# Переезд в Избербаш

Александр Сергеевич Черевков

Переезд в Избербаш.

Наверно задолго до моего рождения в нашей семье ни все было благополучно. Мой отец работал на таком месте, которое было очень популярно в послевоенные годы.

Когда каждый бывший воин времён войны с фашистами считался героем и хотел запечатлеть себя для истории.

Дамы всех возрастов, от несовершенно летних до глубоких старух, мечтали сфотографироваться рядом с героями былых сражений. Дамы способные рожать, просто бредили родить от героя ребёнка. Видимо, что этого желали ни столько женщины, сколько хотела сама природа на выживание вида.

В такое время жизни мой отец стал в центре внимания женщин. Ведь мой отец у фанатичных женщин был в одно и то же время фотографом, героем бывшей войны, наконец, просто физически здоровый мужик. От поклонниц у отца не было отбоя. Он был на виду у всех женщин нашего Гудермеса.

Но, несмотря на то, что время пути от работы моего отца было таким же, как и от места работы моей мамы, отец возвращался домой довольно поздно.

У него всегда были на то разные причины по работе. Однако, это ещё не служило оправданием на его опоздание с работы.

Отпечатки губной помады на его лице и другие признаки его близости с женщинами говорили о его развратной жизни. Мама долго терпела его выходки. Но наконец-то решила с этим покон-чить.

- Все! - сказала мама, когда отец пришёл домой к утру со всеми признаками близости с женщиной. - Больше гадости от тебя терпеть не буду. Сейчас ухожу жить к родственникам на Старый хутор.

- Мария, прости меня! - как провинившийся ребёнок, стал просить отец извинения у моей мамы. - Это всего лишь мужская прихоть. Люблю одну тебя и другие женщины мне совсем не нужны.

Отец сдержал своё слово. Как мы узнали много лет спустя, своё слово отец сдержал не только перед моей мамой, но и перед другой женщиной. Обе женщины стали от него беремен-ные. Мама стала беременна близнецами мальчиками. Другая женщина чуть позже тоже стала беременна близнецами девочками.

Сколько было ещё беременных женщин от моего отца, теперь вряд ли кто сможет это узнать. Так думаю, что даже отец сам, возможно, не знает, сколько детей наплодил он на стороне за многие годы своей жизни. Во время войны с фашистами и в мирное время.

Но вернёмся обратно в Гудермес к осени 1954 года. Подходило время нового учебного года в средней школе.

Перешёл во второй класс и готовился идти в школу. Мама купила мне новую школьную форму на вырост. У меня был такой возраст, когда за один год мог сильно вырасти и не износить школьную форму.

В то время школьная форма была большим дефицитом. Поэтому мама купила мне форму на вырост и только чуть-чуть её укоротила, чтобы на следующий год отпустить манжеты на школьной форме, она мне будет в самый раз.

О школьных книгах позаботились все, от наших многочисленных родственников до классного руководителя, покупали книги.

После землетрясения и прорыва нефтепровода к нам в гости никто не ходил. Все прошлогодние праздники, которые следовали за майскими праздниками, включая день моего рождения и новый год, мы отмечали в Старом хуторе, где до сих пор жила моя бабушка Нюся.

В этом году майские праздники и день рождения моей бабушки Нюси обратно отмечали в Старом хуторе.

Переселяться в наш новый дом после землетрясения бабушка Нюся не хочет. Боится, что дом может завалиться от лёгкого землетрясения, когда никого дома не будет. С парализованными ногами ей во время землетрясения самостоятельно никак не спастись. На этот случай в Старом хуторе намного лучше.

Там поселили бабушку Нюсю по её же просьбе в старой хате-мазанке, которая по самые окна провалилась в землю.

В этой мазанке родились все терские казаки Выприцкие, за триста с лишним лет проживания рода Выприцких на этой земле. Такой хате-мазанке никакие землетрясения не страшны. Мазанка пережила многие войны, землетрясения, пожары, наводнения и многих хозяев своих пережила. Так что в мазанке можно жить спокойно. Ну, а если случиться, то это судьба.

- Все! Дальше праздники буду отмечать в своём доме, - заявил мой отец перед моим днем рождения. - У нас такой же дом как у всех семей в нашем посёлке. Так что пусть гости идёт к нам.

На мой день рождения 28-го ноября 1954 года пришли самые что ни есть близкие родственники, сестры и братья моей мамы. Старики так и не решились войти в треснутый после землетрясения дом, который находится возле Чёртовой горы. Так что мой день рождения отмечало только одно поколение терских казаков.

Мама в это время была беременна близнецами на четвёртом месяце. Худая как щепка с оттопыренным животом мама еле двигалась по дому, обслуживая наших гостей.

Маму ужасно рвало токсикозом от беременности и от различных насекомых, которые развелись в пузырях нефтяного болота и вместе с разной живностью заселили весь посёлок.

Теперь то, что раньше можно было встретить пацанам в пузырях нефтяного болота, в настоящее время прыгало, бегало, ползало и летало в каждом доме посёлка городского типа.

Многие наши соседи провели у себя в доме дезинфекцию и потравили этих тварей. В нашем доме проводить дезинфекцию нельзя. Врачи сказали, что во время дезинфекции в нашем доме и после дезинфекции, моя беременная мама может потерять не родившихся близнецов и сама тоже может умереть от этой химии.

К новогодним праздникам токсикоз и аллергия на живность в доме у мамы увеличилась. Маму рвало вовсю. Врачи сказали, что если мама моя не сменит место жительства, то она не доживёт до дня рождения своих близнецов, которые должны появиться в мае месяце.

У нас встал вопрос об отъезде. После нескольких вариантов переселения остановились на том варианте, что поедем жить в Избербаш, который находится всего в ста километрах от Гудермеса.

В Избербаше много родственников со стороны отца и мамы. Рядом с городом находится Каспийское море и рядом горы. Есть место, где отдыхать, ловить рыбу и охотится на разную дичь. Климат там хороший.

В последний раз в нашем доме родственники собрались под новый год. Гуляли все от души. Пьянка была массовая, почти как в день землетрясения.

Но все уже знали, что в ближайшие пятьдесят лет землетрясение в этих местах не ожидается. Наш дом прошел все испытания за прошедший год.

Так что погулять в этом доме в последний раз было не грешно. Но только наши старики все равно так и не пришли в наш дом. По-прежнему опасались проблем от Чёртовой горы.

Сразу после новогодних праздников отец съездил в Избербаш и снял там временную квартиру до весны, так как весной в Новом городке в Избербаше нашей семьи обещали комнату в коммунальной квартире.

Так что переезжать мы стали во время зимних каникул, чтобы не навредить моей учёбе. Никто не хотел, чтобы остался на второй год во втором классе из-за переезда.

Вначале мы перевезли парализованную бабушку Нюсю и оставили её там под присмотром многочисленных родственников.

Затем осторожно поездом перевезли мою беременную маму, которая едва передвигала ногами, так, как беременность у мамы проходила ужасно мучительно. На маму страшно было смотреть.

Она была похожа на дистрофика из концентрационного лагеря, в которого насильственно загнали шар и раздули его там внутри моей мамы. Этот шар внутри моей мамы подавал признаки жизни и постоянно дрыгался внутри. Казалось, что шар разорвёт мою маму.

Постепенно стал осваиваться на новом месте. Сразу обзавёлся друзьями. Морской климат возле Каспийского моря и чистый воздух с ближайших гор помогли моей маме стабилизировать своё здоровье.

Мама перестала рвать от токсикоза и от аллергии на разных животных. На новом месте жительства ни стали заводить в доме кошек и собак до рождения близнецов. Мама быстро стала набирать в весе не только от беременности, но и от здорового образа жизни. В течение моих зимних каникул наша семья в Избербаш переехала полностью. Меня тут же оформили в новую школу. Сразу после зимних каникул пошёл во второй класс в этой школе, которая находилась всего в нескольких десятках метров от нашего дома. Но это уже другая история. На этом связь нашей семьи с "черными" и с нефтяной трубой закончилась. Мы стали жить совсем по-другому.