# Кафе на Васильевском ("Здесь дерутся в кровь на помойках чайки┘")

Алексей Алексеевич Дидуров

Алексей Дидуров


Кафе на Васильевском ("Здесь дерутся в кровь на помойках чайки...")


Fare thee well and if for ever,


Still for ever, fare thee well...


George Gordon Noel Byron


1

Здесь дерутся в кровь на помойках чайки,

От дворцов разит коммунальным супом,

И овсяный кофе я пью из чашки,

Что дрожит в ознобе а ля Юсупов.

Здесь ржавеет мрамор и бронза плачет,

И само бессмертье настигла старость.

Этот город Вас от меня так прячет,

Словно Вы - последнее, что осталось...

Здесь душа и жидкость одно по сути,

Потому, что холод, пройдя в грудь горлом,

Содержимое ужимает в сосуде,

И его не растопить глаголом,

Ибо нет ничего бессильнее мата

И любви, не востребованной снаружи

(И уютней будочки автомата

Посреди ленинградской июньской стужи).

И фасадам старым, к центру бредущим,

И молчащему номеру в новостройке

Ни к чему я в прошлом и в ныне сущем -

Даже тут, в безлюдном кафе у стойки,

Где седая мэм, не долив сиропу

До единой меры (из двух по заказу,

Не жалея, правда, воды и газу),

Отрешенно смотрит в окно в Европу...


2

По кафешке - дрожь метрополитена:

Подо мной сбеглись поезда, каная

От поляны Пушкина и Геккерена

До дворца, где Кирова убил Николаев.

В данной точке города и общепита,

Где напротив мост лейтенанта Шмидта,

Медный Всадник слева, а в порт - направо,

Я бывал когда-то солдатом бравым,

Гастролером, пьянью, затем аскетом,

Дважды - женихом, троекратно - мужем,

Был не зван и зван, но всегда при этом

Никому серьезно тут не был нужен.

Потому хожу чуть бочком, вприпрыжку

Среди здешней жизни - живой и мертвой,

Тщась понять, какая же держит вышку?

Я - ни то, ни это. Я фрукт несортный...


3

Крюк для люстры. Лепка. Как видно, раньше

Это был премиленький ресторанчик...

"Бург" и "град" - не в склад, газвода - не "тоник".

Достаю - и в сумку бросаю томик.

Ни читать, ни жрать. Ни чертям, ни Богу.

Не святая нежность, не зверья злоба.

Охерев, хирею, подобно Блоку -

Вновь не вздрогнут родина и зазноба!..

Тоскота с пломбиром - обед для шиза

Там, где до Потапа решались разом

Тайны гроба, страсти, любви и жизни

В сроки меж салатом и ананасом.

Петербург мне кажет языки фазаньи.

Забежав, панк-панночка просит "двушку".

Неживая жизнь моя. Внесуществованье.

Полдень вхолостую надрывает пушку.


4

Я прошел полстраны и познал полмира,

Кой-чего хлебнул и погрыз гранита.

Вновь я тута, Северная Пальмира!

Без грааля в кармане, но не без профита:

Я забыл все уроки семьи и школы,

Но одно угадал и поставил на это:

Никого нет красивей любимой одетой,

Значит, вряд ли есть кто-то умнее голой!

И поэтому я, бомбардир Перестройки,

Суток на двое выполз из жуткого боя,

Дабы, встретясь, пропеть Вам новые строки

И закончить: "Поехали! Я - за тобою!"

Но в глазах ленинградки я глуп, как младенец,

И не мне мягко стелено в колыбели,

И кричат мне из ада фон Лееб и Денниц,

Что не зря фиаско здесь потерпели!


5

В Этотград влетел ты с горящим взором

И на котелке с боевым узором,

И на той стороне, где должна дохнуть роза

Или положено рдеть наградам,

Под значком с Крыловым ныл приступ невроза

В подтвержденье бзикам твоим и раскладам.

Номер первый из них у тебя "Перестройка" -

Это то, что в мечтах получается стройно,

А слабо переделать законы мира,

По которым под счастьем тикает мина,

По которым обычно родные души

Обретаются каждая в собственной луже,

И за право фрондировать на Пегасе

И погладить музе лобок и сиськи

Ты свою любовь оставляешь в кассе

И покой - как свой, так и самых близких,

Ибо недреманный наш Вездесущий,

В честь тебя не спугивая кайф зевоты,

Мог тебе устроить несчастный случай

Или вдаль послать - отогреть мерзлоты.

Так что небу низкому благодарствуй,

Пожирая яростно свет и тени -

Что не отдал запросто жизнь или дар свой

Тем, кто и в Африке остается теми.

Откуси поболее от казинака.

О любимой выстрой из "ля-ля" фигуру.

Ибо Этажизнь - ломовая "нцака"

Потому, что червь еще не прогрыз твою шкуру...


6

На рогатку вешаю трубку, помешкав.

Возвращаюсь к стойке со скоростью вздоха.

"Нет орешков?" Конечно же, нет орешков.

"Не завоз", - животом говорит тетеха,

Нарисованный рот сохранивши целым -

От нее, как из трубки, не ждите ответа.

Как же жить и выжить по нашим ценам?

Но спросить мне некого - Бога здесь нету.

Фея равнодушия прикрыла вежды.

Слабо вечереет. Людоход по скверу.

Отвергаю милостыню надежды,

А любовь не прочь обменять на веру.


7

Я всегда считал, что имею навык

Понимать и помнить, что жизнь спонтанна,

Взятки с нее гладки, а нынче - на вот:

Восемь...

Девять...

Десять...

Гудки...

Где Анна?..

Город стал нещадно велик, бескрайне...

Год - как век с того моего приезда...

Командор намылился к донне Анне,

Всплыл из бездны - глядь, а тут тоже бездна!..

Путь любви, как путь конкисты - не сытен,

Но - плевать ей в хляби, пинать ей тверди!

Этим и чужда, как ее носитель,

Счастью и несчастью, жизни и смерти.

Испей же непруху вторым стаканом,

Досмотри короткий мираж об Анне,

Заплати буфетчице чистоганом,

А последнюю "двушку" вручи панк-панне!..


8

Ждать пришествия Вашего - фикс-идея:

Искусством не явишь - не Галатея.

Красота сама в себе воплотима.

Fare thee well! Невстреча необратима.

Тот, кто с неба смотрит, подставив щеку,

И стоп-кадром случая всех в пары сбивает,

Не засек полет наш за черту, не "щелкнул"

(Не с людями только - и вон с кем бывает!)...

Нагазуй в стакан еще - выдохлась вода в нем,

Помяни ее черты, от которых пьян ты:

Страсть ко сну, тревожный нрав и мечты о давнем -

Невозможный нынче характер инфанты.

Буфетчица не хочет сидеть с тобой до ночи.

Дню соседства с нею уже не будет равных -

В познаньи дальше некуда и больше нету мочи:

Учился на ошибках - сдаю на ранах.

Жить так персонажно неприлично, вроде,

Как всерьез завязывать отношенья

В зоне радиации или на фронте

В ситуации полного окруженья.

Да и как с сокровищем обращаться

В сфере наших нищенских форм богатства...

Пора, мой друг, пора уже не бояться

Возраста не встретиться, но прощаться.

А что жизнь таких, как она и я, не холит -

Был бы хлеб, и ладно, не до расстегаев.

Все проходит, ибо жизнь сама проходит.

Жизнь - не мед, однако и не жить - не в кайф...


9

На Москву так много ночных экспрессов,

Что и в этом видишь подобье знака:

Проигравших здесь, - чтобы без эксцессов, -

Отправляют в центр под покровом мрака.

В череде исторических аналогий

Скоро и мне на Невский - тузом к закату.

Жители - герои, звери, духи, боги, -

На фасады высыпят - подтвердить "нон-грата".

Чувствуя их взгляды тяжкие лепные,

Под значком с Крыловым дух взблажит истошно.

Я люблю, как любят цветы слепые -

Разделить такую любовь невозможно.

А спроси по коду, кто за все в ответе -

Длинными гудками в сердце боли ноют...

По восьмерке Мебиуса от Маман к дядь Пете

Сидячая плацкарта надолго за мною,

Чтоб исход горя заменять плотским,

Чтобы бунт сознанья к мату гнать шахом

И от Бологого читать Рейна с Бродским,

По листу бродя ленинградским шагом.

2-4 июля 1987 года

Ленинград - Москва