# Статьи для "Клюквы"

Андрей Владимирович Добрынин

СТАТЬИ, НАПИСАННЫЕ ДЛЯ ГАЗЕТЫ "КЛЮКВА", НЫНЕ ЗАКРЫТОЙ


ОТ БУЛЫЖНИКА - К ВАТНОЙ ДУБИНЕ


О мерах по подготовке к неизбежной революции в России


Революцией, как известно, называется процесс решения социальных споров посредством насилия. Деятели, стоящие у власти в России с 1991 г., давно показали свою полную неспособность к управлению государством и при этом не собираются добровольно покидать политическую сцену, лишь порой для успокоения народа меняя друг друга на руководящих постах. Поэтому приходится с сожалением признать, что революция в России к настоящему моменту стала неизбежной. Согласно опросу, проведенному "Клюквой", этой точки зрения придерживаются 99% опрошенных, равно как и наши сотрудники, проводившие опрос, причем лица, вошедшие в оставшийся один процент, в течение опроса постоянно подвергались побоям как со стороны несогласных с ними 99% граждан, так и со стороны наших сотрудников. Нелегко сдержать прилив народного гнева! В связи с этим считаем необходимым предложить правительству ряд мер по смягчению разрушительных последствий революции. Если уж насилие неизбежно, то надо ввести его в разумные рамки и осуществлять в таких формах, в которых оно не представляет серьезной опасности ни для объектов народного хозяйства, ни для здоровья граждан.

Некоторые эксперты с целью уменьшения угрозы насилия предлагают явно несбыточный план: вывезти представителей власти и революционеров на стадионы и устроить там нечто вроде гладиаторских боев, с тем чтобы победившая сторона затем беспрепятственно заняла правительственные учреждения. Тем самым якобы останутся и волки сыты, и овцы целы: необходимое насилие осуществится и народ сможет наблюдать его по телевидению, однако оно будет ограничено территорией спортивной арены и не распространится за ее пределы. Зрителей на стадионы в дни боев предлагается не допускать.

Подобные предложения звучали в истории и раньше - в частности, такой способ решения европейских конфликтов предлагал еще русский император Павел I. Однако в силу своей очевидной наивности они не возымели успеха. В самом деле, в революционные дни каждая из конфликтующих сторон имеет свои преимущества и добровольно ни за что от них не откажется. Правительство рассчитывает на спецслужбы, на внутренние войска, на свои деньги, на поддержку Запада. Оппозиция уповает на свой гигантский численный перевес и воодушевление своих сторонников. Ни та, ни другая сторона не захочет менять реальные козыри на неверное гладиаторское счастье. Кроме того, было бы жестоко лишать народ удовольствия самому участвовать в революционных событиях. Почитайте мемуары революционеров - все они пишут о днях революции как о счастливейших днях своей жизни. Народ ни в коем случае не откажется от участия в революционной борьбе - он непременно выйдет на улицы, и процесс насилия примет тогда неуправляемый характер. А ведь известно, что за жертвы революции всегда держат ответ члены свергнутого правительства. Поэтому в интересах правительства заранее принять меры по смягчению эксцессов неотвратимой революции.

Мы со своей стороны предлагаем следующие меры:

1) составить и широко опубликовать список тех стратегически важных объектов, за овладение которыми между революционерами и правительством должна вестись ожесточенная борьба ( вокзалы, почтамт, телеграф, телефонная станция и т.д.). Остальные объекты должны работать в обычном режиме и за них борьба вестись не должна;

2) разработать, произвести в необходимом количестве и раздать противоборствующим сторонам в соответствии с их заявками такие виды оружия, которые свели бы к минимуму последствия применения насилия. По мнению экспертов, хорошие результаты способна дать ватная дубина, от удара которой по голове наступают головокружение и кратковременная потеря сознания, однако необратимые последствия для здоровья отсутствуют. При умелом применении ватная дубина вполне может решить исход уличной схватки и в то же время не нанести таких серьезных травм, как резиновая. Перспективны тряпичные дымовые бомбы с начинкой из пластмассы, дающей при горении обильный зловонный

дым, но не способной ничего поджечь. Возможно, хотя и спорно, применение ружей для пейнтбола, стреляющих красящими шариками, а также детских пластмассовых мечей и водяных пистолетов, стреляющих перечным или табачным раствором. Противоборствующие стороны должны будут хотя бы частично оплатить получаемое оружие и тем самым дать мощный толчок развитию нашей ватной, тряпичной и пластмассовой промышленности;

3) необходимо предупредить ущерб от актов вандализма, которыми неизбежно сопровождается любая революция: массы посредством этих актов символически изображают крушение старого порядка. Великий русский поэт Федор Сологуб заявлял в 1918 г.:"Революции разрушают памятники искусства. Надо запретить революции в городах, богатых памятниками, как, например, Петербург. Пускай воюют где-нибудь за чертой и только победители входят в город..." Мы разделяем озабоченность поэта, однако приходится учитывать, что революции, как и все в мире, протекают по определенным законам и один из этих законов гласит: во время революций важнейшие события совершаются в столицах и крупнейших городах, поскольку в прочих населенных пунктах не удается достичь нужной зрелищности и масштабности. Поэтому в больших городах следует воздвигнуть специальные строения, которые могли бы быть без особого ущерба для бюджета разрушены и сожжены возмущенным народом. Также следует создать склады потребительских товаров с истекшим сроком годности, а также склады конфискованных алкогольных напитков подпольного изготовления, которые могли бы быть планово разграблены;

4) противоборствующие стороны по взаимной договоренности должны создать специальную контрольную службу, подразделения которой будут проверять выполнение всеми участниками событий, по какую бы сторону баррикад те ни находились, условий и правил революции. Нарушители должны уничтожаться на месте;

5) для участников событий следует организовать трехразовое горячее питание, места отдыха и медицинской помощи, а также выступления танцевальных коллективов и артистов эстрады. Необходимо также организовать оперативную замену вышедших из строя орудий революции;

6) в случае неясного исхода революции правительству разрешается остаться у власти еще на полгода. По истечении указанного срока революция организованно начинается снова.

Мы сознаем всю неполноту наших рекомендаций, однако, на наш взгляд, они дают неплохую базу для введения революционного процесса в цивилизованные рамки. А это значит, что смена политического курса станет отныне проходить без человеческих и материальных потерь и политические проходимцы всех мастей не смогут более пугать легковерную публику зловещим словом "РЕВОЛЮЦИЯ".


О НЕДОПУСТИМОСТИ ИСКОРЕНЕНИЯ АНТИСЕМИТИЗМА

В РОССИИ


ТРАГЕДИЯ АНТИСЕМИТА


И я, и ты, дорогой читатель,- все мы слышали о так называемых антисемитах. Эти странные люди явились к нам прямиком из того темного прошлого, когда было принято верить на слово любой чепухе, и потому голова антисемита всегда забита самым причудливым хламом начиная от "Протоколов сионских мудрецов" и кончая генеалогическими сведениями обо всех известных злодеях, каждый из которых непременно оказывается семитского происхождения. Когда антисемит обводит орлиным взором дальние горизонты, он свиреп, решителен и ужасен. Однако стоит ему переключить внимание на то, что его непосредственно окружает, как он тут же теряется и становится мягок, безобиден и деликатен. Почему, спросишь ты, дорогой читатель? Но подумай, кто такие, в самом деле, те "семиты", благодаря которым антисемит получил свое грозное прозвище? Бывают семиты-брюнеты, бывают блондины, шатены, рыжие и плешивые; глаза у семитов бывают голубые, карие, зеленые и неопределенного цвета; семит может быть высоким и низкорослым, толстым и худым, крепышом и сутулым задохликом; семит порой картавит, порой шепелявит, а порой и обладает правильной дикцией; наконец, семиты далеко не так дьявольски талантливы, как с опаской толкуют о том антисемиты,- к сожалению, процент слабоумных среди семитов ничуть не ниже, чем среди всех прочих народов. В итоге образ семита при внимательном исследовании неумолимо размывается, и само слово "семит" превращается в бессодержательную абстракцию. Потому-то и приходится так нелегко храбрецу, легкомысленно объявившему себя антисемитом: стоит ему невзлюбить какого-нибудь несчастного семита, как тут же неподалеку возникает другой семит, ни в чем не похожий на первого, но для антипатии к вновь появившемуся субъекту уже нет в запасе никаких разумных причин. Приходится либо сосредоточить свою неприязнь на том единственном бедняге, который первым попался на глаза, либо распространить ее на всех бесконечно разнообразных семитов, но при этом признавая: причина антипатии - исключительно в том, что семиты являются семитами, и более ни в чем. Однако выше мы уже выяснили, что слово "семит" не обозначает ничего конкретного и является лишь бессодержательной абстракцией. Круг замыкается, повергая антисемита в полную растерянность. Именно поэтому так обходителен антисемит в обыденной жизни со всеми теми, кого он считает семитами, и по той же причине он так раздражителен и груб со своими близкими: он срывает на них свою злобу на подкачавшую идеологическую платформу. Дабы как-то преодолеть свое замешательство, антисемит вынужден лепить для себя некий отвлеченный образ семита, имеющий очень малое отношение к реальности, но зато непередаваемо мерзкий. Нет таких пороков, начиная с чудовищной скупости и кончая вампиризмом, которых не вместил бы в себе этот воображаемый протосемит. В быту антисемит отличается широтой души, наивностью и доверчивостью, и потому его постоянно обирают все, кому не лень, причем среди присосавшихся к нему паразитов можно видеть и семитов, и представителей всех прочих наций и народностей нашей планеты. Однако антисемит не замечает их в горячке своей схватки с тем чудовищным суперсемитом, которого он сам же и выдумал. Нанеся злобному монстру смертельные увечья, антисемит лезет в карман, чтобы закатить пир по случаю победы. Обнаружив отсутствие наличности, он сперва недоуменно пожимает плечами, а затем подозрительно смотрит на своего лежащего в нокауте противника и принимается терпеливо реанимировать его для новой беспощадной схватки. Одно прекрасно во всем этом - дерется он с тенью и увечья наносит лишь призраку, а не живым людям из плоти и крови. В результате в обществе сохраняется спокойствие и все остаются довольны.


АНТИСЕМИТИЗМ КАК ЗАКЛИНАНИЕ ПРОТИВ ПОГРОМОВ


Надо сказать, что по различным причинам - большей частью исторического свойства - немало самых разных людей продолжают относить себя к числу семитов. Понятно, что среди такой обширной человеческой совокупности безгрешны далеко не все - иные семиты не прочь прибрать к рукам то, что

плохо лежит, особенно теперь, когда хищение можно оформить как совершенно законную и даже благонамеренную акцию. Тем не менее любое хищение - дело хлопотное и требующее сильного нервного напряжения. Совершив его, человек (в том числе и семит) должен расслабиться, сходить в сауну, выпить рюмочку коньяку... Однако вместо этого усталый расхититель зачастую должен выслушивать назойливые обличения, упреки и даже угрозы. Такое обхождение может взбесить и ангела, а уж обычного семита и подавно. "Караул, антисемитизм!"- в раздражении восклицает он, защищая от нападок свое имущество и свою личную жизнь. На этот призыв тут же сбегаются его коллеги - такие же деловые люди, как и он, которые в любой момент могут стать его товарищами по несчастью. "Антисемитизм!" - хором вторят они, защищая одновременно и своего коллегу, и самих себя. И неважно, что далеко не все они являются семитами, - важно, чтобы в виде антисемита представал их противник, утверждающий, будто его ограбили. Что ж, по-человечески прием очень понятный, а если учесть, какой образ антисемита давно уже сформировался в общественном сознании, то и весьма эффективный. Протоантисемит выглядит чрезвычайно колоритно: на нем эсэсовский мундир, на голове - оселедец, на ногах - лапти, в левой руке - бутылка водки, в правой - заржавленный тесак. Лицо у протоантисемита красное, свирепое и глупое, в глазах - ни единого проблеска мысли, речь несвязна и состоит в основном из ругательств. Едва прозвучит волшебное слово "антисемитизм", и сразу именно так начинают выглядеть все те, кто обвиняет в воровстве нашего усталого семита и его разноплеменных коллег. Таким образом, все обвинения мгновенно обесцениваются, поскольку их основой объявляется лишь зоологический антисемитизм потерпевших. Потерпевшие уныло разбредаются по домам, а наш деловитый герой наконец погружается в кресло у камина. В обществе наступает долгожданное успокоение.

Из всего вышесказанного неопровержимо вытекает, что антисемитизм является краеугольным камнем общественного спокойствия в нашем отечестве, да и в других странах. Он удобен и для семитов, и для несемитов, - поистине, если бы его не было, то его следовало бы выдумать. Когда общество делится на части по некой реальной разграничительной линии, например "хороший человек - плохой человек" или, еще проще, "честный человек - жулик", то возникающие в результате этого деления социальные группы рано или поздно вступят в разрушительный конфликт между собой. Если же деление происходит по линии "семит - антисемит", то оно не затрагивает ничьих жизненных интересов и не вызывает общественных потрясений, доставляя в то же время достаточное развлечение для умов. Если же просто по-житейски представить себе, как сиротливо будет выглядеть антисемит, лишенный семита, или семит, оставшийся без антисемита, то от такой печальной картины слеза прошибает любого человека, наделенного чувствительным сердцем.


НОВОСТИ МЕДИЦИНЫ


В сознании большей части человечества приятное времяпрепровождение прочно связывается с употреблением горячительных напитков. Алкоголь, однако, всегда несет в себе две опасности: во-первых, можно увлечься, выпить лишнего и, как говорится, "потерять лицо", а во-вторых, наутро головная боль, тошнота и прочие побочные эффекты, которыми сопровождается расщепление в организме этилового спирта, грозят полностью выбить незадачливого любителя возлияний из накатанной жизненной колеи. Сегодня, однако, любители пропустить стаканчик могут воскликнуть:"Ура! Все неприятности позади!" Дело в том, что специалисты из американского Национального института алкоголя давно уже обратили внимание на любопытный медицинский феномен: в селениях ряда центральноамериканских индейских племен потребляется такое количество текилы в расчете на каждого жителя, которое во много раз превосходит смертельную для человеческого организма дозу. Тем не менее на здоровье индейцев такая алкоголизация быта не отражается практически никак. С большим трудом путем подкупа и тайных расспросов удалось выяснить, что своим здоровьем индейцы обязаны тепескуинтлю - маленькому зверьку из отряда броненосцев, густо населяющему склоны окрестных гор. Зверек этот отличается крайне сварливым нравом и бдительно охраняет свою территорию, границы которой метит специальным зловонным веществом. Это вещество он использует также и для самозащиты. Излюбленный прием расправы тепескуинтля с нарушителями границ состоит в том, чтобы внезапно выскочить из кустов или высокой травы, молниеносно откусить у жертвы гениталии и тут же зарыться в землю (выбрасываемой при этом землей зверек старается запорошить противнику глаза). Не случайно большая часть местных жителей лишается гениталий еще в раннем детстве и потому с удвоенным усердием налегает на текилу. Преодолеть же вредные последствия злоупотребления спиртным им помогает, как то ни парадоксально, их обидчик-тепескуинтль: выделяемая специальными железами зверька пахучая жидкость, содержащая в себе особые ферменты, мгновенно и полностью расщепляет не только накопившийся в человеческом организме алкоголь, но, что самое важное, и ядовитые продукты алкогольного распада. Главной проблемой является даже не опасность, грозящая ловцам тепескуинтля, поскольку у большинства из них гениталий все равно уже нет, а специфический запах целебного вещества: если, к примеру, на шерсть ягуара попадет хоть капля выделений тепескуинтля, то хищник перестает вылизывать и холить свой мех, покрывается грязью и паразитами и в конце концов умирает от отвращения к самому себе. Вырастить профессионального ловца, которому запах тепескуинтля не внушал бы отвращения - дело очень непростое и требующее долгого обучения. Индейских детей сызмальства заставляют нюхать все самое зловонное, что только можно найти в быту. Большим авторитетом пользуются составители зловоний, среди которых устраиваются своего рода профессиональные конкурсы. В фольклоре местных индейцев богатыри сражаются не с помощью мечей или копий, а пуская друг в друга составленные по собственному рецепту зловония (побеждает, разумеется, тот, кто способен вдыхать любой смрад не моргнув глазом).

Итак, американские специалисты заинтересовались целебными свойствами выделяемого тепескуинтлем пахучего секрета, изучили это вещество (работа с ним потребовала долгого тренинга под руководством индейских наставников) и начали на его основе производство противопохмельного экстракта "Тэппи". Если вы чувствуете, что "перебрали", то достаточно одной капли экстракта на стакан воды, чтобы полностью снять состояние опьянения. Такое же количество "Тэппи", принятое с утра, полностью избавит вас от всех симптомов похмелья. Неудивительно, что появление в аптеках такого чудодейственного препарата было с восторгом принято в США всеми любителями крепких напитков. У "Тэппи", начинающего сейчас свое триумфальное шествие по планете, есть только два недостатка: запах (из-за которого к каждому флакончику прилагается комплект зажимов для носа) и довольно высокая цена (около 500 долл. за флакон). "Разве мы сможем открыть в гостях пузырек с этой дрянью?- спрашивают скептики. - Да нас просто выкинут на улицу!" Но энтузиасты утверждают, что скоро флакон "Тэппи" во внутреннем кармане или сумочке, а вместе с ним и соответствующий запах станут непременной принадлежностью всякого культурного и обеспеченного человека, и таким образом проблема решится сама собой.


НОВОСТИ МЕДИЦИНЫ - 2


Британской медицинской ассоциацией был недавно проведен международный конкурс красоты, название которого по-русски звучит как "Мисс Нутро" или "Мисс Утроба". Британские медики заявили, что пора покончить с дискриминацией и закрытостью наших внутренних органов, поскольку на взгляд образованного человека внутренние органы могут быть куда прекраснее, чем наша внешняя оболочка. То, что мы называем "внешностью", несет, по словам британских врачей, ничтожную функционально-биологическую нагрузку, чего не скажешь о внутренних органах, а ведь именно целесообразность и эффективность и лежат в основе понятия Прекрасного. "Ни один механизм не обладает такой приспособляемостью, ни один двигатель не способен и дня выдержать в таком экстремальном режиме, в каком порой годами работают наша сердечно-сосудистая система или наш пищеварительный тракт. И уж если говорить начистоту, то печень алкоголика - это самое прекрасное, что я видел в жизни!" - воскликнул известный терапевт доктор О"Брайен, выступая с речью на церемонии открытия конкурса. Конкурс проходил по целому ряду номинаций:"мисс Желудок", "мисс Двенадцатиперстная Кишка", "мисс Желчный Пузырь"... Отрадно отметить, что в одной из самых почетных номинаций - "мисс Печень" - победила наша соотечественница, 50-летняя Дарья Бражникова из Саратова, одолев в бескомпромиссной борьбе чешку Ярмилу Выжралек. Жюри, в которое кроме медиков входили известные художники, модельеры, артисты, долго и придирчиво изучало рентгеновские снимки и результаты анализов, после чего первое место все же было отдано неунывающей волжанке. "Я шла к этой победе всю жизнь!" - сообщила журналистам Дарья. "Впервые вижу печень такой причудливой формы! - воскликнул на пресс-конференции доктор О"Брайен. - Это фантастично!" Спонсор конкурса - компания, производящая рентгеновское оборудование - вручила Дарье в качестве приза кухонный комбайн, но взволнованная и слегка подвыпившая на радостях победительница уронила его на пол под хихиканье Ярмилы Выжралек. Спонсоры - и это делает им честь - проявили щедрость, выделив первой "мисс Печень" другой точно такой же агрегат и отправив ее вместе с призом на такси в гостиницу. В следующем году конкурс намечается провести с куда большим размахом. Надеемся, что наши соотечественницы, вдохновленные успехом, вновь примут в нем участие и вновь докажут, что нашим женщинам присуща не только внешняя, но и внутренняя красота.


НОВОСТИ МЕДИЦИНЫ - 3


"Все мы испытываем боль, теряя близкого человека, однако отчаиваться никогда не надо", - так говорят специалисты по гальванизированию усопших, создавшие в столице медицинский кооператив "Подъем". Еще в древности было замечено, что при определенных воздействиях мышцы трупа начинают сокращаться, а члены - производить различные движения, порой удивительно схожие с движениями живого человека. Послеоткрытия электричества древние легенды об оживлении мертвецов резко приблизились к реальности, так как появилась возможность воздействовать электрическими импульсами буквально на всю нервную систему усопшего (включая нервы, регулирующие деятельность внутренних органов). При этом с помощью компьютера можно постоянно регулировать частоту и силу импульсов таким образом, чтобы движения трупа максимально соответствовали движением живого человека, вплоть до сохранения индивидуальных особенностей мимики и походки. Труп, снабженный компьютером, электрическими батареями и скрытой под одеждой системой проводов и электродов, может двигаться, принимать пищу за семейным столом, подавать несложные реплики в разговоре, сидеть перед телевизором и даже прогуливаться по двору. Медики из кооператива "Подъем" уже сейчас гальванизируют по нескольку состоятельных усопших в неделю. По их мнению, общение с трупом дорогого существа позволяет близким преодолеть стресс, вызванный его кончиной, и оказывает благотворное влияние на психологический климат в семье. Сейчас срок жизни трупа (если, конечно, можно так выразиться) ограничивается неизбежно прогрессирующим процессом разложения, однако процесс этот замедляется и действием электричества, и специальными препаратами. С дальнейшим же прогрессом технологии гальванизирования срок жизни трупа, несомненно, многократно увеличится. Так что не за горами тот день, когда смерть уже не в силах будет разлучить нас с нашими близкими, и их трупы прочно займут свое скромное, но в то же время достойное место в нашей семейной, а возможно, и в общественной жизни.


МАНЬЯКИ: ВЫДУМКА ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ?


От редакции:

Чтобы вернее защитить читателей нашего журнала от коварства пороков, мы решили прибегнуть к помощи современной науки. Особенно заинтересовали нас различные отклонения в сфере сексуальности, которые в последнее время буквально косят население. Для консультаций (на постоянной основе) мы пригласили доктора медицинских наук, академика Всемирной психиатрической академии Святослава Вайнтрауба. Предоставляем ему слово.


* * *

Намерение открыть в журнале постоянную психиатрическую рубрику заслуживает всяческого одобрения, особенно в наше время, когда разнообразные стрессы постоянно расшатывают психическое здоровье человека. Если учесть то важнейшее место, которое сексуальность, или либидо, занимает в структуре человеческой психики, то ясно, что бурная современная жизнь не может не провоцировать многочисленные сексуальные отклонения, в особенности у мужчин, психика которых от природы менее устойчива, чем женская. В этом и кроются корни такого зловещего феномена, как сексуальные маньяки, число которых год от года растет с невероятной быстротой. Надо сказать, что современная психиатрия уже не рассматривает сексуальных маньяков как некое исключительное явление, - напротив, она склонна считать, что в каждом мужчине до определенного момента дремлет маньяк и главная задача окружающих состоит в том, чтобы не разбудить эту дремлющую угрозу. Здесь должны сказать свое веское слово психиатры, выдвинув свои научно обоснованные рекомендации.

Часто спрашивают, можно ли отличить маньяка по внешнему виду? Можно, если постоянно иметь с ними дело, как наш брат психиатр, но и для нас это становится все труднее в силу неуклонного возрастания численности маньяков в последние годы. В некоторых республиках бывшего СССР маньяки уже в 80-е годы составляли подавляющее большинство населения. Сексуальный маньяк - это, как правило, мужчина среднего роста и обычного телосложения, однако среди маньяков попадается немало и долговязых, и коротышек, и тучных особей, и ненормально худых. Маньяк, как правило, шатен, брюнет или блондин, но попадаются среди них и рыжие, и лысые, и даже седые. Глаза у большинства маньяков в наших широтах серо-голубые, однако встречается немало зеленоглазых, кареглазых и черноглазых маньяков. Таким образом мы видим, что определить, является ли человек маньяком, по внешности со стопроцентной надежностью затруднительно. Внешность должна вас только настораживать, а окончательный ответ могут дать лишь особенности поведения интересующего вас лица.

Так, если мужчина пристально и подолгу смотрит на одну и ту же женщину, то это уже очень красноречивый симптом. Если при разговоре с этой женщиной речь мужчины становится затрудненной и сбивчивой, наблюдаются покраснение кожных покровов лица и тремор конечностей, то мы имеем верные признаки того, что перед нами маньяк. Если же мужчина упорно предлагает женщине встретиться, а при встрече расходует на подарки, угощение и развлечения суммы, превышающие размер законодательно установленной минимальной зарплаты, то можно не сомневаться: вы имеете дело с маньяком и вам следует как можно скорее прекратить всякое общение с ним. Однако "уйти в сторону" вы должны как можно тактичнее, дабы не спровоцировать маньяка на агрессивные действия. Приступ агрессии тем более вероятен, что истеричность и мстительность присущи маньякам от природы.

Мне могут возразить:"Разве описанное вами поведение не характерно для всех так называемых поклонников, а проще сказать - влюбленных?" Я отвечу: маниакальное поведение остается маниакальным, как его ни назови. Всем известно, что так называемые поклонники неадекватно реагируют на внешние раздражители, речь их носит бессвязный и бредовый характер, поведение нелепо и вызывает неловкость и окружающих. Повторяю, что при этом они ненормально возбудимы, агрессивны и мстительны, - данные свойства делают их крайне опасными. Они не терпят противоречий, отказов, легко впадают в бред ревности и в определенные моменты начинают стремиться к уничтожению предмета своей болезненной страсти. Число женщин, умерщвленных так называемыми поклонниками в ХХ веке, вполне сопоставимо с количеством жертв двух мировых войн. Жертвы маньяков-экстремистов вроде Чикатило занимают лишь ничтожную долю в этом скорбном списке. Любопытные данные дошли до нас и из ХIХ века: по данным министерства полиции Франции, количество женщин, убитых на почве несчастной любви или ревности в одном только Париже в 1858-1860 гг., значительно превысило количество французских солдат, павших при осаде Севастополя. Какие же тут еще нужны аргументы?

В заключение дам несколько профессиональных рекомендаций. Если вы заметили, что стали предметом внимания маньяка, то самое лучшее - это воздержаться от всякого общения с ним, дабы не пасть жертвой его истерической возбудимости. Практика показывает, что наиболее безопасны сексуальные отношения с мужчинами, проявляющими к вам полное равнодушие и даже легкую брезгливость. С такими мужчинами вы можете взять развитие отношений полностью в свои руки. Но если все же вы окажетесь в такой ситуации, когда маньяк сможет беспрепятственно обрушить на вас свои домогательства, то вам следует немедленно уступить ему во всем, чтобы предупредить вспышку истерии и избежать физического насилия. Маньяк, добившийся своей цели, становится, как правило, вялым, угрюмым, плаксивым и старается немедленно скрыться, так что впредь, возможно, вы о нем уже не услышите. Если же маньяк захочет продолжить отношения с вами, а вы не сможете уклониться от общения с ним, то в такой ситуации врачи рекомендуют уступать ему при всяком удобном случае и как можно чаще - это физически ослабит маньяка и сделает его безопасным для окружающих.

Я сознаю, что столь животрепещущая тема не может быть исчерпана данной краткой заметкой и потому буду с нетерпением ждать вопросов и пожеланий наших дорогих читателей.


НОВОСТИ МЕДИЦИНЫ - 4


В последнее время и в нашей стране, и за рубежом переживает возрождение ныне полузабытая, но очень почитавшаяся в ХIХ веке наука френология (в России - черепословие). Метод ее вкратце сводится к тому, что склад характера человека вплоть до мельчайших особенностей можно безошибочно определить по шишкам и неровностям на черепе исследуемого субъекта. Наиболее радикальные френологи утверждали, что характер можно исправить путем выравнивания одних шишек и наращивания других (с этой целью применялись особые деревянные молоты, обшитые кожей). Угасание интереса к френологии было вызвано многочисленными разительными несовпадениями между тем, как человек вел себя в жизни и тем, чего следовало от него ожидать согласно рельефу его черепа. Современные френологи объясняют кажущееся противоречие отсутствием у прежней френологии психоаналитической базы, поскольку выводы их науки с применением методов психоанализа становятся практически непогрешимыми. Например, исследование черепа знаменитого немецкого маньяка Бруно Людке, свирепствовавшего в 30-40-х гг.(на его счету более 50 жертв), - это исследование показало, что г-н Людке отличался огромной любовью к людям, душевной мягкостью и добросердечием, а шишка гуманизма на его черепе достигала огромной величины, соперничая по размерам с самим черепом. "Как же сочетаются данные френологии с жизненной практикой г-на Людке?" - такой вопрос задал наш корреспондент одному из крупнейших рроссийских френологов г-ну Рогову. "Очень просто, - ответил маститый черепослов. - Любовь к людям, как учит психоанализ, бывает порой столь сильна, что сама по себе порождает массу мотивов для убийства. Тут и желание избавить милое существо от будущих мучений в непростой земной жизни; тут и желание не дать любимой жертве оступиться, запачкать себя скверной этого мира; тут и ревность, когда надо помешать дорогому существу отдаться недостойному сопернику; тут и гнев, когда предмет любви сам ведет себя недостойно... Поверьте, у истинно любящего человека мотивов для убийства всегда сколько угодно. Заметьте, я говорю только о возвышенной, духовной любви, а если к этой любви присоединяется и физиологическое влечение такой же силы, когда хочется не просто обладать любимым существом, а обладать каждым его, так сказать, кусочком?.. Тут такое бывает, я вам скажу!" - при этих словах ученый закатил глаза и сочно причмокнул. Наш корреспондент испуганно дернулся на своем стуле - аргументы френолога произвели на него глубокое впечатление. "И вот что я вам еще скажу, молодой человек, - продолжал доктор Рогов, сурово глядя на журналиста. - Как по-вашему, могла ли природа, в которой нет ничего бессмысленного, усеять никчемными шишками череп единственного мыслящего существа? Ну не абсурдно ли предполагать такое? Отказ от попыток понять язык черепных шишек стал бы преступлением со стороны нас, ученых, ибо их языком с нами говорит всемогущая Природа, - или, если хотите, Бог".

На этой возвышенной ноте и завершилась беседа нашего корреспондента с ведущим черепословом России.


АВТОМОБИЛЬ ХИТЕР И КОВАРЕН


(заметки автоненавистника)


Я хорошо сознаю абсурдность своей затеи - на страницах газеты, призванной, как и вся прочая пресса, содействовать развитию автомобилизма в России, опубликовать заметки человека, ненавидящего автомобиль как таковой. Однако я надеюсь, что редакция пойдет на эту публикацию по двум причинам: во-первых, из чувства справедливости - поскольку право голоса должны иметь не только автомобильные фанатики, и во-вторых, потому, что человек, приобретающий автомобиль, должен отдавать себе отчет в серьезности такого шага. Он должен понимать: то самодвижущееся транспортное средство, за которое он намерен выложить кучу денег, вполне способно не столько облегчить, сколько отравить ему жизнь. Он должен сознавать, что его покупка во многом определит его образ жизни на много лет вперед, а такие покупки, на мой взгляд, лучше делать с открытыми глазами. Надеюсь, что открыть глаза будущему автовладельцу как раз и помогут мои скромные заметки - заметки человека, чей автолюбительский стаж превышает 20 лет.

Занятно уже то, что человек, ездящий на собственном автомобиле, называется у нас "автолюбителем". Не понимаю, почему никого не коробит нелепость этого термина. "Автолюбитель" - стало быть, "любитель автомобилей", и таковых в стране несметное число, но по той же языковой логике еще больше должно быть "любителей холодильников" или "любителей пылесосов". Тем не менее молчаливо признается, что нельзя в полном смысле слова любить предметы бытовой техники, пусть даже они и облегчают нам жизнь. И лишь автомобиль является исключением из данного правила. А заслужил ли он такое отношение? Попробуем в этом разобраться.

Любя автомобиль, мы не можем относиться к нему объективно. Тут все происходит как в отношениях между мужчиной и женщиной: влюбившись в кого-то, мы стремимся во что бы то ни стало обладать предметом своей любви, закрывая глаза на все его недостатки. Отговаривать влюбленных от необдуманных шагов бесполезно, а потому и брюзжание человека, ставшего из автолюбителя автоненавистником, вряд ли сильно уменьшит размеры российского автомобильного рынка. Однако честный человек все же обязан попытаться отговорить ближнего от опрометчивого поступка, невзирая на явную безнадежность этой попытки.

Мне прекрасно известны все те доводы, с помощью которых безумцы пытаются оправдать свое яростное стремление к обладанию автомобилем. Главный из этих доводов состоит в том, что автомобиль якобы "экономит время". Хочется смеяться, слушая эту чушь. Да, первоначально автомобиль и впрямь был изобретен для ускорения перемещений в пространстве и тем самым для экономии времени. Еще совсем недавно он кое-как справлялся с этой задачей. Однако к началу третьего тысячелетия ситуация изменилась. Взглянув на забитые машинами улицы своего города, признайте скрепя сердце: ни о какой экономии времени с помощью автомобиля в наше время речь уже не идет. Сейчас любую поездку по городу вы ничуть не медленнее совершите на общественном транспорте. Вы что-то бормочете о комфорте? Да какой комфорт может быть там, где человек сидит как на иголках, поминутно поглядывает на часы и понимает, что очередная неожиданно возникшая пробка срывает ему еще одну важную встречу. И пусть даже вы приедете вовремя, и пусть даже на несколько минут быстрее, чем на метро, - пойдет ли сэкономленное время вам впрок? Вы ведь будете трястись от нервного напряжения, вызванного поездкой, вспоминать о том, как вас кто-то "притер" или "подрезал" и о прочих перипетиях езды по перегруженным улицам. А перипетиям этим, согласитесь, нет числа, и все они пагубно действуют на вашу нервную систему. Возможно, автомобиль и позволит вам сэкономить полчаса времени каждый день (во что я, извините, плохо верю), но сколько лет он вырвет из вашей жизни?

Вы говорите о том, что на автомобиле удобно и приятно совершать дальние поездки. Что ж, кое-какие дополнительные удобства автомобиль тут дает, не спорю, - в основном они связаны с облегчением перевозки багажа. Однако междугородные трассы сейчас, за редким исключением, забиты так же, как и городские улицы, и потому езда по ним - сомнительное удовольствие, зато впоне реальная опасность.

Прибыв в пункт назначения, вы с кряхтеньем вылезаете из-за руля, не в силах разогнуться, зад у вас словно налился свинцом, а перед глазами по-прежнему мелькают бесчисленные автомобили. Находясь в постоянном напряжении, вы, разумеется, просто не заметили всех тех красот, мимо которых проезжали. Словом, после такой "приятной поездки" вам придется еще немалое время приходить в себя.

Лично для меня главным аргументом в пользу того, чтобы сделаться из автолюбителя автоненавистником, послужило одно простое соображение, не приходящее почему-то в голову подавляющему большинству частных водителей. Я заметил, что при перемещениях в пространстве на общественном транспорте или на своих двоих мне в голову приходит много ценных мыслей, которые я затем использую в своей работе (к примеру, при написании данной статьи). А вот при езде на автомобиле в голову ровным счетом ничего не приходит - дай Бог только уберечься от столкновения на забитых машинами улицах и не попасться в лапы бдительному автоинспектору. Более того, после прибытия на конечный пункт своего маршрута мне приходилось еще долго собираться с мыслями. А поскольку наша жизнь в значительной своей части проходит в дороге, то я решил, что в течение столь длительного времени ни о чем толком не думать - это слишком большая роскошь.

Мне возразят:"Автомобиль необходим для делового человека, с ним больше успеваешь". Ну, насчет того, как автомобиль экономит время, мы уже поговорили. Добавлю только, что всюду успевать, никуда не опаздывать и оставаться при этом абсолютно спокойным можно лишь тогда, когда твои передвижения в максимальной степени зависят от тебя самого. Однако о езде на автомобиле такого сказать ни в коем случае нельзя. Тут вы зависите от дорожных пробок; от других водителей, которые в последние годы словно сошли с ума; от капризов автоинспектора; от погоды; от дорожно-ремонтных служб; от исправности вашего собственного автомобиля. Различные помехи возникают постоянно, - возникают, разумеется, всегда некстати и абсолютно независимо от вашей воли, а вам приходится суетиться и дергаться, чтобы их превозмочь. Ясно, что эти периодические стрессы отнюдь не укрепляют вашу нервную систему. Невозможно быть уверенным в себе, если постоянно ездишь на автомобиле -когда я уразумел эту простую истину, то укрепился в своем решении стать автоненавистником.

Особо хочется сказать об автоинспекции. С того момента, как вы приобретаете автомобиль, вы становитесь подданным этой могущественной организации и всецело зависите от ее произвола. Получение многочисленных необходимых документов - медсправки, талона о пройденном техосмотре, прав нового образца и т.д. - всецело зависит не от вашей дисциплинированности как водителя и автовладельца, а от размеров той мзды, которую вы уплачиваете как ведомству в целом (легально), так и его отдельным сотрудникам (нелегально), причем эффективность нелегальных платежей неизмеримо выше. Однако в те времена, когда я был автолюбителем, меня угнетали не столько поборы, сколько сознание своей полной беззащитности перед блюстителями порядка на дорогах. И в самом деле, стоит вам вручить свои документы инспектору, как вы тут же становитесь каким-то бесправным заложником и должны либо соглашаться с самыми несправедливыми претензиями, либо лишиться документов и вызволять их затем из цепких щупальцев ГИБДД путем долгих мытарств, практически непосильных для занятого человека. Каждому нашему водителю известно, что если уж автоинспектор решил содрать

денег именно с него, то предлог всегда найдется - если не для штрафа, то хотя бы для того, чтобы помешать избранной жертве продолжить движение и тем самым нарушить все ее планы. Поэтому автолюбители и предпочитают не спорить и безропотно платить. Выходит, что стать автолюбителем означает в то же время стать овцой, безмолвно сносящей любые издевательства и покорно позволяющей себя стричь. Стоят ли этого те весьма сомнительные удобства, которые предоставляет вам автомобиль? А я ведь ничего еще не сказал о принудительном страховании, нагло нарушающем все ваши гражданские права!

Мне возразят:"Автомобиль иметь необходимо, потому что это престижно". Простите, но весь мой долгий жизненный опыт говорит о том, что подлинный престиж создается прежде всего умом, высокими деловыми качествами и душевным благородством. Покупая дорогую машину с целью пустить окружающим пыль в глаза и поднять свой авторитет, вы рискуете достичь на самом деле противоположного результата. Окружающие могут задаться логичным вопросом: это каким же ничтожеством надо себя считать, как же низко надо себя ставить, чтобы выкладывать кучу денег исключительно ради укрепления престижа? Могу сообщить по секрету всем обладателям шикарных иномарок: все их вложения в престиж у подавляющего большинства людей вовсе не вызывают суеверного почтения, а только презрительную ухмылку. Подлинно выдающимся людям, чьи заслуги очевидны и неоспоримы - писателям, ученым, артистам - народ простит любой шик, любую роскошь, но когда таких заслуг нет, то обладатели сверкающих лимузинов становятся героями анекдотов. И даже в кругу наших скороспелых богачей покупкой "ролс-ройса" или "феррари" реального авторитета не заработать. Машина может, конечно, сказать кое-что о богатстве своего хозяина, но она умалчивает о том, достоин ли ее хозяин этого богатства. А посмотрите на счастливого владельца "навороченной тачки", когда он по десять раз за ночь вскакивает, чтобы посмотреть, не угнали ли еще его сокровище; когда он в тапках на босу ногу бежит отключать сигнализацию, сработавшую от чьего-то пинка; когда он по-собачьи заглядывает в глаза милиционерам, пишущим протокол после того, как угон и впрямь состоялся... О каком уж престиже тут можно говорить!

Возможно, читая мои заметки, кое-кто воскликнет: да этому чудаку просто не повезло с автомобилем! Спешу уверить: все четыре моих "жигуленка" служили мне верой и правдой, не вызывая никаких нареканий, но даже их надежность не могла защитить меня от тех печальных сторон жизни автолюбителя, о которых я писал выше. Замечу кстати: похваливая своих железных коняг, я не уставал удивляться тому, как презрительно отзываются наши средства массовй информации об отечественной автопродукции. Только сейчас я, наивный человек, начал догадываться, что, возможно, эти отзывы были небескорыстными. Результат же известен: затопивший страну поток разномастных иномарок, обнаруживших свойство исправно ломаться на наших дорогах, головная боль с запчастями, ремонтом, охраной, останавливающиеся отечественные заводы, утекающие из страны деньги и всеобщая нищета.

Я мог бы написать еще немало мрачных строк о том, как много различных неприятностей связано с обладанием автомобилем. Но, как я уже отмечал выше, автолюбителем движет не рассудок, а любовь, и потому все мои предостережения для него - пустой звук. То непередаваемое ощущение, когда его машина на хорошем шоссе набирает скорость, перевесит для него все соображения опыта. Что ж, в добрый час! Каждый должен сам вкусить от всех соблазнов жизни, и, возможно, нынешний начинающий автолюбитель через двадцать лет лишь посмеется над той ворчливой писаниной, которой я некогда пытался его запугать. Что ж, если так случится, я буду только рад. Однако я свой выбор сделал - из рядов автолюбителей я окончательно и бесповоротно перешел в ряды пешеходов. Надеюсь, что у тех, кто вдумчиво прочел данные заметки, этот шаг уже не вызовет удивления.


" ЕГО ЗОВУТ БРУНО "


Об этом человеке мне рассказала знакомая, которой он помог. Она несколько лет ухаживала за одинокой старой актрисой, которую разбил паралич. Старуха посулила завещать ей квартиру, но оттягивала оформление бумаг, опасаясь с последней подписью стать вовсе никому не нужной. Когда после всех проволочек, капризов и склок старуха вдруг умерла, многие важные бумаги остались неподписанными, и моей знакомой пришлось судиться с РЭУ, дабы отстоять свое право на квартиру. В этой же квартире она жила с черным котом Петрушкой, пока тянулась судебная волокита.

- Я просто не могла понять, что со мной происходит, - рассказывала она. - Ты ведь знаешь, я никогда не любила сидеть сложа руки, постоянно находила себе какое-нибудь дело. Старухина квартира у меня всегда блестела, дома и на работе тоже все было в порядке. Когда все дела переделаю, обязательно придумаю, куда бы сходить развлечься... Но когда старуха умерла, со мной что-то случилось: бывало, полдня не могу встать с постели, а встану - рукой не могу пошевелить, до уборной еле дохожу. Врачи ничего не находят, а я вся пожелтела, глаза тусклые... Дело было, конечно, не в горе - я покойницу никогда особенно не любила, да и срок ее давно подошел. И спать я стала плохо, неглубоко, все время старуха снилась. А как-то раз проснулась ночью и слышу: Петрушка по квартире мечется как бешеный, а потом как завоет в коридоре, словно напугать кого-то хочет. Я в коридор выскочила и вижу: стоит Петрушка боком, шипит, глаза горят, а что его напугало - непонятно. Я его взяла в постель, кое-как успокоила, он задремал, стала и я тоже засыпать и вижу: старуха входит в комнату, на ней что-то белое, длинное, вроде ночной рубахи, и начинает что-то искать, но ищет как-то странно, словно нехотя, словно ее кто-то заставляет. Вижу, поворачивается ко мне, идет к кровати,- а я ведь, кстати, спала на той кровати, на которой она умерла,- идет с трудом, как будто через силу, и я знаю, что она меня не видит, а только чувствует: на ее кровати кто-то есть и ей обязательно надо узнать, кто это. Мне не страшно, но глаз я от нее не могу оторвать и пошевелиться тоже не могу. Она подходит, водит надо мной руками в воздухе, и я чувствую, что от ее рук исходит такой неприятный влажный холодок. Тут Петрушка проснулся, завизжал как резаный и умчался куда-то. С той ночи мне становилось все хуже и хуже, спать без сновидений я практически перестала, а Петрушка каждую ночь с кем-то воевал. Потом он заболел, ветеринар ничего не нашел, но Петрушка перестал есть и в конце концов умер.

Моя знакомая всхлипнула. Утерев слезы платочком, она справилась с собой и продолжила рассказ:

- Бруно помог моей подруге после гибели ее мужа, она-то и дала ему мой адрес. Он сам приехал ко мне. Бруно никого не принимает у себя и встречается с клиентами только у них дома. Он расспросил меня обо всем, осмотрел квартиру, потом попросил показать ему с балкона то место во дворе, где я похоронила Петрушку. После этого он велел мне не выходить из моей комнаты, а сам закрылся в той комнате, где умерла старуха. Я не должна была его видеть - он приказал стучать в перегородку, если мне понадобится на кухню или в туалет. На рассвете раздался звонок в дверь, я постучала в перегородку и пошла открывать - думала, кто-то пришел, но оказалось, что это Бруно дал знать о своем уходе.

Моя знакомая закурила сигарету и улыбнулась:

- Кстати, зовут его вовсе не Бруно, - так мне сказала подруга. Впрочем, как его зовут на самом деле, она тоже не знает. Он оставил мне письмо, в котором настаивал, чтобы я срочно съехала со старухиной квартиры, и подробно расписал, как действовать, чтобы выиграть дело в суде. Потом я узнала: он побывал у моего адвоката, у судьи, у этих жуликов из РЭУ и у того типа, которому пообещали старухину квартиру. Дело решилось в мою пользу, и с тех пор у меня все в порядке, но все же мне как-то не по себе оттого, что я точно знаю: я никогда больше не увижу Бруно. И еще, конечно, Петрушку очень жалко.

Я слушал ее вполуха - последние несколько месяцев мне было так скверно, что никакие события меня не интересовали и любой разговор вскоре начинал утомлять. К тому же ни в каких экстрасенсов и колдунов я никогда не верил. Однако симптомы, перечисленные моей знакомой, были для меня настолько узнаваемы, что я слегка оживился и полюбопытствовал:

- А как связаться с этим Бруно?

- Он сам тебе позвонит. Он все делает так, чтобы никто не знал его координат. Не бойся, от его визита ты ничего не потеряешь. Будешь дома сегодня вечером? Вот и хорошо, жди.

Бруно действительно позвонил вечером. О его голосе и манере говорить у меня не составилось никакого впечатления, потому что звонил он откуда-то издалека и я еле-еле его слышал. Мне только показалась странной его манера назначать время визита - записав мой адрес, он сказал:"Приеду, как только стемнеет" - и повесил трубку.

Февральские сумерки сгущались, темные глыбы окрестных домов опоясались разноцветными огнями, невидимая капель вразнобой постукивала на балконе, раздражая мои и без того напряженные нервы, когда нетерпеливо ожидавшийся мною звонок в дверь заставил меня подскочить на стуле. Внешность Бруно разочаровала меня: его фигура, одежда, черты лица оказались настолько заурядными и незапоминающимися, что третьеразрядный романист наверняка высказал бы предположение о причастности гостя к деятельности спецслужб. Лишь когда мы расположились в креслах друг против друга в освещенной комнате и я увидел глаза Бруно, я понял, что иначе ему выглядеть нельзя, ведь броские детали внешности порождают желание заглянуть в глаза их обладателю, а глаза Бруно, я в этом уверен, любому запоминались навсегда. От этих светло-серых, почти бесцветных глаз в памяти оставался только их блеск, который, казалось, не зависит от света - таким болезненно напряженным был взгляд Бруно. Пустой взгляд некоторых людей называют безумным, но на самом деле он выражает не безумие, а лишь отсутствие осмысленности. Взгляд Бруно был пристальным, острым, холодно-сосредоточенным, и все же я видел в нем то подлинное безумие, которое порождается невыносимым страданием, когда страдание не находит выхода, скованное неумолимой волей. Свет люстры, падавший сверху, подчеркивал глубокие тени под глазами Бруно, резкие морщины, пробороздившие его еще молодое лицо, - при таком освещении оно напоминало зловещую трагическую маску. Я выключил люстру, зажег торшер, чтобы сгладить это впечатление, вновь уселся в кресло и закурил, стараясь как-то успокоить взвинченные нервы. После первых жадных затяжек я начал было рассказывать о своем недомогании, но Бруно прервал меня словами:"Я уже все знаю" и знаком велел мне молчать. Я недоуменно пожал плечами и умолк. Бруно тоже молчал. Странность ситуации не доставляла ему, видимо, никакого дискомфорта. Настенные часы громко тикали; щека Бруно нервно дернулась, он внезапно поднялся, подошел к часам и, как мне показалось, лишь слегка прикоснулся к ним двумя пальцами, после чего часы затихли. Бруно вернулся на свое место и вновь погрузился в молчание. Неожиданно он заговорил.

- Возьмите это, - Бруно показал на пепельницу, стоявшую на журнальном столике, сделанную моим приятелем-медиком из настоящего человеческого черепа,- возьмите это, вымойте и вычистите хорошенько, поставьте в сухое и теплое место, лучше за стекло, и постарайтесь трогать как можно реже.

После этих слов он без всякого перехода произнес:"До свидания" и сделал попытку встать. Я увидел, что он тяжело дышит, тени под глазами обозначились резче, а от висков к щекам пролегли блестящие полоски пота. Не помню уже, как я уговорил его остаться, помню только, что по его требованию я вынес череп на кухню и заменил его обычной пепельницей.

- В отношении вас я могу нарушить свое правило никогда ничего не объяснять, - промолвил Бруно. - Есть люди, которым отпущен слишком большой для этой жизни запас духовного вещества, они как бы насквозь пронизаны духом и обладают поэтому чрезвычайной душевной и нервной чувствительностью. Вы из таких людей, я вам сочувствую и потому говорю с вами откровенно. Ваш случай очень прост - все неприятности происходили из-за этого черепа, точнее, из-за того, как вы его использовали. Позвольте начать издалека - я буду объяснять поверхностно, но примерно так же, как я объяснял самому себе логически то, что вначале только чувствовал. Так вот, если жизнь - это особый способ существования материи, то наличие жизни предполагает наличие особого вида энергии, - назовем ее духовной энергией, - действующей по совершенно особым законам. Думаю, такой вывод абсолютно логичен. Однако мы не можем считать ни одно из знакомых нам веществ тем полем или средой, где непосредственно проявляется эта энергия, ее носителем или источником. Духовная энергия проявляется в деятельности живых организмов, однако сами по себе эти организмы не могут ее ни производить, ни удерживать. Отсюда вывод: существует особое духовное вещество, о котором мы ничего не знаем, являющееся той средой, в которой первоначально действует духовная энергия. Духовное вещество вступает, в свою очередь, во взаимодействие со знакомыми нам веществами и приводит их в движение, воспринимаемое нами как жизнь. Я с давних пор ощутил в себе дар чувствовать всякую жизнь, всякое движение духовного вещества, и поверьте, что такая способность очень мучительна - все равно что родиться без кожи. Вы тоже наделены необычайно высокой чувствительностью, но другого вида, я же могу только улавливать присутствие и движение духа. Со временем я стал ориентироваться среди множества сгустков духа, стал различать, какие из них благосклонны к человеку, а какие враждебны, изучил закономерности их поведения, места пребывания и так далее.

Речь Бруно текла быстро, словно он стремился поскорей выговориться. Заметно дрожавшей рукой он достал сигарету из лежавшей на столике пачки, прикурил от поднесенной мною зажигалки и продолжал:

- Вот, например, об этом вашем черепе: согласитесь, что ни одно вещество не перемещается с одного места на другое без того, чтобы часть его не осталась на прежнем месте. Поверьте, я совершенно ясно ощущаю остаток прежней жизни, обитающий в этом черепе. Такой же остаток, только еще более ощутимый, находится в могилах и прочих человеческих захоронениях. Я много раз звонил в милицию и указывал им места, где спрятаны трупы, - в милиции, вероятно, думают, будто это звонят убийцы, мучимые раскаянием. Духу как особому виду вещества присущи и особые реакции - назовем их эмоциями: обида, гнев, ненависть и так далее. Если вы используете обиталище духа для гашения окурков, то дух и реагирует соответственно: пусть он не может вас прямо покарать, но его враждебный контакт с вашим духом настолько вредоносен, что расстраивает всю вашу жизнедеятельность.

- А что получилось с моей знакомой? - спросил я. - Она ведь не сделала старухе ничего дурного, за что же она пострадала?

- Старуха осталась перед ней в огромном долгу: пользовалась уходом до самой смерти, а бумаги так и не подписала. Духи очень остро ощущают незавершенность своего земного существования, и потому дух старухи постоянно возвращался в квартиру. Пусть он не был враждебным, но он был беспокойным, болезненно раздраженным, и потому создавал галлюцинации, атмосферу подавленности, расстраивал жизнедеятельность и хозяйки, и ее кота. Кстати, кот, видимо, тоже относился к особо чувствительным существам - животные черной масти вообще отличаются этим, хотя я и не берусь объяснить, почему.

- Но откуда же приходил дух старухи и куда он делся после встречи с вами?

- Ниоткуда,- пожал плечами Бруно. - Или из пространства... Из духовного слоя над землей, где обитают все духи, освободившиеся от телесности. После контакта со мной он удалился туда же. Большинство пребывающих там духов принадлежало при жизни обычным существам, прошедшим обычный, вполне завершенный земной путь, и потому покой является их естественным состоянием по окончании жизни. Но дух людей подлинно деятельных не успокаивается после смерти, ибо творческая деятельность не может быть окончательно завершена. Творческий дух и после смерти своего носителя живет явно и деятельно, поскольку его произведения являются исходным элементом для деятельности живущих. Это и есть то, что мы называем бессмертием, в отличие от тупого покоя, в котором пребывает после смерти дух заурядных людей. Но духи тех, кто творил при жизни зло, также не знают покоя, ибо зло не может достичь завершенности. Эти люди творили зло тайно, и духи их также действуют тайно, проявляя себя только через злодейства живущих. Даже если преступление раскрыто, то всего о нем мы никогда не узнаем, потому что совершалось оно вдалеке от людских глаз. Преступный дух вечно блуждает по свету, чтобы творить зло чужими руками, - он-то и есть Абсолютное Зло. Не надо думать, будто дух самого свирепого преступника является самым коварным дьяволом: человек, ни разу не преступивший закона, но живший только ради себя самого, может причинить после смерти неизмеримо больший вред. Внутренне себялюбец готов на всякое зло, и если при жизни он не успевает его совершить, то после смерти его дух ощущает мучительную незавершенность и, мстя за нее, неустанно сеет соблазн. Умение вступать в контакт с духами, умение слышать, точнее, чувствовать то, что они хотят тебе сказать, - это, поверьте, незавидный дар. Узнаешь столько страшного, что, кажется, сознание не в силах такого выдержать. А ведь это страшное часто еще только готовится произойти, и ты, слабый человек, далеко не всему можешь помешать.

- Скажите, а как вы вступаете в контакт с духами? На что это похоже?

- М-м... Ну, например, на то, когда в темноте пытаешься воткнуть штепсель в розетку. Разница лишь в том, что розеток множество, а нужна вам только одна, и еще: вместо вилки вы суете в розетку собственные оголенные нервы.

- Вот вы говорите о духах, о духовном веществе, - торопливо продолжал я, видя, что Бруно утомленно откинулся на спинку кресла. - А можно обычному человеку, не такому, как вы, ощущать духов? Например, видеть их?

- Их самих - нет, - ответил Бруно. - Можно видеть галлюцинации, которые они порождают, воздействуя на нашу духовную природу. Ощущать же, пожалуй, можно: словно нечто, сгусток чего-то неопределимого, проходит сквозь тебя. На секунду ты впадаешь в состояние, близкое к обмороку, а потом вдруг начинаешь понимать какого-то прежде совершенно неизвестного тебе человека - до такой степени, словно ты сам прожил его жизнь.

Бруно помолчал, а потом задумчиво произнес:

- А впрочем... Впрочем, может быть, духов можно и видеть. Как-то раз на рассвете в старинном парке я заметил на фоне деревьев сероватое облачко, которое не висело неподвижно, как окружавший его предутренний туман, а двигалось - словно шаг за шагом подбиралось ко мне. Потом оно прошло сквозь меня, и ощущения мои были такими, как я вам только что описывал: я обмер на мгновение, а затем понял, постиг какого-то незнакомого человека, все его влечения, все замыслы, все чувства, - так, словно я был им некоторое время. Не знаю, как его звали, но могу предполагать, к какому кругу общества он принадлежал, как и чем жил... Поверьте, что это был страшный человек, - пожалуй, самый страшный из всех, которых мне случалось понять.

Бруно некоторое время сидел неподвижно, глядя в какую-то невидимую точку на стене, и сигарета праздно дымилась в его подрагивающих пальцах. Затем он рывком поднялся с кресла. Прощание наше получилось скомканным - казалось, Бруно сожалел о том, что пустился в разговоры со мной, хотя о себе он, в сущности, почти ничего не рассказал. Протянутых мною денег он словно не заметил. Спросить его координаты я не решился, - впрочем, он обещал позвонить мне сам. После его ухода в сердце у меня поселилась безотчетная тревога. Я знаю, что он не нуждается в моем сочувствии, но все же каждый вечер после наступления темноты с нетерпением жду звонка.


РЕКЛАМНЫЕ ТЕКСТЫ


- На книгу "Похороны".


Нам очень прискорбно сообщать тебе об этом, дорогой читатель, но от правды никуда не деться... Собери в кулак все свое мужество и слушай: ты умрешь. Увы, это неизбежно. Умру и я, пишущий эти строки, и все сотрудники "Клюквы", и все ее читатели... Но у нас есть одно утешение: мы можем отойти в мир иной достойно, по всем правилам, оставив по себе добрую память в душах близких. А требуется для этого немного: всего лишь приобрести и внимательно прочесть книгу "Похороны", напечатанную издательством "Букмэн".


- На книгу "Домашнее виноделие".


Пишу под мухой. Шум внешнего мира, погрязшего в денежных проблемах, почти не доносится до моего сознания. Я счастлив: я применяю на практике рецепты из книги "Домашнее виноделие", выпущенной издательством "Букмэн". Что тут можно добавить? Можно только просто "добавить" и стать еще счастливее. Присоединяйся, дорогой читатель!


ЕЩЕ РЕКЛАМНЫЕ ТЕКСТЫ


В наш торопливый век у тебя, дорогой читатель, конечно же, нет времени на то, чтобы колдовать над стряпней и подолгу ждать, когда же пища наконец сварится (зажарится, потушится). Для ускорения этих процессов ты, несомненно, давно уже приобрел микроволновую печь. Но ты ведь Человек с большой буквы, дорогой читатель, - ты, конечно не станешь готовить еду кое-как и лопать все подряд, чавкая и задыхаясь, словно кабан. Ускорить приготовление пищи тебе поможет микроволновая печь, но утонченный вкус и аппетитность твоя микроволновая стряпня приобретет лишь благодаря книге "Кулинарные секреты микроволновой печи", выпущенной издательством "Букмэн". Наслаждайся!


Много безобразного и гнетущего видим мы в жизни, но ничто не гнетет нас сильнее, чем вид захворавшего ребенка. "Дите-то чем провинилось?" - обливаясь слезами, думаем мы. Не огорчайся, читатель, еще не все потеряно! Купи двухтомник "Детский народный лечебник", выпущенный издательством "Букмэн". Следуя приведенным в этой книге рецептам, любую детскую хворь ты одолеешь играючи и вновь увидишь перед собой вопящее, дерущееся, ломающее все вокруг существо, то есть очаровательного здорового ребенка.


Интересно следить со стороны за похождениями преступников, любопытно проникать в лабиринты криминального мира в качестве постороннего зрителя. Однако стократ интереснее самому оказаться в шкуре злодея и действовать заодно с ним, при этом зная, что его грехи не приведут вас в тюрьму и не запятнают вашей совести. Такое перевоплощение принесет вам немало и страшных, и веселых минут, порой вы испытаете отвращение, но уж наверняка забудете о скуке. А для перевоплощения требуется всего-навсего купить книгу Евг.Монаха "Проклятие царя Мидаса", выпущенную издательством "Букмэн", и вслед за автором двинуться на поиски неверного бандитского фарта.


ЗАГАДОЧНЫЙ ГРАФ


Дорогая редакция!


Я литературовед, живу в Санкт-Петербурге и занимаюсь сейчас изучением жизни и творчества малоизвестного поэта Серебряного века графа Александра Перфильева. На мой взгляд, произведения Александра Перфильева были забыты не из-за малой одаренности их автора, - поэт он, на мой взгляд, выдающийся, - а из-за некоторых особенностей личности графа и некоторых загадочных деталей его частной жизни. Граф служил в кавалергардах, но ему пришлось покинуть полк, так как распространился слух, будто он нечисто играет в карты. Считалось, что граф бесчестно поступил с несколькими женщинами, с которыми состоял в связи, и одна из этих несчастных, обобранная любовником, даже приняла яд. Графа подозревали в причастности к нескольким дерзким кражам, когда из частных домов, куда он был вхож, неизвестные преступники похищали драгоценности. Намекали и на то, что граф помог отправиться в лучший мир своей тетушке, наследство которой позволило ему и дальше продолжать свои безумные кутежи. Венцом всему стали сведения о его сотрудничестве с охранкой. Надо сказать, что граф своим образом жизни давал почву для всех слухов и подозрений, ибо его расточительность даже в тогдашнем разгульном Петербурге вошла в поговорку. Объяснить же происхождение денег, швыряемых им на ветер и никак не кончавшихся, граф упорно отказывался. На все вопросы, и прямые, и заданные обиняками, граф с усмешкой отвечал:"Если на этих деньгах грех, то я один в ответе. Не хватайтесь за ношу, которой вам не снести". Понятно, что такие ответы хотя и разжигали интерес к частной жизни графа, но отнюдь не прибавляли доверия к его нравственности. В результате графа перестали принимать в свете, и он даже принужден был застрелить на дуэли приятеля, не пожелавшего подать ему руку. С помощью взяток дело было замято, однако к тому времени уже все журналы с порога отвергали отвергали стихи Перфильева. А ведь граф начинал как многообещающий поэт-символист, первыми же своими публикациями заслуживший немалую известность и удостоившийся хвалебных откликов ведущих литературных мэтров того времени, и в их числе - В.Брюсова. А.Перфильев публиковался с тех пор только в издававшемся им на собственные средства и выходившем мизерным тиражом символистском журнале "Хрисаор". Кроме самого графа в журнале соглашались сотрудничать лишь самые одиозные личности того времени вроде поэта Тинякова-Одинокого и ему подобных. Граф Перфильев выехал за границу еще до начала первой мировой войны, жил как перекати-поле, переезжая из страны в страну, и всюду его пребывание сопровождалось скандалами, дуэлями и всякого рода темными историями. В 1929 году граф Перфильев был убит на дуэли в Берлине русским эмигрантом-белогвардейцем.

В поисках материалов об А.Перфильеве я посетил село Хмелевец Тамбовской области - родовое имение Перфильевых. Там находится дом-музей известного писателя-народника Ф.Перфильева, родного дяди нашего графа. Дядя был одним из немногих людей, не порвавших отношений со всеми отверженным поэтом, и потому я надеялся найти в музейном архиве утраченные номера журнала "Хрисаор" и, возможно, неопубликованные произведения графа.

В поезде я читал Вашу газету. В ней мое внимание привлек очерк "Его зовут Бруно" - о человеке, наделенном особым духовным чутьем и способном распознавать повсюду наличие или отсутствие того, что он сам называет "духовным веществом". Запомнился следующий абзац:"...Впрочем, может быть, духов можно и видеть. Как-то раз на рассвете в старинном парке я заметил на фоне деревьев сероватое облачко, которое не висело неподвижно, как окружавший его предутренний туман, а двигалось - словно шаг за шагом подбиралось ко мне. Потом оно прошло сквозь меня, и я обмер на мгновение, а затем понял, постиг какого-то незнакомого мне человека, все его влечения, все замыслы, все чувства,- так, словно я был им некоторое время. Не знаю, как его звали, но могу предполагать, к какому кругу общества он принадлежал, как и чем жил... Поверьте, что это был страшный человек, - пожалуй, самый страшный из всех, которых мне случалось понять".

Работая в архиве Хмелевецкого музея, я уже почти забыл об этом очерке, тем более что мне


посчастливилось обнаружить среди прочих бумаг целую кипу неопубликованных стихотворений графа. Эти стихи Александр Перфильев прислал своему дяде из-за границы с просьбой сохранить их для потомства. "Возможно, они хоть в какой-то степени послужат мне оправданием",- многозначительно замечал граф в сопроводительном письме. И вот когда я читал одно из стихотворений найденной мною подборки, меня словно током ударило - стихи напомнили мне абзац из очерка в Вашей газете. Привожу это стихотворение целиком:


В проеме аллеи стоят облака;

Над тихо текущею толщею зноя

Вы здесь на балконе стоите со мною,

И нежно играет с моею рукою,

Как рыбка, прохладная ваша рука.


Пленяют привольем ступени террас

И грота замшелого грубая арка;

Но все перспективы пустынного парка

Меняются странно в полуночный час.


К безмолвно толпящимся бликам пруда

Аллеи туманный туннель пролегает.

Там кто-то крадется и перебегает...

Молю вас, мой друг: не ходите туда!


На грани заметного тихой игрой,

Сударыня, бойтесь отважно пленяться:

Им любо порхать, растворяться, меняться,

Но нежный их рой замирает порой.


И новую тень вы заметите там:

Она не меняется, не пропадает,

Подчас осторожно к стволам припадает -

Но медленно близится, близится к вам.


Без формы, без цвета - сгущенная мгла -

Сквозящая, близится, двигаясь зыбко,

И сердце забьется, как пленная рыбка,

Почуяв флюид Абсолютного Зла.


На место открытое выйдет она,

Уже не скрываясь под лиственной кущей,

И к вам подойдет, колыхаясь влекуще,

И вас облекает ее пелена.


И облачком смутным сквозь вас проплывет -

И сердце осыплется горсткою праха.

Вы больше не будете чувствовать страха,

И к ужину тетушка вас позовет.


Но тень, как пыльца, растворится в крови;

Отныне, беднее любого монаха,

Скитаться вы будете в поисках страха,

Без веры дерзать и любить без любви.


Вы будете души живые терзать,

Сердцами играть, как охотница - дичью,

Но будет в крови оживать безразличье -

И будете вы, словно тень, исчезать.


Зачем вы так странно глядите в глаза?

Ужели вы поняли взгляд мой холодный,-

Холодный, застывший, как камень бесплодный,-

Иль нужен вам просто эпитет пригодный?

Извольте: нефрит, изумруд, бирюза.


Возможно, столь удивительное совпадение описаний представит интерес для ученых, работающих над раскрытием тайн человеческого духа и духовной энергии вообще. Для меня же несомненно одно: герою Вашего очерка и автору приведенного стихотворения довелось некогда пережить одно и то же. Сопоставив это стихотворение с Вашим очерком, я стал замечать в окружающей жизни много такого. чего прежде не замечал,- другую, параллельную жизнь.


С благодарностью - Н.Эверт, доктор филологических наук,

Санкт-Петербург.


КОЛОНКА РЕДАКТОРА


Дорогой читатель!

Я, Андрей Добрынин, с удовлетворением сообщаю тебе о том, что путем интриг, наушничества и подсиживания мне наконец-то удалось частично оттереть К.Григорьева от тепленького местечка единоличного редактора "Клюквы" и занять пост соредактора этой влиятельной газеты. Думаю, и ты, дорогой читатель, обрадуешься такому известию, ибо я сызмальства являюсь поклонником учения чучхе, а главный принцип этого учения - "Все во имя человека, все для блага человека". А чего хочет человек, становясь читателем газеты? Разумеется, жуткой мистики, насилия, преступлений, грубой эротики и всяких ужасов. И я пойду на все, чтобы потрафить твоим вкусам, дорогой читатель, даже если для этого мне придется вступить в смертельную схватку с реакционером К.Григорьевым. А что делать? Журналистика - это клубок змей, и в террариуме прессы выживает сильнейший. Вот и мы с Григорьевым время от времени сцепляемся в драке среди рабочего дня прямо в редакции и начинаем кататься по полу, круша мебель и оргтехнику и немилосердно тузя друг друга. Затем, изрыгая свирепую брань и угрозы, мы с треском вылетаем в коридор, где продолжаем потасовку до полного истощения сил. Вечером мы пьем мировую в дешевом кабаке и, обливаясь мутными слезами, клянемся друг другу в вечной любви. А утром все начинается сызнова. И лишь ради тебя, дорогой читатель, я готов и впредь жить в этом аду.

Впрочем, может быть, я неправ и ты, дорогой читатель, хочешь не того, что я назвал, а чего-нибудь другого? С годами я сделался пуглив и предусмотрителен, как зверь, и до получения твоих пожеланий в своей редакторской (точнее, соредакторской) политике намерен соблюдать величайшую осторожность. Мои материалы будут до отвращения пресными и бесцветными, дабы никого не задеть,

но это лишь до того момента, когда я услышу твой трубный глас, мой любимый читатель. А уж тогда все будет как ты хочешь, и смелости моей не будет предела. Итак, пиши мне, и да здравствует наша победа над Мировой Тупостью и К.Григорьевым!


ОФИЦИАЛЬНЫЕ НОВОСТИ

(корр. А.Добрынин)


Согласно решению московской мэрии контролерами в общественном транспорте отныне будут работать исключительно проживающие в столице вьетнамцы. Как известно, вьетнамцы отличаются жестким и непреклонным характером и потому, как ожидается, не будут давать безбилетникам никаких послаблений. В пользу вьетнамцев говорят также их дисциплинированность и дотошность. Наконец, важным плюсом является и то, что эти выходцы из Азии не владеют русским языком и потому не будут слушать ссылок на бедность и других доводов, которыми "зайцы" обычно стараются оправдать свое антиобщественное поведение.


* * *

Министерством торговли совместно с ГАИ принято решение впредь продавать системы охранной сигнализации для автомобилей только в комплекте с взрывным устройством. В течение трех минут с момента включения звукового сигнала владелец транспортного средства должен выключить охранную систему, в противном случае взрывное устройство срабатывает и автоматически уничтожает источник шума, мешающего отдыху граждан.


* * *

В преддверии грозящих социальных потрясений российские государственные телекомпании приступили к реализации программы мягкого зомбирования телезрителей. Мягкое зомбирование, в отличие от жесткого, ставит своей целью не принудить человека к каким-либо действиям, а. напротив, удержать его от определенных нежелательных действий. В нашем случае речь идет о внушении телезрителям чувства удовлетворенности жизнью, уверенности в завтрашнем дне и отвращения к насилию. Телезритель, получивший заряд таких чувств, уже вряд ли примет участие в уличных беспорядках. Зомбирование, как известно, осуществляется специально подготовленным лицом - так называемым зомбатором. Диплом зомбатора, согласно программе, должны постепенно получить все те, кто с телеэкрана непосредственно общается со зрительской аудиторией. Не стоит удивляться тому, что из эфира исчезли такие популярные телеведущие, как А.Шарапова или звезда МузТВ Аврора - они временно отозваны на курсы зомбаторов, созданные при Ветеринарной академии, и вскоре мы непременно увидим их снова.


* * *

Министерство сельского хозяйства объявило, что в целях борьбы с грозящим стране голодом оно намерено предпринять активные усилия по развитию в России страусоводства. В рамках данной кампании в подмосковном Домодедове уже создана первая страусиная ферма. К сожалению, при ее создании не были учтены особенности психологии страусов и, в частности, их привычка в затруднительных обстоятельствах прятать голову в песок. В результате два страуса-производителя разбили себе головы о бетонный пол при приближении к их клетке птицевода В.Психарева. Однако теперь в клетки завезен песок, и вскоре жители столицы увидят на прилавках магазинов диетическое страусиное мясо и яйца, каждое из которых весит более 20 кг, а размерами в 9 раз превосходит стандартный баскетбольный мяч.


* * *

Министерством здравоохранения по указанию Президента закуплено в Колумбии 100 тыс.т антидепрессантов. Сделано это для предупреждения возможных в условиях экономического кризиса социальных взрывов. С централизованных складов препараты будут развозиться по предприятиям и организациям в соответствии с численностью работников. Дозировку предполагается варьировать в зависимости от экономического положения предприятия и даты последней выдачи зарплаты. Закупленные антидепрессанты были опробованы на колумбийских индейцах и дали хорошие результаты: у индейцев поднялось настроение, исчезли страхи, мрачные предчувствия, раздражительность, улучшились музыкальный слух и чувство ритма. Несомненно, в накаленной общественной атмосфере сегодняшней России подобные препараты способны принести неоценимую пользу.


КОЛОНКА РЕДАКТОРА


Приветствую тебя, дорогой читатель! С радостью отмечаю тот факт, что недолго пришлось тебе отдыхать от наших навязчивых попыток тебя развлечь: с бездушной равномерностью маятника мы вновь обрушим на тебя в этом номере "Клюквы" потоки пошлости, лавины дурновкусия и камнепады идиотских острот. Поверь, читатель: нам чертовски стыдно, но что поделаешь - зарабатывать деньги другим способом мы не умеем, а в такой влиятельной газете, как "Клюква", денежки, между нами говоря, платят хорошие. Тебя, дорогой читатель, при чтении нашей бездарной стряпни должно утешать одно: испокон веков было принято, чтобы отдыхающих господ развлекали своими ужимками шуты-уроды. Иначе говоря, мы не огорчимся, если смеяться станут не над нашими сочинениями, а над нами самими. И все же порой, пересчитывая заработанные недостойным кривлянием купюры, мы ощущаем, как комом подкатывает к горлу грусть - ведь и нам хотелось бы, чтобы нас принимали всерьез, хотелось бы свить собственное семейное гнездышко, смотреть по вечерам телевизор в кругу милой супруги и кудрявых детишек... А чем мы с К.Григорьевым занимаемся по вечерам на самом деле? Крепко сцепившись, как два краба, бредем к метро от места распития спиртных напитков и ревем дурными голосами арию мистера Икс из одноименной оперетты:

Да, я шут, я циркач, так что же?

Пусть меня так зовут вельможи...

Как они от меня далеки, далеки -

Никогда не дадут руки...

На этом месте мы обычно умолкаем - во-первых, потому, что не знаем дальнейших слов, а во-вторых, потому, что нас душат рыдания. Да, никому не посоветую избрать жестокий жребий литератора! Хорошо еще, что нас до сих пор ни разу не забрали в кутузку за безобразное поведение. И все же мы намерены и дальше брести безводной пустыней литературы. "Чего ради?" - спросишь ты, дорогой читатель. Да ради того, чтобы ты, усевшись за накрытый стол, опрокинул стопочку, занюхал свежим черным хлебушком - желательно "бородинским" - и принялся бы за еду, косясь одним глазом в "Клюкву". Нам хочется верить: наступит момент, когда ты захихикаешь и промычишь с набитым ртом:"Во дают! Юморные пацаны!" Это и будет моментом нашего счастья.

Андрей Добрынин


P.S. Сказанные мною выше горькие и нелицеприятные слова ни в коей мере не относятся к публикуемым нами сугубо научным материалам - музыко- и литературоведческим, историческим, культурологическим и прочим, а также к разделу официальных новостей.


МАРЦИАЛ - НАШ СОВРЕМЕННИК


Внимание, дорогой читатель! В этом номере наша газета с восторгом сообщит тебе о крупнейшем открытии в области истории литературы, которое можно смело поставить в один ряд с обнаружением подлинной рукописи "Сказания о рыцарях Круглого стола" или тетради юношеских стихов Иоахима фон Риббентропа. Речь идет о целом свитке неизвестных доселе стихотворений великого древнеримского поэта-сатирика Марка Валерия Марциала, новые переводы эпиграмм которого будут напечатаны на страницах нашего издания. Свиток, подлинность которого не вызывает сомнений, был отыскан в отделе рукописей библиотеки итальянского города Орвието крупным российским литературоведом, фамилия которого в целях безопасности не разглашается. Однако сенсационность находки связана не только с ее значением для истории литературы: из найденных стихотворений неопровержимо явствует, что во времена Марциала, т.е. в начале нашей эры, уже существовали Москва, Кремль, Государственная Дума, Б.Грызлов, ВДНХ с фонтаном имени Дружбы народов, демонстрации протеста и те политические трения, которые характерны для нынешней России. Знатоки истории возразят, что Москва была основана через тысячу с лишним лет после смерти Марциала.

С этим трудно не согласиться, однако все зависит от того, является ли наше историческое время единственным или же, как утверждают многие современные ученые, имеется множество потоков времени, движущихся каждый в своем пространстве друг подле друга. С данной точки зрения является вполне возможным то, что параллельно с существованием нынешней Москвы продолжает существовать и древний Рим, и другие считавшиеся ранее мертвыми цивилизации. Разгадка проста: количество событий в единицу времени в каждом временном потоке неодинаково, и потому античная эпоха вполне могла, так сказать, "догнать" ту, в которой живем мы с тобой, дорогой читатель. Вдобавок многие ученые указывают на то, что время, без сомнения, циклично, ибо нечто может реально существовать, но не иметь при этом ни начала, ни конца, лишь в одном случае: если способ его существования цикличен. Таким образом, определенная цивилизация, описав цикл своего существования, после некоего скачка, природа которого пока не совсем ясна, неизбежно начинает новый цикл. Каждый следующий цикл ничем не отличается от предыдущего, ибо в противном случае историю того же древнего Рима пришлось бы переписывать множество раз, хотя на самом деле в главных своих моментах история весьма устойчива.

Представление о цикличности времени тесно связывается с представлением о кривизне пространства, ибо пространство, если лишить его кривизны, как и время, лишенное цикличности, утрачивает свое неотъемлемое сущностное свойство бесконечности. Время же, протекающее вне пространства, есть такая же бессодержательная абстракция, как, например, "платоническая любовь" или "непьющий литератор". Одним словом, в наше время только законченные тупицы и дремучие реакционеры способны представлять себе время в отрыве от пространства, а пространство - лишенным кривизны. Но этим злобным ничтожествам придется теперь с шипением уползти в свое смрадное логово, зализывая раны, ибо находка, сделанная в далекой Италии скромным русским литературоведом, с блеском развеяла туман демагогии, мглу предрассудков и зловоние заблуждений. В связи с этим редакция объявляет 2007 год годом Марка Валерия Марциала и объявляет конкурс на лучшие переводы эпиграмм с бесценного свитка, обнаруженного в библиотеке Орвието.


Андрей Добрынин


РЕКЛАМНЫЕ ТЕКСТЫ


*

Ты считаешь себя доброжелательным, уживчивым и вообще вполне достойным человеком, дорогой читатель? Умерь свою гордыню! Знай, что в твоей телесной оболочке рядом с твоей нынешней личностью завтра может поселиться другая личность - странствующая по свету носительница Абсолютного Зла. Повинуясь ее велениям, ты станешь совершать чудовищные преступления и потом с ужасом взирать на печальное дело рук своих. Об этой жуткой перспективе напоминает нам в своей книге "Черная молния", выпущенной издательством "Букмэн", американский писатель Джон Соул - бесспорно, лучший мастер современного западного триллера, уже давно вытеснивший Стивена Кинга с первого места во всех читательских рейтингах. Возьмись за Дж.Соула, дорогой читатель, и ты поймешь, что новые сверкающие кумиры всегда лучше потускневших кумиров вчерашнего дня.


*

Переводчик жаловался, что за время работы над книгой Стивена Галлахера "Властелин страны кошмаров" в его шевелюре прибавилось седых волос. Редактор, читавший готовый перевод, будил по ночам свою семью воплями ужаса. Критик, составлявший литературный обзор, заявил после ознакомления с книгой С.Галлахера:"Раньше я не знал, что такое настоящий страх". Всем троим задали один и тот же вопрос:"Зачем же вы читали до конца такую кошмарную книгу?" "Да просто невозможно оторваться", - последовал ответ. Хочешь испытать крепость своего духа, дорогой читатель? Хочешь узнать, что такое воистину самозабвенное чтение? Купи и прочти книгу Стивена Галлахера "Властелин страны кошмаров", выпущенную издательством "Букмэн".


КОЛОНКА РЕДАКТОРА:


Приветствуем тебя, любезный читатель! Перед тобой уже третий номер новой "Клюквы". Не будем говорить о "Клюкве" прежней - о покойниках, как известно, либо говорят хорошо, либо ничего не говорят, - но согласись, что в газете, выпускаемой нами, ты имеешь возможность вволю вкушать халву остроумия, смаковать кишмиш учености, освежать свой ум шербетом глубокомыслия, и все это - за поистине микроскопическую сумму. Если ты думаешь, дорогой читатель, что это так и должно быть, то глубоко заблуждаешься. Возможно, наш мир и впрямь призрачен, но тем не менее все в нем имеет свою цену, и потому с каждым прочитанным тобою номером "Клюквы" твой долг перед нами неумолимо возрастает. Мы расточаем перед тобою неоценимые сокровища наших мятущихся душ, неоднозначных характеров, сложных менталитетов, а ты думаешь отделаться от нас пригоршней медных монет? Ошибаешься, дорогой читатель. Пора тебе понять ту азбучную истину, что писательский талант способен пышно расцвести только в тепличных условиях роскоши, неги и полнейшего изобилия. Именно к созданию таких условий для нас, соредакторов "Клюквы", и должны впредь устремляться твои помыслы. При этом жертвы ты должен приносить не с кислой миной и как бы нехотя, а с широкой улыбкой на мужественном лице, воскрешающей в памяти плакатное искусство эпохи зрелого социализма. Все мы должны тесно сплотиться во имя того, чтобы достойно, без хныканья и суицидов, перенести нынешний кризис, но поскольку ты, дорогой читатель, сильнее, а главное, богаче нас, то и ответственность, ложащаяся в связи с этим на тебя, гораздо весомее и нешуточней.

Надеемся, что ты понял наши прозрачные намеки, в противном случае ты просто тупица. Переходим к делу: 22 декабря в Центральном доме литераторов, в 19.00 Орден куртуазных маньеристов, к которому мы имеем честь принадлежать, дает юбилейный концерт в честь своего десятилетия. Проезд - м."Баррикадная", ул.Большая Никитская, 53, билеты в кассе. Там-то мы увидим, кто чего стоит, там-то и выяснится, вправду ли ты, читатель, хочешь взлететь к высотам истинной культуры (ты ведь любишь сетовать на бездуховность нашего времени!), или то лишь пустые слова и тебе милее прятать жирное тело в покрытом фальшивыми цветами, но оттого не менее зловонном болоте всепроникающей попсы. Время пошло, читатель, момент истины близится, - трепещи и готовься к нему!


ОТКЛИК ЧИТАТЕЛЯ


К нам приходят письма, в которых читатели спрашивают, почему мы прекратили публиковать отрывки из порнографического романа "Дикие оргии семейства Борджиа". "Порнография - самое жизнеутверждающее искусство!" - гневно восклицает, к примеру, читатель В.Лебедев из г.Сочи. Не оспаривая этой очевидной истины, мы тем не менее должны заметить: жизнь - сложная штука, порой заставляющая редактора, в душе которого не умерло чувство ответственности перед читателем, отказаться от своих литературных пристрастий. Мы приведем лишь одно письмо - письмо читательницы О.Егоровой из г.Калуги, по прочтении которого мы твердо решили отказаться от дальнейшей публикации романа "Дикие оргии семейства Борджиа".


"Здравствуйте, уважаемые редакторы К.Григорьев и А.Добрынин! С удовольствием прочитала вашу живую, веселую, задорную газету. Для тех, кто, как я, живет на пенсию по инвалидности, такие газеты очень нужны. Некоторые говорят, что я выпиваю, но это от зависти, потому что мы хорошо живем с моим вторым мужем Николаем. Он тоже выпивает, но не больше других, и на работе на хорошем счету (он работает убийцей в зверолечебнице). Вот нам и завидуют, а еще потому, что Нина, моя дочь от первого брака, всегда сыта и одета-обута не хуже других, хотя мы иногда и выпиваем. И вот прихожу я раз домой и вижу, что эта соплячка Нинка сидит и читает вашу газету. Я посмотрела, что она там читает, и просто .... Это оказался рассказ про римского кардинала, который ... свою родную дочь во все дыхательные и пихательные. Я ..., дорогая редакция, как можно печатать такие вещи? Конечно, это все интересно, я тоже женщина с понятием, хоть иногда и выпиваю. Но ведь эта газета может и детям в руки попасть, а чему они из нее научатся? Вот моя дура Нинка, к примеру? Она, конечно, уже не совсем ребенок, к тому же квартира у нас маленькая, все на виду, и как мы с Николаем тоже, - ну, вы понимаете, чего вам объяснять. Но раньше-то в ее дурную голову не приходило, что и она с Николаем может, а теперь я уже не знаю. А мой Колька - он тот еще кобель, если он тоже эту газету прочитает, тогда вообще труба. Короче, если я что-нибудь такое у них засеку, то эту ... Нинку пришибу на .... И Кольку, кобеля поганого, тоже пришибу, не посмотрю, что он убийцей работает. Подожду, пока он опять нажрется, и пришибу на .... А вообще газета у вас очень хорошая, юморная, задорная. Читали ее с подругами и очень смеялись. Если мы что-нибудь смешное напишем, то обязательно вам пришлем. Спасибо вам большое, дорогая редакция, извините, если что не так написала. С приветом - ваша О.Егорова, г.Калуга".

Как видите, уважаемые читатели, есть незримые мины и на нашей журналистской тропе. Ясно, что продолжение публикации романа о семье Борджиа может внести разлад в благополучную дотоле семью, а поскольку семейные ценности для нас превыше всего, мы без всякого сожаления приостанавливаем публикацию и заверяем друзей "Клюквы" в том, что и впредь будем сверять тональность нашей газеты с непогрешимым камертоном морали, нравственности и семейного спокойствия.

От редакции - А.Добрынин.


КОЛОНКА РЕДАКТОРА


С Новым Годом тебя, любезный читатель!

Вот и нарушилось наконец то настороженное молчание, которым ответили читательские круги на выход первого номера "Клюквы". Мы выпустили второй номер - и на нас хлынул бурный поток похвал, благодарностей, восторженных дифирамбов, а на горизонте замаячили щедрые спонсорские пожертвования. От такого успеха у неопытного человека непременно закружилась бы голова, но, к счастью, мы с К.Григорьевым тертые калачи, крученые шурупы, мы видим собственные недочеты и не верим в искренность и доброжелательство окружающих. Разве не ясно, например, что на страницах нашей газеты выступает пока слишком мало известных людей? Разве не вправе вдумчивый читатель посетовать на нас за недостаток научно-познавательных и злободневно-политических материалов? Разве достаточно внимания мы уделяли до сих пор культурной жизни Москвы, России и всего человечества? Похоже, неумеренными похвалами нас просто хотели сбить с пути истинного, заразив звездной болезнью. Но хиханьки да хаханьки - это, может, и хорошо, но на одном этом настоящую газету не построишь. В нашем преклонном возрасте пора нам стать посерьезнее, и мы с К.Григорьевым это мужественно признаём.

Итак, мы объявляем грядущий Новый Год годом борьбы с нашими многочисленными недостатками, лишь ничтожная часть из которых отмечена выше. На твоих глазах, дорогой читатель, мы будем рубить головы этой гидре, безжалостно избавляясь от легкомыслия и дурного вкуса, от пошлости и зазнайства, от косноязычия, занудства и солдафонского юмора. Ты же, читатель, покупай "Клюкву" номер за номером, дабы не пропустить ни одного эпизода грядущей битвы. В Новом Году боевик тебе предстоит на славу. С наступающим 1999 годом тебя поздравляют устроители этого захватывающего зрелища Константин Григорьев и Андрей Добрынин. УРА!


СТРАНИЦА ПСИХИАТРА

Рубрику ведет академик Всемирной психиатрической академии Святослав Вайнтрауб


В своих письмах читатели нашей газеты нередко спрашивают, не отразятся ли нынешние политические и экономические потрясения на душевном здоровье простого человека, способна ли наша психика без ущерба перенести зрелище пугающих социальных сдвигов и связанные с этим всплески эмоций? Это беспокойство следует признать вполне обоснованным, и я с удовольствием расскажу на страницах "Клюквы" о психических заболеваниях, возникающих

на социально-политической почве - так называемых политпсихозах. На неблагоприятную социальную среду люди реагируют двумя способами: меньшая часть наших сограждан замыкается в своем личном мирке и сознательно закрывает глаза на все, что происходит в стране, а большая часть, напротив, проникается обостренным интересом к политике, к борьбе партий и к личностям политических деятелей. К сожалению, именно этот интерес к политике, бесконтрольно развиваясь, способен выйти за всякие разумные рамки и в конце концов перерасти в серьезное политическое заболевание. Мы получаем множество писем от женщин, мужья которых скучают в лоне семьи, отлынивают от работы и от домашних дел и оживляются только при упоминании знакомых фамилий политиков. Именно таковы симптомы политпсихозов на ранней стадии их развития. Если не начать вовремя лечение, то постепенно больные перестают адекватно реагировать на политических лидеров и взвешенно оценивать их деяния. В отношении больных к политикам напрочь исчезают полутона: их симпатии выражаются в форме фанатического преклонения, а антипатии - в форме зоологической ненависти. Ненависть у больных вызывают и все те, кто осмеливается не разделять их политических пристрастий. На следующих стадиях болезни появляются бред, галлюцинации, мания преследования, стремление отождествить себя с той или иной политической фигурой. Дело доходит даже до попыток создания новых политических теорий или новых партий. Особенно наглядно симптомы политпсихозов проявляются у литераторов, поскольку у них, как известно, что на уме, то и на языке, и порой эти люди, фиксируя в стихах и прозе развитие своего психического расстройства, как бы сами пишут историю собственной болезни. Приведу рифмованный бред моего пациента поэта А.Д.(фамилию по понятным причинам не называю):


* * *


К Чубайсу подойду вразвалку я,

Чтоб напрямик вопрос задать:

"Как на мою зарплату жалкую

Прикажешь мне существовать?


Где море, пальмы и субтропики,

Где сфинксы и могучий Нил?

Не ты ль в простом сосновом гробике

Мои мечты похоронил?


Где вакханалии и оргии,

Услада творческих людей?

Всего лишенный, не в восторге я

От деятельности твоей".


В порядке всё у Анатолия,

Ему не надо перемен,

Тогда как с голоду без соли я

Готов сжевать последний хрен.


Я говорю не про растение,

Собрат-поэт меня поймет.

В стране развал и запустение,

И наша жизнь - отнюдь не мед.


"Дай мне хоть толику награбленного, -

Чубайса с плачем я молю. -

Здоровья своего ослабленного

Без денег я не укреплю.


Ведь ты ограбил всё Отечество,

Но с кем ты делишься, скажи?

Жирует жадное купечество,

А не великие мужи.


Коль над Отчизной измываешься,

То знай хотя бы, для чего,

А то, чего ты добиваешься,

Есть лишь купчишек торжество.


Поэты, милые проказники,

Умолкли, полные тоски,

А скудоумные лабазники

Всё набивают кошельки.


Твое правительство устроило

Простор наживе воровской,

Но разорять страну не стоило

Для цели мизерной такой".


Психически больным людям и в особенности их стихам присуща наивная откровенность, поскольку наши пациенты не допускают и мысли о том, что в их мыслях или поведении может заключаться какая-то ненормальность. Это мы видим и в приведенном стихотворении: поэт пребывает в плену навязчивой идеи о том, будто г-н Чубайс нажился на ограблении Отечества. Однако автор не скрывает своей готовности все ему простить при одном условии - если с ним поделятся и он сможет закатывать вакханалии и оргии на фоне египетских пейзажей. Вообще лица, страдающие политпсихозами, склонны постоянно возвращаться мыслями к одним и тем же персонажам политического театра. Один мой пациент, к примеру, был убежден в том, что он является сыном Кирова. Время от времени он, однако, заявлял, что он - сам Киров, поскольку Кирова этот больной очень уважал и Кировым ему тоже очень хотелось бы быть. Еще ему случалось объявлять себя Горбачевым, но в этой роли он долго не выдерживал, так как люто ненавидел Раису Максимовну. В кругу этих четырех фигур и проходила, в сущности, вся внутренняя жизнь больного. Сознание пациента А.Д. тоже с упорством магнитной стрелки постоянно возвращается к фигуре А.Б.Чубайса. Даже столкнувшись с попрошайничеством бродячей собаки рыжей масти, А.Д. вспоминает этого политика, что является несомненным признаком развития политпсихоза:


* * *


С запада тянутся тучи, клубясь,

Утро мрачней, чем итог перестройки,

Рыжая сука по кличке Чубайс

Праздно слоняется возле помойки.


Я у помойки люблю постоять,

Нравится мне созерцанье отбросов,

Только ведь сука пристанет опять,

Ей не понять, что такое философ.


Смотрит в глаза, ничего не боясь -

Кто же тут правильно мысли оформит?

Прочь, беспардонная сука Чубайс,

Пусть тебя, суку, Америка кормит.


Каждый стремится хоть что-то урвать -

Бабы, политики, дети, собаки.

Выстроить всю эту жадную рать

И показать на помойные баки:


"Там даровая таится жратва,

А не в дырявых карманах поэта.

Место вам всем на помойке, братва,

Нынче же в жизнь воплощается это.


Вот они где, даровые харчи,

А о моих позабудьте доходах.

Рьяно в тухлятине ройтесь, рвачи -

И обретете питанье и отдых.


Ну-ка, на первый-второй рассчитайсь!

Знайте - ленивым не будет поблажки:

Рыжая сука по кличке Чубайс

Будет кусать их за толстые ляжки".


Пациент А.Д. - классический случай запущенного политпсихоза. Таким больным, как правило, всюду мерещатся воры, шпионы и всякие злоумышленники. Бесполезно толковать жертвам политпсихоза о том, что правительство, в том числе и А.Б.Чубайс, предпринимают титанические усилия по оживлению экономики, а МВД упорно воздвигает завалы на пути преступных группировок. А.Д., к примеру, пишет:


* * *


Я спал в своей простой обители

И вдруг увидел страшный сон -

Как будто входят три грабителя:

Немцов, Чубайс и Уринсон.


Едва завидев эту троицу,

Упала ниц входная дверь,

И вот они в пожитках роются,

В вещах копаются теперь.


Немцов с натугой мебель двигает,

Чубайс в сортире вскрыл бачок,

И Уринсон повсюду шмыгает

Сноровисто, как паучок.


Чубайс шипит: "Как надоели мне

Все эти нищие козлы", -

И, не найдя рыжья и зелени,

Мои трусы сует в узлы.


Дружки метут квартиру тщательно,

Точнее, просто догола:

Со стен свинтили выключатели,

Забрали скрепки со стола.


Всё подбирают окаянные,

И мелочей в их деле нет:

Чубайс, к примеру, с двери в ванную

Содрал обычный шпингалет.


Добро увязывает троица,

А я лишь подавляю стон

И размышляю: "Всё устроится,

Окажется, что это сон".


С вещичками моими жалкими,

Таща с кряхтеньем по кулю,

Все трое сели в джип с мигалками

И с воем унеслись к Кремлю.


С меня и одеяло сдернули,

Как будто помер я уже,

Но только съежился покорно я

В своем убогом неглиже.


С ритмичностью жучка-точильщика

Я повторял: "Всё это сон", -

Когда безликие носильщики

Всю мебель понесли в фургон.


С ночными вредными туманами

Рассеются дурные сны,

Ведь быть не могут клептоманами

Руководители страны.


Они ведь вон какие гладкие,

Они и в рыло могут дать -

Уж лучше притаюсь в кроватке я,

Чтоб сон кошмарный переждать.


Но утро выдалось не золото,

Хошь волком вой, а хошь скули.

Проснулся я, дрожа от холода,

Ведь одеяло унесли.


Хоть это сознавать не хочется -

Ничто не стало на места.

Квартира выграблена дочиста

И страшно, мертвенно пуста.


И на обоях тени мебели

Высвечивает чахлый день,

И, осознав реальность небыли,

Я тоже шаток, словно тень.


Ступают робко по паркетинам

Мои корявые ступни.

Увы, не снятся парни эти нам,

Вполне вещественны они.


Вздыхаю я, а делать нечего -

Не зря я бедного бедней,

Поскольку думал опрометчиво,

Что утро ночи мудреней.


Если бы мы с тобой, читатель, не знали о том, что это пишет больной человек, мы бы, разумеется, посоветовали компетентным органам обратить на него внимание как на опасного смутьяна. Демократия должна уметь защищаться. Довольно уже цацкаться с теми, кто подкапывается под результаты реформ! Однако с больного человека, ясное дело, взятки гладки. К сожалению, больные это тоже понимают и порой ведут себя вызывающе, допуская дерзкие выпады против уважаемых людей и стремясь довести до всеобщего сведения свои бредовые видения, как это делает поэт А.Д.:


* * *


Я вижу, как ползут по лицам спящих

В зловещей тьме мохнатые комки.

Глупец в Кремле открыл волшебный ящик -

И вырвались на волю пауки.


Брусчатка сплошь в разливе их мохнатом,

В мохнатых гроздьях - грозные зубцы,

И нечисть расползается - Арбатом,

По Знаменке и в прочие концы.


Они уже шуршат в моем жилище,

Они звенят, толкаясь в хрустале,

И вместо пищи жирный паучище

Застыл, присев на кухонном столе.


Распространяясь медленно, но верно,

Хотят одно повсюду совершить:

Не истребить, а лишь пометить скверной,

Не уничтожить, а опустошить.


И оскверненная моя квартира

Хоть с виду та же, но уже пуста,

И во всех формах, всех объемах мира -

Шуршащая, сухая пустота.


Пролезет нечисть в дырочку любую,

Сумеет втиснуться в любую щель,

Чтоб высосать из мира суть живую,

Оставив только мертвую скудель.


Напоминают пауков рояли,

Прически, зонтики и кисти рук,

И в волосах на месте гениталий

Мне видится вцепившийся паук.


Со шлепанцем в руке на всякий случай

Лежу во тьме, стремясь забыться сном,

И чую волны алчности паучьей,

Катящиеся в воздухе ночном.


Чтобы как-то урезонить пациента А.Д., приходится назначать ему аминазин, душ Шарко, сеансы электросудорожной терапии, а то и "креста" (вспрыскивание сульфазина под обе лопатки и в обе ягодицы; процедура малоприятная, но порой, увы, необходимая). Однако заболевание у А.Д. сильно запущено, и рецидивы порой дают себя знать. Вот и на днях он разразился следующим стихотворным бредом:


* * *

Я из гостей шагал домой поддатым

И вдруг услышал окрик: "Аусвайс!",

И вижу: у подъезда с автоматом

В немецкой форме топчется Чубайс.


Я произнес: "Толян, ты что, в натуре?

Ты братану, по-моему, не рад.

К чему весь этот жуткий маскарад?

Я тоже европеец по культуре,

Я тоже убежденный демократ".


Я на него глядел умильным взором

И повторял: "Борисыч, я же друг!" -

Но он залязгал бешено затвором

И закричал свирепо: "Хальт! Цурюк!"


Он отказался понимать по-русски

И только злобно каркал: "Аусвайс!",

И понял я: кто квасит без закуски,

Таким всегда мерещится Чубайс.


И кто жену законную обидит,

Кто в адюльтер впадает без проблем,

Тот в сумерках Борисыча увидит,

Эсэсовский надвинувшего шлем.


И коль ты был до наслаждений падок,

Теперь готовь бумажник и ключи:

Чубайс угрюмый, любящий порядок,

Расставив ноги, ждет тебя в ночи.


Чубайс в твоей поселится квартире,

Чтоб никогда не выселяться впредь,

И будет он в расстегнутом мундире

Твой телевизор сутками смотреть.


Он жрет как слон и в ус себе не дует,

Но если слышишь ты мои стихи,

То знай: он во плоти не существует,

Он свыше нам ниспослан за грехи.


И если в нас раскаянье проснется

И горний свет ворвется в душу вдруг,

Борисыч покривится, пошатнется

И страшный "шмайсер" выронит из рук.


Едва мы ближним выкажем участье,

Былые несогласия простив,

Как вмиг Чубайс развалится на части,

Зловонье напоследок испустив.


И ближние носами тут закрутят,

Поморщатся и выскажутся вслух:

"Небось Борисыч где-то воду мутит,

Ишь как набздел опять, нечистый дух".


Жуть берет от таких галлюцинаций. Хочется все же верить в то, что талантливый поэт А.Д. не безнадежен. Получив в очередной раз "креста" после создания вышеприведенного "шедевра", он твердо обещал лечащим врачам не думать больше о Чубайсе и о прочих политиках демократического лагеря и уж тем более не допускать в своих стихах бестактных выпадов в их адрес. А.Д., как все психически больные люди, чрезвычайно серьезно относится к своим обещаниям и есть надежда, что он их сдержит. Мы же в следующих номерах газеты непременно вернемся к актуальной теме политпсихозов и вновь проиллюстрируем ее произведениями нашего одаренного пациента. Есть основания полагать, что в этих произведениях мы обнаружим больше деликатности, такта и просто здравого смысла. Читателям же, вероятно, небезынтересно будет проследить, как идет процесс излечения талантливого поэта и как мало-помалу отступает болезнь перед натиском передовой науки.


СТРАНИЦА ПСИХИАТРА


Ведет академик Всемирной психиатрической академии Святослав Вайнтрауб


В прошлом номере мы обещали вам, дорогие читатели, продолжить разговор о психических расстройствах, возникающих на социально-психологической почве, - так называемых политпсихозах. В своих письмах вы выражаете глубокую озабоченность судьбой талантливого поэта А.Д., страдающего политпсихозом в запущенной форме, и спрашиваете, как складывается его дальнейшая судьба. Из предыдущей нашей статьи вы, вероятно, помните, что после очередной инъекции сульфазина в состоянии А.Д. наступило улучшение и он пообещал не писать больше стихов на политические темы и не обрушиваться с дерзкими нападками на уважаемых людей - таких, как А.Б.Чубайс, Б.Е.Немцов и прочие реформаторы. Лечащие врачи терпеливо разъясняли больному во время плановых приемов успокоительного, что политика - не нашего ума дело, что знающие люди скоро добьются щедрой зарубежной помощи и переломят ситуацию в стране к лучшему, а наша задача - проявлять выдержку, спокойствие и терпеливо преодолевать неизбежные временные трудности. Пациент улыбался и кивал головой, однако ночью у него случился рецидив - это стало ясно после того, как утром санитары обнаружили у него на тумбочке листок с нижеследующими стихами:


* * *


Все радости в людской толпе

Я ни во что не ставлю ныне,

Избрав осознанно себе

Уединенье и унынье.


Все обольщенья темных сил

Меня нисколько не дурманят,

И враг, что всю страну растлил,

Меня уж верно не обманет.


На телевидении враг

Свой шабаш мерзостный справляет

И всем, кто сызмальства дурак,

Кривляньем гнусным потрафляет.


Пусть рукоплещет главарю

Ватага младших командиров,

Но я в унынии смотрю

На сокрушение кумиров.


Все те, кто Партию любил,

В останкинских исчезли недрах.

Я точно знаю: их убил

И поглотил проклятый недруг.


Всех тех, кто защищал народ

От нестерпимых страхов мира, -

Всех увлекли в подсобный грот,

Чтоб сделать пищею вампира.


Все добрые ушли во мрак,

Все пали жертвой людоедства,

И взялся ненасытный враг

Вплотную за семью и детство.


Зарезал Хрюшу и сожрал

И подбирается к Степашке...

Он всё Останкино засрал,

Везде смердят его какашки.


Смердит экранный карнавал,

Зловонно всякое веселье.

Покуда властвует Ваал,

Я замыкаюсь в тесной келье.


Пугает мертвенностью смех,

Ужимки пляшущих нелепы.

Весельчаки мертвее тех,

Кто лег давно в гробы и склепы.


Пусть пляшут, ибо их томит

К деньгам зловонным тяготенье,

А я избрал мой чистый скит,

Унынье и уединенье.


Как врач могу сказать, что галлюцинации (в просторечии "глюки") являются верным свидетельством того, что болезнь серьезно запущена. Если обостренное внимание к политическим проблемам, чрезмерно эмоциональная реакция на те или иные персонажи политической жизни - это симптомы начальной стадии болезни, которые легко снимаются и даже переходят в общую эйфорию после выплаты больному задолженности по зарплате, то с галлюцинациями дело обстоит куда сложнее. Положение усугубляется тем, что галлюцинирующий больной практически неуправляем и склонен выбалтывать свои видения любому встречному и поперечному или бесконтрольно выплескивать их на бумагу. даже если они носят оскорбительный для уважаемых людей характер. Поэтому больных по завершении галлюцинирования приходится подвергать различным неприятным внешним воздействиям (электросудорожная терапия, инъекции сульфазина и т.п.), дабы выработать у них рефлекс неприязни и отвращения ко всяким видениям. На зарубежном психиатрическом жаргоне такая лечебная схема называется "глюк - шлаг (от нем. Shlag - удар), у нас - "глюк - в хрюк". Пациенты, у которых удается закрепить указанный рефлекс, стараются сами поскорее выйти из состояния галлюцинирования и немедленно доложить лечащему врачу обо всем, что им примерещилось. Пациент А.Д. также был подвергнут процедурам, закрепляющим отрицательное отношение к галлюцинациям, после чего потребовал передать свои извинения Президенту, правительству, сотрудникам администрации Президента и всем прочим начальствующим лицам (прилагался список на 46 страницах). Больной заявил также, что в корне изменил свои политические воззрения: из радикального почвенника он якобы сделался либералом, космополитом и монетаристом. За это больной в соответствии с научными рекомендациями получил поощрение: в столовой ему выдали два вторых блюда и две порции киселя. Через некоторое время, однако, А.Д. сообщил лечащему врачу, что некие темные силы не простили ему смены убеждений и он опасается мести агентов этих сил, окопавшихся в российских спецслужбах. В доказательство больной предъявил следующее стихотворение:


* * *


Спецслужбы - рассадник садистов,

Сломавших мне жизнь и судьбу.

В бореньях за правду неистов,

Я стал для них костью в зобу.


Теперь уж глушилки не глушат

Заморских врагов голоса:

Меня они волнами душат,

Искрятся от волн волоса.


Гудят наведенные токи,

Как в медной обмотке, в мозгу.

При этом в любые заскоки

Я впасть незаметно могу.


Разрывы, провалы, пробелы -

Такой стала память моя.

"Ну, что я там снова наделал?" -

Очухавшись, думаю я.


И слушаю близких рассказы,

Дрожа и пугливо крестясь.

По воздуху вражьи приказы

Доносит мне тайная связь.


И чтобы не слышать мне гласа,

Который толкает к беде,

Экранами из плексигласа

Себя я обвешал везде.


Я цепи повесил на пояс,

Чтоб вражью волну заземлять.

Отныне я больше не моюсь -

Нельзя мне себя оголять.


Я сплю теперь стоя, как лошадь,

Но этим меня не смутишь.

Туда, где Лубянская площадь,

Простер я насмешливо шиш.


Хитра ты, Лубянка, нет спора,

Любого обдуришь в момент,

Однако хитрее матерый,

С тончайшим чутьем диссидент.


Опять я в строю, как когда-то,

Храня диссидентскую честь,

И снова пишу я плакаты -

Коряво, но можно прочесть.


Заслышав мой шаг космонавта,

Все нос поспешают заткнуть.

Понятно! Ведь чистая правда

Не розами пахнет отнюдь.


Приведенное стихотворение вызвало у лечащих врачей двойственную реакцию: с одной стороны, его герой действительно либерал еще старой диссидентской закалки, но предстает этот герой, с другой стороны, в каком-то глуповатом и даже несколько отталкивающем свете. Когда врачи указали больному на данное обстоятельство, А.Д. упрекнул их в том, что они будто бы не понимают художественной правды, а также назвал их в запальчивости "говорящими пингвинами" и "бациллами в белых халатах". За свой бестактный выпад пациент был, несмотря на принесенные им извинения, лишен усиленного питания. Консилиум решил, что искренность раскаяния А.Д. требует еще проверки временем.

Одним словом, процесс излечения талантливого поэта идет непросто, хотя в последнее время наметились явные признаки улучшения. Мы будем и впредь информировать наших читателей о борьбе врачей за психическое здоровье необычного пациента и о тех достижениях, которых добились медицинская наука и практика в борьбе с эпидемией политпсихозов, ставшей одной из характерных примет нашего переломного времени.


НОВОСТИ КУЛЬТУРЫ


* * *

В последние годы одним из центров культурной жизни столицы сделался, как то ни странно, скромный ночной клуб "Бедные люди". Понятия "ночной клуб" и "культура" в нормальном сознании как-то не стыкуются, поскольку большинство клубов изначально предназначались для ублажения "новых русских" с их специфическими вкусами. Однако то, что предлагают в качестве культурной программы "Бедные люди", всегда свежо, смело, содержательно, не затаскано по телеэкранам и попсовым площадкам. В течение одной обычной недели в клубе могут выступать "Проекы Летова" и "Лосьон", "Дрынк" и Инна Желанная, "Альманах" и Орден куртуазных маньеристов... И подобные мероприятия директор клуба Андрей Романов умудряется устраивать каждый день круглый год. Трудно не восхититься его энергией и вкусом. Однажды в клуб зашел гонимый судьбой и людьми поэт А.Д. В клубе он отогрелся, развеялся, воспрянул духом и в благодарность сложил такие стихи:


* * *


В клубе, скромно зовущемся "Бедные люди",

Очень редко встречаются бедные люди -

Посещают его только люди с деньгами,

За красивую жизнь голосуя ногами.


Здесь с поэтом обходятся крайне учтиво

И всегда предлагают бесплатное пиво,

А к пивку предлагают бесплатную закусь.

Здесь не скажут поэту - мол, выкуси накось.


Понял я, здесь не раз выступая публично:

Доброта этих скромных людей безгранична,

А когда они к ночи впадают в поддатость,

Доброта превращается в полную святость.


Здесь любые мои исполнялись желанья,

И казалось мне здесь, что незримою дланью

Сам Господь по башке меня гладит бедовой,

Наполняя мне грудь как бы сластью медовой.


И не мог я отделаться от ощущенья,

Что сиянием полнятся все помещенья

И что слышат в ночи проходящие люди

Пенье ангельских сил в клубе "Бедные люди".


* * *


В галерее "Пересветов переулок" прошла выставка батика художницы Марины Лукашевич. Выставка имела интригующий девиз:"Есть ли жизнь на шелке?" Глазам собравшихся на вернисаж предстало нечто парадоксальное. Абсолютно несвойственные для техники батика юмористические сюжеты изрядно позабавили искушенных ценителей, - эти последние пылко одобрили творческую неординарность художницы. Ценители отметили и то, что М.Лукашевич изобрела новую технологию двойного батика, когда сквозь один полупрозрачный слой шелка просвечивает второй с другим изображением, что создает иллюзию глубины пространства и многослойность восприятия. Вернисаж увенчался обильным фуршетом, на котором присутствовали модная дама-искусствовед Оксана Вдовенко, куртуазный живописец Виталий Ермолаев, писатель, искусствовед и политик, издатель "Национальной газеты" Александр Севастьянов и многие другие яркие личности. Поэт и меценат Василий Фомин явился, отягощенный корзинами яств и напитков, и пополнил всем принесенным и без того ломившийся фуршетный стол. "Художники не должны ни в малой мере ощущать последствия кризиса, - заявил нам Фомин. - Более того, они должны жить в условиях изобилия. Мои действия продиктованы исключительно стремлением к этой благородной цели". Услышав такие слова, живописец Ермолаев и стоявший поодаль немногословный сутулый мужчина поднесли к глазам носовые платки.


* * *

В театре авторской песни "Перекресток" прошли совместные концерты Ирины Богушевской и Александра О"Шеннона. Этих артистов образованным людям представлять не надо - Ирина Богушевская стала звездой еще в конце 80-х на подмостках студенческого театра МГУ, а недавно получила Гран-при на 1-м конкурсе актерской песни им.Андрея Миронова. Вряд ли можно припомнить хоть один из ее объявленных концертов, который прошел бы без аншлага. Что же касается А.О"Шеннона, то с людьми, не имеющими его авторской аудиокассеты "Ангел на белом козле", просто не о чем толковать. Да, собственно, люди ли это?! Естественно, что знаменитые исполнители привлекли в "Перекресток" неимоверное количество народу - в зале яблоку негде было упасть, сидели на полу, на подлокотниках кресел и даже на сцене. Все песни концерта были ненавязчиво объединены общей композицией (говорить о качестве исполнения мы считаем излишним), и потому воздействие искусства оказалось столь мощным, что зрители, словно сговорившись, по завершении программы ринулись в бар. Это был, кажется, первый случай в истории "Перекрестка", когда все внушительные запасы бара оказались уничтожены полностью, досуха, до капли. Публика опустошила даже покрывшиеся паутиной бутылки с каким-то сомнительным азербайджанским портвейном. "Давно хотели его вылить, да все руки не доходили, - сообщил нам потрясенный бармен. - А тут эвон как все обернулось".


СТРАНИЦА ПСИХИАТРА


Ведущий - академик Всемирной психиатрической академии Святослав Вайнтрауб


В предыдущих номерах нашей газеты мы подробно рассказывали о политпсихозах - коварных психических заболеваниях, развивающихся на фоне повышенного интереса к политике, к политической борьбе и к фигурам различных политических деятелей. Свои выводы мы иллюстрировали наблюдениями за ходом болезни у известного поэта А.Д. (фамилию по понятным причинам не называем), страдающего политпсихозом в запущенной форме. Этот пациент не случайно был избран из несметного множества других: литераторы, в особенности поэты, имеют привычку выплескивать свои душевные переживания на бумагу, что чрезвычайно облегчает задачу лечащих врачей. В частности, мы, читая стихи А.Д., имеем возможность оценивать состояние его здоровья и назначать лечебные мероприятия в соответствии с этой оценкой. Наши читатели приняли судьбу поэта близко к сердцу: они просят передать ему привет, присылают посылки, извещают о том, что с удовольствием читают его стихи, публикуемые на "Странице психиатра"(эти стихи, хотя и написанные явно больным человеком, не лишены определенных литературных достоинств, да и многим охотникам до "жареного" куда интереснее произведения сумасшедшего автора, нежели нормального). Очень многие требуют назвать подлинное имя героя наших очерков (повторяю: на это мы по этическим соображениям пойти не можем) или строят различные предположения на этот счет. Некоторые договариваются даже до того, что А.Д. -это не кто иной, как А.Чубайс, сошедший с ума под влиянием фатальных неудач своих экономических начинаний. Спешим сообщить, что А.Чубайс на здоровье не жалуется и продолжает напряженную работу по реформированию нашей экономики - теперь уже в РАО ЕЭС. Странно, как такая мысль могла прийти в голову нашим читателям - ведь именно А.Чубайс долгое время привлекал к себе нездоровое внимание поэта А.Д. и служил мишенью для его бестактных стихотворных нападок. Доставалось также и многим другим уважаемым людям - в особенности почему-то Я.Уринсону. Вероятно, он раздражал

нашего больного своей скромностью и безответностью. К сожалению, оскорбительные стишки А.Д. зачастую выходили за стены больницы - их выносили как выписавшиеся пациенты, так и приходившие на свидания родственники больных. Дабы не травмировать выведенных в этих пасквилях почтенных людей и не нарушать общественного спокойствия, к беспокойному больному пришлось применить достаточно болезненные процедуры - это имело целью связать в его помраченном сознании писание оскорбительных опусов с неизбежными неприятными последствиями. Кроме того, в мировой психиатрии в настоящее время сейчас является общепризнанным то, что больной вполне способен не погружаться безвольно в свои бредовые видения, а самостоятельно бороться с ними, но лишь в том случае, если вслед за галлюцинациями будут следовать достаточно болезненные процедуры (так называемый принцип "глюк - в хрюк"). После ряда подобных мероприятий в состоянии больного А.Д. наметились некоторые улучшения, однако санитары неосмотрительно допустили его к телевизору, результатом чего явились галлюцинации, описанные пациентом в нижеследующем стихотворении:


* * *


Храня в своей памяти порно,

Жестокая Олбрайт Мадлен

Меня осязает упорно

Всё выше и выше колен.


Не может развратница эта

Словами того затемнить,

Что ей захотелось поэта

К сожительству просто склонить.


Багрянцем пылает помада

На лике совином ее.

Противлюсь я робко: "Не надо,

Не трогайте тело мое.


Вы все-таки где-то неправы,

Ведь вам уж немало годков.

Хоть многим старушки по нраву,

Но верьте, что я не таков.


Вы дама культурная все же,

Зачем перешли вы на мат?

Какой вы пример молодежи,

Какой вы к чертям дипломат?


И разве для вас оправданье,

Что всё происходит во сне?

Оставьте свои приставанья

И в брюки не лезьте ко мне.


И дергать за ядра не надо,

Они - деликатная вещь..."

Но дряхлая эта менада

Вцепилась в меня, словно клещ.


И на ухо мне прошипела:

"Умолкни, славянская вошь!

Свое худосочное тело

Америке ты отдаешь.


И ежели ты не заткнесся,

Тебя в порошок я сотру.

За мною ведь - авианосцы,

Всё НАТО и всё ЦРУ.


За мной - неулыбчивый Клинтон

И пушки, несущие смерть,

Но если полижешь мне клитор,

То доллары будешь иметь".


Чапаев - и тот, несомненно,

Струхнул бы на месте моем,

И мы до тахты постепенно

Допятились с нею вдвоем.


Упал я в смятении духа

В звенящие волны пружин,

И вмиг завладела старуха

Сокровищем честных мужчин.


Свершилось - и взвыла старуха,

И пол заходил ходуном,

И гром, нестерпимый для слуха,

Змеей полыхнул под окном.


Поганками ввысь небоскребы

Поперли из почвы родной,

И образы, полные злобы,

Нахлынули мутной волной.


И Рэмбо, и дон Корлеоне,

И Бэтмен, и прочая мразь...

На темном ночном небосклоне

Реклама глумливо зажглась.


И сызнова дом покачнулся -

То пукнул Кинг-Конг во дворе.

В холодном поту я очнулся

На мутной осенней заре.


Старуха куда-то пропала,

Один я лежу в тишине,

Но скомканы все покрывала

И пляшет реклама в окне.


Заморские автомобили

Под окнами мерзко смердят,

Вдоль стен под покровами пыли

Заморские вещи стоят.


Мой столик уставлен закуской,

Пустые бутылки на нем,

И запах какой-то нерусский

Витает в жилище моем.


Моя несомненна греховность,

И горько кривится мой рот:

Вот так растлевают духовность,

Вот так подчиняют народ.


Поддался угрозам старухи,

К шальной потянулся деньге,

Хотя и одной оплеухи

Хватило бы старой карге.


Посулами старой ехидны,

Признайся, ты был потрясен.

Как стыдно, о Боже, как стыдно,

Пускай это был только сон.


Вздыхаю и мучаюсь тяжко,

Горя на духовном костре,

Но в тысячу баксов бумажку

Вдруг вижу на пыльном ковре.


И в новом смятении духа

Я думаю, шумно дыша:

"Старуха? Конечно, старуха,

Но как же в любви хороша!"


Лечащие врачи терпеливо разъяснили больному, что его произведение носит совершенно бредовый характер. Во-первых, с какой стати высокопоставленному заокеанскому дипломату домогаться интимной близости с российским поэтом, да еще поврежденным в уме? Во-вторых, г-жа Олбрайт находится не в таком возрасте, чтобы быть столь настойчивой в данном вопросе. В-третьих, если бы даже, как говорится, "свершилось непоправимое", то вряд ли это повлекло бы за собой такие катастрофические последствия, как изображает автор. В-четвертых, все дело происходит вроде бы во сне, однако под занавес поэт находит возле своего ложа вполне реальную крупную купюру и тут же с патологической легкостью радикально меняет свою оценку происшедшего, проявляя отталкивающую страсть к нетрудовой наживе. Наконец, г-жа Олбрайт является весьма известным и авторитетным политическим деятелем, от которого многое зависит. Она постоянно дает ценные советы нашему руководству, и можем ли мы позволить себе лишиться этой поддержки из-за оскорбительных выпадов полоумного писаки, пусть даже и талантливого? Для подкрепления своих доводов врачи назначили больному назначили сеанс электросудорожной терапии, а также уколы сульфазина в четыре точки тела (т.наз."креста"). Эти назначения больной воспринял с угрюмой решимостью, однако после завершения процедур смягчил свою позицию и горячо пообещал держать себя в руках и не только не писать, но и не думать больше о политических деятелях. Впрочем, то обстоятельство, что поэт переключился с отечественных политиков на зарубежных, внушило врачам осторожный оптимизм - они склонны видеть в этом первые робкие симптомы выздоровления. Мы намерены и впредь откликаться на письма наших читателей, интересующихся проблемой политпсихозов и судьбой нашего талантливого пациента - поэта А.Д. Хочется надеяться, что история его болезни, излагаемая на страницах нашей газеты, сослужит также добрую службу и мировой психиатрии в ее бескомпромиссной борьбе за умственное здоровье всего прогрессивного человечества.


КОЛОНКА РЕДАКТОРА


Здравствуй, дорогой читатель!

Как ты, вероятно, уже догадался, на приведенной здесь фотографии изображены мы с К.Григорьевым после развеселого празднования Нового Года. Фраки и цилиндры отправились в ломбард, туда же перекочевали золотые часы "Павел Буре" на цепочках и золотые портсигары, подаренные любимыми женщинами, последние остатки наличности пришлось уплатить за зеркала, перебитые в ночных клубах "Агония" и "Казенная часть"... Вдобавок при запускании с балкона фейерверка мы неверно рассчитали пороховой заряд, и в результате множество семей лишилось крыши над головой. Фотограф запечатлел нас наутро после этого печального события. Теперь нам с Григорьевым нечем платить за жилье, и мы подумываем о том, чтобы переселиться в теплотрассу, где за годы реформ уже обосновалось немало наших достойных соотечественников. Что может удержать нас от столь трагического шага? Лишь твоя щедрая благосклонность, дорогой читатель. Помни: покупая свежий номер "Клюквы", ты не просто платишь за то удовольствие, которое получаешь от прочтения веселой и вместе с тем интеллигентной, сделанной со вкусом газеты, - нет, ты еще и поддерживаешь своими деньгами тех, кто в этой газете работает. Вспомни, читатель, сколь многим мы решились пожертвовать для того, чтобы не разлучаться с тобой! Я, А.Добрынин, не захотел стать ни молодым реформатором российской экономики, ни банкиром, ни строителем финансовых пирамид, ни директором детского или стариковского фонда, - одним словом, не захотел стать героем нашего времени. А ведь я как-никак кандидат экономических наук, мне во времена реформ, казалось бы, и карты в руки. К.Григорьев отказался от блестящей спортивной карьеры - он долгое время возглавлял сборную г.Балхаш по выпиливанию лобзиком, а также играл за футбольную команду Балхашского медеплавильного комбината в амплуа вратаря-гонялы. Однако слава и богатство для нас ничто, если ради них потребуется разорвать союз с тобой, дорогой читатель. Так оцени по достоинству наше подвижничество! Купи очередной номер "Клюквы" - тем самым ты вступишь в ряды подлинных ценителей прекрасного, благодаря которым только и может выжить в нынешние трудные времена русская пресса и русская изящная словесность.


СТРАНИЦА ПСИХИАТРА


Ведет академик Всемирной психиатрической академии Святослав Вайнтрауб


Напечатав в нескольких предыдущих номерах "Клюквы" ряд публикаций о том, как протекает лечение страдающего так называемым политпсихозом известного поэта А.Д., мы стали опасаться, не надоест ли вся эта затянувшаяся история нашим читателям. К тому же и сам больной вел себя безответственно и не желал помогать собственному выздоровлению. Однако мы недооценили гуманизма наших читателей: нам продолжает приходить множество писем, в которых вы просите и далее информировать вас в газете о состоянии здоровья поэта, о его настроении, нуждах, а главное - продолжать публиковать его стихи, пусть даже отмеченные печатью психического недомогания. Последнее пожелание, впрочем, нас не удивило: для части публики, как известно, самое странное - это и есть самое лучшее. Однако желание читателей для нас - закон, и потому мы сообщаем вам последние новости из жизни нашего одаренного пациента.

После того как А.Д. создал свой печально знаменитый шизофренический шедевр - так называемую "Поэму о Мадлен Олбрайт" - к нему для предупреждения дальнейших подобных эксцессов пришлось применить ряд довольно неприятных процедур, включая инъекции сульфазина и сеансы электросудорожной терапии. В результате в состоянии А.Д. наступило заметное улучшение, он сделался покладистым, общительным, перестал дерзить персоналу и соседям по палате... После некоторых колебаний лечащие врачи даже разрешили А.Д. смотреть телевизор. Как выяснилось позднее, это было ошибкой. Не секрет, что в психбольницах находится на обследовании (на предмет проверки на вменяемость) или на излечении немало лиц с уголовным прошлым. По вечерам эти пациенты имели обыкновение собираться у телевизора, где и познакомились с А.Д. Поэт быстро подпал под их влияние, но и сам благодаря своим стихам приобрел немалый авторитет в их среде. По вечерам он ходил с ними в клизменную пить чифир, а то и тайком пронесенную водку, вел с ними долгие беседы, мало спал, много курил и вдобавок прочел книгу "Жертва Фемиды" о судьбе известного криминального авторитета по кличке "Япончик", уехавшего в США и угодившего там за решетку. По мнению автора книги, Япончик является кристально честным человеком и американское правосудие проявило в данном деле вопиющую несправедливость. Общение с уголовными элементами, нездоровый образ жизни, просмотр волнующих телепередач подготовили у больного А.Д. рецидив, а непосредственным толчком к рецидиву стало прочтение вышеупомянутой книги. Несправедливость, якобы совершенная по отношению к Япончику заокеанскими властями, не могла не затронуть чувствительную душу поэта. Произошел нервно-психический срыв, результатом которого стало создание следующего "шедевра":


* * *


Мы долго и тщетно старались

Вместить этот ужас в уме:

Япончик, невинный страдалец,

Томится в заморской тюрьме!


К чужим достижениям зависть

Америку вечно томит:

Он схвачен, как мелкий мерзавец,

Как самый обычный бандит.


Царапался он, и кусался,

И в ярости ветры пускал,

Но недруг сильней оказался,

И схватку герой проиграл.


В застенке, прикованный к полу,

Он ждет лишь конца своего.

Свирепый, до пояса голый,

Сам Клинтон пытает его.


Неверными бликами факел

Подвал освещает сырой,

И снова бормочет: "Ай фак ю",

Теряя сознанье, герой.


Старуха вокруг суетится

По имени Олбрайт Мадлен -

Несет раскаленные спицы,

Тиски для дробленья колен...


Не бойся, Япончик! Бродяги

Тебя непременно спасут.

Мы знаем: в далекой Гааге

Всемирный находится суд.


Прикрикнет на злую старуху

Юристов всемирный сходняк.

Да, Клинтон - мучитель по духу,

Старуха же - просто маньяк.


На страшные смотрит орудья

С улыбкой развратной она.

Вмешайтесь, товарищи судьи,

Ведь чаша терпенья полна.


Пора с этим мифом покончить -

Что схвачен обычный "крутой".

На самом-то деле Япончик

Известен своей добротой.


Горюют братки боевые,

Что славный тот день не воспет -

Когда перевел он впервые

Слепца через шумный проспект.


Всё небо дрожало от рева,

Железное злилось зверье.

В тот миг положенье слепого

Япончик постиг как свое.


"Не делать добро вполнакала" -

Япончика суть такова.

С тех пор постоянно искала

Слепых по столице братва.


И не было места в столице,

Где мог бы укрыться слепой.

Слепых находили в больнице,

В метро, в лесопарке, в пивной.


Их всех номерами снабжали,

Давали работу и хлеб.

Япончика все обожали,

Кто был хоть немножечко слеп.


Достигли большого прогресса

Слепые с вождем во главе.

Слепой за рулем "мерседеса"

Сегодня не редкость в Москве.


Слепые теперь возглавляют

Немало больших ООО

И щедро юристам башляют,

Спасая вождя своего.


Смотрите, товарищи судьи,

Всемирной Фемиды жрецы:

Вот эти достойные люди,

Вот честные эти слепцы.


В темнице, как им сообщают,

Томится Япончик родной,

Но смело слепые вращают

Штурвал управленья страной.


Страна филантропа не бросит,

Сумеет его защитить.

Она по-хорошему просит

Юристов по правде судить,


Оставить другие занятья,

Отвлечься от будничных дел.

Стране воспрещают понятья

Так долго терпеть беспредел.


Совершенно ясно, что приведенное стихотворение написано психически больным человеком. Где это видано, чтобы президент США сам кого-то пытал? Уж если возникнет такая необходимость, у президента наверняка найдутся соответствующие специалисты. А ненависть автора к почтенной даме Мадлен Олбрайт носит просто маниакальный характер - достаточно вспомнить поэму, опубликованную нами в предыдущем номере "Клюквы". И как, позвольте спросить, слепой может управлять "мерседесом"? Что касается слепых во главе ООО, то сам я знал лишь одного председателя ООО, страдавшего болезнью зрения - сильной дальнозоркостью, да и тот недавно выпал с 18-го этажа,- разумеется, совершенно случайно. А что это за намеки на слепых у руля управления страной? Не надо считать нас дураками - мы прекрасно понимаем, в чей огород это камешек. Однако инсинуации автора не согласуются с фактами: достаточно вспомнить о том, что даже сам наш президент в его возрасте не пользуется очками, как и подавляющее большинство его более молодых сотрудников. Можно сказать, что наши рулевые, наоборот, отличаются чрезвычайной, нигде ранее не виданной остротой зрения. В стихотворении явственно видны следы общения с уголовным миром - и в самой тематике, и в употреблении уголовной лексики, и в общем идейном настрое. Такая психологическая восприимчивость характерна для людей с неустойчивым сознанием. Одним словом, излечение нашего талантливого пациента идет непросто. Видимо, придется вновь прибегнуть к сильнодействующим средствам, а затем внести в лечебный процесс определенные коррективы, - в частности, отказаться от либерализма и мягкотелости по отношению к больному. Обязуемся регулярно информировать наших читателей о том, как продвигается борьба с болезнью, поразившей рассудок незаурядного поэта.


P.S. К читателю: приведенные в данном разделе произведения написаны для газеты "Клюква" и большей частью опубликованы в ней же в период с сентября 1998 по февраль 1999 гг.