# Обыкновенный случай из жизни

Александр Васильевич Фельдман

Семянов попал служить в налоговую инспекцию от большой душевной боли.

Все началось после его возвращения из армии. Семья Семянова жила небогато и очень сильно завидовала бизнесменам - бездельникам, которые, как широко известно народу, работать не хотят и своим легким хлебом народ дурят. Семянов легкого хлеба не убоялся и перешел от слов к делу, то есть подался было в бизнес и... прогорел. Слегка отрезвев относительно манноподобия бизнеса, он попробовал себя по другой части "легкого хлеба" - рэкета, но был сильно бит, вылечился и ушел из бизнеса навсегда. Воровать же Семянову не везло с детства, били его за это еще в песочнице. ...Да и боялся. Приспособиться к другому делу не получалось - ученье в голову не шло. Если Вы подумали, что виной тому умственные способности Смеянова, то Вы ошиблись. Судьба, конечно, не очень- то заботится о том, как человеку жить. Семянова могучие силы природы не обидели. Но более всего, сверх всякой мыслимой меры эти силы переполнили Семянова жгучим криком продолжения рода. Хотя, быть может, досталось ему и не так уж больше, чем остальным. Молодость Семянова, как водится, брала свое. И по чистой случайности, видимо, самому Семянову она почти ничего не оставила.

Зато у Семянова был дядя. Так в жизни всегда бывает, если Вам в чем-то не повезло.

Оглянитесь и присмотритесь как следует: где-то лежит невдалеке Ваше неприметное

уравновешивающее начало. Чувственную затуманенность Семянова уравновешивал этот самый дядя. Возможно, что только временно, возможно, что и дядя об этом не очень-то догадывался. Он жил не близко от Семяновых, но бывал у них часто, так как в делах родственных видел смысл жизни. Семянов со своими изъеденным волнениями естеством и безденежьем подвернулся дяде очень кстати. Дело было в том, что дядя только было взялся за мнообещающий развод племянницы, но его постигло большое разочарование. Не ко времени скончавшийся муж все разрушил. Дяде уже было виделся триумф, он уже ощущал себя персоной вечной городской темы для бесед... Очень перспективный был развод, но не удался...


Похороны, тем не менее, сложились удачно. Развод, в известных кругах, только тогда развод, когда он увенчан гербовой печатью на соответствующей бумаге. Без этого магического обряда любой негодный пусть даже покойный муж остается законным мужем. И потому хоронили покойного как полноценного мужа, честь по чести. Племянница старательно заходилась рыданиями при всяком скоплении у гроба. Да и покойного, как оказалось, любили все. При жизни он без сомнений небыл целован таким количеством разнополого и весьма чувственного народа. Не скупясь на правду, нужно сказать, что хоронили его лучше, чем он жил.

На поминках дядя сидел рядом с Семяновым. Он сидел молча и насупившись даже тогда, когда приглашенные, наконец, разгулялись и начали петь. Под конец печального гуляния дядя сказал вдруг Семянову, что если б не сестра, то есть мать Семянова, то он начхать хотел бы и на самого Семянова, и на покойника, и на всю эту компанию, и на все, и на всех, сейчас и всегда. Семянов слушал все, не прекращая есть студень, и мутно глядел на дядю. Из-за июльской жары можно было даже подумать, что в тарелку падали обидные слезы Семянова, а не распаренный студень. Но Семянов не вникал, просто не мог ни во что вникать, так как его мысли всегда были заняты другим. Но любой другой на его месте понял бы, что дядя просто расстроен чем-то и искал сочувствия.

Во-первых, дядя в распорядительной суете не успел занять положенного ему места в катафалке и потому пришлось ехать с прочими гостями в автобусе, а, во-вторых, когда фотографировались у гроба, на его обычное место в изголовье покойника втиснулась какая-то мало известная родственница... Семянов -увы- кровоточение тонких душевных ран не ощущал. Он был, если позволите так выразиться, идеальным материалистом, так как переживал только свою физиологическую материальность и переживал это идеально.

Он дослушал дядю,допил из тарелки разжиженый студень и только после этого, чтобы не оставить дядю без внимания, почтительно выругался ему в ответ, чем дядя и успокоился.

Они встретились утром следующего дня в конторе у дяди. Некоторое время дядя разъяснял Семянову основы житейской мудрости, а сам Семянов изучал разрез на юбке весьма упитаной дядиной сослуживицы недавно средних лет. Заметив его упорство, дама приподняла юбку и, не обнаружив ничего более примечательного, чем огромное белое бедро, снова углубилась в бумаги. Дядя любил излагать заповеди из бесконечного свода, якобы произошедших где-то случаев жизни. Сюжеты дядя придумывал по причине серости прожитого им в стороне от жизни лет. Справедливости ради нужно сказать, что хотя и придумывал он совершенно не интересно, но настолько неправдоподобными были истории,что слушатели любопытствовали их окончаниями. Любопытство, присущее всему живому, позволяло дяде попридержать слушателей и напичкать их блеклой мудростью своих ничем не примечательных лет. Каждый из нас, если сам не пользуется таким истязанием чужого внимания, то не раз становился жертвой собственного искушения знать все. Согласитесь, так мы смотрим дурацкий боевик , желая узнать, чем все кончится, так же мы слушаем чужую жизнь, так, порой, живем свою. Племянник дядю не слушал. Гений его невнимания к чепухе проистекал из следствий третьего закона термодинамики. Этот вид движения биологической материи, люди почему-то называют инстинктом продолжения рода.Дядя мысленно назвал все это другими словами, скомкал текст и назначил на завтра, на девять идти к Кирилычу.

Кирилыч был начальником районной налоговой инспекции, а в прошлом - спортсменом какого-то средней тяжести спорта и чемпионом чего-то республиканско-областного. Человек он был к начальству с почитанием, к подчиненным со строгостью и жадный в меру занимаемой должности. Заслужил он свое место недавно, обустроиться еще не успел и потому свои люди ему были очень нужны. Дядю Семянова Кирилыч знал давно и только с лучшей стороны - как человека благодарного.

Семянов произвел на Кирилыча благоприятное впечатление. Особенно понравились мутные глаза Семянова, ничего не выражавшие кроме гормональной озабоченности. Еще Семянов, совсем не к месту, чем-то необъяснимым и назойливым напомнал ему рассаду. Но - это пустое, а главное было то,что Семянову было назначено выходить на службу на следующий день.

Семянов входил в суть три недели, а на четвертую был послан на плановую проверку. Вряд ли Вы знаете что такое плановая проверка. Представьте себе, что к Вам приходят какие-то люди, у которых больше прав, чем у Вас, они роются в Ваших вещах и говорят Вам, что если Вы и не вор, то скоро украдете. Даже в библии, где, кажется, есть все обо всем, ни словом не упомянут этот люд. Среди отмеченых словом Божьим хоть за добродетель или за ее отсутствие, сборщиков податей небыло. Их бытие по другую сторону добра и зла, как сказал философ. Семянов, не ведая истины, пошел за отмеченную грань - на плановую проверку. Через полгода он взял первый раз. Как все. Не больше и не меньше, чем другие. И стал жить не хуже некоторой части других.

Вы можете справедливо спросить с автора, почему же сказано вначале, что Семянов пошел служить в налоговую от большой душевной боли ? А почему бы и нет,- мог бы ответить автор, - зачем-то же был рожден Семянов в этот мир ? Грешен он ? Но знал ли он это? Грешно ли неведение ? Грешно ли дерево скрывающее дорогу, грешны ли горы обрушивающие камни, грешен ли младенец, рожденный быть человеком...Да и грехи со всеми случаются потом. Что мешает и Вам так думать ?

Все.


P.S.


"Государство - есть аппарат насилия руками насильников"

Парафраз по Гумбольту.


"Президент - начальник всех чиновников" Большая Энциклопедия собственных взглядов (БЭСВ).

"Любовь к народу - чувственность не знающая преград или, иначе говоря, бисексуальное нимфоманство на основе этики натурального права..." Из Ежегодника к БЭСВ.