# Душа

Ольга Юрьевна Белова

Ольга Белова


ДУША


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:


Надя

Муж

Сын

Врубель

Брюсов

Врач

Русалки

Мужчины

Женщины

Голос 1

Голос 2

Голос 3


Михаилу Александровичу Врубелю, художнику, принесшему в серую людскую жизнь сказку, посвящается...


Сцена 1


Небольшая комната. Входная дверь. Шкаф для одежды. Трюмо. Рядом пуфик. Чуть дальше - стол с настольной лампой. Табурет. Книжная полка над столом. Возле стола холодильник. Комната служит одновременно прихожей, кухней и рабочей. Является проходной для зала и детской.

Поздний вечер. В зале горит свет. Включен телевизор. Щелкает дверной замок. Приоткрывается дверь. Входит молодая женщина с пакетами в руках. Включает свет. Ставит пакеты на пол. Закрывает дверь. Снимает обувь. Берёт пакеты, несет к столу, ставит на табурет. Включает лампу. Возвращается к входной двери. Выключает свет. Устало опускается на пуфик. Прислушивается. Из зала доносится грубый мужской голос.

Муж. Надя, ты?

Надя (тихо). Я.


Появляется мужчина лет 40. Из открытой в зал двери доносятся звуки телевизора.


Муж. Наши проиграли.

Надя (уставшим голосом). Что?

Муж. Наши опять проиграли.

Надя. А...футбол.

Муж. Шеф звонил. На следующей неделе - командировка. Кран перевозят.

Надя (не слушая). Понятно. Леша спит?

Муж. Да. Спит. Денег я тебе оставлю. Если что, у мамки одолжишь. Проездной

мой бери.

Надя. Лешу покормил?

Муж. По яйцу сжарил и картошку подогрел.

Надя. Хорошо.

Муж. Мамка звонила. Купила сосисок в дешевом ларьке. Завтра привезет. Новости.


Женщина встаёт с пуфика. Снимает плащ. Мужчина уходит в зал. Дверь оставляет открытой. Слышен голос диктора. Женщина идет к столу. Из пакетов достаёт продукты. Заглядывает в холодильник.


Надя (негромко мужу). Почему суп не ели?

Муж (громко, из зала). Говорю же футбол. Новости. Некогда.


Женщина захлопывает холодильник, садится за стол. Достаёт папки из пакетов.


Муж (кричит). Слышала, центральную площадь Нью-Йорка оцепили из-за угрозы

теракта.

Надя. Нет. Не слышала.

Муж. Оппозиция намерена провести несанкционированный митинг в Москве.

Надя (безразлично). Я рада.

Муж. Слышишь, опять взрыв.

Надя (ищет в сумке ручку, карандаш). Не кричи. Лешу разбудишь. Кстати, он

уроки сделал?


Мужчина выходит из зала, приближается к женщине.


Муж. Вроде да, что я нянька какая. Взрослый пацан. Проверять что ли буду.

(Увидев папки на столе и ее с карандашом.) Твоя работа уже достала. Совсем света из-за нее не видишь. И дома еще пишешь.

Надя. Что делать. Работа нужна. Если бы только это (показывает на папки)

дописать. Ушла б с работы. Очень устаю. На Врубеля совсем сил нет.

Муж. Смеешься что ли? На ребенка с мужем времени нет. Целыми днями в этом

подвале сидишь. Что в мире делается, не знаешь. Квартплату подняли. На, квитанцию посмотри.

Надя. Потом.

Муж. Потом. Потом. Врубелю ты можешь вечер посвятить.

Надя. Хочу скорее разобраться.

Муж (подходит к ней, игриво). Я уже постель расстелил. Иду греть. Быстрее

разбирайся со своим хламом. Фильм пока посмотрю.

Надя. Хорошо. Смотри.

Муж. Фильм с Ван Дамом.

Надя. Поняла, что не с Ван Гогом.

Муж. Давай вместе посмотрим. (Женщина отрицательно качает головой.)

Надя. Только потише звук.

Муж (недовольно). Ладно. (Выходит, закрывает дверь.)


Женщина одна. Раскладывает бумаги. Достает очки. Надевает. Находит страницу. Читает.


Надя. "Тогда как живопись -- фактура и колорит картины -- воссоздает

впечатление потухающей сценической подсветки. Розовые и голубые краски первоначально обладали люминесцентным эффектом... публики: исчезнувшие версии изображения тут же превращались в то, о чем..."


Снимает очки. Трет глаза. Надевает очки, вглядывается в буквы, строчки, страницы, пытаясь сосредоточиться. Неслышно входит ребенок. Мальчик лет 6-7. Останавливается и глядит на мать.


"Розовые и голубые краски первоначально обладали люминесцентным эффектом..."

Сын (очень тихо). Мама. Мам.


Женщина оборачивается.


Надя (устало). Леша, почему не спишь?

Сын. Я рисовал. Вот. (Протягивает, стесняясь, рисунок. Мать вглядывается, но

не видит изображения.)

Надя. Что это?

Сын. Рыбки.

Надя. Откуда рыбки?

Сын. Мы рисовали рыбок.

Надя (борясь с усталостью). Почему рыбки зеленые?

Сын. Они не зеленые.

Надя. А какие?

Сын. Муру...мурудные.

Надя (подсказывает). Изумрудные. Да?

Сын. Нет. Нет. Мурудные.

Надя (раздраженно). Не выдумывай. Такого нет цвета.

Сын (собираясь расплакаться). Есть. Мурудный. Это я придумал. Это мой цвет.

Надя. Ну, хорошо. Хорошо. Только не плачь. Иди спать. Уроки все сделал?

Сын. Нам ничего не задавали. Кроме рыбок.

Надя. Ну, хорошо. Иди спать. А маме надо работать.

Сын. Мы сходим завтра к рыбкам?

Надя (не поняв). Куда?

Сын. Туда, где живут рыбки и хомячки.

Надя. Сходим. Сходим. Иди, юный Матисс.


Сцена 2


Женщина одна.


Господи! Рыбки. Рыбки. Какие рыбки!


Врубель. Врубель. Сумасшедший художник.


Пауза.

В 3 года смерть матери. Мачеха. Музыка и пение.

Кирилловская церковь. "Богоматерь", переписанная в рыжую "Наездницу".

Швейцария. Испания. Венеция.

Фенацетин ложками. Зеленый нос. "Морская царевна". "Каренина".

Жена Забела-Врубель. Савва с заячьей губой. Смерть отца. Смерть Сына.

Отторжение. Непризнание. Одиночество. Непонимание.

"Сирень". "К ночи". "Сатир". Демон. "Демон".

Мания величия. Уничижение. Сумасшествие.

Психиатрическая клиника. Усольцев. Морозов. "Жемчужина".

"Брюсов". Потеря зрения! Ужас! Художник, мир которого сказочно прекрасен -- ослеп...

Врубель. Врубель! "Воробьи чирикают мне -- чуть жив, чуть жив!"

Как же понять тебя, твою душу художника? Чем измерить? Сердцем? Умом? Вот Богоматерь. Юная у Рафаэля. Цветущая, дарящая радость на иконках, в фильмах. Почему у тебя, Богоматерь Врубеля, потухшие глаза, слепой взгляд, припухшие губы? Где же ты, Врубель, со своими ответами?


Бурые, красные, желтые, бурные

Листья кружатся во мгле...


Бурые, красные, желтые, бурные...

Лампа пылает на чайном столе.


Женщина засыпает, продолжая шептать строки из стихотворения Врубеля. Кто-то вторит ей.


Голос 1. Бурые, красные, желтые, бурные

Листья кружатся во мгле...

Речи несутся задорные, шумные,

Лампа пылает на чайном столе...


Появляется Врубель в белом балахоне с черной круглой шелковой шапочкой на голове. Подходит близко к заснувшей. Склоняется над ней, шепчет.


Понимание ускользает от нас. Кажется, истина вот-вот в наших руках. И вдруг выглядывает лучом света из дальнего угла. Неуловима.


Врубель выключает лампу, приподнимает женщину. Подводит к центру комнаты. Набрасывает на спящую тёмную материю. Приносит табурет. Усаживает женщину. Складывает руки. (Получается копия образа Богоматери.)

Врубель склоняется перед женщиной. Прижимается головой к ее коленям.

Почему моя Богоматерь не юная? Со слепым взглядом?


Моя мать - Богоматерь. Богородица - мне мать! Ибо ее колени дают приют осиротевшим. Мать святая, скорбящая о своих Сынах, ибо все, оставшиеся на земле без матери - ее Сыны. Все униженные, обездоленные - ее Сыны. Каждый путник, вошедший в церковь, найдет приют у ее ног. Сейчас Вы мать (обращается к Наде). Мать одного сына. И Ваши глаза светятся заботой об одном сыне. Ее глаза не светятся, ибо отдали свой свет всем Сынам земли и ослепли. Глаза широки, полны горем. Богоматерь - Душа скорбящая. Я покажу Вам ее. (Подводит женщину к краю сцены). Глядите! Сколько страждущих. Без ваших слез. Без вашего утешения. Готовы ли Вы отдать свой свет им и стать Душой скорбящей? Готовы оплакивать мертвых, утешая живых? Давать веру своим смирением? Давать силу своим бессилием? Все это - Душа скорбящая. У Рафаэля не Богоматерь - юная девушка, полна счастьем материнства. Моя Богоматерь в Кирилловской церкви - женщина, знающая о предстоящих страданиях Сына. О горе людском. Глаза слепые и всевидящие. Станете Вы Душой скорбящей? Поймете, что все Ваше - не Ваше, земли и неба. А все горе и слезы не ваши - Ваши. Готовы?


Женщина делает шаг назад.


Надя (тихо). Нет.

Врубель. Что ж, я показал вам одну Великую Душу. Есть другая. Душа красивая,

приносящая радость. Она живет в моих сказках. Моих полотнах.


Снимает материю с головы женщины. Расстилает на полу. Берет Надю за руку, уводит со сцены.


Сцена 3.


Сцена представляет собой сказочный шатер. Яркий персидский ковер с причудливыми узорами. Вазы с фруктами. Кувшины. Подсвечники. Дорогие ткани. Появляется Врубель с Надей.

Врубель. Надежда, это моя сказка.

Надя. Красота! Волшебство! Это и есть персидский ковер? (дотрагивается руками

до ковра). Тот самый с картины "Девочка на фоне персидского ковра"?

Врубель. Да, Надежда. Садитесь.


Надя усаживается на ковер. Появляются девушки, надевают женщине восточный костюм. Врубель застегивает на шее женщины жемчужные украшения. Надевает головной убор.

Врубель. Теперь Вы и есть та самая девочка на персидском ковре с моей картины.

Надя (счастливо улыбаясь). Я не верю. Вы сказочник! (Разглядывает украшения,

себя в зеркальце.) Постойте, Михаил Александрович, девочка на фоне персидского ковра - это же дочка Дахновича.

Врубель. Позвольте, Надежда, ею вполне могли стать Вы.

Надя. И всё же.

Врубель. Без всякого все же. Это мая сказка. Я приглашаю в неё кого хочу. И все!

Надя. Так это место - ссудная касса Розмитальского и Дахновича?

Врубель. Да. Верно. Вы еще обо мне читали прошлой ночью из записей Коли

Прахова: Блеск металла и особенно переливы цветов драгоценных камней всегда привлекали внимание Врубеля. Металл он мог наблюдать где угодно, а драгоценные камни -- в ссудной кассе. Я брал горстку драгоценных камней и пересыпал с ладони на ладонь. (Берет камни с вазочки.) Глядите! Удивительные сочетания! Совершенное творение природы. Чистота. Яркость цветов. Мои картины - бледное отражение природного волшебства.

Надя. Перестаньте. Ваши картины чудесны. Но откуда? Откуда Вы знаете, что я

читала воспоминания Николая Прахова? Вы были у меня прошлой ночью?

Врубель. Полноте. Вам это известно. Вы же сами меня звали. Помочь разобраться

в работах гениального художника Врубеля.

Надя. Да, но...

Врубель. Тсс! Наберите воздуху в лёгкие! Скорее! Спускаемся на дно морское. Не бойтесь. Дайте руку.


Вдвоём оказываются в подводном царстве. Громадной величины перламутровых, фиолетовых, пастельных оттенков раковины. Изумрудные водоросли. Разноцветные рыбы. Выплывают русалки, раздевают женщину. Обматывают тело шелковой материей, в волосы вплетают золотые нити и морские звезды. Укладывают женщину на поверхность прекрасной перламутровой раковины-трона. Русалки льнут к своей морской царице. Врубель подплывает к ней.

Врубель. Как Вы чувствуете себя на глубине, морская царица?

Надя. Прекрасно, господин Врубель! Даже Пушкин не смог старуху сделать

владычицей морской. А Вы меня. За что такое счастье? Чудесная сказка?

Врубель. За великое горе.

Надя. Значит, Вы ошиблись. У меня все прекрасно. Я заняла чей-то трон, господин

Врубель.

Врубель. Кто изведал счастье, изведает горе. Это Ваш трон.

Надя. Эта ракушка с вашей картины?

Врубель. Да. А Вы - жемчужина.

Надя. Вы меня смущаете, Михаил Александрович.

Врубель. Что же мне сделать? Разве что вернуть Вас на землю.


Русалки поднимают Врубеля и женщину на поверхность воды. Вдвоём в гондоле.


Надя. Где мы? Удивительная природа.

Врубель. Венеция. Венеция -- город маленький. Площадь святого Марка -- это

огромный зал под открытым небом, заполненный иностранцами. Я люблю венецианские фонтаны, чудесные мозаики в соборах. Люблю тишину. Видите, монастырь на маленьком острове? Там справа. Ближе к горизонту.

Надя. Вижу. Прямо из воды каменные стены с высокой колокольней

Врубель. Четырехугольной...

Надя. Красиво!

Врубель. Не хватает венецианца гондольера в зеленом бархатном костюме.


Гондола подплыла к берегу. Небольшой островок и скалы. Огромные яркие цветы.

Врубель. Давайте я помогу Вам выйти на берег.


Художник помогает Наде выбраться на берег. Женщина, заметив огромные фантастические цветы, подбегает к ним.


Надя. Что за чудо природы!

Врубель. Плод фантазии больного художника.

Надя (с укором). Что Вы, Михаил Александрович.

Врубель. Нет, правда. Врачи не понимают психики моей - художника. Травят

микстурами.

Надя. Бросьте Вы думать об этом. Какая прелесть! (Заглядывает в бутон

огромного красного цветка.)

Врубель. Академики выискивают признаки болезни в моих работах. Считают их

растрепанными, сумбурными, дерзкими. "Демона" не понимают - путают с чертом и дьяволом. Черт по-гречески - "рогатый". Дьявол -- "клеветник". "Демон" значит "Душа". Душа. Душа. Демон - мятущийся человеческий дух. Хочет познать жизнь. Но не находит ответов на свои сомнения. Нет ему покоя ни на земле, ни на небе. Вы узнали эти цветы?

Надя Конечно! И скалы.

Врубель. Да, скалы. Глядите. (Садится возле куста цветов, охватывает колени.)

Похож?

Надя. На "Сидящего Демона" с Вашей картины? Вылитый.

Врубель. Он сидит на скале, охватив обеими руками колени.

Надя. Созерцает многоликий непознанный мир.

Врубель. Верно подметили.

Надя. Вы говорите, Демон - душа. Демона изобразили юношей. А женская душа

как же?

Врубель. О, женщины, женщины. Любопытные. С Вами все гораздо проще. Я

показал Вам свою Богоматерь - Душу скорбящую. И Душу красивую. Верно?

Надя. Не совсем. Я не видела второй.

Врубель. Как не видели? А восточная красавица, морская царевна? Цыганка,

Испанка на моих полотнах?

Надя. Это Красивые Души?

Врубель. Да. Красивые. Телесно. Красота может быть губительной, если она злая.

Может спасти мир, если добрая. Красота дарит миру сказку, делая жизнь прекрасной. Приносит войны, поддаваясь злу. Таковы Красивые Души.

Надя. Вы всех женщин относите к двум Душам?

Врубель. Ну почему же. Богоматерь и...

Надя. Допустим, Рыжая наездница, циркачка.

Врубель. Допустим. Две противоположные души. Они сочетаются в каждой

женщине. По-разному.

Надя. То есть можешь быть Душой Скорбящей и иметь помысел Блудницы. Так

что ли?

Врубель (смеется). Приблизительно.

Надя. И кто же я? Какая Душа?

Врубель. Вы, Надежда, сами должны решить. Отпустить на волю желания. Дарить

людям красоту, сказку. Или...

Надя. Или...?

Врубель. Пойдемте, надо спешить, меня спохватятся.


Врубель берет женщину за руку. Ведет за скалы. Вдвоём оказываются в шатре.


Надя. Шатер.

Врубель. Да. Будем пить чай и греться после ночной прохлады.


Вдвоём усаживаются на ковре. Врубель укрывает ее ярким цветным пледом. Разливает чай в пиалы.


Надя. Какой аромат (вдыхает). Вы любите чай?

Врубель. Да, я люблю. У меня есть один волшебной красоты китайский, вышитый

шелками, ящик для чая.


Стук в дверь.


Врубель (испуганно). Прячьтесь, это за мной мучители. Скорее. (Глаза Врубеля становятся безумными. Движения беспорядочны. Мечется по шатру, пытаясь спрятаться за громадный кувшин).


Входят мужчины и женщины. Первые скручивают ковер. Вторые выносят вещи. Сказочный шатер оказывается неуютной мрачной комнатой без обоев с маленьким окном. Из сказочных вещей последним выносят кувшин. Мужчины и женщины уходят. Врубель раздевается и нагим, на корточках, обходит свою комнату. Считает круги. Входит врач в белом халате. За ним санитары вносят железную кровать, фанеру. Ставит фанеру к окну так, что Надя остается за фанерой.

Врач. Михаил Александрович, голубчик, что это Вы удумали?

Врубель (смутившись). Доктор, на меня наложена епитимья. Я должен сто раз

обойти вокруг комнаты... За свои грехи.

Врач. Позвольте, ведь нельзя же за один вечер избавиться от наказания. А значит,

ложитесь-ка спать, а завтра с утра и ходите. Утром ходить вдвойне

полезнее - для тела и души.

Врубель. Вы так считаете?

Врач. Конечно. Давайте помогу. (Приподнимает Врубеля, ведет до кровати,

помогает надеть рубаху, укладывает.) Отдыхайте, скоро Брюсов Валерий Яковлевич придет.

Врубель. Да, да.

Врач. Покойной ночи. Хотя уже утро.


Врач уходит. Закрывает дверь.


Врубель. Надежда, Вы здесь? Вы слышали, доктор Усольцев меня за follie Ю doubble forme держит. Сравнил наказание с зарядкой. Надежда, Вы где?


Женщина отодвигает фанеру. Появляется в комнате.


Надя (шепотом). Я здесь, Михаил Александрович.

Врубель. Дайте мне руку. Вы верите мне? Я не безумен. Верите?

Надя. Верю. Верю. Вам нельзя волноваться.

Врубель. Вы же были со мной в сказке. Это реальность, а не больное воображение.

Вы же видели все сами?

Надя. Видела. Все видела. Красоту. Сказку. Морское дно.

Врубель. Вы меня успокоили, Наденька. Можно мне Вас так называть?

Надя. Конечно. Как Вам нравиться.

Врубель. Вы добрейшей души человек.

Надя. Вы волшебник. Вы подарили мне сказку. Я счастлива.

Врубель (взволнованно, с безумными глазами). Прячьтесь. Скорее. Они идут.

Надя. Кто?

Врубель. Голоса. За мной идут. Прячьтесь! За стекло.


Врубель натягивает одеяло на голову. Входит доктор.

Врач. Доброе утро, голубчик. Как самочувствие? (отвешивает шторы, за стеклом стоит Надежда, доктор ее не замечает). Вас уже Брюсов дожидается.

Врубель. Пусть входит.


Врубель поправляет измятую рубаху, причесывается. Входит Брюсов и доктор с бутылкой в руках.


Брюсов. Доброе утро, Михаил Александрович.

Врубель. Здравствуйте, Валерий Яковлевич.

Врач (Врубелю). Может стаканчик вина перед работой?

Врубель. Нет, мне нельзя пить.

Врач. Немного можно, если доктор позволяет.

Врубель (отодвигая стакан). Я все свое вино уже выпил.

Врач. Ну что ж. Оставляю Вас одних (выходит).


Врубель подготавливает материалы, привязывает полотно к спинке кресла.


Брюсов. Михаил Александрович, я попросил Николая Павловича прислать Вам

мольберт.

Врубель. Благодарствую.

Брюсов. Проходя к Вам по коридору, я заметил ваших э...сотоварищей по... по

лечебнице.

Врубель. Они сидят, видимо, в ожидании завтрака.

Брюсов. Да. Они бессмысленно уставились в одну точку. Я подумал о том, как

страшно жить Вам, наверное, в таком обществе.

Врубель. Получше общества, в котором я жил до клиники.


Неловкая пауза.


Врубель. Валерий Яковлевич, станьте вот сюда. (Указывает на стену возле

кровати.) Руки на груди сложите вот так (показывает) крестом.

Художник принимается рисовать Брюсова. Берет полотно. Углем намечает композицию. Рисует увлеченно. Стирает, заново намечает, опять стирает. Вдруг застывает на месте. Прислушивается. Берет цветные карандаши. Опять прислушивается.


Врубель. А что, вы ничего не слышите?

Брюсов. Нет, ничего, ровно ничего.


Пауза.


Врубель. А мне вот кажутся голоса... я думаю, что это говорит Робеспьер.

Брюсов. Полноте, Михаил Александрович. Робеспьер давно умер, как бы он мог

заговорить с вами?

Врубель. Да, может быть, это все галлюцинация.


Пауза.


Врубель. Немного охры. (Берет зеленый карандаш.)

Брюсов. Михаил Александрович, это же зеленый.

Врубель (подносит карандаш очень близко к глазам). Да, зеленый. Спутал. (Всю

коробку карандашей подносит близко к глазам. Прищуривается. Выбирает нужный. Кладет все остальные на кресло.)


Пауза.


Врубель. Видели в Петербурге мою "Морскую царевну"?

Брюсов. Видел. Слышал восторженные похвалы от любителей искусства.

Врубель (усмехнувшись про себя). Похвалы.

Брюсов. Как хорошо, что эта вещь, наконец, в музее. До сих пор тысячи ваших

поклонников были лишены возможности видеть подлинные ваши картины.

Врубель. А вы в ней ничего не заметили?

Брюсов. Не заметил ничего особенного.


Пауза.


Врубель. Да... А мне говорили. Говорили, что на картине из щелей расползаются

мокрицы и сороконожки. Вы не заметили?

Брюсов. Михаил Александрович! Я сегодня из Петербурга, видел вашу картину

вчера. Уверяю вас, что ничего подобного нет; все краски целы и свежи, как если бы вы ее только что написали...


Пауза.


Врубель. "Жемчужину" видели?

Брюсов. Прекрасная картина. Одна из лучших ваших вещей.

Врубель. Не заметили в ней тоже ничего?

Брюсов. Нет, Михаил Александрович, все прекрасно.

Врубель. Там, знаете, одна женская фигура так прислонена к другой женской... я

ничего такого не думал... Это получилось само собой... Непременно надо будет переделать...

Брюсов. Прекрасные юные создания - морские царевны. Удивительная игра

красок, переливов.

Врубель. (На ухо Брюсову шепчет). Это -- он, Дьявол. Он делает с моими

картинами. Ему дана власть. Я, не будучи достоин, писал Богоматерь и Христа. Вот Он все мои картины исказил... я ослеп. Это все Он! Он! (В порыве злости, безумия бросает полотно на пол. Хватается за голову.) Он! Все Он! Дьявол!


Вбегает врач, мужчины и женщины. Успокаивают его. Насильно вливают лекарство. Выводят из комнаты. Врубель сопротивляется, глядит в сторону окна.

Врубель. Надя. Наденька. Я не болен. Это Он. Он со мной так делает. Сказки мои порочит. Он!


Надя бьет стекло. Стекло не поддается. Женщина кричит. Ее никто не слышит и не видит.

Надя. Пустите! Он нормальный. Оставьте! Оставьте его, Бездушные твари! Не троньте его! Слышите! Он Художник!


Врубеля выводят. Захлопывают в дверь. Надя разбивает стекло. Врывается в комнату. Комната пуста. Хочет поднять работу Врубеля - слышит голоса.

Голос 1. Не будешь есть 10 лет - прозреешь. Рисунок будет необыкновенно хорош.

Голос 2. Несчастный Врубель!

Голос 1. Глаза будут из изумруда.

Голос 2. Слаб, беспомощен. Его выкинули за борт.

Надя. Хватит! Бесчувственные твари! Хватит! (Затыкает уши.)

Голос 3. Все кончилось минут за 10 до нашего появления.

Голос 1 и 2. Кончилось?


Надя вслушивается. Лицо сосредоточено.


Голос 3. Да. Лицо спокойно, очень худ. Мало морщин. Важность и серьезность

смерти. Я пошла в Академию похлопотать. Тело поставят в академической церкви. Повезла его жену Надю в траурный магазин. Заказала место могилы. Там страшно возвысили цены. Пришлось торговаться. Место теперь стоит 400 рублей, и на этом месте отпевание, хотя бы его и не было, 250 рублей.

Надя. Мелочные душонки! Потеря художника. Гения. Волшебника. Цены. Цены. Голос 2 (не обращая внимания на Надины укоры). А слезы были?

Голос 3. Были слезы, конечно. Надя зарыдала, прощаясь с ним. ... У гроба масса

венков, так много, что гробовщик стал уже беспокоиться, как их повезут.

Надя. Прекратите!

Голос 2. Яркий солнечный день. Масса чудесных цветов. Весна чувствуется на

кладбище. Дамы в трауре. Эта картина понравилась бы покойному.

Надя. Дура, тебе б понравились твои похороны?

Голос 1. Чем все закончилось?

Голос 3. Священник из Новодевичьего монастыря сказал: "Художник Михаил

Александрович Врубель, я верю, что бог простит тебе все грехи, так как ты был работником". Потом стал говорить Блок. Его речь была длинной, красивой.

Надя. Господи! Я этого не вынесу! (Выбегает из комнаты.)


Сцена 4


Между первой и четвёртой сценой прошел день. Место действия - комната первой сцены.

В зале работает телевизор. В детской - компьютер.

Открывается входная дверь. Входит Надя в ярко-красном платье. В завитых волосах красуется алая роза. В руках женщина держит круглый аквариум с красными рыбками. Прикрывает дверь ногой.

Надя (громко радостно). Мужчины мои! Скорее ко мне! Фея пришла. С

подарками.


Из зала выходит муж, из детской выбегает сын.


Муж (глядя на часы). Что-то ты рано с работы.

Надя. Я с подарками. Уволилась с работы.

Муж. Уволилась?

Надя. Да. Решила начать новую жизнь. Любимая семья. Любимая работа. Наш мир

так богат, а мы теряемся в буднях и не видим его красоты. С сегодняшнего дня все будет прекрасно. У меня. У вас. А сейчас подарки! Леша, закрой глаза, вытяни руки. Держи. Это тебе. Как и хотел. Рыбки.

Сын. Я хотел зеленые.

Надя. Ну, ничего. Пока красные. Зеленых вместе будем искать.

Сын. Мы уже листья желтые рисуем и каштаны.

Муж. Зачем ему аквариум? Ты что. Нормально себя чувствуешь? (трогает ее лоб).

Надя. Леша, это не всё. Держи, Сынок. Цветные мелки, карандаши, акварель.

Будешь великим Матиссом или... Врубелем. Дарить людям сказку.

Сын. Зачем. Я не люблю рисовать.

Муж. Вроде холодный. (Догадавшись.) А... Дыхни-ка. Отмечали чей-то день

рождения?

Надя (Сыну). Ты же рисовал... ночью... рыбок, говорил, учительница принесла.

Теперь у тебя свои живые рыбки, карандаши, а ты рисовать не хочешь?

Сын. Нет.

Муж. Платье у Томы взяла?

Надя. Купила.

Муж (подозрительно). Купила?

Надя. Отстань. Дай с сыном поговорить. Ты же рыбок рисовал!

Муж. Значит, ужинать не будем. Деньги потратила.

Сын. Зинаида Антоновна открытку принесла, весь класс через окно ее перевел.

Надя. Ну, ничего, сынок. Вся жизнь впереди. Вон сколько карандашей.

Сын. Не буду я рисовать. Что я девчонка. Я пошел. Гарри Поттер начинается.

Надя. Иди, сынок.

Сын (с любопытством). А что папе?

Надя. Сейчас увидишь. Любимый, закрой глаза.

Муж. Давай без этого.

Надя. Ну, пожалуйста, пожалуйста.

Муж. Хорошо.

Надя. Не знаю, понравится или нет, но от всего сердца. Руки дай. (Кладет

кружку.) Вещь, о которой ты мечтал.

Муж (открывает глаза). Ты с ума сошла. Она столько стоит!

Надя. Какая разница.

Муж. Зачем она мне? (Разглядывает кружку.)

Надя (растерявшись). Кружка с любимой футбольной командой. Ты же хотел. Чай

с нее пить.

Муж. Мало ли что я хотел. Мог и обойтись.

Сын. Папа, папа, дай мне (вырывает из рук).

Муж. За эти деньги можно мобильный телефон купить. А ты за какую-то кружку.

Надя. Ты же так мечтал.

Муж. На какие деньги? Все это?

Надя. На мои, любимый.

Муж. Твои? (Выхватывает сумочку, находит чек.) 388 000 за всё??? 242 000 за

кружку? Ты ненормальная!

Надя. Послушай. У меня такая радость. Наконец-то дописала работу о Врубеле.

Дали гонорар.

Муж. Гонорар? Сколько?

Надя. Много. И я решила сделать сюрприз.

Муж. Да уж. Спасибо. Сюрприз удался.

Надя. Нет, не кружка. Нечто большее.

Муж. Машину купила?

Надя. Нет.

Сын. Мне мобильный? Mp3 плеер?

Надя. Нет.

Муж. Люстру в зал?

Надя. Не-а.

Сын. Сдаюсь.

Муж. И я.

Надя. Родные мои. Дайте обниму. Идите ко мне. (Обнимает, целует.) Готовы?

Мы уезжаем в Венецию. Через три дня. Скоренько собирайтесь.


Муж и сын недоуменно глядят на нее.


Муж. Ты серьезно?

Надя. Серьезно. Собирайся. Звони на работу, бери недельку за свой счет.

Сын. Мам, ты что? У меня контрольная в пятницу.

Надя. Ничего, Сынок. Собирайся. Я позвоню классной. Складывай вещи.

Муж. Почему Венеция?

Надя. Там очень красиво. Сказка! Мы так мало знаем этот мир. Как кроты, живем

в одной норке, а есть водопады, пустыни, звезды. Венеция. Фонтаны, дворцы. Росписи. Футбольные клубы.

Муж. Сумасшедшая. Сколько стоят путевки?

Надя. Не скажу. Какая разница. Забудь ты хоть на неделю о деньгах. Всё

включено. Отель с трёхразовым питанием. Шведский стол. Представляешь? Воздух Италии, архитектура, античный мир. Отдыхай и наслаждайся красотой. Венеция. Сказка.

Муж. Что жрать будем после Венеции, сказка? Шпроты с хлебом? За квартиру

добрые дяди заплатят?

Надя (с болью в голосе). Зачем ты так.

Муж. Думать надо. Не витай в облаках. Спустись на землю. Какое турагентство?

Надя. Вот (протягивает договор).

Муж. Оплатила?

Надя. Завтра. После обеда.

Муж. Глядит в бумажку. Набирает номер телефона. Алло. Да, девушка. Путевки в

Венецию на троих человек на фамилию Старостенко. Да, Старостенко. Отмените. Да. Не получается по работе. Может, попозже. Да. Спасибо. (Кладет трубку.) Вот и всё. Раздевайся. Иди, поешь. Приходи новости смотреть. Мамка огурцов привезла, мешок сахара насмотрела дешевле на две тысячи, чем у нас в магазине. Что стоишь? Раздевайся. Леша. Давай сюда аквариум. Завтра у шефа день рождения. Приглашал к четырем. Подарим. Он любитель всякой живности. Может, хоть меньше придираться ко мне будет. Раздевайся. Помочь?

Надя. Нет.

Сын. Мам, а можно я Ваське карандаши продам? Он любит рисовать.

Надя. Можно.

Сын. Я уроки делать (уходит, закрывает дверь в детскую).

Муж. А кружку я завтра сам в магазин отнесу. Скажу, жена не так поняла, или, что

я болельщик другой команды. Все проблемы решены. Я к телевизору.


Муж закрывает дверь в зал.


Надя одна. Ставит сумки на пол. Тихо выходит. Прикрывает за собой дверь.


Сцена 5.


Надя в материи садится на кресло (образ Богоматери). Глядит огромными потухшими глазами на этот мир, вбирая горе страждущих и давая приют сиротам на своих материнских коленях.