# Русская сердцевинка

Виктор Иванович Герасин

Русская сердцевинка ( сб. стихов)


Основная часть из предложенных для сборника стихов в разное время публиковались в периодике, издавались отдельныит сборниками " Один денёк", " От меня ушла собака", " Помяни мое слово".

СОДЕРЖАНИЕ

-- Русская печка.

-- Вся-то радость.

-- Хорошо ли, плохо ли.

-- Не от родины вдали.

-- Песня.

-- Судьба - судьбина.

-- Проснулся я...

-- Выпал снег.

-- Метель.

-- Лоси.

-- Станция Земетчино

-- Куплю корову рыжую.

-- Как пройти к тебе...

-- Буду ли я человеком.

-- Проба на риск.

-- Утро.

-- Соловей.

-- Строю дом.

-- Реченька.

-- Не шепчи мне.

-- Омут.

-- Дождь.

-- Не торопись предать.

-- Солнышкино одеяло.

-- Мартовская синица.

-- Огласилась округа грачами.

-- Покатилось лето в осень.

-- Осень.

-- Как земля устал я.

-- Хатынь.

-- Целует Балтика Росток.

-- Медовый август

-- Поселок Степана Разина.

-- Родник.

-- Ночь наполнена луной...

-- Гадалка.

-- Пять дорог, пять тревог...

-- Все о были...

-- По белой по дорожке...

-- Юрию Бондареву.

-- У реки особый лад..

-- АХ, КАК ЖИЛ...

-- Дай дороги шалой.

-- От меня ушла собака.

-- Вьется речка.

-- Иду ночной дорогой...

-- В ночи кричат перепела.

-- Василию Белову.

-- Я помню...

-- Обжегся дождь...

-- По чистой списан...

-- Лето

-- Отболело, отжило...

-- Соловьи свое отпели.

-- Средьполосная Россия


Русская печка


Жила-была русская печка,

Отменно варила, пекла блины,

Умело тепло держала до вечера

И даже в ночь непомерной длины.


А во дворе и мело, и вьюжило,

В морозы кряхтели избяные стены.

Корове, чтоб холода сдюжила,

Мама давала особое сено.


И в ответ на это молоко пахло летом,

Лугом ягодным, полудённым,

Попьёшь молока и наполнишься светом,

И доволен углом на печи полутёмным.


Мама в лес уходила с салазками,

Ломала валежник и сухостой,

Домой возвращалась со сказками

О жизни лесной непростой.


О лисе, мне приславшей кусочек хлеба,

О волке, поющем в чаще лесной...

Зима проходила. Голубело небо.

С улицы пахло скорой весной.


- Слава богу, сынок, пережили зиму -

Скажет мама, вынимая зимние рамы.

Копоть со стекол полотенцем снимет,

И стекла смеются - весне рады.


Все кануло в лету. Остались преданья,

Ни мамы, ни избы, ни крылечка...

А печку-то нашу звали - меланья,

Теплая была печка.


Вся-то радость...


Я купался в белой пене

Отцветающих рябин,

Становился на колени

Перед той, кого любил.


И взрослел, и по России

Я пошел из края в край.

Ветры беды относили

Как собачий хриплый лай.


Ничего я не забуду,

Нивам, пашням поклонюсь...

Вот он - ворох незабудок,

Вся - то радость,

Вся - то грусть.


Хорошо ли, плохо ли


Хорошо ли, плохо ли -

Сразу невдомёк,

А полжизни прожили,

Как один денёк.


Шли мостами шатким

Шли мостами крепкими,

Оземь били шапками,

Вверх бросались кепками,


Подставлялись солнышку,

Много вечер скрадывал,

Дождик зерно к зернышку

Несказанно радовал.


Хорошо ли, плохо ли -

Обрелись детьми,

И полжизни прожили,

Кажется, людьми.


Не от родины вдали


Не от родины вдали,

В самой русской сердцевинке,

На краю села Кузьминки

Дали мне клочок земли.


Путь к земле в России долог,

Много слёз и крови в нем,

Потому мне мил и дорог

Этот тучный чернозём.


Я его тихонько глажу:

- Здравствуй долго, это я,

Велика печаль твоя,

Но о ней ты не расскажешь.


И не надо о печали,

Радость - это наш удел,

Главное, мне землю дали,

Как я сам того хотел.


Жить и жить, и не нажиться,

Светлым днем, в глухой ночи

Песня на душу ложится,

Хочешь - пой, а нет - молчи.


Слева славные соседки,

Справа справная семья,

Две рябины ветка к ветке,

Под рябинами скамья,


Посижу, посужу,

Вдоль села погляжу;

Я с эпохой не в ладу,

На земле покой найду.


Был богат я, был я беден,

По ветрам пускался в пыл,

И, приемля всё на свете,

Я сполна любимым был.


Было всяко, и, однако

Дни, серебряно звеня,

На кузьминском повороте

Стали обгонять меня.


Не обмолвясь лишним словом,

Не впадая в лень и грусть,

Я с зарёю светлой снова

За труды свои берусь.


Не по мне отличья знаки,

Честь имеющий при сем,

Сею я, бросаю злаки

В благодатный чернозём.


Над моим клочком земли

Полетели журавли.

Журавлей я уважаю,

Эта птица - к урожаю.


Песня


Ах, какую песню

Я услышал к ночи,

Днем не так поется,

Днем печаль короче.


Пели - ты свободен...

Пели - ты всесилен...

Материнским голосом

Пели о России.


Песня - моя вера.

Песня - моя тайна.

Под отцовской крышей

И в дороге дальней


Слышу - ты свободен,

Слышу - ты всесилен,

Слышу - верь и веруй

В матушку - Россию.


Судьба-судьбина


Заклубилась туча

В середине неба

В самой сердцевине,

В синей глубине,

И развеять тучу

Не хватило сини,

А под тучей ветер

Смертный сатанел.

Эх, судьба-судьбина!

Головой на плаху

Легче лечь и разом

Кончить непутём...

И рвануло небо

На груди рубаху,

И на землю пало

Проливным дождём.


Проснулся я...


Проснулся я.

Снег неумело

на землю падал.

Первый снег...

С ним сразу что-то отболело,

с ним что-то замерло во мне.

А снег смелел, смелел, валился

в твоей и в этой стороне,

и, может быть, тебе я снился,

как ты под утро снилась мне.


Выпал снег


Выпал снег.

Морозец держит.

Поле смотрится насквозь.

Чей-то след строкою свежей

лёг с угла на угол вкось.


Не затяжно, не торопко,

человек - в следу тяжёл -

не дорогой и не тропкой,

от чего к чему он шёл?


Что искал, к себе участья,

или в покое непокой?

Будто мир делил на части -

на хороший и плохой.


Метель


Косынкою взмахнув из-за угла,

меня метель из дому позвала.

при белом свете,

не боясь суда,

зацеловала в губы

без стыда.

Шли долго вместе,

возле леса, вдруг,

скользнула в сосны,

в замкнутый их круг.

игриво крикнула:

"Не жди, не стой..."

Зачем метель смеялась

над мной.


Лоси


Вечер алую шапку набросил.

Тают в сумраке лёгком стога.

К полынье пробираются лоси.

наостряя о звёзды рога.


И от звёзд в воду падают искры.

Узкий месяц - под горлом нож.

Одинокий далёкий выстрел

бросил тёплое тело в дрожь.


Кто погиб, чья парная влага

отогрела клочок земли,

кто ушёл от бесстрашья и страха

там, в декабрьской сторожкой дали?


Миг - и к жизни уже не причастен.

А она всё течёт, как текла,

проступая крупицей участья

или каплей живого тепла.


Станция Земетчино


Куда бы нас не бросил поиск новый,

И как бы не летели поезда,

Есть край таёжный,

И есть край вишнёвый -

Каждый чья-то тёплая звезда.


За вагоном остаётся прошлое,

Кто оставил тишину,

А кто - гром(а),

Кто сошёл на станции Алёшенька 1 ,

Кто сошёл на станции Зима 2 .


Я сойду на станции Земетчино,

Упаду в шафрановый рассвет...

Резко гулкое шоссе прочерчено.

Старый грач кричит: "Земляк, привет!"


У вагона ухает гармошка.

Едет парень поискать себя.

А меня средь вишняков дорожка

Манит к дому, память теребя.


Сколько близкого за каждым тыном,

Сколько нового хватает взгляд,

Зазывая, избы машут дымом,

Шепчется с соседним садом сад.


Вот и дом мой на бугре зареченском!

Дальним далям я спешил сказать:

У дороги ждёт меня Земетчино,

У порога поджидает мать.


Куплю корову рыжую.


Куплю корову рыжую

Бедам всем назло,

Поднатужусь, выживу,

С детства повезло.

Пойдём с коровой в майский луг

На сочную траву.

Земля и небо - замкнут круг,

И Бог в нём. Я нарву


Цветов весёлых, разложу

У луга на краю

И по цветам порасскажу

Себе про жизнь свою...

...................................................

Ты ешь, корова, травку!

Ты пенься, молоко!

Дело на поправку,

На душе легко.


Как пройти к тебе...


Как пройти к тебе - я знаю,

Я прошёл в сто крат длинней,

Что там дальше - край, без края -

Дальше будет и видней.


А пока гадать зачем мне?

Прямо, словно по стволу,

От зари уйдя вечерней,

К твоему спешу теплу.


Солнце звёзды потушило,

Солнце встало предо мной,

Но меж нами ряд крушины,

Ряд крушины стал стеной.


И услышал я простое -

Долгий путь твой - полпути,

Ты прошёл через большое -

Через малое пройди.


Буду ли я человеком


Будь на чуть-чуть я повыше,

Я на версту б видел дальше.

Встретил звезду бы над крышей,

Встань на чуть-чуть я пораньше.


Вдруг мне мечтать станет не о чем,

Вдруг мне тужить станет не о ком,

Это чуть-чуть станет мелочью -

Буду ли я человеком.


Проба на риск


Руки вразброску, и круча слоёная

круто ныряет в простор голубой.

Ухнула гулко вода потеснённая,

в берег толкнулась упругой волной.

Первый прыжок без друзей, без свидетелей -

взятие пробы на твёрдость, на риск.

В вольном полёте как равные встретились

мальчик с мужчиной, вплотную сошлись.


Утро


Табун ожил.

и молодо, игриво

взлетели кони

вихрем по утру,

и извергаясь,

пламенели гривы,

и не сгорая,

бились на ветру.

Бег ради бега -

самоутвержденье.

Упорный конский

молчаливый бег

сводил пространство,

время и движенье

в одно, понятное,

земля - для всех.


Соловей


Соловей росою вымок

с головы и до хвоста;

над кустами сделал вымах,

ойкнул, щёлкнул, засвистал.


А другой с другого края...

И пошло, и повело.

Дружно росы обивают,

будят раннее село.


Вот и солнце лезет в гору

соловьёв отогревать.

На селе в такую пору

любят косы отбивать.


Строю дом


Отгуляли, улетели

мои милые метели,

сделалось парно, тепло,

с крыш хрустально потекло.


Светит солнце, тают льдинки,

а я строю дом в Кузьминке.

И какой я молодец -

вовсе и не дом - дворец.


По окну на сторону,

чтоб всего света поровну.

Чтоб в окне заря зарделась,

чтоб соседка загляделась,


Глядь, и ты зайдёшь ко мне...

по зелёной по весне,

чтоб душевней стало,

ляг, коли устала.


А тебе не отдохнуть,

А тебе всё в путь да в путь.

Вслед тебя перекрещу,

в мир весёлый отпущу.


Дом крестовый,

свист клестовый.

На дворе прохлада,

печку ладить надо.


Чтоб трубой под вольный ветер -

ниже гнёзда вьют грачи.

Поживу ещё на свете

да погреюсь на печи.


Отгуляли, улетели

мои милые метели.

Светит солнце, тают льдинки,

а я строю дом в Кузьминке.


Реченька


Отпустили речке

Длинные поводья

Стало сразу легче,

Сразу - в половодье,


Понесла, нарушив

Берегову волю,

Всю себя наружу,

В луг да в чисто поле,


Обняла пригорки

Под зарёй под самой

От дубов прогоркла

Широко и пьяно.


Не бунтует берег,

Не выносит сора,

Он во время верит -

Обмелеет скоро.


Не шепчи мне


Не шепчи мне:

"Грех любить...

Уводить жену от мужа".

Не могу тебя забыть,

Мысли воронами кружат.

Вновь смешались утро, вечер,

Стала нашей ночь одна.

Как летела мне навстречу

Глаз любимых глубина!

И злословят: совесть, честь...

Кто во что горазд толкуют.

Только я,

Какая есть,

Я люблю тебя такую.

Я люблю

И будь что будет,

Пусть завистливо корят,

Я люблю

И не забуду

Как ласкала нас заря,

Как шатался пьяный ветер

По серебряным кустам...

Я тебя как сказку встретил,

Диво сказку прочитал.


Омут


В омут врезались осоки,

на обрыве клён высокий,


шапкой не достал до дна,

мнёт вершину глубина.


Бабы омутом пугают,

и вокруг него, лугами


ходят - проклятое место,

о русалках всем известно.


Ночью филин зябко гукнет,

приподнимет эхо, гулко


разнесёт его округа.

Боязно гулять подругам


за селом. И бабам вера.

Зойка раз - ну, что, проверим


правду ль люди говорят...

И глазами на ребят


повела - огонь по льду.

И ко мне - пойдёшь?

Пойду.


Эх глаза - бездонный омут!

Всколыхнули ночью воду


два фонтана. Россыпь брызг.

Раскрошились звёзды вдрызг.


Накупались и устали.

И такие дни настали -


чуть стемнеет - мы вдвоём

с Зоей к омуту идём.


Ночь к концу - с обрыва зорька

свесится, хохочет Зойка,


удалая голова...

Под кустом вповал трава.


Пролетают годы споро,

с вишен цвет метёт - пурга.

Подрастает дочка, скоро

дочку омутом пугать.


Дождь


Небо треснуло ветвисто,

раскололось, грянул гром.

Наизнанку ветер листья

завернул, и серебром


с голубеющим оттенком

задрожали мелко липы,

Дождь пошёл отвесной стенкой,

над полями шёпот, всхлипы.


Зной смахнул с цветов, и в лужах

мочит кудри мурава...

Мне давно был дождик нужен,

просветлела голова.


Не торопись предать


Пока листвой богат, и корни

пока ветра не оголили,

ты руки выпростай, отдёрни,

и я уйду, тобой гонимый.


Предай сейчас, пока я сильный.

Предай сейчас, пока я вольный.

Предай сейчас, пусть ветер синий

В мои глаза вонзится болью.


Когда ж в меня войдёт беда,

когда пластом недвижным рухну,

не согласись меня предать,

не торопись отдёрнуть руку.


Солнышкино одеяло.


Со двора вернулась кошка,

Нагляделась на капель,

А сквозь чистое окошко

Стелет солнышко постель.

Позевала кошка сладко,

Полизала пестрый хвост,

Растянулась во весь рост

И глаза прикрыла лапкой.

Только кошка задремала,

А с нее - ну, как на зло!-

Солнышкино одеяло

Поползло и поползло.


Мартовская синица.


Ничто меня так не радует,

Как мартовская синица.

Весть о весне подает ладную,

Звонкую.

Колокольчик - птица.

Дзинькнет призывно -

И жить охота.

Зиму забуду,

Прощу, немилую.

В груди заструнится

Высокая нота.

Засмеется душа

С новой силою.

Повернется земля

Под солнце, под жаркое -

И радость вокруг

Распространится.

Весна! Ей тепла жалко ли!

Грейся вволю,

Моя синица.


Огласилась округа грачами.

Виктор Герасин

Так доверчиво в самом начале

Огласилась округа грачами.

Потеплело от от радужных крыл.

Снег ополз и веснушки открыл.

Так доверчиво Ленки и Таньки

Никуда идут - к бантику бантик.

Осмелела балконная дверь.

Облетела с березы капель.

Мысль легка, не увяжишь два слова,

Словно... словно родился я снова.

Покатилось лето в осень.

Покатилось лето в осень

На ветрах да на дождях.

Мой сосед солому носит

На ременных на вожжах.

Вожжи есть,

Соломы вволю,

нет ретивого коня,

Потому сосед мой Коля

С грустью смотрит на меня.

Выпей, что ли, добрый Коля,

Что-то ты все трезвый.

Видишь, скачет в чистом поле

Жеребенок резвый.

Значит, будет конь тебе,

Будет вволю поля.

Мы судьбою по судьбе

Козыряем, Коля.


Осень.


БЕЛО.ТУМАН.УПАЛИ ЛИСТЬЯ.

НАМОКЛИ КРЫШИ, ПРОВОДА,

НИ ШОРОХА,

ЛИШЬ В НЕБЕ МГЛИСТОМ

КОСЯК НЕВИДИМЫЙ СО СВИСТОМ

ЛЕТИТ НА ЮГ.

С ДЕРЕВ СТРУИТСЯ

СЛЕЗОЮ ЧИСТОЮ ВОДА.

СМЕШАЛОСЬ С ОСЕНЬЮ ПРОЛЕТЬЕ.

УПАЛИ С ДУБА ХМЕЛЯ ПЛЕТИ.

ОКТЯБРЬ КРЫЛО НАД ПОЛЕМ СВЕСИЛ.

А БЫЛ ИЮНЬ - ДРОЖАЩИЙ МЕСЯЦ.

КИПЕЛИ ДАЛИ ДЫМКОЙ БЕЛОЙ,

ИСКРИЛАСЬ РОСНАЯ ТРАВА.

ЛЮБОВЬ... ОНА БЫЛА ПРАВА,

ОНА АЛЕЛА ВИШНЕЙ СПЕЛОЙ.

БЫЛА... ПРАВА...

ОСЕНЬ НАКРЫЛА

СЛЕДЫ ТУМАНОМ И ЛИСТАМИ.

И ТОЛЬКО...

В ПАМЯТИ ЛИСТАЮ

БЫЛЫЕ ДНИ,

И ПРОБЕГАЮТ

ПО СЕРДЦУ ПЛАМЕНЕМ ОНИ.


Как земля устал я.

ЛОДКИ ПРОТИРАЮТ

ЦЕПИ НА ПРИЧАЛЕ.

ЗАСКОЛЬЗИЛО СОЛНЦЕ

ПО ВОДЕ ЛУЧАМИ,

ЗАМЕТАЛСЯ ВЕТЕР,

ЛИСТ ОПАВШИЙ НОСИТ.

ПО БЕРЕЗАМ БЕЛКОЙ

ПОСКАКАЛА ОСЕНЬ.

А ГЛАЗА ВСЕ ИЩУТ

У ПРИЧАЛА ЛЕТО,

ТОЛЬКО ПОД НОГАМИ

КРУТИТСЯ ПЛАНЕТА.

И ЛЕТИТ ПЛАНЕТА

ПО СВОИМ ЗАКОНАМ,

ПОПРОЩАЛОСЬ ЛЕТО

ЖУРАВЛИНЫМ СТОНОМ.

КАК ЗЕМЛЯ УСТАЛ Я,

ТЯЖЕЛА ПОХОДКА,

ЦВЕТ ЗАРИ ВИШНЕВОЙ

ОТПЛЕСКАЛ ПОД ЛОДКОЙ


Хатынь.


СВЯТАЯ МУЧЕНИЦА ВЕКА,

ХАТЫНЬ - СТРАДАЛИЦА, ПРОСТИ!

ПОД КАМНЕМ ТРАВАМ НЕ РАСТИ,

ЗЕМЛЕ НЕ ВИДЕТЬ БЕЛА СВЕТА.

ЛЕЖИТ ПОД КАМНЕМ ГОРСТЬ ЗОЛЫ,

ЗОЛА - ОНА НЕ ПРОРАСТАЕТ,

У КАМНЯ ОСТРЫЕ УГЛЫ -

СУДЬБА У КАМНЯ НЕПРОСТАЯ.

А КОЛОКОЛ ЗОВЕТ:

- СЫН...

- СЫН...

ЗОВЕТ ВСЕМАТЕРИНСКИМ ЗОВОМ,

ПОСЛЕДНИЙ ВЫДОХ, А НЕ СЛОВО,

СОВСЕМ СЛАБЕЮЩИЙ

-ХА-ТЫ-НЬ...


Целует Балтика Росток.


Целует Балтика Росток.

До звона чист зенит над вязом.

В земле лежит узлом завязан

Дареный ситцевый платок.


В платке хранилась горсть земли,

Наш чернозем, из под Тамбова,

Его моряк в бою суровом

Берег от родины вдали.


Упал моряк горячей грудью,

Упал на острие огня,

Под рев волны, под вой орудий

Он берег широко обнял.


В платке спало живое семя.

Зазеленел над кручей вяз.

На всех ветрах стоит, как кремень,

с голубизной матросских глаз.


В веках матросу будет сниться

Бескрайность неба голубого.

А почтальон крылатый - птица -

Носить поклон из под Тамбова.


Медовый август


Медовый август на исходе,

Все ниже, ниже солнце ходит,


Запахли осенью дороги,

Березы вспыхнули в отроге.


Сошлись рябины у ограды

В рубинно-золотых нарядах.


Подходу осени я рад,

Спокойней сердце,

Светлее взгляд.


Поселок Степана Разина.


ОМУТОВЫЕ НОЧИ ЧЕРНЫ,

ПОГЛЯДИТ ВОТ ТАКАЯ -

И СГЛАЗИЛА.

СПИТ ПОСЕЛОК СТЕПАНА РАЗИНА,

ИЗБЫ, СЛОВНО СМОЛЁНЫ ЧЕЛНЫ


К НЕОБХВАТНЫМ ПРИТЯНУТЫ ВЁТЛАМ,

А СКВОРЕЧНИКИ - ГИБКИЕ ВЁСЛА -

ОТ НАТУГИ ОТХОДЯТ, УСТАЛИ.

КОНИ РОСНЫМИ БРОДЯТ КУСТАМИ.


СПРАВНО СЛУЖБУ НЕСУТ ПЕТУХИ,

ЧУТЬ - И КРЫЛЬЯ ЗАБЬЮТ ТРЕВОГУ,

ЗАПОЗДАЛЫЙ ГОНЕЦ ВЕРХИ

ПОД КОПЫТА ТОРОПИТ ДОРОГУ.


ОТДАЕТ ЭХОМ ГУЛКИЙ ПРОСТОР.

ВДРУГ ОЖИЛ - НЕ ОТ ДОБРОЙ ЛИ ВЕСТИ?! -

НА КОСЕ ОДИНОКИЙ КОСТЕР.

НО ЧЕЛНЫ ОСТАЮТСЯ НА МЕСТЕ...


ОМУТОВЫЕ НОЧИ ЧЕРНЫ,

ПОГЛЯДИТ ВОТ ТАКАЯ -

И СГЛАЗИЛА.

СПИТ ПОСЕЛОК СТЕПАНА РАЗИНА,

ИЗБЫ СЛОВНО СМОЛЁНЫ ЧЕЛНЫ.


Родник.

ЛЮДИ ВЫ МОИ ХОРОШИЕ,

Я БЕЗ ВАС РОДНИК ЗАБРОШЕННЫЙ,

НОЧЬЮ, ДНЕМ СО МНОЙ ВЫ БЫЛИ,

БЕРЕГЛИ, ДЕРЖАЛИ В СИЛЕ.


ЛЮДИ

ВАМ Я БЛАГОДАРЕН,

ГЛУБЖЕ СТАНОВЛЮСЬ С ГОДАМИ,

ЧЕРПАЙТЕ МЕНЯ СМЕЛЕЕ,

СТАНУ Я ЕЩЕ СВЕТЛЕЕ,


ЛЕГЧЕ СТАНЕТ МОЯ НОША,

ЛЮДИ ВЫ МОИ,

ХО-РО-ШИЕ!


Ночь наполнена луной...


Виктор Герасин

Ночь наполнена луной.

По низам туманы.

Перекличка петухов.

Все здесь без обмана.


Жизнь катится, жизнь трясет

крутыми поворотами.

не заметил как весна

осталась за воротами.


А в ней косили рты-серпы

впрямь и вкось, как взгянется:

он же бабник, хулиган,

он же пьяница!


Не от водки был я пьян,

от кистей рябиновых.

И какой я хулиган,

где, кого обидел я,


Что любил - любил сполна,

не желая меньшего.

В чем же, в чем моя вина,

ведь любили женщины!


Оставался в росных травах

след двух пар упругих ног

Не подделывался к нравам -

жил, дышал я так , как мог.


Гадалка.


ПО ДОВЕРИЮ ПРОСТОМУ

ШЛИ К НЕЙ ЛЮДИ ИЗДАЛИ,

ГОВОРИЛИ: ЗНАЕТ СЛОВО,

ЧУЕТ, ГДЕ И КАК БОЛИТ.

РАСПИСНОЙ СТОЛЕШНИК ГЛАДКО

РАССТЕЛЕН, К ЦВЕТКУ ЦВЕТОК,

ЗА СТОЛОМ ГАДАЕТ БАБКА,

КАРТЫ ПРАВИТ НА ВОСТОК.

ЗАМОЛЧИТ - ДУШЕ ТРЕВОЖНО,

ЗАТАСУЕТ - НЕ ГЛЯДИ,

И ВЗДЫХАЮТ БАБЫ ДРОЖНО -

ОХ, ГОСПОДЬ НЕ ПРИВЕДИ...

А ГАДАЛКА КАРТЫ ВСКИНЕТ -

КРАСНЫЕ ОГНЕМ В РУКАХ,

НО Я ВИДЕЛ - КРЕСТИ, ВИНИ

СКОЛЬЗКО ПАДАЛИ В РУКАВ.

ВОРОЖИЛА ЛОВКО, СМЕЛО,

МНОГИМ ВЫШЕЛ ПУТЬ ДОМОЙ,

А СВОИХ ВОТ НЕ СУМЕЛА

ВОРОТИТЬ К СЕБЕ, ВОЙНОЙ

ОКРЕЩЕНЫ ГДЕ-ТО ВМЕСТЕ...

СЧАСТЬЕ ХОДИТ СТОРОНОЙ,

ПРЯТАННЫЕ ВИНИ, КРЕСТИ

ВСЕ ДОСТАЛИСЬ ЕЙ ОДНОЙ.


Пять дорог, пять тревог...


Пять дорог, пять тревог,

И печаль- ступени.

Под бетонным крылом

Бьются, бьются тени.

Тени - это молчком

Догорают хаты.

Тени - это ничком

Падают солдаты.

Из глубин, из земли

Наплывают звуки.

Мать идет,

Тяжело опустив руки.

Вот и камень- горюн,

Все опора старой.

А глазам от огня

Вдруг теплее стало.

И от сердца ее

Отделилось имя,

Покачнулся огонь,

Тень метнулась мимо

Сильных, каменных крыл,

Широко метнулась,

И к лицу, и к груди

Матери прильнула.

И опять, и опять

Бьются, бьются тени...

Здесь как вверх

Так и вниз

Тяжелы ступени.


Все о были...


Все о были, все о были,

не о небыли.

Дни летели, пролетели,

будто не были.

То тюльпаны, то сирень, то гартензии...

Ни она ко мне, ни я к ней

не в претензии.


По белой по дорожке...


По белой по дорожке

хожу, отреся ножки,

с подружкой милой

да в тайный лес,

несу ей околесицу до небес.

А пуще всего на свете,

как Всевышнего знаки,

меня уважают дети

и обожают собаки.


Юрию Бондареву

"БАТАЛЬОНЫ ПРОСЯТ ОГНЯ",

УТОПАЯ В " ГОРЯЧЕМ СНЕГУ",

А КОМАНДИР ЗАТЕЯЛ " ИГРУ"

В " ВЫБОР" НА "БЕРЕГУ".


У реки особый лад..


У РЕКИ ОСОБЫЙ ЛАД,

ЕЙ И МЕСЯЦ КАК НАГРАДА.

Я ТЕБЕ БЕЗБОЖНО РАД,

ПОТОМУ ЧТО ТЫ МНЕ РАДА.


АХ, КАК ЖИЛ...


АХ, КАК ЖИЛ -

ОТ ПЕСНИ И ДО ПЕСНИ Я,

ЖЕНЩИНЫ,

ВОСТОРГ,

ДРУЗЬЯ,

СТИХИ...

А ТЕПЕРЬ ?

ОТ ПЕНСИИ ДО ПЕНСИИ.

ГОСПОДИ!

ПРОСТИ МОИ ГРЕХИ!


Дай дороги шалой.


Пораскинь, цыганка, карты,

Гадай, черноокая,

Расскажи мне мое завтра,

Близкое, далекое.


Умолчи про дом казенный,

Не войду в него я вновь.

Наколдуй мне луг зеленый,

В хмель обвитую любовь.


Настели дороги шалой,

Чтоб под ноги жалась,

Чтобы не было завидно-

Одному досталась.


От меня ушла собака.


От меня ушла собака,

поглядела и ушла.

Озадачила, однако,

Ах, собака ты собака!

плохи, знать, мои дела.

Уходили женщины

И друзья...

А тебе, собака,

уходить нельзя.


Вьется речка.


Вьется речка Талица -

голубь подкидной,

а ольха - печальница

никнет надо мной.


Говорю = не рано ли

блажь такая чудится,

как меня поранили,

так и заврачуется.


Облака над Талицей

начали цвести...

Иль в разгул удариться,

или честь блюсти.


Иду ночной дорогой...


Иду ночной дорогой гулкою

ручей в кустах прохладно булькает.


Крадется озером луна,

по камышам скользит неслышно.

Березки до колен в туман

вошли. А месяц спит на крыше


в деревне. Ночь лежит пластом.

колеса говорят с мостом.


Костер на дальнем сенокосе

замрет, замрет, опять воскреснет

Заводит чистый голос песню

про степь широкую. Чуть с грустью.

Под кем-то ветка робко хрустнет.


Ответно филин глухо ужнет...

Люблю в ночи дорогу гулкую.


В ночи кричат перепела.


В ночи кричат перепела.

И спеет рожь. Цветет гречиха.

Манит к себе напевом тихим

Родник.

Луна переплыла

Через луга, уткнулась в вишни.

Мир и загадочен, и прост.

И дальний голос рядом слышен,

И слышен стеблей хрусткий рост.

Ты пой, родник!

Ни на минутку

Не умолкай...

В венке ржаном

Земля, как мать над сыном, чутко

Забылась предрассветным сном.

То песня жизни!

Звезды прячет

Рассвет за дымкой голубой.

Не остывай, родник горячий!

Не нагревайся, ледяной!


Василию Белову.


В "ПРИВЫЧНОМ ДЕЛЕ"

РОДИЛИСЬ ДЕТИ,

РОСЛИ, КАК МОГЛИ,

НОСИЛИ - ЧТО БЕРЕГЛИ,

ВЫРОСЛИ, И - ДИВО! -,

СТАЛИ ГЕРОЯМИ

"ПЕЧАЛЬНОГО ДЕТЕКТИВА",

ОНИ ЖЕ

ПРИБЕЖАЛИ НА "ПОЖАР"

ЧУЖИМИ РУКАМИ

ЗАГРЕБАТЬ ЖАР.


Я помню...

Мне в память врезался отчетливо

Тот майский день. ПОБЕДЫ день...

Проснулся рано я, за ветлами

В овраг катилась утра тень.


С Белянкой тихо говорила мама,

А струйки дзинькали подойнику в бока.

Я сон еще не проморгал глазами,

Сидел и ждал парного молока.


- Сыночек, ты бы проводил Белянку.

Иду. Деревня далеко видна.

Пастух кнутом захлопал на полянке.

И вдруг гром-громом:

- Кончила-а-ась война-а-а!


Мне будто кто-то кипятком под пятки.

И в спину будто воздуха волна.

Промчался оголтело по порядку,

Взахлеб с порога:

- Кончилась война-а-а!


Из рук у мамы прыгнул чугунок,

И заплясала на полу картошка.

- Ты от кого узнал, сынок?

- Пастух шумит, пастух наш, дядя Прошка.


И помню я: в углу мигала свечка,

Из рамки траурной на нас глядел отец,

И мама шопотом:

- Промолви хоть словечко,

Как жить-то нам...

А с улицы:

Ко-о-о-нец!

Войне ко-о-оне-е-ец!


Обжегся дождь...


Обжегся дождь об орудийные стволы,

и языки огня его лизнули.

Дождинки как бы не были малы

их поперек пересекали пули.

Новорожденный,

он не мог понять

всего предназначенья этой боли,

он вовремя пришел хлеба поднять,

да не зерном обсеменили поле.

И дождь восстал, восстал во весь инстинкт,

он навалился на огонь всей силой,

бессмысленная боль его бесила,

он за поруганное поле мстил.


По чистой списан...


Он в бой пошел из эшелона,

в постромки цепкие впряжен,

и вздыбилась земля со стоном,

пред ним, и луг дотла сожжен.


А смерть куражилась, плескала

в глаза огонь. Рыдал свинец.

И стал конь воином бывалым,

не раз он слышал: "Всё, конец..."


Из мертвых воскресал, и снова

пружинил ноги в вихре дымном.

Брал ездовой в запас подковы -

съедалась сталь дорогой длинной.


Салюты полыхнули в небе.

Обнял любимца ездовой,

к ногам припал весенний стебель -

по чистой списан конь."Домо-о-ой!"


Поля родные! Звон весенний!

Стремительный полет стрижа!

Волнуется под ветром сено!..

Вздохнул всей грудью - и заржал...


А ночь тиха. Колхозный конюх

несет единственной рукой

из дома полведерка корма:

"Однополчане, чай, с тобой".


Все хорошо. Но на проселке

другие кони впереди,

ему ж мешают два осколка,

ох, острые сидят в груди.


Лето

НА ОСИНАХ БЛИКИ.

НА БЕРЕЗАХ БЛИКИ.

А НА ПАЛЬЦАХ ЛЕТА

КОЛЬЦА ПОВЕЛИКИ.

НЕ ДОХНЕТ ЧАЩЕБА

СПИТ В ОБЪЯТЬЯХ ХМЕЛЯ.

ЗАДРЕМАЛИ РЫБЫ

НА ПЕСЧАНЫХ МЕЛЯХ.

ОТ ВЕСНЫ БЕССОННОЙ

ЛЕГКАЯ УСТАЛОСТЬ

НА ПОНИКШИХ ЛИСТЬЯХ

И НА МНЕ ОСТАЛАСЬ.


Отболело, отжило...


ОТБОЛЕЛО, ОТЖИЛО,

КАК НИ ПОГЛЯДИ,

СТАЛО СЕРДЦЕ ТЯЖЕЛО

МНЕ НОСИТЬ В ГРУДИ.

С ДУБА ЖЕЛУДЬ - КАП ДА КАП,

И ПРОБИЛ РОДНИК.

ЖИЗНЬ - ОНА ВЕДЬ КОГДА КАК,

НЕ ИЗ БЕД ОДНИХ СОСТОИТ.

А Я ИГРОК,

ПРЕЖНЕЕ - НИ ЧТО,

ТАМ Я РАБ,

А В ЗАВТРА - БОГ,

Я ЖИВУ МЕЧТОЙ.

НЕ СЛОЖИЛСЯ КАК ПОЭТ?

НЕ МОЯ ВИНА.

КТО ИЗМЕРИТ БЕЛЫЙ СВЕТ,

ЧТО В СТАКАН ВИНА

ПРЕВРАТИЛСЯ И ПЬЯНИТ

ЧЕРЕЗ МНОГО ДНЕЙ,

ЖИЗНЬ ПОКА МЕНЯ ХРАНИТ,

НУ, И СЛАВА ЕЙ.

ОТБОЛЕЛО, ОТЖИЛО,

КАК НИ ПОГЛЯДИ,

ТОЛЬКО СЕРДЦЕ ТЯЖЕЛО

МНЕ НОСИТЬ В ГРУДИ.

.................................................................

ЖИЗНЬ - ОНА И ТАК, И СЯК,

В ТАМБОВЕ Я ИВАН - ЦАРЕВИЧ,

А В МОСКВЕ ИВАН - ДУРАК.


Соловьи свое отпели.

СОЛОВЬИ СВОЕ ОТПЕЛИ

И УМОЛКЛИ НАДОЛГО...

ТРАВЫ КОСЯТ, ТРАВЫ СТЕЛЯТ

НА ЛУГАХ, А РАДУГА

ПЕРЕГНУЛАСЬ КОШКОЙ В ТРАВЫ,

ПЬЕТ РОСИНОК СЕМИЦВЕТ.

ЛУГ И СОЛНЦЕ ВЕЧНО ПРАВЫ,

А КОСА? КОСА - ПОЭТ!

ЧТО СТРОКА МОЯ? УБОГА

ПЕРЕД СТРОЧКОЙ КОСАРЯ...

НА ЛУГУ НАРОДУ МНОГО,

ГРАБЛИ, ВИЛЫ ГОВОРЯТ

(ПОД КОСЫНКОЙ ГЛАЗ ЛУКАВЫЙ) -

ШЕВЕЛИ, РОДНОЙ, РУКАМИ.

ВОЗЛЕ НОГ ИГРАЮТ ВИЛЫ -

ПОДБИРАЙ-КА ПЯТКИ, МИЛЫЙ!

СОЛОВЬЯМИ ВСЕ ОТПЕТО,

ТРАВАМ ОТДАНО В ЗАЛОГ,

ПЕСНИ ИХ - ОХАПКИ ЛЕТА -

МЫ УКЛАДЫВАЕМ В СТОГ .


Средьполосная Россия


СРЕДЬПОЛОСНАЯ РОССИЯ,

СЕНОКОСНАЯ ПОРА,

ТИШИНУ ЗАРИ ВСПУГНУЛИ

СТРЕКОТАНЬЕМ ТРАКТОРА.

ПО ОТРОГАМ ОПЬЯНЯЯ

РАСТЕКАЕТСЯ И СТЫНЕТ

КРЕПКИЙ ЗАПАХ ИВАН-ЧАЯ,

ПОДСЫХАЮЩЕЙ ПОЛЫНИ.

МЛЕЕТ НА БУГРАХ КЛУБНИКА,

ИЗНЕМОГ О Т ЗНОЯ ДОННИК,

ЗАГУСТЕВШЕГО НАСТОЯ

НАБИРАЙ ПОЛНЫ ЛАДОНИ.

ДО ТЕМНА МЫ КОПНЫ МЕЧЕМ,

Я - ПРОПАХШИЙ ЧАБРЕЦОМ,

ОБЛЕГЧЕННЫЙ И УСТАЛЫЙ,

УПАДУ В ЦВЕТЫ ЛИЦОМ

И, ПЬЯНЕЯ ОТ ИСТОМЫ,

ПРОШЕПЧУ - ПРОДЛИСЬ МГНОВЕНЬЕ,

СРЕДЬПОЛОСНАЯ РОССИЯ -

ЯРКОЗВЕЗДНОЕ ЦВЕТЕНЬЕ!