# Проводы

Александр Сергеевич Черевков

Проводы.

Все служащие треста прекрасно знали, что когда-то наступит у них этот чёрный день. Все время, как могли, откладывали трагическую дату. Однако время никогда не идёт вспять. Пришло время надеть траурные одежды. Все служащие скинулись в один котёл, каждый, сколько мог, вложил своё участие.

Даже пьяница сторож, трясучими руками достал из просаленных карманов свои последние гроши и положил в общую кучу денег. Профком тоже не остался в стороне. Вложил свои небольшие деньги, сколько позволял общественный бюджет.

В последний день рабочей недели, в начале смены с каждого отдела выделили по одному свободному человеку на общественную работу. Огромный актовый зал освободили от стульев и рядами расставили столы, которые по одной штуке позаимствовали с каждого кабинета со всего треста.

Даже управляющий трестом выделил из зала заседаний два вечно пустующих стола. Всего столов набралось десятка два. Маловато на целый трест. Но, что поделаешь?! В тесноте не в обиде. Придётся плотнее сесть, чтобы каждый мог присутствовать в зале.

В этот день никто не пошёл на обед. Иначе после работы за накрытыми столами некого будет посадить. По этой причине обеденный перерыв в тресте перенесли на последний час рабочего времени, чтобы всем коллективом принять участие к накрытию стола и сразу сесть за накрытые столы.

Кто опоздает, тому не будет место за общим столом. Так что все присутствовали в актовом зале и как могли, принимали своё участие к скорому накрытию общего стола. Вполне понятно, что только управляющий трестом не мог покинуть рабочее место.

- Итак, коллеги, сегодня наступил у нас чёрный день, - тусклым, загробным голосом произнёс управляющий трестом, когда все угомонились за общим столом. - Сейчас мы навсегда прощаемся с нашей дорогой Фатеевой. За столом раздалось всхлипывание, зал мучительно и тяжело вздохнул, словно что-то покинуло коллектив.

- Нет! Не надо! Не выдержу, - сквозь слезы, сказал постаревший за день и поседевший завхоз. - Может быть, все у нас обойдётся? Иначе, как мы дальше будем жить, и работать без Фатеевой. В ней все надежды у нас...

- Где мы найдём такого удивительно замечательного человека, как наша Фатеева? - взволнованным голосом обратился к залу заместитель управляющего трестом. - Что будет с нами уже в первый день рабочей недели?

Управляющий трестом обвёл грустным взглядом всех присутствующих в зале: рыдали представители профсоюзного комитета, жалобно всхлипывал завхоз, экспедитора приводил в чувство начальник отдела снабжения, весь плановый отдел находился на грани шокового состояния, тихо плакал бухгалтерия. Даже пьяница сторож досрочно рыдал лицом в салате и никак не мог дотянуться до своего стакана, наполненного водкой.

- Как же мы дальше будем без вас?! - рыдая в голос, сказал председатель местного комитета, обращаясь к Фатеевой. - Зачем вы нас покидаете?! Боже мой! Боже мой! Все пропало. Наш трест погибает на ваших глазах...

- Пропал наш трест без вас! Пропал! - дрожащим голосом, сказал главный бухгалтер. - Придётся трест закрыть.

Фатеева строго окинул собравшихся в зале людей по её случаю, своим прощальным взглядом. Поправила мозолистой рукой седую прядь своих волос и решительно подошла к управ-ляющему трестом. В зале наступила мёртвая тишина. Кто-то не выдержал напряжения и рухнул без сознания между столами.

Никто из присутствующих в зале, не обратил никакого внимания на потерю своего коллеги. Все, затаив дыхание ждали трагической минуты. Сейчас решалась судьба всего треста. От слова самой Фатеевой зависело. Быть или не быть?!...

- Ладно, Трофимов! - решительно, сказала Фатеева, управляющему трестом. - Пенсию оформляй, а провожать меня не надо. Остаюсь в тресте работать!..

Зал облегчённо вздохнул и тут же словно взорвался, оглох от бурных аплодисментов всех присутствующих.

- Ура!!! - закричали все разом. - Да здравствует наша Фатеева! Она остаётся! Она наш ангел-хранитель! Зал наполнился выстрелами шампанского, полетели пробки в потолок. Все, кто только что умирал, вернулись к жизни. Стали петь и произносить тосты во славу Фатеевой. Как от голоса великого русского певца Фёдора Шаляпина, в зале зазвенели люстры, а с потолка посыпалась штукатурка на паркетный пол огромного зала. Прошло всего пару минут торжества, а зал уже забыл о поводе своего застолья. Все ликовали и веселились. Фатеева с досадой покачала головой, глядя на то безумие, которое устроили сотрудники треста в её честь. Тяжело вздохнув, Фатеева пошла, приготавливать свой рабочий инструмент, чтобы после великого торжества в её честь, навести в зале порядок.