# Ты меня любишь и хочешь убить

Юрий Бужор

1.


Один обладатель множественного шенгена и мой далеко не стесненный в средствах старинный дружок бросает все дела и, ведомый порывом, оказывается в Италии - где и пересекся со мной в пятницу-субботу, когда обычно я как раз отлеживаюсь в ожидании очередной группы.

Ради друга я, конечно, привстал и провел для него и его очаровательной супруги экскурсии в Падуе и Вероне.

Порыв порывом, но самолет и гостиницы пробронированы заранее. Этим у него занимается какой-то референт. Он же вытащил им из инета билеты на "Аиду"в Арену - вообще-то древнеримский амфитеатр в Вероне, а летом - место проведения самой престижной в мире оперной тусовки, фестиваля Арена ди Верона.

В общем,

Куда податься бедному аиду?

Конечно же, в Верону на "Аиду".

Нехитрая рифмовка понравилась и потом имела успех по месту основного жительства дружка.

Через пару дней в ходе встречи в Сан-Джиминьяно они мне пожаловались, что да, постановка мощная и в этом своеобразном летнем театре на много тыщ народу что-то есть, но вот слышно сверху было неважно, поэтому высидели только один акт. Может, стоило билеты подороже взять, а не по 65, да что теперь. Референт виноват, берег хозяйские денежки.

Этим летом я решил, наконец, и сам сходить послушать.

Уж я не стану скаредничать. Ага, референт. Богатые, они такие...бережливые. Да и не так часто я хожу по оперным театрам, чтобы скаредничать.

Решимости мне придавало нечаянное погружение в мир оперы, случившееся в мае.


***


В Милане бывал, но экскурсии не делал никогда. А в мае истекшего года пришлось. Ночной звонок, кто-то заболел или у него кто-то заболел, бывает. Cрочно в прорыв вместо заслуженного 2-дневного отдыха. Еще и музей Ла Скала там.

В свое время с листа, без репетиций, сделал в Италии Лукку, Сиену, Сан-Джиминьяно. Подсмотреть-подслушать не у кого было. Молодой был, наглый. В сети и на бумаге кое-что есть, вплоть до плана интерьеров и где какой шедевр. Как-то получалось не сбиваться. Ну, почти.

Потом уже по накатанной, хотя все равно неустанно высматриваешь и вынюхиваешь на местности, а как же.

Знаю, что подставляюсь сейчас. Поэтому немедленно оговариваюсь: при прочих равных местный гид лучше заезжего. Вопрос, где взять эти прочие равные. Уже высказывался по этому поводу, сейчас я о другом.

Провести от миланского Кремля - замка Сфорца к Дуомо - собору, это как-нибудь. Там внутри без репетиции на месте я бы не потянул, но и не предусмотрено внутри. Снаружи собор - завлекательный терем-теремок, дуомик. Высоким и большим не кажется, хотя на самом деле высокий и большой. Потрясает в меру. Красиво, да, но не чета своим уже виденным многими собратьям в Кельне или Страсбурге.

То ли дело галерея Виктора Эммануила II - апофеоз кича, прецедента нет. Любуйтесь, граждане. Граждане, конечно, кипятком.

Необходимый набор миланских баек наготове, от герба Висконти с аллегорическим змием, поедающим аллегорическое дитя, до Леонардо да Винчи и Адриано Челентано. Высокая мода, футбол, опера. Что-то вспомню, принимал там как-то пассажиров на круиз и поучаствовал в экскурсии, что-то освежу по источникам. Сутки в запасе. Прорвемся.

Но вот по названному музею в Милане нужное подспорье как раз не обнаруживается, секретят ноу-хау. У меня есть альбом об истории театра, но это не то. Запомнить с одного раза, когда я там был, кто на портрете и чьей он работы, невозможно, да я и не старался запомнить тогда. Несколько небольших залов, но они буквально набиты, кроме портретов и бюстов, всякой всячиной: личными музыкальными инструментами, масками, в том числе посмертными, костюмами и эскизами декораций. Фотографировать в музее нельзя категорически*, но хоть зарисовал бы. Иди знай, что придется, притом с коротким упреждением, все это брать на себя.

А из программы не выбросишь. Немедленно выяснится, что ради музея Ла Скала только и приобрели тур по Италии. Съедят на месте.

Прилагающуюся к Нуриеву историю о том, как, совершив свой фирменный прыжок, он ушел от человека-тени в штатском и приземлился в объятия полицейского, выпалив давно выученную по-английски фразу: "Я прошу политического убежища", знал раньше. И как он говорил, имея в виду себя, "Велик!" на репетициях. Выручит и украинско-итальянская дива Саломея Крушельницкая, я и ее знаю в лицо, нужный бюст не прозеваю. Но, образно говоря, веер, которым великий обмахивался, беседуя с Барышниковым, или ее лорнет, имеющиеся в экспозиции - здесь как бы не опростоволоситься. Экскурсант, он такой, любит читать то, что маленькими буквами надписано, да и тут же спрашивать.

Одно дело знать, что Малибран родная сестра Полины Виардо и убилась, упав с лошади. Другое дело без запинки идентифицировать нужный портрет (Полину-то я отличу), а там везде примадонны, нарисованные их большим ценителем Брюлловым. А ну как попадется въедливая тетя, которой подавай, кто где родился, за кого в который раз вышла замуж и где могилка?

Выручила Оксана Е. Когда-то чему-то на моих экскурсиях внимала, а теперь мой черед пришел спрашивать. Надо сказать, весьма обстоятельно, насколько это можно было по скайпу, зал за залом растолковала. Маститый, да? Сиди, слушай, записывай за молодым коллегой, раз надо.

Но я еще и сам приехал накануне, с тем чтобы успеть до закрытия пробежаться по музею и, переночевав уже в Милане, встретить там группу. С учетом ситуации работодатель кое-какие дополнительные расходы взял на себя. В обычном режиме я бы поездом ни свет ни заря выехал в Милан навстречу автобусу, а ночевал бы в бюджетном отеле на выселках Вероны.

В общем, получилось. Обошлось без зловредных теть, а в театр очень кстати мы поспели до начала репетиций и нам дали возможность полюбоваться залом из верхних лож. Когда репетиции - нельзя, в мой прошлый раз было нельзя.

Я отвлекал смотрителя моим смешным итальянским, и наш народ, несмотря на запрет фотографировать, еще и фотографировал. Итальянец был в добром расположении духа и этого не замечал. О, магия культового места, увиденного и запечатленного! О, Италия, где, если очень хочется, то иногда можно, хотя и нельзя.

Все были счастливы - и запечатлели, и нельзя, а вышло можно. Есть о чем, как говорится, домой написать.

Я кому-то дал свой айфон, и мне тоже запечатлели. Фотать самому было нехорошо, смотритель этого не понял бы. А так: ну дети малые, что с них возьмешь.

Замечательное место, невероятное. Позолота везде - но все прокопчено высоким искусством. Жертвенник муз, без преувеличения.


***


Далее - чудный тосканский городок Монтекатини, наша база, откуда потом будем осуществлять радиальные выезды на экскурсии. Это еще 4 часа в пути, не считая остановки в Парме. Там короткий проход - на один час.

Этот тур отличается от обычной 5-дневки только первым днем. От Вероны в первый день рынок подустал, так что, не угодно ли, небольшой ассортимент: Милан и Парма. Дальше, как всегда: Лукка, Пиза, Флоренция, Рим с Ватиканом, Сан-Джиминьяно, Венеция. Все предельно насыщено. Вполне хватило бы на 10 дней, у нас 5, не считая переездов из Германии и обратно.

К Парме я готов. Отметился там дважды с пассажирами уже упомянутого круиза по реке По. Был взят на борт в качестве штатного доки по этим местам, за неимением настоящего специалиста, какие-то даже лекции там произносил. Готовясь к оным, перелопатил довольно много материала.

"Пармская обитель". Пармезан. Неподалеку от Пармы родился самый великий итальянский оперный композитор Верди и жил великий дирижер Тосканини. После долгих загробных мытарств Паганини упокоился там же. Хотя cкорее всего сын Паганини только слухи распускал, что перевозит с места на места забальзамированный прах отца, чтобы церковь не вздумала искать у себя под носом. У церкви были большие претензии к il violinista di diavolo, не разрешали похоронить по-христиански.

Так называемая недоказанная версия. Хотя и обратное не доказано.

Паганини еще пригодится нам в Лукке. Как и другой, самый любимый в Италии композитор - Пуччини.

Если вы хотя бы брались за роман Толстого "Война и мир", а кто-то и до конца дочитал, первая фраза должна была запомниться: " Ну что, князь, Генуя и Лукка стали не больше, как поместьями фамилии Бонапарте...".

В одной реплике хозяйка петербургского аристократического салона Анна Павловна Шерер выражает свое резко отрицательное отношение к Наполеону. Во-первых, она не признает его императором. Императоров принято называть по именам, а не по фамилиям. Во-вторых, произнося его фамилию на итальянский манер, она подчеркивает, что этот император французов и не француз вовсе, а так - итальяшка.

Грубо, но правда.

Корни Наполеона изучены до n-ого колена назад. По отцу и матери он из тосканских дворян, хотя и очень мелкопоместных. Сложись иначе, вполне мог возглавить сепаратистский мятеж на Корсике, отжатой Францией у Генуи всего-навсего за 7 лет до рождения там Наполеона. Мятеж он не возглавил, предпочел острову всю Францию, но так за всю жизнь и не научился говорить по-французски без акцента. Хотя мало кто любил Францию, как он, c этим не поспоришь.

Права она и в том, что Лукка стала удельным владением семьи Бонапартов. Вот в Лукке и выясним, в чем там дело. До Лукки, однако, еще дожить надо, это завтра у нас.

Тут я оглядываюсь назад.

Люди не находились ночью в горизонтальном положении, как я. Они спали или пытались заснуть сидя, их постоянно теребили остановками в пути. Они кое-как позавтракали. Многие хотят есть, все хотят спать.

Далеко не у всех по жизни выработана привычка слушать внимательно, но и когда выработана - это труднее, чем говорить, любой лектор вам подтвердит.

Отдельные индивиды, в основном из числа проросшей уже в эмиграции молодежи, говорят и понимают по-русски кое-как. Это грустно, но ничего не поделаешь.

Я стараюсь не утяжелять свою речь учеными словесами и не говорить периодами, но все равно, будем честны, не все готовы меня слушать по причине, скажем мягко, некоторой неподготовленности.

-В буклете сказано, что отель в Тоскане. А Тоскана - большой город? Там супермаркет хоть есть?

В этом "хоть" - всё. Не дали поспать, не дали поесть, ехать ещё леший знает сколько, но хоть супермаркет есть в этом городе Тоскана, раз ваш дурацкий буклет обещает, что мы там живём?

Через полчаса треть пассажиров автобуса будет ликвидировать ночной недосып под мое вещание в микрофон.

Должен ли обижаться певец, взявшийся выступать в ресторане, что кто-то жует под его фиоритуры? В нашем сегменте планка стоит высоко, по дороге принято обстоятельно рассказывать. Этого ждут от гида, раз он не приходит и уходит, как местный, а в одной подводной лодке перемещается вместе со своими подопечными, к тому же ест и спит с ними в одном отеле. Не подряд столько-то часов, когда и кино крутим или просто даем людям отдохнуть, но - рассказывать. Профи должен делать свое дело.

Можно поискать себе дополнительный стимул в том, чтобы спящих было поменьше. Занудил - через 5 минут спят все как один.

Пока что ближайшая цель Парма.


***


Cамое время вспомнить о соломенной вдове Наполеона и его любимом сыне.

Русские казаки стояли в Париже, когда Наполеон подписал первое отречение. Его отправляли на Эльбу чем-то вроде короля Эльбы. Правда, в подчинении у этого короля оказывалось несколько сот человек и много-много коз, но все же - почетная ссылка, ему даже выписали неслыханный цивильный лист, попросту, персональную годовую пенсию в 2 млн франков.

Казалось бы, сказал человек свое слово в политике, все, отдохни. Слава, деньги - все при тебе. Сиди, пиши мемуары.

Но не таков он был. Удрал с Эльбы и еще 100 дней посидел на троне Франции, пока его не убрали куда подальше - вообще в другое полушарие, где он и умер в 1821 г.

Жозефина родить ему не могла, не получалось у нее. Наполеону рожали другие дамы, отпрыскам была обеспечена достойная карьера, но, появившись на свет вне брака, претендовать на трон они никак не могли.

Хотелось наследника настоящего.

Юристы-крючкотворы объявили брак недействительным, так что и развод вроде как не понадобился. Император отставленную спутницу жизни не обидел, дал ей поместья и денег. Новый выбор сделал в пользу дочери Франца I Габсбургского. Грубо объяснял: "Мне нужен законный наследник, и мне нужна матка для него". А потом влюбился в молоденькую супругу, так тоже бывает. Хотя прежние привычки не стал менять и был, что называется, большой ходок, по оперным певицам, кстати, тоже, но это другое дело. А уж когда жена родила долгожданного сына-первенца...

Нарекли Наполеоном, а как же. В качестве регулярного развлечения папа при гостях спрашивал едва научившегося говорить Наполеона Наполеоновича: "Ну что, сынок? Куда мы скоро пойдем?". Малолетка шепелявил: "Мы сколо пойдем в Австлию бить дедуску Фланца". Все каждый раз очень смеялись.

По праву рождения мальчик был объявлен королем Рима.


***


Наполеона в Италии в основном чтут.

При нем на Аппенинском полуострове стала складываться какая-то государственность. Себя-то он объявил королем Италии. Модный тогда лозунг-слоган насчет свободы, равенства и братства при этом не отменял. Гоcударственность химерическая, лозунги демагогические, но народ, которому дали вкусить хотя бы такой государственности и, пусть в видах политической конъюнктуры, научили свободу любить, остановить уже невозможно.

И сам-то из своих, тосканских, знаем. И сынок вот - король Рима.

А что вывозил предметы искусства обозами, что при нем папу римского за шкирку вытащили из Рима и держали под домашним арестом в Фонтенбло, да и столь уважаемая всегда местными институция - папский престол по сути при Наполеоне была отменена, ну, время такое было.

И вот он на Эльбе.

Вполне естественно, что жена засобиралась к мужу.

Идея воссоединения семьи на острове не пришлась по душе одному из главных душителей европейского прогресса канцлеру Меттерниху. Не без оснований увидел он в этом угрозу сложившемуся после Наполеона равновесию. Удержал Марию-Луизу старым дедовским способом - приставил к ней моложавого генерала графа Нойперга. Граф был красив и красиво ухаживал. Одноглаз, но черная повязка его не портила.

Женское сердце дрогнуло и досталось графу.

Наполеон знал и страдал. Когда-то ревность чуть не истерзала его вконец, но он нашел в себе силы подняться над этим плебейским чувством и простить Жозефину.

И вот снова эти муки, невыразимые муки.

Не помог и приезд на остров давней возлюбленной Марии Валевской. Ночь с ней ненадолго приглушила страдания, затем они разыгрались с еше большей силой.

Он перечитывал надушенное письмо, присланное женой из Вены: "...Мысль о том, что ты можешь подумать, будто я забыла тебя, причиняет мне невыносимую боль, не сравнимую с той, которую мне пришлось испытать ранее. Вдали от тебя я влачу жалкое существование и, чтобы хоть как-то скрасить его, вышиваю тебе накидку, надеясь, что тебе будет приятно видеть мое рукоделие".

Он верил и не верил. Но источники не врали. Она была с другим.

Со времени первого отречения в 1814 году он ни разу не встретится с женой и сыном.

Триумфальное возвращение во Францию, еще 100 дней славы, новое изгнание, Святая Елена, ненавистные надсмотрщики-англичане - и муки ревности до гробовой доски.

Мария Луиза получила во владение герцогство Пармское, в Парме и наслаждалась отдохновением и морганатическим мужем, с которым сочеталась законным браком немедленно после смерти Наполеона.

Первенец рос в Вене. Был он не в отца рослый, при этом с младых ногтей не уступая родному папе в познавательной активности и склонности к строевым занятиям. Звали его все вторым именем, данным в крещении в честь деда - Франц. От него не скрывали, чей он отпрыск, и невозможно было скрыть. Мать любил, но, повзрослев, поделился с кем-то своим мнением о ней как о личности: слабая женщина, недостойная отца.

Как-то подхватил воспаление легких, долго болел и умер в 21 год.

Сам умер или помогли? Древний довод римлян "Кому выгодно" плохо работает в таких случаях. Смерть знаковой политической фигуры всегда кому-то выгодна. Мы не знаем.

Мечтавшие о реставрации Бонапартов, конечно, приуныли, белая гвардия воспряла. Хотя вскоре объявится весьма настойчивый племянник, который и окажется на троне Франции под именем Наполеона III.

В 1940 году прах принца Пармского, герцога Рейхштадтского Наполеона Франца Бонапарта был перевезен из Вены в Париж. Орленок упокоился в ногах отца в Доме инвалидов. Распорядился Гитлер, бывший тогда хозяином и в Вене, и в Париже.


***


Парма радует.

Не раз и не два слышано от подопечных после Милана: что, вся Италия...такая? При том что кто-то представляет себе Италию чем-то вроде пляжа с пальмами, где в ветвях сидит много диких обезьян, это недоумение правомерно.

Парма радует своей невеликостью и отчетливой итальянской провинциальностью. Это именно то, что нужно после Милана в преддеверии Тосканы. Никто и не преподносил заранее как-то иначе, меньше обещаешь - больше делаешь.

Так, не расслабляемся, вот дворец Пилотто, большой, не правда ли? Собор с колокольней и Баптистерий. Баптистерий - это где могут крестить. Не сравнить с запредельным великолепием соборных комплексов Пизы и Флоренции, но для разминки сойдет. Приятнейшая площадь Гарибальди. А вот и театр, где с аншлагом шли премьеры Беллини и Россини, помните музей Ла Скала?

Чашка кофе и перетуалетить в любом баре.

В полудреме добираемся до Монтекатини Терме.

Оперная тема не отпустит нас и там. В Монтекатини неудачно лечился Леонкавалло. На мемориальной табличке не написано "Умер", зачем. Написано "Жил".

В Лукке выясняем, почему Пуччини, красивый стильный мужчина, признанный гением при жизни, всеми любимый и очень, очень не бедный, такой грустный. Во Флоренции местами, где до сих пор сохранился дом и на доске выбито: "Здесь останавливался композитор Петр Чайковский, вдохновение котрого питалось изумрудными холмами Тосканы и бескрайними полями его родины", не гуляем, не получается, но почему по дороге туда не поведать людям. В Венеции смотрим на портрет очень рыжего человека в парике. То есть, что он рыжий был, я прошу верить мне на слово, в парике не видно - это Антонио Вивальди.

Нас иногда спрашивают: не надоело одно и то же рассказывать? Ну, во-первых, не одно и то же, как-то варьируешь, сдабриваешь свежими светскими сплетнями и политическими новостями. Во-вторых - не надоело, друзья мои, потому что видим мы все каждый раз заново вашими глазами, заражаемся свежестью вашего восприятия. Без этого никак, без этого немедленно в отставку.

Хотя...какие-то куски уже не генерируются естественным образом, а сами собой воспроизводятся по памяти. Возникает известная любому актеру опасность бубнежа, нечаянно-нежданной волобуевщины. Это надо контролировать дополнительно , что утомляет.

А в общем, тур как тур. Начало не мое и немного напрягло, а далее все как всегда. Где-то и на автомате, чего там. Между нами говоря, впечатлиться по-настоящему, когда делаешь что-то в сто первый раз, нашему брату и в самом деле трудно.

Кроме музея Ла Скала. Это впечатление - из тех, что пребывают всегда.

Следующая поездка - моя наезженная классика. В Вероне группу принял, в Венеции сдал. Все больные выздоровели и мне дадут нормально восстановиться под Вероной.

И, значит...Арена ди Верона!


***


Cлухи об отсутствии билетов в продаже сильно преувеличены.

Я просто с утра в пятницу отправился в Верону, благо полчаса автобусом всего, и пришел в Центральное бюро по туризму на площади Бра.

Завтра "Кармен". В постановке самого Дзеффирелли, того самого.

Вряд ли Франко Дзеффирелли в курсе, что я как-то тепло написал о нем, имея в виду его гомосексуализм. Как бы заступился. В том смысле тепло, что нам от этой его необычности не холодно и не жарко, а режиссер он хороший. Сам же по себе факт, что он, пережив разные времена, не унижал себя социальной мимикрией, внушает уважение.

Разные времена, переспросите вы? Очень разные. Мэтру 96-ой год пошел.

Никому не известную полу-аргентинку, полу-англичанку 15-летнюю Оливию Хасси сделал лучшей Джульеттой на все времена. Ее еще не пускали на премьеру в Лондоне. В фильме постельная сцена, детям до 18 не положено. Мало ли, что она в этой сцене участвует. Так и не пустили.

Ни одна сцена фильма-иконы не снималась в Вероне. Все же у Шекспира и по фильму именно здесь "встречают нас событья", так что Вероне, а не какому-нибудь другому городу после съемок была подарена часть съемочного реквизита - девичья кроватка, ставшая по пьесе супружеским ложем, хотя бы и тайным. Кроватка находится в своеобразном доме-музее Джульетты, наряду с обширной фильмографией (самый экранизируемый сюжет за всю историю кинематографии, шутка ли), картинами разной степени художественности и, само собой, апокрифическим балконом.

Находились желающие проверить реквизит на упругость, присесть или даже, изловчившись, прилечь. С тех пор имеются ограждение и специально обученный неумолимый смотритель.

Дзеффирелли - отлично.

Тореадор и Хозе не будут петь голыми в ванне. Есть все основания надеяться также, что невеста Хозе Микаэла и беспутная цыганка Кармен не окажутся лесбийской парой.

Выведение меня на подобный капустник под видом современной постановки "Дон-Жуана" не так давно имело место в Дюссельдорфе. Это было замечательно, под Моцарта все замечательно. Но не для этого впервые в жизни направляю я свое бренное тело на трибуны амфитеатра в Вероне.

Дзеффирелли не гений, но ему можно доверять.

Повесть Мериме читана в досексуальный период, то есть до неприличия давно. Сюжет помню. Убийство на почве ревности. Первая настоящая Кармен явилась мне с кинобалетным римейком Карлоса Суары (1983 год) и великой танцовщицей "Фламенко" Кристиной Ойос.

Мировая паутина, с которой я сверяюсь сейчас, чтобы не ошибиться в именах и датах, напоминает мне, что Кристина сыграла там не Кармен, a роль второго плана. Но, память сердца, ты сильней. Когда я слышу: Кармен, перед глазами некрасивое прекрасное лицо Кристины.

Мне было 32 года и мне казалось, что я все знаю о ревности.


2.


O, beware, my lord, of jealousy;

It is the green-ey'd monster, which doth mock

The meat it feeds on.

Подлец Яго советует опасаться ревности, при этом ловко запуская зеленоглазого монстра в душу несчастного мавра.

А почему зеленоглазого?

Лет эдак 2700 лет назад гречанка Сафо описывала влюбленность эпитетом "зеленый". Бледно-зеленый цвет лица указывал на всепоглощающую страсть. Ревность - это уже неконтролируемое ничем разлитие желчи.

По-английски зеленеют от зависти (green with envy), по-русски - от злости. И то, и другое в тему. Ревность это злость и, если вдуматься, зависть. И многое еще, конечно.

Не то чтобы это чувство было мне неведомо, но я из-за него не ссорился. Находились другие причины и поводы, чаще глупые. Ссорился же всегда так основательно, что по итогу какое-то время уже и некого было ревновать. Все ушли, кругом одни руины.

Где радость взаимного обладания, там, извините за выражение, и горечь потери. Эта горечь каждый раз поглощала целиком, со всеми потрохами. Рисовать себе гадкие картины на тему того, что и как "он" проделывает с утраченным мною любимым предметом? На это уже не хватало сил. Проделывает, и ладно.

Сегодня кто-то пожилой усмотрит в этом даже испорченность нравов и чуть ли не издержки свального греха. Но мне-то хочется думать, что, напротив, я проникся вычитанными в книжках светлыми представлениями о мире и людях и вбил себе в голову, что любовь должна быть честной - или никакой.

Тут не зарекаться бы, но как будто до обмана и не доходило, все рушилось каждый раз раньше.

Зато кругом туда-сюда сновали люди, которые только и делали что ревновали. Где-то в чуланах памяти хранится сундук с заплаканными жилетками. Горючие слезы друзей и подруг были исторгнуты унижением обманутых, уязвленным самолюбием отвергнутых и наглой экспроприацией чего-то принадлежащего по праву. Хотя по какому-такому праву - это всегда оставалось неясным.

В подкорку с ранней юности вошел некий жесткий реальный сюжет.

Напротив нашей заводской двухэтажки стоял финский домик. Кто помнит, это были такие сборные щитовые дома. Комплекты поставлялись из Финляндии по репарациям.

Там жил военный с женой. Его лицо было добрым. Лицо жены было красивым. У них рождались одни дочери, четвертый был мальчик. Старшая дочь была моей ровесницей, и мы было начали с ней ходить. Нас сблизил троллейбус, 10-ый маршрут, которым мы добирались в школу. Школа состояла только из старших классов, была одна на весь город, и туда надо было ездить, а не ходить. Просто так говорили когда-то о дружбе мальчика с девочкой. Писали записки: хочу с тобой ходить.

Как-то не сложилось, затем только общая остановка и привет - привет.

Жена изменяла военному не таясь. Правда, девочки были в него. Или это казалось только, потому что их маленькие лица тоже были добрые?

Сейчас я думаю, что гулена следила за этим. Только от мужа. Это был ее последний моральный бастион, плата рабу за покорность и молчание.

Должны были переехать куда-то в 3-комнатную.

Вскоре после рождения четвертого ребенка военный заперся в спальне, дождался, когда все уйдут, облил себя и все вокруг керосином и поджег. Пожарные приехали довольно быстро, дом не сгорел - кроме спальни и запершегося там.

Жена гуляла с ребенком. Она прибежала, кричала и рвалась в огонь. Чтобы как следует разгорелось, он заранее открыл форточку. Языки огня уже вырывались из форточки, когда заработали брандспойты.

Он не издал ни звука. Накопленную за много лет боль раб вытеснял этой, непродолжительной.

Это было в выходной день, зимой, часов в 9 утра. Я проснулся от истошного крика женщины.


***


Еще одному эпизоду свидетелем не стал, но точно знаю, что было. Друзья друзей.

Смех и слезы, верно говорят.

Чья-то жена отправляется в круиз на "Нахимове" летом 1986 года. Муж человек очень занятой, проводить жену никак не получается, подбросил ее на служебке к морвокзалу.

Вскоре город потрясает страшная новость. Судно затонуло на рейде Новороссийска.

От жены ничего.

Спаслись немногие. Готовится специальный самолет для опознания выловленных и выброшенных на берег утопленников. Просят подождать несколько дней.

Убитый горем муж собирается рано утром в аэропорт. Продолжительный, нетерпеливый звонок в дверь. Утопленница возвращается домой загоревшая, отдохнувшая и даже соскучившаяся.

Как там у Марка Твена: опустим же завесу милосердия над концом этой сцены. Или цитата-совет из "Римских каникул" - хотя бы иногда заглядывать в утренние газеты, там можно порой найти немало интересного.

На самом деле даже мордобоя не было. Обычный при разводе отсев друзей по лояльности той или другой стороне тоже не произошел. Все вскоре нормально устроились, пересекались иногда на общих тусовках, потом особенно и не вспоминал никто. Жива осталась, и слава Богу.


***


Ну, и еще одна, на мой взгляд, очень поучительная история.

Я был в друзьях - реальных, интернета не было тогда, у одной супружеской пары. Всем нам под 30 так. И вот, на каких-то посиделках жена друга жалуется мне (при нем), как они пошли на свадьбу и там, выпив лишнего, она целовалась с фотографом. И дала фотографу...спокойно, дала ему свой телефон. И теперь он звонит и домогается. Муж никакой поддержки ей не оказывает, страдателя не отваживает.

Эти ее слова муж тут же за столом подтверждает. Все, мол, правильно, сама по пьянке зажималась, сама выпутывайся.

Этот разговор имел продолжение, но муж в нем уже не участвовал. Через пару дней она звонит мне:

- Слушай, мой ничего предпринимать не хочет, а этот все достает меня. Ты не смог бы позвонить ему(этому), как будто ты мой муж? Чувствую, поможет.

Эх, я по молодости не стал вникать, какие-такие подспудные мотивы сподвигли ее на это необычное обращение за помощью, притом именно ко мне. Не испорченный еще был.

Может, оно и к лучшему, что не стал.

Когда я набрал номер фотоателье, где этот деятель подвизался, и услышал на другом конце его козлиное: "Cлушаю вас" - во мне враз проснулись сто тысяч ревнивых мужей, cкорых на расправу.

Откуда что берется. Из дальних, к тому времени уже и позабытых закромов моего тогдашнего не больно опытного "я" извлекались всевозможные оттенки и градации мерзопакостного чувства. Может, и неревнивцем я себе только казался, раз мне удалось так хорошо, по Cтаниславскому, прожить роль?

Слова "угроза" и "оскорбление" ничего не передают. Что он Гекубе, вот казалось бы - а бросило в пот, наверное, я в этот момент впал в состояние аффекта. И каким же маленьким и жалким оказался этот охотник на чужих жен, как же он униженно заверял меня, что осознал и больше не будет.

Несомненно, он тоже вспотел. Или опростался от ужаса - насчет последнего не уверен, врать не буду.

Я хорошо помню, как страшно у меня дрожали руки, когда я клал трубку.

Как вы понимаете, мне эта молодая дама была безразлична. Э...сердце мое в ту пору было занято и вообще. Ничего. В том-то и дело. Иначе бы я догадался, зачем она...ладно.

Я всегда торчал на сцене в разных капустниках и КВНах, даже один раз в настоящее кино угодил в эпизоде, но совсем без зажима у меня не получалось, не дано. Тогда - получилось.

С тех пор я понял кое-что об актерском мастерстве. И о том, как кто-то может вдохновенно и убедительно врать - тоже. Установка - великое дело.

Не поверите, этот фотограф мне недавно попался на одном круизе. Я его признал по довольно редкой фамилии в пассажирском манифесте. Говорят, талантливый фотохудожник, весь в заказах. На судне снимал для буклета. Сегодня это благообразный седой господин. Заметно выше ростом и тяжелее меня.

Но я бы с ним справился тогда.


3.


Завтрашний спектакль вернет к размышлениям о ревности и сопутствующих ей неразделенных чувствах. Пока что надо приобрести билет.

В бюро информации мне показывают план рассадки и выискивают в компе свободные места.

Я оказался прав в своем оптимизме. Место для одного находится во всем ценовом диапазоне; с двумя и, понятно, чтобы рядом, бывает сложнее.

Галерка с непронумерованными местами (24 евро) отпадает. Моим друзьям было неважно слышно за 65, что я смогу услышать за 24. Да и стар я стал по галеркам мотаться.

Места пониже и сбоку обозначены зелененьким, пронумерованы и по 87. Точно 87, не 65? Вопрос риторический. Год прошел, какие 65. И Дзеффирелли же.

Передние центральные ряды партера за 204 не хочу. Cойдет и за дешевле. По той же причине не хочу за 173 и 131. Оперу слушают, а не смотрят. Партер отпадает, что делать. Я не увижу, как игра страстей отображается на лице тореадора, ничего. Лишь бы не фальшивил.

Амфитеатры строили с таким расчетом, чтобы лязг оружия, а также пыхтение и стоны гладиаторов были отчетливо слышны всем зрителям. Был как-то круиз с заходом в Анталью и оттуда экскурсия в Аспендос, там тоже амфитеатр, поменьше. Забрели внутрь. Я запамятовал имя певицы. Московская оперетта, что-то такое. Она взяла ноту, вроде не форсировала, а все аж присели.

Цены, однако. Я помню время, когда вполне можно было прокормиться на 1(один) рубль в день. 100 рублей одной купюрой вызывали зависть и уважение окружающих.

Вышло так, что я по жизни разминулся с самыми сокрушительными деноминациями рубля. Каждый раз, когда я сегодня слышу сумму в рублях, до меня из дальнего далека внятным эхом доносится: "Много". Cто -- много, крепко сидит. Необходимо небольшое умственное усилие, чтобы забыть прекрасное прошлое и пересчитать по-новому.

А тут еще и в еврах.

У меня нет ощущения, что мне платят за мою работу зря. Но и что сильно недоплачивают, тоже нет. Выбрасывание денег на ветер мне не совсем чуждо, случалось. Эти 107 - и не на ветер, и не заоблачно с учетом мирового рейтинга мероприятия, куда так долго собирался. Но - мало-мало жмет. Никогда больше евросотки не отдавал за билет в театр. Дюссельдорф тоже не дыра галимая, а там я за меньше сидел впереди и видел игру страстей в подробностях.

Есть место в 12 ряду на трибуне рядом с ложей, напоминающей на картинке императорскую.

Вот, кстати. Императорская ложа в обычных театрах далеко от сцены, дальше только галерка, а императорам хоть бы что. Главное оттуда видно, и всё прекрасно слышно.

Есть в самом низу сектора, но не строго напротив сцены и дальше от ложи. Еще и перебираю. Какой я все-таки крутой.

Решено, беру на завтра за 107, в 12-м (на картинке первая трибуна справа от центрального входа). Гулять так гулять.


А пока что я буду гулять по Вероне. Не вести там экскурсию, а прошвырнусь для души. Огромная разница.


***


Армия изнемогала от потерь и нехватки продовольствия. Добрые люди наперебой сообщали о неверности Жозефины. Австрияки обходили с флангов вдвое превосходящими силами.

Генерал Бонапарат обозлился, применил смелый маневр, расколошматил противника наголову в битве при Риволи и занял Верону.

Дворец Эмилеи-Форти (нынче по адресу Via Massalongo, 7) , где расположился тогда маленький капрал.

Имеется мемориальная доска.

Сейчас здесь музей оперы. Гигантские декорации из какого-то суперпенопласта к постановкам на Арене, там и сям оригиналы партитур, костюмы. Вот зал, откуда доносится ария из "Нормы", там экран во всю стену с видеомиксом о Марии Каллас.

Никакого сравнения с музеем Ла Скала, где все абсолютно органично. Этот - как музей шоколада в Кельне, который вполне мог быть в любом другом месте. Мне жаль и денег, и, главное, времени людей, которые поведутся на рекламные листочки, раздаваемые специальными зазывалами. Лучше бы заглянули в интереснейшую церковь Святой Анастасии, она буквально в двух шагах от дворца с музеем.

Квартирант спешно отбывает в Париж, дабы не оказаться в стороне от очередного дележа власти и развестись с Жозефиной. Гротескное амплуа триумфатора-рогоносца и радость столичных прощелыг по этому поводу прельщают мало.

Весь день не смолкали стенания детей Жозефины от первого брака и ее собственные под дверью, где он от них забаррикадировался. К вечеру Наполеон сдался. Вышел, рыдая и простирая руки для полного и безоговорочного прощения.

Окрыленный, вернулся в войска и продолжил освободительное завоевание Италии.

Весной 1797 года в Вероне произошел инцидент, который назовут Кровавой Веронской пасхой.

Французские солдаты и офицеры оказались чересчур галантны по отношению к местным женщинам. Если простыми словами, норовили залезть им под юбки.

Местным мужчинам это не могло понравиться.

Сговорились, вооружились длинными ножами и напали на оккупантов, когда те мирно прогуливались по набережной реки Адидже. Свобода, говоришь? Равенство и братство? Получай!

Резали и сбрасывали в реку.

Но повстанцам не хватило решимости и организованности. Основные силы французов укрылись в Старой Крепости. А там и подкрепление подоспело.

Главком находился в эти дни в захолустном штирийском городке Леобен, где принуждал австрийцев к выгодному Франции миру. Ему доложили, он вник и пришел к заключению, что виноваты свои. Вели себя неправильно. Нехорошо лезть к чужим женам и невестам, он это знал и понимал.

С другой стороны, если каждый ревнивец станет на этом основании резать воинов-освободителей, от Великой Армии скоро ничего не останется. Надо веронцев как-то приструнить.

Был по основной военной специальности артиллерист и знал, как сосредоточить разрушительный огонь по неподвижной цели. На бумажке, переданной военному коменданту Вероны, нарисовал, куда развернуть две батареи, предварительно выкатив их на пригорок.

От старинного поселения осталась груда камней.

Людей заранее вывели из домов, никого даже не поранило. Артиллерийская зачистка с целью устрашения удалась. Зачинщики беспорядков были амнистированы, из них не стали делать мучеников. Веронцев пугнули, и они притихли.

Поэтому спустя два года здесь как своего национального героя, освободителя и мстителя за это унижение страхом встречали великого полководца и усмирителя мятежной Европы Александра Васильевича Суворова.

На что мог рассчитывать любимец Екатерины при Павле? Сидел в своей деревеньке - опальный, ненужный, без денег. Тут вдруг курьер с императорским рескриптом:

"Граф Александр Васильевич! Теперь нам не время рассчитываться: виноватого Бог простит. Римский император требует Вас в начальники своей армии и вручает Вам судьбу Австрии и Италии. Мое дело на сие согласиться, а Ваше - cпасти их. Поспешите приездом сюда и не отнимайте у славы Вашей времени, а меня удовольствия Вас видеть. Пребываю к Вам доброжелательный

Павел".

Римский - на самом деле австрийский император, тот самый Франц II, "дедуска Фланц", зятем которого через 11 лет станет Наполеон. Если бы нечто подобное кто-то напророчил тогда, на излете XVIII века, все бы сильно удивились.

Перед вчерашним опальным фельдмаршалом заискивает Петербург. Ему салютует Вена.

На подъезде к Вероне Суворова вытаскивают из кареты и несут на руках.

Он норовит вырваться. Сам всегда был не прочь людей за ниточки подергать. Пребывать в роли куклы, выставленной на показ, ему неловко, неприятно. Но держат цепко.

Во дворце Спаравьери (Via Garibaldi, 1) принимает штаб.

Затем победы одна другой ярче и убедительнее: при Александрии, Треббии, Нови. Крепость Мантуи взята. Милан взят. В соборе, том самом Duomo, с которым мы встретились в начале, в честь Суворова служат благодарственный молебен.

Путь на Париж открыт.

Как повернулась бы европейская история, окажись русские полки в Париже не в 1814 году, а в 1799-ом? Что толку гадать. Нам дано знать только то, что случилось на самом деле.

На исходе же галантного века означенная перспектива лишила венский двор сна. Франция под Бонапартом казалась меньшим злом. Стали ставить палки в колеса. А тут еще разгром под Цюрихом армии Римского-Корсакова.

Сохраняя репутацию полководца, не знавшего поражений, умело отбиваясь от французов и теряя людей, Суворов, к тому времени уже князь и генералиссимус, переходит через Альпы в равнинную Швейцарию.

Ставший ужасом русских под Цюрихом выдвиженец Наполеона Массена позднее скажет, что он бы все свои победы отдал за швейцарский поход Суворова.

Петербург, новая опала и смерть весной 1800-го года.

Желал встречи с молодым Бонапартом на поле боя. Писал кому-то: "Широко шагает молодой человек. Надобно его остановить."

Не довелось.

Победив, а кто бы сомневался, и пленив, само собой, мог бы обсудить с молодым человеком дела не только военные.

Не заладилось когда-то и у Александра Васильевича на личном фронте.

Вольно же было вам, Варвара Ивановна, забыв о приличествующей осторожности, увлечься бравым секунд-майором.

Обманутый муж повел себя некуртуазно: подал на развод. Матушка Екатерина с Потемкиным, подключив синод, уговаривали простить по-христиански. Перестрадав, проcтил.

4 года крепилась благоверная. И надо же, новые амуры и новый какой-то секунд-майор. Развода обманутый супруг опять не добился, но прощать уже никто не уговаривал. Разъехались, и всё. Так и прожили, ни разу более не свидевшись.

Наши жены пушки заряжены.


***


Надобно вспомнить еще одного видного деятеля той эпохи. Да мало сказать, пожалуй что и самого популярного какое-то время деятеля - Александра Павловича Романова.

И тоже расположился неподалеку - во дворце Каносса (Сorso Cavour, 44).

В 1821 году Наполеон умер. Монархическая Европа вздохнула с облегчением. В Верону съехались Александр I cо своим министром иностранных дел графом Нессельроде, все тот же Франц II с Меттернихом, какой-то принц из Пруссии, лорд Веллингтон и виконт Шатобриан.

Здесь, к слову, виконт придумал обзывалку "коварный Альбион". Англия препятствовала вторжению союзных сил в Испанию для прекращения там революционных безобразий.

Друг с другом договаривались больше не воевать, а сразу прямо говорить, кому чего нужно.

Каждый вечер ходили на Арену слушать очередную кантату молодого Россини. Кантат на заказ было сочинено пять, по числу вечеров; они составили цикл под названием "Священный Союз". Маэстро дирижировал лично и получил в качестве гонорара внушительную по тем временам сумму - 5 тыс франков, по тысяче за кантату.

А. П. Романову тоже было что вспомнить под музыку.

Реальный исторический триллер c незаконными детками, убийством любовника и принесением неверной женой цветов на могилку. Что и говорить, причиняла беспокойства принцесса Баденская, в замужестве императрица Елизавета Алексеевна. А в конце друг без друга дня не могли прожить, бывает и такое.


***


Однако же дело к вечеру. У меня есть в запасе сутки, чтобы предаться любимому виду отдыха. Сейчас поеду в отель и буду долго-долго спать.

Вечером следующего дня я тоже буду слушать музыку и пение.

У меня далеко не самый дешевый билет. Я буду сидеть почти там, где сидели сильные мира того во время Конгресса 1822 г.

По дороге к автобусной остановке слышу ангельский хор. Это дети, совсем малыши и подростки. Хор стоит рядом с фонтаном на площади Бра. Они поют слаженно и вдохновенно. Дирижирует долговязый пожилой хормейстер.

Вокруг млеющая от восторга толпа.

Я не поспел к началу этой репетиции на свежем воздухе, но, кажется, не пропустил главного. После чистейше выпетой шубертовой Аве Марии небольшой перерыв. Маленькие хористы обмениваются репликами на швюцдютч - швейцарском немецком. Детвора как-то потешно строится, долговязый включает минусовку...

Ага, хор уличных мальчишек из 1-го акта на языке первого либретто "Кармен": Avec la garde montante, nous arrivons, nous voilà..!

Феноменальный успех. Теперь на бис, пер фаворе. Можно и на бис.

Но вот хормейстер простирает руки вверх наподобие жреца из "Аиды". Это означает: всё, кьедо скуза, детям надо отдыхать.

Публика расходится, светясь.


***


В старом фильме "Развод по-итальянски" главного героя (Марчелло Мастроянни) судят за убийство жены из ревности. Ему грозит от 3 до 7 лет. Сравнительно мягкое наказание - другая сторона того, что разводы в Италии до 1970 г. вообще были запрещены. Узы брака, тем более заключенные в церкви, незыблемы. Доказанная cупружеская измена считалась очень серьезным смягчающим обстоятельством.

Задача адвоката - максимально скостить и такой срок.

Неверность жены сам же обвиняемый ловко спровоцировал. Детей у них не было. Зато у соблазнителя, которого муж подыскал и подставил, имелись жена и трое ребятишек. И обманутая жена в свою очередь убивает неверного мужа.

История совершенно из другой оперы и к данному процессу не имеет отношения. Тем не менее адвокат в защитительной речи подробнейшим образом, не жалея красок, останавливается и на этом душераздирающем преступлении.

Встать, суд идет.

3 года c досрочным осовобождением в случае примерного поведения. Это уже вопрос связей и денег. Они у персонажа есть.

Дело сделано. Развестись невозможно, но можно убить опостылевшую жену из ревности, за примерное поведение через год выйти на свободу и законным образом сочетаться с другой, юной и желанной (Стефания Сандрелли).

Как же адвокату удалось умиротоворить судей и даже вызвать сочувствие у известного своей непреклонностью прокурора?

Стоп, cтоп. Он, кажется, показывал им фотографии детей убиенного любовника. Казалось бы, зачем. Если бы суд дал себе труд немного задуматься, связь между первым и вторым убийством стала бы очевидна; прояви наш герой христианское смирение, супруга подставленного любовника так ничего бы и не узнала и дети не осиротели бы.

Выходит, дети тут не только не при чем, но могли бы испортить все дело?

Но суд и прокурор не стали задумываться. Они просто увидели на фото детей мал мала меньше. И сердца их смягчились. Они бы и оправдали с радостью, если бы могли, но тут уж.

А дети в Италии...Хотя, добавляет герой Марчелло Мастроянни в фильме, дети всюду дети.


4.


Завтра утром - очередная Италия, первый город - Верона. Проверенной шуткой буду взбадривать умаявшихся за ночь путешественников: "Кто скажет "Колизей", штраф - одно евро. Потом пропьем." Ничего, смеются.

В Вероне нет Колизея. Колизей, он же амфитеатр Флавиев, один на весь мир, и он в Риме. Это прозвище, имя собственное. Амфитеатр в Вероне называется Арена ди Верона. Можно просто Арена. Это тоже имя собственное и пишется с большой буквы. Хотя арена есть в любом амфитеатре, конечно. Колизей сдали в эксплуатацию в 80 г.н.э. Арена старше. Первое исторически достоверное упоминание относится к 31 г. н. э.

Три гигантских кольца стен, как бы вложенных одно в другое. Снаружи постройка кажется нам приземистой. Фрагмент внешней стены - все, что осталось от нее после страшного землетрясения в XII веке.

Древние римляне не строили приземисто. Они отлично знали, что такое гармония в архитектуре.

Какое-то время в Вероне жил великий зодчий Витрувий. Вряд ли он проектировал Арену, по времени не совпадает. Кто бы ни строил, великая триада, сформулированная Витрувием, налицо: красота, прочность, польза.

Включили воображение, мысленно восстановили внешнее кольцо, разобрались в красоте.

Внутри имеются мощные поперечные перекрытия. Внешняя стена должна была в случае каких-то тектонических неожиданностей принять на себя основной удар и уберечь все остальное, что и произошло когда-то.

Запас прочности был колоссальный.

Ну, и польза. То есть функциональность, удобство и так далее.

Зрелища, как и хлеб, полагались гражданам Древнего Рима бесплатно. Чтобы при рассадке не возникал хаос, надо было всё же обзавестись билетом, а, уходя, сдать его. Билет представлял собой деревянную табличку с нацарапанными на ней номером трибуны и ряда. Арена принимала и исторгала толпу через специальные проходы - вомитарии. 30 тысяч человек рассаживались на трибунах и покидали их, когда мероприятие заканчивалось, в строгом порядке. Давка была исключена.

Форма эллипса позволяла организовать поступательное движение гладиаторов. Достигался особый сценический эффект. Порой на арену выходили не два бойца, а два подразделения. Кому удавалось, подавив живую силу противника, занять всю арену, тот, значит, победил.

- А каковы размеры амфитеатра?

Это такая нехитрая рамка. Носишь ее везде с собой, вставляешь что угодно и спрашиваешь. Как будто и так не видно, что большой. Гид тем не менее готов. Он учил.

140 x 110 м. Кому надо точнее, пожалуйста: 138,77 и 109,52. Внутренние оси амфитеатра, собственно арена - 74 и 45 метров. В аудитории 45 ступеней высотой 45 см каждая.

Проектная высота внешней стены 32 м. Сегодняшняя высота по основному периметру почти вдвое меньше. Снизу эта разница не особенно ощутима, но есть фото с вертолета.

Арена ди Верона - второй по величине после Колизея хорошо сохранившийся римский амфитеатр. Еесли же сравнивать все так или иначе дошедшие до нас, то третий; на втором месте окажется амфитеатр в Капуе.

В IV веке н.э. город окончательно принял христианство. Гладиаторские игры запретили. Вместо них на арене устраивали бой быков. Однажды массово сожгли уличенных в ереси катаров. В разное время амфитеатр использовался в качестве казарм, конюшни и дома свиданий.

Первое музыкальное представление связывают с появлением в Вероне Евгения Богарне - сына Жозефины от ее первого мужа. Наполеон женил этого Евгения на дочери баварского курфюрста. За непротивление в этом нужном Франции деле курфюрст был объявлен королем Баварии, а Евгений вице-королем Италии. Королем Италии к тому времени Наполеон давно объявил себя.

В Вероне вице-монарху был представлен его двор. На арене амфитеатра устроили банкет и танцы.

Как мы уже знаем, Веронский конгресс 1822 года проходил под музыку Россини. Изредка на Арене ставили и оперы. По-настоящему традиция закрепилась в августе 1913 года, когда итальянцы всенародно отмечали 100-летие со дня рождения своего самого великого композитора Джузеппе Верди. Собрали по подписке миллион лир - не послевоенных, копеечных, а вполне тогда полновесных. Поставили "Аиду". Живые слоны ходили между настоящими тропическими пальмами, расставленными в 3-метровых кадках.

На трибунах в тот вечер собрался весь европейский музыкальный бомонд и, как выразились бы сейчас, представители других культурных элит, например, узнаваемый всеми прогрессивный писатель Горький и безызвестный Кафка.

В 1915 - 1918 и 1940 - 1945 гг было не до фестивалей. В остальные годы каждое лето сюда слетаются знаменитые на весь мир вокалисты, дирижеры и режиссеры. Это не конкурс, они давно не участвуют в конкурсах. В Вероне не бывает дебютантов.

Одно известное исключение - гречанка по маме с папой, американка по рождению Анна Мария Калогеропулос, более известная миру как Мария Каллас, La Divina - Божественная. Настоящий дебют состоялся в Вероне в 1947 г.

Родилась в Нью-Йорке, выучилась вокалу в Греции и стала было появляться на оперной сцене в Афинах. Там как раз была немецко-итальянская оккупация. В 1945 г. отправилась назад за океан. Первое время после войны делать ей в Европе было нечего. Кругом были убежденные противники Гитлера и Муссолини. Где они были раньше, другой вопрос.

Случайный контракт - и Мария Каллас в Вероне, чтобы спеть на подмене партию Джоконды. Не той, у которой все в порядке, при этом она почему-то загадочно улыбается, а другой, из оперы Понкьелли, спасающей свою честь путем самоубийства. В Вероне в фантастически короткий срок разучивает еще и роль Изольды. Великому дирижеру Серафину удается искусно вмонтировать в оркестровку приглушенный, даже несколько сдавленный тембр певицы. Голос, который будет вскоре завораживать миллионы.

На сцене совершалось чудо оперы: нелепые, неправдоподобные сюжеты наполнялись очарованием правды, невыдуманным трагизмом.

Отель, где она остановилась в то лето, сохранился, превратившись из второразрядного заведения, каким он был при ней, в импозантный 4-звездочник (via Scala, 12).

Несложно отыскать и небольшую церковь, где местный священник объявил ее и пожилого миллионера Монегини мужем и женой (Via Filippini, 16). Ограничились этим, обручение согласно канону было невозможно ввиду православия невесты.

Еще одно памятное место - Сирмионе, чудный городок на озере Гарда, недалеко от Вероны.

Несколько удалившись от образцово-показательного замка, обнаруживаем живописные римские развалины, по традиции неправильно называемые виллой Катулла.

Чья вилла, мы не знаем. Вряд ли веронец Валерий Катулл был настолько богат, чтобы отгрохать себе целое поместье. Но, несомненно, бывал в Сирмионе и озеро воспел.

Сочинял очень хорошие эротические стихи. О них как-то отозвался Цицерон: "Валерий единственный среди нас, кто еще относится к этому делу всерьез". Это была похвала. Цицерон редко кого хвалил. Есть добротные русские переводы, когда-то я возил с собой распечатки. Дескать, обращайтесь, дам почитать. Но перестали обращаться. И я перестал возить.

На аллее между замком и виллой обнаруживаем особняк, где иногда летом можно было увидеть чету Монегини - Каллас.

Недвижимость давно продается и перепродается по частям, можно снять комнату на время.

Потом Марии станет тесно в Вероне и окрестностях. Ей надоест сюда возвращаться.

Пожилой миллиардер, Париж и дворец на острове Скорпиос, не появившийся на свет ребенок, потеря веса и голоса. И проклятый вопрос, который время от времени задают себе девушки любого возраста и семейного положения: "Ну, что он в ней нашел?". Как правило, ответ есть и даже лежит на поверхности. Его не видит только ослепленная ревностью жертва.

Заполучить вдову убитого президента США - это круто. Но дело не в этом. La Divina была не менее знаменита, чем Жаклин Кеннеди, и могла предъявить миру свое имя и свои заслуги, а не мужнины.

Мария и Аристотель Онассис часто ссорились, потом радостно мирились. Это долго удерживало их вместе. Ему по душе была любовница с характером.

Но не жена.


***


Отоспавшись и подкрепившись, оказываюсь у цели.

На подступах к амфитеатру - выставка машин Ламборгини (не говорите "Ламборджини", прошу вас). Тут тебе и кабриолеты, и представительский класс, и явно гоночно-спортивный вариант. Выставка должна подчеркнуть высокий рейтинг оперного фестиваля; паритетно, конечно же, лишний раз стимулируется уважение к производителю.

Бросить безразличный взгляд, приосаниться и пройти мимо, посвистывая? Не получится.

Хочется не посвистывать, а присвистнуть. Язык тела и мимика прохожих отчетливо выдают одно-единственное трудно выполнимое желание: обладать.

Легкий предвечерний бриз. Лето выдалось прохладным. Море и горы не так уж далеко. Да и июнь, после захода солнца редко бывает жарко. Хорошо, что я пиджак прихватил.

Как бы дождя еще не было.

Интересно, что предпринимают в этой ситуации. Переносить спектакль вроде некуда, все вечера расписаны, да и людям улетать надо. Неужели возвращают деньги?

Вообще-то лучше этим вопросом задаваться не в день спектакля, а при покупке билета за какую-никакую, а все же трехзначную сумму.

Дождя не было в этот вечер, сразу говорю. В этом повезло.

А правила да, есть, я потом разобрался. Деньги возвращают в случае отмены спектакля на следующий день, можно и потом почтой. Но могут в пределах дня переносить начало спектакля на какое угодно время, пока не распогодится. Другими словами, спектакль может начаться вместо 20.00 в 23.00. Или даже, в теории, в 23.55.

Но - в случае отмены. Хитрая казуистика заключается в том, что отменить это не то же самое, что прервать. Если дождь начнется во время спектакля, его по идее уже не отменят. Слушать и мокнуть или уходить - это уже будет ваша проблема. Так и происходит время от времени, как я позднее вычитал в отчетах пострадавших от стихии.

Я думаю, что если с неба посыплется, например, град, спектакль прервут, а деньги вернут. Но мало ли что я думаю. Нигде не написано.

За лето на арене перебывает до полумиллиона человек. Сопоставимый или больший доход могут давать реклама и права трансляции. Это очень серьезный бизнес, и люди, которые им занимаются, знают, что делают. Cегодня же ход моих мыслей незамысловат, привычен и наверняка понятен уважаемому русскоязычному читателю.

Авось дождя не будет, говорю я себе, и прохожу внутрь.

В билете написано: 20.00. Я пришел в 19.45, а народу совсем немного. Специальный молодой человек со значком поясняет, что спектакль начнут, когда стемнеет. Это как раз мелкими буквами написана на билете. Поскольку сегодня почти равноденствие, стемнеет не раньше 21.00. Ну, ничего. А можно туда-сюда выходить? Да, пожалуйста. Желаете программку? Вот вам. 10 евро.

В самом деле, почему тонкая книжечка с парой цветных вклеек должна стоить дешевле. Арена ди Верона же.

Вот вам еще свечечка бесплатно. Билет только не теряйте.

В целлофановом пакете действительно какая-то свечечка и к ней бумажка, потом ознакомлюсь.

Я вышел за двойным эспрессо в кафе напротив, почитать там программку и, признаюсь, унять волнение.

В давние времена сиживал и в cтолицах: Большой, Мариинка, Ковент-Гарден. Не близко, не часто. Дома имелись радиола и много пластинок. По телевизору восторгался великой Образцовой. Но не запал на опере, недопонимал. Популярные арии еще туда-сюда; от длинных дуэтов, когда поют наперебой, уставал. Посещала нехорошая мысль: пусть уж лучше разговаривают, как в пьесе, а музыка играет себе.

Рок-оперы были понятнее, но тоже восторга не вызывали. Возобновленная постановка Jesus Christ Superstar в лондонском "Лицеуме" разочаровала, я слишком долго жил до нее этими мелодиями и как-то перегорел.

Как, однако, слаб человек на рейтинги, думаю я, отхлебывая свой эспрессо.

Милан лучшая оперная сцена мира, Верона самый крутой фестиваль. И всё в один месяц. Вся жизнь - и один месяц. Как-то начинаешь проникаться. Не понимал, а теперь пойму.

Та же Кармен. Любовь, как птичка, как бы не так. Здесь надо бы вспомнить, что Эрос у ахейцев, самых наидревнейших древних греков, отвечал за жизнь вообще, жизнь в антитезе Танатосу - смерти. В классический период Эроса понизили в должности, отвели ему департамент чувственной любви, потом и вовсе сделали порученцем Афродиты.

Гляжу в программку. Cегодня поет Екатерина Семенчук. И вот она споет и сыграет так, что все услышат: любовь поначалу шутка, но в конце дело серьезное. Не помню, кто сказал, но сказал верно. Серьезней не бывает, если вдуматься.

Тот же тореадор. Не хлыщ, похожий на Элвиса Пресли. Не записной мачо, это все ерунда. Кармен прилепляется к тореадору не из-за денег, не только из-за денег. И не из-за славы его.

Когда-нибудь одолеет бык. Этот человек играет со смертью всерьез. Её влечет Танатос.

Есть еще время, вернувшись, осмотреть амфитеатр внутри. Бывал, но днем и давненько. Ну, большое всё. Сейчас, на пороге великого постижения, воспринимается иначе. Мощь, ясность и дерзновенность замысла невероятны.

Бархатная занавесочка с кистями и специальная девушка со значком преграждают путь. Ваш билет. Нет, не через партер. Вам сюда.

Пробираюсь на свое место. Оно представляет собой металлическое сиденье.

Что за новости.

Неимущие на галерке понятно, они сидят на камне, а у меня ж пронумеровано. Где написано, что меня будет подпирать гладкая металлическая поверхность? Я уверен был, что за 107 евро приобретаю нормальное обитое полукресло.

Уверен я был зря. И где-то написано, конечно. Тебе не сказали при покупке билета, а ты ж и не спросил. Может, тебе нравится сидеть на твердом или доктор прописал.

Когда-то мог всю ночь подряд гонять "блиц", сидя на такой железяке в городском парке. Еще и в холод собачий, бывало. Дули на пальцы. Игра на ставку поглощает целиком. Вот и "Кармен" поглотит.

И в парке спинки не было, а здесь вот есть. И даже подлокотники.

Ничего.

Другая новость - сцена значительно дальше, чем я думал.

На картинке-то иначе это выглядело. Там линия Palcoscenico, сцены, делит эллипс арены ровно пополам.

Не оркестровая яма, нарисовано и написано там, а сцена. Это значит, что расстояние до нижнего ряда трибуны, где я сижу, должно составить 74:2=37 метров. Плюс еще cколько-то, раз я в 12-ом ряду, итого под 50. Но оно явно больше.

Вот, у меня тут цифры под рукой имеются.

В Парижской Гранд-опера глубина зала 32 метра, в Большом и того меньше - 30. Глубина Дворца съездов в Москве - 50 метров, немало. Но все эти залы имеют крышу, а здесь вместо крыши итальянское небо.

Конечно, понимал заранее, что открытый амфитеатр и просто театр - это не одно и то же. "Не одно и то же", однако, оказалось еще метров на 20 дальше. Почувствуйте разницу. Будь я вчера в курсе насчет этой разницы, может, другой билет купил бы.

Чертова картинка.

Обманули?

Рутинное лукавство. План-схема же. При сравнении фото, сделанного с вертолета, и моим, любительским, четко видно, что форма оркестровой ямы может меняться, значит, и яму, и сцену можно монтировать по-разному. Переносная такая яма, вот именно. Если из-за повышенного спроса надо будет выставить пару-тройку лишних рядов в партере, после деликатной борьбы с режиссером сцену наверняка сдвинут дальше от центра. А может, и в противоположную сторону когда-нибудь сдвинут. Что, каждый раз новую картинку рисовать?

Ну, да что теперь.

Немного успокаивает "императорская ложа", она рядом. Здесь сидели высокие договаривающиеся стороны в 1822 году. Поди каждому отдельное кресло затаскивали. Cегодня там точно такие же металлоконструкции с подлокотниками. И расстояние до сцены такое же.


***


В "ложе" между тем разыгрывается прелюбопытная мизансцена. До меня не сразу доходит, что разыгрывается она по-русски. Муж и жена. Ему и ей лет под 50. Она ласково воркует, он издает сердитый клекот, предположительно орлиный.

Жена не помещается в кресле.

Она не может втиснуться между подлокотниками. Ее бока слишком круты и, будем называть вещи своими именами, мясисты.

Из воркования-клекота становится ясно, чья тут недоработка. Да и, похоже, вечно виноватой в этой паре предписано быть жене. Проблема им давно известна по прежнему опыту, а она чего-то не выспросила толком, когда в агентстве заказывала билеты, понадеялась на авось.

Но выход из нештатной ситуации находится. На удивление легко и грациозно женщина перемещается из "ложи" пониже и садится в проходе. Персонал делает вид, что не замечает, им эта ситуация тоже знакома.

Время от времени она оглядывается на мужа и посылает ему нежную виноватую улыбку. Каждый раз, когда она оглядывается, он сгоняет с лица добрый любящий взгляд, сдвигает брови и угрюмо клекочет. Она отворачивается, после чего он продолжает смотреть на ее обширную спину добрым любящим взглядом.

Тут я замечаю, что под ней некое переносное сиденье. Озираюсь по сторонам, у кого-то такие сиденья тоже есть. Значит, можно было где-то заплатить и взять напрокат? Откуда же мне было знать, а теперь что ж, только что по трансляции прозвучало последнее приглашение, и с места не сорвешься.

Основательно утвердиться на мягком у дамы тоже никак не выходит. Все лучше, чем на низенькой ступеньке. Но ведь скоро умается так сидеть, нет?

От мыслей о даме меня отвлекает молодой человек со значком и зажигалкой. Ах да, свечечка. На прилагающейся к ней бумажке - пояснение. Оказывается, давняя традиция, когда-то публика подсвечивала себе в темноте программки и либретто. Нынешней символической свечечкой много не подсветишь - догорит через пару минут. Подсвечивать фонариком в айфоне тоже нельзя, сказали всё отключить.

Я-то отключил. Во мне что-то высокое, видать, пробудилось в этом культовом антураже. Ранее я в слишком усердном следовании запретам замечен не был. Безмятежно щебечущие по-французски соседи реагируют проще. Выдержав для приличия небольшую паузу, они вовсю увековечивает впечатляющую картину.

Но вот какое-то движение в оркестре. И - замерло всё. Сейчас дирижер взмахнет палочкой и зазвучит бессмертная увертюра.


5.


Звонкое и чистое начало. Литавры и тарелки. То не вечер сгустился над Вероной, то солнечное утро озаряет Севилью, Пиренеи и всю вообще Атлантику. Шумит, бежит Гвадалквивир.

А ведь я был в Севилье. Вот так бы и не вспомнил. В программу дня забивал самый большой в мире готический собор, Алькасар и, само собой, Кармен. "Кажется, появись она сейчас на средневековой улочке с красным цветком в руке, никто бы не удивился." Некому было выпороть за подобные красивости, но публике нравилось. Хотя по-настоящему запомнились только кичеватые павильоны, воздвигнутые там когда-то к какой-то всемирной выставке. Не до красот было, тормозила круизная рутина. Мандраж начинался с высадки на берег в порту Кадис. Соединял людей, экскурсоводов, автобусы. К павильонам, видимо, все худо-бедно соединилось тогда.

Великое всегда без вины виновато в том, что его затирают в результате повсеместного употребления. Прекрасная и, что там, давно набрыдшая мелодия куплетов тореадора. Но вот короткая яркая пауза - и тема судьбы. Любовь не побеждает смерть. Любовь яростно дерётся с ней до конца. Смелый тональный сдвиг, не хватает пары тактов для спокойного гармоничного завершения. Бизе гений.

Вблизи, конечно, слышно было бы лучше, но и так неплохо. Когда занавес раздвигается, одно даже преимущество отдаленности от места действия становится очевидным. Сцена огромна. Сиди и разглядывай многочисленные детали, людей и даже животных, которыми Дзефирелли ее населил. Вблизи пришлось бы бороться с боковым зрением и без конца вертеть головой.

Речитатив Микаэлы не особенно впечатляет. Мы такое пародировали на капустниках. А голос сильный и красивый - хотя и на расстоянии.

Детский хор приводит публику в радостное возбуждение. Я уже послушал их накануне, но ничего. Почему-то детки маршируют с французским флагом. Из уважения к Мериме и Бизе? Действие происходит все же в Испании. Французская пара за мной не задает вопросов, а только тихонько подвывает от восторга.

Дуэт Микаэлы и Хозе. Микаэла с ним на "ты", она с ним на "вы". Потом сверился с оригиналом либретто - всё правильно. Она же девушка из народа, мало ли что невеста, а он какой-никакой дон. Мечты о совместной сельской идиллии. Cветло и немного скучно.

Но вот и Она. У любви, как у пташки крылья.

Немедленно хочется крикнуть: громче! С грустью предполагаешь, что сопрано второго плана вознамерилось перепеть заглавное меццо. В театре всякое бывает, но нет, вряд ли. Всё проще. Одни звуковые модуляции более успешно преодолевают расстояние на открытой площадке, а другие менее.

Между Кармен и Хозе, как сейчас говорят, возникает химия. Любовь с первого взгляда, говорили когда-то. Избранник получает в дар цветок. В оркестровку прорываются грозные аккорды. Тема судьбы.

Идет подготовка к спариванию вне церковной церемонии. Изображать надо не романтический флер, а именно это. Хочется крикнуть: развязнее! Ссылки на некоторую полноту солистки не принимаются. Мы не рабы моды. В пышных телесах мало эротики? Как бы не так!


***


Под конец первого акта чувствую, что мне чего-то недостаёт. Где негабаритная блондинка? Cидела же вот здесь, можно сказать, под ногами.

Оказывается, как только зазвучала увертюра, капельдинерша отвела блондинку вниз и усадила на пустующее место. Сидеть в проходе не положено, мало ли, вдруг срочная эвакуация. Втиснуться в свое сиденье на трибуне не получается. Так что все правильно. В партере стоит дороже, и намного, но не брать же доплату. Ситуация стандартная, работница Арены действовала по инструкции. А места всегда есть.

Но пока что - перерыв. И негабарит взбегает наверх к мужу и рассказывает ему, как её увлекли в партер и как там все хорошо видно и слышно. Главное - без доплаты. Лишний вес, из-за которого всегда сплошные проблемы, на этот раз принес ей пользу. Она рассказывает об этом, естественно, по-русски, но громко, очень громко. Какой-то процент русскоговорящих наверняка же есть. Все, кто понимает, должны слышать и завидовать. И кто-то, как я, наверняка слышит и да, завидует, хотя и старается не подавать вида.

Похоже, супружеское "мы" давно усвоено, симбиоз настоящий, без притворства. Худощавый муж хмурится и ворчит, как между ними заведено, но это не имеет значения.

Мне вдруг захотелось подойти к нему и спросить: "Мужик, ты на заре своей туманной юности лежал всю ночь на заплеванном полу под лестничным маршем, чтобы поутру уловить звук захлопываемой за любимым предметом двери, вести этот предмет до остановки автобуса, сказать там: "Давай вернем все и начнем сначала", услышать отказ и раствориться без осадка в неизбывном горе? Ждал лишний час-другой, понимая, что она не придет, но не будучи в силах двинуться с места, потому что коленные суставы до краев заполнялись какой-то непонятной нервно-паралитической жидкостью? Или твоя любовь с самого начала была ответной, говорят, это бывает, а потом стало все не так захватывающе, но и военные действия никогда не открывались и ничего-ничего никогда-никогда не нарушало ваш замечательный союз?"

Не подошел и не спросил, конечно.

От мыслей о превратностях любовного синдрома отвлекает обыденное. Надо бы сходить оправиться.


***


Галерка и верхние ярусы уходят в биотуалеты, специально привезенные и расставленные вокруг Арены. Партер и секторы вроде моего пользуются привилегией - для нас имеются удобства внутри. Вот так и древние римляне могли здесь присесть. Писсуаров не было, приседали зрители обоего пола .

Очередь из собравшихся по нужде издает дорогой запах и местами отсвечивает бриллиантовым блеском. Джинсы и пиджачишко вроде моего тоже представлены.

Люди, в разное время постаравшиеся, чтобы я наслаждался сегодня музыкой и пением, вполне могли бы заполнить трибуны амфитеатра в Вероне.

Как ни банально, даже великим, чтобы они произошли на свет, нужны папа и мама. На дальнейшем пути к славе осененного Аполлоном поджидает огромное множество хороших и разных мужчин и женщин.

Вот пробирается к своему месту облаченная в сюртук и лосины по последней мужской моде Жорж Санд. Мериме - понятно, а она что тут делает?

Уступила натиску молодого человека, но, когда дошло до дела, он оплошал. О чём она оповестила по возможности всех. Не этот ли обрушившийся на Мериме позор пробудил в нем атеизм, обусловил личную дружбу с императорским семейством и сделал из него инспектора культурных памятников, закоренелого холостяка и амбициозного прозаика? Бесследно такие вещи не проходят.

Cкоро 20 лет снимку, который я сделал в Каннах на протестантском секторе тамошнего кладбища, где упокоился автор "Кармен". "Имеется мемориальная приписка Жорж Санд, - написал я тогда: 'Прощение и любовь'. Что-то там у них не сладилось в земной жизни".

Не знал, когда писал, что именно не сладилось, теперь знаю. Век живи.

Правда ли, что "Кармен" сочинена под влиянием "Цыган" Пушкина? Нет, неправда, это миф. Писатель начал изучать русский язык в 1849 году, в чем ему оказала содействие Варвара Ивановна Дубенская - фрейлина Великой княгини Марии Николаевны и затем жена французского посла. Мериме первым и перевёл "Цыган" на французский, точнее, пересказал прозой - в 1852 году. "Кармен" написана в 1845-ом. Явный анахронизм.

И тем не менее. Наше всё повлияло, но не на текст повести, а на либретто, сочинители которого брали из перевода "Цыган" готовыми фразами: "Я песню для себя пою", "Любовь не удержать", "Умираю, любя". Анри Мельяк и Людовик Галеви создали отличную заготовку для оперы. Вот эти солидные господа в императорской ложе беседуют с Mr Pouchkine, очарованные его молодой импульсивностью и великолепным французским.

Но и еще одна бледная подвижная тень промелькнула.

Читаем: "Я нанял в Кордове проводника и двух лошадей и двинулся в поход, не имея иной поклажи, кроме "Записок" Цезаря и нескольких рубашек."

Ничего не напоминает? Ладно. Открываем другую книгу. Читаем: "Я ехал на перекладных из Тифлиса. Вся поклажа моей тележки состояла из одного небольшого чемодана, который до половины был набит путевыми записками".

Никаких анахронизмов. Французский перевод "Героя нашего времени" печатался с продолжениями в парижском журнале "Démocratie pacifique" - аккурат за годик с небольшим до "Кармен". И в обоих текстах наличествуют честные контрабандисты.

И вот сейчас придут скучные люди, которые скажут, что данное влияние сомнительно, а просто становилось понятно, что о путешественнике важно знать, куда он едет и что с собой везёт, притом чтобы коротко и ясно; время подробных описаний внешнего вида путника и полной трудовой биографии его лошади в духе Оноре де уходило в прошлое. Но, во-первых, пусть докажут обратное, а во-вторых...во-вторых, як би хотiлось, как говорят в Украине.

Бизе. Конечно же, Бизе. Вундеркинд, десяти лет от роду принятый в Парижскую консерваторию. Пианист-виртуоз, приведший в восторг Берлиоза. Предвосхитивший веристскую оперу, сквозную оперу и современный мьюзикл. Создавший шедевр, по поводу которого Ницше писал: "Пять часов сидения - первый этап на пути к святости!" У собеседника Заратустры набралось таких часов 100, ибо, по его собственному признанию, он слушал оперу 20 раз, и, может, при жизни Ницше сравнялся бы в святости с архангелами, если бы не приключившееся с ним безумие. Но вкус властителю дум не изменял никогда.

Премьера в 1875 году провалилась. Критика негодовала:"Позор. Натурализм. Вульгарщина. Проститутка из объятий погонщика мулов переходит к драгуну, от драгуна к тореадору, пока кинжал покинутого любовника не прекращает её позорной жизни..." Поражает незнание критиками жизни: в опере Кармен никакая не проститутка, а работница табачной фабрики. Её переходы отличают цыганку от какой-нибудь светской дамы того времени разве что тем, что Кармен не прячет их от посторонних глаз. Но у критиков для описания честной любви было только слово "проститутка".

Постановка выдержала 50 представлений. Это трудно назвать неуспехом. Публика мало-помалу вошла во вкус и приняла оперу. Но склонный к меланхолии Бизе переживал. В кругу именитых композиторов мнение публики не было главным критерием. Главным критерием было их собственное просвещенное мнение. Шарль Гуно во всеуслышание обвинял Бизе в плагиате. Массне и Лекок, бывшие на премьере, угрюмо отмалчивались.

Через три месяца, в возрасте 37 лет, Бизе умер от сердечного приступа. Говорят разное. Похоже, здоровье его давно было подорвано. Похороны вышли очень многолюдные. Всем как-то вдруг стало ясно, что безвременно ушел великий композитор. Державший речь Гуно не смог договорить до конца, слезы душили его. Молодой человек уже никогда не омрачит чьего-либо существования в искусстве новым шедевром.

Оперу как жанр придумал тосканец Якопо Пери 500 лет назад. Нет пророка в своем отечестве - первая постановка состоялась в Париже. Там задавала тон одна флорентийка - Екатерина Медичи. Женщина она была нехорошая. Затравила всех ядами, организовала Вароломеевскую ночь. Зато научила темных парижан правильно питаться, слушать хорошую музыку, правильно и красиво заниматься любовью.

Балет тоже не всегда был. И тоже итальянцы придумали, даже немножко раньше оперы. И скрипку первую смастерили. И фортепиано. Да и так понятно, что оркестр состоит из множества инструментов, и каждый был кем-то изобретен. Дирижерская палочка - и та не с неба упала. Впервые воспользовался ею немец Людвиг Шпор, и дело было в XVIII веке.

А ноты?

Во Флоренции показывают высеченного из камня монаха, которого звали Гвидо из Ареццо. Этот лет 900 назад взял текст молитвы на средневековой латыни, посвященной апостолу Иоанну, выбрал из каждой строки первое слово, а потом и первый слог каждого первого слова. И получилось, с небольшой позднейшей корректировкой, до-ре-ми-фа-соль-ля-си. И по-русски мы так красиво говорим, а по-немецки и по-английски некрасиво, а-бэ-цэ дур какой-то. Но сути это не меняет. У человечества появился гибкий универсальный музыкальный язык.

Правда, и древние египтяне отмечали какими-то знаками относительную высоту тона, и потом Птолемей с Пифагором. В Европе были невмы, у славян крюки и знамена. В VI веке философ Боэций разложил две октавы по 14 буквам алфавита. Так и называют по сегодняшний день - Боэциева нотация. Серьезно занимался гармонией, например, ввел понятие диасхизмы. Не знали, что такое диасхизма? Это очень просто: "Диасхи́зма (др.- греч. διασχίσμα, лат. diaschisma), также уменьшённая комма - микроинтервал, равный разности дидимовой (синтонической) коммы и схизмы и, таким образом, имеющий отношение частот верхнего и нижнего звука, равное 19,5526 ц." Хотя больше был известен трактатом "Утешение философией". А приговорили к смерти не за трактат и не за нотацию, а за якобы интриги в пользу Византии. Приговорили в Вероне, кстати. Лично Теодорих приговаривал, жестокий германский правитель. Может, на трибунах, где я сейчас сижу, и устроили судилище над несчастным Боэцием.

Я вычитал у Дзефирелли, что Николь Шанель подарила ему когда-то в Париже рисунки Матисса. Итальянец продаст их и спасется от голодной смерти. Так что и они. И сотни, тысячи других. Мир тесен, и никто не остров. Не устаешь поражаться тому, как это верно.

Дзефирелли долго не мог добиться от незабвенной Образцовой проникновения в образ Кармен. Потеряв терпение, укусил певицу за плечо. И она поняла. Может, он и сейчас в антракте применяет данный режиссерский приём? Хотя я уже смирился с э...возвышенной трактовкой, ничего.


***


Однако посвежело, пиджак пригодился. Вечерним бризом сдуло легко одетую французскую пару, сидевшую позади. Свой флаг они уже увидели в первом акте, навряд ли его пронесут снова.

Не мне судить, насколько верны солисты партитуре. Надо полагать, дирижер извлекает из своего оркестра, а певцы производят голосовыми связками правильные звуки. Не страшно, что порой надо прислушиваться.

Ты пой, танцуй и пей вино, что будет завтра, все равно, поёт цыганка. Это мудро. Но, кажется, возникает новое осложннение. В это траля-ля-ля привносятся не предусмотренные Бизе обертоны. В какой-то момент мне показалось, что звук поплыл, как бывало, когда барахлила лентопротяжка на допотопном магнитофоне.

Появляется тореадор.

Был на арене для боя быков дважды. Один раз на Майорке, но там рассказали, что быкам надевают на рога резиновые набалдашники, и сразу стало неинтересно. Интересно было в Мадриде, где шанс уйти в мир иной человеку все-таки тоже дают и где это время от времени происходит. А настоящее сражение матадора с быком видел только по телевизору, и мне хватило. Никак не удавалось нанести смертельный удар в холку. То ли холка попалась какая-то бронетанковая, то ли исполнитель не мог унять тремор после перепоя.

Я сижу почти напротив сцены, но тореро порой и в профиль поворачивается, и тогда словно кто-то резко переключает громкость. Выходит не просто тише; форте и пиано чередуются, но как-то беспорядочно. В бытность мою солдатом ротный старшина прапорщик Ильясов наполнял вроде бы негромким урчащим басом всё вокруг, демонстрируя командирский голос не по чину, но на таком расстоянии, да ещё с наветренной стороны и он бы, пожалуй, не справился.

Ты мой восторг, моё мученье. Нежное соло Хозе спето без помех. Чего не скажешь о дуэте, в ходе которого сержант изменяет воинскому долгу, дабы снискать взаимность.

Становится досадно.

В темноте выхватываю лица, на которых тоже не написан восторг. Кто-то скучает. Пришедшие парами заводят разговоры. В нормальном театре слышен даже шепот, здесь не так, но когда много людей даже очень тихо беседуют, некий слабый рокот различим.

Мы так не договоривались. Я пришел за игрой страстей - нарочитой, преувеличенной, на то и опера. Зная заранее, чем закончится, я все же ахнул бы вместе с тысячами других зрителей, глядя, как нож Хозе обрывает земную жизнь обожаемой Кармен. Я приобрел билет на прекрасную музыку, а не этот рокот и капризы звуковой волны, вызванные ветром. Огромное множество людей вдохновенно готовило мне катарсис - не вышло. Ветер, чёртов ветер.

В партере после антракта образовались зияющие дыры. Кто-то отметился, досидел до конца первого акта, сверкнул бриллиантами и был таков. Но дыры не заполняются. За этим строго следят. Иначе бы туда немедленно рванули незадачливые обитатели трибун. Не верхних (Gradinata), оттуда доступ вниз перекрыт наглухо, а подобных той, на которой оказался я. Нас отделяет от партера невысокая перегородка, но лезть через нее под взором бдительных капельдинеров дело немыслимое. Да и перебегать с места на место - удовольствия мало.

Решено. Я ухожу.

Пробираясь к выходу, слышу странное шипение. Не сразу сообразил. Это восседавшие, как я, на цельнометаллических сидениях запаслись резиновыми подушечками. Кто-то из них сейчас тоже торопится на выход и сдувает воздух.

Под сводами древних вомиториев неожиданно громко и слаженно звучит гимн свободе, который исполняют в конце первого действия дезертир, цыганка и хор маргиналов. Но я еще раньше понял, что хор и оркестр более или менее успешно противостоят движению воздуха, не в пример солисту или дуэту.

Такси услужливо выстроились рядом с амфитеатром. Очевидно, массовый исход в антрактах дело обычное.


***


Мы так не договаривались, написал я.

Да мы никак не договаривались.

Ты поверил карте-схеме. На самом деле просцениум не делит большую ось эллипса пополам, но это же схема, а не гарантия расстояния а метрах. Ты думал, что будешь сидеть на мягком - думать не возбраняется, где написано? И ты не понимал, что при отсутствии внешней стены амфитеатра, рухнувшей в результате землетрясения восемь веков назад, звук будет рассеиваться и непредсказуемо гулять при каждом дуновении воздуха? Оставшийся единственный фрагмент, кажется, только портит дело. Потому что даже если вы сидите буквально под ним, рано или поздно звуковой луч (это не метафора, а акустический термин) пройдет мимо и вы получите резкий перепад качества. Уж лучше с верхних трибун, там отовсюду одинаково тихо. Это как если бы взяли бас-геликон и почти весь раструб ему отпилили, оставив один узкий выступ.


Недаром сюда ни разу не удалось заманить великих дирижеров Гварнери и Тосканини.

Так что никто не обманул. Лукавая недоговоренность. Мы с вами теперь в курсе. Будете в Вероне, рискните, если охота. Я пас.

Тем более что билет за 200 тоже автоматом не решает проблему, даже если отвлечься от возможного дождя. В партере не так дует, но может приключиться другая беда, притом совершенно независимо от того, где вы сидите. Полный штиль летним вечером в Италии означает, что на вас наваливается весь накопившийся за день зной.

А в общем, не жалею. Осознание чего-то недополученного может оказаться не менее значимым, чем отмеренный согласно ожиданиям позитив. Много смотрел и слушал в сети. Это не то что в театре, но слышно хорошо. И это бесплатно. Перечитал повесть, наслаждаясь каждым словом, за что спасибо и всем переводчикам переводчику - Лозинскому. Я cнова горевал, когда "ее большой черный глаз помутнел и закрылся". Я полюбил Кармен больше, чем прежде,

Если бы убийцу судили судом присяжных, а я был бы на процессе защитником, я бы взывал к милосердию. Мобилизовал бы все своё красноречие. Цыганка сама искала смерти и сама выбрала нож Хосе, справедливо рассудив, что он сгодится для этой цели не хуже, чем петля или яд. Послушайте только, что она говорит: "Я тебя больше не люблю; а ты меня еще любишь и поэтому хочешь убить меня. Я бы могла опять солгать тебе; но мне лень это делать".

Мне кажется, я бы их убедил.


___________ *Примечание к гл.1. Уже можно, но без вспышки. Кроме того, в каждом зале имеются перечень и схема расположения экспонатов с краткими пояснениями на итальянском и английском языках.