# Переход через горы

Александр Сергеевич Черевков

Переход через горы.

Проснулся от крика Никифорова Сергей. Подумал, что случилась беда и выскочил из пещеры покрытой ароматным мхом с душистыми плодами, которыми лакомился у людей-птиц.

Яркое солнце ослепила мне глаза. Прикрыл глаза ладонью и осмотрелся вокруг себя у выхода из пещеры.

Группа моих однокурсников была рядом с пещерой. Все рюкзаки с нашими вещами были тут. Они о чём-то громко спорили между собой.

- Зачем мы только попёрлись сюда. - кричал Никифоров Сергей. - За нами, наверно, уже прилетали на вертолёте. Вон, раис тоже выполз из этой пещеры, ягодами которой мы обожрались. Вот и проспали целую неделю.

Никифоров Сергей показывал на меня пальцем и упрекал меня в том, что спровоцировал нашу группу выбираться из каменного котла домой, так как вертолёт давно не прилетал и у нас нет никакой связи с "большой землёй". Вот мы и болтаемся в горах уже почти вторую неделю в поисках выхода к нашей границы.

"Может быть, это мне все приснилось?" - подумал. - "Люди-птицы. Старик ОН. Другое измерение жизни."

Полез в карман и обнаружил там горсть душистых плодов. Сразу вспомнил встречу с парнем-гигантом обросшим густыми волосами. Пошарил в кармане и не нашёл своего зеркальца, которое подарила мне дочь Виктория, когда собирался в поход с международной археологической экспедицией в эти горы.

Никак не мог понять. Приснилось мне все это или было в самую правду. Вероятно, это потерял где-то зеркальце, когда одурманенный плодами мха болтался следом за своими однокурсниками по горам в поисках выхода из каменного котла.

Надо мне очухаться от дурмана этих плодов и принимать какие-то неотложные меры для спасения группы. В начале надо определить наше место в горах, чтобы куда-то дальше двигаться.

- Вот, что! - решительно, заявил, вытряхивая плоды мха из своего кармана. - Мы сейчас вернёмся обратно в каменный котёл. Если там нет никого, то основательно запасёмся продуктами и пойдём искать начало притока реки Инд. Любая река всех выводит к месту жительства людей, то есть, мы пойдём в сторону Индии.

- Наконец-то созрел! - громко, воскликнул Никифоров Сергей. - Зря две недели болтались в ущелье меж гор.

Группа выстроилась в том же порядке, как мы ходили за Стариком ОН, который, возможно, мне приснился. Почему-то сразу определил место нашего направления по тропинке в гора? Уже через несколько часов мы вошли в горловину каменного котла, в котором находился храм.

Сильно уставшие, совершенно без сил, мы забрались впотьмах в свои помещения и улеглись спать прямо сверху на свои спальные мешки. Никто даже не удосужился хотя бы фонарик включить.

Всем были до лампочки разные проблемы, которые окружали нас и могли ещё ожидать. В эту ночь мне приснился странный сон. Пришёл к нам Старик ОН и сказал мне, что нас сквозь горы к дому выведет мой лучший друг детства и поможет ему подарок моей дочери Виктории.

Идти нам в сторону Индии опасно. Там в настоящее время идут бои между отрядами с пакистанской стороны и с регулярными войсками Индии.

Самая безопасная дорога тут через горные массивы Каракорум и Гиндукуш. Миша хорошо знает дорогу через эти горы. Можешь ему полностью доверять, как самому себе. Это будет долгий путь к дому. Но ни столь опасный, как думают многие. Ждать другой помощи вам неоткуда и оставаться вам здесь нельзя.

Сказал на прощание Старику ОН, что хочу помочь ему вернуть все реликвии племени людей-птиц. Но как это смогу сделать через тысячи километров расстояния от Старого хутора до этих гор. Ведь странная книга и тем более железный ствол дерева имеют огромнейший вес, который мне не под силу.

Старик ОН сказал мне, что твоё зрение и разум помогут нам через тысячи километров вернуть реликвии племени людей-птиц в другое измерение жизни. Без применения какой-то физической силы. На то хватит одного твоего желания.

Проснулся обратно от крика Никифорова Сергея, которого вечно все не устраивало. Мне это уже так надоели его скандалы, что решил пойти и врезать ему по морде, чтобы он наконец-то заткнулся и не орал. Тут же выбрался из помещения в храме на воздух и увидел плачущих девчат.

Вся группа стояла в середине каменного котла и рядом не было никаких признаком присутствия международной археологической экспедиции. Даже могильники были обратно засыпаны землёй. Словно здесь вообще не проводились раскопки.

- Вот, видишь! До чего твои прогулки в горах довели. - кричал на меня Никифоров Сергей. - Нас искали и не нашли. Затем законсервировали все наши раскопки до следующей международной археологической экспедиции и улетели на "большую землю". Так что мы остались подыхать в горах. Можешь посмотреть в храме. Там нет ничего. Всю аппаратуру и весь реквизит вывезли. Похоронили нас. Даже записки не оставили нам.

Стоял в полном замешательстве и не знал, как нам поступать дальше. Тут уже ни Никифорову Сергею, а мне стоило дать по морде за халатное отношение к руководству группой. Так мне и надо. Выдумал себе какое-то другое измерение с племенем людей-птиц, теперь надо расплачиваться за мою бестолковую фантазию. Лучше бы мы все здесь в каменном котле сидели до последней минуты и никуда не выходили в горы...

Вдруг, из расщелины между скал сверкнул луч солнечного зайчика прямо мне в глаза. Подумал, что там осколок слюды или горного хрустала, которые сверкают в горах от лучей яркого солнца. Но солнечный зайчик настойчиво щекотал мне глаза. Прикрыл слегка глаза рукой и сквозь блески солнечных лучей отчётливо увидел волосатую руку, в которой было маленькое зеркальце.

Волосатая рука крутилась в разные стороны, стараясь привлечь к себе мое внимание. Группа была увлечена своим спором и не заметила "зайчика".

"Так это был не сон!" - подумал. - "Все было в действительности в племени людей-птиц, в совершенно другом измерении жизни, которое называется "пространством". Так что мы спасены. Выберемся отсюда."

Не теряя зря времени, вернулся в храм за своим рюкзаком и случайно увидел в углу помещения, где спали археологи, один картонный ящик, в котором находились различные продукты. Взял этот ящик и вынес его на ступени храма, прямо к родникам с кристально-чистой водой. Никакой записки в ящике с продуктами не было. Видимо руководители археологической экспедиции просто забыли этот ящик с продуктами.

- Голодные! Разбирайте продукты. Проведу вас к дому сквозь горы. - решительно, заявил. - Пускай даже вам придется меня съесть в дороге, вместе с этими продуктами, которые вы берете. Уже бывал несколько раз в таком положении в горах. Каждый раз выводил группы к нашему дому. Доверьтесь и вы мне в этот раз.

- Это бредовое решение мне нравиться. - улыбаясь, согласился Гиясов Морис. - У нас нет другого выбора. Зато мы твёрдо будем знать, что в дороге будем сыты. Александра нам на долго хватит, до самого дома...

- Только с тобой не согласен. - возмутился Никифоров Сергей. - Идти домой пешком через горные массивы Каракорум, Гиндукуш и Памир? Какое-то безумие! Не лучше ли спуститься к истокам реки в Индию. Ты сам предлагал нам вчера этот путь, а сегодня, вдруг, передумал. Объясни нам перемену своего решения.

- Хорошо! - согласился с ним. - Давай здраво обсудим мы наш выход из данного положения. Во-первых, мы находимся на равном расстоянии между городами Индии и Таджикистана. Во-вторых, идти нам к людям в Индию, Пакистан, Афганистан или Китай равнозначно опасно. Между народами Индии и Пакистана военное положение.

В самом Афганистане давно гражданская война. Уйгурский племена тоже враждуют с Китаем. Поэтому, предлагаю вам длительный, но менее опасный путь сквозь горные массивы Каракорум, Гиндукуш и Памир. Мы не будем лезть на вершины этих гор. Пройдём по разрезам этих горных массивов, которые служат границей и неприступным разделом между соседними государствами. Эти горные массивы никто не переходит ни с одной из этих стран. Поэтому, эти места никем не охраняются. Никому даже в голову не придёт, что какая-то группа движется по границе горных массивов между четырёх государств к себе домой.

Только у меня к вам есть одна просьба. Не снимать в пути друг друга фотоаппаратами. Хочу, чтобы все из нас домой вернулись живыми, а не фотографиями на памятниках после покорения Каракорума, Гиндукуша и Памира. Доверьтесь мне и также моему суеверию. Мы должны вернуться домой целыми и невредимыми.

Поднял свой рюкзак и уверенно направился в сторону сверкающего зеркальца моей дочери. Однокурсники тоже подняли свои рюкзаки с вещами и продуктами, выстроившись привычной цепочкой, медленно двинулись следом за мной в дальний путь через государственные границы и горные массивы.

Нам некуда было спешить, так как никто из нас тогда не знал, что придём мы домой или нет. Ведь нам предстояло преодолеть путь равный многочисленным километрам сквозь горы, которые мы не знали и только надежда на возвращение в свой дом вела к намеченной цели. Может быть, нас объявили погибшими, но мы должны вернуться.

За все время пребывания в каменном котле мы не обращали внимание на расщелину между храмом и отвесной скалой, из которой сверкал солнечный зайчик, отражённый от маленького зеркальца моей дочери. Когда мы подошли к этой расщелины, то удивился тому, что в ней был проход в глубину каменной глыбы.

Мы осторожно вошли во внутрь горы по высеченным ступеням, и сразу понял, что это место захоронения первой Старухи ОНА, матери людей-птиц. Тут в пещере было все тоже самое, как у саркофага с могильником. Лишь цвет зеленоватых камней могильных плит тут немного отличался от голубых могильных плит наверху.

- Вот куда нам нужно было сразу прийти. - удивленно, воскликнул Никифоров Сергей. - Тогда нам не пришлось бы зря перекапывать столько много мусора в исторической помойке могил, которые остались наверху.

Никто не ответил на восклицание Никифорова Сергея. Все прекрасно понимали, что наша международная археологическая экспедиция уже закончилась и перед нами другая цель, это добраться к себе домой целыми и невредимыми.

Эти гробницы достанутся другим международным археологическим экспедициям, если они ещё сюда доберутся.

Как сказал Старик ОН, что никто не может забрать отсюда саркофаги первого Старика ОН и первой Старухи ОНА, отца и матери племени людей-птиц, которые находятся в другом измерении и недоступны людям. Мы можем их созерцать, но забрать это все невозможно. Не позволяет пространство.

Спустившись в зал могильника, мы оказались рядом с гробницей высота которой была более четырёх метром, ширина, примерно, такого же размера и длина гробницы более шести метров. Весь этот массивный каменный комплекс могильника, бледно-зелёного цвета, глубоко изрезан растительным орнаментом со всех сторон.

У нас было такое ощущение, что мы находимся в уральской малахитовой шкатулке, хозяйки медной горы. Мы словно заворожённые разглядывали эту красоту, которая слегка освещалась солнечными лучами, пробивающимися в щелях камней. Нам даже не верилось, что мы попали в самую середину великой тайны.

Лёгкий призывной стук вывел нас из оцепенения от этой удивительной красоты. Понял, что нам следует идти в сторону этого звука, который указывает нам дальнейшее продвижение в гору. Направился в сторону звука, и мои однокурсники обратно выстроились за мной в привычную цепочку, которую замыкал Гиясов Морис.

В таком порядке мы вошли в лабиринт скальной пароды, который уводил нас все дальше и дальше в глубину горы. Когда в глубине горы стало темно в этих многочисленных переходах, включил свой фонарик и остолбенел.

Мы попали в огромный зал с многочисленными пещерами. Невольно вспомнил своё детство в горах Дагестана, когда мы заблудились в точно таком лабиринте пещерных переходов и не могли выбраться оттуда в течении многих суток.

Неужели мне предстоит обратно повторить такое же блуждание через лабиринт горных пещер? Тогда нас нашли родственники вместе со спасателями. В настоящее время все наши родственники находятся за сотни километров, и спасатели нас тут не будут искать.

Нам придется располагать только на свой жизненный опыт и на собственное чутье, которое многократно выручало меня в подобных ситуациях в различных горных местах. Надо и сейчас как-то определить здесь свой путь продвижения.

Раздумывая над сложившимся положением, вдруг, почувствовал лёгкий ветерок одной из многочисленных пещер и слабый приятный запах плодов мха, которые ел в жилищах Старика ОН. В этих лабиринтах пещер не было никакой растительности. У меня в кармане тоже не было плодов мха. Их выбросил в каменном котле возле храма и зря это сделал.

Была бы еда. Если нет плодов мха у меня в кармане и в этом пещерном лабиринте, тогда плоды мха есть у этого волосатого проводника, которого назовём Мишей, ведь он так сильно похож на друга моего детства. Значить нам нужно идти на запах плодов мха, которые находятся у моего друга Миши. Ведь Старик ОН подсказал мне своим разумом, что друг моего детства выведет нас.

Не ошибся. Ориентируясь по запаху плодов мха, мы шли несколько часов, а может быть и дней, по многочисленным переходам из пещеры в пещеру. Почему-то выходили из пещер наружу только ночью. Может быть это было лишь совпадение, но за многодневные переходы из пещеры в пещеру мы не разу не поднялись на вершину горы и не разу не видели солнца.

Можно было подумать, что мы в чём-то провинились перед небесным светилом и оно больше не желает нас видеть.

Но мы были безгрешны перед природой Земли. Каждый раз спускаясь в глубокие пещеры мы натыкались на признаки былой жизни в этих подземельях.

То луч моего фонарика натыкался на какие-то доисторические рисунки на каменных плитах. То наш путь преграждали искусственные сооружения из камня и окаменевшей древесины. В нескольких местах нам приходилось обходить поверхностное захоронения древних людей, кости которых уже давно превратились в камень.

Если бы мы в данный момент имели массу времени, продуктов и специального снаряжения, а также связь с "большой землёй", то каждый из нас мог бы накопать и написать об этой археологии докторскую диссертацию. Но сейчас у нас была другая цель. Нам нужно было пройти эти интересные места без своих потерь.

Несколько раз во время выходов из пещер мы делали привалы на отдых с употреблением пищи и на кратковременный сон. Затем обратно поднимались и двигались дальше по ущелью или в каком-то разломе между гор. Мои однокурсники полностью доверили мне свою волю к жизни, так как положиться им на кого-то не было.

Но они видели, как уверенно передвигаюсь по лабиринтам пещер. Словно прожил в этих ме-стах всю свою прошлую жизнь. Доверял же себя вместе со своими однокурсниками своему животному инстинкту и волосатому другу Мише, который был нам как подарком из другого измерения жизни. Вероятно, с надеждой на то, что помогу племени людей-птиц вернуть их реликвии из Старого хутора.

Таким образом, у нас был взаимный шанс на выживание. У меня была надежда на спасение группы. Миша рассчитывал спасти своё племя людей-птиц. Конечно, это всего лишь мои предположения. Может быть, Миша просто хороший друг.

Очередная пещера в горах оказалась настолько глубокой и длинной, что мы решили остановиться на сон в этой пещере. Именно на сон, а не на ночь. Так как нам не было известно, что сейчас день или ночь.

Нам просто захотелось отдыхать. Ведь мы не железные, чтобы бесконечно двигаться. Даже машинам требуется отдых и подкрепление для дальнейшего продвижения. Вот и нам требуется отдых не зависимо от места расположения нашей группы.

Поэтому мы стали искать место удобное для расположения на короткий отдых. Мы долго шли в нужном нам направлении подыскивая подходящее место на отдых. Но всюду были острые камни, узкие переходы и вода под ногами.

Нам уже казалось, что придется без отдыха двигаться до конца этой длинной пещеры. Но неожиданно потянуло тёплым ветерком из глубины пещеры и запахом чего-то живого. Естественно, что мы подумали о близком выходе из этой пещеры и обитании людей вблизи пещеры.

Однако, нас ждало небольшое разочарование. Через несколько десятков метров из узкого подземного перехода в пещере мы вышли в относительно небольшой зал пещеры.

Зал был метров двадцать в диаметре и метров десять в высоту. В стороне от центра зала пещеры протекала тёплая вода. Отсюда и температура в этом зале была выше, чем в других местах длинной пещеры.

Дальше тёплой воды все было сухо и слегка продувалось ветерком между двумя переходами в этой пещере. Чем не плохое место нашего отдыха.

- Как-то странно всё тут? - сказала Мулукандова Сара. - У меня такое ощущение, что здесь живут люди. Посмотрите вокруг себя. Здесь множество подстилок из сухой травы и мха. Пахнет тут ни зверем, а человеком.

- Наверно здесь ночевали альпинисты. - сказал Никифоров Сергей. - Теперь наша очередь заночевать в этом месте.

- Обычно после альпинистов остаются объедки или какой-то мусор. - сказала Касымова Зухра. - Тут же все чисто. Словно люди ничего ни ели или у них вообще не было пищи. Как бы с нами тут что-то не случилось.

- Извините, что не прилично скажу. - вмешался, в рассуждения. - Думаю, что вы зря заскулили. С той стороны, откуда мы пришли, нам ничто не угрожает. Ведь мы столько движемся, что уже давно заметили бы за собой опасность. Что же касается другого перехода в этом зале пещеры, то мы его завалим на время своего отдыха всем тем, что имеется в этом зале. Таким образом, у нас будет чистая площадка на отдых и безопасное место. Мело того, мы ещё поставим палатку, чтобы на нас всякие бяки с потолка зала не сыпались.

Мы так и сделали. Завалили мхом и травой все узкое отверстие перехода из зала. Для надёжности обложили переход своими небольшими лыжами. Так что если кто-то оттуда попытается проникнуть к нам, то наши лыжи попадают на камни, и мы тут же услышим шум. Правда жалко, что у нас нет оружия, но есть ножи и палки от лыж.

Будем обороняться от своего врага, которого, возможно, тут не может быть вообще в пещере. Как только площадка в зале была расчищена, мы тут же установили в середине зала свою палатку.

Затем зажгли газовую горелку и подогрели себе пищу. Благо, что у каждого из нас была фляга с пресной водой, которую мы постоянно пополняли возле пресных источников во всех местах своего перехода в горах и в пещерах.

Так что мы могли подогреть себе жидкую пищу и вскипятить воду для зелёного чая. Что же касается тёплой воды в зале пещеры, так она оказалась серной и совсем не пригодной для употребления в нашу пищу.

- Давайте примем серные ванны. - предложил Никифоров Сергей. - Ведь это полезно для нашего здоровья.

- Тем более, что от нас дурно пахнет. - поддержал, Никифорова Сергея. - Мы не мылись уже много дней.

- Только вы начнёте первыми. - перестраховалась Баратова Матлюба. - Затем там помоемся мы после вас.

- Хорошо! - согласился за всех, Гиясов Морис. - Только вы фонариком светите, чтобы мы там не утонули.

Дал фонарик Мулукандовой Саре, и мы тут же стали раздеваться до плавок, чтобы принять серную ванну. Когда мы вошли в горячую воду, то сразу определили, что Гиясов Морис был прав. На первый взгляд этот водоём с серной водой казался небольшим арыком всего в два метра ширины и метров двадцать длины.

Но глубина местами была такая, что действительно можно было утонуть. Серная вода за многие тысячи лет разъела в этом месте камни и получился прямо-таки подземельный канал неизвестной глубины.

Поэтому мы не рискнули далеко входить в воду. Полоскались прямо у самого края канала подстраховывая друг друга. Девушки в это время подсвечивали фонариками и с любопытством наблюдали за нашим купанием.

- Вам-то хорошо было купаться. - сказала Касымова Зухра. - Кто будет нам подсвечивать? Ведь мы дамы!

- Думаю, что никто из обеих сторон не будет в обиде, если это сделаю. - пришлось мне взять на себя инициативу. - Ведь по возрасту гожусь вам всем в отцы. У меня дома разнополые дети. Их всех купаю с детства. Кроме того, вы сами меня выбрали руководителем группы в переходе через горы. Так что подумайте.

- Чего тут думать. - сказала за всех, Мулукандова Сара. - Мыться дамам надо. Парни, отвернитесь! Папа-раис, подсвечивай. Но только не увлекайся. Ведь мы не совсем твои дочери и возраст у нас давно не детский.

- Только изредка буду подглядывать, - согласился, - чтобы знать куда подсвечивать и успеть спасти вас.

Парни нехотя отвернулись в противоположную сторону. Тоже не смотрел на девчат, пока они раздевались. Но когда девушки пошли к воде, то стал светить в их сторону сразу с двух фонариков, чтобы охватить светом место их купания. Конечно же ни настолько был старый, чтобы не интересоваться девушками.

Меня тут же охватила страсть к прекрасному полу. Готов был спасать и добиваться взаимности от этих прелестных созданий.

Только приличие сдерживало меня. Пришлось довольствоваться тем, что подглядывать за этими недоступными мне красавицами, которые словно прелестные феи плескались на краю канала.

- Папочка! Теперь отвернись. - сказала мне, Баратова Матлюба. - Дочкам надо переодеться в сухое бельё.

Подождал, пока девушки вылезли из серной воды в безопасное место и только после этого отвернулся в сторону. Мне и без того было достаточно полюбоваться красивыми фигурками девчат, которые было видно почти до гола через просвечивающиеся мокрые трусики и лифчики белого цвета.

Так что терпеливо ждал пока девушки переоденутся в чистое белье и простирав своё нижнее белье расстелют его на тёплые камни. После серных ванн было свежо и приятно. Мы тут же забрались в нижнем свежем белье в свои спальные мешки и почти сразу стали засыпать. В палатке совсем не было душно.

Слабый ветерок с запахом мха и сухой травы проникал сквозь сеточку окна в палатке. Нам было легко дышать и наслаждаться ароматом растений. Рядом тихо протекала тёплая серная вода и никакой опасности для нашей жизни не было в пещере.

- Там кто-то есть. - сквозь сон, услышал, бдительный голос Баратовой Матлюбы. - Кто-то живой у воды.

- Вечно тебе все кажется, - сонно, шёпотом ответил. - То тебе снежный человек мерещится. Теперь что?

Нащупал рукой рядом с собой фонарик. Подполз к выходу из палатки. Осторожно расстегнул молнию и выбрался наружу. Только тут включил фонарик и направил луч света в сторону серной воды. Лучше бы это не делал. От неожиданности едва в страхе не уронил фонарик.

Прямо напротив меня всего в нескольких метрах, возле самой воды, сидели неизвестные мне существа. Их было несколько.

Со страха даже не сообразил их посчитать. Но и понять кто это, тоже было трудно. Люди это или обезьяны? Эти живые существа, покрытые шерстью и волосами. Они были мокрые от серной воды и также дрожали от страха, как.

- Ты что вылез опять из палатки? - тихо, спросил меня, Морис, за моей спиной и сразу осёкся.

Теперь мы вдвоём с Гиясовым Морисом смотрели на этих существ, которые прижавшись друг другу дрожали всем телом, толи от страху, толи от слабого ветерка, который продувал их мокрые волоса и шерсть.

Вскоре вся наша группа выбралась из палатки. Мы все разом с удивлением и страхом разглядывали этих неизвестных нам существ, которые все также продолжали дрожать. Посчитал, их было тоже семь.

Может было и больше. Но сразу фонариком осветил только эту группу. Другие, возможно, сразу сбежали. Но только куда и откуда они вообще взялись.

С одной стороны пещеры вход завален мхом, сухой травой и нашими лыжами. С другой стороны, они вряд ли могли прийти.

За несколько часов ходьбы по этой пещере мы их давно могли бы заметить. Выходит, что они приплыли через этот канал по серной воде. Поэтому мокрые.

- Они никогда не видели света! - удивленно, прошептал Гиясов Морис. - Они боятся ни нас, а свет нашего фонаря.

- Посмотрите, какие у них большие глаза. - добавил Никифоров Сергей. - Как у ночных птиц или как у ночных хищников.

- Наверно, это и есть снежные люди. - осмелев, вступил в разговор Алишеров Хамид. - Это твои каптары из Кавказа.

- Да нет! - ответил. - Каптары гиганты и живут они только на Кавказе. Эти же намного меньше нас. Они ростом будут с карликов и только.

Как только мы стали разговаривать и луч моего фонарика вздрогнул, эти неизвестные нам существа тут же разом попрыгали в горячую серную воду и скрылись под скалой вниз по течению этой тёплой серной воды. Мы сразу осмелели и побежали в сторону естественного канала с тёплой серной водой.

Нам хотелось поближе рассмотреть этих существ очень похожих на человека и на обезьяну. Но те так проворно плавали в тёплой серной воде, что мы только успели посмотреть им в след, когда они проплывали в отверстие под скалой.

- Надо бы их сфотографировать. - разочаровано, сказал Гиясов Морис. - Ведь нам никто не поверит о существовании таких животных.

- Так ты сплавай за ними. - сострил Никифоров Сергей. - Поговори. Может быть, они согласятся позировать перед нами?

- Заодно надо у них взять интервью и автографы. - пошутила Касымова Зухра. - Жёлтая пресса будет рада такой заметки о неизвестных науке существах.

- Хватит вам болтать. - разозлился. - Нам надо выбираться отсюда. Не дай бог они вернутся всем семейством. Тогда нам несдобровать. Им будет чего покушать от нас. Ведь это мы забрались в их жилище.

Все согласились с моим выводом. Мы тут же быстро собрались и двинулись дальше по под-земным переходам в этой пещере. В этот раз Гиясов Морис замыкал нашу группу продвижения и своим фонариком изредка подсвечивал в ту сторону, откуда мы уходили.

Свет наших фонариков был единственным средством и оружием отпугивать от нас этих неизвестных нам существ, которые были похожи на человека и боялись света.

Никто из нас не знал, что на уме у этих неизвестных существ. Если бы не бдительность Баратовой Матлюбы, то эти существа при огромном скоплении в темноте могли разодрать нас в клочья.

Ведь у них наверно отличное зрение в темноте, чем в тоже самое время мы не обладаем. Так что мы должны быть благодарны Баратовой Матлюбе за её такое чутьё. Вот жаль только, что мы не смогли их хорошо разглядеть близко.

Прошло ещё несколько часов ходьбы по каменным коридорам этой длинной пещеры. Прежде чем мы выбрались в какую-то расщелину между скал. Над нашими головами опять была ночь. Видимо совсем недавно был сильный дождь.

Камни всюду были мокрые и в расщелине между скал вовсю бушевала вода. Хорошо, что выход из пещеры был значительно выше потока воды и нам ничто не угрожало. Кроме того, рядом с выходом из пещеры была большая площадка, на которой мы могли уместиться всей группой и осмотреться.

- Нам надо уйти подальше от этого места. - предложил, своим друзьям. - Затем там выше остановимся на отдых.

- Нужно вначале спуститься вниз. - сказал Никифоров Сергей, показывая в расщелину. - Дождя не будет. Нам вода не угрожает. Там есть какой-то разлом и мы сможем определить наше направление. Выше нечего делать.

Группа согласилась с предложением Никифорова Сергея. Мы медленно стали спускать по выступам на отвесной скале.

Выступы были широкие, но, чтобы не сорваться в темноте, все включили свои фонарики. Возможно, что здесь в горах было много разных хищников и эти странные существа, но такого яркого света, исходящего от наших фонариков, могли бояться все.

Поэтому мы смело передвигались в этих горах. Совершенно не представляя где мы находимся и сколько времени идём, мы так измотались в этом походе с многочисленными переходами в пещерах и в горных разломах, что уже ног не чувствовали. Плелись как по животному инстинкту способному вывести нас из каменного лабиринта к источнику жизни.

Мы не знали, где этот источник нашей жизни и поэтому машинально двигались вперёд. Мы были довольны тому, что раз двигаемся, то выходит живём. Нет ни каких причин унывать. В рюкзаках достаточно пищи в полуфабрикатах.

За пределами пещер лето, которое поможет нам в пути быть сытым и запасаться продуктами в длительных переходах сквозь эти горы. Лишь бы не было в пути несчастного случая и наше крепкое здоровье нас подвело.

Когда мы уже стали терять надежду на выход из горного лабиринта в очередной большой пещере, вдруг, почувствовал большой приток воздуха и ускорил свой шаг в том направлении. Нам понадобилось несколько часов перехода, прежде чем мы вышли из лабиринта горной пещеры в пространство между гор с поляной сочной травы, над которой было звёздное небо.

Мы не видели давно солнце и звезды. У нас не было сил, даже на восторг, который должен был нас захлестнуть от долгожданной встречи с живой природой. Мы только выползли из пещеры на середину поляны.

Свалились спать под открытым небом. Мы были так уверены в своей безопасности, что даже не выставили свою охрану.

Да и кого нам было выставлять? Ведь мы все были на ровне одинаково уставшие. Нам нужен был покой, от которого мы могли набраться силы в дорогу.

Никто из нас не знал, сколько мы проспали часов или суток, так как наши часы давно уже не подавали признаков жизни по неизвестным нам причинам.

Поэтому, когда мы устали спать и наши бока стали болеть, как у стариков от пролежней, мы поднялись на ноги и стали любоваться живой природой, по которой соскучились словно малые дети по молоку своей матери.

Мы с наслаждением вдыхали запах альпийских лугов и пили из горного ручья кристально-чистую воду. Над нами было чистое небо и яркое летнее солнце согревало нас.

Наш отряд находился на краю зелено-фиолетовой поляны с маленькими фиолетовыми цветочками и небольшими охапками залежавшегося снега. Рядом нет ни одного кустика и никаких признаков животного мира. Дальше в долине только туман, который полностью закрывал панораму этой долины.

Мы не могли даже представить, куда нам идти. Ведь впереди нас не было никакого ориентира для направления нашей группы.

- Куда дальше? - поинтересовался Никифоров Сергей. - Теперь сами не знаем, куда выбрались из бесконечных пещер.

- Надо переждать. Пока туман рассеется. - предложила Касымова Зухра. - Тогда мы поймём. Куда нам дальше идти.

- Зачем нам ждать, когда рассеется туман. - вступил в наш разговор Гиясов Морис. - Ведь мы снабжены все приборами навигации на любой местности земного шара. Нам только надо определить место пребывания.

Гиясов Морис тут же распаковал свой рюкзак и достал из него необходимые приборы. Достал из своего рюкзака планшет с картами и положил карты на спальный мешок, который постелил Никифоров Сергей. Вся группа тут же склонилась над навигационными приборами и над географическими картами этой местности.

- Мы вышли из этого места. - показал пальцем на карте Алишеров Хамид. - На стыке границ четырёх стран. У подножья гор Каракорума. Дальше мы вошли в пещеры. Сколько бы мы там не были. Мы не могли пройти под вершинами Каракорума. Выходит, что мы находимся где-то здесь у высоты Disteghil. Как жалко, что на этой английской карте нет долготы и широты. Наши русские карты тоже не подходят к точному определению места нашего нахождения. Придется нам как-то самим определять путь своего продвижения в горах к дому.

- Нам можно без карты пройти к Памиру. - сказал Никифоров Сергей. Достаточно иметь только компас и дальше двигаться на северо-запад. Иногда поглядывать на наши карты. Никогда не ошибёшься в пути к дому.

- Согласен с таким предложением. - поддержал, инициативу Сергея. - Только идти будем через долины и расщелины в горах. Высоты будем переходить лишь в тех случаях. Если расщелина нам будет не по пути. Даже в этом случае будем искать самый лёгкий путь. Мы тут не для покорения горных вершин. Главное, добраться всем живыми и невредимыми. Спешить не будем. У нас впереди ещё целое лето.

- Питаться только тем, что под ногами и на кустах. - добавил Гиясов Морис. - Сухой паек на крайний случай.

- Откуда известно, что здесь можно кушать, а что нет? - спросила Мулукандова Сара. - Мы ведь не знаем.

- Ты внимательно следи за природой. - подсказала Баратова Матлюба. - Животные не кушают что попало.

Мы долго обсуждали по географической карте наш переход в этих горах. Затем взял красный фломастер и отметил по географической карте путь нашего движения в горном массиве Кара-корума на территории Индии.

Конечно, это был не путь по трассе где-то в середине европейских стран. Выбирать нам было нечего.

Впереди нас ожидали многочисленные пещеры, ущелья и долины. Но больше всего на нашем пути было заснеженных вершин. Нам предстояло из археологов превратиться в альпинистов и покорять хотя бы не вершины, а снежные перевалы между этими бесконечными вершинами горных массивов Каракорума, Гиндукуша и Памира. Только через все эти заснеженные горы мы должны прийти к себе домой и познать свою меру.

Тем временем туман опустился в долину, и мы были поражены ещё больше тем, что увидели перед собой впереди. Куда нам сейчас вниз предстояло спускаться. Прямо перед нами была долина, в основном густо поросшая хвойным лесом. Словно мы оказались в русской тайге. Дальше за лесом обратно туман и ничего не видно. Вокруг нас в горах нет никого, кроме нашей группы.

У нас над головами ярко светит летнее солнце. Солнечный зайчик от зеркальца напомнил мне, что нам следует двигаться дальше. Сказал своим однокурсникам, что пора нам в дорогу. Мы набрали в свои флаги воды из ручья.

Девушки заполнили все термоса горячим чаем, который сварили на спиртовых горелках. Всей группой перекусили немного и в прежнем порядке медленно двинулись вниз строго на северо-запад. День был только в самом начале своего пути, и мы сегодня могли пройти свободно пару десятков пути.

К тому же, что двигаться нам нужно было постоянно только вниз. Это значительно легче, чем движение в пещере и, тем более легче, чем движение в горных местах.

За целый день нашего продвижения по лесу мы питались ягодами, которые нам были знакомы и которыми питались местные жители дикой природы. В нескольких местах пришлось разорить птичьи гнезда и полакомиться яичками неизвестных нам птиц, которые при виде нас ещё издали быстро покинули свои гнезда.

Мы извинились перед природой, что потревожили её покой. Тут же выпили сырые яички, которые полезны всем. День подходил к концу. Мы поняли, что в таком месте нам не найти пещеру. Разбивать палатку в густом лесу тоже опасно. Нам неизвестно какие звери и змеи проживают в этой дикой природе. Поэтому нужно было как-то расположится в густых кронах деревьев.

Там нас никто не достанет и заранее можно было обнаружить опасность. Только для этого надо предпринять все допустимые методы предосторожность проживания.

Мы долго искали подходящее дерево, на котором нам можно было подготовить себе место для ночлега. Когда наконец-то нашли, то тут же принялись сооружать себе нечто шалаша на вершине пяти метров от земли.

Вполне естественно, что в устройстве на ночлег нам помог опыт детства. Когда большинство из сооружали себе шалаши для проживания где-то в горах Средней Азии и Кавказа, а то и просто у себя во дворе.

Закрепившись хорошо на дереве для ночлега, мы распределили своё дежурство на ночь. В виду того, что у нас не было рабочих часов, то было решено дежурить на интуицию.

У кого какая интуиция никто не знал. Тогда решили дежурить на совесть. То есть, дежурят двое. Когда один засыпает, то другой толкает его, чтобы тот ни спал. Так до тех пор, пока есть совесть и терпение. Когда уже нет никакой мочи, то будят следующую пару. В любом случае, при первой зарнице будят меня, как руководителя группы.

Отдохнувший за ночь, дежурю и пред рассветом готовлю лёгкий завтрак для всей группы. С восходом солнца движемся дальше.

Несмотря на нашу совесть, интуицию и терпение, мы позорно проспали до тех пор, пока птицы и лесные звери своими криками окончательно разбудили нас. Конечно, нам всем было стыдно друг перед другом. Но что тут поделаешь. Видимо длительный переход в пещерах окончательно выбил нас из колеи обычной жизни на земле.

Ведь в пещере мы ложились спать тогда, когда не было мочи передвигаться. Вставали тогда, когда не было мочи спать.

Устраивали завтрак, обед и ужин только по зову нашего желудка. В любое удобное для нас время, которого у нас фактически не было. Ведь мы жили не во времени, а в пространстве пещеры, которой неизвестно понятие "время".

Там нет небесных светил, а значить нет никакого времени. Все так же как в загробном мире. Где время остановилось для всех живых и осталось лишь пространство для останков животного мира. Получается, что мы были на том свете и совершенно не знаем, сколько тут времени прошло на земле без нас.

Может быть, уже прошла целая вечность и мы вернёмся домой в совершенно другое время измерения жизни. Где все давно изменилось и только мы остались прежними, как-то время, которое осталось в нас. Возможно, что по этой причине у нас на руках остановились сами по себе все часы, чтобы таким образом показать нам то время, которое мы утратили безвозвратно.

Ведь мы даже не знаем, сколько нам сейчас лет и дней прожитой и настоящей жизни. Может быть, мы уже давно старики или вообще не существуем? В полнее возможно, что это лишь наша душа прежней или настоящей жизни осталась в нашей телесной оболочке. Все остальное в промежутке прошлого и настоящего безвозвратно утрачено в лабиринтах пещеры.

Видимо, что вся наша группа была погружена в такое раздумье. Целый день мы передвигались в тумане среди огромного и, казалось бы, бесконечного леса. Для того, чтобы не заблудиться и не потеряться друг от друга, мы были закреплены между собой карабинами с верёвкой на расстоянии пяти метров.

Когда кому-то было нужно оправиться, то тот по своей естественной нужде предупреждал нас тройным подёргиванием верёвки и таким же образом напоминал нам об новом продвижении нашей группы вперёд к намеченной цели. Обратно мы целый день провели в лесу. Когда сквозь постоянный лесной туман мы увидели склон горы, то мы решили не повторять ошибки прошедшей ночи и прибавили свой шаг.

Нам хотелось побыстрее найти пещеру, где мы могли бы хорошо выспаться у костра и также хорошо подежурить.

Ведь у костра и у пещеры можно ходить, когда тебя клонит ко сну и таким образом добросовестно дежурить выделенное тебе время.

- Сегодня первый буду дежурить с Гиясовым Морисом. - сказал, когда мы стали располагаться в пещере. - Затем нас сменят Никифоров Сергей и Алишеров Хамид. Дамы пускай отдыхают. Последняя пара дежурства разбудит наших дам перед рассветом, чтобы они смогли починить нам изодранную в лесу одежду.

Никто не стал со мной спорить. Мы действительно сильно ободрались за два дня прохождения через заросли леса. Если не следить за починкой одежды в пути, то к дому мы вернёмся в одних клочьях грязных тряпок.

Поэтому, нам нужно было иногда ремонтировать свою одежду. Хотя бы тут после такого изнурительного перехода через густой лес, какой был у нас в течении последних двух дней. Мы ещё не знаем, что дальше.

Костер вначале развели внутри пещеры, как положено в подобных путешествиях. Таким образом мы избавились от насекомых и высушили землю с камнями от влаги. Затем развели новый костёр у входа в пещеру, чтобы пламя костра отпугивала от нас как насекомых, так и других опасных животных для человека.

Девушек положили спать по центру пещеры, чтобы они случайно не проснулись во время смены дежурства. Как только все улеглись спать, так мы с Гиясовым Морисом стали дежурить по очереди у костра.

В то время, как один из нас дежурит, подкладывая дрова в костёр, то другой ходит вблизи пещеры и с фонариком в руках собирает сухие палочки для костра.

Чтобы никто из дежурных не пострадал в стороне от костра, то мы договорились, что один собирает сухие веточки с левой стороны на расстоянии десяти метров. В то время, как другому достаётся отведённая площадь с правой стороны. Оба дали слово, что дальше указанного расстояния никто не имеет право уходить, чтобы не подвергать себя и товарища опасности в этих местах.

Наши опасения оказались своевременны. Как только вечерние сумерки слегка накрыли темным одеялом ущелье, так сразу вблизи пещеры появилась огромная дикая кошка. Размером почти с уссурийского тигра. Но это был не тигр.

Мы затруднялись определить вид этой огромной кошки. У нее было хорошее маскировочное покрытие шерстью под цвет местной глинистой почвы. Коричневые и черные пятна на всём серо-белом фоне шкуры, хорошо скрывали эту кошку среди пятнистой коры огромных деревьев и глинистой почвы возле темно-коричневых камней пещеры. Если бы эта огромная кошка нахально не появилась так близко от нас, то мы не смогли бы её вообще заметить.

Возможно, что это был индийский леопард или пума с такой окраской. Но мы сейчас находимся далеко в горах Каракорума. Откуда тут быть пуме или леопарду? Такие кошки любят тепло и в горы не полезут. Тогда, возможно, это снежный барс с такой неожиданной окраской. Так сама природа распорядилась, чтобы этот снежный бар имел окраску под цвет местной почвы и растительности.

Ведь тут нет серых скал и белого снега, под которые снежному барсу нужно иметь другую окраску.

Вероятно, эта пещера была лежбищем снежного барса с такой странной окраской шерсти, а тут мы появились со своим отдыхом на ночь. Снежный барс был уверен в своём превосходстве перед нами и жилище было его частной собственность. Вот только огонь костра отпугивал его. Снежный барс стал крутиться вокруг нашей пещеры.

Видимо он ждал, когда пламя костра потеряет свою силу и тогда ему ничего не стоит напасть на нас. Ведь снежному барсу не нужен ночью свет, так как он прекрасно видит ночью и поэтому называется ночным охотником. Наш костёр ему был помехой для нападения на нас. Тут ещё дров у нас мало. Нам надо было принимать какие-то меры по отношению нашего конкурента по месту жительства.

Но у нас не было никакого оружия. Даже шумовых аппаратов вроде радио или магнитолы не было у нас с собой. Так получилось, что в век бурного развития современного прогресса мы оказались совершенно беспомощны перед угрозой со стороны дикой природы. Костер наш стал слабо гореть. Снежному барсу только этого и надо было.

Будить своих друзей нам тоже не хотелось они и так вымотались за целый день перехода через огромный лес. Нужно было дать им отдохнуть хотя бы половину ночи. Там общими усилиями до утра будем отпугивать непрошенного гостя. Хотя скорее всего это мы не прошенные гости у этого дикого красавца с гор.

- Надо фонариком его попугать. - догадался Гиясов Морис. - Свет фонарика для него тоже является огнём.

Мы стали усиленно размахивать лучами фонариков и светить в сторону снежного барса. Хозяин этих мест сразу отпрянул от нас и тут же спрятался в расщелину между огромных камней. Мы воспользовались этим моментом и притащили к пещере несколько сухих веток, которые валялись вблизи нашей пещеры.

В это самое время снежный барс украдкой поглядывал в сторону нас из-за огромной скалы. Но у него не было никаких шансов напасть на нас оттуда. Мы были ближе к своему костру, который был грозным оружием этой кошке.

Мы использовали такой шанс, случайно подаренный нам природой и уже через пару минут у нас было столько сухих веток и небольших стволов деревьев, что мы спокойно могли поддерживать большой огонь.

Когда первая полоса солнечного света появилась из-за снеженных вершин гор, то мы поняли, что выиграли свою битву перед снежным барсом.

Но вот только время на отдых совсем потеряли. Мы с Морисом так и не решились поднять на дежурство своих друзей. Нам оставалось только чуть-чуть подремать, пока девушки будут ремонтировать порванную одежду группы.

Мы тут же разбудили весь отряд и ничего не говоря им за ночного хозяина этих мест, оба сразу попадали спать в середину пещеры рядом с уже потухшим костром. Видимо у меня и у Гиясова Мориса был такой вид от бессонной ночи, что нам никто из группы ни стал задавать никаких вопросов.

Мы сами тоже не хотели посвящать своих друзей в события прошедшей ночи. Ни дай бог кто-то из группы запаникует. Тогда в нашем вынужденном походе сквозь эти горы начнётся проблема передвижения в опасных местах. Пока в группе все спокойно, мы сможем передвигаться уверенно всюду.

- Хватит вам валяться! - услышал голос Никифорова Сергея. - Нам давно пора двигаться дальше в горы.

Открыл глаза и увидел, что за пещерой давно наступил солнечный день. Веся наша группа в сборе и в хорошем настроении. От алюминиевого котелка вместе с паром исходит ароматный запах каких-то ягод. Наверно это наши дамы постарались к нашему подъёму и сварили какой-то живительный отвар из местных ягод.

Гиясов Морис оказался проворнее меня и уже крутиться возле котелка с ароматным напитком из ягод.

- Вы что это нас не разбудили ночью на дежурство? - поинтересовался Алишеров Хамид. - Сами проспали?

- Нет! Мы ни спали. - ответил Гиясов Морис. - Ведь у нас нет рабочих часов. Вот мы и продежурили почти до самого утра. Когда заметили, что скоро рассвет будет, то поняли, что будить вас нужно уже всей группой.

- Следующую ночь ваша очередь дежурить первыми. - напомнил. - Лишь вы наших ошибок не повторяйте. Все должны равномерно дежурить ночью и хорошо отдыхать. Нет никакой необходимости измываться над своим организмом. Мы должны равномерно соблюдать свою энергию на передвижение каждый день к дому.

Подкрепившись лёгким завтраком и ароматным напитком, которые приготовили нам девушки. Мы поблагодарили девчат за приятное угощение и за ремонт одежды. Затем уложили все в свои рюкзаки и медленно стали подниматься на гребень зелёной вершины подальше от леса, который нам надоел за эти два дня.

Надо было наверху хорошо осмотреться. Определить своё дальнейшее передвижение строго на северо-запад.

- Вот это да! - громко, воскликнул Никифоров, когда первым взобрался на вершину зелёной горы.

Мы все быстро стали подниматься на эту вершину и обомлели, когда перед собой увидели целую страну горных вершин. Каждый из нас когда-то хоть раз бывал в горах. не могу сказать, кто точно был больше, а кто-то меньше в горах. Но точно могу сказать, что такой массы вершин ещё никто из нас перед собой не видел.

Впереди нас по всему горизонту были многочисленные остроконечные вершины гор, покрытые снегом.

- Ты правду сказал, раис, когда мы шли сюда, - напомнил мне, Никифоров Сергей, - что никто из четырёх государств не охраняет здесь свою границу. Нет среди людей дураков, чтобы пытаться нарушить эти горы.

- Только такие, как мы, могут решиться на такой необдуманный шаг. - подсказал Алишеров Хамид. - Лишь сам бог может подсказать нам, куда мы тут будем двигаться. Ведь никто из нас ни-когда не был альпинистом.

- Чего это вы раскисли? - строго, сказал Гиясов Морис. - Любой альпинист может позавидовать нашему снаряжению для передвижения в этих горах. У нас есть небольшие лыжи и скобы для ходьбы в горной обуви...

Ни стал выслушивать нотации Гиясова Мориса. Раскрыл планшет с географическими картами и посмотрел на местность. Пытаясь определить место нашего нахождения в этих горах, которые надо нам пересечь.

Затем на географической карте наметил красным фломастером предполагаемый нами дальнейший путь.

Зелёная вершина, покрытая мелкой травой, где стояла наша группа, поворачивала на запад и дальше на юг. Туда нам не нужно. Тоже самое с лесом, из которого мы только что выбрались. Так что надо двигаться строго на северо-запад, как мы определили своё передвижение сразу от вершин горного массива Каракорум.

- Так это же Гиндукуш! - воскликнул. - Посмотрите на карту. Мы с вами прошли уже половину пути к своему дому.

Вся группа стала радостно визжать и прыгать. Словно только что покорили вершину или пришли домой. До полной радости было ещё далеко, но то что мы целыми и невредимыми прошли такое большое расстояние сквозь пещеры, расщелины в горах и лесные массивы, это для группы все же была большая победа.

Теперь нам предстояло себя показать в горах со снежными вершинами, которые, как китайская стена, лежали у наших ног. Нам нужно было тут определить самый лёгкий путь через громадные гряды вершин Гиндукуша.

Мы по карте наметили наш путь к горному перевалу, который находился между двух горных вершин, покрытых огромными белыми шапками снега.

Там, далеко на перевале, сверкал зайчик нашей надежды на спасение в этих горах. После жестоких испытаний на прочность в каменных лабиринтах горных пещер, этот переход через горный перевал нам казался прогулкой. Мы так легко и свободно двигались вперёд, что даже не задумывались о том, какие трудности ожидают нас впереди в очень длинном переходе к дому через горы.

За пару часов перехода вниз со склона вершины покрытой зелёной травой, мы подошли вплотную к снежному перевалу. Подниматься на перевал во второй части дня не было смысла. Так как ночь нас могла застигнуть на половине пути среди снега. Вполне понятно, что температура воздуха там далеко ни летнее. Резкий перепад температуры мог плохо отразиться на нашем организме.

Нам нужно было адаптироваться перед подъёмом на горный перевал. Поэтому мы решили хорошо отдохнуть среди цветов альпийских лугов. Девушки принялись собирать какие-то ягоды, которые с огромным удовольствием склёвывали многочисленные птахи. Тут же было множество гнёзд с кладками яиц.

Мы решили не наносить огромный урон местным птахам. Взяли себе из каждого встречного гнезда по одному яичку. В гнёздах было по три-четыре яйца.

Таким образом, все гнезда были целы и "грабители" вроде нас вполне сыты. Нам даже не нужно было готовить себе обед и ужин. Всю вторую половину дня мы занимались объеданием растительности на поляне.

- Хватит вам обжорством заниматься. - громко, сказал, своим товарищам. - Пора нам подумать о своём ночлеге.

Свою палатку для ночлега, мы решили разбить на самой середине альпийского луга. Отсюда далеко до опасных мест, которые могут достать снежные лавины, оползни, селевые потоки и обвалы скальной породы.

Мало ли что может произойти на этих альпийских лугах в самой середине котловины между разломом горных массивов Каракорум и Гиндукуш.

Сюда вряд ли спуститься снежный барс, который стерёг нас всю ночь. Альпийский луг ни его стихия. Мы уступили ему место в пещере. Медведи в этих местах не живут. Снежный человек, которым является мой друг Миша, он нам не опасен. Скорее он будет нас охранять от других.

За час нашей возни с палаткой мы создали себе такое уютное место ночлега, что нам мог позавидовать любой путешественник и альпинист.

Мы постелили внутри палатки на траву все свои спальные мешки и плащи-палатки. Под голову положили рюкзаки.

Впервые за время нашего путешествия решили раздеться до нижнего белья, чтобы наше тело смогло отдохнуть от одежды и освободиться от дурного запаха, который накопился у нас под одеждой от испарения, исходящего через поры нашей кожи.

Мы уже давно не стеснялись друг друга. Но все-таки мы были интеллигентными людьми и поэтому не могли допустить неприличия друг перед другом. Мы разделили нашу палатку лыжами ровно по середине и головами легли к той перегородки.

- Извините, девчата, но слегка приоткрою палатку. - сказал Гиясов Морис. - Иначе мы задохнёмся от собственного запаха, который сейчас исходит от нас. Как только запах улетучиться, то прикрою палатку вновь.

- Конечно, открой. - согласилась за всех, Мулукандова Сара. - Но это нас не спасёт. Нам нужно помыться в ближайшем водоёме, который встретиться нам на пути. Иначе, мы тут просто сгниём сами от своего запаха.

- Зачем нам водоём? - удивленно, спросил Никифоров Сергей. - Вокруг столько много снега, что хоть плавай в нем. Завтра, рано утром выберемся из палатки и снегом хорошо ототрём друг друга от этой грязи и запаха.

- Хватит болтать! - прервал, разговор товарищей. - Надо хорошо выспаться и до рассвета начать поход в сторону нового перевала.

Все сразу послушались меня и прекратили свою болтовню. Минут через десять весь плохой запах исходящий от нас удалился из палатки. Гиясов Морис обратно поднялся и застегнул изнутри на молнию вход в нашу палатку.

Затем все опять стихло, и мы медленно стали засыпать. Этот вечер был такой спокойный и благоприятный, что уже ничто не могло нас потревожить наш сон. Над палаткой, как ночной сторож, светила полная луна. Палатка плотно прикрыта со всех сторон. Сюда никто не сможет проникнуть незаметно. Что же касается снежного барса, то он далеко за перевалом в девственном лесу между гор, и мы тут ему не нужны.

- Там кто-то есть у нашей палатки. - сквозь сон, услышал, голос Баратовой Матлюбы. - Большая тень человека была рядом.

- Успокойся! - шёпотом, сказал. - Здесь за сотни километров нет ни одной души. Тебе просто показалось со сна.

Баратова Матлюба успокоилась. Но мне было уже не до сна. Знал, что Баратова Матлюба не ошиблась. Мой друг Миша мог из-за любопытства иметь такую неосторожность и появиться рядом с нашей палаткой. Надо было как-то сказать ему об этом. Чтобы он своим видом до смерти не перепугал моих товарищей.

Но как могу поговорить с Мишей? Ведь он не имеет возможности разговаривать, а не могу общаться с ним разумом, как это делают в племени людей-птиц. Придется его просто спугнуть от нашей палатки и только.

Однако, как это сделать? Подам из палатки какой-то звук. Тогда разбужу всю свою группу. Если выбраться мне из палатки, то могу получить по голове.

Ведь точно не знаю, кто шляется ночью возле нашей палатки. Долго раздумывал над своим решением. Но когда с моей стороны над палаткой от луны мелькнула огромная мохнатая тень, то понял, что надо идти на риск. Ведь если мне суждено погибнуть, то погибну все равно. Так хотя бы спасу своих товарищей или погибну первым в борьбе за жизнь своих товарищей, как герой.

- Ты куда это среди ночи лезешь? - тихо спросил меня Гиясов Морис. - Ты людям мешаешь хорошо спать до утра.

- Приспичило! - чуть громче, ответил, чтобы нас услышал тот, кто у палатки крутится. - Вода бросать буду. Успокойся и спи.

Гиясов Морис повернулся на бок и обратно продолжил спать. С шумом расстегнул вход в палатку и под сонное бурчание своих товарищей выбрался наружу. Тут же оглянулся вокруг палатки и увидел в дали большую фигуру убегающего человека. Даже издали по фигуре было видно, что это необычный человек, а гигант с тяжёлой походкой.

Так мог передвигаться мой волосатый друг Миша, настоящий медведь или, возможно, что самый настоящий снежный человек (каптар, йети, кара бобо), как ещё его там называю в народе. Долго стоял возле палатки, пока убегающий человек или хищник исчез с моего поля зрения. Затем мне пришлось сделать то, что сказал Гиясову Морису.

На всякий случай мысленно поблагодарил луну за её помощь. После поёжился от прохладного ветерка, тихо скользнувшего от снежной вершины к нашим ногам. После чего осторожно протиснулся в нашу палатку. Беззвучно закрыл молнию на входе и тихо лёг спать.

Едва солнечный свет проник сквозь полотно палатки, как тут же мы стали просыпаться. Приказал парням быстро выбираться в одних плавках из палаток и бежать к ближайшему снегу оттирать от себя накопившиеся запах и грязь на теле.

Как этого вчера вечером хотел Никифоров Сергей. Девушки в это время на другой стороне альпийского луга тёрли друг друга снегом. Над альпийским лугом поднялся такой визг и крик от нашей группы, что если рядом с нашей палаткой был какой-то хищник или снежный человек, то он от страха надолго скрылся от нас.

Теперь мы могли спокойно собираться и двигаться дальше через горный перевал. После принятия снежных ванн мы немного позавтракали тем, что нам дала природа здесь на альпийском лугу.

Затем собрали в рюкзаки все свои вещи и цепочкой медленно двинулись к намеченному перевалу над которым поблёскивало зеркальце моей дочери в руках моего волосатого друга Миши. Наверно он ночью получил хороший урок от меня и поэтому сейчас видел лишь солнечный зайчик от зеркальца моей дочери.

На подходе к вершине перевала между гор резко изменилась погода. Жаркое лето на полянке с альпийской растительностью давно закончилось.

Нас встретил холодный колючий ветер. Пришлось нам переодеваться в альпинистское снаряжение, которое находилось в наших рюкзаках. Это только частично можно было назвать переодеванием.

Мы лишь лёгкую обувь сменили на тяжёлые ботинки с железными шипами, а тёплую одежду одели сверху лёгкой одежды, в которой мы шли с самого каменного котла от храма с могильниками первых про родителей племени людей-птиц. В такой одежде нам было тепло, но уже тяжело двигаться.

- По снегу лучше будет передвигаться на лыжах. - сказал, парням и девушкам. - Наши лыжи как раз приспособлены к передвижению по склонам горы со снежным покрытием и по глубокому снегу в самой долине.

Мы осторожно ступили на ледник, расположенный на горном перевале между двух заснеженных вершин. Снег и лёд хрустели под нашими ботинками с шипами. Чтобы не потерять друг друга в снежном вихре, поднявшемся вокруг нас, мы закрепились стропами с карабинами за пояс друг друга через каждые два метра.

В такой связке медленно пошли через огромный ледник ведущий нас до конца перевала. Дальше были лишь горы. Мы, конечно, рассчитывали пройти перевал до наступления ночи. Но плохая погода тут все испортила. По леднику было опасно идти, так как мог пройти снежный обвал и нас легко снесло бы обратно в расщелину гор к той самой альпийской поляны, до которой мы едва бы долетели живыми.

Но в этом переходе со степенью риска было и своё преимущество, так как по снегу и льду было идти легче, чем по скальной породе в расщелине между гор. Поэтому мы шли осторожно, чтобы не вызвать обвал от своих ног и каждый из нас молил своего бога, в которого мы мало верили, чтобы бог спас нас на этом снежном перевале, длины которого мы ещё не знали, так как весь ледник был покрыт сплошной пеленой снежной бури.

Нам нельзя было останавливаться ни на одну минуту, можно было замёрзнуть, так что мы набрались терпение и продолжали двигаться.

Нужно было за светлую часть дня, до ночлега, преодолеть опасный участок на перевале. Но вскоре у нас уже не было сил двигаться дальше. Нам нужно было в стороне от схода лавин найти себе самое уютное место на леднике и заночевать здесь до раннего утра.

К утру погода могла наладится и тогда мы уже точно смогли бы быстро преодолеть этот сложный перевал через горы. Сейчас надо было где-то укрыться от ненастной погоды. Для такой цели мы выбрали небольшую площадку перед отвесной скалой в стороне от схода лавин. Здесь нам ничто не угрожало. Огромная скала была надёжным прикрытием от лавин.

Палатку ставить на открытой площадке не было никакого смысла. Мы стали сапёрными лопатками рыть снег на снежной площадке под скалой.

Первые сантиметры нам поддавались легко. Дальше был пласт вечного снега, который настолько утрамбовался, что нам понадобились огромные усилия, чтобы углубиться на два метра и в диаметре на пять метров.

На такой площадке мы свободно установили свою палатку и сверху засыпали снегом. Нам нужно было перестраховать самих себя, чтобы не погибнуть тут от природной стихии. Палатка была прочно закреплена.

Теперь нам требовалось закрепить свой организм, который уже потерял много калорий на борьбу за сохранение собственной жизни.

Хорошо, что у нас были спиртовые горелки, на которых можно было кипятить воду для чая. Благо, что снега для воды было столько, хоть утопись в снегу.

Мы тут же расселись по кругу в палатке и разожгли спиртовую горелку, которая дала нам ни только горячую воду для чая, но также и тепло. Однако мы ни стали рассчитывать на постоянной тепло от спиртовой горелки.

У нас впереди был ещё ни один переход через такие сложные перевалы. Поэтому мы ни стали долго использовать спиртовую горелку. Просто укутались плотно в то, что у нас было и после этого стали засыпать.

Никто из нас не знал, сколько времени мы проспали на горном перевале в этом снежном плену. Но видимо желудок стал требовать необходимые ему калории. Нам просто сильно захотелось кушать. Но никто из нас не знал, что твориться там за пределами нашей палатки. Ведь во время сна нас полностью занесло снегом. Взял сапёрную лопатку и направился к выходу из палатки.

Вдвоём с Гиясовым Морисом мы с большим трудом расстегнули молнию на входе палатки. Дальше была стена снега. Мне пришлось буквально пробиваться словно кроту сквозь толщину снега. О чём пожалел сразу, как только выбрался из снежного плена. Вокруг нас была настоящая снежная буря. В расщелинах между гор сходила одна за другой снежные лавины.

На месте альпийского луга, где мы провели благоприятную ночь отдыха, было сплошное поле снега. Всюду белый снег и ужасно сильный ветер. Не видно ни ближайших горных вершин, ни солнечного диска.

Лишь по свету за пределами нашей палатки так можно было определить, что сейчас день в полном разгаре.

- Так думаю, что нам придётся быть в снежном плену ещё одну ночь. - сказал, вернувшись в палатку. - Так что готовьтесь к отдыху на сутки.

- В таком кайфе мы можем и больше задержаться под снегом. - воскликнул Никифоров Сергей. - Сейчас заснём на пару месяцев, как медведи в русской тайге. Лапы у нас жирные, так можно их долго сосать во сне.

- Ну, у тебя шуточки какие-то не уместные. - сказала Касымова Зухра. - Ты лучше бы свои кало-рии берег. Они тебе пригодятся в дальнейшем.

- Хватит вам пререкаться. - одёрнул, своих товарищей. - Лучше мы сейчас пророем себе в снегу место для сортира. Девушкам слева, а парням справа. Не оправляться же нам под себя. Так мы погибнем от запаха собственного дерьма. Никифоров Сергей и Алишеров Хамид роют сортир для дам. Мы с Гиясовым Морисом роем сортир для парней. Только не увлекайтесь объёмами сортира. Может вас дальше снести снегом.

Мы тут же разбрелись по своим рабочим местам. Конечно, рыть мы ничего ни стали. Просто своими телами утрамбовывали снег по обе стороны. Падали на снег то влево, то вправо. Постепенно возле палатки получилась площадка под снегом размером как наша палатка. Естественно, что мы тут же оправились по очереди, уступая первенство дамам.

Затем мы как животные присыпали снегом то, что осталось там после нас. Под снегом мы провели никем не определённое время.

Только когда над нами стала мёртвая тишина, то как руководитель группы решил рискнуть и выбраться наружу. Товарищи тут же серьёзно и в шутку перекрестили меня перед рискованной вылазкой.

Взял в руки сапёрную лопатку и осторожно двинулся к выходу. Мне понадобилось некоторое усилие, чтобы пробиться наружу из снежного плена.

Сказал бы из ледяного плена. Так как за время нашего проживания под снегом от нашего дыхания и от спиртовой горелки снег вокруг нас подтаял. Вокруг образовалась ледяная корка, прикрытая толщей плотного снега, через который пробивал дорогу к нашей свободе из снежного плена.

На это ушло у меня, примерно, время минут двадцать. Когда высунул голову из-под снега, то сразу обалдел от красоты, которая окружала все снежное пространство. Над моей головой светила полная луна.

Дальше в небе миллиарды звёзд, сверкающих бриллиантами. Вокруг меня снег, который переливается под лунным светом миллиардами алмазных крупиц.

Всюду такая тишина, что даже слышно, как снежинки скатываются с моей головы. Рядом нет ничего живого вокруг.

- Нам надо прямо сейчас покорять вершину горного перевала. - уверенно, сказал товарищам, когда вернулся обратно в палатку. - Такого случая у нас уже может не быть. Так что дружно все начинаем наши сборы.

Никто из группы не проронил ни слова. Все понимали, что лишняя болтовня и шутки сейчас неуместны. Нам надо было в темпе вытащить все свои вещи из палатки. Затем очистить палатку вокруг и только после этого разобрать все наше жилище на снежной площадке. По-другому палатку снять никак нельзя.

Так как за длительное время нашего проживания под снегом вокруг образовалось место вроде пещеры или медвежьей берлоги. Поэтому нам пришлось усиленно работа руками и ногами. Ведь погода могла быстро измениться.

Как только все было готово, мы обратно закрепились в единой связке через каждые два метра и медленно пошли в сторону горного перевала.

Нам надо было до рассвета выбраться наверх и там определить наше дальнейшее продвижение. Никто из нас не знал, что там за горным перевалом. Опять снежные вершины или долины, поросшие густым не проходимым лесом.

Любой пейзаж нам нужно было принять на своё покорение. Мы знали, что никто не в силах облегчить нам путь к дому. Такая у нас сейчас мера нашей жизни. Другого не будет. Рассвет ещё не успел обрадовать нас своим приходом, как мы были огорчены тем, что увидели за горным перевалом.

Дальше внизу за небольшим спуском по склону покрытому мелкой растительностью, нас ждало огромное снежное плато, которое мы не смогли бы преодолеть за два дня. Нам предстояло спускаться туда.

Но мы не желали задерживаться на этом горном заснеженном плато. Мы лишь немного передохнули и тут же стали на свои широкие лыжи. Верёвочная страховка нам только мешала в данной ситуации.

Поэтому мы отстегнулись друг от друга и дальше каждый самостоятельно стал передвигаться по небольшому склону горы вниз на снежное плато в самой середине горных вершин.

Нам надо было как можно дальше пройти по этой снежной площадке в несколько десятков километров. Это нас даже вполне устраивало.

Не нужно карабкаться куда-то то на снежные перевалы или продираться сквозь заросли леса. Здесь движение только вперёд. За день мы преодолели большую часть снежного плато между горных вершин.

Когда солнце направилось к закату, то мы стали разбивать свой лагерь для ночлега прямо сверху на снежном плато. Тут нам любая погода не была страшна. Со всех сторон нас прикрывали снежные вершины Гиндукуша.

Если даже начнётся пурга, то ей некуда будет нас унести. Так как снежное плато находилось в долине между огромных вершин. Ночь на снежном плато среди горных вершин прошло относительно спокойно.

Лишь среди ночи слегка дул холодный ветер, который никак не мог нам навредить в хорошо упакованной палатке. Мы даже не обратили никакого внимания на этот случайно заблудившийся ветер. В эту ночь мы все прекрасно выспались и бодрые были готовы двигаться дальше вперёд к своему дому.

Дорогу к которому нельзя измерить временем и расстоянием. Дорога всегда неизмеримо длина в любом измерение, временем и расстоянием нашего пути. Конечно, мы не рассчитывали на совершенно лёгкий путь своего передвижения по этому снежному плато.

Но когда впереди нас оказался горный перевал, изрезанный кусками льда, то мы сразу представили, как было тяжело полярникам покорять южный и северный полюса Земли.

Нам пришлось тут буквально врезаться в каждую ледяную глыбу. Так как обходить эти глыбы не было смысла. По очереди забивали в расщелины между льдин железные кольца с острыми наконечниками. Цепляли за эти кольца карабины со стропами и медленно продвигались к вершине перевала. Последнему в нашей связке приходилось выбивать кольца с наконечниками из ледяных глыб и подтягиваться по стропам следом за нами. Когда у первого кончались кольца с остроконечниками, то замыкающий нашу группу передавал накопившиеся у него кольца к первому в цепи. Каждая ледяная глыба тянулись влево и вправо на сотни метров. Некоторые из ледяных глыб можно было измерять километрами. Поэтому нам нужно было продвигаться только вперёд через каждую ледяную гряду.

Если бы мы даже не успели до вечера пройти эти ледяные торосы на краю снежного плато среди горных вершин, то спокойно могли заночевать среди льда. Здесь всюду было много удобных площадок нам на отдых.

Когда солнце с опаской поглядывало на свой закат, мы увидели сквозь снежную пургу на леднике, что внизу зеленеет трава с точно такой альпийской лужайкой, как та, на которой мы отдыхали. У нас даже появился страх сомнения, что мы вышли в том направлении и могли заблудиться в снежной пелене.

Но тут увидел еле заметный солнечный зайчик на другой стороне поляны и сразу понял, что мы пришли в нужном нам направлении. Весь перевал остался за нами. Мы преодолели ещё один сложный переход через горы к нашему общему дому.

Тут же достал из планшета очередную географическую карту, чтобы на ней красным фломастером наметить приблизительное место нашего нахождения и указать дальнейший путь через эти горы.

Теперь нам нужно было спуститься к альпийскому лугу и найти там новое безопасное место для нашего ночлега в горах, в стороне от расщелины гор. Ведь в этом месте в любое время могла пройти лавина с гор. Об этом нам напоминали своей белизной на зелёной поляне огромные куски льда, как айсберги в синем океане.

У нас не стёрлась с памяти картина урагана на горном перевале, когда некогда зеленый альпийский луг превратился за несколько часов в поле покрытое белым снегом. Ведь там погибли все не рождённые птахи, яички которых мы ни стали собирать себе на пропитание, чтобы таким образом сохранить живую природу.

Однако, сама природа распорядилась иначе с не рождёнными птахами, похоронила их снежным покровом. На зелёную траву альпийского луга мы ступили тогда, когда ночь звёздным шатром окружила нас.

Чтобы не попасть в ловушку снежной лавины, признаки которой присутствовали всюду, мы прошли в другой конец альпийского луга и забрались в боковую пещеру на склоне горы, с которой нам не грозило быть засыпанными снежным обвалом.

Мы ни стали готовить свой завтрак. Лишь выпили с печением горячий чай из своих термосов и вскоре легли спать в глубь пещеры.

Мы обратно не выставили охрану возле своей пещеры, так как были уверены, что кроме нас в этих опасных местах гор, больше нигде нет ни единой человеческой души. Опасения наши насчёт снежной лавины оказалось не были напрасны. Проснулись мы ещё до утра от сильного грохота в горах.

Когда грохот под раннее утро утих, то мы выглянули из пещеры и не увидели зелёный альпийской поляны. Всюду лежал взъерошенный снег, который накрыл всю поляну и решил надолго остаться лежать в этих местах огромным бушлатом лавины. Нам обратно предстояло пробиваться по снегу.

- Ну, командир, что теперь будем делать дальше? - нерешительно, спросил Хамид. - Куда идти?

- Нам надо выбираться из этой снежной лавины. - ответил. - Если лавина повториться, то нам тогда никак не выбраться отсюда. Завтракать будем вдали от этого опасного места. Нам надо спешить. Все! Подъем!

Повинуясь моей команде, однокурсники пристегнулись страховкой карабинов за пояса, чтобы не потерять друг друга и стали выбираться следом за мной из снежного завала. Снег был настолько глубокий и рыхлый, что нам приходилось порой утопать по самый пояс в снегу, а иногда и пробиваться сквозь снежные шапки между камней в конце альпийской поляны занесённой полностью снегом. Где мы были в снежном плену, как снежные барсы.

Лишь в конце этого дня, голодные и уставшие, мы выбрались из снежного плена на небольшое, каменное плато.

За которым, находился большой альпийский луг, густо заросший опийным маком. Мне это сразу не понравилось. Уж лучше бы мы остались на горной вершине и по ней обошли эти ужасные места нашего перехода.

Однажды, мне уже приходилось с нарядом милиции и солдат бывать на альпийских лугах Таджикистана, где мы уничтожали посадку индийской конопли и опийного мака. Там не обошлось без перестрелки с хозяевами наркотических полей. Были раненые. Здесь у нас не было никакого оружия. Мы легко могли здесь стать рабами-заложниками хозяев этого наркотического поля.

- Вот это да! Какая красота! - доверчиво, воскликнула Касымова Зухра, когда увидела поляну красного мака. - Так и хочется плести венки из этих красивых цветов.

- Опасная красота. - серьёзно, сказал Никифоров Сергей. - Здесь опийный мак. В этих местах бывал во время службы в армии. Мы пришли в северный Афганистан. На этих полях всюду осталась кровь моих друзей по службе в армии. Нам тут надо быть осторожными, чтобы ни стать заложниками и рабами в этих прекрасных полях.

Никифоров Сергей снял головной убор и встал на одно калено склонив голову перед памятью своих друзей-однополчан.

Мы тоже приклонили колено перед памятью советских солдат, которые безвинно сложили свои головы в этих чужих им краях.

За десять лет войны в Афганистане каждый из нас был причастен к этим событиям, которые совершенно не нужны были нам.

В горах Афганистана погибло много моих знакомых, которые приезжали сюда с мирным грузом. Привозили караваны хлеба афганцам, когда работал художником на автобазе-2937. Сам едва не угодил сопровождающим каравана с хлебом в Афганистан. Чистая случайность спасла меня от неминуемой гибели, когда машины каравана с хлебом, который сопровождал, попали в аварию по пути в Афганистан.

Тогда меня наказали за эту аварию партийным взысканием и не пустили в Афганистан. Затем доказал свою невиновность в этой аварии. С меня сняли партийное взыскание, но в Афганистан к душманам не пустили, к этому времени мои сослуживцы по автобазе уже погибли в Афганистане и больше никто из нашей автобазы не поехал с мирным грузом в Афганистан. Кто отказался, тех посадили в тюрьмы.

- Если мы выберемся из этих мест живыми и невредимыми. - грустно, сказал Никифоров Сергей. - Считайте, что мы с вами родились под счастливой звездой. Здесь всюду есть ловушки на таких доверчивых людей.

- Ты лучше скажи, куда нам идти? - спросил, Никифорова Сергея. - Нужно быстрее смыться с этих мест. Куда нам уйти от этой опасности? - За ночь надо пройти не заметными вокруг этого поля и дальше строго на север. - ответил Никифоров Сергей. - За Ваханским хребтом река Пяндж. Ну, а дальше Памир, откуда мы прибыли. Прямая дорога к нашему дому.