# Пересказки

Владимир Михайлович Герасимов

Владимир Герасимов


Пересказки


ЛИСА И ЖУРАВЛЬ


Прилетел к нам журавель

Из-за тридевять земель.


Просто на зимовке был...

Но родное все забыл.


С ним, о чем ни говорят

Все не так, все невпопад.


- Что вы от меня хотите?

На другой переходите,


Иноземный вы язык,

Я от вашего отвык.


Вы тут в дикости живете,

И меня вы не поймете!


Говорит он так, гордясь:

- Я теперь турецкий князь!


Возлежу я на диване,

Моюсь я в роскошной ванне...


- А у нас, что, баньки нет? -

Слышалось ему в ответ.


В спор особо не входил

Горделиво отходил,


Всех в невежестве виня,

Мол, куда вам до меня.


Не было его важней.

Но однажды для зверей


Он решил устроить пир,

Чтобы удивить весь мир


И озерный, и лесной.

Под высокою сосной


Он накрыл шикарный стол:

Пиво, вина, разносол...


Угощенье было в длинных

С узким горлышком кувшинах.


Щедро, мол, без всяких мер,

На турецкий на манер.


Аппетит ко всем пришел,

Звери ринулись за стол.


Тут удобно, и не тесно,

Слуги потчуют, но... честно,


Из кувшинов не достать,

Ну журавль, ну и тать!


Как хотелось всем окрошки,

Но попробовать ни крошки


Никому не удалось,

Лишь на все смотреть пришлось.


А журавль, ну нахал,

Клюв в кувшин, - и доставал.


Волк нетерпеливым был

Хлоп посуду, и разбил!


Так с земли и стал лакать.

А журавль, ну хохотать:


- Говорил я вам, и вот...

Вы же свиньи, не народ?


С пира все ушли в обиде,

Света белого невзвидя,


И собрались на совет,

Чтоб нахалу дать ответ.


Что же делать? Как тут быть?

Как злодею отомстить?


Волк рычал, разинув пасть:

- Растерзаю его всласть!


Еж иголками грозил,

Лось рога уже вострил.


А лиса: - Совет не прав,

Надо обуздать свой нрав!


Мы же ведь не лыком шиты,-

Воду возят на сердитых.


Мне вот ноченьку подумать,

Может можно что придумать.


Успокоился народ:

- Ей не сунешь лапы в рот.


Раз взялась лиса за дело,

Можно спать ложиться смело.


Поутру лесной весь мир

На другой позвали пир.


Все под той же под сосной

Собрала народ честной.


И журавль позван был,

Хоть никто и не забыл


Про его обидный смех

Оскорбительный для всех


Перед каждым гостем белки

Ставят мелкие тарелки


С земляничным киселем.

Аромат какой кругом!


Слюнки у гостей текут,

Все начала пира ждут.


Вот объявлен первый тост

И закончился тут пост.


Этикета не держали

Ели, чавкая, хлебали.


Друг на друга не смотрели.

Лишь журавль был не при деле.


Охватил его испуг:

По тарелке стук да стук,


Ну а в клюве пустота -

Интересная еда!


Он и эдак, он и так,

Не пристроится никак.


Понял он свои грешки,

А вокруг уже смешки


Перед всеми тут он, весь,

И куда пропала спесь!


Отомщен народ лесной.

А журавль сбежал домой,


Так несолоно хлебавши,

Крошки со стола не взявши.


Всю неделю в том лесу

Славили за ум лису.


Журавлю пойдет он впрок

Земляничный киселек.


СКАЗ О КОТЕ


Жил да был в деревне кот

Без особенных забот.

Мыши, правда, тоже были -

По балам они ходили...

А на ужин млад и стар

Все гурьбою шли в амбар,

Чтоб наесться до отвала

Там зерна. Тогда для бала

Хватит сил. Пляши да пой.

И вот так вот день-деньской.

Надоело тут хозяйке

Слушать мышьи балалайки

И кормить кота задаром.

И пинком, одним ударом,

Вышибла его за дверь!

Вот хоть верь мне, хоть не верь.


Пригорюнился котейка:

Вот какая жизнь злодейка!

И побрел в ближайший лес

Поискать там интерес.

Может, что и улыбнется...

Но фортуна не дается.

Нет ни молока, ни сыра.

И в траве свежо да сыро.

Он на дерево взобрался

И к стволу в листве прижался

В муках весь, не говори,

И проспал он до зари.

Ну, а там, как солнце встало,

Вся листва затрепетала,

Проняла его печаль,

Уж себя так стало жаль!

Начал громко причитать

И лесной народ пугать.

Голосит он: - Мяу-млю!

А все слышат: "Удавлю!"

Кличет он свое: - Мяв-му!

Чудится: "В полон возьму!"


Ропот по лесу пошел,

Мол, какой-то зверь пришел!

Как бы нас он не обидел!

И его никто не видел.

С дерева он не слезает,

Только души всем терзает.

Тут пришел большой медведь

Стал он место то смотреть...

Начал дерево трясти,

Чтоб злодея извести.

Понял кот, ничто не светит,

С воем прыгнул на медведя.

И вцепился прямо в нос....

Что тут было? Не вопрос.

Кровь текла и шерсть летела,

Глаз заплыл, в ушах звенело

И медведь понять не мог:

Кто осмелился? Кто мог?

С ревом Мишка убежал.

Даже выяснять не стал,

Кто его так покалечил?

И народ лесной решил:

Видно силою отмечен,

Раз медведя победил!

Что же, надо покориться,

С пришлым зверем помириться.

И, где было поле брани,

Натаскали всякой дани,

Чтоб злодей нажрался вволю

Не затронувши их волю.


Зажилось коту богато.

Вскоре выстроил палаты,

Прямо тут же, на опушке.

Пил из золоченой кружки.

Слугами ходили звери.

Не видал бы - не поверил.

Белки шерсть ему чесали,

Совы коготки равняли,

Ну а волки сторожами

Обходили все ночами.


День за днем, вот год и прожит,

Только все одно и то же.

Кот решил развеять скуку,

Некую придумал штуку,

Чтоб себя развеселить

И хозяйку удивить.

И отправился верхом

На лосе в свой бывший дом.

А за ним лесная свита

И охрана , и защита.

Это было не иначе

От нападок от собачьих...

Не случилось боя-драки,

Все попрятались собаки.

А коты, что задирались

Раньше, вовсе разбежались.


Наш герой усы оправил,

Слез с лося и путь направил

Прямо к двери, где был бит.

Но теперь он не сердит.

И для бывшей для хозяйки

Не держал он зла в утайке.

Видно так судьба решила,

Карты эдак разложила,

Чтоб попасть в лесную знать,

Надо малость пострадать.

А хозяйка увидала,

На коленочки упала,

Думала конец пришел,

Эвон кот ее нашел.

Но повел ее дружок

В горницу за локоток.

А за ним огромный воз

Тех подарков, что привез.

И велел лисе пойти

Всех мышей поизвести,

Что живут в зерне, в амбаре

И устроились, как баре.


А потом был пир горой,

Славу праздновал герой!

На пиру я тоже был,

Пивом бороду мочил.


О ЛИСЕ И ВОЛКЕ


Волк с лисою жили-были,

Не особенно дружили,

Хоть и хищный был замес,

Каждый чтил свой интерес.


Был, конечно, волк сильнее

Да и телом покрупнее,

Но проигрывал лисе

И в уме да и в красе.


Лисий хвост хотя бы взять:

Шик и блеск, да что сказать!

А уж хитростью она

С ног до головы полна.


Дед-рыбак однажды вез

Всякой рыбы целый воз.

Ох, ему и повезло!

За пригорком и село


Показалось... Чудеса,

На пути лежит лиса.

Стан недвижен, голова,

В общем, вроде бы мертва.


Быстренько смекнул старик:

- Ух, жене на воротник!

И на рыбу (вот ведь прост)

Зашвырнул лису за хвост.


И, чуток пождавши, смело

Принялась она за дело.

Рыбу всю, с большой до малой,

На дорогу побросала.


И сама за нею вслед,

Не заметил бедный дед

А пока улов таскала,

Выбилась из сил, устала.

Тут бы впору на кровать,

Чтоб немного полежать.


Но некстати в гости волк

Вдруг явился на порог.

Рыбным духом напоен,

Поспешил к лисице он.


Завистью горят глаза,

Злая катится слеза.

Ведь еды невпроворот,

Хоть питайся целый год.


Из норы не выходя,

И по лесу не бродя.

Зависть нехороший знак...

Не уйдет он просто так.


Тут лиса смекнула вмиг.

И понес ее язык...

- Коли свататься пришел,

Приглашаю я за стол.


И не хочешь ли отведать,

Что послал мне Бог к обеду.

Рыб дала что пожирней,

Что б не думали о ней,


Будто бы она жадоба

И считали щедрой чтобы.

Волк сглотнул все в тот же миг,

Не попало на язык.


И глядит, еще б чуток.

Той же будто невдомек.

- Ты не пропадешь со мной,

Буду щедрою женой!


Но и докажи, будь другом,

Станешь ты, каким супругом?

Стану ль за тобой богата,

Или будет нищей хата?


И придумала заданье,

Якобы для испытанья.

На реке, там прорубь есть,

Надо около присесть...


И расчет тут очень прост,

Сунь ты в эту прорубь хвост.

Рыба станет тут клевать,

Ну, а ты ее таскать.


У меня ж такое было,

Нору рыбой завалила.

И у нас с тобой всегда

Будет жирная еда.


Волка тут мечта пленила,

Паутину в сердце свила:

А зачем нужна дележка,

Чтоб из многого немножко.


Да и нужно ли жениться,

Коль легко обогатиться,

И без всякого венца

Жить безбедно до конца?


Поняла его невеста,

Что, пожалуй, нет ей места.

А лисе-то и отрада,

Волка ей в мужья не надо.


Пожелав ему удачи,

Хохотала аж до плача,

Когда вслед закрылась дверь,

Хоть ты верь мне, хоть не верь.


Серый ночку всю не спал,

Все утра сердешный, ждал.

А как только рассвело,

К речке волка принесло.


Из своих последних сил

Две корзины притащил,

Чтобы складывать улов.

Он не знал, что так суров


Будет дедушка мороз...

Зад его ко льду примерз.

Клев на хвост никак не шел.

Понял волк, конец пришел.


Взвыл и дернул, что есть сил,

Рад, хоть ноги утащил.

Хвост оставил он в реке.

И - домой в большой тоске.


Ну какой же он жених,

Без хвоста. Волчище сник.

И о рыбе он, поверь,

Думал с ужасом теперь.


Коль по лесу он бродил,

Нору лисью обходил.

Что рыбачил невпопад,

Думал, сам он виноват.


А лисе и горя мало,

Уж разыскивать не стала

Бедолагу-чудака.

Сказка кончена. Пока!


О РЕПКЕ


Дед в посадочное время

В огороде кинул семя,

Как-то сбоку не на грядке,

В унавоженной земле.

Репой оказалось это.

Нежилась она все лето

В диком виде без пригляда,

Без полива, но в тепле.


Репа выросла большая.

С чем сравнить ее, не знаю,

И арбуз, и тыква вместе

Ей в подметки не годны.

Дед пришел случайно, как-то

На нее взглянул и ахнул:

- Это ж надо уродиться,

Тут рекорд для всей страны!


Дернул дед ее, куда там,

Целая нужна бригада!

Но делиться вроде жалко,

Уникальный случай тут.

Позови, примчатся тут же.

Только не было бы хуже.

И пожалуй не отведать,

Так бригадой и сожрут.


Крикнул дед из дома бабку.

Та пред репкою вприсядку:

- Это ж, сколько же посуды

Нужно, чтоб ее сварить?

Да и всю-то не спроворишь,

И ее утащут воры

Иль, сердешной, ей придется

Прямо тут на грядке гнить.


- Что, не дело ты болтаешь!

Все-то, все заране знаешь! -

Не на шутку разозлился

И раскипятился дед.

- За меня держись ты крепко,

Ну а я уж дерну репку.

Так авось ее осилим,

Будет репа на обед.


Ну и овощ, прям из стали...

Провозились и устали,

Уж не чуяли, бедняги,

Ни спины, ни рук, ни ног.

Вроде плюнуть, вроде хватит,

Чай никто им не заплатит.

Подивятся лишь соседи.

Так какой же в этом прок?


В огород явилась внучка,

Хмурой недовольной тучкой:

- Да пошто нужна вам репа,

Вроде с голода не мрем?

Старика взяла досада,

Ничего-то ей не надо.

На кого ж теперь оставить

Огород, хозяйство, дом?


Все твердит, мол, я уеду

Счастье, слышь, искать по свету.

Видно думает дуреха -

Прынц ее за морем ждет!

- Ну-ка встань за бабкой следом,

Обеспечь себя обедом! -

Свою линию упрямо

Дед, нахмуря брови, гнет.


Но не поддается репка,

Корень держит землю крепко.

И зовут на помощь Жучку,

Чтоб чужих не приглашать.

Но собака, есть собака,

Бестолковая дворняга.

Ухватилася за внучку

И давай ей юбку драть!


Сколько визгу было, лаю...

Это все я опускаю.

Нужно ли кому про склоки,

Про семейные, читать?

Но крепки разборки были -

Так собаку усмирили,

Что далась, бедняга, кошке,

В кой-то век, за хвост таскать.


И терпела, чуть не плача,

Только снова неудача.

Снова репа устояла,

Фронт прорвать свой не дала.

Дед упрям, хоть ставьте пробу,

Знать, телец по гороскопу.

И семья, с подачи деда,

Мышь на помощь позвала.


Ты гляди, какие штуки,

Он придумал без науки -

То, что в общем по природе,

Ну никак быть не должно!

Разве мышка это сила?

Тут здоровая кобыла

Сразу выпадет в осадок,

Словно слабое звено...


Мышке дернуть кошку лестно.

Да и кошке интересно

Отыграться на собаке,

Раз такой пошел сыр-бор.

Ну, а та, объята местью,

Посчитала делом чести

Внучке зад куснуть серьезно,

Чтобы чувствам был простор...


Электрическая искра

Через них прошла и быстро

Превратилася в могучий

Электрический разряд...


Разве выдержит тут репка,

Как бы не держалась крепко.

Тут Земля сойдет с орбиты!

Вот и вышло дружно в лад.


Ну, а там, что дальше было,

А про то молва забыла.

Я описывать не стану,

Каждый все представит сам.

Да и жизнь без драмы пресна,

Как и чувствам, сердце тесно...

Пир-то был, из репы брага

По моим текла усам.


СКАЗ О РУКАВИЧКЕ


Под дождем оказался комар.

Заболел. Тут озноб, тут и жар.


Из последних силенок летит.

Глядь, внизу - рукавичка лежит.


В рукавичку герой наш нырнул.

Притаился и тут же заснул.


Тишина, теплота - благодать.

Ни лягушек, ни птиц не видать


Спи и радуйся, вот ведь дела -

От беды рукавичка спасла.


Но под утро услышал жилец

Чей-то писк, испугался вконец.


- Кто, кто, кто в рукавичке живет?

Ох, спасите, за мною злой кот


Рыщет-свищет! Коль нет у вас мест.

Я пропала! Поймает и съест.


- Тут один я, болезный комар,

Бил озноб меня, мучил и жар...


Рукавичка дала мне приют.

Залезайте, просторненько тут.


Мышь-норушка, дрожа, заползла -

И ее рукавичка спасла.


Поживать стали мышь с комаром,

Поминают свой домик добром.


Можно было бы кончить рассказ,

Так ведь в жизни покой не про нас.


Вновь в жилище их кто-то стучит

И отчаянно этак кричит:


- Помогите! Пустите! Спасай!

Ох, меня настигает лиса!


Понимают приятели, да,

У крольчонка случилась беда.


- В рукавичку быстрее залезь!

Но трясется от страха он весь.


И удачи могло бы не быть,

Лишь успели его затащить.


Близко, близко лисица была,

Но фортуна ее обошла.


Не поймет она: есть аппетит,

Нет добычи - тряпица лежит...


Хоть крольчонок не так уж большой

И к нему прикипели душой,


Но теперь рукавичка тесна,

Для жилища не годна она.


И решили друзья все втроем

Строить крепкий просторный дом.


Получился у них теремок.

И хотя он совсем не высок,


Комнатушка у каждого есть.

Потому-то и каждому честь.


Рукавичке же в доме почет -

На нее уж теперь не течет.


И живут-поживают друзья

Дружно, весело, будто семья.


СКАЗ О КОЛОБКЕ


Жили-были баба с дедом.

Щи пустые за обедом

Ели с хлебною краюшкой,

А пирог иль там ватрушка,

Это было больно сладко,

Даже чай и то вприглядку.

Но однажды во субботу

Дед услышал, сквозь дремоту

Голос бабы, с изумленьем.

- На святое воскресенье

Испеку я колобок.

Поищу муки чуток,

По сусекам помету -

Что-нибудь изобрету...


Появился Колобок.

Прыгнул прямо на шесток,

Поскребенный по сусекам,

Стал почти что человеком.

Бабка с дедом в удивленье,

Колобка услышав пенье:

- Колобок я, Колобок,

Колобок, румяный бок.

Я рожден без ножек, ручек.

Я сынок ваш, я ваш внучек.

Посадите на окошко

Остужусь-ка я немножко.


А проветрился он вволю-

Захотел бежать на волю.

Мир увидеть захотел,

Хлебный надоел удел.

Покатился, покатился,

За ворота закатился

По дорожке прямиком,

Где с разгона, где катком...


Но не все ж ему катится,

Надо и остановится.

Для истории начала

Вскоре зайца повстречал он.

Тот был с детства не приучен

Упускать удачный случай.

На его дороге сел:

- Я б тебя, приятель, съел!

Но не струсил Колобок,

Спел про свой румяный бок

И сказал еще изустно:

- Я же не пирог капустный,

Не морковный каравай,


Зря ты рта не разевай!

Где дороги поворот,

Есть огромный огород.

Там всего... не видел свет!

И, кажись, охраны нет.


Заяц про него забыл...

Колобка же след простыл.

И опять, опять дорога.

Впечатлений, скажем, много.

Но, чтоб все их записать,


Надо толстую тетрадь.

Ну, а будет ли в том толк?

Вдруг пред ним свирепый волк.

Страшно клацает зубами

И в глазах, как будто пламя

Переливчато горит.

Колобку он говорит:

- Стой! Тебя я проглочу!

Есть давно уж я хочу!


Колобок не оробел.

Прыгнул на пенек, запел.

Все про свой румяный бок,

Про сусеки, про шесток,

Как из дома убежал

Да про зайца рассказал.

А про волчий аппетит

Эдак хитро говорит:

- Ну какая ж я еда,

Погляди-ка ты сюда,

Ни жиров, ни сдобы нет,

Скудный тощенький обед!


И пока в раздумье волк,

Был и не был Колобок.

А тропинка вдаль бежит,

Встречи новые сулит.

И бывает всяко чудо,

Появился ниоткуда,

Разве тут не оробеть,

Словно тучища, медведь.

Солнце красное закрыл,

Колобка остановил:

- Ты куда бежишь, пирог?

Что, малина иль творог,

В брюхе спрятаны твоем?

Это, счас, мы разберем!

Аль ты, может, на меду,

Я ведь в нонешнем году

Меда сладкого не ел.

Хорошо, что ты приспел.


Колобку не страшен зверь.

Отвечает он: - Поверь,

Нет духмяности во мне,

Хоть прожарен на огне.

Я на саже сотворен,

По сусекам поскребен.

И какой там сладкий мед,

Горек я, наоборот!


И пока медведь сопел,

Испарился наш пострел.

Снова, путая следы,

Убежал он от беды.

Сказка, жаль, не бесконечна

И удача-то не вечна.

Очень Колобок устал.

На себя он намотал

Столько тропок и дорог,

Запылил румяный бок.

Пригорюнившись, сидит

В лужу-зеркало глядит.

У туриста доля зла,

Что она ему дала?

Мыться Колобку нельзя,

А без этого, друзья,

Будет грязным он навек.

И какой же человек

С ним подружится тогда,

Ох, поистине беда!

Коли горе-маята,

Открывай-ка ворота.

Да, судьбина не проста,

В виде лисьего хвоста,

Показалась впереди.

Тут пощады и не жди.

Мягко стелет, жестко спать,

Знает, как себя подать:

- Это кто же ты такой?

Про себя-ка мне пропой!

Ты я, слышала, хитрец,

Уникальнейший певец.

Всех ты перепел в лесу,

Позабавь меня, лису...

Голосок ее медов

Только взгляд ее суров.

Тут у Колобка застыла

Кровь, остановилась в жилах.

От лисы удрать - задача,

Может быть и неудача.

Что ж, закончилась гульба?

Эх, злодейка ты судьба!

Лисий взгляд манит, манит

И приблизиться велит.

Заколдован Колобок.

Будет съеден его бок...


Вдруг лиса хвостом вильнула

И презрительно чихнула:

- Эй ты, грязный чумазай,

Мне на нос не залезай!

Сказка съесть тебя велит.

Но пропал весь аппетит,

Как увидела вблизи,

Ты ж в дорожной весь в грязи!

Вдруг заразу подхвачу...

Помереть я не хочу!


Отвернула нос лиса,

Ну и чудо-чудеса.

Видимо, теперь не нужен

Колобок лисе на ужин.

А о том, что он не мыт

Колобком сей факт забыт.

Главное, что жив певец!

Вот и сказочки конец.


СКАЗ ОБ ИЛЬЕ МУРОМЦЕ


Сиднем тридцать лет сидел

Батька Илья Муромец.

Из окна на мир глядел -

Мир-то весь в полулицу.


Думал так вот и прожить,

Семечки поплевывая,

О ногах чего тужить?

Не добудешь новые.


В руки силу не вольешь,

Грудь не вздымешь важно,

Перед девкой не пройдешь

Молодцем отважным.


Как-то в полудневный зной,

С диким карлой схожий,

Попросился на постой

Старичок прохожий.


С ног босых до бороды

Пропылен дорогой.

Взгляд из-под бровей седых

Смурый, мол, не трогай.


Кваса выпил, хлебца съел,

Подобрел глазами.

Около Ильи присел

С тихими словами:


- ...И люба тебе изба,

Пауком обжитая?

И мила тебе судьба

Этакая сытая?


А не хочется ль тебе

Потоптать дороженьки?

Али жалко, богатырь,

Свои ноги-ноженьки?


Ох, обида занялась

В голове Ильюхиной.

Пришибил бы карлу враз,

Коли силу в руки бы!


- Ты, горбун, не видишь что ль,

Немощен, убогий я.

Не тревожь мою ты боль,

Я ж тебя не трогаю.


Старику и дела нет,

Лишь пригладил бороду.

Усмехнулся чуть в ответ,

Ни к селу, ни к городу.


Стал рассказывать Илье

Про свои скитания.

О ненашенской земле

Разные предания.


О, как нежат сказки слух,

Правда иль раскрашено,

Только захватило дух

У Ильюхи нашего.


Те же плыли облака

Над его оконцем.

Где ж, Смородина-река?

Под каким же солнцем?


Где ж Чернигов? Киев-град?

Белый свет огромный?

Эх ты, в душу внес разлад

Старичок бездомный.


Голос горбуна певуч,

Льется мед устами:

- Духом ты, Илья, могуч

И горяч, как пламя.


И богатырем тебе

На коня садиться -

Вот, что должно по судьбе,

Чтоб с поганым биться.


Не смеясь я говорю,

Не от праздной скуки.

Хочешь силу подарю

В ноги, в плечи, в руки?


Коль отважишься принять

Дар. Скажу, не скрою,

Ты не будешь больше знать

Молодец покою...


С пола аж Илья привстал:

- Что ж, колдун, ты медлишь?

Я б отказываться стал?

Делай, что умеешь!


...И его тропа вела

К тем, чье небо хмурится.

И былинам нет числа

Об Илье о Муромце.