер, а молодой мастер продолжал жить, если можно назвать жизнью пребывание в психушке...

Я оказался в могиле своей бабушки, настоящей еврейки из местечка, где во сне летали над крышами женихи и невесты и оттуда был уж прямой путь на Родину Исхода.

*******************************

Иллюзий не было. В Новой Иудее можно спрятаться на целую жизнь, но не спастись.

Я смотрю на карту обретенной Родины с высоты небес. Наша страна очень похожа на высеченный из камня топорик. Оружие древнее, множество таких топориков прекрасно сохранились, тогда как более поздние и совершенные виды оружия съела ржавчина

На сытый желудок и мысли здоровые могут прийти, главное не переесть.

***********

-Алло! Мэрия Биробиджана?

-Да. Что вы хотите?

-У вас еще есть евреи ?

-Кто вы такой? Какое ваше дело?

-Это что секрет ? Вы, простите, не еврей?

-Никогда им не был! У меня и фамилия немецкая ЦУМТОХЕС.

- Не зарекайтесь! Нет такого человека, который хоть однажды не был бы евреем!

-У вас, что деньги лишние, хулиганите по международному телефону.

-Я звоню по поручению Кремля. Соедините с мэром!

-Так бы схазу и сказали. Соединяю.

-Господин, мэр?

-Да. Георгий Иванзад у телефона. С кем имею честь?

-Борис Баухауз, председатель комиссии при Президенте России по развитию регионов.

-Очень рад. Слушаю вас.

- Удачно, что в демократической панике не отменен статус Еврейской автономной области...

-Почему в панике ?!

-Это английский термин. Мы его неправильно понимаем. Паника это активное успешное, действие.

-А...

-На Ближнем Востоке напряженная обстановка. Есть мнение ,что приглашение евреев в экологически чистый край, с прекрасным климатом и, обеспечением рабочих мест по профессиям создаст экономический взлет

вашей области.

-Надо посоветоваться с губернатором края...

-Не надо! Мы с ним поговорим отдельно. Инвестиции должны пойти к вам!

Для начала передайте в прессу и разместите в интернете информацию, что приглашается тысяча специалистов высоких технологий и сто часовых дел мастеров. Полное обеспечение специалистов и договоренность с правительством Израиля гарантированы . Посадите у телефонов менеджеров с хорошим английским. Будут звонить инвесторы и заинтересованные в создании производств. Вернусь из Америки, позвоню ,-естественно не оставил я телефона в Хайфу.

Оставалось искать сообщения о новостях на телеканалах.

Неожиданно для всех в России активно вошла в информационное поле забытая в тайге еврейская, автономная область.

Впервые и я увидел мэра Биробиджана Иванзада. Он выглядел счастливым человеком ! Шведские и финские фирмы открыто боролись за поставку котеджей лучших мировых образцов. Американские и французские фирмы готовы были поставить под ключ оборудование для высоких технологий, фирма из Гонг - Конга брала на себя все затраты по открытию предприятия по сборке часов со сложной музыкальной программой.

В интервью Иванзад обещал с первых же доходов области начать строительство настоящего театрального центра, вместо

обветшавшего подарка первопроходцев прошлого века.

Зачитали приветственную телеграмму Президента России Иванзад посетовал ,что никак не может отыскать инициатора программы возрождения области ,очевидно, очень занятого государственными делами, господина Баухауза.

Газеты пестрели заголовками: "Евреи возвращаются в Сибирь не по этапу!"

"Наши специалисты вспоминают язык и мороз!" "Нужна не национальная идея, а национальная честность: с евреями воровали помалу, с голоду, без евреев грабили до фундамента!"

Я не чувствовал себя Машеяхом , но было приятно, пока было спокойно.

На звонок я, естественно, открыл дверь.

-Можно к вам войти ?- спросил с порога мужчина преклонного возраста , но довольно крепкий на вид.

-Можно, если нужно ,-приветливо ответил я.

Человек внимательно оглядел салон, в котором не было даже малой черты офиса.

-Это штаб международной, некоммерческой организации духовного и интеллектуального возрождения ?- спросил он не представившись.

-Да. Печать и бланки здесь, у меня. С кем имею честь ?-не предложил я этому нахалу стул. Человек сам взял стул и молча сел.

- Неужели вы один заварили эту "кашу"- отъезд специалистов ?!- внимательно посмотрел на меня непрошенный гость.

-Как зовут-то ?- спросил я.

-Я был уверен, что вы и так меня узнаете. Я главный специалист по приёму алии в Иудее.

-Значит вы тот, кто "икс" лет тому назад паникой и тенью погромов вырвал миллион людей из их жизни и бросил чистить улицы и туалеты в Иудее? Кому пришла такая гениальная мысль унизить своих соплеменников?

-Вы ничего не смыслите в политике, хотя авантюрист выдающийся! - отбил нападение пришелец.

-Эти люди, в условиях свободы, больше бы сделали для Иудеи на своих прежних местах ,-сказал я.

-Многие давно устроены, а там и сегодня свобода только... для бандитов.

Зачем вам понадобилось разрушать наше государство?!

-Если обман и ложь вы считаете надёжным фундаментом, то я не с вами.

-Вы приехали к нам. Пока я говорю с вами как с равным , вы должны понять, что не правы!

-Оказывается среди избранной Богом нации есть и более избранные !?- не мог я понять как нашёл меня этот тип из правительства.

-Не притворяйтесь ,что не знаете о существующей иерархии в каждом обществе.

-Это вы истеблишмент имеете в виду ?- рассмешил меня нахальный гость .- Я истеблишмент представляю как лакированные, тонкой кожи ботинки. С владельцем таких ботинок пройду я через лужу: он выйдет босым , а я продолжу путь в своих ,простите, гавнодавах: грубых ботинках.

-Истеблишмент по улицам не бродит!

-Это вам кажется. Все вышли из земли туда и вернемся. Не думайте, что вы летаете, а большинство ползает.

- Вы готовы остановить процесс !

-Послушайте! Вы не туда попали? Я привез на историческую Родину проект борьбы с терроризмом, а вы ко мне с миграцией, эмиграцией! Если вы, действительно, сидите под защитой шипов сада роз, участвуйте в осуществлении открытия!

-В чем суть? Только коротко ,- посмотрел этот тип на часы. Я не заметил, чтобы он раньше торопился. Значит, сейчас включился его чиновничий механизм .

-Представление об анализах имеете? О здоровье заботитесь! Моё предложение просто как зимний снег. В анализе мочи всё сказано. А кто минует писсуар, пересекая границу? Никто!

Небольшая модернизация туалетов и мы будем знать, кто к нам въезжает и с чем выезжают !

-Бросьте дурака валять!

-А вы?

-Всё более чем серьезно! Страну покидают ученые, перспективные инженеры!

-Значит людям не комфортно, не тот климат.

-Вы что предлагаете изменить климат?

-Есть климат окружающей природы, а есть климат созданной среды. Последний, ваши товарищи долго и с большим упорством портили...

-У меня нет больше времени с вами спорить. То, что вы делаете крайне опасно!

-Вы грозите мне личной интифадой ?! До чего может дойти любовь к народу!

Все из карманов на стол! Не включать телефон! -мой кулак точно встал против носа гостя. - Ага, диктофон ,-изъял я кассету .- Действительно, неприкосновенность есть-, познакомился я с удостоверением и записал его номер.-Так кто назвал меня?

-Ваш телефон.

-А ,чёрт! Я думал от этого уехал! Даже если вы из всей страны сделаете питомник по производству солдат это не поможет, -сказал я .

Не так уж много в моем окружении было людей, с которыми можно провести досуг , поделиться мыслями. Вдруг, я заметил, что и они стали стесняться, даже здороваться со мной, а время для встреч не находили вовсе.

Профессор Заха, клонированный природой на знание множества языков, который ещё вчера с чувством превосходства рассказывал мне новости семи стран света, ушёл глубоко в веру; молился удаче у каждого лотерейного киоска и задумчиво, в одиночестве, отдыхал на уличных скамейках от жены и детей, поедая фрукты переданные тёщей для внуков. Смелый очеркист Фишкин, исчерпав согласие с демократами настойчиво вытаскивал из потерявших память их трудовые подвиги.

Вежливый, устраивающий всех ,Флюгер, после резкого повышения в службе перестал брать мои юморески в газету партии "СЛЕВА НА ПРАВО"

"Извини, старик. Против ветра плюёшь", - сказал он мне ,когда нашёл минуту.

Мне стало казаться, будто на мне поставили клеймо: все видят, а я не могу найти его и смыть .

В растерянности я даже перестал следить за успехами евреев в таёжном краю. А там всё шло в невиданном согласии .

Позвонил пресс секретарь заметного деятеля государства. К какой партии он принадлежал, трудно было сказать; он их менял каждый год. Меня приглашали на частную встречу.

Видел я этого типа издалека. Сейчас, на вилле, в Кейсарии, столкнулся с ним живот к животу. Мой-то, в пределах приличия; на два месяца женской беременности не тянет, а у хозяина виллы , как брюхо лошади, напрягал широкий ремень-подпруга. Может быть он и считал себя не только хозяином виллы , но всей жизни нашего общества ,но похож был просто на стареющего хулигана: вызов в лице, упор на свои слова.

Из всех украшений виллы, меня обрадовала библиотека. Мимо такого строя прекрасно изданных книг и альбомов, нормальный человек не мог пройти, чтобы не обратиться и к своей памяти.

- Откуда столько времени у человека, который обязан пачкать руки о множество газет ?- спросил я.

-Нахожу, нахожу, -запустил хозяин дома палец в ноздрю и что-то успешно вытащил. -Понятны революционеры, даже бандиты ,а что вам нужно приходиться догадываться! Думаю, домашний уют и вот такая библиотека - беседа с мудрецами, решила бы ваши вопросы.

-Нет,- ответил я. - Для одного человека это многовато. Не все авторы и не все романы ложатся на одну душу . Другие тоже должны иметь право выбора.

-Так так ,- согласился политик - В одиночку и у великих не очень получалось...

-Не приходилось.., - понял я, что наплевать владельцу библиотеки на писателей и художников , что живут на его полках.

-Что ?-не понял политик.

- Тревожить одиночество великих ,- усмехнулся я.- Не повезло!

-Мы тут хорошенько подумали. В твоей идее что-то есть! Дело идет успешно. Это же сердцевина огромного континента? Такие катаклизмы как гигантские цунами или таяние снегов, когда-то ещё туда доберутся.

-Вы собираетесь так долго жить, -спросил я.

-Мы думаем о нации, а такие как ты только о себе: стоять в стороне и посмеиваться. Идем, я тебе кое- что покажу!

Мы вышли из виллы. Вместо привычной лужайки или навеса с загоном для любимых животных, всё пространство занимал металлический ангар , похожий на спящий на земле дирижабль. За плотной дверью пахнуло йодом, как на берегу моря. Мы оказались в стеклянном тоннеле проложенном будто по дну моря. Бесшумные насосы гнали из настоящего моря воду, другие обогащали среду кислородом, через надёжные клапаны впрыскивалась пища. Пространство этого океанариума не было едино. Изобретательно и красиво оно было разделено на изолированные объёмы-ристалища рыб.

На одних участках стройными стайками носились изумрудно золотистые, декоративные рыбки, на других, словно размышляя, слегка шевелили плавниками на месте рыбы морских глубин. Нашлось место и для небольших акул.

Рыбки, похожие на горбатых карликов, с пастью в полтуловища, резко бросались вперед и так же неожиданно останавливались.

-Прожорливей этих тварей не бывает ,- нажал мой спутник кнопку. Точно над пираньями упала в воду тушка курицы. Тушка ещё не успела погрузиться в воду, как её облепили горбатые рыбки. В минуту от мяса осталось только мутное облачко воды.

-Ну как?- обернулся ко мне политик.

-Лучше казни не придумать: ни следов, ни улик, Даже проба воды ничего не даст ,-проследил я как одна из пираний жадно заглатывала мутное облачко, тень оставшуюся от курицы.

-Думаю, тебе нужно слетать в Биробиджан. Может быть, посетят новые мысли твою голову. Да, шутить с авторством проекта не нужно. Только мы знаем истину и можем её подтвердить! Очередная заявка на господина Баухауза, может создать сложности с администрацией как у " сыновей лейтенанта Шмидта"!-показал хозяин виллы, что и он знаком и с настоящей сатирой.

Уходил я даже с каким-то сочувствием к этому несчастному рабу политики.

Я думал, что крепкие морозы станут испытанием, но тело сразу вспомнило мягкий воздух долгой зимы и я с удовольствием прислушивался к хрусту снега под ногами.

К мэру горда, Иванзаду, невозможно было пробиться. Отсев и фильтрацию посетителей вёл его референт, с которым, как мне показалось, я начинал давний разговор по телефону.

Я набрался терпения и следил, как гибли приёмы проникновения к мэру, на которых и я мог провалиться.

Каждый бил себя в грудь и доказывал, что он важен для Биробиджана. Журналисты размахивали своими кейсами и тяжелыми кофрами с фото и телекамерами.

Референт привычно держал оборону, всем повторяя, что на работу приезжают только приглашенные, а парикмахерами ,поварами и официантами работают местные евреи и примкнувшие к ним жители. Настырным журналистам он объяснял, что здесь ещё не проходят зимние олимпийские игры: гостиницы не построены и вообще самое интересное происходит в тайге, у охотников и аборигенов. Какая-то часть представителей прессы поддавалась аргументам, шла запивать неудачу в вокзальный ресторан, в ожидании попутного поезда до классного аэродрома, но самые настойчивые требовали интервью с руководством , встречи с ветеранами , любой материал...

Рабочий день кончился, выдохлись визитеры, референт уже не торопясь сходил в туалет .

-Вы тут сидите с обеда? У вас особый вопрос?- оказалось, что референт давно заметил меня.

-Не знаю, что вам и сказать. Океанолог я и ,конечно, еврей. Но у вас тут нет моря и копать его никто не собирается. Ни советские времена..

"Мне бы дураку сказать, что я дизайнер-полиграфист , могу заниматься издательским делом: газетой, книгой о городе, но отвращение к газетной работе, и книге, для которой нужно будет мучить умных людей, приглашать позировать потомственных идиотов, наводить глянец на давно прогнившее, закрыли для меня эту нишу приложения сил ."

Я уж собрался спросить референта; еврей ли он, но вместо этого сказал:Ваша фамилия Цумтохес?

-Нет. Цумтохес гостит у племянника в Иудее. Говорят, там сейчас тепло и фруктов завались.

-Круглый год ,- сказал я.

-Что?!

-Тепло и фрукты,- объяснил я , раздумывая о ночлеге.

-Как я забыл! Не уходите!!! - бросился референт в кабинет, где затаился мэр.

Он быстро вернулся, оставив дверь к мэру распахнутой.

- Пожалуйста! - пригласил меня референт. Мы вместе вошли к мэру.

Если улыбка мэра была одета сразу после завтрака , то он ещё держался молодцом. Немного раскраснелись щеки без мороза. Ясное дело, при такой адской работе только "граммулька" в полстакана коньяка , а лучше полный стакан, может сохранить силы.

- Вы знаете морских рыб, умеете их кормить? - бросился ко мне мэр.

-Это самое близкое мне занятие! - уверенно соврал я .

" Я с сейсмологами выходил в море, это другая работа, но есть же справочники, книги , ждал я ответа ; зачем сухопутному мэру понадобился океанолог?"

-Подарили мне...городу потрясающий аквариум, с дом величиной! Механик наш, золотые руки, во всем разобрался, но требуется контроль науки за жизнью рыб. Если погибнет редкая рыбка, можно только спец. рейсом доставить замену!

- Всё ясно, - понял я задачу и как в былые времена не спросил ни о зарплате, ни о квартире.

-Референт-Костя Шмайсер в момент решит все вопросы быта и прочего ! - сам мэр закрыл моё вопрос. --Как голову задурили! Только сейчас вспомнил, что спонсоры обещали вас уговорить, хотя бы на зиму приехать! За это время вы подготовите смену. Тут немало способной молодежи! К сожалению, я приглашен на официальный раут. Мы обязательно теснее пообщаемся. Я люблю ходить в мой...наш аквариум.

Костя мне объяснил ,что пока народ нельзя пускать в помещение океанариума: выхолодят хлопаньем дверей...

Кирпичный, трехэтажный дом мэра стоял на большой, огороженной высоким забором территории. С лицевой части дома предполагались цветники, сад и спорт площадка, а сзади примыкал немаленький дом, но без окон и обязательной в этих краях печной трубы.

После быстрой манипуляции с двумя обитыми войлоком дверьми, из тамбура мы попали в стеклянный коридор, вокруг которого плавали рыбы.

"Все ясно , - понял я. - Вот и явление Иудеи в Биробиджан! Можно даже догадаться, на чьи деньги здесь плавают рыбки!"

Я просмотрел секции рыб. Пираней не было. Меч рыба занимала место мелких акул.

Задушевные беседы с мэром в океанариуме вернули меня к давней российской традиции вести разговоры за выпивкой, но мэр же меня предупредил ,что с механиком Эдмонтом расслабляться нельзя; человек он отличный, а меры не знает, даже интеллигентное имя, которое дали ему родители не то в честь оперного , не то опереточного героя, не помогает. Действительно, Эдмонт каждую встречу начинал с просьбы одолжить до получки, хотя зарплата его была много выше средней по городу.

Однажды, Эдмонт забежал в океанариум легко и празднично одетый. Только пальто в накидку подтверждало, что он помнит о морозе на улице.

-Какие умницы ,какие умницы, приборы! Всё рассказывают !- приговаривал он,

проверяя датчики. -Смотрите: с точностью до сантиметра видно, где пошла расгерметизация кабеля! Сейчас ликвидируем !- с клеем герметиком полез он под потолок. Очень скоро он справился с задачей, но в спешке так сучил ногами на лестнице ,что один ботинок улетел в воду.

-Забегу в магазин: может быть ещё есть такие ,- сунул он в карман уцелевший ботинок и одел рабочую пару , которую тут же нашёл. Мне показалось, что я забыл об этом случае. Делом Эдмонта было достать свой ботинок со дна океанариума.

Мэр зашел в океанариум , чтобы поделиться со мной новыми успехами города и вдруг его взгляд застыл на ботинке, над которым плавала рыба-меч.

-Ты почему не сказал!? - суровые ноты прозвенели в голосе хозяина города.-Жена Эдмонта мне который день звонит, что он пропал , а его, оказывается, акула съела!

-Никто его не ел. Акулы, вообще, костюмы и ботинки не едят, а тут только один ботинок ,- решил я пошутить.

-Где же тело ?- спросил мэр.

-Это дело милиции решать такие загадки.

Сколько я не объяснял мэру, что ничего кроме потери ботинка здесь не случилось, он дал команду на расследование. Следователь, специалист по отлову охотников за редкими травами в тайге , подолгу наблюдал со мной за меч рыбой . На всякий случай, в акте он записал что замечено увеличение брюха хищника, что отмеренную норму пищи рыба ест с неохотой.

-Как все хищники, рыба меч привыкла к воздержанию, а вовсе не к систематическому питанию , как рабочие в доме отдыха ,-хотел я вернуть правду в голову следователя. Но у него была своя цель, тем более, что тело Эдмонта так и не нашли...

Кружились каруселью снежные заряды вокруг уголка теплого моря, закрытого за крепкими дверями. Где климат позволял, я не решился жить в бочке у моря, а здесь взял привычку дремать на морозе в парке.

Ясные сны являлись в этом звенящем чистотой первородного мира воздухе.

Я вновь видел тех, кто мне верил и даже любил. Никогда не думал, что ко мне относится это нежное чувство, разве что когда я был совсем ребенком. Мне казалось, что ничего кроме хлопот и досады я не доставлял людям. Сейчас, далекие дети, меня радостно приветствовали . Я всегда радовался успешным умам , может быть, поэтому меня терпели больше, чем требовали привычные отношения в обществе.

Женщин я так и не понял. Я честно их любил, но никогда всего себя не открывал, оставлял в душе уголки для ухода в свою жизнь, только приоткрытого мира. Поэтому их лица возникали в моих снах грустными и укоряющими.

Я очень хотел разобраться, хоть во сне, с последним праздником жизни.

На маленькой земле, среди массы людей, плохо переносящих тесноту, почти на излете сил и надежд, случилась наша встреча. Если бы не разность полов , это была бы одна душа, непримиримости и радости.

-Господин! - тронул меня редкий в зимнем парке прохожий ,- не спите! Вон и слеза на щеке замерзла! Сегодня за сорок мороз, не шуточки!

-Я в валенках и шуба не слабее тулупа- считай, в печке сижу! Спасибо за беспокойство! - едва открыл я глаза. Не хотелось уходить из сна.

... Двери, похожие на жесткие шторы, сомкнулись передо мной . Конечно, это лифт. В жизни не боялся высоты гор и крыш домов, а лифт терпеть не мог; что-то неприятное виделось мне в этом замкнутом ящике для людей. Сейчас я стоял, как привязанный, в лифте, другие пассажиры то входили, то выходили. Ни одного знакомого лица. Несколько раз входили с гробами и без крышки ставили передо мной.

-Позвольте ,-лопнуло мое терпение. -Это же неуважение к умершему. Неужели родственники и друзья такое терпят!

-Они давно внизу. Они-то и торопят ,- ответили мне служащие в черном.

Лифт опускался. Гробы всё чаще менялись. Я стал узнавать своих бабушек и дедушек, потом родителей и умерших друзей.

Когда я взглянул на последний гроб, там увидел себя с замерзшей слезой на щеке.

"Наконец-то"-подумал я. Лифт опускался...

На моих похоронах Эдмонт плакал навзрыд. Он клялся перед всем городом, что завяжет, в рот не возьмет спиртного ,после такого несчастья по его вине. Так ему казалось. Нашёлся он сам , после двухнедельного запоя. Друзья выпивохи его не выдавали, потому что за всё платил Эдмонт. Жена и близкие вспомнили ,что такое с Эдмонтом и раньше случалось, но тогда он был не при деньгах и быстро возвращался домой.

Такая жалость ко мне даже одного человека, заставила подумать: А не вернуться ли мне ещё раз на Землю?! Я решил подумать, насколько позволяли мои стеснённые обстоятельства...

"Б.Е.С". территориальный. СЕНТЯБРЬ 2003г.

E-mail: b-e-s@mail.ru; bes.uk.to tel: 054 7 99 25 43.

17