# Добро пожаловать в Улиткоград.

Ирина Петровна Гамула

Глава первая, в которой рассказывается о появлении в Улиткограде прекрасной незнакомки.


Весна в этом году выдалась ранняя и жаркая. А уж лето оказалось и вовсе знойным. Солнце палило нещадно, а ведь было только начало июня! Наверное, после холодной и вьюжной зимы каждый обитатель средней полосы России рад был такому подарку природы. Каждый, но только не обитатели Улиткограда! Ах, да! Вы, наверное, никогда не слышали о таком городе. И не удивительно! Ведь там живут не люди, а улитки. Да, да, самые обыкновенные улитки, мимо которых мы проходим, гуляя в лесу или в парке. Как правило, существуют целые улиточные места, и находятся они чаще всего в самом сыром месте. Проходишь, бывало, узенькой тропинкой по лесной чаще и вдруг видишь полянку, заросшую папоротниками. Приглядишься внимательнее, а на зеленых листьях располагается множество улиток, целые поселения! Остановишься и задумаешься: " Ну, зачем им эта сырость? Перебирались бы поближе к теплу, свету!" Ан, нет! Не хотят. И самое интересное, что это им очень нравится. Влага стала для них необходимым условием жизни. А вот жара их расстраивает ужасно. Единственное спасение для них в такие дни - спрятаться в своей раковине. При этом они даже закупоривают ее особой пленкой. Теперь Вы поняли, почему жители Улиткограда так страдали от этого летнего зноя?

Этот небольшой городишко располагался в низине недалеко от опушки маленького лесочка. Часть обитателей жила на различных растениях, а некоторые нашли убежище подо мхом и опавшими листьями. Были и такие, наиболее осторожные, которые почти все время проводили зарывшись в землю и выползали на поверхность только для того, чтоб поесть, да узнать последние новости. Ведь все улитки страшно любопытны!

Малыш Жуйко мало чем отличался от своих собратьев. Пожалуй, только тем, что был любознательнее других. Если в городе начинали обсуждать какую-либо сплетню, то единственной улиткой, которую волновал не столько сам факт, сколько причины его и следствия, был малыш Жуйко. Пытаясь выпытать, как можно больше информации, он задавал собеседникам столько вопросов, что у них начинала болеть голова и они, образно говоря, скрывались бегством от чрезмерно любопытного собрата. Как Вы понимаете, бегать улитки не способны. Да им этого и не нужно было делать. Достаточно было только втянуть голову внутрь раковины и закупориться пленкой -пневмофрагмой - тогда никакой Жуйко им был не страшен. Со временем, жители Улиткограда научились вести себя осмотрительнее со своим любопытным собратом. Они старались не обсуждать с ним последние новости, а если все-таки не удерживались и вступали в беседу, то очень быстро сворачивали ее, если видели, что она грозит превратиться в настоящий допрос. Росточком Жуйко не вышел, но его это не очень-то смущало. Занимаясь бесконечными тренировками, он так окреп, что стал выносливее многих других улиток. Надо сказать, что у всех улиток одинаковое строение. Глаза у них расположены на концах маленьких рожек, которые они могут втягивать в себя, если чувствуют приближение опасности. Видят улитки хорошо, но только на очень близком расстоянии. Воздух поступает внутрь в маленькую полость, которую образуют складки на затылке. Сам слуховой аппарат состоит их пузырька, соединенного нервным стебельком с горлом. Почти все улитки имеют раковину, с которой тело их связано мускулом, при помощи которого улитки могут втягиваться в раковину. Передвигаются же они с помощью единственной ноги, оставляя за собой слизистый след. Именно укреплению единственного мускула и ноги посвящал Жуйко большую часть своего времени. Он без устали передвигался по городу, неоднократно выходил за его пределы, чем весьма поражал своих собратьев. Они никак не могли взять в толк, зачем надо так много двигаться, когда вокруг полно еды, да и городок у них живописный: сиди себе на листочке, да любуйся природой, зачем еще где-то шастать в поисках приключений. Еще больше удивлялись они, наблюдая за его тренировками по развитию мускула. Жуйко не ленился каждое утро подтягиваться 10 раз. Вы скажете, что это не очень много? А вы попробуйте! Конечно, именно таких условий, как у улитки Вы себе не создадите, но попробовать стоит. Опустите руки по швам, зацепитесь подбородком за перекладину над головой и подтянитесь 10 раз. Да, не забудьте привязать к спине коробку потяжелее! Ну, что, получилось? Думаю, сейчас Жуйко Вам кажется просто героем. А он и есть герой! По крайней мере, герой этой повести. Пытался Жуйко развить и свое зрение. Для этого он все время таращил глаза. Видеть лучше он не стал, а вот глаза у него стали выпученные, как у лягушки. Подобные физические упражнения требовали больших затрат энергии, поэтому неудивительно, что Жуйко все время хотелось есть. Он жевал, передвигаясь по городу, жевал, занимаясь уборкой домика, жевал, разговаривая с друзьями. Его сосед Бакенбард, прозванный так за то, что вдоль его щек располагались складочки, очень напоминающие бакенбарды, рассказывал всем, что Жуйко ест даже во сне, иначе как объяснить хруст, доносящийся из его домика по ночам? Жуйко лишь смеялся над россказнями соседа, продолжая жить так, как ему нравилось. Когда ж ему слишком надоедали с расспросами, он заявлял, что Бакенбард во сне слышит собственный храп. В это солнечное утро наш герой, выполнив свои упражнения, решил передохнуть и насладиться сладкими листочками орешника. Он прополз по ветке, подобрался поближе к вожделенной пище и начал энергично обгладывать сочную зелень с помощью пластинки с зубчиками, напоминающей терку. Подобное сооружение заменяло улиткам обычные зубы. И не переглядывайтесь многозначительно, радуясь собственному совершенству! Каждый в нашем мире устраивается как ему удобнее. Мы с зубами, а улитки с терками. И еще не известно, что удобнее. Улитки, во всяком случае, на зубную боль никогда не жаловались. Но, не будем отвлекаться. Мы оставили Жуйко на ветке, наслаждающимся вкусной едой. Вернемся к нему! Малыш был совершенно счастлив. Он жмурил глаза от удовольствия, уподобляясь сытому коту, как вдруг у него буквально ком в горле застрял. На полянку выскочила шумная ватага детворы, понаехавшей из города к бабушкам и дедушкам в деревню. Занятия в школах закончились к середине мая, и уставшие за год от своих любимых чад родители, не медля и дня, отправили их на лоно природы. Приезд детей был всегда стихийным бедствием для несчастных улиток. Ребятки безжалостно отдирали их от насиженных мест, тыкали пальцами прямо в глаза и при этом приговаривали: "Улитка, улитка, высуни рожки, дам тебе сразу же красные сапожки!" Слыша это, Жуйко всегда удивлялся, зачем улиткам красные сапожки? И дело тут не в цвете обуви, а в ее необходимости. Хотя, кто их разберет, этих людей...

Вот, например, его подружка, божья коровка Луковка рассказывала о том, как ее долго терзали потными ручонками, зловеще приговаривая: "Божья коровка, улети на небо, дам тебе хлеба..."Луковка тогда еще не знала, что за это за хлеб такой ей предлагают. Но, перед тем как ее захватили в плен, она слышала, как один из будущих мучителей сказал другому: "Лучше отойди по-хорошему, а то, как дам в нос! И слово его не разошлось с делом : мощным ударом кулака он поверг собеседника на землю. Не удивительно, что у Луковки и крылья отнялись после слова "дам хлеба". Она мучительно хотела взлететь и, наконец-то, почувствовать себя в безопасности, но никак не могла. Разозлившись, мучители щелчком сбросили ее с ладони, и она больно стукнулась о землю. Теперь-то Луковка знает, что хлеб это человеческая еда, но она до сих пор не понимает, почему эту еду предлагали ей, божьей коровке. С улитками детишки обращались также бесцеремонно. Когда им надоедало играть с улитками, они их выбрасывали прямо в кусты. И их совсем не волновало, что несчастному созданию требовался не один день, чтобы вернуться обратно. А близкий друг Жуйко Ракитон так и не вернулся из подобного путешествия. Возможно, его съел крот или уж - давние недруги улиток. Хотя Жуйко не исключал и того, что Ракитон, будучи страшно рассеянным и бестолковым от природы, просто не смог найти обратной дороги. А еще мальчишки устраивали целые бои, используя улиток в качестве орудий. Они стреляли ими из рогаток по птицам и мышам-полевкам, которых было особенно много в этом году. А однажды ребята, сами того не ведая, сделали доброе дело. Они изгнали из Улиткограда крота. Любопытное животное лишь на секунду высунулось из норки, и было тут же отброшено назад сильным ударом. Обезумев от страха, крот навсегда покинул насиженные места. Надо сказать, что о нем никто особенно не жалел. Этот крот был самым настоящим злодеем, уничтожившим не одну улитку. Не удивительно, что его вынужденное бегство стала для улиткоградцев радостным событием, которое праздновали целую неделю. А Бакенбард, которого тогда использовали в качестве орудия, стал настоящим героем. На общем собрании граждан он был награжден званием Улитки-героя. Жуйко, хотя и старался этого не показывать, страшно ему завидовал. Все жители, как могли, старались отблагодарить спасителя. Ему принесли мягких сладких молодых почек и, чему особенно завидовал Жуйко, маленький известковый камушек. И не удивляйтесь этому! Раздобыть подобный камень в лесу непросто, а он необходим улиткам. Их раковины содержат углекислую известь, поэтому для укрепления своих домиков улитки сверлят камни или поедают раковины других моллюсков. Жуйко, одержимый идеей самоусовершенствования, старался употреблять в пищу как можно больше извести, надеясь, таким образом, не только укрепить, но и увеличить в размерах свою раковину. Но ему лишь изредка удавалось отведать кусочки раковин. А о подобном камешке он мог только мечтать! "Ну почему не меня выбрали орудием?" - частенько думал Жуйко. Увы! Ответ напрашивался сам собой - из-за крошечных размеров. Да, да! Бакенбарда выбрали только благодаря его величине. А теперь у него появилась возможность стать еще массивнее. Ну, есть ли справедливость в этом мире?!

Задумавшись, Жуйко перестал обращать внимание на мальчишек. И напрасно. Не успел он опомниться, как его безжалостно оторвали от листочка папоротника и усадили на чью-то грязную ладонь. "Давай, быстрее,"- донеслось до него. "Сейчас, только осторожнее", - ответил другой голос. Чья-то не менее грязная рука поставила прямо перед его носом темную коробочку. Улитки, попав в такое положение, втягивают голову в раковину и наглухо закупориваются. Но это обычные улитки! Жуйко же, напротив, вытянул шею и выпучил еще больше глаза. Нельзя сказать, что он не испугался. Нет, он испугался. Просто, он еще больше боялся упустить что-нибудь интересное. С ужасом следил он, как один из мальчишек открывает коробочку. "Что там внутри? - с ужасом думал он. -Возможно, какое-нибудь чудовище, истребляющее улиток? А может быть, эта коробочка припасена для него. Засунут его внутрь, унесут домой для опытов, да и забудут о нем. Тогда прощай белый свет!" Жуйко чуть не заплакал от жалости к себе. Но тут коробку, наконец, открыли, и вытащили оттуда самую прекрасную улитку из всех, которых Жуйко видел в своей жизни!


Глава вторая, в которой Жуйко влюбляется в прекрасную незнакомку, но почти сразу же обретает соперника в лице Бакенбарда.


Вытаращив глаза, Жуйко внимательно следил за прекрасной незнакомкой. Он даже испугался, что она мертва, и перед ним лишь высохшая раковина. Но тут раковина слегка пошевелилась. "Жива", - с облегчением подумал Жуйко и тут его буквально оглушил раздавшийся сверху голос.

-Слава Богу, шевелится. А то я уже подумал, что она задохнулась в дороге. Мне ее папка из командировки привез. Он только что вернулся из Франции. Там этих улиток едят. Папке, правда, не понравилось.

-Сочиняй больше! Кто же будет добровольно есть такую гадость?

-Ты что, хочешь сказать, что мой отец врун?

-Да не- е -ет! Просто не верится, что улиток можно есть. Противно уж как-то очень!

-А тебя никто и не заставляет! И, вообще, наших улиток не едят. Едят этих, даже специально выращивают. Они, обычно на виноградниках живут и питаются виноградными листьями. Смотри, какие они крупные, раза в три больше, чем наши.

-Да это просто по сравнению с этим заморышем. У нас тоже большие улитки бывают. Вот, смотри. - Еще одна грузная ручонка схватила что-то с земли и положила рядом с Жуйко. Тот сразу узнал Бакенбарда. От страха приятель наглухо запечатал свою раковину. Жуйко ехидно подумал, что тот теперь не высунет носа наружу до самого вечера. Меж тем, иностранка начала проявлять любопытство. Она осторожно отодвинула пневмофрагму и выглянула из раковины. Не почувствовав опасности, незнакомка проявила решительность и почти вся высунулась наружу. Ее глаза оказались на одном уровне с глазами Жуйко, и он почувствовал, что с ним происходит что-то необъяснимое. Таких прекрасных глаз наш герой еще не встречал. Большие и выразительные они сидели на очень изящных рожках, которым позавидовали бы самые элегантные дамы Улиткограда. Да, настоящая красавица. О такой можно песни слагать и легенды рассказывать. Жуйко вспомнил слова особо популярной этим летом баллады местного поэта Коломбоньо.

Глаза на тонких усиках сидят

И как магнит притягивают взгляд

Забыв, куда я полз и почему

Сижу, и наглядеться не могу.

Жуйко, незаметно для себя, стал тихо напевать эту песенку. Особо опасаться ему было некого. Люди никогда не слышали, как говорят улитки, да и не могли услышать. А вот улитки друг друга прекрасно слышали и понимали, даже те, которые всю свою жизнь провели в другой местности. Поэтому песенка не оставили незнакомку равнодушной. Несмотря на то, что Жуйко ужасно фальшивил, да и голосок его был скрипуч, слова песни задели ее за живое. Она весьма любезно кивнула головой Жуйко, и его сердце подпрыгнуло до небес. Но, как оказалось, она была не единственной слушательницей, на которую эта песня произвела магическое впечатление. Бакенбард, услышав рулады своего соседа, сразу же успокоился, справедливо решив, что в минуту опасности никто не будет петь подобные песни. Героические, еще, куда ни шло! Но, любовные, к чему бы это? Умирая от любопытства, он тоже высунулся наружу.

Что тут можно еще сказать? Красавица-иностранка и его не оставила равнодушным. К тому же, он умел разговаривать с дамами, недаром же слыл в Улиткограде и за его окрестностями ужасным сердцеедом. Не прошло и минуты, как он уже расписывал гостье красоты города и свои подвиги. Мальчишкам к тому времени надоело наблюдать за улитками. Они ведь не могли слышать их разговоров и видели лишь 3-х улиток, высунувших рожки навстречу друг другу. Устав наблюдать эту картину, они сбросили улиток на лист лопуха и убежали купаться в пруду. А Жуйко, Бакенбард и прекрасная незнакомка остались одни. Очень скоро Жуйко понял, что он лишний. Разговором целиком завладел Бакенбард. Прекрасная незнакомка не сводила с него глаз. Еще бы! - Герой! А Бакенбард, не теряя времени даром, уже расписывал свой подвиг. Из его рассказа выходило, что победа над кротом была не случайностью, а целиком и полностью его заслугой. Жуйко только диву давался, слушая как дело было. Бакенбард вдохновенно врал. Оказывается, наблюдая за развлечением мальчишек, он сразу смекнул, какую из этого можно извлечь пользу для улиточной колонии. Поэтому он специально стремился попасть под руку стрелкам из рогаток, чтоб именно его могли использовать в качестве оружия. Находясь в воздухе, путем невероятных усилий, он смог слегка изменить направление, чтоб попасть в нужную точку и одним махом покончить с врагом. Жуйко не удавалось и слова вставить, и он все время вертелся, как уж на сковородке, мечтая осадить зарвавшегося вруна. Наконец, пытка закончилась. Бакенбард умолк, горделиво приосанившись в ожидании похвал. И они не заставили себя ждать. Незнакомка, имя которой оказалось Лиана, тут же осыпала Бакенбарда комплиментами.

-Ах, какой Вы герой! Я уверена, что о вашем подвиге будут слагать песни и легенды.

-Уже сложили! - вклинился в разговор Жуйко. Бакенбард удивился.

-Что-то я не слышал ничего. Правда, Коломбоньо мне вчера обещал. Но, чтобы так быстро...

-Вы такой скромный, как все настоящие герои! Бренная слава вам не к чему. Поэтому вы и не слышали. Хорошо еще, что этот Коломбоньо догадался увековечить ваш подвиг. Мы, улитки, такие неблагодарные создания, - прожурчала сладким голоском Лиана.

-Вы правы! Я подождал денек, вижу никто больше не поздравляет, да и рассказов моих слушать не желает, тогда и решился! Подкрался к Коломбоньо, когда он дремал после еды, залез на его ракушку, так, что она даже хрустнула под моей тяжестью, и потребовал стихов о моем подвиге. Такое ведь не каждый день случается! Надо, чтоб потомки тоже о моем подвиге знали. - Лиана, услышав эти речи, смутилась. Образ героя несколько померк в ее глазах. Но, будучи по своей природе улиткой воспитанной и вежливой, она решила не делать поспешных выводов.

-Давайте послушаем стихи! - предложила она.

-Да, да, я сам с удовольствием послушаю, - умилился Бакенбард. - Прошу тебя, Жуйко, прочти нам эти стихи!

Жуйко набрал в грудь побольше воздуха и заорал так громко, что все жители Улиткограда высунулись из своих раковин.

Спать люблю, люблю покушать

И себя люблю послушать.

Во сне же тихий Бакенбард

Могуч, как грозный леопард.

Раздалось дружное хихиканье. Даже Лиана не смогла скрыть усмешки. От злости Бакенбард стал сизого цвета.

-Ну, погоди у меня, мелюзга! - прошипел он в сторону Жуйко. - Я еще поквитаюсь с тобой за эту шутку! С этой угрозой он втянул шею в раковину и плотно запечатал входное отверстие.


Глава третья,

в которой нам предоставляется редкая возможность сразу познакомиться почти со всеми обитателями Улиткограда.


Как уже было сказано раньше, пение Жуйко привлекло внимание улиток. Прервав свой послеобеденный сон, любопытные жители Улиткограда начали потихоньку подтягиваться к тому месту, откуда доносился голос собрата. Дело в том, что улитки видят только на близком расстоянии, поэтому сначала никто из них не понял, кто это распевает смешные куплеты о местном герое. К этому времени они уже достаточно скептически стали относиться к его подвигу. Вознаградив Бакенбарда за его заслуги, улитки посчитали, что с лихвой выполнили свой долг по отношению к нему. Бакенбард же не унимался. Он утомлял их длящимися до бесконечности рассказами о своем подвиге. Причем, с каждым новым рассказом появлялись все новые и новые подробности, свидетельствующие о безграничном героизме автора. В конце концов, улиткам надоело слушать рассказы хвастуна, и они стали от него прятаться. И вдруг - песня о Бакенбарде! И не хвалебная, а сатирическая, высмеивающая его лень и любовь к бахвальству! Многих это удивило. Дело в том, что мастером стихосложения в Улиткограде считался Коломбоньо. Однако, в силу мягкости характера, знаменитый поэт сочинял только лирические песенки и баллады. Подобная острота ума была ему не свойственна. Об этом и переговаривались улитки, спеша к месту действия.

-Не пойму, что это случилось с нашим стихотворцем? - удивленно закатывала глаза местная франтиха Радуница. Ее так прозвали из-за красивых разводов на ее раковине. Надо сказать, что у некоторых улиток есть железы, вырабатывающие красящее вещество. Поэтому их раковины и окрашиваются в разные цвета. Из всей колонии улиток Улиткограда только Радуница обладала такой способностью. Нетрудно догадаться, что за ней ухаживало множество поклонников. Жуйко тоже не остался равнодушным к ее чарам. Однако, Радуница так высоко ценила себя, что даже не смотрела на бедняжку. Он казался ей слишком смешным и нелепым. Одно время красавица одаривала своим вниманием его приятеля Ракитона. Многим, в том числе и самой Радунице, это было непонятно. Ракитон не выделялся среди улиток какими-то способностями. Был он очень тихий, спокойного нрава и, хотя мог по достоинству оценить чужую шутку, сам никогда не подшучивал над знакомыми. После его исчезновения Радуница долго не могла прийти в себя. Она все время ждала его возвращения. Когда же поняла, что это бессмысленно, попыталась найти ему замену. Оказалось, что это не так легко. Не так много симпатичных ей улиток нашлось в округе. После долгих поисков она остановила свой взор на Бакенбарде. К этому времени его уже провозгласили героем, и ей льстило внимание такой личности. Подогревало ее чувства и внимание местных дам к герою. Правда, нескольких дней более близкого знакомства хватило, чтобы понять истинную сущность Бакенбарда. Будучи от природы очень разумной улиткой, она быстро положила конец этой нелепой дружбе. Услышав насмешливые стихи в адрес брошенного кавалера, она решила посмотреть, кто этот смельчак, посмевший бросить вызов самовлюбленному Бакенбарду. Если это Коломбоньо, то, значит, он не так труслив и легкомысленен, как кажется и тогда к нему стоит приглядеться повнимательнее! Словно в ответ на ее мысли прозвучал скрипучий голос Усатки, прозванной так за то, что ее глаза находились не на кончиках рожек, а у их основания. Такое расположение глаз в общем-то не редкость у улиток, просто у Усатки сами рожки почему-то больше напоминали торчащие усы!

-Не думаю, что это Коломбоньо. Он слишком воспитан, чтоб так издеваться над Героем.- Усатка была тайно влюблена в Бакенбарда, поэтому слово "герой" она произнесла так, что оно прозвучало с большой буквы. Хитрый Бакенбард старательно избегал общества этой надоедливой дамы, однако, на окончательный разрыв отношений, не шел. Усатка же пребывала в уверенности, что именно ради любви к ней, Бакенбард бросил красавицу Радуницу. Впрочем, подобные мысли возникли у ней не сами по себе, а благодаря подробным разъяснениям Героя.

-О чем толкуют прекрасные дамы, упоминая мое скромное имя? - мягкий голос за их спиной заставил собеседниц подпрыгнуть, а это, поверьте, совсем не просто, учитывая конструкцию их домика. Они оглянулись и вежливо поздоровались с Коломбоньо.

-Что же Вы свои новые стихи доверили прочесть посторонней улитке?- кокетливо проворковала Радуница.

-И как же Вам не стыдно так срамить Героя? - почти одновременно с ней выкрикнула Усатка.

-Не пойму, о чем Вы! - близоруко щурил глазки озадаченный Коломбоньо. Я сидел в домике и старался что-нибудь хорошее придумать о нашем Бакенбарде...

-Вы придумали ОЧЕНЬ хорошие слова. Главное, точные! - переливчато рассмеялась Радуница.

-Пасквиль Вы придумали, а не стихи! - грозно проскрипела Усатка.- Надеюсь, Бакенбард в долгу не останется и научит Вас вежливости!

-Да я еще не успел сочинить и строчки. Просто в голову ничего интересного не приходит! - забеспокоился Коломбоньо.

-А почему не приходит? - не унималась Усатка. - Разве его подвиг не вдохновляет Вас? - Коломбоньо только кисло улыбнулся в ответ. - А, если не Вы, то кто же тогда автор? - поинтересовалась Радуница.

-Да откуда же мне это знать, любезная. Я даже и не слышал этих стихов.

-Немного потеряли. Ужасная гадость. Наверняка какой-то завистник постарался. - Усатка покосилась на поэта. За последние несколько минут он сильно упал в ее глазах. "Правда, подозревать его, наверное, было бы неправильно",- поджав губки, подумала она.

-А мне стихи понравились! - с вызовом сказала Радуница.- Они веселые и правдивые. Именно таков наш Бакенбард: хвастун и бездельник.

-Ах, как же тебе не стыдно такое говорить! Он - герой! Он всех нас спас! - заверещала Усатка.

-Вижу, дамы уже опередили меня с поздравлениями! - раздался у них за спинами игривый голосок. -Прекрасные стихи, Коломбоньо. Главное, смелые! И как же ты не испугался Бакенбарда? Теперь пощады от него не жди! Сотрет с лица земли!- Тут, наконец, показался и сам обладатель голоса - длинный слизень Серопуд. Он так спешил, что даже слегка запыхался, а его крошечные глазки повылезали из орбит от любопытства. Он, что называется, носом чуял скандал и боялся пропустить самое интересное.

В этом месте нам придется сделать небольшое отступление и рассказать поподробнее еще об одних обитателях Улиткограда - слизнях, тем более, что в ближайшие пять - десять минут ничего интересного не произойдет. Перепуганный Коломбоньо будет страстно продолжать заверять присутствующих, что не он является автором скандальных стихов и даже немного преуспеет в этом. А нам этого времени как раз хватит на выяснение некоторых фактов из жизни ближайших родственников улиток - слизней. Иногда их называют голыми улитками, потому что они не имеют раковины, а бывают прикрыты только небольшой пластинкой, спрятанной в складках. В остальном же, они мало чем отличаются от улиток, разве что длиной. Ведь некоторые из них достигаю 15 сантиметров. Сами улитки немного пренебрежительно относятся к слизням, считая их себе не ровней. И хотя бывают вынуждены жить с ними рядом и поддерживать добрососедские отношения, наедине друг с другом не отказывают себе в удовольствии посплетничать о несовершенном устройстве своих собратьев.

Глава четвертая,

в которой мы продолжаем знакомиться с обитателями Улиткограда.


Меж тем, на полянке собрались почти все обитатели Улиткограда. В центре внимания оказался несчастный Коломбоньо. Он совсем не жаждал славы. И хотя большинство присутствующих расхваливало стихи, Коломбоньо не горел желанием приписывать себе их авторство. Слишком свежа в памяти была вчерашняя выходка Бакенбарда. Злополучный поэт тогда еще долго, вытянув шею, обозревал свою раковину. И до сих пор еще не верил, что там нет трещины после топтания на ней жирного Бакенбарда. Слишком хорошо знал Коломбоньо мстительный нрав "героя", чтобы смеяться вместе со всеми над этими шутливыми стишками! Заметив домик Бакенбарда, поэт ринулся к нему с воплем: "Послушай сосед, я ни в чем не виноват! Я ничего еще не успел сочинить о тебе! Клянусь своей раковиной! Не представляю, кто мог такое придумать!" Створка раковины Бакенбарда с грохотом отодвинулась, чуть не прищемив незадачливому поэту нос. Прямо перед его вытаращенными от страха глазками выросли налитые кровью глаза героя, который проорал ему прямо в ухо: "Не успел, говоришь, сочинить? Ну, так поторопись! А то от тебя одна раковина останется, которой ты сейчас клянешься!" Высказавшись таким образом, Бакенбард захлопнул дверь. Коломбоньо даже позеленел от ужаса. А улитки, меж тем, принялись обсуждать маленький скандал, свидетелями которому они были. Серопуд не давал Коломбоньо жизни и дня, уверяя всех, что уже на рассвете Бакенбард выполнит свою угрозу.

-Посудите сами, - шептал юркий слизень на ушко то одной улитке, то другой, - ну кто еще, кроме Коломбоньо, мог это придумать? Разве у нас есть еще поэты, кроме него? А ведь как талантливо закрутил! Гений! Жаль, что ему так мало жить осталось! Без него скучно будет! Коломбоньо чуть в обморок не упал от этих речей. Он понял, что приговор ему уже вынесли, и спасти его может только чудо. И это чудо случилось! Вперед вылез малыш Жуйко и гордо заявил:

-Это я придумал песенку о Бакенбарде. Оставьте Коломбоньо в покое. После этих слов он повернулся к несчастной жертве. - А ты поэт, не трусь! Бакенбард знает, что стихи сочинил я! Тут Жуйко усмехнулся и продолжил, - Правда, не могу гарантировать тебе полную безопасность. Боюсь, что наш герой жаждет рифмованных похвал. А предоставить ему их можешь только ты. Так что, выбирай: либо война с Бакенбардом, либо бездарные стихи. Гибель, или забвение потомков? Решать тебе!

Коломбоньо затравленно озирался по сторонам, ожидая, что народ хоть как- то его поддержит. Но улитки молчали. Лишь Усатка, раздраженная недостаточно почтительным отношением сограждан к своему любимцу, ядовито прошипела:

-Если ты не способен создать творение, достойное такого героя, как Бакенбард, так уж лучше погибни!

-Ну, это уж для кого как, любезная! - вмешался Лабиринт. - Не думаю, что Коломбоньо стоит приносить себя в жертву только потому, что Бакенбард хочет вечной славы. Лично я считаю, что за свой подвиг он достаточно вознагражден. Лабиринт внимательно посмотрел в сторону домика Бакенбарда и хитро прищурился, заметив за слегка приоткрытой створкой глаз, напряженно наблюдающий за происходящим на поляне. Створка тут же захлопнулась, как только хозяин понял, что его заметили.

Лабиринт был уже немолодой улиткой, пользующейся всеобщим уважением. В Улиткограде он считался городским главой. Именно к нему все спешили, когда нужно было разрешить какой-то спор. А таких случаев, поверьте мне, было немало. Имя свое он получил из-за странного завитка раковины, появившегося в результате неправильного развития. Обычно, таких раковин не бывает, поэтому все улитки считали Лабиринта кем-то особенным. Говоря по справедливости, он выгодно отличался от многих цепким умом и спокойным, рассудительным характером.

Коломбоньо сразу же успокоился, когда услышал речь Лабиринта. Он знал, что даже Бакенбарду приходилось считаться с авторитетом главы Улиткограда. Поэт гордо вытянул шею и победоносно посмотрел в сторону Бакенбарда. Тот упорно продолжал сидеть в своей раковине, игнорируя действие, развернувшееся на поляне. Меж тем улитки обратили внимание на незнакомку и стали перешептываться. Жуйко, заметив любопытные взгляды сограждан, решил познакомить их с заморской красавицей. С удовольствием представил он Лиану присутствующим улиткам, которые сразу же прониклись к ней симпатией. Одна только Усатка ревниво поглядывала на нее, размышляя, насколько опасна эта соперница. И напрасно Вы думаете, что Усатка беспокоилась из-за своей внешности.

-Хм, - задумчиво бормотала она себе под нос, - Конечно же, эта новенькая улитка ни в какое сравнение со мной идти не может, уж больно она огромная. А ведь всем известно, что крупные улитки - выразительный взгляд в сторону Бакенбарда - предпочитают более хрупкие особи. Да и глаза ее не столь красивы, как мои. Слишком обыкновенные. Хотя, нет! Чересчур большие! Это просто бросается в глаза! Бедняжка!

-О ком это ты, соседка? - лукаво прошелестела над ее ухом Смешинка, прозванная так за свой озорной и веселый нрав.

-Да о новенькой улитке. Мне ее даже жаль стало. Слишком много у нее чересчур! То ли дело я! Не хочу хвастаться, но еще утром я, случайно заметив свое отражение в капельке росы, с удовольствием отметила, какая у меня оригинальная внешность. В наши дни только так можно привлечь внимание достойной улитки!- И Усатка снова с нежностью посмотрела в сторону Бакенбарда. Тот как раз высунул шею из раковины, заинтересовавшись событиями, происходящим на поляне. Перехватив взгляд Усатки, он весьма резво для улитки развернулся в другую сторону. Реакция Бакенбарда не ускользнула от внимания Смешинки и она, с трудом сдержав смех, вновь обратилась к своей собеседнице:

-Наверное, у вас много поклонников, учитывая ваше совершенство?

Вопрос ничуть не смутил прелестницу. Она воинственно вздернула усики и надменно молвила:

-Ах, поверьте мне, я очень разборчива! И я всегда даю понять всяким недостойным меня личностям, что им не на что рассчитывать. Предпочитаю находиться в одиночестве и предаваться философским мыслям, нежели общаться со всяким сбродом!

-Уж очень вы жестоки! - со скрытой насмешкой бросила Смешинка. Но ее ирония не дошла до Усатки. Она озабочено сдвинула брови и с важностью ответила:

-Вовсе нет! На самом деле я очень чувствительная и жалостливая. Это мое слабое место. Вот, например, сейчас я очень сочувствую Лиане. Бедняжка! Она такая неуклюжая, безобразная и одинокая! Я решила предложить ей свою дружбу и покровительство! Прямо сейчас это и сделаю! - с этими словами она поплелась в сторону новенькой улитки с твердым намерением немедленно ее облагодетельствовать.

Но оказалось, что ее уже опередила Радуница, которой понравилась новая знакомая с первой же минуты. Лиане тоже сразу же приглянулась симпатичная Радуница, и она с удовольствием откликнулась на ее предложение поселиться по соседству. Подружки собирались покинуть поляну, но их со всех сторон обступили любопытные улитки, которым не терпелось узнать историю появления незнакомки у них на поляне. Вздохнув украдкой, Лиана приготовилась отвечать на их вопросы, как вдруг все внимание присутствующих снова привлек Бакенбард. "Герой" отсиделся какое-то время в своей раковине, но любопытство побудило его снова высунуться наружу, уж больно ему хотелось послушать рассказы Лианы. Он осторожно высунул рожок, раскрыл глаз и стал осматривать окрестности. Увидев, что о нем все забыли, он расслабился, высунул второй рожок и приготовился насладиться рассказом прекрасной иностранки. И тут он заметил, а вернее не заметил кое-чего, что должно было находиться рядом с его домиком. Бакенбард вытаращил глаза и испустил жуткий крик, заставивший содрогнуться всех присутствующих. От ужаса улитки живо втянули шеи в раковины.

Глава пятая,

в которой Жуйко сначала становится изгнанником, а затем героем.


-Хр, гр, - хрипел Бакенбард, вращая глазами. Но все напрасно. Братья-улитки не собирались высовываться наружу и выслушивать его рассказ. Как назло, у бедняги от горя перехватило горло, и он мог выдавливать из себя лишь нечленораздельные фразы. Улитки, слыша эти ужасные хрипы, представляли, что на их соседа напал неведомый хищник, и тихо тряслись от страха в своих убежищах.

-Хргррргх,- не сдавался Бакенбард,- Грхххр. От этих "речей" у его сородичей мурашки бегали по коже.

-Ох, хоть бы он умер поскорей и не мучался так долго! - первым не выдержал Жуйко, высказав вслух мысль, засевшую в головах многих обитателей Улиткограда. Как ни странно эти слова сразу же привели Бакенбарда в чувство. К нему наконец-то вернулась речь, и он громко заверещал:

-Да куда же вы все попрятались? Эй! Очнитесь! На помощь! Меня ограбили. Злодей украл камень, который мне подарили за героизм.

Улитки немедленно высунулись из раковин и, уставившись на синего от злости Бакенбарда, засыпали его вопросами.

-Как это могло случиться? Неужели ты не слышал, как уносили камень? Кто мог совершить этот ужасный поступок? - Последний вопрос натолкнул Бакенбарда на какую-то мысль, потому что он вдруг, громко икнув, сказал: "Ага".

-Что значит "Ага"? Ты ничего не слышал? Хотя не удивительно, ведь ты не так молод, как хочешь казаться. Вот уже и слух притупился, - прокомментировал его реплику Жуйко. Бакенбард злобно посмотрел в его сторону и прокашлялся.

-Гм, - торжественно начал он свою речь, но был тотчас же остановлен неугомонным соседом.

-Да ты не волнуйся так сильно! Ишь, голос опять пропал. Эка невидаль камень! Пропал и пропал! Тебе он вообще ни к чему! Ты и без него мощный и сильный!

-Ах, вот ты куда клонишь! - Бакенбард яростно набросился на Жуйко. - А не потому ли ты мне и смерти желал, чтобы камешком моим без помех наслаждаться! Я - глухой? Да ты, наверное, нарочно так храпел, чтоб я ничего другого не услышал! Вор, верни мой камень!

Улитки замерли, потрясенные обвинением. До сих пор в их мирном городке ничего подобного не случалось. Жуйко весь побелел от волнения.

-Тты ддумаешь, ччто этто я уккрал кккамень? - заикаясь, выдавил он.

-Вы только посмотрите на него! Еще и притворяется удивленным. Ты же сам только что признался!

-Когда?

-Тогда, когда пытался меня убедить, что мне этот камень не нужен, а тебе бы пригодился. Ты мне все время завидуешь, поэтому и камень украл, надеялся, что съешь его и станешь таким же могучим, как я!

Улитки взволнованно зашумели. Логика Бакенбарда показалась им весьма убедительной.

-Послушай, Жуйко, верни камень, и мы забудем об этом неприятном деле! Жуйко замотал головой из стороны в сторону, словно пытаясь отогнать наваждение. Потом грустно оглядел присутствующих. Он не нашел ни одного сочувствующего взгляда. Все были уверены в его виновности.

Эх, вы! -грустно сказал Жуйко и побрел прочь. Затем он оглянулся и сказал:

-Клянусь, я найду вора, и тогда вам всем будет стыдно. Улитки растеряно провожали его взглядом. Было в его словах и тоне что-то такое, что заставило их усомниться в обвинениях.

Жуйко шел все дальше и дальше, и скоро он уже потерял из виду Улиткоград. Тут он остановился.

-Я же должен отыскать вора. Но как же я смогу это сделать, если покину город навсегда. Надо подумать... Но, сколько он не ломал голову над загадкой, нужное решение не приходило в голову.

-Ох,ох, помогите! - донеслось из кустов. Жуйко бросился на помощь. Среди густой листвы он заметил знакомую майскую жучиху, которая частенько пролетала вечерами над их городком, весело жужжа. Звали ее Хрущиха. Вообще, в этом году из-за страшной жары появилось много майских жуков. Они вылезли из- под земли еще в конце апреля и набросились на зеленые побеги. К счастью, многие из них облюбовали поля с нежными ростками пшеницы и крестьянские сады, поэтому улиткам они конкуренцию не составили. Вообще, жуки отличались невероятной прожорливостью и приносили каждый год много вреда людям, пожирая не только листву, но и колосья хлебных злаков и овощи. Не удивительно, что люди старались всячески уничтожать этих вредителей. Жуйко понимал их, но жуков жалел, так как знал, что ничего другого они не умеют. Только едят, да летают в поисках пищи. В основном по ночам и вечерам. Иногда и солнечными деньками. А вот в пасмурную погоду - никогда.

-А ведь если задуматься, то этим жукам можно только посочувствовать, - однажды сказал Жуйко своему другу Ракитону, незадолго до его исчезновения. - Ведь ты только подумай, как устроена их жизнь. Летают, летают, а для откладывания яиц они должны глубоко в землю зарыться. Не всем из них дано снова оттуда выбраться, многие погибают под землей, а некоторые умирают вскоре, как выберутся на землю. Своего потомства им не дано увидеть. Ведь личинка, выбравшаяся из яйца, проводит под землей около четырех лет, прежде чем превращается в майского жука. Вот и получается, что большую часть своей жизни жуки проводят под землей, там же они часто и умирают. И только короткий период, несколько десятков солнечных дней они проводят на поверхности, наслаждаясь солнцем, свежим воздухом, зелеными листьями и своим полетом!

-Ты романтик, друг мой! Смотри на жизнь проще! Майские жуки вполне довольны своей жизнью. Во всяком случае, я никогда не слышал, чтобы они на что-нибудь жаловались! - ответил ему тогда Ракитон. Послушал бы он теперь стенания Хрущихи!

-Ах, я бедная и несчастная! Что же мне делать? Видно ждет меня долгая и мучительная смерть!

-Что случилось, тетенька?- прервал ее сетования Жуйко.

-Как это что! Ты разве не видишь? Мне пора яйца откладывать, а я не могу вниз спуститься, проклятая нитка запуталась среди веток. Жуйко пригляделся повнимательней и увидел, что вокруг туловища жучихи обвязана толстая нитка, другой конец которой привязан к тяжелой катушке. Нитка обмоталась вокруг ветки, и жучиха оказалась в ловушке.

-Зачем же ты ниткой обвязалась?

-Ну и глуп же ты, друг мой! Разве стала бы я это делать? Да и каким бы образом это могло у меня получиться? Это противные дети решили поиграть со мной. Поймали меня вчера поздно вечером сачком, обвязали ниткой и отпустили "летать". Ну и намучилась же я! А потом они выпустили катушку из рук, и я смогла улететь от них, хотя это было трудно. Тяжелая катушка тянула меня к земле. А потом нитка зацепилась за ветки. Я попыталась высвободиться, но запуталась еще сильнее. Видно, на роду написано мне, умереть мучительной смертью!

-Не переживай, я смогу тебе помочь! С этими словами Жуйко принялся распутывать нитку. Сначала он попытался перегрызть ее, но нитка была очень прочная, пришлось ему заняться более кропотливой работой. Это заняло много времени, но, в конце - концов Хрущиха была освобождена. Но вместо благодарности снова завела старую песню о своей несчастной доле.

-Ах, я бедная и несчастная. Как же я смогу яички отложить, когда за мной все время нитка с катушкой тянется. Мне мир и покой требуется для такого важного дела. А я на привязи сижу!

-Да успокойся ты! Я сейчас что-нибудь придумаю, только перестань ныть, а то у меня голова разболелась. Жуйко огляделся по сторонам и увидел брошенное кем-то лезвие бритвы.

Лети сюда! - позвал он жучиху. Сам он весьма ловко переполз через лезвие. Вы, наверное, и не догадываетесь, как легко ползают улитки по самым острым поверхностям лезвий бритв и даже не ранят при этом свои нежные ножки!

Жуйко зажал во рту конец нитки со свивающей катушкой, стараясь, чтоб натянутая нитка проходила через лезвие.

-Тяни! - процедил он сквозь стиснутые зубы. Хрущиха отлетела в сторону, потянув за собой нитку с Жуйко, но вскоре была остановлена новой командой своего избавителя: "Хватит! Остановись!" Теперь Жуйко пополз назад, волоча за собой жучиху. Подобное упражнение они проделали несколько раз, пока наконец не перепилили нитку. Освобожденная от пут Хрущиха, радостно зажужжала.

-Свобода! Свобода! И от избытка чувств она ласково пощекотала Жуйко щеточкой на своих усах.

-Не надо! Я боюсь щекотки, - поежился тот. - Ты лучше скажи мне, когда ты вчера пролетала над нашим городом, не заметила ли чего-нибудь странного?

-Странного? - жучиха задумалась. А ведь и вправду заметила! Вы все уже давно спали, и я хотела уже улететь прочь, но тут заметила какое-то движение. Я пригляделась и увидела между твоим домиком и домиком Бакенбарда еще одну маленькую улитку. Она вела себя как-то странно. Похрапывала все время и толкала носом большой камень. Я окликнула ее, но она спряталась в ракушку и не захотела со мной общаться.

-Кто это был? - в волнении закричал Жуйко.

-Я не знакома со всеми обитателями вашего города. Могу только сказать, что это была очень маленькая улитка и глаза у нее располагались не на кончиках рожков, а у их основания.

-Усатка! Вот кто это был! -радостно закричал Жуйко. От счастья он не мог устоять на месте. Если бы у него были две ноги, он бы заплясал. Сейчас же, вместо этого, он возбужденно крутился на одном месте. От его суетливых движений у Хрущихи зарябило в глазах, а щеточки на концах усов воинственно встали дыбом.

-Остановись! Ты меня просто уморил. Мне требуется покой. Разве можно после тяжелых испытаний, выпавших на мою долю, так нервничать, наблюдая твои экзерсисы.

-Еще немножко терпения, тетенька, и ты свободна. Как никак, ты мне немножко обязана.

-Да чего ты от меня хочешь?

-Хочу, чтобы мы вместе вернулись в Улиткоград. Там ты всем расскажешь о том, что видела вчера.

Жучиха с Жуйко вернулись в город. Усатка, горько плача, призналась в содеянном.

-Я так хотела подрасти и стать более привлекательной. Тогда бы он наверняка заметил меня. Тут она бросила жалкий взгляд в сторону сконфуженного Бакенбарда. Тот на радостях, что камень будет ему возвращен, простил виновницу.

Жители Улиткограда были так восхищены умом и изобретательностью бывшего изгнанника, что подарили ему маленький кусочек известняка. И, хотя этот камень не шел ни в какие сравнения с камнем Бакенбарда, Жуйко остался доволен подарком.

Глава шестая,

в которой жители Улиткограда радуются встрече со старым знакомым.


Несколько дней прошли спокойно. Ничто не нарушало покоя жителей Улиткограда. Так было и в это теплое, солнечное утро. Поэт Коломбоньо, прополоскав горло утренней росой, распевал новую песню, которую посвятил Жуйко. В ней рассказывалось о трудных поисках пропавшего камня, спасении Хрущихи от неминуемой смерти и триумфальном возвращении героя. Заканчивалась песня словами:

Мы этот день запомним навсегда

Герой с победою вернулся к нам сюда.

Скромнее нет улитки на земле

Он, подарив нам правду, затаился в скорлупе.

Услышав последние слова, Бакенбард, давно уже с возмущением прислушивающийся к руладам поэта, высунулся из раковины и ехидно спросил:

-Никак не пойму, о ком эта песня. В чьей скорлупе затаился герой? И где он ее нашел? Насколько я знаю, еще ни один птенец не вылупился, так что все скорлупки пока заняты, так сказать, хозяевами.

-Это просто поэтическая метафора. Ты, Бакенбард, далек от искусства, поэтому все воспринимаешь слишком прямолинейно. -Ха-ха. Да где ты видел улитку, прячущуюся в скорлупе?

- Говоря "затаился в скорлупе" я имел в виду нашу раковину-домик.

-Метафора это или гипербола, мне все равно. Я хочу слышать правдивые песни, а твои стихи раздражают меня своей лживостью. Вот ты поешь:

Он перегрыз веревку, зубы стер.

И этим злу был дан отпор! - Вот скажи мне, откуда эти сведения? Я сегодня утром видел Жуйко. Он громко хрустел листьями. Мне даже показалось, что у него дополнительная терка во рту выросла. Да он же вообще ничего не перегрызал! И тебе, Коломбоньо, это известно так же хорошо, как и мне. Ты тоже слышал рассказ Хрущихи, не так ли? Так зачем эти глупости про стертые зубы и скорлупу? Ха, ха, да ни одна улитка не залезет в скорлупу! Что она там будет делать? Ты смешон, Коломбоньо, со своими нелепыми фантазиями. - И Бакенбард снова расхохотался. Его поддержала Усатка. С того момента, как она призналась в похищении камня, она только и мечтала завоевать полное прощение своего кумира. Ибо, хотя Бакенбард на словах и простил подружку, в душе он по-прежнему неодобрительно относился к ее поступку. Да, она хотела ему понравиться! Это говорило в ее пользу. Но, ведь камень она украла у НЕГО! А это было уже непростительно. Усатка замечала его охлаждение и стремилась угождать Бакенбарду во всем. Вот и теперь она захихикала вслед за ним: "Какая замечательная критика, Бакенбард! Этот Коломбоньо совсем потерял голову от вечных похвал. Сочиняет небылицы и ждет одобрения. Где же это видано, чтобы улитки прятались в яичной скорлупе? Что за нелепость!" Не успела она договорить, как они услышали жалобные стоны, а затем их взору предстало странное зрелище. Из- за огромного лопуха выползло нечто огромное, больше всего напоминающее кучу мусора. Вершину этой кучи украшала яичная скорлупа. Куча распространяла неприятный запах, и это совсем не порадовало улиток. Меж тем куча медленно двигалась в их сторону, испуская жалобные стоны.

-Какой ужас! - взвизгнула Усатка.

-Ступай прочь, уважаемый! - скривился Бакенбард. - Это территория Улиткограда.

-А я сюда и шел. Какое счастье, что, наконец-то, я среди своих.

-Среди каких это своих? - не смог скрыть удивления Коломбоньо.

-Среди родственников и друзей! Здравствуйте, братцы!

-Да что ты несешь, вонючка! - Не сдержался Бакенбард. - Да ни одна уважающая себя улитка не имеет такого противного запаха. И внешне ты на нас совсем не похож.

К этому времени вокруг них собрались почти все обитатели Улиткограда. Сгорая от любопытства, они таращили глаза, надеясь стать свидетелями небольшого скандала. Или, на худой конец послушать интересную историю. Бакенбард, почувствовав себя в центре событий, расхрабрился настолько, что приблизился к неведомому зверю на расстояние 5 улиток. Правда, заметив, что тот пополз к нему навстречу, сразу же отступил на расстояние 6 улиток. Но при этом он умудрился сохранить такой важный вид, что никому не пришло бы в голову обвинить его в трусости.

-Дорогие мои улиткоградцы, это же я, Ракитон! - нагло заявило существо, продолжая ползти вслед за Бакенбардом.

-Ой, - севшим от страха голосом просипела Усатка, - не верьте ему! Спасайтесь, а то он всех нас съест, смотрите, какой он огромный! Среди улиток начался переполох. Каждая пыталась уползти подальше. Бакенбард от ужаса забыл о собственном величии и попробовал спрятаться за свою обожательницу.

-Эй, что у вас здесь происходит? - раздался голос Жуйко. Он, как всегда, по утрам занимался тренировками и поэтому появился на полянке позже других улиток.

-Осторожнее! - остановил его Коломбоньо. Здесь чудовище, которое заявляет, что оно Ракитон.

-Я не заявляю, я и есть Ракитон! - захныкал монстр.

-Да какой же ты Ракитон? - заговорили наперебой улитки. - Тот был небольшой, а ты огромный. Он был, как все мы и ничем не пах, а ты похож на кучу мусора, да и пахнешь также.

-И голос у нашего Ракитона был звонкий, а у тебя глухой и низкий! - тихо добавила Радуница.

-Что же мне сделать, чтобы вы поверили мне? - захныкало существо. К этому времени улитки осмелели, почувствовав, что им не угрожает опасность со стороны незваного гостя. Они подобрались к нему поближе и с любопытством наставили на него свои рожки.

-Постой! Я, кажется, знаю, как ты можешь доказать, что ты Ракитон. Назови нас по именам! - Улитки зашумели, одобряя смекалистость Жуйко.

-Я же почти ничего не вижу из-за налипшей на мой домик грязи! Я и рожки из-за этого высунуть не могу. Слипшийся мусор как козырек свисает с моей раковины. Поэтому и голос у меня звучит так глухо. Ведь ему приходится пробираться сквозь толщу мусора.

Ну, а по голосам-то ты ведь можешь попробовать нас узнать, - не растерялся Жуйко.

-Могу попробовать, но не обещаю, что буду точен. Я ведь никогда не обладал музыкальным слухом. Если я правильно тебя узнал, Жуйко, то ты должен помнить, как я отвратительно пою. Даже твой голос звучит приятнее, чем мой!

-Ракитон! Друг мой! - радостно завопил Жуйко. - Помню ли я тебя? Да не было дня, чтобы я не вспоминал нашу дружбу. Как же мне тебя не хватало все это время! Прости, что я сразу не узнал тебя! Но, что же с тобой случилось и почему ты выглядишь столь необычно?


Глава седьмая,

в которой Ракитон рассказывает свою историю.


Ракитон, скрытый от взоров друзей кучей мусора, долго сопел и горестно вздыхал, прежде, чем начать свой рассказ.

-Друзья мои, я навсегда запомню этот страшный день, когда был схвачен немилосердной рукой и брошен в неизвестность. Судьба уготовила мне страшную участь. Я попал в дупло дерева, где жила семья удодов. Какие же это неряшливые птицы, скажу я вам. В их гнезде валялись горы мусора, древесной трухи, перьев, птичьего помета. А какой невыносимый запах стоял там!

-Я слышала, что в Германии удодов так и называют "вонючей птицей", - хихикнула Лиана.

-Совершенно справедливо, скажу я вам. Самка сидела на яйцах, они ждали птенцов. Я упал прямо на яйца, и одно из них разбилось. Что тут началось! Удоды страшно разозлились. Они тут же стали искать виновника несчастья. Вы видели, какие у них длинные клювы? И эти клювы так и щелкали у меня над головой! Я испугался и заполз в щель.

-Да уж, на твоем месте любой бы испугался. Я сам неоднократно видел, как ловко удоды своими тонкими, сжатыми с боков клювами выуживают из расщелин дерева личинок. Улитками они вроде бы пренебрегают. Питаются, в основном, личинками, мухами, гусеницами, майскими жуками. Но в данном случае могло случиться всякое. Кто знает, может и тебя бы они, так же лихо, вытащили из раковины, - задумчиво промолвил Лабиринт.

-Я думал, что смогу уползти через какое-то время. Но не тут-то было. Они решили передвинуть яйца подальше от входа. И, конечно же, не нашли местечка лучше, чем над той щелью, где я спрятался! Удодиха тут же уселась на яйца и просидела на них, не слезая ни на минуту, целую вечность. Я чуть не задохнулся в своем убежище. К тому же меня мучил страшный голод. А вчера вылупились птенцы. Но легче не стало. Грязи только добавилось. Эти ужасные птицы и не думали чистить свое гнездо. А их птенцы даже есть самостоятельно не могли! Родители проталкивали еду им прямо в клювы. Я бы назвал их скорей не удодами, а уродами!

-Я думаю, что это связано со строением их клюва. Хватать-то пищу им удобно, а вот проглатывать нет. Вот и приходится удодам свою добычу сначала подбрасывать, а потом ловить ее и глотать. Неудивительно, что маленькие птенчики не способны на такие упражнения. Вот родителям и приходиться какое-то время их кормить, - задумчиво проронил Лабиринт.

-А ведь какая красивая птица, - вступил в разговор Жуйко.- У нее такое красивое оперение! На спине и крыльях поперечные черные и белые полосы, а на голове дивный, желтый хохолок!

-Не на внешнюю красоту надо смотреть, а на внутреннюю! - рассмеялась Смешинка.- Всем бы нам помнить об этом, тогда мы научились бы ценить друг друга по-настоящему. А мы замечаем только внешнюю красоту. Вот и замечаем, что дружим с "удодом" слишком поздно.

-Лучше послушаем рассказ Ракитона, - смутился Бакенбард, на которого многозначительно посмотрела Смешинка в эту минуту. Он осознал справедливость упрека. Слишком часто он оценивал улиток по их внешним качествам. Из - за этого он вчера обидел добродушного слизня Помирфоля, вечно готового всем услужить. Помирфоль был небольшого размера, что удивительно для слизней и к тому же туловище его было немного искривлено, в результате какой-то травмы. Вечно болтающийся под ногами слизень раздражал Бакенбарда одним только своим мало эстетичным видом. Однако, долго пребывать в смущении, герой девичьих снов Усатки не собирался. Он отвернулся от Смешинки и приготовился слушать Ракитона.

-Я решил выбираться любой ценой, пока не умер от удушья. Собрал все силы и пополз на поверхность. Не думайте, что это было легко. Вся моя раковина была облеплена грязью и прилипшим к ней мусором. А тут еще удоды набросились на меня. Их клювы так и щелкали вокруг меня, к счастью, им не удалось меня схватить. Я полз и полз, пока не разглядел светлое пятно. Я догадался, что это выход из дупла. Так и оказалось. На поверхности мне стало легче. Все-таки воздух был почище. Мне показалось, что у меня даже крылья выросли.

-Наверное, это перья, которыми ты сейчас щедро украшен, навевают тебе такие мысли, - улыбнулась Смешинка. Все рассмеялись.

-Вот уж чего никогда не могло случиться с нами, слизнями,- самодовольно провозгласил Серопуд. - Знаю, знаю, как часто вы, улитки, осуждаете нас за несовершенство нашего устройства. Нет, видите ли, у нас домика на спинке! Ха, ха, ха! А зачем он нам нужен? Вот, например, сейчас. Скажу прямо, с нами такой беды приключиться не могло. Нет раковины, не к чему и грязи цепляться. Вот такие дела!

-Друг мой, возможно раковина спасла жизнь Ракитону, когда он попал в гнездо. Она защитила его от клювов удодов. В этом отношении улиткам и правда повезло больше, чем слизням, - осадил Серопуда Лабиринт. Тогда тот решил сменить тактику и вновь обратился к Ракитону. - Скажи, друг мой, а как долго ты собираешься пребывать в новом обличье? Конечно, выглядишь ты неплохо. Вид у тебя величавый, правда, для улитки несколько необычный. Но это не страшно. Неприятно то, что запах, от тебя исходящий, привлекает слишком много навозных мух. Я тут тебя внимательно разглядывал и заметил, что некоторые из них уже успели отложить личинки прямо у тебя над головой. Думаю, что появления нового поколения мух нам долго ждать не придется. Я ничего против мух не имею. Пусть живут, но только подальше от Улиткограда. От них одна грязь, они же вечно по помойкам шарят! Вот и получится, что ни один листик спокойно не съешь. Все время будет казаться, что Ракитонова подружка уже пощупала его своими липкими лапками.

-А еще они так назойливо жужжат! Придется сказать покою и тишине: "До свидания"! - забеспокоился Бакенбард.

-Ах, как же мне это тяжело слушать! - застонал Ракитон. - Неужели все так безнадежно?

-Не волнуйся так сильно, Ракитон, - вмешалась Радуница. Если тебе так дороги твои подружки, мы попробуем с ними подружиться.

-Еще чего не хватало! Если кому-то нравиться притворяться кучей мусора и служить колыбелью для навозных мух, то мы-то тут при чем? Пускай ищет себе новое место для поселения. Вместе со своими единомышленниками, - ехидно проскрипела Усатка.

-Да я вовсе не собираюсь оставаться жить внутри этой кучи, да еще с навозными мухами. Я хочу выбраться наружу, но не могу без посторонней помощи. Я замурован! - зарыдал Ракитон. Все тут же кинулись его успокаивать, обещая что-нибудь придумать. Только говорить оказалось легче, чем делать. Ведь рук у улиток нет. Поэтому ничего особенного для освобождения Ракитона они сделать не могли. Так бы они и стояли, вытаращив глаза, если бы Жуйко вдруг не пришла в голову замечательная мысль.

-А что, если нам обратиться к нашим соседям - муравьям. Они вечно к себе в дом всякий мусор тащат. Можно еще и жуков-навозников позвать. Они я думаю, будет тоже не лишними. Идея очень понравилась улиткам, и они, не теряя ни минуты на раздумье, тут же снарядили гонцов в муравейник и к ближайшему пастбищу. Там всегда можно было найти семейку-другую жуков-навозников. Ведь они и живут в навозе и питаются им же, да и яички откладывают тоже в навозе.

Первыми прибежали муравьи. Деловито осмотрев Ракитона, они быстро переговорили между собой и тут же принялись за дело. Через какое-то время мусорная куча значительно уменьшилась в размерах, да и формы ее изменилась. Муравьи растащили все, что могло пригодиться им в муравейнике. Они поблагодарили улиток за приглашение и так же быстро исчезли. К этому времени подоспели и жуки-навозники. Они пришли всем семейством. Мама Криспа, папа Крупс и целый выводок маленьких жучков. Улитки этому не удивились, так как знали, что некоторые самки жуков-навозников продолжают заботиться о своем потомстве после рождения, что вообще-то является редкостью среди насекомых. Вот и их знакомые, проявляя такую заботу, прихватили деток с собой, чтоб приобщить, так сказать, к ремеслу. В этой семейке тон задавала мамаша Криспа.

-Так, чего стоим и теряем время. Покажите нам фронт работ!

-Так вот же он, этот фронт, - Жуйко показал на Ракитона, скрытого под птичьим пометом.

-Гм, - скривилась Криспа. - Не думаю, что это может представлять интерес ДЛЯ НАС. Мы предпочитаем навоз травоядных парнокопытных, а не различных пернатых. Маленькие навозники запищали, одобряя слова мамаши. Почувствовав неладное, Жуйко кинулся к капризной жучихе.

-Многоуважаемые Криспа и Крупс! Мы счастливы приветствовать Вас в Улиткограде. Наш друг попал в беду, если вы нам не поможете, он погибнет.

-Нам нет никакого дела до вашего друга, - сварливо пробурчала Криспа.

Жуйко решил зайти с другого бока.

-Мы долго решали на совете, кого позвать. Мнение было единодушно, только Криспу и Крупса. Они самые известные санитары наших полей. Только благодаря им очищаются от навоза поля и огороды. Вот какое мнение было высказано на нашем совете! Было решено в честь вашего подвига сочинить песню, которую будут петь повсюду. Но, может быть это дело вам не по плечу? Жаль, конечно, но тогда придется обратиться к семейству Гринс с соседнего пастбища.

-Эй, обождите, я еще не сказала своего последнего слова. Да и кто говорит, что нам эта работа не по плечу. Как думаешь, Крупс?

-То же, что и ты, любимая! Как всегда.

-Тогда за работу! - Криспа с семейством с энтузиазмом принялись за работу. Чрез мгновение они уже скатали весь птичий помет в несколько шариков, освободив Ракитона. Довольно тепло попрощавшись с улитками, они удалились, прихватив шарики. Перед уходом они получили приглашение на праздник по случаю освобождения Ракитона.

-Надеюсь, к этому времени стихи уже будут готовы, и мы сможем их услышать? - поинтересовалась Криспа.

-Да, несомненно! Они уже пишутся, - ответил за расстроенного Коломбоньо Жуйко. Воодушевленные этим известием жуки один за другим удалились. Перед собой они медленно катили шарики разной величины. Коломбоньо провожал их тоскливым взглядом, размышляя о том, что к вечеру следующего дня должен будет сочинить песню о навозных жуках.


Глава восьмая,

в которой мы знакомимся с Коловратиком.

Освобожденный от своих пут Ракитон, наспех поблагодарив друзей, с жадностью набросился на листву. Она так и захрустела на его зубах.

-Эх, оголодал-то, как! - сочувственно пробормотал Помирфоль и протянул Ракитону неведомо как добытый им сочный капустный лист.

-Слушай, дружище! -взволнованно пробормотал Жуйко, -у меня имеется небольшой камешек. Для меня одного он слишком велик. А на нас двоих - как раз! А то я вижу, что твоя раковина стала слишком хрупкой. Так что витамины не помешают! Радуница тоже приблизилась к Ракитону.

-Мне, к сожалению, нечего тебе предложить, кроме своей дружбы. Ракитон с нежностью посмотрел на свою подружку.

-Ты стала еще прекраснее! И вот, что я тебе скажу: дружба - это самое прекрасное, что ты могла мне предложить. Но сейчас я попрошу тебя не подходить ко мне слишком близко. Ты можешь запачкаться. Ведь меня так до конца и не очистили . К тому же остался этот ужасный запах. Теперь придется ждать дождя, чтоб отмыться окончательно. Хотелось бы, чтобы это случилось побыстрее!

-Это произойдет не так быстро, как ты думаешь, - хрипло засмеялся дождевой червяк Коловратик. Он давно уже вылез на поверхность и с интересом наблюдал за событиями в Улиткограде. Коловратик имел репутацию философа среди некоторых слизней и улиток. Они считали совершенным устройство его пищевода, который тянулся через все его тело. Не довольствуясь листочками, Коловратик набивал свое пузо землей, перегнойные частицы которой тоже служили ему пищей. Это служило предметом зависти Серопуда и некоторых его единомышленников, считавших еду основным удовольствием в этой жизни. Особую загадочность придавало дождевому червю отсутствие ушей и глаз. Некоторые улитки, правда, осмеливались утверждать, что это мешает Коловратику изучать мир, а значит, и быть настоящим философом. Но дождевого червячка невозможно было смутить этими речами. Он смело утверждал, что только таким и должен быть настоящий философ, чтобы не отвлекаться по пустякам. Вообще-то Коловратик сам распространил мнение о себе как о философе. И теперь по любому поводу, стоило ему только услышать вопрос в свой адрес, он тут же заявлял, что ему сначала надо пофилософствовать об этом на досуге. Обычно он не высказывался ни о чем самостоятельно, поэтому его неожиданное заявление удивило улиток.

-А ты откуда знаешь?

-Да кому же, как ни мне знать это! - горделиво отчеканил Коловратик. - Мы, дождевые черви, лучшие метеорологи в мире. Во всяком случае, предсказывая дождь, мы никогда не ошибаемся! Я помню, как я смеялся, слушая один такой прогноз погоды. Я тогда жил на огороде в соседней деревне. Окно в доме было распахнуто, и я услышал, как кто-то сказал, что завтра обещают сильный ливень. У меня такие конвульсии от смеха случились, что я на пол метра в землю закопался! -Тут мысли Коловратика потекли в другом направлении. - Ох, и хорошая житуха была, скажу я вам! Я питался исключительно сочными листиками салата! - Коловратик закатил мечтательно глаза и надолго замолчал.

-А чего же ты ушел оттуда, если там было так хорошо? - ехидно поинтересовался Жуйко.

-Один я остался. Все мои родственники и друзья ушли, не взяв меня с собой.

-Как же так? Вы поссорились? - посочувствовала чужой беде Радуница.

-Да нет. Дело было так. Однажды рано утром я проснулся и увидел, как хозяин дома с сыном ходят по огороду с лопатой. Сначала они внимательно осмотрели листья салата, сняв оттуда нескольких моих родственников. Затем вскопали землю рядом с грядками и извлекли оттуда других моих родственников и знакомых. Всех их они засунули в большую стеклянную банку. При этом сынишка каждый раз приговаривал: "Мы приглашаем вас на рыбалку, милые червячки. Вам там понравится. Вы уже у нас весь салат съели, пора и честь знать. Теперь уж рыбки вас на обед зовут. И от этого приглашения отказываться нельзя!"

-Я еще долго ждал, когда же моя родня вспомнит обо мне и вернется. Ну не тут-то было. Наверное, им там так хорошо живется на этой рыбалке, что они обо мне и не вспоминают. - Коловратик обижено засопел. Жуйко хотел было просветить его, сообщив что эта рыбалка была очевидно последней в жизни несчастных червей, но заметив знаки, которые подавали ему жалостливые Радуница и Лиана, решил промолчать. Но тут в разговор неожиданно вступил Серопуд, который подслушивал разговор, прячась в кустах.

-Какой же ты глупый, Коловратик! А еще хвастаешься тут своими знаниями перед нами. На обед пригласили, видишь ли, его родственников. Да, на обед к рыбкам! В качестве закуски. Да будет тебе известно, простофиля, что люди любят ходить на рыбалку, прихватив твоих родственников. Они рыбку ловят на крючок, предварительно нацепив туда жирного червячка. Рыба же не настолько глупая, чтобы на пустой крючок бросаться! Лиана Жуйко, Ракитон и Радуница тут же набросились на противного слизня, упрекая его в черствости и бессердечии. Гаденько усмехнувшись, Серопуд уполз прочь, пробормотав напоследок: "Уж очень вы добренькие, как я посмотрю, к чему бы это?"

Услышав трагичную новость, Коловратик вовсе не расстроился так, как этого ожидали улитки. Они приготовились было его утешать, но этого не понадобилось. Дождевой червь выглядел весьма умиротворенным.

Выдержав паузу для приличия, он поблагодарил онемевшего от неожиданности Ракитона.

-Не удивляйся, друг мой, моему спокойствию. До этой минуты я считал их жадными и забывчивыми созданиями, бросившими меня в опустошенном огороде. А теперь я знаю, как мне повезло, что я не с ними. Я счастливчик, избранник судьбы! Какая прекрасная весть для философа! Есть о чем поразмышлять на досуге! Ну что ж, пойду ка я в свою норку, пора бы мне и отдохнуть немножко.- Сжимая и разжимая кольца на теле, дождевой червь начал ввинчиваться в землю.

-Слушай, а дождя и правда не будет? Я думал, что ты не просто так вылез на поверхность. Дождевые черви ведь тоже жару не переносят. Вы ведь вылезаете наверх только, когда дождь начинается? Вы любите дождь и всегда предсказываете его!- вслед Коловратику вопрошал расстроенный Ракитон.

Неожиданно дождевой червяк развернулся и снова вылез на поверхность.

-Это ты, дурак необразованный, а не я! Предсказание!- передразнил он Ракитона. - Поневоле займешься подобными предсказаниями, когда дождь зальет твою норку. Вот и приходится выкарабкиваться на поверхность, чтобы не погибнуть. Хотя без дождя наша кожа пересохнет, так что приходится любить его. Такая вот философия! Но специально для тебя я сделаю одно особое предсказание. Слушай внимательно: дождя не будет все лето, и ты погибнешь на солнце.

-Какой же ты злой. И к тому же черствый эгоист, - расстроилась Радуница.

-Не слушай его! Он на самом деле ничего не знает. Я слышала, что дождевые черви вовсе не предсказывают дождь. Они просто выбираются на поверхность, когда слышат удары первых капель о землю. Так что он не может ничего знать наверняка. - успокоила подружку Лиана.

-И вовсе я не эгоист, - обиделся Коловратик. ! И вот что я тебе скажу - я действительно люблю дождь. И он меня тоже любит, я это знаю. Он единственный, кто меня любит по-настоящему. Когда он хочет пообщаться со мной, то тихо стучит по земле, вызывая меня наверх. Я вылезаю, не медля ни минуты, и он вознаграждает меня сторицей за мою любовь. Его капли нежно касаются моей кожи, и я в эти минуты чувствую себя самым счастливым существом на свете. Я слеп от рождения и лишен многого из того, что есть у тебя и у других земных обитателей. Ласка дождя - единственно доступное мне нежное касание внешнего мира. А наверх я вылез, чтобы прихватить в свою норку вот эти гниющие листья, которые ты притащил с собой из гнезда. И заметь, я не только сам их ем, но и делюсь этим завтраком с растениями. Им ведь тоже необходима такая пища для того, чтобы усваивать разные полезные питательные вещества и расти, давать новые побеги. Только вот кто поможет им заполучить эту пищу? Кто доставит ее к их корням? Добренькая Радуница? Умненькая Лиана? Глупенький Ракитон? Нет! Нет! Нет! Правильный ответ - Черствый эгоист Коловратик! Я уж молчу о том, что только благодаря моим подземным ходам к корням растений поступает вода и воздух! С этими словами он подтолкнул к дырочке в земле склизкий листок и стал проталкивать его своим телом вглубь.

-Да ты не обижайся на нас! - остановил его Жуйко. Ты ведь сам понимаешь, как мы огорчены из-за Ракитона. - Коловратик снова высунулся наружу.

-Да, кстати, я давно не видел крота. В свою норку он не возвращался, так что, очевидно, вырыл новую. Не знаешь случайно, где он сейчас обитает?

-Да зачем это тебе? - изумился Жуйко.- Не собираешься же ты к нему в гости? Дело в том, что улитки знали, что крот является их общим с дождевыми червями врагом. Страшилище с одинаковым удовольствием пожирало не только улиток, но и толстеньких любителей дождя. Коловратик усмехнулся, оценив юмор Жуйко.

-Да я уже побывал у него в гостях разочек. Уютная у него норка, скажу я вам. Странно, что он туда не вернулся!

-Ой, ты разве не знаешь, что Бакенбард изгнал его прочь из наших мест. Не думаю, что он теперь вернется сюда. И Радуница с восторгам принялась расписывать подвиг своего соотечественника. Ракитон с ревностью слушал ее красочный рассказ. Коловратик же испытывал совершенно иные чувства. Он пребывал в полном блаженстве.

-Друзья мои, какой прекрасный день! Столько изумительных новостей! Как вам повезло, что вы живете с таким героем!

-Послушай, Коловратик, - оборвал его Жуйко, которому вовсе не интересно было слушать славословия в адрес наглого соседа, - а что ты говорил насчет норки крота?

-Да, действительно, - обрадовался перемене разговора Ракитон, - когда это ты был у него в гостях?

- Недели две назад этот разбойник захватил меня в плен. К счастью он был сыт, поэтому откусил мне голову и унес в свою кладовую. Ну, а поскольку он туда не вернулся, у меня успела отрасти новая голова, и я скрылся. Да, это еще одна тема для философских размышлений. Пойду-ка я к себе, да поразмышляю на досуге. С этими словами Коловратик исчез в норке.

Наступил вечер. Друзья решили не оставлять Ракитона одного. Поэтому они расположились вокруг него и спрятали головы в раковинах, приготовившись ко сну.


Глава девятая,

в которой Бакенбарда ожидало новое потрясение.


Этой ночью Бакенбарду не спалось. Обычно он засыпал быстро и спал до утра беспробудным сном. Разбудить его было практически невозможно. Но в эту ночь он проснулся от странного ощущения. Ему вдруг показалось, что его домик все время движется. Он осторожно высунулся наружу, но не заметил ничего необычного. Все располагалось на своих привычных местах: кусты крапивы невдалеке от зарослей лопухов, на одном из которых был расположен его домик. В воздухе не чувствовалось и ветерка. Еще одна душная летняя ночь. Бакенбард тяжело вздохнул и снова втянул голову в раковину. Но ему не спалось. Домик тихо покачивался, как будто плыл по волнам. Бакенбард задумался: "Я точно никуда не плыву. Ведь я только что выглядывал на улицу и не заметил никаких изменений. И в то же время я все время чувствую какую-то вибрацию. Что же это может быть?" Бакенбард встревожено засопел. От сильного умственного напряжения у него даже вздулись складки- бакенбарды вокруг щек. Он стал походить на маленькую жабу. Но все эти усилия были тщетны. На ум ничего не приходило. И вдруг его озарило: "Землетрясение! Ведь совсем недавно он слышал, как об этом рассказывали друг другу противные мальчишки. Правда они при этом добавили, что здесь такого быть не может. Но ведь они могли и ошибаться. А если так, то нужно спасаться, бежать прочь из опасной зоны". Бакенбард быстро высунул голову и начал спуск на землю. Мысль о том, что не мешало бы разбудить спящих сограждан и предупредить их о надвигающейся беде, как-то не пришла ему в голову.

-Да, грустно покидать насиженные места, искать новых друзей тоже весьма утомительно, - думал Бакенбард. - Ведь вовсе не факт, что у меня будет на новом месте столько же почитателей, как здесь. На это, к сожалению, не приходится рассчитывать. Но жизнь превыше всего!" К этому моменту он уже спустился вниз, и тут его поразили две вещи. Он уже больше не чувствовал никаких подземных толчков. Это раз. А во-вторых: в сереющей дымке рассвета он кое-что заметил. Вернее сказать, не заметил кое-чего, что привык видеть каждый день. Его награда за подвиг, его сокровище, его камень исчез, будто его и не бывало. Бакенбард издал вопль такой силы, что он разбудил не только обитателей Улиткограда, но и жителей дальнего муравейника, которые долго не могли понять, что же это было. Улиткоградцы же, услышав знакомые интонации, мгновенно повытягивали шеи из своих раковин и поспешили к месту происшествия. Они застали Бакенбарда, принявшего заранее позу невинного страдальца у подножия лопуха. Он, горестно закатив глаза, молча дожидался, когда соберутся все жители Улиткограда. На встревоженные вопросы прибывающих улиток он не отвечал, притворяясь, что его скорбь так велика, что он не может выдавить и слова. Увидев, что все обитатели, включая старую бабку Ракушнячку, сгрудились вокруг его домика, он решил, что пора объяснить причину своего горя.

-Я весь в печали, - торжественно и мрачно начал он. - Некто... Продолжить ему не удалось. Ракушнячка, у которой с годами притупился слух по своему услышала эту фразу.

-То, что тебя венчали, я поняла. Об этом говорит и твой торжественный вид, и радостный крик, разбудивший нас. Хотя ты мог бы разбудить нас и попозже. Но я тебя понимаю, в твои годы я была таким же романтиком. Ах, давненько это было, но я все помню. Я и сейчас еще не утратила иллюзий молодости. Но не будем сейчас говорить обо мне. Я имени невесты твоей не расслышала, герой! Будь добр, повтори погромче, чтобы все могли ее поздравить.

Бакенбард во время этой речи несколько раз раскрывал рот, пытаясь вставить словечко, но остановить бабку было невозможно. К тому же ее она всегда говорила невероятно громким голосом, как все глухие, так что "герою" пришлось дождаться конца ее речи, скрипя зубами от злости.

-Бабуся, я сказал: не венчали, а печали. Продолжить ему не удалось. Обрадовавшись, что она находится в центре внимания, Ракушнячка решила продолжить светскую беседу.

-Дружочек, я не печалюсь. Я тоже радуюсь за тебя. Ты меня неправильно понял. Мои "иллюзии" не связаны с тобой. Для меня ты немножко староват. Вот уже и слышишь не очень хорошо, да и соображать стал плоховато. Ну, ничего, жена поможет. Кстати, ты так и не назвал имени своей невесты.

Бакенбард решил больше не испытывать судьбу, повторяя одну и ту же фразу, а подойти с другого бока.

-Украли, - заорал он, надеясь, что уж эти слова бабка поймет правильно. Но он не учел силы ее воображения.

-Ах, краля, - перебила его Ракушнячка. Можешь дальше не продолжать. Красавица у нас одна: Радуница. (Бабка еще не знала о появлении Лианы).

Окружающие вовсю наслаждались диалогом. Их смешки и ухмылки безумно раздражали Бакенбарда, но выправить ситуацию он никак не мог. Радуница, услышав свое имя, звонким голосом опровергла предположение Ракушнячки. Та сначала растерялась, но тут заметила Лиану.

-Ах, проказник, так вот кто твоя невеста. Но я понимаю, почему ты так долго скрывал ее от нас. В твоем возрасте, да еще с таким шустрым соседом, как малыш Жуйко, надо держать ухо востро. Оглянуться не успеешь, как снова холостяком станешь. Так и придется век одиноким коротать.

Бакенбард побагровел и злобно засопел, приготовившись дать наконец назойливой Ракушнячке достойный отпор. Но не тут-то было.

-О, да ты еще и одышкой страдаешь. Боюсь я за тебя, мой друг! С таким здоровьем тебе не удержать красотку. Надо жену понеказистее искать. Ну, такую, на которую никто не взглянет. Вот, например, Усатка. Думаю, она стала бы тебе более подходящей женой. Во время этого разговора Усатка напряженно шевелила усами, обдумывая значение слова "неказистая". Услышав объяснение Ракушнячки, она хотела возмутиться, но тут внимание всех снова привлек Бакенбард.

Услышав имя подружки, он подпрыгнул на месте. Это имя натолкнуло его на какую-то мысль. Он подполз к своей обожательнице и выпихнул ее вперед. Вид у Усатки был и вправду виноватый. Бакенбард открыл рот, но был снова прерван Ракушнячкой.

-Я рада, что ты так быстро прислушиваешься к советам старших. Бакенбард кинул на нее злобный взгляд, но решил не тратить время на бессмысленное препирательство.

-Вот, смотрите, она снова украла мой камень. Вчера был, а сегодня его уже нет. Все зашумели, а Усатка от растерянности потеряла дар речи.

-Поздравляю, поздравляю!- продолжала веселиться Ракушнячка.

-Да не собираюсь я на ней жениться, - раздраженно заорал Бакенбард так, что на крапиве затряслись листья, - с такой женой утром проснешься и обнаружишь, что собственные зубы исчезли.

Это заявление на долю секунды привело Ракушнячку в недоумение. Но только на долю секунды. Пока Бакенбард набирал воздуха в грудь, чтобы продолжить свои обвинения, Ракушнячка уже кинулась в бой.

-Я слышала, что некоторые люди на ночь снимают зубы, но никогда не слышала, что на такое способны улитки. Ты - гений, Бакенбард. И я понимаю, зачем ты это делаешь. Страдая ожирением, ты пытаешься умерить свой аппетит. Молодец! Но почему ты решил, что Усатка будет морить тебя голодом. Мне она кажется вполне разумной улиткой. Хотя, это вполне понятный страх старого холостяка перед женитьбой. Не бойся, дружок! Все будет хорошо.

-Уберите прочь эту бабку, - простонал Бакенбард. - У меня горе, а она превращает трагедию в фарс. А эта воровка пусть вернет мое добро, - процедил он сквозь зубы в сторону оцепеневшей Усатки.

-Да ничего я не брала, - залилась слезами несчастная улитка.

-Если не ты, то кто? - с подозрением глядя в ее сторону допытывался Бакенбард. - Я мог бы подумать на Жуйко, но у него теперь есть свой камень. Хотя, кто знает! Мой-то камень побольше будет...

-Даже и не думай, - вмешался Жуйко. - Мы с Ракитоном сегодня рядом были. Он плохо спал, все время стонал, и я ни на секунду его не покидал. Так что ищи вора в другом месте. Хотя не исключено, что ты сам не заметил, как съел этот камень.

Бакенбард растерялся. Улитки потеряли к нему интерес и приготовились расходиться.

-Подождите, не уходите! Камень пропал. Я и кусочка не съел, все берег на черный день. Помогите мне его найти.

Но улиток мало заинтересовали его слова. Лишь Жуйко о чем-то задумался. Наконец он подал голос.

-А если я найду твой камень? Ты мне дашь кусочек? - Заметив колебания Бакенбарда Жуйко добавил: Откажешься делиться, искать не буду! Получив необходимое согласие, Жуйко кинулся осматривать окрестности. Улитки с интересом наблюдали за его передвижениями. Наконец, он остановился перед Бакенбардом.

-Нам всем надо попробовать попрыгать на этом месте, только не спрашивайте зачем. Долго объяснять. Улитки стали послушно приподнимать верхнюю часть туловища и тут же опускаться на землю. От этих упражнений возникла легкая вибрация почвы, на что собственно и рассчитывал Жуйко. Он хотел вызвать Коловратика, так как заметил следы его пребывания возле домика Бакенбарда. А ведь известно, что дождевые черви, заслышав стук дождевых капель о землю, тут же выползают на поверхность. Усилия Жуйко увенчались успехом. Коловратик высунул из земли конусообразную мордочку.

-Ты зачем убрал камень? - строго спросил Жуйко.

-Странный вопрос! Этот камень нарушал гармонию места обитания героя. Бакенбардик мог поранить свою ножку, спускаясь вниз.

-Какая нелепость! - возмутился Бакенбард.- Кто тебе насочинял обо мне этих небылиц? Ракушнячка? Да? Это все она распространяет обо мне слухи, что я немощный инвалид! Совсем из ума выжила! Да будет тебе известно, червяк, что с моей ножкой все в порядке. - Тут он продемонстрировал всем присутствующим мощную ногу. - А теперь верни мне камень!

Смущенный Коловратик кинулся выполнять приказ, смущенно бормоча себе под нос:

-Вот ведь как нехорошо вышло! Я-то ведь хотел как лучше, закапывая этот некрасивый камень. А он, оказывается, очень нравится герою.

-Да, нравится! - рявкнул Бакенбард, которому показалось, что Коловратик, произнося слово "герой" издевается над ним. Он не мог поверить в искренность чувств дождевого червя. - А теперь будет нравится меньше, потому что по твоей вине мне придется поделиться им с Жуйко. Кстати, а не было ли у вас сговора, уж очень быстро этот прохвост нашел мое добро. - И Бакенбард подозрительно посмотрел на Жуйко. Тот только рассмеялся в ответ.

-Не все такие, как ты! Разглядывая почву у твоего дома, я заметил, что здесь побывал Коловратик. Следы были совсем свежие. А вчера

он проявил большой интерес к истории о твоей победе над кротом, восхищался тобой.- В этом месте Бакенбард приосанился. - Я связал эти два факта и решил, что Коловратик так или иначе может пролить свет на происшествие с пропажей камня. Как видишь, я оказался прав!

Бакенбарду пришлось признать правоту Жуйко и приступить к дележу камня. Откусив кусочек черники, и, зажав его в зубах, он прочертил по камню линию, разделившую его на 2 части. Самый маленький кусочек он предназначил Жуйко, как вознаграждение за его помощь. Было решено, что они будут откусывать каждый от своего кусочка по мере необходимости, пока каждый не съест свою долю. Размер вознаграждения нисколько не смутил Жуйко. Он радостно завопил:

-Ура, Ракитон! Теперь ты можешь смело есть мой камешек. Мне и этого хватит!


Глава десятая,

в которой Жуйко удается предотвратить лесной пожар.


Улитки приготовились расходиться, как вдруг были остановлены встревоженным стрекотанием кузнечика Казмика. Он был сильно напуган, поэтому не мог какое-то время членораздельно выражать свои мысли.

-Ужас! - наконец выдавил он из себя - Рядом с нашей опушкой кто-то бросил горящий окурок. При такой жаре может начаться пожар! Что нам делать? Мы же все погибнем.

-Спокойствие! - остановил, начавшуюся было панику, Лабиринт. Если начнется пожар, то убежать далеко мы все равно не сможем. Надо подумать о спасении. Он замолчал, что-то обдумывая, и сказал:

-Казмик, скачи в муравейник, что было сил. Предупреди их о пожаре! Ты это сделаешь быстрее, чем мы. Попроси их о помощи. Я слышал, что муравьи могут потушить небольшой пожар, брызгая на него кислотой, которую выделяют из своих желез. Если они подоспеют вовремя, то пожар удастся предотвратить. Повторять дважды ему не пришлось. Кузнечик подпрыгнул вверх и скрылся из глаз. Улитки же отправились к месту возможного пожара. Окурок тлел в траве. Не оставалось сомнения, что еще немного и вспыхнет пламя. Остановить тогда пожар будет действительно трудно, может быть невозможно. В отчаянии смотрели улитки на тлеющий дымок. К сожалению, они ничего поделать не могли. Оставалось только ждать. Внезапно слабый огонек перекинулся на сухую соломинку. Крик ужаса вырвался у несчастных улиток. В эту минуту, как будто с неба, к их ногам свалился Казмик. Да еще не один. На нем висели 3 муравья, которые, спрыгнув с его спины, тут же принялись за дело. Им удалось погасить занявшуюся огнем соломинку, а тут подоспели остальные муравьи, которые довольно быстро погасили окурок, брызгая на него своей кислотой. Улитки бросились благодарить лесных пожарников за прекрасную работу. Жуйко стоял в стороне и что-то обдумывал. Наконец он приблизился к начальнику муравьиной стражи Бравиусу.

-Послушай, Бравиус! Я хотел бы тебя кое о чем попросить. Мой друг, Ракитон, которому вы уже оказали одну услугу, погибает. Его раковина вся покрыта засохшей грязью. Мы думали, что скоро пойдет дождь, и он сможет почиститься, но на это не приходится рассчитывать в ближайшее время. Не могли бы твои друзья отмыть его своей кислотой?

Бравиус задумчиво зашевелил усиками, обдумывая это предложение.

-Нет проблем! - наконец выдавил он из себя, чрезвычайно обрадовав этим Жуйко. Что и говорить, муравьи - насекомые весьма трудолюбивые и умные. Только вот отзывчивыми они бывают чаще всего по отношению к своим друзьям и соседям по муравейнику. И их вовсе не радует перспектива по первому зову спешить на помощь к окружающим. Однако, слишком долго умиляться нежданной доброте Бравиуса Жуйко не пришлось. Тот быстро отдал распоряжения рабочим муравьям и, вернувшись к Жуйко, огорошил его ответной просьбой.

-Я слышал, что ты способен отгадывать загадки и быстро находить пропажу. Так что, услуга за услугу!

-А что случилось? Ты что-нибудь потерял?

-Дело не во мне! Я не стал бы беспокоиться из-за пустяков. Эта потеря касается всего муравейника! Слушай меня внимательно! Рядом с нашим жилищем находятся заросли лопухов. На этих сочных растениях мы поселили маленькую колонию тли. - Внезапно Бравиус прервал свое повествование и спросил: -Тебе вообще известно ли, что эти насекомые играют очень важную роль в жизни муравьев?

Жуйко, который никогда особенно не задумывался над этим вопросом, неопределенно покрутил головой.

-Я понял. Постараюсь кратко рассказать тебе об этом. У нас есть специальные муравьи. Мы их называем "бочки". Они собирают у тлей их молочко, которое некоторые называют падью, и раздуваются, как маленькие бочонки. А потом они отрыгивают молочко и кормят этим обитателей муравейника. Тли счастливы, что мы так заботимся о них. Ведь им, как и коровам, молоко не нужно. Они рады бывают избавиться от него. К тому же мы охраняем тлей. Ведь у них много врагов. В общем, у нас с тлями взаимовыгодный союз. Но в последнее время нам не везло. Огромное стадо тлей было почти полностью уничтожено хищными божьими коровками из-за халатности муравьев сторожей. Удалось спасти только малую часть стада. Но мы особенно не переживали. Тли быстро размножаются. Каждая тля производит на свет множество живых тлей, внутри каждой из которых уже развиваются новые тли и так до бесконечности. Так что наше поредевшее стадо довольно быстро пополнялось.

-Я что-то никак не пойму, в чем проблема, - перебил Бравиуса Жуйко. - Как я понял, стадо тли увеличилось. Все муравьи сыты и счастливы. Искать же злодеек божьих коровок не представляется возможным. Ведь прошло уже много времени. Да и зачем?

-Ты меня не дослушал! - укорил его Бравиус. - Я не собираюсь искать божьих коровок. Я хочу, чтобы ты вернул нам наше стадо. Оно снова потерялось! Целиком!

-А как же охранники? Что они говорят?

-Дело было рано утром. Эти бездельники спали. Им показалось, что ветерок слабо покачивает огромный лист лопуха. Они только на секунду прикрыли глаза и тут же заснули. А когда они проснулись, то увидели, что лист лопуха валяется прямо на земле довольно далеко от дома. Они решили, что ветер обломил стебель и отбросил лист в сторону. Вместо того, чтобы перегнать стадо тлей к дому и разместить их на другом листе, эти лентяи кинулись за помощью в муравейник. Когда помощь подоспела, ни тлей ни листа лопуха мы не нашли. Они исчезли! Поэтому я и обращаюсь к тебе за помощью. Найди нам наших кормильцев!

Жуйко, как ни странно, обрадовался предложению Бравиуса. Он уже начал находить некоторую радость, занимаясь подобными расследованиями. А что в этом удивительного? Ведь находятся же люди, которых хлебом не корми, дай только поискать всяческих злодеев и проходимцев. И опасность их не пугает! Вот из породы таких Шерлоков Холмсов оказался и Жуйко. Ну и что, что он был улиткой? Как вы убедились уже не раз, он способен был расследовать разные происшествия не хуже всякого Пуаро с Шерлоком Холмсом. Поэтому он, не задумываясь ни на минуту, отправился вместе с Бравиусом к муравейнику, чтобы уже на месте преступления разобраться, что к чему.


Глава одиннадцатая,

в которой Жуйко удается снова отличиться.


В муравейнике жизнь просто кипела. Жуйко, привыкший к спокойной и размеренной жизни в Улиткограде был потрясен. Муравьи все время находились в движении. "Посторонись",- донеслось откуда-то сзади и поспешно отодвинувшийся Жуйко увидел, как мимо него целая сотня муравьев протащила в сторону муравейника дохлого червяка. Чем ближе к муравейнику тем все больше и больше муравьев встречалось на пути. Объединившись в небольшие группы по два и три муравья, они тащили в муравейник еловые иголки, ягоды, семечки. Встречались и большие группы по 10 муравьев, которые переносили предметы потяжелее и пообъемнее. Жуйко не только удивлялся, но и восхищался муравьями. Сам он был тоже весьма деятельным от природы, поэтому немного сонная жизнь в Улиткограде его иногда сильно раздражала. Он задумался о том, как многое изменилось бы в лучшую сторону, если бы улитки не были такими инертными. Но долго предаваться подобным мыслям ему не пришлось, поскольку они пришли к муравейнику. Бравиус приказал вызвать провинившихся муравьев- стражников, отправленных в наказание на самые тяжелые работы, а сам проводил Жуйко на место преступления. Тот не стал рассиживаться, дожидаясь, когда явятся свидетели, а принялся, как настоящий сыщик, осматривать окрестности. И уж будьте уверены, ничто не ускользнуло от его взгляда! К тому моменту, когда явились вызванные для допроса муравьи Ося и Бося, он уже имел некоторое представление о происшествии. Ося и Бося, перебивая друг друга, рассказали уже знакомую ему историю, не добавив ничего нового.

-Скажите, а почему вы решили, что поднялся ветер? - полюбопытствовал Жуйко.

-Так ведь лист шевелился. Его трясло так сильно, что нас просто укачало. Мы сами не заметили, как заснули. А, когда проснулись, то увидели, что ветер обломал лист и унес его далеко от дома. Мы решили, что это был самый настоящий ураган. Иначе ведь нельзя объяснить случившееся. А нам никто не верит! Все твердят, что ночью не чувствовалось даже маленького дуновения ветерка. Но что же тогда произошло на самом деле? Как вы сможете объяснить этот феномен? У вас есть иная версия ?

-Да, - скромно молвил Жуйко и Ося с Босей даже подпрыгнули от удивления. Даже Бравиус был слегка ошеломлен. Он недоверчиво посмотрел на Жуйко.

-Ты уверен, что знаешь, где пропавшее стадо?

-Этого я пока не знаю. Но я догадываюсь, что тут случилось на самом деле. Смотри на этот стебель. На первый взгляд кажется, что стебель просто обломался. Но это не так. Я вижу, что его перегрызли. Я вижу следы зубов. И мне это не нравится, потому что я догадываюсь, чьи это следы. Теперь ты понял, почему так сильно трясся лист? Он пришел в движение, когда его начали перегрызать. К тому моменту, когда он упал на землю, твои стражники уже спали, поэтому они не почувствовали удара. А затем лист перетащили в другое место. Видишь этот след? Это след одной ноги! И эта слизь! Похититель - улитка! Вот почему мне так не нравится это дело. Мне не хочется верить, что один из моих собратьев вор. Послушай, Бравиус! Что для тебя важнее, найти преступника, или свое стадо?

-Конечно, стадо! Что я буду делать с твоим преступником? Наказать его я все равно не смогу. Пускай недобрая слава станет для него уроком!

-Вот об этом я и хотел бы с тобой поговорить. Если я найду тлей, обещаешь ли ты не спрашивать у меня имя вора? Я думаю, что ему и так стыдно. Не надо усугублять его вину еще и позором.

-Уж очень ты добрый. Хотя лично меня такой договор вполне устраивает.

-Договорились! Я обещаю, что утром ваши тли будут на одном из лопухов рядом с муравейником. Их вернут ночью, чтобы никто не узнал имя похитителя.

Расставшись с Бравиусом и Осей с Босей, смотревшими на него, как на какое-то чудо света, Жуйко отправился назад. По дороге он много размышлял. Легко было обещать вернуть стадо, но как это сделать? Он догадывался, кто был похититель, но не мог понять, зачем ему было нужно воровать тлей. Вскоре впереди показался Улиткоград. К этому времени Жуйко выстроил в голове беседу с предполагаемым вором. Побродив по улочкам родного городка, предававшимся послеобеденному сну, он наконец-то нашел того, кого искал.

-Эй, Усатка, выгляни на минутку, - обратился он к отвергнутой Бакенбардом возлюбленной. Та осторожно высунула усики. Ее глаза при этом только слегка выглядывали из раковины, так как они находились не как у всех улиток на концах усиков, а у их основания. Вид у Усатки при этом был очень забавным. Жуйко не выдержал и усмехнулся. Усатка, успокоенная его добродушным видом, окончательно высунулась из домика.

-Ну, чего тебе надо? - небрежно спросила она. Втайне Усатка рассчитывала, что Жуйко принес ей извинения от своего соседа Бакенбарда, который был так жесток с ней утром. Но она ошиблась.

-Я вот хотел поговорить с тобой, Усатка, об одном важном деле. Ты ведь самая умная улитка у нас после Лабиринта, конечно. Я побоялся его беспокоить раньше времени, поэтому пришел к тебе.

-Да что случилось? - заинтересовалась Усатка, которой весьма польстило то, что Жуйко считает ее такой умной.

-Дело в том, что у муравьев пропало стадо тлей. Следы указывают на то, что похититель - улитка. Муравьи очень обеспокоены этим.

-А чего им беспокоиться? С чего они решили, что тли принадлежат только им? Кто это решил? -Усатка не скрывала своего раздражения. Жуйко понял, что он на верном пути. Еще утром он обратил внимание на то, как растерялась Усатка, когда Бакенбард обвинил ее в краже. Правда потом, услышав, что ее обвиняют в краже камня, она успокоилась. Это очень удивило тогда Жуйко. Поэтому, когда он узнал, что к пропаже тлей имеет отношение какая-то улитка, он сразу же подумал об Усатке. Но зачем ей это было нужно, он не знал и сейчас. И еще он боялся спугнуть ее своими вопросами. Поэтому начал издалека и очень осторожно.

-Да они беспокоятся только о здоровье этой улитки. Ведь она, бедняжка, наверное, не знает, как опасно для нее молочко тлей!

-Не может быть! О какой опасности ты болтаешь? - растерялась Усатка. - Я слышала от Ракушнячки, что падь полезна для улиток. Если ее принимать каждый день, то на раковине могут появиться красивые разводы, как у Радуницы.

-Нашла кого слушать! Эта Ракушнячка вечно фантазирует. Сама-то небось не разу не пробовала этой гадости.- Про себя Жуйко только поражался суетной глупости Усатки, готовой на все, ради того, чтобы понравиться такому дураку, как Бакенбард.

-А что будет с той улиткой, которая попробует падь? - дрожащим голосом спросила Усатка.

-Ну, если есть падь день, или два, то ничего не случится. Надо только росой желудок хорошенько промыть. И чем быстрее, тем лучше. А то раковина может почернеть. А вот если объедаться падью несколько дней, то и смерть будет не за горами.

-Ох, ты так о росе хорошо сказал, что я ужасно пить захотела. Не могу дождаться, когда ночь придет, и выпадет роса, чтобы напиться всласть! -Усатка попыталась втянуть в домик трепещущие от страха усики, но была остановлена Жуйко.

-Подожди, я же хотел с тобой посоветоваться. Дело в том, что муравьи собираются завтра утром нагрянуть с обыском в Улиткоград и осмотреть всех улиток. Даже малый след черноты на раковине укажет им на похитителя. Нам нужно найти его раньше и предупредить, чтобы он избежал позора. Я сам не могу заниматься этим делом. Не могу бросить Ракитона. Он очень ослаб и нуждается в моем обществе. Лабиринта я не стал тревожить. Уж очень он стар, еще заболеет с горя. Осталась ты. Вся надежда на тебя, Усатка! Ты у нас самая умная после Лабиринта. Как только ты найдешь похитителя, предупреди его об опасности отравления, проследи, чтобы он тщательно промыл желудок и попроси его перетащить тлей обратно к муравейнику. Если муравьи найдут своих любимцев где-нибудь рядом, на лопухах, они не будут искать виновника. Вот и все! Справишься с этим делом?

-Не сомневайся! - горячо заверила его Усатка. Вот увидишь, завтра же тли вернуться на место. А ты занимайся Ракитоном! Я оправдаю твое доверие.

Жуйко пополз обратно, но вдруг вернулся.

-Знаешь, Усатка, я хотел тебя попросить еще об одной услуге. Не рассказывай никому об этом происшествии. Пусть имя похитителя останется тайной для всех.

-Хорошо,- тихо промолвила Усатка и медленно скрылась в своей раковине.

Забегая вперед, скажу, что свое обещание Усатка и Жуйко сдержали. История с похищением стада тли осталась тайной для улиткоградцев.


Глава двенадцатая,

в которой рассказывается о сороконожках и кивсяках.


Недалеко от Улиткограда находился трухлявый пень, рядом с которым валялось старое, прогнившее насквозь бревно. Здесь жили ближайшие соседи улиткоградцев хищные многоножки и кивсяки. Только вы не подумайте, что они жили в этом пне или бревне. Нет, они облюбовали более укромное местечко. Если кто из грибников или детвора, собирающая ягоды приближалась к старому пню, то им на глаза не попадалась ни одна сороконожка. Да и не могла попасться! Ведь царство сороконожек и кивсяков находилось прямо под тем бревном, на котором не раз пристраивались отдохнуть собиратели лесных даров. Дело в том, что эти насекомые предпочитают сырые и влажные места. Поэтому они и избрали себе такое укромное место обитания. Удивительным было то, что под этим бревном они жили сообща. Многим могло даже показаться, что сороконожки и кивсяки живут вместе, так как являются близкими родственниками. Какое заблуждение! Они терпеть не могут друг друга! Смешно сказать, как часто ошибались на их счет люди. Они называли многоножек сороконожками, хотя чаще всего ног у них бывает не больше 20. Но имечко прочно прицепилось к многоножкам. А поскольку сами они считали не очень-то хорошо, то подумали, что ног и правда 40. Кивсяков же люди вообще называли тысяченожками, хотя ножек- то было не более 300. Хотя, конечно, тоже многовато! Сами кивсяки может быть были и не против, чтобы их так называли. Уж очень им хотелось хоть в чем-то быть выше сороконожек, но у тех были свои взгляды на эти вещи. На общем собрании кивсяков и многоножек было постановлено, что ног у кивсяков всего 30 ( не 1000 и даже не 300), а значит еще меньше, чем у сороконожек. Поэтому, встречая соседа сороконожку каждый кивсяк должен первым кланяться и уступать дорогу более многоножистому соседу. Сороконожки частенько охотились на кивсяков, хотя на общем собрании подобные поступки всегда осуждались. Но, жертвы нападения, в случае удачной охоты, уже не могли заявить о нарушении закона. Хитрые сороконожки пользовались слабостью своих соседей. Дело в том, что у всех кивсяков было страшно плохое зрение. Они часто не могли разглядеть даже собственную супругу. Поэтому кивсяки выработали своеобразную тактику. Как только возникала необходимость отыскать дражайшую половину, каждый из них, заранее обговорив с супругой способ, начинали действовать самым невероятным образом. Одни бились головой о землю, другие начинали скрипеть ногами, а некоторые испускали особый запах. Собственно говоря, плохое зрение кивсяков и стало причиной их несчастий. Легенды говорят, что когда-то кивсяки и многоножки жили в мире и никогда не нарушали законов. Но, однажды, некий кивсяк Ландриус разыскивая свою подружку, слишком усердно скрипел своими ногами. Все бы ничего, но на свою беду он оказался рядом с сороконожкой Кабалиной Хлорофировной 5, которая в эту минуту предавалась послеобеденному отдыху и своим невеселым мыслям. Отвлечемся на несколько минут, чтобы узнать, откуда столь интересное имя у многоножки. Нам, это кажется странным, а вот любой кивсяк запросто объяснит это. Ведь многоножки даже в те относительно мирные времена отличались излишним себялюбием и непомерной гордыней. Они считали, что должны как-то выделяться среди соседей. Вот поэтому, потихоньку от соседей и решили, что должны носить двойные имена, а, кроме того, еще и пронумеровывать представителей каждого поколения). Поэтому, можно было сразу сказать, что Кабалина Хлорофировна была пятой в роду Кабалин. Ей суждено было остаться последней в этом роду, потому что никто из многоножек не хотел связывать с ней судьбу из-за ее излишней агрессивности. Это-то и было причиной ее невеселых мыслей в этот злосчастный день. Уж больно Кабалина хотела замуж! Все подружки давно уже устроились, одна она куковала в вечных невестах. Поэтому поводов для раздражения у Кабалины было, хоть отбавляй. А тут еще прямо над ухом раздался громкий и навязчивый скрип кивсяка. Разозлившись, она не удержалась и укусила несчастное создание за аппетитный бочек. Кабалина не хотела убивать Ландриуса, она собиралась его проучить. Но уж так устроены загнутые вверх челюсти многоножек. Они содержат яд! Впрыснутый в тело кивсяка, яд парализовал жертву. Кабалина же подумала, что убила Ландриуса и страшно перепугалась. Чтобы скрыть следы преступления она решила съесть жертву. И ей так понравился вкус кивсяков, что с этих пор Кабалина частенько устраивала на них охоту. Сначала ее сородичи ни о чем не догадывались. Но потом, Кабалина проговорилась своим близким подружкам и даже угостила их добычей. Блюдо понравилось настолько, что со временем охота на кивсяков стала любимым развлечением сороконожек. Но и кивсяки были не лыком шиты. Они научились защищаться. Почувствовав опасность, кивсяки сворачивались кольцом и выпускали струю резкого отвратительного запаха. Как правило, такая газовая атака останавливала сороконожек. Во всяком случае, желание полакомиться кивсяками у них на какое-то время пропадало. Улитки иногда удивлялись тому, что кивсяки продолжали жить в такой опасной близости от сороконожек и не пытались найти более спокойное жилище. Ведь в лесу было довольно много поваленных деревьев, под которыми можно было устроиться с не меньшим комфортом и при этом не рисковать ежедневно своей жизнью. Но, очевидно, самих кивсяков вполне устраивали их хищные соседи. Им нравилась жизнь полная опасностей. Они даже учредили премию "Кивсяк - молодец" 1,2 и 3 ступени. Ее давали тем, кому удалось не только ускользнуть от хищных сородичей, но и напугать их посильнее. Сороконожки как-то спросили их, что это за премия, на что кивсяки уклончиво ответили, что это награда за особые заслуги, а какие именно не пояснили. Сороконожки задумчиво пошелестели многочисленными ножками и решили удовольствоваться этим ответом. А кивсяки продолжали вести жизнь полную опасностей. Кто знает, может быть, это придавало особую остроту этой жизни? Во всяком случае, улитки так и нашли ответа на этот вопрос. В мире насекомых все построено по-своему, и их законы нельзя объяснить человеческой логикой, или логикой улиток.

Этим утром, жители Улиткограда стали свидетелями еще одного удивительного события. Именно тогда, когда большая часть обитателей этого славного городка вкушала завтрак, лакомясь сочными листиками лопухов, их взору предстала странная процессия. Сороконожки и кивсяки, обычно никогда не покидавшие насиженное место, в полном составе явились в Улиткоград. Зрелище было довольно жалкое. Обычно весьма резвые сороконожки еле передвигали свои многочисленные ноги. Более того, впервые за всю историю существования они путались в своих многочисленных конечностях. Надо сказать, что передние ноги у сороконожек короче, чем задние, поэтому они не мешают друг другу. Что же случилось сегодня? Улитки просто умирали от любопытства. Первым не выдержал Бакенбард.

-Эй, многоножки, что случилось? Вы еле ноги тащите.

-Ой, наверное, это какая-то болезнь. Да еще и заразная поди. Ведь, целое племя страдает, - обеспокоилась Усатка.

-Эпидемия, вот как это называется, - поддержал разговор Серопуд. Я слышал кое-что об этом от детворы, которая пробегала здесь вчера.

-Ужас! Нам угрожает какая-то эпидемия, а ты молчишь. Улитки разволновались так, что некоторые стали сизого цвета от страха. В эту минуту к улиткам присоединился Ракитон с Жуйко. Они услышали последнее слово и поинтересовались, о чем идет речь.

-Отравлено все вокруг! Деревья, цветы, коряги. Жить нам осталось всего ничего! Похороним соседей-многоножек, да и сами окочуримся в своих домишках! - дополнила Ракушнячка полученную от Серопуда информацию своими домыслами. Как ни странно, никто ее не одернул. Похоже было, что все поверили ей на слово. Про себя многие решили, что Ракушнячка, как самая древняя среди них, наверняка знает больше всех, а значит сведения вполне достоверны.

-Не может быть! -поразился Жуйко. - Откуда эта информация?

-Да ты на сороконожек с кивсяками посмотри! - веско молвила Ракушнячка, ободренная молчаливым согласием сородичей. - Посмотри, посмотри, как ноги у них узелками завязываются. К счастью, у нас только одна нога. И вряд ли она сможет узелком завязаться! Так что хоть эти муки нас не коснутся.

Ракитон и Радуница залились слезами. "Только что нашли друг друга и вот их ожидает вечная разлука", - промелькнула у каждого из них одна и та же мысль.

-Давайте не будем спешить с выводами, уважаемая Ракушнячка!- Лабиринт подоспел, как всегда вовремя, и остановил начинавшуюся панику. Затем он вежливо обратился к взволнованным соседям с вопросом о причине их беспокойства. И услышал душераздирающую историю. Оказывается, сороконожки и кивсяки в этом году ужасно страдали от жары. И, хотя под бревном до последнего времени было довольно влажно, многие из них реально ощущали нехватку сырости. Но вот уже несколько дней, как высохла вся земля вокруг. Под бревном стало сухо, как в знойный день на песчаном пляже. Сороконожки обессилили настолько, что ноги их потеряли былую быстроту. Промучавшись какое-то время, насекомые поняли, что они погибнут, если не найдут какого-то выхода из создавшейся ситуации. К сожалению, наградив их резвостью и сноровкой, природа отказала им в находчивости. Ум их не отличался быстротой и гибкостью, присущей конечностям. Единственный дельный совет дал кивсяк Эласт. Он вспомнил, что недавно услышал трескотню кузнечика Казмика об одной сообразительной улитке, которая способна решить любые сложные задачи. Кузнечик даже имя назвал - Жуйко. И тогда они решили отправиться в Улиткоград за помощью. Кто знает, может этот умница Жуйко им и вправду поможет. И тогда они будут спасены.


Глава тринадцатая,

В которой Жуйко снова проявляет смекалку.


Жуйко страшно смутился, услышав похвалы в свой адрес. Увидев, что взоры присутствующих обращены на него, он довольно бессвязно забормотал:

-Даже не знаю, чем вам помочь. Я дождь вызывать не умею. Недавно с дождевым червяком беседовал, так он тоже не знает, когда нам ждать этот дождь. Вам бы надо поближе к озеру жить, там влаги даже в самые засушливые годы хватает.

Услышав подобные речи, сороконожки и кивсяки пришли в уныние.

-Не дойдем мы до озера, да и не знаем, где оно. Только слышали, что очень далеко.

-Для вас может и далековато. А вот люди туда каждый день ходят. Да еще сумки с собой таскают с полотенцами и едой...Стойте, мне тут вот что в голову пришло, -Жуйко даже взвизгнул от восторга. - Тут как раз земляника созревать стала, но пока еще ягод мало. Давайте перегрызем несколько веточек с ягодами и разбросаем их на тропинке. Тот, кто пойдет к озеру, не сможет устоять перед этим угощением, а сумку на землю поставит, чтоб удобнее собирать было. Вы же, тут как тут, сразу в сумку и залезайте. Он вас прямо к озеру и доставит.

-А если этот "кто-то" не собирается к озеру идти, то он просто ягодками полакомится, да и спокойненько восвояси отправится! А вот где мы потом еще этих ягодок добудем, неизвестно. Сам сказал, что их не так уж и много сейчас. К тому же перегрызать стебель, да и перетаскивать ветки к тропинке тоже задание не из легких,- вмешался Бакенбард, раздосадованный тем, что Жуйко стал знаменитым.

-И вообще, почему мы должны помогать сороконожкам и кивсякам. Они что, наши родственники? - поддержала Усатка своего героя.

-Они же к нам за помощью пришли! Нельзя отказывать тем, кто просит. Ведь может случиться так, что мы сами попадем в беду, а нам никто не поможет, - тихо прошептал слизень Помирфоль. И как ни странно все его услышали.

-Я согласен с Помирфолем, - сказал Лабиринт. - Но к словам Бакенбарда тоже следует прислушаться. - Ведь люди по этой тропинке ходят не всегда к озеру. А земляники в лесу пока еще очень мало, да и собрать ее для нас не так легко, как это может кому-то показаться.

-Я знаю, что делать! - опять нашелся Жуйко. - Мы спрячем веточки с земляникой под этим большим лопухом недалеко от тропинки и договоримся с кузнечиком Казмиком. Он будет поджидать людей возле кривой осинки. Там тропинка делает небольшой крюк в сторону ельника, так что Казмик, если поскачет напрямую, успеет нас предупредить. Если он увидит, что люди идут с полотенцами и пляжными сумками, то это то, что нам надо. Тогда мы и приготовим нашу ловушку! Времени хватит.

-Что ж, за дело. Утро уже давно наступило. Скоро кто-нибудь обязательно пойдет к озеру. Нам нужно торопиться. Есть у кого-нибудь соображения насчет того, где искать землянику?

-Я видел созревающие ягоды, когда покинул гнездо удодов, - смущенно промолвил Ракитон. - Это было недалеко. Сейчас ягоды уже, наверное, созрели.

-Показывай дорогу! -приказал Лабиринт. - А ты, Жуйко, поговори с Казмиком. Сороконожки и кивсяки пусть пока спрячутся под лопухом. Там не очень жарко и к тропинке близко.

Улитки живо принялись за дело. А Жуйко отправился на поиски Казмика. Он знал, что утренние часы кузнечик обычно проводил на солнечной полянке недалеко от Улиткограда. Там он вместе с другими соплеменниками состязался в исполнении музыкальных произведений в честь прекрасных представительниц рода кузнечиков. Кое-кто из вас может усомниться в том, что такое возможно. Но все ваши сомнения отпали бы, если бы вы как улитки могли каждое утро наслаждаться концертами кузнечиков после обильного завтрака. Кузнечики вообще существа очень романтичные. Уж такими их создала природа. Поэтому, проснувшись с первыми лучами солнца и наскоро перекусив, они обычно тут же принимались потирать ногами о свои крылышки. Так и рождалась музыка. Некоторые скептики утверждали, что кузнечики просто чистят свои ножки и крылышки, производя при этом определенный шум. Опять ошибка! Все это делалось исключительно, чтобы завоевать сердца прекрасных подружек. Все лесные обитатели знали, какие это страстные меломанки. И никто не обижался на кузнечиков, никто не требовал прекратить концерты, восстановить тишину, ссылаясь на головные боли и необходимость сосредоточиться на работе! Нет, нет! Всех вполне устраивали музыкальные утренники и полдники. Более того, тишина могла бы только насторожить лесных жителей. Именно это чувство и испытал Жуйко, приблизившись к поляне. Вокруг царило спокойствие. Потрясенный Жуйко застыл посреди поляны. Неожиданно он услышал какое-то кряхтение из-за листочка подорожника. Заглянув в это укрытие, он обнаружил там своего друга Казмика. Он выглядел больным и усталым.

-Дружище, что случилось? Я не вижу ни одного кузнечика в округе.

-Ах, сегодня очень плохой день! Сначала явился какой-то натуралист с сачком и принялся гоняться за нами и бабочками. Те из нас, кто попроворнее оказались, смогли скрыться в лесу. А потом налетели птицы и разогнали оставшихся кузнечиков. Мне не повезло. Я повредил ногу. Еще хорошо, что успел под этим листиком спрятаться.

Вот беда! - искренне огорчился Жуйко. Кто же теперь нам поможет? Он поделился с Казмиком своими соображениями по поводу спасения многоножек. Кузнечику идея с доставкой сороконожек и кивсяков к озеру в пляжных сумках очень понравилась. Он искренне огорчился, что не может принять участие в подобном приключении.

-Что же делать? Кому мы сможем теперь поручить это дело? - задумчиво проговорил Жуйко. Положение было и впрямь серьезное. Рядом не было ни одного кузнечика, если не считать Казмика, ставшего на какое-то время инвалидом.

-Помогите мне, а я помогу вам, - вдруг откуда-то сверху раздался слабый голос. Казмик с Жуйко запрокинули головы и увидели маленькую бабочку - лимонницу, запутавшуюся в паутине. Паутина была натянута среди веток куста шиповника и напоминала собой искусно сплетенное кружево. Нежно-желтая бабочка выглядела на нем как изысканная аппликация. Шелковые ниточки паутинки серебрились в солнечных лучах. Настоящее произведение искусства! Друзья невольно залюбовались этой прелестной картинкой.

-Что же вы молчите и тянете время? Я поняла, что вам срочно требуется помощь! Я готова вам ее предоставить, но для этого вам нужно срочно спасти меня. Вот-вот явится паук и тогда я уже вряд ли смогу кому-нибудь помочь, - поторопила их бабочка.

-Да что же мы сможем сделать? У нас нет рук, чтобы распутать паутину!

-Придумайте что-нибудь! Ведь для сороконожек вы смогли найти решение. А они далеко не самые симпатичные обитатели нашего леса!

-Я не думал об этом, когда предлагал свой план спасения, - возмутился Жуйко.- Если мы всегда будем помогать только тем, кто нам симпатичен, то грош цена этой помощи!

-Ох, оставим эти споры! Я чувствую приближение паука! - Бабочка затрепетала на паутине. - Как же мне не повезло! Только утром вылезла из кокона, еще не жила, не летала, и вот, меня ждет смерть! Помоги мне, Жуйко! Придумай что - нибудь. Ведь без меня твой план тоже не сможет осуществиться!

Жуйко глубоко задумался. Как помочь прекрасной пленнице? Решив, что нужно лучше рассмотреть, насколько прочно бабочка приклеилась, он стал карабкаться по ветке шиповника вверх. Ведь мы теперь знаем, что зрение у улиток не ахти какое! Медленно передвигаясь по колючей ветке, Жуйко оказался прямо над бабочкой. Свесив вниз голову, он вытаращил глаза так, что они оказались на одном уровне с глазами пленницы. Неизвестно, что собирался предпринимать Жуйко дальше, но в эту минуту он сорвался с ветки и рухнул на бабочку, прорвав своим весом паутину.

В следующее мгновение они уже оказались на земле. Сверху раздались проклятия паука Тартамуса. Он как раз пришел посмотреть, не попала ли какая дичь в его ловушку. Свесившись с ветки, он злобно выпучил на Жуйко все свои восемь глаз. И, хотя наш герой понимал, что паук ему не страшен, в эту минуту он испытал сильное желание втянуть рожки под раковину. Восемь ужасно мохнатых ног Тартамуса подрагивали, как будто он готовился к прыжку. Голова и грудь паука были слиты в одно целое, к которому прикреплялось сзади отвратительное толстое брюхо. Жуйко не мог отвести глаз от страшных челюстей, наполненных ядом.

-Порвать такую паутину! Ты что же это себе позволяешь, противная улитка? Это же был настоящий шедевр!

-Простите, пожалуйста, я не хотел, - поспешно принялся извиняться Жуйко, - все произошло чисто случайно. Я просто не удержался на ветке.

-А что ты вообще делал на этом кусте? - подозрительно спросил Тартамус. Здесь столько колючек, что никто в здравом уме не захочет ползать по этим веткам.

-Не говори ему обо мне! - прошептала Жуйко придавленная им к земле бабочка, - а то наживешь врага!

-Я хотел полакомиться розовыми лепесточками, - дрожащим голосом начал Жуйко. - Ракушнячка сказала, что они содержат много витаминов, полезных для улиток. Я очень вырасти хочу! -Он засмущался, когда произнес эти слова, поэтому быстро добавил, чтобы переключить внимание паука на другие вещи, - А колючки нам, улиткам, не страшны, мы по ним спокойно передвигаемся.

-Даже если ты съешь весь этот куст вместе с колючками, больше ты уже не станешь, - ядовито прошипел Тартамус.- Да и ума не прибавится, если ты будешь слушать таких глупых старух, как эта Ракушнячка. И, не обращая больше ни на кого внимания, паук принялся плести новую паутину, предварительно полакомившись обрывками старой. Жуйко с интересом наблюдал за созданием нового шедевра Тартамуса. Паук сам выделял шелк для строительства, что было, конечно же, очень удобно. Странно было другое. Паутина не была однородной. Она состояла из разных нитей. Некоторые нити плелись из прочного сухого шелка, другие из эластичного, растягивающегося шелка, к тому же покрытого клейкими липкими капельками. Как удавалось пауку вырабатывать одновременно такой разный материал? Любознательный Жуйко уже хотел расспросить об этом Тартамуса, но тут услышал голос бабочки.

-Давай уберемся отсюда поскорее, пока он меня не заметил! Ты даже не представляешь, какой он мстительный. Сам будешь не рад, если он поймет, что это ты меня спасал, когда разрушил его ловушку.

Жуйко решил, что, и правда, не стоит портить отношения с таким злобным соседом. Не стал он и разубеждать бабочку в том, что

спасение произошло случайно, а не в результате хорошо продуманного плана. Зачем? Еще откажется помогать им. А время идет. Пора бы уже ему возвратиться домой. Улитки, наверное, уже волнуются. На обратном пути он узнал имя бабочки - Мармарина. Она так много трещала, что Жуйко даже усомнился, может ли такое болтливое и легкомысленное создание выполнить поставленную задачу. Не остановится ли, чтобы побеседовать с каким-нибудь жучком и упустит драгоценное время. Но его опасения оказались напрасными. Мармарина прекрасно справилась с заданием.


Глава четырнадцатая,

в которой рассказывается о гусеницах и бабочках.


Бабочка оказалась даже проворнее кузнечика. Она за считанные секунды преодолела расстояние и оповестила улиток о приближении компании подростков с полотенцами и рюкзаками.

-Наверняка к озеру идут! - пробормотал Лабиринт. - Плохо, конечно, что их много. Они могут не ставить рюкзаки на землю, если все кинутся на землянику. А мы раздобыли всего-то несколько веточек. Но придется рискнуть.

-А что, если отвлечь часть из них? - спросила Смешинка.

-И как ты это сделаешь? - поинтересовался Бакенбард. - Станцуешь для них танец живота? Или взлетишь и выполнишь в воздухе мертвую петлю?

-Конечно, нет! - Смешинка даже засмеялась от такого предложения. - Наверное, я сказала глупость!

-И все-таки в этом предложении что-то есть! - Жуйко задумался. - Ведь отвлечь их внимание можем не только мы. Например, ты, Мармарина, можешь тоже это сделать. - И он стал подробно рассказывать бабочке, что она должна предпринять, чтобы отвлечь внимание на себя.

Улитки, пыхтя от напряжения, перетащили землянику на тропинку. Многоножки приблизились, как можно ближе к тропинке. В эту минуту окрестности Улиткограда огласились смехом и визгом. Компания подростков приблизилась к ловушке. Впереди, опережая других всего на один шаг, шел толстый мальчишка с небольшим рюкзаком, небрежно перевешанным через одно плечо. Он первым заметил землянику и кинулся на нее, как коршун на добычу. Рюкзак свалился с его плеча, когда он начал собирать разбросанные по земле веточки. Остальные даже не успели этого заметить, так как у них перед глазами замелькала бабочка. Она то выполняла немыслимые трюки в воздухе, то садилась кому-нибудь из них на нос и замирала на минуту, то начинала быстро кружиться вокруг головы. Мальчишки не смогли проигнорировать такого интересного явления. Они попытались поймать удивительную актрису. Но все их старания не увенчались успехом. Именно тогда, когда им казалось, что бабочка у них в руках, она взлетала вверх и насмешливо помахивала крылышками у них над головой. Раззадоренная детвора не отступала. Особо азартные поснимали рубашки и попытались ими, как сачками, поймать насмешницу. Но и это у них не получалось. Некоторое время Мармарина искренне наслаждалась игрой. Но в какую-то минуту она потеряла бдительность, и чуть было не угодила в один из таких "сачков". Бабочка, трепеща, поднялась повыше в воздух. К счастью, ей не пришлось больше рисковать своей жизнью, ибо в это время Жуйко дал отбой. Сороконожки и кивсяки, проявив невероятную прыть, спрятались в рюкзаке толстячка. Он, как раз успел быстро сорвать с веточек и запихнуть в рот найденные ягоды, так, что друзья даже не заметили его ухищрений. Раздосадованные неудачей в охоте на бабочку, мальчишки поспешили к озеру. Улитки, утомившись от столь бурной деятельности, решили хорошенько подкрепиться. Все разбрелись по разным уголкам. Жуйко удовлетворенно захрустел сочным листиком лопуха. Рядом на ромашке пристроилась Мармарина. Она тоже порядком устала. Ведь у ней с той злополучной минуты, когда она попала в сети к пауку, не было и капельки нектара во рту!

-Ха, ха, ха! - неожиданно проскрипел кто-то рядом с ними. Бабочка испуганно встрепенулась. "Уж не паук ли явился по ее душу?" - промелькнула у нее тревожная мысль. Жуйко тоже с любопытством озирался по сторонам. На первый взгляд рядом никого не было, но присмотревшись повнимательнее, они заметили на соседнем листике лопуха толстую зеленую гусеницу.

-Наблюдала я тут за вами все утро, - снова проскрипела гусеница, - сколько глупой суеты я давно уже не видала. Позабавили же вы меня! Я давно так не смеялась. Даже похудела, надрывая животик! Теперь придется с удвоенной силой жевать, чтобы восстановить жировой баланс, а то надо мной все гусеницы-подружки издеваться станут.

-Чем же мы тебя так насмешили? - удивился Жуйко.

-Да всем! Эти капризные сороконожки вас просто использовали. Ничего с ними не случилось бы. И кивсяки тоже хороши! Вечно идут на поводу у хищников-соседей! Но больше всего меня насмешили вы, красавица! - гусеница насмешливо посмотрела в сторону бабочки. - Так рисковать жизнью ради незнакомцев! Разве это не смешно?

-Вовсе нет! - обиделась Мармарина. - И не ради незнакомцев! Я помогала Жуйко, потому, что он спас меня от злого паука! Разве ты не слышала пословицу "Долг платежем красен"?

-Так ведь это человеческая пословица. А мы с тобой насекомые. - Гусеница снова развеселилась. - Хотя, что с тебя взять. Вы, бабочки, никчемные создания. Живете на свете всего 2 недели. И все это время в воздухе порхаете, силы тратите. Я вот уверена, что если бы вы по земле ползали, да кушали побольше, то и жили бы не 15 дней. Брали бы лучше пример с нас, гусениц! Нам никакой паук не страшен! Услышав эти речи, Мармарина звонко рассмеялась и даже крылышками замахала от восторга.

-Ну и глупая же ты! Пройдет немного времени, и ты сама превратишься в бабочку. Ох, даже не верится, что когда-то я была похожа на тебя.

-Все ты врешь! - возмутилась гусеница. - Я никогда не стану бабочкой, потому что не хочу этого. И уж если речь зашла о пословицах, то напомню тебе еще одну: "Рожденный ползать, летать не может!" Что на это скажешь? Ты ведь у нас любительница пословиц!

-Пословицы тоже ошибаются. Да и речь в ней не о бабочках и гусеницах, - парировала Мармарина. - Так и быть, расскажу тебе кое-что о нас, бабочках. Да, сейчас я беззаботно перелетаю с цветка на цветок и пью нектар. Но скоро я должна буду выполнить одно важное дело, ради которого я и появилась на свет. Я отложу яички на одном из этих аппетитных зеленых листочков. А из них вылупятся маленькие гусеницы, которые кинутся пожирать этот листик, предварительно скушав остатки яичек.

-Вот тут-то ты и прокололась! Не все листочки нам подходят для еды. И как же ты в этом случае собираешься определять вкус листика, если сама питаешься цветочным соком? Что ты на это скажешь? - И гусеница злорадно уставилась на Мармарину в ожидании ответа. Бабочка же совсем не смутилась.

-Мы определяем вкус зелени с помощью лапок! И поверь мне, никогда не ошибаемся. Но не перебивай меня! Я не собираюсь препираться с тобой целый день! Маленькие гусеницы очень быстро растут. Представь себе, что бывают и такие, которые за два дня увеличиваются в 80 000 раз!

-Не может быть! - удивился Жуйко. Гусеница же горделиво выгнула грудь. -Когда дело касается нас, гусениц, случается и не такое!

Мармарина насмешливо посмотрела на тщеславную собеседницу.

-А потом, когда ты вырастешь, ты превратишься в куколку. Из этого кокона ты выберешься уже не гусеницей, а бабочкой. Вот так-то!

Какой ужас! - простонала гусеница.- Ради чего мне преодолевать такие муки! Не хочу больше жить!- Она упала на бок и засучила лапками. Мармарина очень удивилась такому приступу горя.

-Ничего не понимаю! Почему ты так страдаешь? Летать так чудесно!

-Да, а рядом столько опасностей, - простонала гусеница. - Птички тоже летают. И, насколько мне известно, они большие любительницы полакомиться бабочками.

-Ну и мы не лыком шиты! - заявила Мармарина. - Посмотри на меня! У меня две головы. Одна фальшивая. Если птица схватит меня за голову, то откусит фальшивую, а я останусь на свободе. Так что не печалься понапрасну. Вот, послушай, я расскажу тебе свою историю. Я перенесла много напастей, но осталась жива. Сначала я тоже была гусеницей. Однажды я так объелась, что не удержалась на листке и упала. Мимо пробегал муравей. Я ничего не знала тогда об этих тружениках и испугалась. У него были такие страшные челюсти! Решив его задобрить, я поделилась с ним медом, который я, будучи гусеницей, могла выделять. Ты ведь тоже способна производить мед, не правда ли?

-Да, да, - проворчала гусеница. - Хватит мне доказывать, что ты - это я в прошлом. Я почти поверила. Рассказывай лучше, что было дальше, может быть мне это пригодится в будущем.

-Мед понравился муравью, и мы с ним подружились. Он рассказал мне о муравейнике и его устройстве. Наверное, тогда мне и пришла в голову чудесная мысль, как спокойно пережить время, пока я не превращусь в бабочку. Ведь я уже почувствовала, что скоро стану куколкой. Когда этот муравей ушел, я подобралась поближе к муравейнику и притворилась мертвой. Меня перетащили внутрь, в камеру с муравьиными личинками. Какое-то время я провела там, питаясь этими личинками, потом подвесилась к потолку и превратилась в куколку. А когда пришло мое время, я свалилась вниз, выкарабкалась из кокона, а затем спокойно покинула муравейник. Почувствовав свободу, я расправила крылья и отправилась покорять мир! Что скажешь? Разве не интересные приключения я пережила? Да и сегодняшний день меня не разочаровал. Было просто здорово! А это что так пахнет? - Бабочка подлетела к надкушенному яблоку, брошенному несколько дней назад одним из подростков. Яблоко было прошлогодним, сохранившимся еще с того лета у бабушки одного из мальчишек среди ее запасов. На вид оно было красивым, а вот на вкус оказалось каким-то вялым. Мальчишка надкусил его пару раз, да и бросил возле тропинки. Стояла жара, и яблоко стало быстро гнить, сок внутри его забродил. Именно этот аромат и привлек внимание бабочки. Мармарина запустила в пьянящую влагу свой хоботок.

-Вкусно, - как-то не очень внятно пробормотала она, на секунду оторвавшись от лакомства. Жуйко, почувствовав что-то неладное, тревожно посмотрел на приятельницу. Бабочка снова запустила хоботок в яблоко, но вскоре покачнулась и упала на землю. Лишь слегка трепещущие крылышки говорили о том, что бабочка не умерла, а только спит.

-Ну, я так и знала, что ей нельзя верить! - облегченно вздохнула гусеница. А ведь она была так убедительна. Я почти поверила ей. А все это оказалось фантазией пьянчужки! С этими словами гусеница с новой силой стала вгрызаться в лист лопуха.

Жуйко только покачал головой. Он не стал ни в чем разубеждать гусеницу. Придет время, и она сама узнает истину, если конечно, не станет ужином для какой-нибудь пичужки. Ведь птички с удовольствием питаются не только бабочками! Тут он задумался о несчастной бабочке. Она лежала на открытом месте и легко могла стать добычей птиц. Он подполз к Мармарине и растормошил ее.

-Не могу пошевелить и крылом! А ведь слышала, что забродивший сок может опьянять нас, бабочек. Думала, что со мной этого не случиться. И вот, пожалуйста! - заплетающимся языком лепетала Мармарина.

Жуйко предложил ей вскарабкаться ему на спину. Затем оттащил ее подальше от тропинки и спрятал под густыми листьями подорожника до тех пор, пока она не придет в себя и снова не сможет летать. После этого Жуйко набросился на еду, справедливо решив, что на сегодня он уже и так совершил немало добрых дел. Пора было и отдохнуть!


Глава пятнадцатая,

в которой Жуйко попадает в сети, расставленные Тартамусом и Серопудом.


Прошло несколько дней. Жизнь в Улиткограде текла своим чередом. Улитки, хотя и страдали от жары, не теряли надежды на скорый дождь, и это помогало им жить дальше. Вокруг было полно сочной зелени, так что не все было плохо. Даже можно было сказать, что все были довольны, за исключением Жуйко. Малыш привык жить более наполненной жизнью, и сонное бездействие просто выводило его из себя. У него была и еще одна причина для печали. Лиана, как и все красавицы, оказалась очень капризной. Еще недавно она была так добра и внимательна к нему! А сейчас даже Бакенбард может похвастаться лучшим к себе отношением с ее стороны! Жуйко сидел на листочке папоротника и громко вздыхал. Слизень Серопуд, давно наблюдавший за ним, подполз поближе.

-Да, Жуйко, я давно хотел тебя спросить, как ты себя чувствуешь? Что-то твой вид мне внушает опасения. Не заболел ли ты? - чересчур заботливым голосом спросил он. Жуйко удивился подобному вниманию со стороны слизня. До сих пор тот не выказывал никакого участия ни к кому из улиток. Характер у Серопуда был отвратительный. Злой и хитрый слизень всегда был тут как тут, чтобы сделать потихоньку гадость ближнему. Правда, поймать его на этом никак не удавалось. Обычно, Жуйко старался избегать разговоров со слизнем, но сегодня он был рад любому собеседнику.

-Спасибо, тебе Серопуд за внимание. Ты, похоже, единственный, кого интересует мое здоровье, - меланхолично ответил он. Убедившись, что Жуйко проглотил наживку, слизень весь затрепетал, предвкушая возможность отомстить за невнимание к себе.

-Нет, не только я заметил твое состояние! Еще вчера вечером я слышал, как Лиана...

-Лиана!? Что ты слышал? - От волнения у Жуйко даже язык стал заплетаться.

-Ну, она прогуливалась тут недалеко вместе с Бакенбардом. Расхваливала его стать и сравнивала с тобой. Сказала, что и раньше ты был весьма неказист, а тут совсем подурнел. - Слизень, словно в знак сочувствия, прикрыл глаза и стал внимательно наблюдать за несчастной жертвой сквозь маленькие щелочки. Жуйко совсем спал с лица.

-Так и сказала? - Да, именно так. И еще добавила, что раньше ты казался ей героем, но теперь она видит, что ты всего лишь обычная маленькая улитка.

-Что же мне делать? - в отчаянии воскликнул Жуйко. Видно, что у него и правда со здоровьем были нелады, если он прислушался к словам Серопуда, забыв, с кем имеет дело.

-Я бы советовал тебе поразить чем-то ее воображение. Помни, что она иностранка, прибыла к нам издалека, много повидала на своем пути. Это тебе не какая-нибудь местная улиточка. Здесь требуется особый подход!

-Я понимаю, - горячо воскликнул Жуйко. Но чем я могу ее поразить? Ты ведь сам знаешь, какая тихая жизнь в нашем Улиткограде! Серопуду внезапно пришла в голову мысль, заставившая его буквально затрепетать от восторга. Он давно лелеял надежду, что ненавистный ему Жуйко куда-нибудь исчезнет, а тут подворачивалась такая возможность!

-Послушай, друг! - издалека начал он. - Ты ведь сам понимаешь, что завоевать внимание такой красавицы, как Лиана, непросто. Нужно приложить некоторые усилия. Помнишь, с каким восторгом она рассказывала о своей жизни на винограднике? Лиана еще говорила, что виноградник находился недалеко от моря. Она никогда не видела моря, только слышала о нем. И еще чувствовала его запах, когда ветер дул с моря. Представляешь, каким героям ты станешь в ее глазах, если сможешь побывать там, где так и не смогла побывать она, несмотря на свои мечты.

-Но как я найду это море? Как докажу потом всем, что я его нашел?

-О, это совсем просто. Море - это огромная лужа, у которой не видно другого берега. И вода там соленая, об этом говорила Лиана. Тебе нужно найти такую лужу, попробовать на вкус воду и в доказательство принести кристаллик соли. Вот и все дела!

Жуйко задумался. Он понимал, что путешествие может оказаться долгим. Ведь Лиана говорила, что прибыла издалека. А, если так, успеет ли он вернуться к зиме, да и вообще, многое может произойти за это время. Не окажется ли это путешествие напрасным. Почувствовав его сомнения, Серопуд снова подал голос.

-Решать, конечно, тебе. Но я думаю, других шансов покорить сердце Лианы у тебя больше не будет. Эти слова коварного слизня подстегнули Жуйко. Он тут же заявил, что немедленно отправится в дорогу, вот только узнает, в какую сторону идти.

-Нет проблем, уважаемый! Если загвоздка только в этом, то я смогу тебе помочь, - раздался откуда-то сверху хрипловатый голос. Жуйко поднял голову и увидел Тартамуса. Паук раскачивался на тоненькой паутинке прямо над ним. Его ухмылка показалась Жуйко несколько зловещей, и хотя паук очень старался принять добродушный вид, выглядел он как настоящий злодей. Жуйко опустил голову, испугавшись, что паук прочтет по глазам его мысли. Поэтому-то он и не заметил, как хитрый слизень и Тартамус заговорщицки переглянулись. Серопуд подмигнул пауку и быстро затараторил.

-Ну, вот и прекрасно. Просто замечательно получается. Да ты просто в сорочке родился. Не успел подумать о том, как бы узнать дорогу к морю, как тут же нашел того, кто может тебе помочь. В восьми глазах Тартамуса молнией промелькнула ненависть, а его ухмылка стала еще шире и зловещей. Интриган слизень еще вчера вечером рассказал пауку об участии Жуйко в освобождении бабочки. Тартамус пришел в ярость и поклялся уничтожить ненавистную улитку. Оставалось только придумать подходящий план. Серопуд обещал пауку помочь устранить Жуйко. С этой целью он и завел с ним сегодня разговор о море, не надеясь, впрочем, на особый успех. Сам-то он ни за какие коврижки бы не отправился даже на соседнюю с Улиткоградом ромашковую поляну. Однако, реакция Жуйко оказалась обнадеживающей. Да и Тартамус подоспел вовремя. Паук собирался указать Жуйко дорогу прямо в новое логово крота, надеясь, что там он встретит свою смерть. Серопуд же, принимая участие в этом заговоре, даже не задумывался о дальнейшей участи Жуйко. Успехи маленькой улитки так раздражали бездарного слизня, что ему хотелось только одного: чтобы источник его неприязни исчез из Улиткограда раз и навсегда. Именно поэтому он с такой радостью пообещал Тартамусу свою помощь.

Жуйко все еще колебался. Что-то внутри него подсказывало, что пауку нельзя доверять, как, впрочем, и слизню. Но именно то, что они действовали совместно, говорило, как ни странно, в их пользу. Просто невозможно было поверить в возможность заговора между Тартамусом и Серопудом. Поэтому Жуйко решил не терять больше времени и довериться пауку. Заговорщики так обрадовались легкой победе, что даже не попытались скрыть свою радость. Вздох облегчения пронесся над поляной. Улыбки сообщников стали такими приторно-сладкими, что даже подслеповатая старуха Ракушнячка заметила бы их неискренность. Но Жуйко упорно не видел никаких странностей в поведении слизня и паука. Его мысли были заняты только Лианой и предстоящим путешествием. Меж тем паук начал подробно описывать дорогу к норке крота. Серопуд повторял за ним каждое слово, опасаясь, что с одного раза Жуйко не запомнит. Как только прозвучали последние напутствия, Жуйко, не прощаясь с улиткоградцами, отправился в дорогу.


Глава шестнадцатая,

в которой рассказывается о том, как жители Улиткограда отреагировали на исчезновение Жуйко.


Прошло некоторое время, прежде чем улиткоградцы заметили исчезновение Жуйко. Сначала забеспокоился Ракитон. Он привык проводить с другом в совместных беседах большую часть дня, а тут не видел его с самого утра. Он поинтересовался у Лианы, не встречала ли она Жуйко, но получил отрицательный ответ. Тогда-то он и начал волноваться. Ракитон опросил всех улиток, но везде получал один и тот же ответ. Хитрый Серопуд молчал, так как понимал, что не в его интересах открывать истину. Но долго гадать о том, куда подевался знаменитый улиткоградец, не пришлось. Новости принесла вездесущая Ракушнячка. Путь Жуйко проходил через ромашковую поляну, где он встретил своего старого приятеля Казмика. Жуйко рассказал ему о своем путешествии, а кузнечик поделился новостью с муравьями-стражниками Осей и Босей. Бравиус простил их после возвращения стада тлей. Они теперь снова исправно несли службу недалеко от муравейника. Только вот жизнь у них была несколько скучновата. Ося с Босей любили почесать языками, а с тлями особого разговора не получалось. Страшно тупые создания эти тли! Для них весь смысл жизни заключался в еде. Даже если на стадо нападали личинки и начинали поедать тлей, то соседи продолжали спокойно пожирать зеленые листочки, не испытывая никакого страха. Вот есть такая пословица: "Перед смертью не надышишься", то есть не успеешь что-то сделать. А вот тли пытались! Они пытались наесться! Ося с Босей в последнее время так ретиво отгоняли всяких личинок от стада, что вот уже несколько дней никто не пытался покушаться на численность тлей. Так что жизнь несчастных стражников стала еще спокойней, а вместе с тем еще скучней. Поэтому они очень обрадовались обществу Казмика. Кузнечик всегда приносил им свежие новости. Вот и сейчас он не обманул их ожидания.

-Потрясающая новость! Жуйко отправился искать воду.

-А зачем? Муравьи страшно изумились. Услышав их вопрос, Казмик слегка растерялся. Дело в том, что он и сам не понял толком, куда и зачем отправился его друг. Кузнечик не знал, что такое море, но в ходе беседы с Жуйко выяснил, что это место, где есть много воды. Вот он и решил, что улитка отправилась за водой. Ему это показалось страшно логичным. Ведь он знал, как улиткоградцы страдают от жары, знал и то, что Жуйко всегда спешит всем на помощь. Что же тут удивительного, что он решил принести согражданам немного воды? Муравьи еще больше удивились этому объяснению. Даже если Жуйко отыщет воду, то, как он собирается доставить ее в Улиткоград? Однако, Казмика подобные вопросы не могли сбить с толку. Сообщив муравьям, что Жуйко что-нибудь обязательно придумает, легкомысленный кузнечик ускакал прочь. К вечеру Ося с Босей рассказали новость, слегка приукрасив ее, Бравиусу, пришедшему к ним с проверкой.

-Утром мимо нас прошел Жуйко. Улитки совсем пропадают без воды. Многие уже погибли. Жуйко ушел из Улиткограда навсегда. Сказал, что может быть ему посчастливиться, и он найдет воду, тогда сможет уцелеть. Если же нет, то и его ждет мучительная смерть. Бравиус сочувственно покрутил головой и пошевелил усами. На обратном пути он встретил Казмика, отрабатывающего прыжки в длину возле старого пня.

-У нас скоро соревнования по прыжкам. Приходится много тренироваться,- объяснил кузнечик.

-Слышал новость? - поинтересовался Бравиус. -Улитки все вымерли. Спасся один Жуйко, но ему пришлось покинуть родные края. "Слишком много воспоминаний", - сказал он мне на прощание.

-Вот как! - удивился кузнечик. Значит, он не смог достать воду. Жаль беднягу! Он был хорошим соседом, - и Казмик вернулся к своим прыжкам. Эту беседу случайно услышала Мармарина. Она как раз лакомилась нектаром, который извлекала длинным хоботком из синего колокольчика.

-Вот ужас-то!- прошептала бабочка. - Надо сообщить печальную новость друзьям и родственникам погибщего. Тут она заметила Ракушнячку, медленно ползущую в сторону Улиткограда. Старушка заблудилась утром в 3-х папоротниках. Что и говорить "Старость не радость"! К счастью, она наконец-то отыскала дорогу к дому, и теперь устало двигалась к родным пенатам.

-Эй, голубушка! - окликнула ее бабочка. - Передай своим собратьям, что Жуйко заблудился в чаще и погиб от жажды. Новость чрезвычайно взволновала Ракушнячку. Дело в том, что она не расслышала всех слов. До нее донеслись только 2 слова "погиб в чаще" и еще имя Жуйко. Проявив невероятную прыть, она устремилась в город, чтобы ошеломить сограждан страшной новостью.

-Жуйко отправился в чащу, чтобы сразиться с нашим общим врагом ужом и встретил там свою смерть. Но это еще не все. Атака Жуйко страшно разозлила ужа, и он поклялся отомстить всем улиткам. Сейчас он ползет в сторону Улиткограда. Спасайся, кто может! Улитки в испуге заметались по Улиткограду. Некоторые стали зарываться в мох, другие прятались под корягами. Поступок Жуйко осудили все. Уж был их давний недруг. Он им страшно досаждал в начале весны. Но с приездом школьников в лесу стало многолюдно, и уж перебрался подальше в чащу. Улиткоградцы зажили спокойной жизнью, особенно после того, как избавились еще и от общества крота. Зачем только понадобилось Жуйко дразнить ужа и нарываться на беду? - спрашивали они друг друга.

-А он все в герои метил!- объяснил его поступок Бакенбард. - Он же ни дня не мог провести без подвига. А вы все потворствовали ему в этом. Особенно наш поэт!- Бакенбард злобно посмотрел на Коломбоньо. Это и его вина тоже. Он забил Жуйко голову своими хвалебными стихами. Небось, обо мне ни одного вирша не сочинил. А я от крота вас всех спас! -Бакенбард обижено засопел и ехидно процитировал: "спас улитку, спас жука, многоножку, кивсяка". Только вчера наш стихотворец распевал эту оду на площади. А сегодня, вдохновленный его песнями герой отправился совершать новый подвиг. Я предлагаю скормить ужу этого рифмоплета. Авось тот удовольствуется этим угощением и уберется восвояси. Услышав подобное предложение, несчастный Коломбоньо весь съежился. Ему показалось, что все жители Улиткограда осуждают его, особенно после того, как Серопуд поддержал Бакенбарда. Сначала слизень несколько удивился, услышав принесенную Ракушнячкой новость. Он-то знал, что Жуйко должен был встретиться не с ужом, а с кротом. Но, в конце концов, какая разница, отчего тот погиб, - философски подумал Серопуд, - главное, что он больше не будет мельтешить перед глазами со своим геройством и вечной доброжелательностью. Его размышления прервал Лабиринт.

-Конечно, Жуйко поступил неразумно. Но он был хорошим товарищем. Мы не должны ругать его, особенно теперь, когда он погиб. И отдавать на ужин ужу мы тоже никого не будем. Попробуем затаиться на время. Может быть, наш враг нас не найдет и снова уйдет в чащу. Улитки так и поступили. Они спрятались, закупорились пневмофрагмой, и на несколько дней в Улиткограде установилась полная тишина. Постепенно паника улеглась, улитки захотели есть. Они одна за другой, начали осторожно высовываться наружу. И вскоре город зажил своей обычной, размеренной жизнью.


Глава семнадцатая,

в которой рассказывается о путешествии Жуйко.


Не подозревая о шуме, произведенным его уходом, Жуйко продолжал свое путешествие. После встречи с Казмиком он устремился вглубь чащи. Постепенно тропинка становилась все менее различимой. Сразу становилось понятно, что по ней мало ходили. Продвигаться вперед стало сложней, ведь теперь приходилось преодолевать различные препятствия: то разбросанные сухие ветки, то поваленные деревья, то с трудом продираться сквозь заросли густой разросшейся травы. Жуйко так устал, что в голове у него все перепуталось. Когда он добрался до первого ориентира, указанного пауком - кривой сосны, наклонившейся над тропинкой, -он уже не мог вспомнить, куда ему поворачивать: направо или налево. Тропинка продолжала вести прямо, но Жуйко твердо помнил, что в этом месте он должен свернуть. Но куда? В замешательстве он огляделся по сторонам и попытался вспомнить в деталях разговор, надеясь, что всплывет что-нибудь, что поможет ему продолжить путь. Но в памяти не всплывало ничего. Весьма некстати он припомнил злющие глаза Тартамуса и поежился. В голове снова промелькнула мысль о том, что пауку не следовало бы доверять. Жуйко тут же прогнал эту мысль и сразу же вспомнил, как в ходе беседы с Тартамусом, он тоже подумал об этом, как раз тогда, когда паук объяснял, куда поворачивать. Серопуд еще повторил за ним: налево, дружочек, смотри, не забудь. Обрадованный Жуйко собрался продолжить путь, но его остановило какое-то кряхтение. Он осмотрелся и увидел свою подружку Луковку. Божья коровка запуталась в траве и никак не могла выбраться на поверхность

-Подожди немного, я тебе помогу. - Жуйко приподнял рожками толстую травинку, и Луковка наконец-то смогла выбраться из травяной ловушки.

-Сама не пойму, как я туда попала. Я свалилась с ветки в траву прямо на спину и пока барахталась, пытаясь выбраться, только запуталась в траве.

-А что ты вообще делаешь в этой чаще?

-Ищу грибного жука. Ты его случайно не видел?

-Даже и не слышал о нем ничего. Как он выглядит?

-Этот обманщик притворяется мной. С такими же симпатичными пятнышками. Этот камуфляж позволяет ему выжить в нашем опасном мире. Мы, божьи коровки, очень умные создания. Еще в незапамятные времена мы придумали, как нам спастись от разных хищников. И придумали. Мы не только выделяем отвратительную жидкость, но и на вкус несъедобны. Никто не отважится, находясь в здравом уме, полакомиться божьей коровкой! А грибные жуки не отличаются такими способностями. Вот они и придумали такой же окрас. Маскируются под нас. Долгое время мы не имели ничего против этого. Но недавно я узнала, что некий грибной жук, по имени Грибник Жора, родом из этих мест, стал появляться недалеко от куста шиповника, где я обитаю в домике, устроенном из засохших листиков.

-Что же в этом плохого? - удивился Жуйко. - Вы могли бы с ним подружиться!

-Как что плохого? - взвизгнула Луковка. -Ты же знаешь, как я люблю лакомиться тлями. Я делала небольшие налеты на стадо тлей, охраняемое Босей и Осей. И мне все сходило с рук. Эти лентяи меня даже не заметили не разу. А недавно я отложила яички неподалеку от выпаса стада, на соседних листочках. На днях появились первые личинки и тоже принялись лакомиться тлями. Я научила их быть осторожными. И что ты думаешь? Этот Грибник Жора испортил мне все. Он так часто мелькал в окрестностях муравейника, что его заметил каждый муравей. Поэтому, когда Бравиус отметил резко снизившееся поголовье тлей, встал вопрос о причинах этого явления. Что и говорить, все муравьи, как один, вспомнили примелькавшуюся им божью коровку. Они бросились искать, нашли моих деточек-личинок и уничтожили их. Я еле спаслась, перевернулась на спину- мы всегда так делаем в минуту опасности- и притворилась мертвой. Только поэтому меня оставили в покое. А теперь я хочу найти этого негодяя и заставить его прекратить свои штучки. Вид у Луковки был очень воинственный, сразу становилось понятно, что с ней шутки будут плохи. Жуйко в ходе беседы с ней опять забыл, куда ему поворачивать. Заметив, что божья коровка распрямила крылышки и собралась улетать, он поспешно обратился к ней с вопросом о дороге к морю. Луковка поклялась ему, что никогда не слышала о море и не видела ничего похожего на него в своих передвижениях. Жуйко расстроился, но неожиданно в его памяти опять всплыли слова Серопуда. Обрадовавшись, он попрощался с Луковкой, развернулся и бодро пополз налево. Он вспомнил слова Тартамуса: "Как свернешь с тропинки и проползешь двадцать десятков паучьих миль, увидишь тоннель. Заползай смело внутрь, на другом конце тоннеля будет море". Жуйко тогда еще спросил, сколько в улитках составит 1 паучья миля. И выяснил, что 1 паучья миля равняется 1 улитке. Это очень обрадовало Жуйко, так как со счетом у него дела обстояли неважно, и ему было бы трудно переводить паучьи мили в улиток. Внезапно перед его глазами возник тоннель. Из него тянуло сыростью и еще каким-то странно знакомым и тревожным запахом. Пересилив себя, Жуйко собрался заползти внутрь, но был остановлен Луковкой, пролетавшей у него над головой.

-Эй, что ты собираешься делать? Это ведь нора крота!

-О, ужас! Я опять все перепутал! - Жуйко поспешно пополз в обратную сторону.

-А с чего ты решил, что эта дорога ведет к морю?- полюбопытствовала Луковка.

-Тартамус подсказал. Он поклялся, что хорошо знает дорогу.

-Нашел кому верить! Да этот паук дальше ромашковой поляны носа не высовывал! - Луковка засмеялась, перевернулась в воздухе и умчалась прочь. Жуйко содрогнулся, представив, что было бы с ним, попадись он в лапы кроту. Вернувшись к кривой сосне, он задумался о том, стоит ли продолжать идти дальше. Он поверил Луковке. Теперь он и сам удивлялся, как смог довериться этому злодею. А слизень-то хорош! - подумал Жуйко. Для него не осталось секретом, что тот действовал заодно с пауком. "Но что же делать дальше? Ведь я не знаю дорогу к морю. Стоит ли пытаться найти его?" - эти вопросы не давали Жуйко покоя. На долю секунды у него появилось искушение вернуться обратно. Но он тут же пересилил себя.

-Я должен хотя бы попытаться отыскать море! - с этими словами он пополз дальше по тропинке.


Глава восемнадцатая,

в которой Жуйко наконец-то достигает цели своего путешествия.


Жуйко все полз и полз по тропинке, которой, казалось бы, не будет конца. Но все когда - нибудь кончается. Наш маленький герой знал это твердо. Даже такая долгая тропинка должна куда-то привести его. А может быть, ему повезет, и он встретит того, кто укажет ему дорогу к морю? Чем дальше Жуйко уползал от своего дома, тем больше верил в такую возможность. "Теперь я нахожусь совсем близко от моря! - радостно думал он. Я уже чувствую необычные запахи. Что это, как не запах волн?" Непривычный запах усиливался, из чего Жуйко заключил, что он приближается к морскому берегу. На радостях, что его путешествие движется к концу, маленькая улитка прибавила ходу. Впереди показался просвет между деревьями. Еще немного, и он выполз на большую поляну. Вдалеке виднелся бревенчатый дом. Перед ним расположилась веселая компания людей. Некоторые сидели на деревянной лавочке перед грубо сколоченным дощатым столом и что-то резали большими ножами. Другие склонились над огнем, разведенным в железной коробке, и переворачивали мясо, нанизанное на тонкие железные палочки. При этом они поливали его какой-то жидкостью из бутылочки. Еще один странный человечек раскачивался в огромной сетке, натянутой между деревьями и, перебирая струны какого-то инструмента, тихо напевал себе под нос песенку. Конечно же, Жуйко удалось не все это рассмотреть, так как у улиток плохое зрение. Да и не все ему было понятно в происходящем. Это мы бы с вами сразу же догадались бы, что к леснику приехали гости. Именно они сейчас жарили шашлыки, резали салаты. А любитель песен играл на гитаре, уютно устроившись в гамаке. Жуйко всего этого не знал, да это ему было и неинтересно. Он искал море, а вся развернувшаяся перед ним картина хорошо вписывалась в ту информацию, которую он получил о море от Лианы. Та рассказывала о необычном запахе. Странный запах был! Правда, это пахло не море, а шашлыки, но ведь Жуйко об этом не мог знать. Еще Лиана говорила, что на побережье люди строят дома и приезжают туда большими компаниями развлекаться и плавать. Дом был, компания была перед ним, и она явно развлекалась! Оставалась найти само море. Но за этим дело не станет. "Море-это большая вода. В ней купаются люди. Она соленая на вкус. А еще море синего цвета", - как заклинание повторил Жуйко. Он стал нервно оглядываться по сторонам. Внезапно вдалеке раздался детский смех. Жуйко напряг зрение. Почти рядом с домом в синем надувном бассейне плескалась девочка. Она зачерпнула пригоршню воды и подбросила ее в воздух. Капли, как бриллианты, сверкнули на солнце. "Вот оно, море!" - блаженно вздохнул Жуйко. И не удивляйтесь его ошибке! Конечно же, маленькой улитке, даже небольшой надувной бассейн может показаться бескрайним морем. "Остается проверить, соленое ли оно", - вздохнул про себя Жуйко. Расстояние до моря казалось ему огромным. Ему хотелось поскорее вернуться домой. Но уж так Жуйко был устроен. Без доказательств вернуться он не мог. Поэтому, преодолевая препятствия, через заросли травы, он медленно пополз на плещущиеся звуки. Он был уже недалеко от бассейна, когда увидел перед собой большую лужу. На самом деле, это нельзя было назвать и лужей. Просто папа маленькой девочки, таская воду для бассейна из колодца, расплескал ее немного по дороге. Жуйко задумался. "Я помню, Лиана говорила, что на море иногда поднимаются большие волны и тогда оно немного выходит из берегов. Это называется шторм. Опасно в эту минуту оказаться рядом с разбушевавшейся стихией. Особенно такой маленькой улитке, как я!" - пронеслось у него в голове. - "Но что же делать? Как раздобыть доказательство?" Он попробовал воду. Как ни покажется вам это удивительным, но вода оказалась действительно соленой! Вот такие дела! А самым главным чудом было то, что прямо у воды лежали белые кристаллики соли! Жуйко осторожно взял один из них в рот и, удовлетворенно вздохнув, пополз в обратную сторону.

Вижу, что вы задумались о том, как такое возможно. Не верите, что вода была соленой? Думаете, что Жуйко ошибся, и прихватил кое-что другое вместо соли? Как бы не так! Это была действительно соль. И, чтобы не было больше сомнений в этом, расскажу, откуда она взялась. Собственно, никакого секрета в этом нет. Просто мама маленькой девочки, купающейся в бассейне, рассыпала немного соли, когда вынесла ее из кухни для приготовления салата. Соль случайно попала в воду, которую расплескал папа маленькой девочки, когда носил воду для бассейна. От растворившейся в воде соли вода приобрела соленый вкус. А некоторые кристаллы упали в траву. Один из этих кристаллов уносил сейчас гордый и довольный собой Жуйко, чтобы поразить прямо в сердце неприступную красавицу Лиану.

Глава девятнадцатая,

в которой речь пойдет о венке для победителя.


Не будем утомлять вас рассказом о возвращении Жуйко домой. Тем более, что по дороге с ним ничего интересного не произошло. Обратный путь был долгим и очень утомительным. Ведь малютке улитке приходилось не только преодолевать огромное расстояние. Он должен был еще нести во рту кристаллик соли! А различные препятствия на тропинке в виде поваленных веток и густых зарослей травы! Для Жуйко это было равносильно прорыву через непроходимые джунгли. Но вот, наконец, впереди показалась ромашковая поляна. Жуйко догадался, что его путешествие приближается к концу. Он решил немного передохнуть, чтобы появиться в Улиткограде полным достоинства, а, не пыхтя, как паровоз. Пристроившись в тени шиповника, малыш положил рядом свою ношу и удовлетворенно захрустел сочными листиками. Неожиданно сверху раздался скрипучий голос.

-Так, так, так, - вот, значит, как мы море-то ищем! От еды оторваться не можем!

Жуйко поднял вверх голову и увидел Тартамуса, злобно щурившего сразу восемь глаз. От этого зрелища даже у нашего храбреца перехватило дыхание. И он, в который уже раз удивился, как мог так слепо довериться пауку. Тартамус, между тем, медленно перебирая лапами, стал приближаться к Жуйко. Неизвестно, что он собирался сделать, ведь никакого вреда улитке он причинить не смог бы. Но этого мы уже никогда не узнаем. Как только Тартамус выполз на самый край ветки шиповника, нависающей над Жуйко, он оказался на самом освещенном участке. И это не было оставлено без внимания удодом, подыскивавшем в эту минуту пищу для своих деток. Жирненький паучок был для него лакомым деликатесом, посланным самой судьбой. Один миг - и от Тартамуса не осталось на ветке ничего, кроме его паутины. Это был, конечно же, настоящий шедевр, который, как это часто случается в жизни, пережил своего создателя.

Потрясенный всем увиденным, Жуйко решил не искушать больше судьбу и продолжить путь. Он прихватил свой груз и медленно пополз в сторону Улиткограда. Но, если он думал, что его приход будет сюрпризом для сограждан, то глубоко ошибался. Свидетелем его возвращения оказалась бабочка Мармарина. Она весело порхала над ромашковой поляной, пока не заметила удода. Тогда она отлетела на дальнее расстояние, решив переждать некоторое время, пока птица не вернется в свое гнездо. Не прошла мимо ее внимания сцена возле куста шиповника. Бабочка возликовала, увидев гибель своего врага. Она, конечно, не могла слышать того, о чем говорил паук с улиткой. Но, зная Жуйко, предположила, что тот каким-то образом выманил паука на освещенный участок, устроив для него ловушку. Обрадовавшись, что может первой рассказать о новом подвиге Жуйко, она поспешила в Улиткоград.

Встречать героя вышли все улиткоградцы во главе с Лабиринтом. Они успели даже подготовиться к этой встрече. Как раз накануне Лабиринт рассказывал согражданам, что он слышал, как люди приветствовали своих героев, увенчивая их головы венком из лавровых листьев. Эта информация вызвала неожиданный интерес и бурное обсуждение. Сначала всех заинтересовал сам лавр.

-Послушай, Лабиринт, а что это за штука такая - лавр? - полюбопытствовал Помирфоль. Не успел Лабиринт, однако, и рот открыть, как в разговор вмешалась Лиана.

- Растение какое-то. Наверное, вкусное. Я слышала, что его листья люди бросают в свою еду.

-А почему венки были обязательно лавровыми? - поинтересовалась Радуница.

-Это вечнозеленое дерево, - недовольно посмотрев в сторону Лианы, промолвил Лабиринт. - Венок из него будет тоже вечнозеленым, что говорит о том, что слава не померкнет, а значит и память о герое будет жить вечно.

-И для желудка полезно. Проголодался, съел листик - и полный порядок, - развеселилась Смешинка. Лабиринт тяжело вздохнул. Он никак не ожидал, что его возвышенные слова о славе можно истолковать столь приземлено.

Услышав о возвращении Жуйко, улитки внезапно вспомнили вчерашний разговор.

-Вот, люди умеют встречать героев, - первым начал разговор Ракитон, - а чем мы их хуже?

-Дак- то героев, а мы кого встречать будем? - всполошился Бакенбард. -Что-то я, кроме себя, героев не вижу. А меня встречать не надо, я не брожу по свету, я всегда рядом.

-Верно, друг мой, очень правильные слова ты сейчас произнес, - поддержал Бакенбарда слизень Серопуд. - Ну, подумайте сами, какой из Жуйко герой? Одна суета, скажу я вам!

-А вот и неправда, - раздались дружные голоса защитников Жуйко, - Он настоящий герой, и мы должны его достойно встретить!

-А где вы лавр раздобудете? - ехидно поинтересовался Серопуд.

-И как из него веночек сделаете, ведь рук у нас, улиток, не имеется, в отличие от людей.

-Можно из елок сделать. Дерево тоже вечнозеленое, - задумчиво промолвил Лабиринт.

-Вот, вот, - раз лавра нет, то делайте из елок! Только выбирайте те, что поколючее будут, чтоб он не зазнавался слишком, - пробурчал Бакенбард.

-Не нужен нам лавр. Мы не знаем, какой он на вкус. Может Жуйко он и не понравится, - вступила в разговор Лиана, - да и елки ему тоже вряд ли понравятся! Она ужасно устала от прилипчивого внимания Бакенбарда. Глупый и самодовольный поклонник только раздражал ее. Она мечтала о том, чтобы Жуйко поскорее вернулся домой. Теперь уже она жалела о том, что была холодна с ним последнее время перед его исчезновением.

-А я знаю, что любит Жуйко, - хихикнула Смешинка. - Всем растениям в лесу он предпочитает хвощи. Такой у него вкус! Только хвощи сейчас в Улиткограде редко встречаются. За ними надо далеко идти по дороге к озеру.

-Не беда! Отправимся прямо сейчас! - вдохновился Ракитон. - А ты, Мармарина, слетай к муравьям, расскажи им все, и попроси о помощи. Без них мы венок не сплетем.

Вот так и получилось, что, когда усталый Жуйко появился перед согражданами, его ждал приятный сюрприз: огромный венок из хвощей, кое-как связанный травинками. А встречать его вышли не только жители Улиткограда, но и все его друзья: муравьи из соседнего муравейника, семья навозных жуков, дождевой червяк Коловратик и, конечно же, красавица - бабочка Мармарина. С восторгом слушали они рассказы Жуйко о путешествии, изумляясь его храбрости. Каждый стремился, хоть разок лизнуть кристаллик соли и, закрыв глаза, представить себе это удивительное море, услышав в привычном шуме леса тревожный рокот волн. И как ни странно, многим это удавалось. Одним из таких счастливцев оказался Коломбоньо. И удивляться тут нечему. Ведь у поэтов всегда бывает богатое воображение. В порыве счастья он тут же выдал новое творение, прославляющее подвиги славного соотечественника.

Дорогу к морю нам герой открыл,

И этим новый подвиг совершил.

Увы, здесь нет того, кто б, полный сил,

Нам этот подвиг снова б повторил.

Пока улитки расточали комплименты поэту, позеленевший от расстройства Бакенбард, бормотал себе под нос проклятья в его адрес. Правда, нашлись у него единомышленники, которые поддержали его в этом.

-Крепись, друг, - проникновенно, но очень тихо сказал ему Серопуд. Слизень очень боялся, что его могут услышать и это повредит ему в глазах улиток. Сначала он опасался, что Жуйко раскроет его заговор с Тартамусом. Но ему удалось предвосхитить негодование сограждан по этому поводу. Как только речь зашла о коварстве паука, хитрый слизень тотчас же осыпал того проклятьями. Он заверил улиткоградцев в своей непричастности к заговору. Серопуд знал, что после смерти Тартамуса, опровергнуть его слова будет непросто. Когда эта опасность минула, Серопуд решил поддержать Бакенбарда, надеясь, что сможет в дальнейшем использовать того в своих целях. Но открыто встать на сторону опального "героя" он не решился. Усатка была смелее.

-Ах, какая несправедливость повсюду! Это вас должен был каждый день прославлять этот презренный Коломбоньо. А у него не нашлось ни одной рифмованной строчки для подлинного героя! Усатка не догадывалась, что, подчеркивая пренебрежение Коломбоньо к Бакенбарду, она только вызывает раздражение у своего любимца. Бакенбард решил покинуть поляну, чтобы не слышать новых восхвалений в адрес Жуйко. Но тут случилось нечто, объединившее всех улиток и их друзей и заставившее их мобилизовать все свои силы на борьбу с ужасной опасностью. Из под земли с криком: "Крот возвращается! Он уже приближается к ромашковой поляне!" выскочил Коловратик.


Глава двадцатая,

которая рассказывает о славной битве с кротом.


Обычно уравновешенного и меланхоличного дождевого червя было не узнать. Каждый сегмент его толстенького розового тельца дрожал.

-Конец спокойной жизни! - беспрерывно восклицал он. - Да и всем нам конец.

-С чего ты взял, что крот возвращается? - трепеща от ужаса, спросила Усатка.

-Я чуть не столкнулся с ним в одном из подземных коридоров. Мне еще повезло, что произошел небольшой обвал почвы, и крот двинулся обходным путем. Ему придется рыть новый тоннель, а это будет нелегко, ведь земля сейчас очень затвердела без дождя.

-Значит, у нас есть немного времени на то, чтобы подготовиться к встрече! - воскликнул Жуйко. Он был окрылен своими успехами, опьянен радостной встречей и поэтому полон отваги.

-Ну, пусть у нас есть лишний часок. Что мы сможем предпринять за это время? - уныло поинтересовался Помирфоль. - Единственное, что мы можем, это найти место поукромнее, чтобы спрятаться, или забраться на ветку повыше, чтобы злодей не смог до нас добраться. Серопуд, услышав эти слова, решил не ждать больше ни минуты, а попробовать найти новое место обитания, более спокойное. Он потихоньку отполз в сторону и быстро скрылся в зеленой траве. С тех пор его никто не видел. Да никто особо о нем и не тревожился, ведь кроме неприятностей от него ничего никогда и не ждали.

Жуйко между тем что-то тихо прошептал на ухо Мармарине, и бабочка тут же, взмахнув красивыми крыльями, упорхнула с поляны. Затем он пошептался с Казмиком, после чего кузнечик быстро умчался в сторону муравейника.

-А теперь, братцы, пора приниматься за дело. Нам нужно перегрызть несколько гибких и прочных травинок. Муравьи помогут нам сплести что-то вроде веревки. Мы попробуем сделать свою рогатку! Травяную веревку мы натянем между этих двух толстых лопухов, оттянем ее, положив посередине тяжелый предмет и, когда крот подойдет поближе, отпустим. Я думаю, после этого нового удара крот уже не вернется!

-В твоем предложении много здравого смысла, - поддержал Жуйко Лабиринт.- Но где мы возьмем тяжелый предмет?

Жуйко выразительно посмотрел в сторону Бакенбарда.

-Я??? - Да ты с ума сошел!- от страха став сизым, возмутился Бакенбард. - Чтоб я первым попал на обед к разбойнику кроту? Это ты хорошо придумал! Думаешь, что, закусив мной, крот насытится и у тебя появится новая передышка? А почему в качестве тяжелого предмета не может быть камень? Возьми мой, а лучше свой!

-Мы не сможем держать камень, у нас нет рук. А ты сможешь сам удержаться на веревке и отцепиться от нее по нашей команде. Да и камни наши не так велики, чтобы нагнать страху на крота. Их удары не будут ощутимы для него! Они будут для него как дружеское похлопывание.

-Забудь про это! - злобно прошипел Бакенбард. - Прицепиться, отцепиться! Нашел гимнаста!

-Я могу попробовать вместо Бакенбарда! - вмешалась в их разговор Лиана. - Я почти такая же крупная, как он.

Жуйко с гордостью и нежностью посмотрел на подругу. Улитки расползлись в разные стороны, выискивая траву поэластичнее. Ведь для того, чтобы рогатка действовала, нужно было, чтобы веревка могла натягиваться. Пока все были заняты работой, к Бакенбарду, перетирающему своей теркой толстую травинку, тихо подкралась Усатка.

-Дорогой друг!- горячо выкрикнула она ему прямо в ухо, так, что тот даже подпрыгнул от неожиданности. Бакенбард хотел было обругать назойливую подружку, но не успел, так как та разразилась целой тирадой. Она стрекотала так быстро, что Бакенбард не мог вставить ни слова. Но постепенно до него стал доходить смысл ее высказываний.

-Если у Жуйко все получится, как он задумал, то вся слава снова достанется ему и этой противной иностранке. А ты, наш герой, останешься ни с чем. Над тобой будут все смеяться!

-Ну, а если у него ничего не получится? Тогда все будут смеяться надо мной, добровольно отправившемуся в рот к кроту.

-Не думай о неудаче! Над героями не смеются! О твоем подвиге будут рассказывать потомки!

-Какое мне дело до потомков! Меня больше интересует моя жизнь, нежели мифическая посмертная слава!

-Как я ошибалась в тебе! - с горечью прошептала Усатка. Понурив голову, она отползла подальше от своего трусливого "героя". Бакенбард ошеломленно смотрел ей вслед. Невольно его посетила мысль, что если даже Усатка отступится от него, то в случае успеха плана Жуйко, ему придется несладко. И без того его авторитет среди сограждан сильно пошатнулся, а теперь и вовсе плохо придется. Он с горечью признал правоту Усатки. Подхватив собранную траву, он отправился на поиски Жуйко. Тот уже инструктировал муравьев. Положив траву в общую кучу, Бакенбард обратился к своему бывшему соседу.

-Послушай, я тут подумал и решил, что одного выстрела будет недостаточно. Мы ведь можем и промахнуться! Я готов предложить для второго заряда свою кандидатуру. Думаю, что так будет надежней. Один выстрел за другим, и крот не выдержит такой атаки.

-Молодец Бакенбард, ты это хорошо придумал! - поддержал его Жуйко. - Так мы и сделаем.

У Усатки, слышавший этот разговор, радостно заблестели глаза.

-Мой герой! - почти беззвучно прошептала она, и у Бакенбарда вдруг защипало в горле. Неожиданно ему пришла в голову мысль, что все это время Усатка была для него единственным настоящим другом, верным и преданным, несмотря ни на что.

-Не забывай меня, - как-то просто и проникновенно сказал он ей. И от этих слов серая и невзрачная улитка вся преобразилась. С изумлением заметил Бакенбард, что она вовсе не уродлива. Да, она, конечно, не красавица! Но кому нужны эти красавицы? Все они капризны и непостоянны. А ему нужен такой преданный друг, как Усатка. С неожиданной нежностью он посмотрел на нее и, встретив в ответ взгляд полный такой же нежности, впал в состояние эйфории, из которой его вывел призыв к боевой готовности. Между тем, пока Бакенбард предавался мечтам, события на поляне развивались полным ходом. Вернулась Мармарина а за ней явилась вся семейка навозных жуков: Криспа, Крупс и целый выводок их дочек и сынков. Каждый прикатил по шарику из мусора и навоза. Жуйко очень выгодно разместил свое войско. Веревка была натянута между лопухами, растущими на небольшом холмике. Навозные жуки со своими шарами стояли впереди. Все улитки столпились за их спинами. Схватив зубами веревку с повисшей на ней Лианой, они оттянули ее немного назад. Бакенбард стол в центре за веревкой и ждал своей очереди. И вот наступил решающий час. Из под земли показался крот. Он довольно быстро выкарабкался из прорытой им норки и, заметив на холмике всех обитателей Улиткограда, довольно облизнулся. Предвкушая сытный обед, он ринулся вверх, но был остановлен покатившимися ему навстречу навозными шарами. Поскользнувшись, крот растянулся на земле. Его бархатная шкурка была вся перепачкана навозом, смешанным с мусором. Испытывая отвращение к самому себе, ослепленный яростью крот потерял всякую бдительность. Хрипя от ярости, он устремился к заветной цели, не разбирая дороги, не думая про возможную опасность. В эту минуту Жуйко отдал приказ, и улитки отпустили веревку. Лиана пролетела рядом с кротом, задев ему ухо. Испытывая сильную боль, крот задержался на мгновение, но почти сразу же продолжил путь, решив не сдаваться. Однако, этого мгновения хватило на то, чтобы "перезарядить" рогатку. Со страшной силой Бакенбард врезался прямо в лоб кроту. У того запрыгали звездочки перед глазами. Завыв от ужаса, крот развернулся и умчался прочь, решив никогда больше не возвращаться в столь негостеприимный город.


Глава двадцать первая,

в которой происходит, наконец, событие, которого давно ждали.


В Улиткограде воцарился праздник. Отметить радостное событие пришли все соседи. Здесь были и наши старые знакомые муравьи Ося и Бося во главе со своим начальником Бравиусом. Явилось и семейство навозных жуков. По случаю торжества, они пришли без своих мало аппетитных шаров, о чем их, правда, специально попросили. Крисп долго не соглашался, заверяя улиток, что нет лучшего угощения, чем навозный шарик. В конце концов, он вынужден был принять поставленные условия и удовольствоваться сбором мусора, оставленного после битвы с кротом. Очень порадовал всех кузнечик Казмик. По случаю блистательной победы над кротом, он сочинил целую скрипичную симфонию. А поскольку один он исполнить ее не смог бы, то привел с собой целый ансамбль друзей кузнечиков. В разгар веселья неожиданно появился Эласт. За ним тянулась процессия утомленных дальней дорогой кивсяков. Улитки испугались, что вслед за кивсяками придут и многоножки. Уж больно неприятными соседями те были! Но оказалось, что кивсяки тайно, под покровом ночи покинули берег пруда, навсегда распрощавшись, таким образом, с опасными друзьями.

-Как же так? - веселилась Смешинка, - Вы же были так неразлучны. Бедные сороконожки не переживут одиночества, умрут от голода. Эласт только усмехнулся в ответ.

Ракитон, не имевший представления об истинных взаимоотношениях между кивсяками и сороконожками, и потому не уловивший подтекста в этой шутке, искренне опечалился.

-Как же вы могли оставить друзей умирать от голода? Это ужасный поступок!

-Мы просто устали служить для них пищей! - спокойно ответил Эласт Ракитону, потрясенному этим ответом. После этого он долго не мог успокоиться, преследуя Эласта своими неуклюжими извинениями. Звучали они примерно так:

-Уж ты прости дружочек, я не знал, что вы такое лакомство! Или еще так:

-И с чего это сороконожки решили, что это так вкусно - питаться кивсяками. Мне бы такая мысль и в голову не пришла! А после очередной тирады Ракитона: "И как они вами не подавились только, вы ведь такие большие!" Эласт не выдержал и громко заорал: "Когда же эта улитка прекратит издеваться надо мной? Убирайся прочь! Иначе я укушу тебя!" Ракитон исчез в один миг. У него как будто дополнительная скорость появилась. Через минуту из-за кустов раздалось жалобное блеяние: "Я ведь только извиниться хотел!" А затем все услышали звуки поспешного отступления. Разрядку внес Коломбоньо. Он выступил вперед и заявил, что готов усладить слух присутствующих новыми стихами. Улитки тут же обступили своего поэта. Даже Ракитон рискнул высунуться из кустов. Коломбоньо, польщенный всеобщим вниманием, вытянул шею, закатил глаза и завывающим голосом, которым так любят читать свои стихи все поэты прочел:

Великий день настал - прогнали мы крота.

Теперь мы счастливы -Ура!

После этих слов Коломбоньо не выдержал и разразился слезами от наплыва чувств. Сквозь рыдания до слушателей доносились только обрывки слов, из которых стало ясно, что поэт увековечил в стихах подвиг Жуйко( Жуйко - наш разум, мускул, нерв), Лианы (Лиана -красота, которая наш мир спасла) и Бакенбарда, которого Коломбоньо сравнивал с могучим лопухом, растущим на окраине Улиткограда. Бакенбард был польщен!

После того, как улиткоградцы высказали все свои восторги Коломбоньо, веселье продолжилось. Казмик с оркестром заиграл веселые мелодии. И вы бы не поверили своим глазам! - Улитки медленно закружились в подобии вальса! Ну и дела скажу я вам! Что тут началось! И... в эту минуту случилось то, чего все так давно ждали. Огромные и тяжелые капли стали падать с неба! Дождь! Нет, не дождь! Это был настоящий ливень. Но, уж поверьте мне, улитки совсем не жаловались!


КОНЕЦ. Москва 2005