# Сердце Кааба.(S)

Александр Сергеевич Черевков

Даже холодное сердце Кааба может стать горячим от верующего в истину сердца человека.

Сердце Кааба.(S)

Последнюю ночь паломники провели на небольшой вершине рядом с Меккой. Спали прямо на голой земле. У всех было такое состояние духа, словно действительно предстоит нам завтра встреча с Аллахом. За время пешего пути никто не произнес ни единого слова. Каждый был поглощен размышлениями о сути собственной жизни.

Своими душевными молитвами люди очищались от собственных грехов, которые они совершили в этом мире, чтобы очищенными от всего мирского предстать на исповедь перед святилищем ислама. Мои мысли были поглощены о мере собственной жизни, которую я прожил на Земле до настоящего дня и должен прожить еще.

Когда проблески нового дня слегка окрасили горизонт над святым местом ислама, паломники стали подниматься и готовиться к исполнению религиозного обряда. Звонкий голос муллы, оглушая окрестные места, прочитал первую молитву.

Паломники двинулись по спирали вниз огромной впадины похожей на кратер вулкана, с каждым кругом все ниже и ниже спускаясь к черному шатру, шитому узорами ислама золотой нитью.

Каждая тропа на витке по склону горы была настолько протоптана миллионами ног за много столетий, что можно было подумать, будто это специально сделали ступени амфитеатра, представление которого скоро произойдет в черном шатре у святилища ислама, куда постоянно, из года в год, стремятся идти паломники.

Пройдя длительное время по спирали вместе со всеми паломниками, наконец-то и я дошел до черного шатра шитого золотом, чтобы коснуться руками сердца Кааба. Когда я взглянул внутрь шатра, то там увидел черный кусок камня, который больше напоминал обломок от железной глыбы не земного происхождения. Конечно, это был метеорит. Я осторожно коснулся этого железного камня.

Меня поразило то, что в такую жару камень был холоден, как застывшее льдом сердце Кааба, к которому люди приходят прикоснуться, чтобы пробудить это неземное сердце, которое сохранит, благо жизни на Земле. Может быть, действительно в этом есть что-то святое, посланное нам Богом? Мне давно было известно, что холодный как лед камень Кааба может плавать, как льдина в воде...

После соблюдения всех ритуальных обычаев, имам Мекки прочитал последнюю молитву. На каждого правоверного надели белую одежду с шапочкой и объявили, что в течение года мы все причастны к лику святых.

Затем, все паломники отправились отведать священной пищи, которую, возможно, приготовили на наши деньги во время хаджа, отданные нами до начала священного обряда. Это не было похоже на манную кашу от Бога. Трапеза проходила в храмах, построенных по склону священной горы вокруг старого кратера.

С наступлением темноты паломники покинули Мекку, святое место ислама. Ночевали опять в горах. Использовали к ночлегу старую одежду в виде подстилки, чтобы не испачкать святую одежду, выданную нам у исламского святилища Кааба.

Закончилось мое паломничество к местам трех религий - иудаизма, христианства, ислама. Которые имели общие корни одного человечества, описанные к трем религиям в трех священных книгах - Тора, Библия, Коран. Выходит, что религии у нас разные, а Бог один, как мера нашей жизни.

В Джидде нас ждал караван в обратную дорогу. Обратно идти было легче. Встретили нас, как почетных людей, которые коснулись сердца Каабы. Оказали нам внимание и почесть накормили досыта. Когда все паломники отдохнули, караван поднялся и медленно двинулся в обратный путь домой, в котором нас ждали как посланников. Все это время мой разум был занят прошедшим.

Во время первого же привала опять появился старик. Не спрашивая меня ни о чем, он продолжил со мной изучение текста и контуров изображенных предметов во второй книге. Так как содержание книги было старику уже известно, то не прошло и половины пути, как мы приступили к изучению текста предмета третьей книги.

Изучать текст, предмета третьей книги было ни так сложно. Мы знали, как пользоваться этими древними книгами и я с легкостью понимал суть теста содержания книги, сравнение которой поддерживало понятие изученных нами двух книг.

На подъезде к дому Ахмеда, караван сделал последний привал, чтобы привести себя в порядок перед встречей с горожанами и домочадцами. На этом привале мы со стариком закончили изучать третью книгу.

Старик разумом сказал мне, что теперь я могу самостоятельно дочитать и изучить все остальные книги. Если что-то будет мне не понятно в изучении оставшихся книг, то он тут же сразу появится и объяснит мне. Мы оба стали заинтересованы познать до конца все семь книг.

В доме Ахмеда, кроме торжественной встречи нас, как святых, была огромная радость, Лейла родила мне сына. Я не помню больше столь радостного дня в моей жизни. Все мое существо ликовало и грустило.

У меня родился сын, которому суждено оставить здесь после меня свое потомство! Ахмед приказал своим домочадцам накрыть двор коврами с угощением и украсить цветами дом, в котором родился его первый внук.

На праздник семьи собралось много гостей. Мулла прочитал торжественную молитву в честь новорожденного. Все меня поздравили с сыном. Я долго думал, что подарить на хорошую долгую память о себе своему новорожденному сыну.

Вдруг, я вспомнил, что в моих полу стертых сандалиях зашита золотая монета Ватикана. Я распорол подошву сандаля. Достал монету и в верхней части монеты аккуратно штихелем проковырял дырочку. Затем продел в дырочку крепкую нить. Получился хороший золотой талисман моему родному сыну.

- Так как мой внук родился от русского в дни святого праздника, - сказал Ахмед. - Так дадим мы ему имя Эль-русс. То есть, Святой русский. Пускай он носит имя в память о своем отце и о святом дне своего рождения. Да прославит Аллах дни жизни моего внука! Все были не против такого имени моему сыну. Я повесил на шею своего сына талисман, золотую монету Ватикана. После торжества я сам отнес своего сына в его колыбель. Так появился здесь представитель моего рода - терских казаков, далеко в пустынных землях Саудидов.