# Диалектика

Заза Бидзинович Датишвили

Нужно ли повторяться, утверждая, что понедельник - тяжелый день?! Может, иногда мы легкомысленно вкладываем в эту истину игривые нотки, но поверьте, в действительно тяжелый понедельник становится не до игры. Особенно, если с утра отправляешь домой совершенно тебе ненужных тещиных гостей, налетевших чрезвычайно шумной, и не менее прожорливой саранчой - в прошлый понедельник. Тяжелый, разумеется. Потом, борясь с ленцой, загоняешь себя и своих "индейцев" в душ.

Проглотив еле теплого кофе, мчишься мокрый, в который раз рискуя схватить менингит, на встречу, - совершенно тебе не нужную. По дороге вспоминаешь, что обещал матери (уже второй раз) отвезти к знакомому кардиологу. Потом вспоминаешь дела и делишки, также тебе не, и мало - нужные, но легкомысленно обещанные - утрясти в понедельник... Вылезая из этой части понедельника (матери переобещал отвезти к кардиологу во вторник, - "Уже точно, мам, без балды... Ну, причем тут врун, мам!" - ты залезаешь в другую его часть: глотнув очередную чашечку остывшего кофе и прикидываясь бодрым и молодым, начинаешь прием пациентов, задавая всем комичный и набивший оскомину вопрос - полон ли мочевой пузырь. Мне уже по ночам снится небритый джин в грязном - не по-росту - халате. Держа одной дланью аппарат УЗИ, другой трясет меня за бейцы и орет: "Ты заполнил мочевой пузырь, гад?!"...

По-полудни, в то время, когда вся испаноязычная часть планеты свято соблюдает сиесту после плотного обеда, нам остается об этом только мечтать: после приема, снова пропустив холодного кофе, я бегу в состоянии жутчайшего цайтнота по делу, отложить которое - уже полное свинство, - столько раз это делал...

...Давно замечено, что жизнь - удивительная и полная неожиданностей - штука. Более того, как говорил классик, дни наши коротки, как детские штанишки, и также вечно обделаны... Просыпаясь утром и созерцая родные, сто лет не ремонтированные стены, тебе и невдомек, что какие-то эритроциты и тромбоциты, эти презренные букашки, могут слипаться друг с другом, превращаясь в смертельную пробку. Или: ты еще ходишь по грибы, пьешь с друзьями, давишься в метро и рвешь глотку на стадионе, а в девятом сегменте левого легкого притаилась злая клетка, спешно и неотвратимо разрастаясь в саркому. В общем, нетрудно превратиться в фаталиста и нытика. А если ты еще и невезун, то все происходит "Не слава Богу", - не как у всех нормальных людей.

То, что я обнаружил пару месяцев назад, в подметки не годилось саркоме легкого. Эта игрушка на плече, а мять и щупать этот бейсбольный мячик под кожей было действительно одно удовольствие, называлась липомой и убирать ее было - раз плюнуть. Но я-то знаю, что у докторов все "Не слава Богу"! Давно известна байка о докторе, который пошел к другу - хирургу как раз с такой же липомой. Боялся он, бедолага, и уговорил хирурга сделать операцию под общим наркозом. Сделали короткий, пятиминутный наркоз, а у него сердце остановилось. Стали спешно и энергично делать непрямой массаж сердца, сломав при этом пару ребер и проткнув легкое. Потом, видя, что сердечко не запускается, вскрыли грудную клетку, перейдя на прямой массаж, потом забили током, и еле-еле откачали родного, слава Богу!..

...Через пару часов он открыл глаза, и с удивлением обнаружил повязки, трубки, капельницы и все то, без чего смертность человека - более очевидная истина. Самое обалденное из всей этой истории то, что липома, ради чего весь этот сыр-бор разгорелся, была на месте прежней дислокации!

После этой увертюры понятно мое волнение, когда в этот понедельник я наконец-то пошел к другу - хирургу удалять эту самую липому. Памятуя ту историю, общий наркоз делать не стал, и все вроде пошло, как по маслу. Наложил он три или четыре шва, вставил туда резиновый дренаж и сказал, что через неделю забуду о липоме.

Но я-то знал, что все это чушь собачья!

- Ну все, - сказал приятелю после операции,- мне теперь придется таскаться к тебе не неделю, а может, целых три, в отличие от простых смертных. Если я действительно врач, разумеется, а не, извиняюсь, хрен в белом халате...

Чтоб у вас так все сбылось! И дренаж удалили, и вроде швы сняли, а из ранки все текло и текло, пока наконец не решился приятель сделать ревизию раны. Ревизию,- это вам не счетами греметь! Ревизию, значит - острым пинцетом лезть в самую рану и шуровать там, пока не взвоешь...

Оттуда он вытащил кусочек резины, оторвавшийся от дренажа!..

- Ну, я же тебе говорил! - кричал я восторженно. - Раз все "Не слава Богу" пошло, значит, я настоящий врач!

Это не единственный аргумент в пользу моей профпригодности: на операции по поводу дискоза, которую проводил многоуважаемый профессор, случился прокол спинномозгового канала с вытекающими последствиями спинномозговой жидкости. Вовремя остановили, слава Богу, - тут повезло. В конце операции, когда сшивали, отключился свет, но слава Богу, я уже дышал самостоятельно, хоть и спал еще...

Если рассмотреть статистику этого текста, то окажется, что на три "Не слава Богу" приходится столько же "Слава Богу", что диалектически верно. Ну и - слава Богу!..