# Ангелы первостройки

Римма Андрияновна Дышаленкова

АНГЕЛЫ ПЕРВОСТРОЙКИ

рассказы и стихи


Ангелы первостройки


Непредвзятый человек с удивлением будет оглядывать миновавший двадцатый век. Отказавшись от идеи Бога, человечество в целом как с цепи сорвалось: каждый принялся за техническое перевооружение планеты. Кажется, изобретали и открывали новое все. Не знаю, как в столицах, а у нас в Магнитке, в бараках, бывшие крестьяне всё время что-то мастерили. Может быть, потому что от строительства завода оставалось много отходов.


Рассказывают, например, что плотник на строительстве домны Фёдор Иванович Рузанов, уроженец деревни Мраково из Башкирии, сделал велосипед на деревянных колёсах, а цепь приводная из сыромятного ремня. Ездил на нём на работу, а тормозил лаптем... Позже, когда он жил уже на 5-м участке, в бараке, в комнате N9, построили новые технократы сарайчик, где Фёдор Иванович собрал самодельный токарный станок с приводом от прялки. А когда его комнату в 8 квадратных метров расширили за счёт соседней и его семейство роскошно расположилось на 16 квадратных метрах, он просверлил в несущей балке два отверстия и укрепил на болтах качели для ребятишек. Дети его считали гением. Сын Фёдора Рузанова Николай вырос тоже человеком волшебного типа. Всё время в его руках что-то новое рождается. Говорят в ЦЗЛ: Николай Рузанов может соединять несоединимое. В 12 лет, живя вот именно в этом бараке, Николай с мальчишками собрал самокат четырёхколёсный с кривошипным управлением, создал самодельный фотоаппарат, а затем, устремляясь к звёздам, из картонных трубок и 4-х линз сделал телескоп на радость своим ровесникам.


Так вот этот Николай Фёдорович Рузанов с тихим мальчишеским восторгом вспоминает механические мастерские ЦЗЛ в годы войны, когда там был старшим мастером Перчаткин Сергей Константинович. Изобретательный человек. Но осталась за ним народная слава: как он на танке картофельное поле пахал.


В войну на заводе пропадали круглосуточно. А картошку тоже все садили. Поле общее, паи раздельные. Кто копал вручную, кто на лошадях пахал. Душа у всех болит, картошка — главный продукт жизни. Тогда, говорят, Сергей Константинович собрал слесарей, какие были, на скрапе украдкой взяли помятый танк, привезли его мастерскую, перебрали двигатель, отремонтировали ходовую часть, там же отыскали и собрали три плуга и выехали пахать на танке картофельное поле. Этакий получился парад и выигрыш во времени. Года три этот танк стоял во дворе за мастерской, а весной поля пахал...


— По примеру отца я всё время качели своим детям в доме крепил, а вот внучка мои качели осуждает, ей подавай импортные, — улыбается мастер слесарных всеобщих дел Николай Фёдорович Рузанов.


Исследователь


Хорошо беседовать с руководителями цехкомов. Они знают множество занимательных историй из жизни людей своего цеха. Вот, например, рассказывает председатель цехкома центральной лаборатории комбината Надежда Михайлова.


К нам в цехком время от времени заходит старейший ветеран ЦЛК Лимин Николай Васильевич, в прошлом инженер-исследователь, начальник участка сталеплавильной лаборатории. Он с 1941 года на заводе, у него непрерывного стажа набралось лет 50. Влюблённый в тайны металлургии человек. Как начал стареть, перешёл работать лаборантом, потом грузчиком, затем вахтёром, лишь бы с комбинатом не расставаться. Считает: ухаживать за металлургией нигде не грех.


Недавно зашёл в цехком, я его спрашиваю:


— Как здоровье, Николай Васильевич? А он отвечает:


— Да что-то сердце стало останавливаться.


— Так сходите скорее к врачу.


— Зачем? Я сам себе помогаю.


— Как же вы это делаете?


— А вот как сердце начнёт останавливаться, я забираюсь на табуретку и прыгаю на пол. Как ударюсь об пол, так сердце снова и застучит.


Вот такой исследователь.


Слово к Ангелу-хранителю


«Свете Светлый, светло просвети душу мою,

от Бога данный мне Ангеле»

Канон


* * *


Бесплотный Ангел мне сияет,


Как сладкий колыбельный сон.


Ты премудрость небесная,


Ты премудрость земная,


Я имя твое перед сном призываю,


Я понимаю твой канон.


* * *


У чрева матери, крылатый,


Оплакал ты мою утрату.


И... радуйся, от горьких слез


Младенца на крылах унес.


И с той норы глазам моим


Открылось праведное Лоно:


Я перед Богом, перед Ним,


Как шестимесячный ребенок.


* * *


Я тайну детства понимаю:


Все дети с Ангелом играют.


Ты вел меня к веселым речкам,


К степенным кущам, соловьям.


Питал меня молитвой вечной,


С любовью к Божеским дарам.


Мы вместе пели, мир целуя,


Учили слово: Аллилуйя.


* * *


И... радуйся, мой охранитель,


Зла и сиротства победитель.


Ты, как целитель Рафаил,


Меня от смерти оградил.


* * *


Мой милостивый, чудотворный


Открыл мне тружеников горних,


Во снах явил мне Внеземной


Лик Богородицы самой.


За радость светлую такую


Я повторяю: «Аллилуйя!»


* * *


Сиротство пело мне осанну,


Зияла нищета моя.


— Ты — лилия, — твердил мне Ангел.


— Я — лилия? — смущалась я.


И... радуйся, мой Свете Светлый,


Ко мне была добра планета.


Ты — глас Божественной среды.


Целую я Твои следы.


* * *


Я слышу голос Твой высокий,


Полночный мой и одинокий,


И о терпенье и любви


Беседы нежные Твои.


С Тобою ужасы миную,


Тебе и Богу: Аллилуйя!


* * *


И... радуйся, Ты — Свет во мраке.


Меня Твои покоят знаки.


Твоя рука в моей руке,


Хоть жизнь висит на волоске.


* * *


Светло в Твоем Небесном свете,


Уверенно родятся дети,


И адресуясь к Богу прямо,


Даруют миру слово: Мама.


С младенцем я шепчу, ликуя,


Тебе и Богу: «Аллилуйя».


* * *


И... радуйся. Учитель мой.


Всю жизнь любуюсь я Тобой,


Помощник мой и утешитель,


Мой Пантелеймон-исцелитель.