# Маскарад

Алексей Леонтьевич Борычев

Настала пора маскарада.

И пляшет и клоун и шут.

Выходят, и шагом парадным

Гусары идут и идут.


И стало теперь непонятно, -

Кто роли играет, а кто -

Собой остаётся... Ну ладно,

Забудем и думать про то...


Но вот замечаю так ясно,

Так ясно я вижу: Одна

Из Масок особо прекрасна,

Искриста - искриста она!


Она, то ли фея Эйоле,

О ком Северянин писал;

А, может, кухарка - не более,

Пришедшая на карнавал.


Но щели на красочной маске

Не могут очей её скрыть.

Старается веером глазки

Павлиньим она заслонить.


А вот...

И не получилось!

И вижу теперь я глаза

Печальные. Божия милость! -

Проблёскивает слеза.


Под маскою радостной девы

Скрывается боль и печаль.

И гложет её, королеву,

Туманная скорбная даль.


Похоже, заметили гости

Такой очевидный подвох.

И полный,

Из них самый толстый,

Ко мне обращает свой вздох.


И тихо лепечет на ухо:

"Та фея - знакомая. Я

Видал её, пусть будет пухом

Кладбищенская земля.


Вчера мы её отпевали

И колокол гулко звенел.

Она же живая? - Едва ли:

Смотрите - и шея, как мел.


Кого она здесь представляет? -

Она - Вековая Тоска.

И в чаши вино наливает

Совсем не живая рука.


Кому наливает по капле,

Кому - то - полный бокал."


Уйти мне отсюда, не так ли, -

Чтоб больше её не видал?


Но грустные тихие очи

Я буду всё помнить, пока

Из сердца, болящего очень,

Стекает, стекает тоска.