# На новом месте

Александр Сергеевич Черевков

На новом месте.

Провожали меня до поезда только друзья. Обещал им писать и при первой возможности приехать в Избербаш, чтобы совершить поход на поиски Егорыча и Миши. С собой мы ничего не взяли, кроме личных вещей.

Даже овчарку Джульбарса отец отдал своему другу охотнику. Отец говорил, что мы едим с многочисленными пересадками, куда уже уехали семьёй Стрельниковых, это семья одного друга-охотника моего отца.

В дороге могут возникнуть проблемы с животными и с лишним грузом, а что нам будет нужно там, то мы купим на вырученные деньги после продажи мяса секача и домашних животных, которых нам привёз старик Акмал из аула. Какая была сумма денег, не знаю? Думаю, что была, очень, большая. Если родители собирались на вырученные деньги купить жилье для всей семьи с обстановкой, плюс хозяйство.

- Нам, главное, не растерять друга в дальней дороге, - шутила мама, перед отъездом из Нового городка. - Хорошо, что весна удалась тёплая. В холод детей нельзя вести в дальнюю дорогу.

- Ничто с нашими детьми не случится, - говорил отец в оправдание беспокойства мамы. - Куда мы едем, там везде лес и горный воздух. Нашим детям как раз нужно жить среди дикой природы.

- Там вы точно одичаете в дикой природе, - подшучивал над отцом его брат Михаил Редькин.

- Пока они доберутся до нового места, - шутила моя крестная. - Там будет лето и новый прогресс.

Мы действительно ехали на поезде очень долго. Почти двое суток до Армавира. От Армавира до Лабинска. От Лабинска на поезде узкоколейка до посёлка Псебай. Дальше ехали авто-бусом в горы до посёлка Курджиново. После посёлка Курджиново были горы Главного кавказского заповедника. Мама сказала, что мы стали, как цыгане, менять своё жительство. Теперь так у нас будет всегда.

Нас встретили и приняли у себя дома семья Стрельниковых. На радостях наши отцы пили два дня. На третий день отец пошёл оформляться в поселковый совет насчёт жилья нашей семьи и насчёт своёй работы фотографом-портретистом. Такая профессия и здесь была в дефиците. Так что отец без работы не остался. Мама тоже сразу нашла работу швеи одежды на любой возраст.

Отец ни стал покупать жилье в Курджиново, так как он был инвалид войны, то ему полагалась бесплатная государственная жилая площадь. Поселили нашу семью в маленьком домике в местечке "Верхние дубки" на краю посёлка Курджиново.

Прямо напротив нашего дома жила семья Казаровых, у которых были дети, примерно, мои ровесники. Это Казаровы Вовка и Люба. Ещё была у них младшая сестрёнка Рая, ровесница моих братьев-близнецов. Наши семьи, в первый же день перезнакомились, стали хорошими друзьями на время нашего проживания в этих местах.

Дети Стрельниковых, Вовка и Витька, были моими ровесниками. В Избербаше с ними не дружил, так как Стрельниковы жили в старом городе, а наша семья жила в Новом городке. Между старым городом и Новым городком, постоянно вражда из-за стадиона, который находился в самой середине поля, между старым городом и Новым городком.

Футбольное поле разделяло на две части не только город, но и людей. Каждое воскресенье, после футбола, происходили массовые драки, город на город. Так что, несмотря на дружбу наших семей, с пацанами Стрельниковых не дружил.

Мы били друг друга из-за футбола. Здесь тоже братья приняли меня без особого желания. Однако, до моего приезда, Вовка и Витька, рассказывали про меня и моих друзей, такие легенды, были и небылицы, в которые трудно было поверить. Причём рассказывали, как лучшие друзья.

На следующий день нашего поселения в Верхних дубках, возле нашего дома собрались мальчишки и девчонки всего посёлка Курджиново. Ребята хотели услышать лично от меня рассказы о походе в пещеру, о моих приключениях с друзьями в пресных заливах. Байки про Джульбарса и про черных медведей.

Многие другие интересные истории о мальчишках и девчонках города. Местным пацанам Дагестан, как у меня заграница, в которой ещё не бывал. Но всегда мечтал обязательно побывать в таинственной загранице, где-то в пустыне и в горах разных стран мира.

Чтобы не скомпрометировать братьев Стрельниковых, был краток в своих рассказах и рассказал только саму суть всех историй.

Историю о Егорыче и его сыне Мише рассказал в более подробной форме, так как Стрельниковы уехали раньше нас и ничего не знали о Бакулиных. Естественно, что не забыл рассказать про горный аул и об охоте отца на секача.

Эта история понравилась мальчишкам из посёлка Курджиново больше всего, так как у них здесь в каждой семье были охотники и егеря Главного кавказского заповедника. Так что мы сразу подружились. Ребята тут же стали рассказывать мне свои истории про местные горы. Особенно про кавказский заповедник.

- Местные мальчишки говорят, что от посёлка Курджиново через горный перевал можно попасть на озеро Рица, - сказал Стрельников Витька. - Давайте, мы тоже организуем летом поход на озеро Рица. Сашка все равно не будет в этом году учиться. Вот он и возглавит нашу основную подготовку к походу. У него такой опыт давно имеется. Так что это дело лишь за вами осталось. Можно составить план будущего похода. Конечно, в первую очередь нам нужен штаб и согласие родителей.

- В поход пойти не смогу, - сразу, отказался Казаров Вовка. - Всей семьёй едим летом отдыхать к морю. - Если вернёмся от моря раньше времени, то тогда с сестрой Любой присоединюсь к вам.

Остальные пацаны поддержали предложение Стрельникова Витьки. Начали обговаривать наш порядок подготовки сбора в поход через горный перевал Кавказского хребта к озеру Рица. Так как большую часть учебного года пробыл в больнице, а до конца учебного года оставалась одна учебная четверть, то мои родители и директор школы решили, что мне надо укрепить своё здоровье и на следующий учебный год прийти в школу здоровым.

Мне очень хотелось учиться, чтобы в образовании не отставать от своих ровесников. Поэтому часто приходил в гости к нашим соседям в дом, которые жили через полянку напротив нашего дома. Казаров Вовка был моим ровесником, он тайно от всех давал мне домашние уроки.

Так что был свободен и мог заниматься подготовкой нашего отряда в поход, который наметили совершить в июне месяце.

Также как в Новом городке, мы поклялись, что поход будет нашей общей тайной от взрослых. Штабом нашего отряда стал заброшенный домик на берегу реки Лаба, куда взрослые не заглядывали.

К началу летних каникул все было готово к походу. Из опыта моих походов, мы учли те прошлые недостатки и подготовились основательно. Взяли много верёвок, сухих продуктов и спичек. Каждый сказал своим родителям, что у нас будет общий школьный поход в горы и родители согласились. Препятствий к походу у нас не было.

В назначенный день мы сели на рейсовый автобус и поехали до горного селения Пхия. Там переправились на левый берег реки Лаба и собрались идти напрямик через огромный лесной массив в сторону снежных гор, которые вдали выделялись своими хребтами и перевалами на вершинах гор Кавказа.

Природа вокруг в круг реки Лаба очень красивая. Рядом с лиственными лесами, полными ягод и грибов, росли каштаны, а чуть выше в горы росли хвойные леса. Деревья были такие огромные, что их даже рубили, как в тайге и сплавляли вниз по реке. В самой реке водилось много рыбы. Такие рыбы, как плотва, голавль и форель.

Это конечно ни та рыба, что была в Каспийском море, но и местную рыбу мы ловили с большим интересом. Рыбу здесь не сушили и балыки из неё не делали. Речная рыба не была пригодна к таким приготовлениям. Речная рыба лишь на уху хороша. Ну, можно её жарить, как любую другую рыбу. Местные говорят, что такую рыбу можно коптить.

Так что прежде чем углубиться в лес, мы наловили в протоках рыбы и сварили ухи для всех. Коптить рыбу ни стали. Много возни с такой рыбой. К тому же, как выяснилось позже, никто в нашем отряде никогда не коптил рыбу. Просто на расстоянии видели, как это делают взрослые. Но видеть любую работу на расстоянии, это не значит, что можно стать специалистом в таком деле.

Было нас в отряде сорок человек. Двадцать девчонок и двадцать мальчишек. Здесь впервые видел в дальнем походе девчонок. В Дагестане не принято было брать с собой девчонок в дальние походы. Но и здесь мы заранее договорились, что все идут на равных правах и без скидок на женский пол.

Таким образом, с нами пошли только самые крепкие девчонки, которые могли потягаться в своёй выносливости с мальчишками посёлка и в рыбалке они оказались не хуже пацанов. Перед походом, всех мальчишек и девчонок проверили у врачей, на пригодность в поход.

- Давайте мы остановимся на ночлег, - предложил Сильченко Степан. - Скоро в горах будет вечер.

- Как раз тут спать! - возразила Вера Мазурова. - Сонные лунатики будут падали ночью в Лабу.

- Ты по ночам не гуляй, как лунатик, - подколола Рита Нестеренко. - Привяжись верёвкой к дереву.

- Ладно, девчата, хватит спорить, - вмешался в спор девчат. - Раз вы меня выбрали командиром отряда, то меня должны слушать все без исключения. Так вот. Мы сейчас сделаем марш-бросок от реки Лабы на один час. В пути соберём сухих веток на костёр и отыщем хорошую площадку к ночлегу. Костер нам нужен только для того, чтобы согреть землю, на которой нам спать всю ночь. Иначе мы заболеем в пути. На согретую землю постелем хвойных веток и то, что вы все взяли для ночлега, лёгкие одеяла и скатерти. Будет мягче спать и хорошо отдыхать с запахом леса. Мы все должны соблюдать свои правила безопасности в горах и в лесу.

Никто ни стал возражать против моего предложения, шумная толпа двинулась вглубь леса. По пути мы стали собирать сухие ветки и набивать рот спелыми плодами съедобных ягод. Солнце едва уклонилось с зенита, короткие тени хвойных деревьев медленно увеличивали рост. Оглашая лес девчачьим визгом и криками мальчишек. Мы стали осваивать дикие места. Постепенно мальчишки и девчонки утихли, собирая сухие ветки, мы продвинулись в глубину леса.

Шум горной реки Лабы стих. Лес окружил нас огромным кольцом зелёных зарослей деревьев и кустарника. Девчонки усердно собирали едва поспевшие ягоды. Мальчишки старались не отставать, сочные ягоды объедали прямо с кустов. Разных ягод было столько много, что можно было прокормить сотню ребят, но азарт соревнования не мог остановить никого в отряде. Мы разбрелись по сбору ягод.

Все так увлеклись своим занятием, что не заметили, как уклонились от нашего маршрута. Лиственные деревья постепенно стали уступать место своим хвойным собратьям, покрытым серо-зелёным мхом и лишайником. Кусты черники сменили заросли колючей ежевики и шиповника, которые всячески пытались остановить наше продвижение вперёд, цепляясь за одежду и рюкзаки.

Прошло больше часа нашего гуляния по лесу. Сытые и нагруженные ветками, мы плелись в поисках хорошего места для ночлега. Близко от нас не было скал с возможными там пещерами. Мы рисковали намокнуть под дождём в открытом пространстве.

- Ребята! Ребята! Идите сюда. - вдруг, закричала Лиза Васильева. - Посмотрите, что там впереди на вершине.

Мы посмотрели в ту сторону, куда показывала Лиза и увидели сквозь ветки деревьев небольшую вершину горы, которая едва выделялась на фоне зелёных деревьев. На вершине слабо вырисовывался контур танка со времён войны. Мы отрядом поспешили в сторону этой возвышенности.

Некогда грозная броня тяжёлой машины, унёсшей многие жизни людей, выглядела мрачной грудой ржавого металла. Разбитые гусеницы танка проросли травой и кустарником. Броня железной машины покрыта ржавыми ранами от противотанковых снарядов. Ствол танкового орудия разворотило от взрыва снаряда изнутри. На ржавой броне едва заметна фашистская свастика. Рядом с танком несколько человеческих скелетов.

Промытые временем и дождями, белые кости и черепа, сквозь глазницы которых проросли цветы и трава, как дань памяти о людях. Место такое ужасное, что, кажется, рядом бродят тени мертвецов.

- Туда нам нельзя! - предупредил шагнувшего вперёд Стрельникова Витьку. - Вершина заминирована. Вы посмотрите вокруг, как всюду лежат скелеты людей, у них было движение в сторону танка, а не от него. Здесь все люди и животные когда-то подорвались на минном поле у танка.

Ребята стали внимательно осматривать опасное место. Вокруг нас и у танка, кроме людских скелетов, были скелеты козла, волка и ещё каких-то животных. Выходит, что животные тоже когда-то подорвались на минах. Рядом с костями скелетов из земли всюду торчали куски ржавого железа, которые напоминали нам об опасности продвижения в сторону вершины с танком. Возможно, что здесь когда-то взрывались мины. Дальше идти было опасно и в обратную сторону тоже опасно.

- Мы сами себя загнали в ловушку, - раздражённым голосом, сказала Самойлова Женя. - Мы все останемся здесь, лежать костями. Посмотрите, сколько тут было таких, как мы. Все они пытались пройти к танку. Даже родители наши не узнаю, где мы погибли. Ведь мы им сказали не правду...

- Прекратите себя хоронить, - остановил Самойлову. - Мы ещё живы. Нам надо выбраться из этой западни до наступления ночи. Слушайте меня внимательно! Сейчас весь отряд стоит на своём месте и слушает мою команду. Ухожу, вон, к тому, большому дереву в безопасное место. Затем, с интервалом, десять метров, идут все по одному в мою сторону. Смотрите под ноги внимательно. Чтобы не наступить на металл, который может оказаться миной. Не забывайте об опасности ни на один шаг. Вся ваша жизнь зависит от ваших правильных движений. Меня все поняли?

- Да, поняли! - за всех, ответил Андрей Квашнин. - Только чего бояться? Последний взрыв на этой земле прогремел много лет назад. Мины давно проржавели и нам они совсем не опасны. Это всего лишь ржавчина. Наверно всем известно, что ржавые механизмы не пригодны к работе...

- Ты уверен, Квашня? - спросил Игорь Стрекалов. - Посмотри на скелеты горного козла и волка. У них даже шкура не разложилась до конца. Выходит, что они оба подорвались на этом месте пару месяцев назад. Наверно горный козел взорвался первый, а волк хотел полакомиться халявой...

- Хватит! - командным голосом, остановил всех. - Обсуждать будем дома. Если вернёмся живыми. На полях бывших боёв надо быть осторожным. Здесь могут быть минные ловушки.

Тут же отряд повернул обратно. Внимательно разглядывая под ногами землю, направился к выбранному дереву.

После моей команды первым направился в мою сторону Стрельников Витька, а за ним и остальные парни и девчата. Каждый старался идти шаг в шаг по следам уже прошедших друзей, чтобы не угодить куда-то на ржавую мину. Так постепенно собрался в одном месте весь отряд.

- Мы остановимся на ночлег ещё дальше, примерно, в ста метрах от этой возвышенности, - сказал всем, когда последний человек добрался до нашего дерева. - Всего это будет почти пятьсот метров. Самоё безопасное место ночлега. Утром мы обсудим наши дальнейшие действия в этой ситуации. Сейчас надо быстрее двигаться готовиться к ночлегу. Скоро ночь наступит и застигнет нас врасплох в самой гуще леса. До темна мы должны разжечь костёр, покушать и расположиться спать.

Это было видно и без моих слов. Огромные деревья пугающе бросали на нас большие тени и уверенно увеличивались в противоположном направлении от солнца, заходящего за ближайшую снежную вершину кавказских гор. Мы ускорили шаг в направлении небольшой полянки между двух поваленных сосен.

Здесь нам было удобно сделать шалаш наподобие землянки и укрыться от возможного ветра, которые бывают часто в больших ущельях.

Места всем нам вполне хватит. Можно даже сделать ветками хорошую загородку от ветра, который часто меняет тут направление.

- Девчонки готовят продукты, - распорядился с ночлегом. - Мальчишки разводят костёр и готовят место к ночлегу для всех. Делать это надо очень быстро, пока можем что-то разглядеть в сумерках вечера.

Минут через десять, огромный костёр между поваленных деревьев осветил большое пространство. Пугающие тени деревьев трусливо спрятались в гуще тёмного леса, который таинственно окружал наш отряд со всех сторон. Мы обложили хвойными ветками пространство между поваленными деревьями и землёй, а также перегородили выход между деревьями с обеих сторон.

Получилось хорошее ограждение от ветра. Как это было в загоне овец и людей в кошарах горного аула в Дагестане, где можно укрыться от плохой погоды и хорошо отдохнуть в ночном лесу. В таком жилище никто не рисковал простудиться и заболеть. Здесь было под ветками сухо и тепло.

- Думаю, что костёр тушить не надо, - предложил, друзьям. - Мы и так хорошо укрылись от плохой погоды. Земля обогрелась от большого костра. Нам надо установить постоянное дежурство и поддержать костёр до самого утра. Разделимся на пары, мальчик и девочка. Так принято всеми путешественниками с давних времён. Не будем нарушать эту традицию. Дежурить будем по одному часу каждая пара. Нас много, так что все успеют за ночь отдежурить и хорошо отдохнуть. Дадим право выбора пары девчонкам, как в белом танце, выбирают дамы. Каждая дама определит себе партнёра на время дежурства. Девчонкам надо уступать всегда, как слабому полу людей.

Девчата дружно захихикали, но от предложенного мной варианта выбора не отказались. Сказал им, что меня лично выбирать не надо, так как мне придётся дежурить с девчонкой в конце выбора и выходить первым в дежурство, а после дежурить в последний раз с девчонкой из второй пары, чтобы закончить дежурство к утру нового дня. Так будет справедливо для всего отряда. Никому из девчат меня не надо делить.

Никто ни стал возражать. Девчата начали своё распределение, которое затянулось на час. Тем временем, чтобы зря не сидеть в ожидании выбора, все свободные от выбора мальчишки и девчонки, продолжали кушать и готовить место ночлега вокруг нашего костра.

Вышло так, что каждой выбранной пары пришлось и спать рядом друг с другом, чтобы легче сменять другие пары во время ночного дежурства. Думаю, что такая близость, мальчишки с девчонкой, у всех была впервые.

Это было видно потому, что каждая пара держались рядом как-то не уверенно, как бы сторонились друг друга и в этом создавался дискомфорт в отношении между мальчишкой и девчонкой. Однако, это замкнутое пространство вокруг нашего костра и прохладный воздух, постепенно сближали пары друг с другом.

Возможно, что природа различия полов сближала мальчишку с девчонкой, как нас уже учили в школе, что различные полюса всегда сближаются друг с другом, а одинаковые полюса отталкиваются друг от друга. Вот вам и закон физики на природе.

Мне досталось дежурить с Верой Мазуровой. Эта толстушка положила на меня глаз ещё задолго до этих событий с танком на вершине и во время похода постоянно крутилась вокруг меня.

Когда началось распределение пар, то Вера делала вид, будто занята своим неотложным делом и что-то копошилась в своих вещах, как квочка с цыплятами она готовила место к своему будущему ночлегу. Ждала, пока подруги заберут своих парней, чтобы затем подобраться поближе ко мне.

- Саша! Раз мы партнёры по дежурству, то обними меня, чтобы мне не было холодно, - осторожно, предложила мне, сама Вера. - Мы оба согреемся друг от друга. Нам легче будет дежурить ночью.

Сам был не прочь прижаться к толстушке, которая прямо пылала страстью жизни. От неё исходила какая-то энергия любви, которая не была мне ещё известна, но притягивала меня как природный магнит.

Обнял девчонку за плечи. По всему моему телу волнами пробежала дрожь страсти. Так сильно дрожал, что Вера чувствовала эту дрожь и сильнее прижималась к моему телу. Мои руки невольно скользнули на её пухлые груди, соски которых дерзко торчали без женских "доспехов" под тонкой тканью блузки.

Вера не отстранилась от меня, а лишь сдвинула мои ладони со своих сосков под грудь в область живота. Живот у неё был мягкий, как пуховая подушка, слегка колыхался вовремя её дыхания.

Нетерпеливая пуговка на блузке Веры осторожно расстегнулась. Мои горячие руки коснулись её тела. В это мгновение мы оба задрожали от страсти друг к другу и девчонка дала волю моим рукам, которые, не ведая, что творят, нахально добрались до торчащих сосков. Вера повернула в мою сторону своё лицо, её пылающие губы коснулись моих дрожащих губ и наши губы слились в едином страстном поцелуе.

Это было нечто прекрасное, чего мне ещё никогда не довелось ощущать. Мы оба, словно потеряли разум. Забыли про все на свете. У нас обеих горели лица и тела. Ещё мгновение и мы готовы были слиться в одно целое. Но в это время кто-то из подруг подозрительно закашлял, мы отстранились друг от друга.

Наше дыхание было настолько сильное, что можно подумать, это ветерок любви пронёсся через наши души. Благо, что рядом костёр горел едва заметно, никто не видел наши лица, пылающие от страстного поцелуя. Мы медленно на расстоянии приходили в себя.

Вера неторопливо встала со своего места и стала подбрасывать в почти затухший костёр сухие веточки, которые сразу охватило пламя и осветило лица спящих друзей. Все пары спали, прижавшись, друг к другу.

Никто из них не выдавал себя предателем нашего первого поцелуя, который запомнился надолго. Подсел ближе к Мазуровой и тоже стал подбрасывать веточки в ярко горящий костёр.

Вера не смотрела в мою сторону, делала вид, что она так очень занята проблемой сильно горящего костра. Чтобы Мазурова не спалила своим усердием весь отряд, вернулся на своё прежнее место и безразлично стал разглядывать звёздное небо.

У меня уже не было желания добиваться близости от девчонки. Боялся, что мы с нею совершим какую-то глупость, за что нам надо будет отвечать перед родителями. Может быть, даже будем отвечать перед советским законом.

- Мы больше часа дежурим, - услышал голос Веры. - Нам надо разбудить следующую пару.

Сразу встал и подошел к Стрельникову Витьке и Нестеренко Рите. Показал им на часы и отправился спать на своё место. Вера лежала на приготовленном заранее месте. Положила сзади себя вещмешок, так, что мне не было места лечь рядом с ней близко до прикосновения. Видимо не доверяла мне и себе. Ни стал настаивать. Лёг так, чтобы нам обоим было удобно спать и не беспокоить друг друга близостью.

Повернувшись к мешку спиной, тут же вскоре заснул крепким сном. Мне не было обидно за такое отношение Мазуровой Веры. Возможно, она была права. Мы с ней были так сильно молоды, что нам рано было думать о теме высокой любви. Нам достаточно было воспоминаний о первом поцелуе. Интимные отношения между разными полами нам не знакомы.

- Саша! Вставай! - услышал сквозь сон, голос Квашнина Андрея. - Опять наступило дежурство.

Осторожно отстранился от прижавшейся ко мне Мазуровой. Пошёл будить Нестеренко Риту, которая лежала, накрывшись шалью, а Стрельников спал, свернувшись клубком. Нестеренко Рита накрыла своёй шалью Витьку и подошла к костру. У костра больше пепла, чем огня. Надо собрать больше дров.

Мы стали собирать вокруг костра оставшиеся палочки, разный мусор и все бросать в огонь. Постепенно костёр разгорелся. Мы сели рядом с огнём, обогревая руки. Старался держаться на расстоянии от Нестеренко Риты.

- Скоро будет рассвет, - тихо, сказала Рита, показывая на едва заметную полосу красного света, который выделялся над горизонтом на фоне темно-синего неба меркнувших звёзд. - Через час подъём. Мы хорошо отдохнули. С рассветом можно будет двигаться дальше от опасности. Надо заранее собраться.

Ничего не сказал, лишь кивнул головой. Мои мысли погружены в раздумье о прошедшем дежурстве с Мазуровой Верой. Мне совсем не интересно слушать болтовню Нестеренко Риты, которая была худая, как сушёная вобла, с совершенно плоскими грудями, на месте которых больше выделялись пуговички от карманчиков кофты, чем сами груди. Мне даже стало жалко Риту, что она неважно по своему возрасту.

У неё всегда будут проблемы в подборе партнёра. Если бы не придумал девчатам выбирать пару, то Нестеренко Рита осталась бы одна или была бы моей напарницей. Тогда нам обеим было бы плохо. Мёрзнуть все дежурство, как сейчас. К ней даже жалко дотрагиваться, можно случайно причинить ей боль. Ведь она такая хрупкая, словно былинка на пустом месте в поле. Любое моё физическое движение со стороны может прервать её жизнь.

Нестеренко Рита посмотрела в мою сторону. Удивилась странному выражению моего лица. Перестала болтать, только нервно покусывала травинку, подобранную у горящего костра. Солнце все сильнее окрашивало небосклон в разные цвета. Верхушки больших деревьев окрасились в золотисто-зеленый цвет и потянулись навстречу восходящему солнцу.

С первыми лучами восходящего солнца лес наполнился пением птиц и стрёкотом кузнечиков. Небо над нами было такое чистое, словно кто-то умыл его перед рассветом и показали людям, встающим с первыми петухами. Петухов совсем не было слышно в горах, ря"дом с нашим костром, вокруг которого спали пары мальчишек и девчонок, плотно прижавшись, друг к другу. Наверно им сейчас снится первая любовь.

- Не надо будить никого, - тихо, сказал, Нестеренко Рите. - Пусть хорошо выспятся. У нас впереди целый день. Мы успеем решить проблему, продолжить свой путь до озера Рица или вернуться обратно домой. Думаю, что лучше отложить нам поход, а вернуться рассказать взрослым о танке.

Нестеренко ничего не сказала мне, только поёжилась от утренней прохлады. Накинул Рите на её худые плечи свою тёплую куртку. Она приветливо улыбнулась, отблагодарила меня кивком головы. Мы продолжили своё дежурство у потухшего костра, до общего подъёма отряда. Первым проснулся Волошин Антон. Он зябко потянулся во весь рост и побежал по нужде в ближние кусты.

- Девчонки справляют свои дела в южной стороне, - распорядился, когда все стали просыпаться. - Мальчишки в северной стороне от нашего костра. Подглядывать друг за другом, неприлично.

Девчонки захихикали и побежали в указанную им южную сторону. Мальчишки отправились в свою северную сторону. Вот, все свои дела сделали. Подождал, когда весь отряд соберётся у потухшего костра. Нам надо было обсудить наши дальнейшие действия в данной ситуации.

- В первую очередь нам надо хорошо позавтракать, - сказал, притихшему отряду. - После, с большой осторожностью, мы обследуем, на расстоянии нашего зрения, эту возвышенность с немецким танком. Если вы хотите все увидеть и остаться живыми, то близко не подходите к танку. Любопытство может погубить каждого из нас или сразу всех из-за любопытства одного из нас.

- Может быть, нам лучше вообще никуда не ходить, - предложила Остапенко Зина. - Думаю, что нам надо срочно вернуться в Курджиново и рассказать про нашу находку в милиции.

- Думаю, - возразил Ситников Толик, - что девчонкам надо сидеть тут. Пока мы все расследуем.

- Хватит вам всем думать, - прервал спор. - Сделаем все так. Осторожно осмотрим место и вернёмся домой. Свой поход к озеру Рица, продолжим в следующий раз в безопасном нам месте.

Никто ничего больше ни стал говорить. Мы расселись по своим местам и принялись завтракать. После завтрака отряд растянулся в одну линию и медленно двинулся в сторону опасной возвышенности, внимательно осматривая пространство вокруг себя. На нашем пути попадались гильзы от патронов и снарядов.

Всюду видны воронки от когда-то разорвавшихся бомб и снарядов, поросшие густой травой и кустарником. Лес был буквально напичкан трофеями бывшей войны. Даже деревья пострадали от взрыва снарядов.

Мы, на безопасном расстоянии, стали обходить возвышенность с ржавым танком наверху. Когда наш отряд обошёл возвышенность, то с обратной стороны возвышенности мы увидели ещё одну ужасную картину, чем на всем пути нашего обследования этой зловещей возвышенности.

Из заросшей кустами пещеры торчал ствол противотанковой пушки. Рядом с пушкой стояли ящики со снарядами и множество стреляных гильз от снарядов пушки. Пространство между нами и пещерой с пушкой, буквально усеяно людскими скелетами.

Всюду валяются покрытые ржавчиной автоматы и винтовки времён отечественной войны. В глубине пещеры, то, что мы могли увидеть невооружённым глазом на расстоянии, видны контуры ящиков и ещё каких-то предметов военного времени.

По очертаниям самой пещеры видно, что это искусственное сооружение. Возможно, это было какое-то хранилище времён войны или в горах командный бункер немцев.

- Надо обследовать пещеру изнутри, - предложил Тепляков Костя. - Очень интересно узнать, что там внутри.

- Чтобы в пещере от нашего Кости остались белые кости, - ехидно, подметила Оксана Сапрыкина. - У пацана совсем нет мозгов...

- Нас слишком много, чтобы обследовать эту пещеру смерти, - сказал Васильковский Толик.

- Ты правильно заметил, - поддержал Толика, - что нас действительно много, чтобы погибнуть в пещере смерти. Надо всем отрядом сейчас же возвращаться обратно в посёлок Курджиново. Отряд постоял несколько минут в траурном молчании у пещеры смерти. Развернувшись в обратную сторону, мы стал медленно удаляться от этого опасного места. Потрясённые увиденным, мы долго шли, молча, не произнося ни слова. Каждый по-своему оценивал пещеру смерти, в которой погибли люди и животные. Вполне возможно, что среди скелетов лежат те, кто считается без вести пропавший. Может быть, даже родственник кому-то из мальчишек и девчонок нашего отряда.