# Командировка в Тбилиси

Александр Сергеевич Черевков

Командировка в Тбилиси.

Можно считать, что первый урожай из наших виноградников принёс нам всесоюзную известность. Дело в том, что мои предки по материнской линии, терские казаки, задолго до татар монгольского ига и за долго до поселения других народов, сажали в червлёных бурунах виноград. Войны с татар монголами и частые набеги кочевников вынудили тверских казаков уйти с червлёных бурунов за Терек. Постепенно с годами песок уничтожил бесшовные виноградники на червлёных бурунах.

Столетия спустя, когда терские казаки поселились на левом берегу Терека, то больше ни стали осваивать территорию в червлёных бурунах. Однако в памяти народа остались легенды и воспоминания, что когда-то на червлёных бурунах росли разные сорта винограда, которые своим вкусом и ароматом славились далеко за пределами Кавказа и даже за пределами России.

К тому же, как утверждают легенды и воспоминания терских казаков, червлёные буруны имеют свойство при высокой температуре от солнца сохранять влагу на небольшой глубине. Большинству сортов винограда достаточно немного солнца и воды, чтобы иметь большой урожай. Многочисленные вредители виноградников хорошо приживаются в почве и от чубука до зрелого виноградника уничтожают растение.

Основные вредители винограда - это филлоксера, хрущи, паутинный клещ, медведка, гроздевая листовёртка, проволочник, осы. Во власти филлоксеры оказались все виноградники Европы. Из сотни чубуков до саженцев выживают только десять процентов. Из этих десяти процентов саженцев лишь один процент кустов даёт плоды винограда пригодные к употреблению в пищу.

В то время как на червлёных бурунах от чубука до плодоносящего куста погибает всего десять процентов растения по вине того, кто ухаживает за растением, то есть, люди затаптывают чубук и саженцы. Все остальные кусты плодоносят до своей глубокой старости, так как в червлёных бурунах фактически нет виноградных вредителей.

Дело в том, что в отличии от почвы песок на червлёных бурунах имеет свойство вращаться и перемещаться с места на место. Песок не даёт условия размножаться на виноградниках. Песок перетирает личинки прибывших паразитов и таким образом удобряет песок под виноградником. В червлёных бурунах постоянно присутствует ветер, при котором окрепшая лоза раскачивается и сбрасывает с кустов пришлых паразитов. В результате чего созревший виноград вполне здоров и пригоден к употреблению в пище.

- Благодаря тому, что наш виноград прославился далеко за пределами Советского Союза, - выступил директор совхоза на очередном собрании. - Наш совхоз записан в энциклопедию о виноградах Советского Союза, под отдельной главой "Вина и винограды России". В этом году в Тбилиси будет проходить международный симпозиум вина и винограда. На симпозиум от Советского Союза приглашены совхозы от республик, производящих виноград. От России пригласили наш совхоз.

- Так мы что всем совхозом поедем в Тбилиси? - кто-то из зала задал неразумный вопрос.

- Наш совхоз со своим виноградом и вином будет представлять лучшая бригада, которую вы сами будите выбирать, - ответил директор на глупый вопрос. - По итогам последнего сбора винограда. От руководства совхоза едут - парторг, комсорг, агроном, инженер и директор. Больше мест нет.

Как только рабочие совхоза определились с передовиками, которые будут на международном симпозиуме в Тбилиси представлять наш совхоз, мы тут же организовали крытый брезентом грузовой автомобиль, в который загрузили ящики с отборным виноградом трёх десятков сортов. У нас в совхозе выращивали более сотни сортов виноградников. Нам разрешили привести на симпозиум не больше трёх десятков сортов. Если бы мы представляли все свои сорта винограда, тогда пришлось бы открывать отдельный симпозиум от нашего совхоза.

Кроме винограда в машину погрузчики от каждого участка по две бутылки вина, которое производили из нашего винограда на ликёроводочном заводе в станице Червлёной. Груз в кузове машины закрыли брезентом и закрепил так, что даже при аварии наш грёз никак не мог пострадать. Машину с грузом сопровождали пять человек, трое из которых имели водительские права не машину.

- Не вздумайте напиться в дороге и до нашего приезда в Тбилиси. - строго напутствовала бригаду, Тамара Козорезова, агроном совхоза. - Мы следом за вами будем ехать. Нам будет видно всё.

- Что вы, Тамара Васильевна! - шутят, воскликнул бригадир. - Мы без вас пить не будем.

О выборе транспорта для руководства опрос не стоял. Ехать на пятиместном легковом автомобиле директора не было смысла. Машина новая ещё не прошла обкатку. Такой транспорт не пригоден к длительной поездки через крестовый перевал. К тому же к объёмной фигуре агроном надо дополнительное сидение. Поэтому наш выбор пал на восьмиместного "Бобика" ГАЗ-69. Испытанный автомобиль на бескрайних просторах червлёных бурунов нашего винсовхоза "Бурунный".

Расстояние от нашего совхоза до Тбилиси через Крестовый перевал больше двух сотен километров. Езды, примерно, двенадцать часов. Поэтому выехали из посёлка до рассвета с первыми петухами. С собой взяли разнообразные домашние продукты из напитков только декалитр холодного виноградного сусло, от которого никак не опьянеешь, а в пути утолить жажду можно.

- Едем до Тбилиси без остановки. - сразу определил директор совхоза нашу поездку. - Остановимся передохнуть и отправиться на Крестовом перевале. К родственникам заезжать не будем.

Водительские права на машину были у парторга, директора и инженера. Первым за руль сел инженер Степашин. Рядом с водителем сел директор совхоза. Мы с парторгом сели на следующее сидение. За нами всё сидение оккупировали агроном. Она разложила всю свою массу на свободное место и тут же заснул. Похрюкивая и похрапывая, изредка выпуская из себя странные звуки.

Наш грузовой автомобиль выехал из посёлка раньше нас. Мы только перед Грозным догнали машину и опередив их, показали им следовать за нами, чтобы не потерять друг друга в лабиринте городских улиц. Так мы ехали до Дарьяльского ущелья за Орджоникидзе, чтобы на грузовом автомобиле не заблудились на улицах нашего города. Ведь только мы двое, Игорь Николаевич Григорьев и, хорошо знали с детства Орджоникидзе. Все остальные в этом городе были впервые.

За селением Балта нашей даме стало невтерпёж. Наш автомобиль выехал ближе к зарослям кустарника, куда тут же в развалку отправилась Козорезова орошать и удобрять растительность. Мы воспользовались моментом и побыстрее отправились за камни в сторону Терека. Нам тоже надо было оправиться, сбросить лишний груз и размять своё тело, отёкшее от длительной поездки.

Дальше за руль машины сел Григорьев, который часто бывал за рулём машины в горах. Ему хорошо известны Дарьяльское ущелье и военно-грузинская дорога с опасным серпантином над пропастью, разнообразными туннелями до Казбеги, с лавинами на пути до самого Крестового перевала.

Здесь даже в отличную погоду опасно ехать на машине. Маленький камень сорвавшись из-под копыта горного козла может увлечь за собой лавины, которая съедает всё на своём пути.

- Давайте немного подышим свежим воздухом. - предложила Козорезова, когда мы подъехали к Казбеги. - По времени видно, что часа через три мы будем в Тбилиси. Успеем найти гостиницу.

- Слово дамы - закон для мужчин! - с сильным местным акцентом, сказал директор, остановил машину на самой высокой точке трассы в Казбеги. - За гостиницу не беспокойтесь! Мы её зака-зали.

Мы вышли из машины прямо у плаката, на котором было написано на нескольких языках "Здесь живут люди с чистой совестью!". За плакатом вид на храм Святого Николая за пропастью, а дальше седая вершина горы Казбек, похожая на белую папаху горца. Ниже всюду зеленью покрытые луга с большими отарами овец, которых охраняют от волков в основном кавказские овчарки.

- Смотрите какой интересный плакат. - смеясь, сказала Тамара Васильевна. - Чем мы хуже местных. Мы тоже с чистой совестью. Давайте сфотографируемся на фоне этого плаката и храма.

Хорошо, что мы догадались взять с собой несколько фотоаппаратов и целую коробку упаковки лент к фотоаппаратам. Можно было фотографироваться сколько угодно. Козорезова тут же стала позировать возле плаката своим объёмом закрывая вид на храм Святого Николая. Степашин с трудом удавалось найти место с фотоаппаратом, чтобы получился хороший вид с горами. Тамара Васильевна постоянно своей объёмной красотой закрывала красоты кавказских гор.

Рядом с нами крутится седой мужчина настолько похож на Сталина, что можно подумать, это близнец Иосифа Виссарионовича или сам вождь пролетариата сошёл к нам с небес. На этом мужчине такой же армейский мундир как у Сталина. Жест правой руки с курительной трубой и левая рука так же согнута в локте как у нашего вождя. Весь взор двойника устремлён на нашу даму.

- Отец! Хочешь сфотографироваться с нашей дамой? - предложил Степашин увлечённому горцу.

- Посчитаю за честь постоять с красавицей. - гордо, сказал горец. - Она прямо как царица Тамара.

- Вы угадали. Меня назвали Тамарой. В честь вашей царицы. - смущаясь, сказала Козорезова.

- Вах! Вы сама царица Тамара, сошедшая с небес. - воскликнул кавалер, целую руку нашей даме.

Пользуясь моментом мы стали фотографировать эту занимательные сцену со всех имеющихся у нас фотоаппаратов. К нашей сцене примкнул туристы с автобуса. Кавалер в облике Сталина, как заядлый артист, позировал рядом с нашей дамой, пытаясь охватить даму за талию. Коротышка против нашей пышной дамы едва доставил до половины её объёма.

Тамара Васильевна искренне смущалась, как невеста Остапа Бендеры и смеялись так звонко, словно девственница невеста от щекоток жениха перед утратой своей невинности в брачную ночь. Если бы мы сказки, что этой девственницы под подлинник и у неё взрослые дети, то все присутствующие мог и подумать, что мы глупо шутим и таким образом унижает свою попутчицу.

- Извините, товарищи, нам надо ехать. - поглядывая на часы, сказал нам наш директор. - Пора!

- Вы мои гости! - торжественно, объявил горец. - Приглашаю вас к себе в дом на шашлык...

- Извини отец. Мы не туристы. - остановил Степашин, порыв горца. - У нас работа в Тбилиси. Всё на обратном пути. Всё будет взаимно. Мы тебе фотографии привезём. Ты нас шашлыков угостишь.

- Буду гордится перед своими друзьями за фото с красавицей. - гордо, сказал кавалер. - Сколько будет фотографий. Столько одарю вам барашек. Угощу грузинским вином и жирным шашлыков.

- Ты, конечно, хороший человек и хороший артист. - одёрнул парторг пыл горца. - Но всему есть мера. Мы фотографии тебе обязательно привезём. Ты хотя бы нам на шашлык заработай денег.

- Ты сильно обидел грузин. - серьёзно, громко закричал джигит. - Где у видишь барашка, спроси любого чей это барашек. Любой местный скажет тебе, что все барашки принадлежат Абисалому.

- Извини, отец, совсем неудачно пошутил. - Не на шутку испугавшись, извинился Степашин.

- Нет! Ты никуда не поедешь, пока не спросить чьи барашки. - перекрывая дорогу Степашин, закричал Абисалом. - Постою здесь, а ты иди спроси любого, чьи барашки здесь пасутся.

Степашин замешкался. Директор жестом руки показал инженеру идти к местным жителям, стоящим вали от нашей машины. Меня подтолкнул сопровождать Степашин в целях его безопасности.

На фоне щуплого инженера со своими накаченными банками выглядел атлетов и телохранителей Степашин. При виде меня и в всякий захочет обидеть моего подопечного.

- Вы можете сказать нам. Кто хозяин баранов, которые пасутся на зелёной лужайке возле храма Святого Николая. - робко спросил Степашин парней, которые вышли на улицу из своего дома.

- Это отара уважаемого Абисалома Мдивани. - удивлённо, ответил парень, сверху донизу рассматривая Степашина. - Здесь вообще пасутся вокруг гор барашки известного клана Мдивани.

- Отец! Неужели здесь все барашки твои? - с серьёзным удивлением, поинтересовался инженер.

- Ну, почему все барашки мои!? - как бы размышлял, ответил мужик. - Чуть-чуть есть колхозный.

Наша компания и двойник Сталина дружно засмеялись. Друг друга стали хлопоты по плечу. В заключении обнялись как старые друзья и каждый пошёл в свою сторону. Мы сели в свою машину.

Абисалом уступил нам дорогу. Дружелюбно помахал на прощание рукой и жестом руки показал на отару овец, мирно пасшихся на лужайке вблизи храма Святого Николая, как бы напоминая нам об сговоре. Степашин закивал головой в знак согласия и показал рукой, что он всё понял.

- Валера! Ты что вообще спятил! - закричал директор на инженера, когда мы выехали с Казбеги. - Нашёл где выяснять отношения. Нас вообще могли не выпустить отсюда. Тамара Васильевна!

Вы то же устроили показ своего благородства. Грузины могли оставить вас на показ туристам.

- Мне кажется, что без фотографий нас обратно домой на пропустит. - подковырнул, Игоря.

- Вот ты этим займёшься, как комсорг и художник-оформитель. - на мою голову, вставил парторг.

- Николай Петрович! Вы ни так меня поняли. - попытался выкрутится перед парторгом.

- Мы тебя прекрасно поняли. - подчеркнул директор. - Ты лучше нас знаешь Тбилиси. У тебя есть неделя в запасе. Пока мы будем на симпозиуме напечатаешь фоток столько, что у грузин баранов ни хватит расплачиваться. Иначе домой придёшь с битой рожей. Думаю, что ты меня понял.

- Вы ещё здесь подеритесь! - закричала на нас Козорезова. - Мы вообще зачем сюда приехали?!

- Хватит вам лаяться. - строго, сказал парторг. - Игорь! Уступи мне место за рулём. В таком нервном срыве ты нас не довезёшь до Тбилиси. Дома будете выяснять отношения между собой.

Парторг и директор поменялись местами. Игорь сел на место рядом с водителем. Уткнувшись в угол машины возле дверцы, он закрыл глаза и сделал вид, что засыпает.

Инженер по-настоящему увлечённо любовался красотами кавказских гор. Агроном обратно развалилась сзади на своём месте, вскоре заснул бессовестно выпуская из себя пузыри и газы, как у себя дома в постели.

Мне пришлось приоткрыть окно в маше и дышать свежим воздухом, чтобы не умереть от её аромата.

Так мы проехали Крестовый перевал, Пасанаури с рестораном в гигантском дереве и все остальные достопримечательности на своём пути до самого Тбилиси.

При въезде в город мне пришлось поменяться местами с Игорем, чтобы показывать водителю дорогу по городу к гостинице. Так, как только мне хорошо был известен Тбилиси за время моей службы в армии.

Мне приходилось приезжать сюда в командировку из Батуми по вопросу наглядной агитации в штабе закавказского военного округа и в центральный военный госпиталь. Раньше до армии приезжал сюда туристом.

Руководители международного симпозиума забронировали нам номера в гостинице "Колхозная", которая находится рядом с сельскохозяйственным рынком. Когда-то останавливался как турист в этой гостинице. Наверно хуже гостиницы в Тбилиси нет, хотя в других гостиницах здесь мне не довелось бывать. Данная гостиница была больше похожа на грязную общагу или на приют бездомным. Нас расселили по двое. Парторг с инженером. Директор с комсоргом. Агроном отдельно.

- Давай не будем ругаться в командировке. - сразу подстраховался Игорь, когда мы вошли в свой номер, боялся, что набью ему рожу за угрозу в горах в мой адрес. - Ты действительно хорошо знаешь Тбилиси. Из своих командировочных тебе дам полтинник на фотки. С целью нашей общей безопасности сделай фоток на всю сумму. На симпозиум можешь не ходить. Не забывай, что командировка у нас заканчивается ровно через неделю. В следующее воскресенье утром выезжаем.

Григорьев вручил мне пятьдесят рублей одной купюрой. Вытащил из фотоаппаратов кассеты с плёнками. Распаковка свои вещи и перед ужином отправился в душ. Мне нечего было распаковывать.

Со мной была сумка с продуктами, которые не приходились нам в дороге. Там же в сумке были бутылки с вином и с аракой, которые прихватил тайком с собой, так как знал, что выберут момент, чтобы встретиться в Тбилиси со своими сослуживцами. С пустыми руками в гости не ходят.

- Игорь! Пошёл искать место, где напечатать фотки. - сказал, когда он вышел из ванной комнаты. - Если ночевать не приду, считай, что печатаю фотки или героически пал за честь нашей шайки.

- Ты, главное, свою честь не потеряй. - глупо, пошутил Игорь. - Не забывай, что мы в командировке, а не туристы и не в гостях у твоих друзей. На симпозиуме и дегустации вина хоть раз появись.

Мне стало не интересно выслушивать нотации Игоря, на работе надоел ещё тут будет указывать. Не прощаясь вышел из номера и через длинный коридор гостиницы направился к выходу. Из всех своих однополчан, которые проживают в Тбилиси, хорошо запомнил адрес нашего повара Лёвы Амборяна, который проживал в старом районе Авлобар.

- Авлобар в Тбилиси знают все. - говорил мне Лёва. - Лёву Амборян знает в Авлобаре каждый. У нас самый старый дом на углу двух улиц. Ты его сам найдёшь, когда уткнёшься носом на развилке.

У меня с детства была привычка всегда ходить пешком. Дедушка и бабушка говорили, что язык и ноги до Киева доведут. На городском транспорте можно на соседней улице заблудиться. Ноги и глаза лучшие поводыри. Они любой маршрут запомнят и приведут тебя куда надо. Мне хорошо запомнились наставления моих предков. Поэтому всегда ходил в гостях по городу пешком.

- Как мне пройти пешком до Авлобара? - спросил у пожилого мужчины, когда вышел на улицу.

- Молодец! Пешком любишь ходить. - одобрил грузин мои намерения идти пешком. - Иди прямо по этой улицу. Когда выйдешь на спуск Бараташвили, он приведёт тебя прямо в Авлобар.

По службе в армии в командировке в Тбилиси мне было известно, что от колхозного рынка и от ж/д пассажирской станции до Авлобара чуть больше трёх километров. Расстояние для меня не большое.

Когда-то был в гостях у Левы. Но по пьянке точно не помню его дом. Где-то на спуске ближе к старинным баня. Хотя здесь в этом районе всё старинное, включая стариков.

Время вечернее в выходной день. Наверное, все дома. Мне хорошо известны обычаи в Грузии. Когда все местные жители, особенно мужчины, любят расслабится в входной день. Поиграть в нарды возле дома за бокалом вина или чашечкой турецкого кофе заваренного на горячих углях мангал под аромат каменного шашлыка с зеленью и горбушкой свежо испечённого хлеба.

- Вы можете сказать, здесь живёт Лёва Амборян? - спросил, парней, на углу знакомого дома.

- Конечно здесь. - ответил знакомый мне голос. - Вай! Сам художник пожаловал к нам в гости.

Искренне обрадовался Лёва Амборян моему приезду и принялся тискать меня в своих объятиях.

- Вы знаете кто приехал к нам в гости? - принялся Лёва представлять меня своим соседям и друзьям. - Это великий художник-оформитель, который нарисовал орден боевого красного знамени раньше, чем вручили этот орден закавказскому военному округу. Если бы ни его агитация на цели не, то четыре года назад Советский Союз не собрал бы рекордный рожай пшеницы и овса...

Лёва увлёкся расхваливанием меня. Вскоре перешёл на воспоминания нашей совместной службы в армии. Мне, как подобает гостю, оставалось молчать, слушать воспоминаниям хозяина, изредка поддакивать, когда Лёва имел желание подтвердить реальность воспоминаний в мом лице. В это время стол с народами у дома стал обрастать бутылками с вином и закупкой. Туда же отправились бутылки и закуски из моей сумки. Вскоре весь Авлобар наполнился тостами и песнями.

Несмотря на такую шумную встречу в Авлобаре, всё-таки умудрился как-то сообщить о цели нашего приезда в Тбилиси, а также о фотках, которые ждёт грузин в Казбеги. От сухого вина, которое мы пили, не опьянеешь.

Видимо причиной тому, что отключился, были двое суток бессонных ночей. От сбора на симпозиум, до встречи с Лёвой Амборян за столом в Авлобаре.

Очнулся в середине дня на своей кровати в гостинице. В номере никого нет. На столе моя сумка поверку набирая подарками и гостинцами от жителей Авлобара. Рядом с сумкой на столе коробка с кассетами от фотоаппаратов и огромное количество фотографий с изображением нашей мадам Грицацуевой "знойная женщина, мечта поэта".

В лице нашего агронома Тамары Васильевны Козорезовой с её пышными формами, закрывающими вид на горный пейзаж в Казбеги.

- Ну, как, очухался? - поинтересовался Игорь, входя в наш номер. - Надо же умудриться напиться за день до дегустации вин на симпозиуме. Тебя утром привезли сюда на чёрном катафалке.

- На чёрном лимузине. - поправил, Игоря. - Машина из Авлобара от моего друга и сослуживца.

- Ой, да мне всё равно откуда и на чём. - отмахнулся Игорь. - Главное, что ты жив и не вредим.

- Главное, что спас честь нашего коллектива. - уточнил, показывая на фото с нашей мадам.

- Да уж! Теперь у грузин в Казбеги баранов не хватит с нами рассчитываться. - с иронией, сказал Григорьев. - Наша мадам Грицацуева устроила нам симпозиум своих фото с пышными объёмами...

У меня с похмелья и от усталости ужасно как болела голова. Ни стал слушать длинную речь Игоря. Хотелось спать и больше ничего. Отвернулся к стенке и тут же заснул. Можно было подумать, что отработал сразу двое сток подряд на рубки струн на шпальном заводе или прошёл пешком сетки километров в горах за те же двое суток, что после отзывался двое суток подряд.

- Ты хоть на симпозиум к дегустации грузинских вин сходи. - предложил мне, всё тот же Игорь.

- Спасибо! На дегустировал у друга в Авлобаре. - сходу, отказался от предложения Игоря. - Просто элементарно хочется жрать. Голодный, как волк. У нас в номере хоть что-то пожрать найдётся?

- Полный холодильник продуктов из твоей сумки. - напомнил Григорьев. - Ты уж извини, что мы пошарили в твоей сумке. Жалко было, что аромат грузинских продуктов из твоей сумки может изменить свой запах. Мы немного перекусили из твоих гостинцев. Всё солёное спрятал в холодильник.

- Могли есть сколько угодно. - сказал, направляясь к холодильнику с продуктами. - Всё, что видели в сумке, жильцы Авлобара передали вам. Хорошо, что хоть что-то осталось в холодильнике для меня. Иначе бы просто сдох с голоду прямо на виду у своего директора на симпозиуме...

Игорь ни стал слушать мой голодный бред. Ушёл куда-то по своим делам. Достал из холодильника всё то, что было съедобно и принялся уплатить за обе щеки. С голодухи мне всё казалось вкуснятиной. Даже то, что раньше не потреблял себе в пищу, сейчас ел с огромным удовольствием. Так что через час моей трапезы холодильник заметно похудел. В основном остались напитки.

Неделя международного симпозиума вина и виноградов в Тбилиси подходила к концу. Последние два дня присутствовал на презентации и дегустации вин. Вино не пил, а только мочи губы в бокалах с вином. Конечно от шашлыка и грузинских блюд не отказывался. Уплетал всё подряд, что было на столе. К концу недели выглядел как жирный пингвин, передвигаясь медленно в раскачку.

Симпозиум закончился вечером в субботу. С вечера в субботу мы принялись придавать себя в бытовой вид пригодный к встрече со своей семьёй и готовы приступить к нормальной работе. Тщательно брили свою щётку на лице, которому не придавали никакого внимания вовремя симпозиума. Затем по часу отмывали в ванной и под душем всё то, что накопилось на нашем теле и в душе.

Рано утром, до первых петухов, как неделю назад из своего посёлка, мы выехали из гостиницы "Колхозная" в Тбилиси, чтобы засветло вернуться к себе домой. Мы настолько были напичканы разными впечатлениями за неделю пребывания в Тбилиси на международном симпозиуме вина и Виноградов, что у нас просто не было сил обсуждать прошедшие события в нашей жизни.

Каждый из нас сел на своё место в машине. Из самых трезвых водителей был Степашин. Он сел за руль машины. Григорьев расположился рядом с водителем. Мне досталось место за водителем рядом с парторгом.

Агроном развалилась за нами на своё место. Она заснула, усиленно выпуская из себя звуки и газы, накопившиеся в ней за неделю.

Пришлось приоткрыть окно в двери машины и заткнуть уши ватой, чтобы в дороге домой не умереть от запахов и звуков, исходящих от дамы.

Кроме водителя все погрузились в сон. Мы рассчитывали в дороге выспаться и отдохнуть от сумасшедших дней вовремя командировки на международном симпозиуме вин и винограда в Тбилиси. Откровенно, мы даже забыли про наш инцидент и про наши обязательства перед грузином в Казбеги, которые произошли неделю назад с нами во время остановки на отдых в Казбеги.

- Всё! Приехали! - резко затормозив машину, ехидно, сказал Степашин. - Нас в гости встречают.

Мы со сна сразу не поняли в чём причина нашей остановки. Когда обратили внимание на дорогу, то увидели там знакомого нам грузина в окружении своих друзей и соседей. Можно подумать, что они нас ждали в течении недели. Нам ничего не оставалось, как только выйти из машины, чтобы обменяться приветствиями со знакомым нам жителем Казбеги и без проблем уехать к себе домой.

- Доброе утро, уважаемый Абисалом Мдивани! - Директор первым стал приветствовать грузина. - Мы не забыли, что обещали привести фото, где вы с нашей дамой. Поэтому свернули к вам в горы.

- Очень рад вашему приезду. - искренне с шуткой приветствовал нас Абисалом. - Слава Богу, что у вас к дому всего одна дорога через наш город. Иначе нам больше не суждено было встретиться.

Мы сразу поняли, что просто так отсюда нам домой не уехать. Дорога на выезд из Казбеги перекрыта многочисленными туристическими группами и автобусами. Видимо мы случайно попались на глаза Абисалома Мдивани. Можно было спокойно и незаметно проехать за город между туристическими автобусами. Но, умная мысля пришла опосля. Придаётся нам побывать в гостях у грузина, а после за гостеприимным столом напомнить хозяину, что в гостях хорошо, а спать надо дома.

Дом грузин Абисалома Мдивани находился рядом со складом, вырубленным в скале ещё в древности. Мне это место было знакомо давно. До службы в армии от спального завода на автобусе Икарус мы ездили туристами в Тбилиси.

Здесь в Казбеги в этом складе покупали тогда дефицитные холодильники. Помню, что тогда нас то же приглашали на шашлыки и вино в дом Мдивани. Вполне возможно, что рядом был Абисалом.

Но мне тогда было не до него. Мы все были пьяные, словно ожидал нашего прихода. Едва мы появились у калитки гостеприимного дома, как девушки и парни стали подавать к столу на веранде угощение с вином.

Из угощения хорошо выделялись салаты с зеленью и свежий домашний грузинский хлеб с каким-то удивительным ароматом неизвестных специй приготовленных специально к шашлыку из барашка.

- Уважаемые гости! Наш дом рад вашему приезду. - стал говорить хозяин дома свой тост. - Вы оказали нам огромное внимание своим присутствием и особенно тем, что привезли такие красочные фото, где на фото останется память рядом со мной такой прекрасной очаровательной мадам...

- Если он поставит за тебя выкуп в сто баранов, - шепнул Игорь на ухо Тамаре Васильевне, - то мы не сможем устоять перед таким соблазном, чтобы махнуть ни глядя своего агронома на баранов.

- Не против шикарно прожить остаток своей жизни, - с иронией в голосе, ответила Козорезова.

К счастью, всё оказалось ни столь драматично, как мы представляли. Видимо у хозяина дома на сегодня были совсем дуге планы, а тут мы появились неожиданно для него.

Так как в горах испокон веков принято держать данное слово. Поэтому Абисалом Мдивани решил сдержать своё слово перед нами, чтобы его данное слово не было посмешищем в горах Кавказа.

- У нас в горах принято держать данное слово. - поднимая бокал с вином, произнёс Мдивани последний тост, после наших тостов. - Не буду считать фото с прекрасной дамой. Они все мне по душе. Дарю вам столько баранов, сколько поместится в вашу машину. Так будет честно для всех.

- Ты умный человек. - сказал в заключении Игорь. - Мы пойдём навстречу твоим пожеланиям. У нас в машине так много своих "баранов", что твоим баранам нет места. Мы в расчёте. Спасибо за гостеприимство, за вино и шашлык. Нам пора домой. Мы должны ночевать дома, а не в горах...

- Мне больше нечего вам сказать. - хитро, сказал Абисалом. - Но ваш должник. Слово за мной.

Распрощавшись как старые друзья, мы поспешили в свою машину, чтобы больше не было предлога оставаться в горах.

Нам действительно надо было навёрстывать упущенное время. До нашего посёлка больше двух сот километров. Ехать по серпантину в горах равносильно в два раза дальше, чем по обычной дороге в долине.

Поэтому за руль машины сел Игорь. Он пил вино меньше всех и знал военного-грузинскую дорогу лучше всех. Мог быстро вести нас до Орджоникидзе.

- Слава Богу, что мы так легко отделались от гостеприимства. - облегчённо вздохнул, сказал парторг. - Если бы мы не отпустили вперёд нас свою бортовую машину, то грузин мог нам навязать баранов. Тогда у нас могла появиться проблема с баранами. Как бы мы их могли оприходовать?

- Никаких проблем в этом нет. - уточнил инженер. - Мы баранов могли тут же пустить на шашлык.

За разговором мы не заметили, как быстро добрались до Орджоникидзе. Заезжать к своим родственникам в Орджоникидзе и в Беслан мы ни стали. Иначе бы нам точно пришлось ночевать далеко от дома. Поэтому решили сократить дорогу. Поехали не через Беслан, а через Чермен. Так было намного короче. Движение по этому маршруту не загружено. Можно прибавить скорость.

- Вам ни кажется, что за нами от Казбеги следует грузовой автомобиль? - задал нам вопрос Степашин, садясь за руль. - Может быть нас пасту грузины за нашу провинность в горах?

- Наверно нашу даму хотят выкрасть. - пошутил Игорь Николаевич. - Она им очень понравилась.

- Чего меня воровать. Сама согласна жить в горах. - смеясь, сказала Тамара Козорезова.

- В том то и дело, что интерес не в согласии дамы, а в том, что её надо украсть. - уточнил парторг. - Такой обычай в горах Кавказа. Так что готовясь Тамара к мешку на голове. Другому не быть...

Мы так шутили до Грозного. Но когда проехали за город и увидели следом за нами всё тот же грузовой автомобиль, то решили ехать все до своей конторы, чтобы не светиться своим домашним адресом и не подставлять сои семьи под удар. В конторе у нас есть телефон. В случае опасности можно вызвать милицию и забаррикадироваться до прихода спасения в лице нашей милиции.

Парторг в это время был за рулём машины. Он помогал машину прямо к ступеням конторы. Несмотря на свою массу первой из машины выскочила агроном. Проломив своим телом вход в прикрытую дверь конторы Козорезова рванула на второй этаж в кабинет директора. Следом за агрономом помчался директор, звеня связкой ключей от своих дверей.

Парторг и инженер опережая друг друга помчались за директором. Мне можно было скрыться в своём доме, который был напротив конторы. Но мне также как всем своим попутчика в командировке не хотелось подставлять семью. Ведь у меня в квартире трусливая жена и маленькая дочь, которые могут испугаться.

Едва только мы закрылись в кабинете директора, как тут же уставились в окно, которое выходило на площадку, где остался на растерзание наш автомобиль "Бобик", который вернул нас с командировки в целости и сохранности.

В это время спокойно без суеты к нам на площадку заехал грузовой автомобиль. Он спокойно развернулся. Из кабины вышли двое парней.

Они открыли задний борт машины и принялись оттуда выгружать овец. Откровенно, мы такого не ожидали.

- Надо как-то отблагодарить парней. - первым пришёл в себя директор. - Парни долго ехали...

- Какие мы трусливые! - смеясь, сказал инженер. - Люди к нам с добром, а мы от них сбежали.

- Надо выйти предложить им ночлег и пищу. - серьёзно, сказал парторг. - Скоро будет ночь.

Мы все тут же поспешили на выход. Когда мы вышли из конторы, то грузовой автомобиль в это время размахивая нам брезентом крыши поворачивал из отрезка нашей дороги от конторы на трассу и вскоре скрылся в сумерках наступающий ночи.

На площадке возле конторы столпились с десяток овец, готовых переночевать рядом с нашей машиной. Мы то же рядом столпились словно бароны и никак не могли вообразить, как вести себя в данной ситуации.

- С нашими приключениями за неделю в командировке нам в цирке работать, - смеясь, сказал директор, - а не совхозом руководить. Как драки поступили в отношении гостеприимный грузин.

- В цирке таких как мы своих артистов хватает. - как знаток цирка, заметил. - Мы сами, как цирк.

Мы принялись так громко смеяться и показывать друг на друга пальцем, что вскоре из жилых домов на наш смех высыпала вся молодёжь. Они с удивлением смотрели на нас и на перепуганных от нашего смеха баранов, которые с перепуг уткнулись в нашу машину в поисках защиты. Общий смех и суета в посёлке продолжались минут двадцать. Пока все разобрались в чём шум.

- Ну и что ы с ними будем делать? - поинтересовался директор у толпы. - У нас негде их дер-жать.

- Брани умнее нас! - кто-то выкрикнул из толпы. - Вокруг посёлка столько зелени, что от такой халявы никто не уйдёт. Как размножаться, так ү нас к каждому празднику будет свежий шашлык.

- Вообще-то он прав. - согласился директор. - Пусть остаются в посёлке. Корма у нас достаточно для баранов и для собак. Думаю, что сельчане выделят нам пару кавказских овчарок на охрану нашего стада овец. Дальше мы посмотрим, как поступать с овцами. Они никому не помешают. Все согласились с решением директора и вскоре разошлись по своим домам. Постепенно посёлок уснул. Всем надо было отдохнуть. Ведь завтра понедельник. Первый рабочий день недели. У каждых много забот и задания, как дома, так же на работе. Руководство совхоза наверняка в конце работы устроит общее собрание, чтобы перед коллективом отчитаться за свою командировку. Утром рано, прежде чем выйти на работу, выглянул в окно. Прямо рядом с нашим домом на поляне мирно паслись наши овцы. Под надёжной охраной двух молодых кавказских овчарок. Видимо кто-то из наших рабочих из Червлёной выделил своих молодых собак. В станице в каждом дворе имеются несколько таких собак, которые с рождения привыкли охранять стадо овец. Так что никто не обеднеет от двух собак, которые послужат общему стаду овец нашего молодого посёлка.