# Большая вышка.(S)

Александр Сергеевич Черевков

Высота нашей жизни ни так, с которой мы падаем, а та высота, которую достигаем разумом.

Большая вышка.(S)

Наша дружная группа чаще всего обитала на пресных заливах и на пирсе возле маяка. На городской пляж мы редко ходили. Считали, что городской пляж, это для малышей с родителями. Там даже плавать некуда. Всюду стоят поплавки с красными флажками, за которые даже морским волкам заплывать не разрешается.

Мы себя считали морскими волками. Плавали в море, куда нам вздумается. Так что для нас лучшим местом были пресные заливы с многочисленными грядами камней в море. Тут не было никаких красных флажков.

Но иногда нас взрослые заманивали своими шашлыками на городской пляж. Где можно было поставить мангал с шашлыком и побаловаться напитками с мороженым. В таком случае, наша дружная группа, как косяк рыбы в море, перемещалась с пресного залива на городской пляж, откуда нас лишь силой под вечер вытаскивали родители домой.

Весь день мы на городском пляже объедались шашлыками и мороженым. Под вечер мы были как откормленные бычки. Лишь на следующее утро отправлялись обратно к пресным заливам, чтобы там сбросить с себя лишний вес. Опять превратиться в настоящих морских волков.

Когда я уже плавал, как рыба в море, то однажды нас обратно заманили на городской пляж. Там, на городском пляже, была одна достопримечательность. Это вышка, с которой ныряли в морскую воду. На этой вышке были три площадки. Первая площадка пять метров от воды. Вторая площадка десять метров от воды. Третья площадка пятнадцать метров от воды.

С первой площадки ныряли все, кто мог плавать. Со второй площадки ныряли не многие. Но с третьей площадки ныряли только самые смелые, которых знал весь город. Так как пятнадцать метров, это все-таки огромная высота. Почти, как из-под купола цирка, где высота от манежа до колосников шестнадцать-восемнадцать метров. Поэтому нырять всем с третьей вышки было очень опасно.

- Поплыли нырять с вышки, - сказали друзья, когда мы пришли на городской пляж. - Ты там не был.

Я действительно не был на вышки ныряния в морскую воду. Поэтому я сразу полез на самую верхнюю площадку, чтобы посмотреть, что там наверху, чего бояться все пацаны нашего Нового городка. Но наверху ничего страшного не было. Внизу обычная вода. Только люди в ней почему-то кажутся маленькими. Я посмотрел на своих друзей, которые стояли на первой площадке.

Задрав головы, смотрели на меня, как на героя. Мне было удивительно любопытно. Почему мои друзья боятся этой третьей вышки? Ведь они плавают в море как рыбы. Наверно они боятся высоты. Точно также как я когда-то боялся большой глубины. Теперь мне придется их затаскивать на эту вышку и сталкивать вниз в воду, чтобы они привыкли к высоте.

Я постоял минут пять на самой верхней площадке вышки для ныряния. Когда я увидел, что на меня задрав головы, смотрит, чуть ли не весь городской пляж, то мне стало стыдно спускаться с этой вышки. Надо было нырять. Конечно, я мог просто прыгнуть бомбой или солдатиком, как это делают все ныряльщики первой вышки. Но я был на самой верхней вышке. Должен был достойно нырнуть, как ныряют ласточки в небе.

Я подошел к самому краю самой верхней площадке и наклонившись, полетел как ласточка расправив свои руки как крылья птица. Весь пляж разом ойкнул от испуга. Я это слышал даже наверху. Но я летел как птица и только у самой воды протянул руки вперед себя.

У меня это классно получилось. Но почему-то уже входя в воду, я опустил ноги и с такой силой ударился об воду, что даже на берегу услышали, как я заорал в морской воде, которую тут, же стал хлебать, так как во время крика под водой выдохнул из себя весь воздух.

Мне никак не удавалось перевернуться в воде вверх головой, чтобы вынырнуть наружу и хлебнуть воздуха вместо горькой соленой морской воды. Вероятно, на пляже поняли, что я тону. Со всех сторон ко мне ринулись люди.

Ближе всех оказалась моя одноклассница Жарцова-Иваненко Гала, которая стояла на первой площадке вышки и когда я заорал в воде, так она тут же нырнула ко мне. Видимо, это она подумала, что меня схватила судорога. Но так как все девчонки истерически боялись судороги, то у них в купальниках всегда были булавки. В народе говорили, что если сильно уколоть место судороги, то судорога сразу падает.

Вот она, эта Галка Жарцова-Иваненко, со всей силы воткнула мне в пятку, хорошо, что не в задницу, свою большую булавку. Я заорал еще сильнее под водой из-за этой булавки и как пробка из бутылки шампанского вина, выскочил из морской воды, где меня в тот же миг подхватили взрослые и затащили в спасательную лодку. Тут же хотели сделать мне искусственное дыхание.

Но я в воде не тонул. Просто нахлебался морской воды, когда кричал от боли. В лодке я тоже продолжал орать, но только уже ни от того, что ударился ляжками об воду, а оттого, что Жарцова-Иваненко Гала воткнула мне в пятку свою иголку до самой кости.

Но в морской воде все быстро заживает. К вечеру моя уколотая пятка зажила. Лишь синяки на моих ляжках напоминали мне о моем нырянии с самой верхней вышки. Даже эти синяки на моих ляжках были не очень заметны под сильным темно-коричневым загаром. Так что ничего страшного со мной не произошло. Только с того дня я стал еще более знаменитым среди моих ровесников. Обо мне ходили легенды, как о самом лучшем ныряльщике во всем городе Избербаш. Говорили, что я вообще не боюсь, высоты и могу прыгнуть откуда угодно. Лишь бы была гарантия, что я не разобьюсь обо что-то твердое в морской воде.