# На мотив Р.Л. Стивенсона. Вересковый эль

Александр Владимирович Флоря

На мотив Р. Стивенскона

Вересковый эль

Гэльская легенда


О вересковом эле

предание идет.

Забористее хмеля,

медвянее, чем мед,

варить его умели,

заваривать пиры

и в недрах подземелий

лететь в тартарары.


Но вот на пиктов малых

шотландский вождь напал

и, как косуль, погнал их

до самых алых скал.

Телами край засея -

поживой для ворон, -

он травлею своею

был удовлетворен.


Тела давно истлели,

и всходы вновь щедры,

но в гэльских землях эля

не варят с той поры.

И верещатник даром

по манию весны

алеет. Медоварам,

что смертью учтены,

смешавшимся с землею,

не встать из той земли,

куда они с собою

секрет свой унесли.


Вот едет кавалькада

вересняка по-вдоль.

Всё в мире солнцу радо.

Угрюмится король.

Резвятся в небе птицы,

пчелиный слышен гуд,

король всё пуще злится,

и сумрачен, и лют.


"Вождь элевого края...

А где он, этот эль? -

он думал, озирая

предел своих земель.

- Усерден был не в меру,

Что ж сделаешь!" И вдруг

Заметил он пещеру

И тотчас кликнул слуг.


Они людищек бо́сых

нашли, войдя в дыру,

и тащат на утес их,

и ставят на юру.


То были карлик с сыном -

точь-в-точь жильцы могил, -

и взглядом ястребиным

король их пригвоздил.

"Дрожит за шкуру всякий.

Спасете вы ее,

коль скажете, собаки,

как варится питьё"


Но пленники молчали,

тщедушны и малы.

Смотрели в небо, в дали,

на вереск у скалы,

и снова ввысь, и снова

на дол... И, наконец -

"Наедине... два слова" -

прощебетал отец.


Вдруг голосочек слабый

стал резок и силен:

"Сказал бы я, когда бы

не сын. Мешает он.

При нем вы не сорвете

признанья с языка.

Страшна для старой плоти

смерть. Молодым - легка.

Сын не проронит слова,

хоть измочалишь плеть.

Падения отцова

не дай ему узреть".


И мальчика злодеи

согнули пополам,

связавши стопы с шеей,

и предали волнам.

Когда же над казненным

пронесся пенный вал,

старик отец со стоном

захватчикам сказал:


"Освобожден теперь я.

Что ж, я морочил вас

и, в молодежь не веря,

от пытки сына спас.

Виной - всего тяжеле -

себя не оскверню.

Со мною тайна эля

достанется огню!"

1987 - 2017


Robert Louis Stevenson

Heather Ale

A Galloway Legend

From the bonny bells of heather

They brewed a drink long-syne,

Was sweeter far than honey,

Was stronger far than wine.

They brewed it and they drank it,

And lay in a blessed swound

For days and days together

In their dwellings underground.


There rose a king in Scotland,

A fell man to his foes,

He smote the Picts in battle,

He hunted them like roes.

Over miles of the red mountain

He hunted as they fled,

And strewed the dwarfish bodies

Of the dying and the dead.


Summer came in the country,

Red was the heather bell;

But the manner of the brewing

Was none alive to tell.

In graves that were like children's

On many a mountain head,

The Brewsters of the Heather

Lay numbered with the dead.


The king in the red moorland

Rode on a summer's day;

And the bees hummed, and the curlews

Cried beside the way.

The king rode, and was angry,

Black was his brow and pale,

To rule in a land of heather

And lack the Heather Ale.


It fortuned that his vassals,

Riding free on the heath,

Came on a stone that was fallen

And vermin hid beneath.

Rudely plucked from their hiding,

Never a word they spoke:

A son and his aged father -

Last of the dwarfish folk.


The king sat high on his charger,

He looked on the little men;

And the dwarfish and swarthy couple

Looked at the king again.

Down by the shore he had them;

And there on the giddy brink -

"I will give you life, ye vermin,

For the secret of the drink."


There stood the son and father

And they looked high and low;

The heather was red around them,

The sea rumbled below.

And up and spoke the father,

Shrill was his voice to hear:

"I have a word in private,

A word for the royal ear.


"Life is dear to the aged,

And honour a little thing;

I would gladly sell the secret,"

Quoth the Pict to the King.

His voice was small as a sparrow's,

And shrill and wonderful clear:

"I would gladly sell my secret,

Only my son I fear.


"For life is a little matter,

And death is nought to the young;

And I dare not sell my honour

Under the eye of my son.

Take him, O king, and bind him,

And cast him far in the deep;

And it's I will tell the secret

That I have sworn to keep."


They took the son and bound him,

Neck and heels in a thong,

And a lad took him and swung him,

And flung him far and strong,

And the sea swallowed his body,

Like that of a child of ten; -

And there on the cliff stood the father,

Last of the dwarfish men.


"True was the word I told you:

Only my son I feared;

For I doubt the sapling courage

That goes without the beard.

But now in vain is the torture,

Fire shall never avail:

Here dies in my bosom

The secret of Heather Ale."

1880