# Подготовка к службе в армии.(S)

Александр Сергеевич Черевков

Пока стоишь ты на ногах, не надо друга отправлять туда, куда тебя отправит враг.

Подготовка к службе в армии.(S)

События, связанные с моим призывом в советскую армию проходили в Беслане, в Северной Осетии. Где жизнь моя была насыщена проблемами и приключениями. Мне вообще везло на разные приключения в местах моего проживания. Может быть, мой темперамент и характер способствовали тому, что со мной происходили самые невероятные приключения. В душе я был романтик, фантазер и путешественник. Меня постоянно тянуло на разные приключения и происшествия.

- Боже мой! Когда повзрослеешь? - интересовалась мама, после очередных моих приключений.

- Лучше всю жизнь быть подростком, чем с детства стариком. - тут же острил я, маме в ответ.

- Возможно ты прав в своих суждения, - задумчиво, рассуждала мама. - Однако мне постоянно приходится беспокоится за тебя во время твоих очередных приключений. Хоть в этом повзрослей.

- Все известные нам открытия совершили фантазеры, романтики и путешественники! - гордо парировал я, в ответ на рассуждения мамы. - Причем это ни я ищу приключения, а они находят меня.

- Пожалуй ты прав, - соглашалась мама с моими выводами. - Вспомни себя за прожитые годы. Не было ни одного года в твоей сознательной жизни, чтобы тебя не сопровождали приключения.

В этом мама была права. Сколько себя помню, постоянно меня сопровождали какие-то приключения, о которых, в большинстве, никто не мог даже подумать, что со мной такое вообще может произойти. Тем более в раннем возрасте, когда я едва научился разумно воспринимать что-то происходящее вокруг меня в природе собственной жизни.

Во время проживания в Гудермесе в три года пошел искать место работы моей мамы. Там меня искали целым городом многочисленные родственники, милиция и друзья нашей семьи. Затем перед поступлением в школу едва не был погребен под развалинами нашего нового дома во время землетрясения в Гудермесе. В этот же год вместе с друзьями искал всякую живность в степи под пузырями разлившийся нефти после прорыва нефтепровода. Там же на речке Белка едва не утонул, когда впервые решил переплыть речку, совершенно не умея плавать.

За пять лет проживания в Избербаше. Приключения повсюду преследовали меня. То меня выбрасывали с лодки в Каспийском море, чтобы научился плавать. То я забирался на самую высокую буровую вышку, чтобы с нее прыгнуть в Каспийское море. То вместе со своими друзьями во время поиска кистеперой рыбы на длительное время заблудился в пещере вблизи Избербаша. То нас едва не задрала черная кавказская медведица, когда детдомовские пацаны притащили к себе в детдом Нового городка маленького медвежонка. Пришлось всем жителям Нового городка прятаться по своим домам, пока медведица освобождала своего малыша из сарая детдома. Тогда за проделки с медведями почему-то досталось больше всего городским пацанам, а не детдомовцам.

Во время проживания нашей семьи на реке Лаба. Тоже были многочисленные приключения во время походов в горы вблизи реки Лаба. С неудачным походом в сторону горного перевала к озеру Рица. Когда в пещере с взрывчаткой погибло половина нашего отряда. Там же в горах во время сбора ягод и грибов, меня застал такой сильный град, после которого в нашем доме не возможно было жить. Тогда чудом остался жив. Так как догадался повесить себе на голову фанеру и таким образом спасся от смертельных ударов градом в голову. Иначе мог погибнуть.

Конечно, не обошлось без приключений во время проживания в Северной Осетии. До службы в армии меня снимали вертолетом с самой высокой трубы в Северной Осетии на заводе "Электроцинк", куда я забрался на спор, чтобы оставить там на память свои инициалы. "Ч.А.С.".

Наш неудачный поход за летучими мышами. Обошелся моим лучшим друзьям шестью годами тюрьмы. Лично у меня неудачный поход за летучими мышами был травмой на душе на всю оставшуюся жизнь. Затем многочисленные походы с приключениями на Столовую гору, в Дарьяльское ущелье и самый таинственный поход совершили в сторону вершины Дых тау, которую так и не по-корили. Но зато мы сделали многие открытия в горах Кавказа пока другим неизвестные.

Вот только с призывом на службу в армию, в Северной Осетии мне сразу не повезло. Вышло так, что дважды военкомами в Беслане были наши родственники. До моей службы в армии был военкомом Николай Иванович Гаврилюк. После моей службы в армии военком Илья Петрович Цалоев. Оба мои дяди по линии моего отца. Мне не повезло с первым военкомом, который ни в какую не хотел меня брать на службу в советскую армию.

- Тебе надо учиться и работать. - говорил мне, военком Гаврилюк. - У тебя бедствуют мама и два брата-близнеца. Ты хотя бы о них подумай. Без тебя им не выжить на одну зарплату...

- Я не виноват в том, что моя мама и отец не могли жить вместе. - возражал я, против военкома. - Мне хочется служить в советской армии, также как служат мои ровесники. Я не хочу, чтобы меня друзья считали больным...

- Пойдешь, служит в армию позже. - оставил свое решение в силе, военком Гаврилюк. - Сейчас тебе надо помочь своей маме окрепнуть материально и пускай твои братья-близнецы пока к учебе в школе привыкнут.

Моя мама была не против того, чтобы я пошел служить в советскую армию. Но и перечить против военкома тоже не хотела. Так как на зарплату в восемьдесят рублей мама не могла кормить себя и двоих сынов, которые только пошли учиться в школу. Одна только одежда на двоих школьников стоила гораздо больше маминой зарплаты в восемьдесят рублей.

Моя зарплата тоже была ни настолько велика, чтобы прокормить и одеть четыре человека в нашей семье. В две зарплаты на четырех человек мы все-таки жили значительно лучше, чем раньше на одну зарплату в четыре человека, когда я учился вначале в средней школе, а затем в строительном училище╧5 города Беслан.

После окончания строительного училища сразу пошел работать плотником на стройку в Орджоникидзе. Тогда на первую зарплату впервые купил себе, братьям и маме самую дешевую одежду. Остальные деньги с первой своей зарплаты отдал своей маме на питание.

Алиментов от отца на своих детей мама не получала. Отец постоянно менял место жительства. Жил в основном, на свою пенсию по инвалидности от войны, чтобы только не платить алименты на своих детей, которых он наплодил по всему Кавказу.

К этому времени мы знали, что от отца есть две девчонки-близнецы, такого возраста как мои братья-близнецы. Сколько наплодил наш отец детей по Кавказу, мы этого не знали. Да и знать не хотели. Отец с пьянкой и с разгулом положил крест на нас, а мы положили крест на нашего отца. Каждый из нас выживал, как только мог.

Два года я не приходил в военкомат проситься на службу в армии. Но когда я понял, что проблемы моей мамы, а также моих братьев-близнецов никогда не кончаться, то собрал свои вещи и отправился в военкомат. Я заявил военкому, что больше домой не пойду, пока меня не заберут на службу в советскую армию. Мне было почти двадцать лет.

- Мне стыдно появляться на улице среди своих друзей. - настырно, заявил я в кабинете военкома. - Так как всех парней, не прошедших службу в армии в народе считают больными или сочками, которые косят под больных, чтобы только им не служить в армии. У меня здоровья достаточно, чтобы служить в советской армии...

- Хорошо! Хорошо! Ты будешь призван на службу в советскую армию. - согласился военком Гаврилюк. - Сейчас я не могу тебя призвать на службу в армию хотя бы по той причине, что весенний призыв уже закончился, а до осеннего призыва тебе далеко. Так что придется ждать до осени.

- Подожду до осеннего призыва, - в ультимативной форме, заявил я, - с осени буду спать в военкомате. Осенью из военкомата у меня одна дорога, это на службу в советскую армию.

- Это будет твое полное право. - смеясь, сказал военком. - Однако кем хочешь служить в армии?

- Меня, конечно, как южного человека, больше привлекает служба возле моря, где пальмы и загорелые девочки. - в шутку ответил я, военкому.

- Пусть будет, по-твоему. - серьезно, сказал военком Гаврилюк. - Будешь служить в армии где море, пальмы и бананы. Насчет девочек ничего не могу обещать, в этом ты сам разберёшься.

Поблагодарив военкома за обещание призвать меня на службу в армию, я радостный пошел домой. С этого дня думал только о подготовке к службе в армии. Мне больше всего хотелось служить в Морфлоте, как мой крестный отец Петр Выприцкий, который после службы на черноморском флоте подарил мне свои тельняшку, матроску и бескозырку, когда я ходил в детский садик. В этой морской форме ходил до самой учебы в средней школе. После хранил морскую форму несколько лет, пока мама не перешила форму на одежду для моих братьев-близнецов.

Все годы говорил с друзьями о службе в Морфлоте. Хорошо готовился служить в военно-морских частях советской армии. Плавать прекрасно в море научился, когда мы жили в городе Избербаш возле Каспийского моря. Теперь больше уделял времени к своей физической подготовке. Все свободное от работы время занимался накачиванием мышц. Подтягивался на турнике. Отжимался от пола. Бегал три километра вдоль железной дороги в сторону Орджоникидзе до поселка, где жила тетя Надя Щепихина, средняя сестра моей мамы. Три километра туда и три километра обратно.

Во дворе у тети Нади и возле нашего дома в Беслане были самодельные штанги для поднятия веса. Эти штанги поднимали я, мои двоюродные братья и друзья, а также мои многочисленные ровесники. Но больше всего свои мышцы накачивал резиновым эспандером, на котором каждый месяц увеличивал число резин. От трех резин экспандера в начале года, к призыву в армии достиг растягивать двенадцати резин. Больше цеплять резины на эспандер было некуда. Но даже эти двенадцать резин не мог растягивать не один из моих ровесников. Зато я растягивал эти все двенадцать резин эспандера свободно в любой позиции за спиной, на груди и от ног тоже.

Так что до призыва на службу в советскую армию был так сильно накачен, что мог свободно служить в любом ряде войск Советского Союза. Отчего у меня появились новые проблемы в военкомате. Когда осенью пришла повестка из военкомата. Во время отборочной медицинской комиссии я получил самый наивысший бал, какой могла дать мне в то время медицинская комиссия.

Вот тут то и начались споры между офицерами, которые прибыли набирать призывников в свои воинские части. Каждый офицер из разных рядов войск хотел к себе призвать меня и моих друзей, которые были также накачены своими мышцами. Нас записывали то в танкисты, то в десантники, то в пограничники. В то время как большинство из нас хотели служить в Морфлоте. Меня едва не направили в ракетные войска куда-то в тайгу на дальний север. Тогда мне пришлось пойти к военкому и напомнить ему, что он обещал мне службу, где будет море, пальмы и бананы.

Военком Гаврилюк сдержал свое слово и своей рукой в моей призывной карточке военкомата написал "южное направление". Я не знал, что такое означает "южное направление". Но в любом случае меня освобождали от службы в армии при сильных морозах, а также от снежных метелей в российской тайге. Моя служба в советской армии на юге была обеспечена. Осталось, только узнать в каких краях буду служить на Юге. Ведь мы сами жили на Юге. Южнее некуда послать.

Наконец-то пришел долгожданный призыв на службу в советскую армию. Нам сказали, что завтра мы должны явиться лысыми со своими вещами в дорогу. В карточке, выданной нам на руки было указано, что мы должны брать с собой в дорогу, а также что нам запрещено брать с собой.

Этот список давно знал наизусть. Так как многократно раз читал его, когда забирали в армию моих друзей. Так что на сборы мне достаточно было несколько минут. В то время как мои друзья по сбору, собирались на призывной пункт до следующего утра. Капались, как черепахи со своими сборами и постоянно бегали за консультацией ко мне, а не в военкомат, как лучше им собраться.

В Советском Союзе призыв на службу в советскую армию считался народным праздником, который отмечали целыми семьями, а иногда даже домами и улицами. Меня и моих друзей столько раз приглашали с вещами на призывной пункт в военкомат, что мы устали отмечать свой призыв за праздничным столом.

- Всё! Хватит провожать нас в армию! - сказал я друзья, когда они в очередной раз собрались организовать наши проводы в армию, - с этими пьянками мы до призыва в армию станем алкашами.

Поэтому в этот раз пришли мы в военкомат вполне трезвые в обычном повседневном виде. Словно нас на сборный пункт военкомата призывают каждый день как на работу. Никто из нашей группы не был пьяным после праздничного стола по случаю проводов в армию. Зато остальные призывники едва держались на своих ногах от пьянки и от бессонной ночи. Буквально валялись на траве возле призывного пункта, в ожидании общего транспорта на погрузку в армию.

К нашему общему удивлению, на призывной пункт военкомата в Беслане приехали не военные автомобили, а обычные городские автобусы. Мы рассчитывали, что нас построят в армейский строй и маршем отправят на вокзал, железнодорожной станции "Беслан". Там погрузят на товарные вагоны и в "телятниках" отправят к пункту назначения на службу в советской армии.

В этот раз нам сказали, что надо сесть заранее определенными группами в местный городской автобус. Оказалось, что вместо товарных вагонов на отправку служить в армии, нас везут автобусами в Орджоникидзе на главный призывной пункт военкомата Северной Осетии. Получилось так, что служба в "южном направлении" была настолько многочисленной, что требовался дополнительный общий призывной пункт сборки допризывников.

Скоро на призывной пункт республиканского военкомата в Орджоникидзе прибыли тысячи парней. Несмотря на то, что нас несколько раз проверяли на предмет возможной пьянки и ни у кого в рюкзаках не было ни одной бутылки водки, алкоголем запахло в первом обеде на главном призывном пункте. К вечеру от безделья и от спиртного мы едва держались на ногах. Очевидно, нас мурыжили специально, чтобы мы выбились из сил и спали всю остальную дорогу до места службы в армии. Так как иначе призывники могли напиться спиртного в дороге до места службы.

- Офицеры специально мурыжат нас, - сделал вывод долговязый допризывник из параллельной группы. - Хотят заранее отучить нас от пьянки и приучить к армейской дисциплине...

- Ничего у них не получится! - пропитым голосом заявил другой призывник из этой группы. - Пока мы не приняли присягу на верность Отечеству никто не может запретить нам пить водку и араку...

- С таким видом ты скорей попадешь на пятнадцать суток, чем на службу в армии, - морщась с отвращением от вида пьяного призывника, сказал Кучиев Руслан. - Таким не место в армии...

- Мне лучше отсидеть на параше, чем служить в армии! - заявил пьяный допризывник.

- Там тебе и место! - повысив голос, возмущенно, сказал Кучиев Руслан. - Ты лучше заткнись!

- Вам осталось подраться, - сказал я Руслану, отводя его в сторону от пьяного призывника. - Тогда вы точно оба получите по пятнадцать суток в медвытрезвителе до службы в армии.

- Офицерам надо нас приморить, а затем ночью трезвыми отправить на службу в армию, - вмешался в разговор Савельев Степан, допризывник из нашей группы. - Так что примиритесь с этим.

Думаю, что частично военным удалось нас приморить. Так что перед посадкой в пассажирские вагоны большинство призывников ничего не хотели, как только спать. Кроме тех, кто жил в Орджоникидзе и в Беслане. Ведь мы прекрасно знали, что если нас сажают в вагоны пассажирского поезда, то мы обязательно поедем мимо наших домов в Орджоникидзе, в Беслан и в других населенных пунктов, которые находятся между этими города на расстоянии двадцати двух километров.

Поэтому мы старались держаться до последнего, чтобы не опьянеть от чрезмерно выпитой русской водки и осетинской араки. Не заснуть в пассажирских вагонах во время езды пассажирского поезда мимо наших домов. Почти все мы до призыва в армию жили вблизи железной дороги.

На сборном пункте в Орджоникидзе нам в дорогу выдали, сухой поек на целую неделю. Но нас этот сухой паек никак не устраивал. Мы хотели при возможности запастись своими домашними продуктами. В основном из осетинской национальной кухни. Ну, и, конечно, запастись спиртными напитками, чтобы не было скучно в дороге до места службы в советской армии. Мы прекрасно понимали, что во время службы в армии наши веселые деньки закончатся. Поэтому всем хотелось нагуляться до потери пульса. Какое может быть гуляние без водки и без девчонок? Подруг в поезд к нам не пустят. Но водку и араку мы в вагон протащим все равно. Так что надо только не спать возле своих домов, чтобы успеть ночью сбегать за спиртными напитками.