# Что ген грядущий нам готовит?

Сергей Николаевич Белкин

10


ЧТО ГЕН ГРЯДУЩИЙ МНЕ ГОТОВИТ?


Мало перефразировать первую строку известной арии. Надо бы в точности воспроизвести вторую: "его мой взор напрасно ловит". Потому что дело именно в этом - мы не только достоверно не знаем последствий использования генетически модифицированных источников (ГМИ) в продуктах питания, мы не знаем, присутствуют они в нашей пище, или нет. И не только мы с вами, дорогие читатели, пребываем в неведении, - этого в стране не знает почти никто!


Вот это уже страшно!


В ВЕЛИКОЙ МУДРОСТИ МНОГО ПЕЧАЛИ...


В последнее время много говорят и пишут о ГМИ и ГМО (генетически модифицированных организмах). Те, кто занят производством продуктов питания с применением ГМИ, пишут нам, что ГМИ совершенно безопасны. И аргумент у них имеется: а кто доказал, что они вредны для здоровья человека? Поскольку мы с вами не знаем, кто это доказал и доказал ли, подобные патетические риторические вопросы звучат как оправдательный приговор не нуждающийся в доказательстве. Тем более, что в каком-нибудь популярном издании мы можем наткнуться на статью ученого, посвятившего жизнь генной инженерии, добившегося, возможно, личных успехов в этом деле. Он нам правдиво и убедительно расскажет о том, что современная генная инженерия - это передовой край мировой науки, что достижения последних лет открыли перед человечеством надежду на продление жизни, избавление от болезней, появилась возможность обеспечить всех людей на земле дешевой пищей, основу которой составят новые сорта растений, не боящиеся ни жары, ни холода, ни засухи, ни наводнения, которым не страшны ни жучки, ни паучки.


Отложим мы такую статью в сторону, зажмуримся и всплывут перед нашим внутренним взором картины всемирного счастья и братства сытых, здоровых и счастливых людей. "Слава, - подумаем мы, - безумцу, который навеет человечеству сон золотой..."


Но потом мы очнемся, и нам на глаза, возможно, попадутся статьи других ученых, которые криком кричат об опасности применения ГМИ и ГМО.


Мы задумываемся - кто же из них прав? Но как только мы встали на путь поисков доказательства правоты одних и ошибочности взглядов других, мы оказались в ловушке из которой пока нет выхода. Во всяком случае, мы с вами его не найдем, мы сможем лишь примкнуть к одной из "партий". Поэтому, не об этом надо думать - заботиться надо, для начала, о своем праве на информацию. И только располагая максимально полной информацией, можно пытаться принимать те или иные решения для себя лично или давать рекомендации для других людей или общества в целом.


Ученые-генетики, несомненно, научились творить чудеса. Агрохимики давно разработали гербициды - вещества, уничтожающие растения-сорняки. Опрыскал поле - и полоть не надо: сорняки уничтожены. Но, к сожалению, гербициды, особенно в больших количествах, могут не только уничтожить сорняки, но и повредить то самое растение, которое собираются вырастить. Генные инженеры решили эту проблему: вывели растения, устойчивые к гербицидам. Прыскай и лей гербицидов сколько хочешь - все кругом погибнет, но наша генно-инженерно модифицированная культура будет расти и даст хороший урожай.

Казалось бы - хорошо?! Хорошо, да не дюже, как говаривалось в одной русской народной сказке. Эффективное - с точки зрения урожайности конкретного ГМ-растения - применение гербицидов отравляет почву, воды, убивает и жучков и паучков, а также червячков и прочую полезную живность, наконец, чем больше гербицидов было на поле, тем больше их попадет и на наш стол и в наш желудок. А сорняки, кстати говоря, довольно скоро привыкают к гербицидам, модифицируются и растут, как ни в чем не бывало. Химикам приходится придумывать новый гербицид - и так далее... Мы, конечно, тоже привыкаем понемногу поедать гербициды и ГМ-растения, гибнем не сразу и, как бы, не от этого, а вообще.

Виртуозную работу провели генетики, создав картофель, поев который колорадский жук подыхает. Мы с вами - за обе щеки и с удовольствием, а красивый полосатый нахлебник дохнет влёт. Описать в газетной статье, что для этого пришлось сделать ученым сложно. В самых общих чертах: им удалось вставить в геном картофеля ген бациллы "тюрингской палочки". Оказалось, что в таким образом генно-инженерно модифицированном картофеле возникает особый вид ядовитого для колорадского жука и его личинок белок - вот он и дохнет. Современные возможности генной инженерии кажутся почти безграничными. Захотелось вывести морозоустойчивые помидоры - пожалуйста: берем ген арктической рыбы, вставляем куда надо, и растет себе зимостойкий томат. Созданы ГМ-сорта растений, устойчивых к грибкам и вирусам, есть ГМ-деревья, дающие целлюлозы больше других, есть ГМ-моллюски, бананы, лосось, ракообразные, бактерии для производства йогурта, травы для газона, свекла, папайя, дыня, горчица, фрукты, рис, кукуруза, соя...

Всего в мире выведено и используется более сотни трансгенных, то есть, генетически модифицированных, растений (ТР).


ЕСЛИ ТРАНСГЕНЫ ВЫРАЩИВАЮТСЯ, ЗНАЧИТ ЭТО КОМУ-НИБУДЬ НУЖНО...


Еще как нужно. Ведь, вроде бы, дешевле получается: агротехника-то упрощается. Вот и засеяли в мире уже свыше 67 миллионов гектаров пашни под трансгенные растения. Лидируют в этом США: две трети всех мировых ГМ-продуктов производится там. И это, кстати сказать, один из сильнейших психологических аргументов в защиту трансгенных растений, во всяком случае, для нас с вами, потому что еще с советских времен мы на подсознательном уровне усвоили метафору: в Америке все самое лучшее. И хотя ум нам не раз и не два доказывал обратное - сердцу не прикажешь: раз уж в Америке кругом одни трансгены, нам то уж что ерепениться...

В Америке, однако, едят не одни лишь гамбургеры и не только трансгены. Америка все жестче и жестче контролирует производство и распространение трансгенных продуктов. Да и с экономической точки зрения картина уже не представляется столь оптимистичной. Накопленный американцами опыт производства трансгенных культур показал, что урожайность, например, ГМ-сои, кукурузы и рапса ниже, чем у обыкновенных. Так что кажущаяся экономия на гербицидах, что и привлекало фермеров в начале распространения трансгенных растений, себя не оправдала и доходность с одного гектара земли с учетом всех факторов оказалась ниже, чем при возделывании обычных культур. Поэтому в США площади, засеянные ГМ-кукурузой уже уменьшились на 22%, ГМ-соей на 15%. Многие сети магазинов и общественного питания отказываются покупать трансгенные продукты. Все шире и шире сеть магазинов, даже целых регионов, объявляющих себя экологически чистыми, свободными от продуктов, хотя бы потенциально опасных для здоровья. Поэтому все возрастающие объемы трансгенной продукции вывозятся за рубеж в бедные и продовольственно-зависимые, вроде России, страны. А то, что остается в Америке контролируется общественными организациями и самими производителями, которые более всего на свете боятся возможных судебных исков со стороны какого-нибудь гражданина с аллергией, полученной, якобы от его продукции. Да и "Закон о защите качества продовольствия" действует в США более 10 лет. Да и "Комитеты биобезопасности учреждений, создающих ТР" их контролируют, и "Служба инспекции и здоровья животных и растений Министерства сельского хозяйства США" работает, и "Администрация пищевых продуктов и медикаментов" не дремлет, и "Агентство охраны окружающей среды" охраняет. Так что, хватит об Америке и проблемах ее населения - сами разберутся. Лучше поговорим об американских долларах.

В производство ГМ-культур вовлечено 18 стран, лидерами по объему производимой продукции являются (в алфавитном порядке) Аргентина, Бразилия, Канада, Китай, США и ЮАР. За лидерами гонятся Австралия, Индия, Румыния и Уругвай. В 2002 году зерновых ГМ-культур произведено на сумму 4 млрд. долларов, в 2004 на 4,5 млрд., а в 2005 году ожидается произвести на сумму не менее 5 млрд. долларов США.


Вот, возможно, и ответ на вопрос - кому и зачем это нужно.


"РИСКОВАТЬ" И "ПОДВЕРГАТЬСЯ РИСКУ" - НЕ ОДНО И ТО ЖЕ


Хоть мы и сказали, что не надо давать вовлекать себя в профессиональные дискуссии специалистов, посмотрим со стороны на аргументы обеих сторон: опасно это или не опасно?


Тех, кто утверждает, что применение ТР безопасно, слушать не очень интересно. И не потому, что в их позиции отсутствуют элементы столь любимого народом жанра триллера - мы ведь любим всякие ужасы, а у них, наоборот сплошной хэппи-энд с самого начала. Их неинтересно слушать потому, что их аргументы не убеждают, а их заинтересованность очевидна. Но надо пытаться быть объективными: заинтересованность сама по себе не является залогом недобросовестности. А вот аргументы... Ведь основной аргумент защитников ГМИ мы уже приводили: никто не доказал, что ГМИ наносят вред нашему организму. Но человек так сложен, факторов, влияющих на организм так много и их так трудно отделять друг от друга... Выявить прямую, очевидную, уже проявившую себя на столь коротком временном отрезке (максимум - лет двадцать) взаимосвязь между колбасой, в которой содержится мука из ГМ-сои, и, например, аллергией, которая может быть вызвана сотней разнообразнейших причин, пока, видимо, невозможно. Поэтому мы с вами должны сами выбирать стратегию поведения. Либо "жру, что дадут, хоть и ГМИ всем смертям и опасностям назло" - все равно помирать! Либо "умный в гору не пойдет, умный гору обойдет" - вы там, господа, экспериментируйте, друг друга угощайте, а я подожду, обойдусь пока старыми, проверенными тысячелетиями экологически чистыми продуктами - если, конечно, смогу их где-нибудь найти.


В текстах противников ГМИ драматизма гораздо больше. В ход идут фразы типа "пища Франкенштейна", "ГМ-монстры", "атака клонов на москвичей", "продуктовый Чернобыль" и т.п. Но что же в действительности пугает противников ГМИ, а вслед за ними и нас?

Их и нас пугает неизвестность и недоказанность. То, что вред не доказан нас не устраивает и устроить не может. Надо, чтоб нам доказали пользу. Предпочтительнее пользоваться формулой: если польза от пищи не доказана, я ее постараюсь не есть. "Пища должна быть вашим лекарством, а лекарство вашей пищей" - Гиппократ. И тут как с лекарствами и пищевыми добавками: надо доказывать полезность, а не безвредность, в чем именно и когда эта польза проявляется, какие есть побочные эффекты, какова дозировка и прочее. Или как с водкой и сигаретами: открыто и недвусмысленно заявлено, что это очень вредно, даже Минздрав предупредил, но я сознательно иду на потребление этих вредных вещей, потому что (- далее идет психология или наркозависимость).


Неизвестность и недоказанность - временное состояние. Накапливается все больше и больше фактов, наблюдений, исследований. И, как это ни печально, все больше и больше данных говорит о том, что, по меньшей мере, некоторые ГМИ потенциально опасны. Проводятся, например, опыты с мышами и крысами, поедающими ГМ-свеклу и ГМ-картофель. Исследователи утверждают, что у крыс и мышей возникают проблемы с кишечником, у них снижается содержание гемоглобина и лейкоцитов. А их оппоненты говорят, что делать подобные выводы рано... Весьма многочисленны утверждения о том, что многие ГМ-продукты вызывают аллергии. Устойчивые к гербицидам ТР иногда накапливают гербициды в тканях, и они попадают в пищу, а все гербициды весьма токсичны, некоторые - канцерогенны. Наконец, обоснованное опасение вызывает попадание в организм человека тех самых токсичных белков, которые убивают колорадского жука, например.

В этой связи мы с вами опять перед дилеммой: употреблять или не употреблять в пищу ГМИ? Проверять на себе, или дождаться убедительных доказательств безвредности? Кому-то ответить на эти вопросы легко, кому-то труднее, но трагизм нашего с вами положения в том, что перед нами на самом деле нет дилеммы "есть или не есть": нам никто, нигде и никогда не говорит правды о подлинном составе продуктов питания!


Об этом мы еще поговорим, а сейчас скажем о некоторых других проблемах, связанных с трансгенными растениями. Это проблемы, касающиеся окружающей среды и самих растений, влияния трансгенных растений на обычные. Есть опасность, что ГМ-растения подавят и вытеснят растения обычные. Пока неизвестно, какие новые свойства могут возникать у ГМ-растения в ходе его дальнейшей эволюции, во что они превратятся через несколько поколений. Невозможно предсказать последствия воздействия трансгенных конструкций на микроорганизмы, бактерии и вирусы.

Если природное равновесие тем или иным образом будет нарушено, трагедии не избежать. И, к несчастью, именно Россия сегодня становится испытательным полигоном, всемирной лабораторией по наблюдению за влиянием ГМИ на человека и природу. Причем мы с вами не наблюдатели, мы - участники, точнее, подопытные. И за участие в этом жутком эксперименте мы сами же и платим: деньгами, здоровьем, жизнью, судьбой природы и страны.

Если я иду на риск сознательно, я, возможно, герой, возможно, дурак... Но, если меня подвергают риску без моего ведома и согласия, я - жертва. "Рисковать" и "подвергаться риску" - не одно и то же.


А КАК У НИХ?


"Кто не рискует, тот шампанского не пьет!" Сколько расхожих глупостей облечено в элегантные словесные формы... Элегантность фразы не есть доказательство ее истинности. Шампанское пьют повсюду, но в Европе, где оно на свет Божий появилось, при этом не хотят бесконтрольно и неосмысленно закусывать продуктами, содержащими ГМИ. Они хотят знать, что им предлагают на закуску.


Страны Европейского сообщества ведут постоянную борьбу с бесконтрольным проникновением на их территорию трансгенных растений и продуктов питания, содержащих ГМИ. С начала 90-х годов действует и постоянно совершенствуется законодательство, призванное защитить здоровье граждан Евросоюза и окружающую среду, создавая при этом единый контролируемый рынок биотехнологической продукции. Директивы ЕС устанавливают поэтапный процесс проверки возможных угроз здоровью человека и окружающей среде, прежде чем любой ГМО или продукт, содержащий ГМО, может быть разрешен к выпуску в окружающую среду или допущен на рынок. Научный Комитет по Растениям, чьи рекомендации носят обязательный характер, прежде чем одобрить выпуск ГМО на рынок, всесторонне и тщательно оценивает возможные риски. При этом стремятся выявить все свойства ГМО, которые могут вызвать побочные эффекты, оцениваются возможные последствия каждого побочного эффекта, вероятность их реализации. Важнейшей составляющей контроля является применение стратегии сквозного управления рисками.

Согласно этой стратегии компания, намеревающаяся выйти на европейский рынок с ГМО, прежде всего, проводит полную экспертизу экологических рисков в компетентных организациях, затем подает заявку в соответствующий орган государства-члена ЕС, в котором продукт впервые поступит в продажу. Если национальный орган даст положительный отзыв на допуск на рынок данного ГМО, это государство-член информирует другие государства-члены ЕС. Если и на этом этапе нет возражений, компетентный орган, выдавший первоначальное разрешение, дает согласие на допуск продукта на рынок. После этого продукт может поступить в продажу по всему Евросоюзу в соответствии с теми условиями, которые указаны в выданном разрешении. С октября 1991 г. в Евросоюзе разрешено коммерческое использование 18 ГМО, включая корма, хотя заявок поступило гораздо больше. После вступления в силу "Правил о новых видах пищи" ни один продукт, содержащий ГМО, пока не был допущен на рынок. Часть заявок отклонена, некоторые находятся в стадии рассмотрения. Не менее, важной частью стратегии сквозного управления рисками является отслеживание продуктов, содержащих ГМО после их выхода на рынок. Общие положения об отслеживании уже введены в "Законодательство Сообщества по пищевым продуктам, кормам и семенам". Отслеживание позволяет проследить пути продуктов, содержащих или полученных из ГМО, по каналам производства и распределения. Согласно "Правилам отслеживания" хозяйствующие субъекты должны передавать и сохранять информацию о продуктах, содержащих или полученных из ГМО, на всех стадиях продвижения на рынок. То есть, они должны фиксировать, откуда и куда поступают продукты, информировать следующего субъекта в цепи, что продукт получен из ГМО, сохранять информацию в течение 5 лет и сообщать ее компетентным органам по первому требованию. Так что, когда производство начинается с трансгенных семян, торгующая семенами компания должна информировать любого покупателя, что они генетически модифицированы, давая информацию, позволяющую точно опознать конкретные ГМО. Компания обязана также вести реестр оптовых покупателей, закупающих ее семена. Точно так же фермер должен информировать любого покупателя его урожая, что он трансгенный, и вести реестр покупателей, которым он поставляет свою продукцию.


Только целенаправленный мониторинг возможного влияния на окружающую среду, позволит вовремя удалить продукты, содержащие или состоящие из ГМО, в случае возникновения непредвиденной угрозы здоровью человека или окружающей среде.


Важная роль при этом отводится обязательной маркировке. Обязательная маркировка по-европейски это реализация права потребителей на информацию как обязательное условие сознательного выбора. Правила о новых видах пищи устанавливают обязательную маркировку пищевых продуктов и ингредиентов, включая пищевые добавки и ароматизаторы, содержащие или состоящие из ГМО, в том случае, если в продукте содержится более 0,9% ГМИ. Порог в 0,9% введен, исходя их предположения, что примесь таких веществ может быть случайной, носить характер технического загрязнения. Поэтому загрязнения с концентрацией менее 0,9% во внимание пока не принимаются, поскольку при производстве продуктов питания, кормов и семян практически невозможно добиться их 100%-ной чистоты. Правила учитывают этот факт, а также реальные возможности инструментального контроля. Однако, в отношении детского питания страны ЕС запретили использование ГМИ в сколь угодно малых количествах. Правила маркировки предписывают указывать сведения о наличии ГМИ даже в ресторанных меню.

Семена генетически модифицированных сортов также подлежат обязательной маркировке, которая должна четко обозначать, что это ГМ-сорт.

Но это в Европе.


А ЧТО У НАС?


А у нас совсем дела плохи.

Если коротко и ясно, то в нашей стране реального контроля за оборотом ГМО и ГМИ практически нет, несмотря на то, что законы, предписывающие кое-что в этом направлении делать, имеются. Живем почти по Салтыкову-Щедрину: "суровость российских законов смягчается необязательностью их исполнения" с той лишь разницей, что нынешние законы не только не суровы, но даже излишне либеральны.

Нас с вами, дорогие граждане, призваны защищать: закон "О государственном регулировании в области генно-инженерной деятельности", закон "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", закон "О качестве и безопасности пищевых продуктов", закон "О защите прав потребителя". Существуют также "Основы государственной политики в области обеспечения химической и биологической безопасности Российской Федерации".

Все есть - результатов нет. И не будет, если не будет создана единая государственная система контроля, способная обеспечить исполнение хотя бы этих законов.

Приведу простой пример. Выше мы говорили о маркировке в Европе. Вы думаете у нас нет закона, обязывающего производителей маркировать изделия, содержащие ГМИ? Есть такой закон - "Закон о защите прав потребителей" обязывает это делать. Вы, читатель, видели такую маркировку? Я - нет. А куда мы с вами, дорогой читатель, пойдем выяснять, есть ли в купленном нами продукте ГМИ или нет? А что будет, если мы каким-то образом установим, что ГМИ в продукте есть, а маркировки нет? Между прочим, лаборатории Госсанэпиднадзора проводя выборочные проверки обнаруживают ГМИ почти в трети продуктов.

Хватит риторики. Вот что мы имеем в действительности.


Прежде всего, отметим, что законным образом генетически модифицированных растений для пищевого производства на территории России официально не производится. На сегодняшний день в России к выращиванию на полях не разрешено ни одно трансгенное растение. Это не означает, что отсутствуют незаконные посевы, однако пока не они являются главным источником ГМИ в России. Основной поток ГМ-продуктов и ГМ-сырья поступает к нам из-за рубежа. Следовательно, и контроль за ГМИ надо начинать с таможенного терминала.


Основными товарами, содержащими ГМИ, являются соя, картофель, кукуруза, сахарная свекла, рапс (бобы, клубни, зерна, крупа, мука, шрот). Именно они наполняют рынок ГМ-продуктов процентов на 75-80.


Трудно поверить, но при ввозе в страну эти товары фактически не проверяются на трансгенность или наличие ГМИ.


Казалось бы, у нас введена и формально действует система государственной регистрации товаров, содержащих ГМО и ГМИ. Правила Госрегистрации предполагают, что еще до ввоза в страну импортер должен обратиться в органы Роспотребнадзора с просьбой провести соответствующие исследования и выдать Свидетельство - в этом и состоит Госрегистрация. По предъявлении этого Свидетельства таможенным органом может быть разрешен или запрещен ввоз товаров в страну. Но не делает этого таможенная служба! Не спрашивает!

Так что, господа, ввозите генномодифицированную сою, кукурузу, соевую муку - да все, что угодно. Вас никто не остановит, и скорее всего, даже не спросит - трансгенное все это, или нет. При ввозе контролируют наличие грибков, вредителей, сорняков, токсинов и т.п. в рамках ветеринарного и фитосанитарного надзора. Этим занимаются лаборатории Росхлебинспекции и Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору России. Они не должны - ни в каких инструкциях и правилах это им не предписано, - и не могут - их лаборатории не оснащены соответствующим оборудованием, - проводить проверку на трансгенность ввозимого сырья. Так что дальше вы можете отвести ваши соевые бобы или кукурузные зерна на мелькомбинат, смолоть муку, написать на мешках "мука 1 сорта, мелькомбинат номер такой-то" и продать ее какому-нибудь мясокомбинату. Колбасник добавит эту муку согласно рецептуре в свои изделия и отправит их в магазины, кафе, рестораны. Колбасник может знать, что эта мука получена целиком или частично из ГМ-сырья, а может и не знать. Проверять его все равно никто не будет.


Кроме пищевого сырья - бобов, зерен, клубней и муки, - в страну ввозят и готовые продукты питания, содержащие ГМИ. Чтобы их ввести в страну нужно оформить Сертификат соответствия товара. Нормативными актами Государственного таможенного комитета и Госстандарта утвержден очередной (январь 2005 г.) "Список товаров, для которых требуется подтверждение проведения обязательной сертификации при выпуске на таможенную территорию Российской Федерации", в котором вы не найдете почти ничего, из тех продуктов, в которых, в основном, и содержатся ГМИ. Отметим, что в прежнем (от 13.11.2002), ныне отмененном Списке, содержались: "Мясо и пищевые мясные субпродукты", "Овощи и некоторые съедобные корнеплоды и клубнеплоды", "Бобы кормовые, кроме предназначенных для посева", "Остатки и отходы пищевой промышленности", "Готовые корма для животных" и другие товары, часто содержащие ГМИ. В новом списке этих товаров нет.

Налицо тенденция к снижению качества контроля за ввозом и целенаправленное выведение из под контроля потенциально опасных продуктов.


Вот так проблема контроля и отслеживания ввоза и распространения ГМ-продуктов становится чрезвычайно сложной: теперь, после пересечения границы надо вылавливать ГМИ, расползшиеся по стране в виде компонентов различных продуктов питания, производимых на больших и маленьких фабриках, заводах, комбинатах, в столовых, ресторанах, кафе, разбросанные по миллионам прилавков и сотням тысяч торговых точек.

Посмотрим, может у нас, отказавшись решать простую задачу контроля на границе, блистательно справились с неизмеримо более сложной - контролем распыленных по всей стране компонентов?


Основным и фактически единственным органом, пытающимся решить проблему контроля за ГМИ и ГМО на пищевых производствах и потребительском рынке, является Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителя и благополучия человека Российской Федерации - бывшая Госсанэпидслужба, ныне Роспотребнадзор. Однако, несмотря на принимаемые Службой меры, разработку и внедрение методических указаний, подготовку специалистов и постепенное оснащение лабораторий соответствующим оборудованием, системный и повсеместный контроль в нашей стране за содержанием в продуктах питания ГМИ и ГМО наладить пока не удается. Да и юридически он надлежащим образом не закреплен.

По закону Роспотребнадзор должен и пытается проводить мониторинг оборота продукции, содержащий ГМО и ГМИ, то есть отслеживать информацию о приобретении, хранении, производстве и реализации этой продукции. Однако, этой информации нет не только у Роспотребнадзора, но и у тех, от кого Роспотребнадзор должен ее получить: у производителей и продавцов. Эта информация изначально, с момента происхождения товара должна содержаться в товаросопроводительных документах (накладных, счетах-фактурах и т.д.), но у нас нет соответствующего обязательного для всех предписания указывать эту информацию. Роспотребнадзор мог бы, в принципе, проводить самостоятельные массовые исследования на содержание ГМИ, но для этого должен быть юридически на федеральном уровне прописан механизм проведения испытаний при ввозе и обороте продукции, относящейся к "группе риска". Но нет такого механизма.

Есть противоречия и недоработки и в сфере маркировки ГМ-продуктов. Так, например, прописанный в Санитарно-эпидемиологических правилах и нормативах порог для маркировки ГМ-содержащих продуктов равен 5%, что противоречит новой редакции закона "О защите прав потребителей", не вводящей с января 2005 года вообще никаких порогов и предписывающей маркировать все продукты, содержащие хоть сколько-нибудь ГМИ. Шаги, предпринятые в прошлом году Роспотребнадзором в направлении введения европейской пороговой нормы (0,9%) отвергнуты Минюстом. Не разработаны и не утверждены нормы отбора проб на содержание ГМИ в графиках производственного контроля при производстве пищевых продуктов и т.д.

Несомненно, существующие нормативные документы нуждаются как в приведении их во взаимное соответствие, так и в изменениях и дополнениях, направленных на обеспечение возможности контроля за распространением ГМО и ГМИ.


А пока нет у нас контроля за ГМИ, что бы ни говорили их импортеры и производители. Призыв Президента страны В.В. Путина, высказанный им в "Основах государственной политики в области обеспечения химической и биологической безопасности Российской Федерации" остался благим пожеланием: "...обеспечить безопасность продуктов питания и лекарственных средств, производимых из генетически измененных материалов, ...создать систему государственного контроля за оборотом генетически модифицированных материалов". Не обеспечили, Владимир Владимирович, и не создали. Наоборот, те действия, которые в этой области предпринимаются, вызывают опасения, граничащие с кошмаром.

Не только Роспотребнадзору - единственной организации глубоко и всесторонне осознающей проблему, готовящей тщательно продуманные и четко сформулированные рекомендации и указания, связывают руки всеми доступными способами. Росхлебинспекция, которая до недавнего времени осуществляла контроль за качеством ввозимого зерна, ликвидирована, а ее функции переданы Федеральной службе по ветеринарному и фитосанитарному надзору. При этом функция контроля за ввозом трансгенных растений не исполняется ни той, ни другой. Соответствующее предписание им должно дать Министерство сельского хозяйства, оно же должно надлежащим образом оснастить лаборатории. Но оно этого не делает. Более того, действующий приказ Минсельхоза о правилах ввоза зерна и продуктов его переработки не содержит регламентации ввоза и оборота ГМО и ГМИ.

Закон "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при проведении государственного контроля" вывел производителей и продавцов из поля надзора: первые три года существования их вообще нельзя проверять, а потом не чаще одного раза в два года. А ведь именно такие предприятия являются основными производителями и распространителями ГМО и ГМИ. Кстати, лицензирование пищевых предприятий тоже отменено.

Недавно вступивший в действие Федеральный закон ╧122 лишил субъектов РФ права обеспечивать контроль качества и безопасности пищевых продуктов на вверенных им территориях.

Примеров системного и последовательного уничтожения всякой возможности контроля за ввозом и оборотом ГМО и ГМИ в РФ можно привести еще немало.

Что же за этим стоит? Алчность и безответственность импортеров ГМ-сырья и производителей ГМ-продуктов? Несомненно. Продажность инспекторов и инспекций, министерств и министров? Не без этого. Но, возможно, и не только это. Безопасность пищевых продуктов является частью общей проблемы биологической безопасности страны. А в этом направлении копают уже и другие персонажи нашей истории.


БИОТЕРРОРИЗМ


В мае 2004 г. в Льеже (Бельгия) комитет НАТО по глобальным вызовам современному обществу выступил с заявлением о серьезной опасности возникновения генетического терроризма как разновидности терроризма биологического. Эта опасность усугубляется тем, что даже небольшая биологическая лаборатория со стандартным оборудованием и ограниченными финансовыми возможностями в состоянии осуществить разработку и производство такого оружия. Подчеркнуто, что именно продукты питания могут стать потенциальным генетическим оружием при совершении крупномасштабных террористических актов.

Что такое генетическое оружие? Это искусственно, с помощью генной инженерии созданные бактерии, вирусы, микроорганизмы, которые, попадая в организм человека, могут негативно на него воздействовать - или не воздействовать. Причем эта бактерия сама "решает" - воздействовать ей или нет. Определяется этот выбор особой программой поведения такой бактерии, в соответствии с которой она отыскивает те гены в организме человека, против которых она должна действовать. И если их находит, то действует, если не находит - не действует. Если, например, создать таких бактерий, который отыскивают ген, обуславливающий, скажем, рыжий цвет волос, и поместить их в йогурт с "миллионом живых бактерий", то постепенно в стране будет становиться все меньше и меньше рыжеволосых... (Мы никого конкретно не имеем в виду.) Они либо начнут вымирать от обычных болезней вследствие снижения иммунитета, либо будут становиться бесплодными и перестанут рождать детей - способов негативного воздействия много. Вместо рыжих, можно в качестве цели выбрать какую-либо этническую группу, либо поражать объекты по половому признаку. Сегодня генная инженерия способна обеспечить производство избирательно действующих токсичных продуктов, ничем не отличающихся от обычных. Может быть создано и такое оружие, которое будет избирательно разрушать какую-то часть организма своей жертвы: сердце, желудок, печень... Медики будут говорить больному: пить надо меньше, - а причина в другом. И лекарства окажутся бессильными.

Противостоять этому может только всеобъемлющая система биологической безопасности государства.


ЧТО ЖЕ ДЕЛАТЬ?


Есть, конечно, царская дорога к биологической безопасности.


Если бы на уровне Постановления Правительства или Указа Президента была введена норма, обязывающая всех производителей маркировать ВСЮ пищевую продукцию фразой "НЕ СОДЕРЖИТ ГМИ", в случае, если не содержит, и "СОДЕРЖИТ то-то и то-то", если содержит, а также предусмотреть такую ответственность производителя за не соответствующую действительности информацию, чтобы ему и в бреду не приходило в голову пытаться кого-либо обманывать, если бы к услугам этих честных производителей имелись быстро, надежно и дешево работающие сертифицированные лаборатории, проводящие исчерпывающие исследования на ГМИ с применением отечественных методик на отечественном оборудовании, если бы этим же указом таможне предписывалось бы не пропускать пищевое сырье и продукты питания без анализа на ГМИ, если бы все хозяйствующие субъекты, имеющие дело с разрешенными к использованию ГМИ были обязаны вести строгий учет их прихода и ухода, если бы торгующие организации обязывались выделять для торговли продуктов с ГМИ отдельные прилавки и выставлять ценники специального цвета, если бы все это курировал и координировал единый компетентный орган, вот тогда бы мы имели надежду на улучшение ситуации и на обеспечение предпосылок реализации нашего конституционного права на достоверную информацию.


А пока у нас есть только один, далеко не царский путь: требовать от ветвистого древа нашей государственной власти создания такой системы. И надо терпеливо и мужественно идти этим путем. Требовать исполнения действующего законодательства и, одновременно, его улучшения. Помогать тем, кто пытается защитить наши интересы и интересы будущих поколений, бороться с теми, кто препятствует нам, кто не предоставляет нам нужной информации. Надо обращать внимание на маркировку пищевых продуктов, при любых сомнениях обращаться в Общества и Ассоциации защиты прав потребителей, Госсанэпиднадзор, торговые инспекции.


Помните: за последние три года импорт в Россию ГМО и ГМИ увеличился в 100 раз. В настоящее время, по оценкам экспертов, в реализации населению могут быть содержащие ГМИ: 80% соевых продуктов, 80% овощных консервов, 70% мясных продуктов, 70% кондитерских изделий, 50% фруктов и овощей, 15-20% молочных продуктов, и 90% пищевых смесей для детей. В Российской Федерации разрешены для использования в пищевой промышленности и реализации населению только 13 видов пищевой продукции растительного происхождения, полученные с применением ГМО: 3 сорта сои, 6 линий кукурузы, 2 сорта картофеля, 1 сорт сахарной свеклы и 1 сорт риса. (Отметим, что существует множество других трансгенных линий сои, кукурузы, картофеля, свеклы и риса, не получивших разрешения на использование.) Список генетически модифицированных сельскохозяйственных культур и продуктов превышает 100 наименований. На рынке России уже находятся ГМО сорта томатов, кабачков, рапса, папайи, дыни и др., несмотря на то, что они еще не прошли регистрацию в нашей стране.


Дурят они нас, как хотят!


С.БЕЛКИН

Генеральный директор ИК "БИОЗАЩИТА",

Член СП РФ


29 марта 2005 г.