# Бам-Трасса мужества

Лилия Ивановна Герман

Правда о Великой стройке прошлого столетья. О том, как служилось в ЖДВ на Восточном участке БАМ.

К 25-летию стыковки на рзд. Мирошниченко


* * *

Повесть составлена по рассказам очевидца, бывшего военнослужащего, служившего на БАМе в 1982-84 гг. Все фамилии в повести изменены. Я посвящаю её всем военным железнодорожникам, участвовавшим в этой Великой стройке. А так же Человеку с большой буквы, полковнику Звереву Сергею Анатольевичу(Громов),геройски погибшему 31мая 2000г в Чечне...


***

Послушай-ка меня, парнишка.

Ты знаешь, что такое БАМ?

Об этом не читал ты в книжках?

Так я тебе урок свой дам.

БАМ-школа мужества и жизни,

Её нельзя вам забывать

Там каждый был своим, не лишним

И каждый мог друзей прощать.

БАМ строил судьбы или рушил,

БАМ закалял в себе мужчин,

Там было трудно, но послушай

Нам обижаться нет причин.

Мы делали большое дело,

Скрепя зубами, шли вперёд,

Мы заходили в чащи смело,

Через болота рвались вброд.

Скалу взрывали на осколки,

И уходила, вдруг вода.

За нами выросли посёлки,

А после них и города.

Дорогу строили мы дружно

И замерзая, и в поту.

Мы шли вперёд, так было нужно!

Ложили рельсы в мерзлоту.

Об этом не читал ты в книжках?

Так я урок тебе свой дам.

Послушай-ка меня, парнишка,

Ты знаешь, что такое БАМ?


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

1

Андрюха родился в большой крестьянской семье, где их было шестеро непосед.Чтобы прокормить большую семью родителям приходилось постоянно трудиться в родном колхозе, иногда даже в ночную смену, из-за чего дети часто были предоставлены сами себе, старшие отвечали за младших.Жили дружно, хоть и не обходилось без происшествий, как обычно бывает в больших семьях-кто-то кого-то обидел, кто-то кого-то непослушался,а кто-то наябедничал и получил взбучку от остальных.Андрюшка был шустрым мальчиком и, как правило, ни одно из происшествий не обходилось без его участия.Но не смотря на это, он рос весёлым и жизнерадостным, спеша за день растратить всю свою энергию.

Счастливое беззаботное детство закончилось в четвёртом классе.

На школьной перемене, вездесущий мальчишка, взобрался на самую высокую лестницу на школьном стадионе, упал оттуда и повредил левую руку в локте. Повредил серьёзно. Его отвезли в больницу, где он провёл несколько месяцев. Рука оказалась под угрозой. Матери пришлось приложить немало усилий, чтобы оплатить две сложнейшие операции. Хотя медицина была бесплатной, такие операции делали не всем и нужны были большие деньги. В конце концов, рука осталась, но часть локтя ампутировали. Мальчик вернулся домой с рукой.

Но это была уже не та рука, что помогала ему во всём. Она оставалась согнутой, и ниже локтя он её совсем не чувствовал. Врачи не хотели расстраивать мать и сказали, что, со временем, всё будет в порядке, хотя сами в это мало верили.

Но маленький Андрюша верил. Он ни за что не хотел оставаться калекой и поэтому делал всё возможное, чтобы вернуть свою руку в прежнее состояние.Ему невыносимо было смотреть,как его здоровые сверстники с жалостью смотрят на него, в мыслях приписав его в инвалиды.

Бесконечные массажи, примочки, гимнастика.Дни, недели, месяцы. Лишь спустя пол года в руку вернулась чувствительность, и это вселило в мальчика уверенность, что его усилия не напрасны.В результате, ещё через пол года рука начала разгибаться.

Он начал заниматься на турнике. Занимался упорно и, вскоре рука заработала в полную силу. Его не волновало, что она чуть-чуть короче правой, главное, что она есть, и это уже не бесполезная часть тела, делавшая его беспомощным калекой. Но, чтобы рука его не подводила, Андрей всё ещё продолжал заниматься турником и к концу восьмилетней школы он мог выполнять сложные фигуры, которые сверстникам были не под силу.

2


Пролетели школьные годы. Это уже не тот маленький, озорной мальчик, а красивый, взрослый юноша, который может сам постоять за себя и не дать себя в обиду. Красивые черные волосы, лишь слегка вьющиеся. Густые черные брови, сомкнувшиеся на переносье. Длинные черные ресницы, окружающие каре-зелёные глаза, которые постоянно горят внутренним огнём. Прямой нос, тонкие губы, над которыми пробивается чёрный пух молодых усов, ещё не тронутых лезвием. Он худой, среднего роста, но его тело покрыто твёрдыми мускулами.

К 18-ти годам он успел кое-как закончить училище, в которое он поступил с друзьями - одноклассниками. Между учёбой, с ними же, успел съездить в далёкий Казахстан и, лихо соврав сколько ему лет, добился того, что ему доверили огромную машину под названием комбай. Людей не хватало, а свободной техники стоял целый ряд. Благодаря крепкой памяти и хорошей сообразительности, молодой неопытный юноша уже через несколько дней убирал хлеба и даже перевыполнял план.

Хорошо подзаработав, друзья вернулись домой, в солнечную Молдавию.

Дома их ждали повестки в армию.

-Здравствуй, сынок. Наконец-то ты приехал, что ж ты не писал? - встретила на пороге мать.

- Да не люблю я писать, мам, ты же знаешь. Вот он я, живой и здоровый, и ничего со мной не случилось.- ответил Андрей, обнимая мать.

- Сынок, тебе тут повестка...

-Да, я знаю. У Серёги тоже есть, и у Коляна. Я знал, что и мне должна быть.

-Я думала, тебя не возьмут. - с надеждой в голосе, произнесла мать.- Куда тебе с твоей рукой? Тебя так долго не было дома, и ты опять уедешь...

-Не переживай, мам, всё будет хорошо. Как это не возьмут? Я же не калека.- гордо ответил сын, хитро улыбаясь. Откуда матери было знать, что её сын на всех комиссиях смог убедить медиков, что рука у него вполне здорова и он годен к службе. - Пусть только попробуют не взять!

Ещё на первой комиссии, Андрея и вправду не хотели брать в армию и собирались "списать". Рука имела страшный вид - на месте локтя был уродливый шрам и никто не верил, что этот парень годится для воинской службы. Но Андрюха умел убеждать и пятьдесят отжиманий от пола сделали своё дело, доктора заключили:"Годен!"

-Ах, сынок,- вздохнула мать.- Поешь, давай, отдохни, посидим, поговорим.

Они долго сидели и разговаривали. Её любимый сын приехал всего на несколько дней, и скоро должен уезжать на два года. Кто знает, хватит ли здоровья дождаться, чтоб увидеть его снова и вот так вот поговорить. Он всё болтал и болтал, рассказывая о своих впечатлениях. А она всё смотрела на него и слушала, тайком от него вытирая слёзы ...

Когда в селе кто-то уходит в армию, на провожанку собирается вся молодёжь. Ребята слушают музыку, под гитару поют солдатские песни, грустят и веселятся. Одним словом, гуляют, как могут. Так было и в этот раз. Собрались друзья, знакомые, родственники. Гудели всю ночь, а на утро призывников посадили в автобус и отправили в район, а оттуда в столицу, в город Кишинёв.

Наших друзей не разлучали . Ещё в районе им сказали, что служить они будут вместе, в городе Одессе. Знаменитый город, расположенный на берегу Чёрного моря - разве можно было мечтать о чем-нибудь другом?

Настроение было отличное. Всё складывалось хорошо и ребята уже видели себя в военной форме.

Устав от ночного гулянья, они проспали всю дорогу. Проснулись лишь тогда, когда автобус въехал на площадь призывного распредпункта и водитель скомандовал:

-Подъём! Приехали!

Ребята вышли из автобуса и осмотрелись.

Большая площадь перед зданием военкомата была занята молодыми ребятами с вещмешками. Кто стоял, кто сидел, кто курил, кто пел под гитару. Был конец ноября.

В Молдавии погода непредсказуемая. В ноябре может быть мороз до - 10 градусов, а может быть жара до +20, год на год не приходится. В этом году бабье лето затянулось. Было жарко и многие ребята разделись до маек.

По радио постоянно читали списки фамилий. Ребята на площади постоянно менялись. Одних сажали в дежурившие неподалёку автобусы и отправляли. Вместо них приезжали новые призывники и занимали место на площади. Новенькие еще раз проходили последнюю медкомиссию. К концу дня, тех, кто ещё оставался на площади, переводили в находившиеся рядом казармы.

В первый день нашим ребятам пришлось туго. Головы гудели от выпитого накануне спиртного. Всё, что было из дома, было давно выпито. Закуска ещё оставалась, но похмелиться было нечем. Поэтому, они очень обрадовались, когда увидели рядом с собой знакомую девчёнку. Она в это время училась в столице и, узнав о том, что они уезжают в армию пришла их проводить.Первое, что им пришло в голову, это отправиться в ближайшее кафе, угостить девочку мороженным, а за одно и отметить столь знаменательное событие.

Их не было около часа и, конечно же, в это время по радио прозвучали их фамилии. Группа, в которой они должны были находиться, погрузилась в автобус, и автобус отъехал.

Они вернулись и, ничего не подозревая, стали ждать. Прождали день, второй, но их всё не вызывали. Еда давно закончилась, деньги тоже. На третий день Андрюха забеспокоился:

-Вам не кажется, что мы тут долго задерживаемся?

-Ещё как кажется! Сколько можно здесь торчать?

-А жрать как хочется! Я бы сейчас любой солдатской каши поел, лишь бы в животе не урчало.

-Может, сходим, спросим, чего нас не вызывают?

-А, может лучше, сбежим?

-С ума сошли? Всё равно вернут, а ещё и посадить могут. Вам надо?

-И кто сходит?

-Все вместе пойдём, а то ещё разделят.

Они так и сделали. Вместе вошли в здание военкомата, отыскали нужный им кабинет и вместе зашли.

Когда они объяснили в чём дело, начальник взревел:

- Как, вы всё ещё здесь!? Ваша партия ушла ещё три дня назад! Вы должны были уже служить! Вы что, отлучались?

- Нет. Мы, просто, не услышали. Может нас и вызывали, в день столько фамилий перечитывают.

Начальник подозрительно на них посмотрел.

- Ладно, идите пока, ждите! Хотя - он нахмурился.- Что-то я вам не верю. Сидите тут, а то ещё удерёте. Я сейчас.

Он вышел и отсутствовал всего несколько минут. Вернулся с их документами.

- Куда вам обещали, что вас отправят?

- В Одессу.

- Ах в Одессу... - протянул начальник. -Одесса, так Одесса . Ну что ж, будет вам Одесса.

И почему-то добавил:

- И белые медведи.

Ребята недоумённо на него посмотрели, а он, хитро улыбнувшись, сказал:

- В зоопарке.


3


Их отправили на вокзал и посадили на Одесский поезд. Теперь они были твёрдо уверенны, что служить будут в городе-герое, и что им с армией повезло. Поезд с каждой минутой приближался к месту службы, отмеряя километр за километром. С каждым часом возрастало ощущение того, что вот-вот закончится свобода и их беззаботная жизнь. И хотя служить было заманчиво, но всё же страшновато. Вот-вот начнётся солдатская жизнь и на целых два года можно забыть о свободе.

В поезде к ним подошла цыганка.

-Эй, мальчики, куда едете?

-Служить.

-О, вы-то мне и нужны! Водки хотите?

-С радостью, только у нас денег нет.

-Зачем деньги, я меняюсь.

-На что?

-На одежду.

-Как на одежду? А мы в чём? - спросил Николай, на котором был новенький костюм, который он в первый раз одел.На вопрос, зачем, ответил, что служба в армии для него праздник.

-А зачем тебе одежда? Приедешь на место, тебе новую дадут, казенную. Жалко тебе, что ли?

-А и вправду, эту одежду всё равно отберут, а так хоть выпьем. Кто знает, когда ещё пить будем? - согласился Николай. Он снял новенький пиджак и, не задумываясь, отдал его старой цыганке.

-А брюки?

-За брюки, ещё бутылка! - попытался поторговаться Николай.

-Это дорого, дорогой.

-С ума сошла! Весь костюм за одну бутылку?! Он же совсем новый!

-Вот дурак человек! Ты куда едешь? Зачем новый костюм надел? Не знал, что всё отберут? Вот дурья башка! Впервые такого чудака встречаю.

-Ладно, Николай, не нервничай, а то ещё уйдёт.- шепнул ему Андрей, а вслух сказал, - Я ещё свою куртку дам, дашь две бутылки ?

-Пойдёт. Молодец, парень, хорошим человеком будешь.

-А ещё придёшь?

-Может и приду. - оценивающе глянув на оставшуюся на ребятах одежду, ответила цыганка.

Когда поезд подъехал к своей конечной остановке, на ребятах мало что осталось. Всего их в поезде было около ста человек из разных мест. Когда их всех высадили в Одессе на перроне, они стали прикалываться друг с друга:

- Цыгане хорошо поработали!

Почти все остались без верхней одежды. Некоторые были лишь в майках и спортивных брюках.

Сопровождающий их прапорщик ничего не сказал, лишь нахмурился и приказал садиться в ожидавшие их автобусы.

-Ну всё, последние минуты свободы, - вздохнул Андрей. - Прощай, вольная жизнь, здравствуй, жизнь солдатская.

Но автобусы, в которые их посадили, остановились совсем не там, где они ожидали. В том месте не было никакой военной части и ничего даже похожего на неё. Их привезли в аэропорт.

- Вот тебе и в/ч ТУ-134 ... -вздохнул Андрей, предчувствуя что-то неладное.

Автобус подъехал прямо к трапу. Ребята забеспокоились, но деваться им было некуда. Им приказали садиться в самолёт. Их окружили люди в военной форме и они послушно начали подниматься по трапу. Очевидно, это был специальный рейс, потому что в самолёте, кроме призывников и военных, больше никаких пассажиров не было. Заревели моторы, самолёт разогнался и поднялся в воздух, взяв курс на Восток. Куда именно, никто из ребят не знал.

Все притихли, каждый задумался о своём. Город мечты оставался всё дальше и дальше. Позади оставались родные места, родная солнечная Молдавия, с её тёплым климатом, сочными яблоками и спелым виноградом.

А что ждало их впереди, они не знали. Никто не знал куда они летят и где их высадят. Начальники в военной форме молчали, а спросить их о чём-то ребята боялись. Так и летели молча, в тишине, потрясённые тем, как их жестоко обманули. Но они не знали, что на этом их беды только начинаются.

Самолёт летел около семи часов и, наконец, начал приземляться. Ребята вздохнули с некоторым облегчением . За такое время , они могли залететь далеко , но это был ещё не край света , не Дальний Восток, о котором в то время уже ходили легенды.

Это был Новосибирск.

Когда самолёт остановился, ребята ждали, что их высадят. Но команды выходить не было. Оказалось, что это была простая дозаправка, и очень скоро самолёт снова поднялся в воздух. Прошло ещё несколько часов, прежде чем они начали приземляться.

Когда они вышли из самолёта,им показалось,что они попали на северный полюс. Там был не только снег. Жуткий мороз обжигал их лица, непривыкшие к таким температурам. Восемнадцатилетние мальчики, ничего не видевшие в жизни, привыкшие к теплому климату, за несколько часов попали полураздетыми в адскую стужу.

Это была Чита.

Они быстро перебежали в автобусы, которые повезли их в здание аэропорта.

Ребята вбежали в помещение, где было немного теплее и ни за что не хотели оттуда выходить. Никакие приказы, никакие уговоры не помогали. Прапорщику, сопровождавшему их всё это время, пришлось приложить немало усилий, пока ребята согласились выйти, сесть в автобусы и отправиться на вокзал.

- Ребята, ну потерпите немного. Ещё минут 20-30 в поезде, потом станция 'Ерофей Палыч'. Там нас ждут тёплые машины, которые отвезут всех нас в часть. А там тепло, как дома. Вот увидите, всё будет хорошо, вам нечего бояться. - говорил им прапорщик.

И они ему поверили. В теплушке было тепло и уютно. Страх перед холодом прошёл и ребята расслабились. Теперь они знали, где будут служить, начальник их успокоил- на улице мороз, но ведь в части будет тепло...

Но в дороге их никто не кормил. Прапорщик, усадив их в вагон, куда-то пропал и им приходилось выкручиваться самим. По вагонам начали ходить местные менялы. Это были не цыгане, но делали они то же самое - меняли продукты и водку на вещи. Ребята были уверенны, что холод им не грозит, и они, долго не думая, отдавали ещё оставшуюся у них одежду. Вместо 20 - 30 -ти минут, они ехали ещё пару суток. Чтобы хоть что-то поесть, ребята отдавали менялам личные вещи и всё, что было возможно с себя снять. Потом перешли и на обувь. На остановке многие остались в майках, спортивных брюках и носках.

Когда они вышли из поезда, ощутили, что здесь мороз ещё крепче. И здесь не было здания вокзала. Вместо него стоял маленький домик, в который с трудом втиснулись около ста человек призывников. Внутри было не намного теплее, чем на улице. Ребята стояли, обнявшись, около часа, пока приехали "тёплые" машины. Это были грузовые машины, крытые тентом- обыкновенным брезентом защитного цвета. В одной из машин была обувь для будущих солдат. Сержанты, приехавшие на машинах, начали выбрасывать старые валенки прямо в снег.

-Ребята, выходите, обувайтесь, поедем в часть.- обратился к ним прапорщик.

Но никто не двинулся с места. Страх перед холодом сковал их и они ни за что не хотели выходить наружу. Тогда прапорщик вышел и вернулся с сержантами, которые навели на них автоматы.

- А ну, духи, вылазьте! - крикнул один из них и толкнул одного из ребят в спину.

Они нехотя вышли. Поношенные протёртые валенки валялись в снегу.

- Выбирайте и залезайте в машины!- крикнул им прапорщик, почувствовав себя увереннее в присутствии сержантов. Притопывая на морозе, он отправился в кабину. Больше ребята его не видели.

Они начали выбирать себе валенки. Их было много и все они были сильно поношены. Парни тряслись на морозе, дрожащими руками вытаскивали из кучи валенки и натягивали на окоченевшие ноги. Попадалась обувь на одну ногу, разного цвета, разного размера, но они этого не чувствовали и не обращали внимания, лишь бы хоть чуть-чуть согреться. Андрею попались валенки разного размера и на одну ногу. Сергею попали разного цвета и один больше напоминал ботинок, потому что был наполовину обрезан. У Коли валенки были получше, вроде как повезло.

Кое-как обувшись, призывники залезли в машины. Холод стоял страшный!!! Скамеек в кузове не было и им пришлось сесть на голые железные площадки, подложив под себя ноги. Чтобы не замёрзнуть совсем, они обнялись и так ехали всю дорогу около 10-ти часов. Через некоторое время пути Николай толкнул Андрея:

-Андрюха, я ног не чувствую...

-Как не чувствуешь?

-Совсем.

-Как совсем, ты что?

-Вот так, их как будто нет!

Андрей быстро стащил с него валенки. В спешке Николай натянул валенки, полные снега. Он так замёрз, что этого даже не почувствовал. Теперь его ноги были белые и очень холодные. Андрей с Сергеем начали их растирать. Всю дорогу они держали ноги Николая у себя под мышкой, чтобы хоть как-то их согреть. Николай был более чувствителен к холоду и переносил его труднее своих друзей. Он замерзал и друзья делали всё, что могли, чтобы спасти своего товарища. Ему было так холодно, что им казалось, что он начал сходить с ума.

-Куда нас везут? - кричал он. -Давай убежим отсюда!

- Куда убежишь? Бежать некуда! Кругом Сибирь! Тайга! -в отчаяньи кричал ему Андрей, растирая ему ноги, руки и нос.

Их везли по дороге ведущей через лес. По-пути - ни каких селений, ни каких людей. Лишь иногда встречались солдатские палатки.

Вскоре машины остановились у одной из палаток, одиноко стоявшей среди леса.

-Здесь попьёте чаю, чуть согреетесь и поедем дальше. - сказал один из сержантов.

Долго уговаривать их не пришлось. Ребята повыскакивали из машин и вбежали в палатку. Здесь грела буржуйка и было намного теплее, чем в машинах. Им дали по кружке чаю - обыкновенного кипятка без сахара и заварки.

У них никто не спрашивал, сколько времени они не ели и как себя чувствуют. На лицах обитателей палатки они не встретили ни сожаления, ни сочувствия. Было что-то неуловимое в из взглядах, непонятное и злобное. Уже здесь ребятам показалось, что они находятся не просто на краю земли, а у врат ада, где нормальные человеческие отношения не приемлемы и люди делятся на...Впрочем, на что они тут делятся, они узнают позже, а сейчас они были всего лишь духами.

Им приказали возвращаться в машины. Ребята попытались бунтовать, но на них снова навели автоматы, а против автоматов ничего не сделаешь. Ребята поняли, что сейчас их жизни зависят не от них и им пришлось вернуться к машинам. К концу пути, они уже не верили, что переживут эту поездку. Когда машины остановились и им сказали, что они приехали в часть, все с трудом верили, что остались живы.


4


Окоченевшие ребята с трудом выбрались из машин. Мороз сковал всё тело, руки и ноги не слушались. Было чудом, что никто не замёрз окончательно, но обморожения были у многих. Они вышли из машин и осмотрелись.

Это было место, где им предстояло вести службу. Среди тайги было вырублено и расчищено несколько гектаров леса и поставлено несколько бараков - казарм . Стояло несколько вагончиков и палаток . Здесь же был небольшой клуб. Это место называлось посёлок "Утиный ".

Их завели в клуб и построили. Здесь было не теплее, чем снаружи. Старший лейтенант Громов недовольно осмотрел строй новобранцев. Замёрзшие, измученные, почти раздетые, в разноцветных валенках (у кого один чёрный, второй серый) - такими предстали они перед своим командиром. Ротный покачал головой:

-И это будущая наша армия!? Ладно, бойцы, сейчас пойдёте в баньку, смоете с себя гражданскую пыль и переоденетесь.

Одно слово "Баня" согрело душу ребят. Они были из тёплых краёв и в их местах понятие о бане было несколько иначе, чем в Сибири. Для них баня была, для того, чтобы мыться, но понятие Русская баня означало для них попариться и хорошо разогреться, о чём они все сейчас мечтали.

-Ну вот, сейчас отогреемся. - шепнул Андрей Николаю, всё ещё веря, что их беды уже позади, а за издержки в пути они сами виноваты, нечего было ходить по кафешкам, а потом поддаваться уговорам цыган. - Главное, что мы уже здесь, теперь всё будет в порядке.

Их перевели в стоявший рядом вагончик, который был оборудован под баню. В предбаннике они снимали с себя оставшуюся одежду.

Андрей не стал долго возиться и умудрился первым вскочить в помещение, где должно было быть тепло и парно.

- О-о-о-х ! - услышали ребята голос Андрея из-за закрытой двери.

-Во Андрюха парится! - воскликнул Сергей, быстро снимая непослушными руками одежду, и помогая едва не замёрзшему Николаю.

Они были ближе всех к двери и вошли туда сразу же после Андрея. Оставшиеся в предбаннике, услышали тот же звук и ещё крики. Все думали, что там тепло и ребята парятся.

Когда Андрей вошел в баню, первое, что он почувствовал - обжигающий ноги лёд, поэтому он и вскрикнул. Первой мыслью было вернуться обратно, но вспомнив злобные лица сержантов, которые привели их сюда, он передумал. Не хотелось первому начинать сопротивляться и сразу обращать на себя внимание. От старших братьев он знал, что за это в армии не жалуют и первые полгода полагается терпеть.

Он осмотрелся. Весь пол покрывал толстый слой льда. От стены шло несколько кранов, но они были заморожены. Рабочим оказался всего один. Здесь же стояло несколько пустых тазиков. Андрей открыл кран и из него потекла вода. Вода была холодной, но не ледяной. В это время вошли друзья.

- О-о-о-х ! -воскликнули они в один голос, наступив на лёд .

Вскоре всё помещение наполнилось раздетыми людьми. Никому даже в голову не приходило, намочить себе что-нибудь. Вода, хоть и была теплее льда, но всё же была холодной. Началась паника,многие хотели сразу выйти, но как оказалось, как только последний призывник вошёл в баню, дверь тут же заперли снаружи и долгое время не открывали. Ребятам показалось, что прошла целая вечность, прежде чем сержанты сжалились и выпустили их. После 'комфортной' поездки в грузовом кузове и этой "баньки", многие попали в санчасть.

Это была Сибирь, глухая тайга. Зимой здесь стоял мороз под -50 и они думали, что им выдадут тёплые сапоги, тёплые ватники и всё, что положено носить в этих краях.

И им выдали...

Жёсткое бельё, которое можно было свободно носить в тёплой Молдавии летом; шерстяные брюки и лёгкие шерстяные куртки, называемые ПШ; шинели не по размеру. Единственно тёплые, по сезону вещи - шапки ушанки, которые тут назывались бамовками или 'шапками-ушанками год за полтора'. Эти шапки были с длинными "ушами", которые можно было завернуть вокруг шеи. Выдали портянки, которые они не имели понятия, как наматывать. И сапоги 41-го размера - других размеров не было. От сапог сразу пришлось отказаться и вернуть свои старые валенки, в которых они так потом и ходили.

Их построили и повели в казарму.В здании было паровое отопление, но оно не работало. Толстые трубы, проходившие по стенам, полопали от мороза и из них торчал лёд. Очевидно, что мороз застал врасплох это помещение и вся система замёрзла.

Для отопления здесь стояла одна единственная буржуйка. Но стояла она в углу, так как очевидно было, что внесли её сюда на время, пока исправят систему, и грелись у неё лишь те, чьи кровати находились рядом. И это были не духи и даже не гуси, а многоуважаемые дедушки, которым полагалось уважение и почёт. Остальным обитателям помещения приходилось греться лишь за счёт дыхания вошедших людей.Температура в помещении не подымалась выше +3, как показывал градусник, "любезно" выставленный кем-то из дедушек.

Здесь стояли аккуратно заправленные двухъярусные кровати. Матрасы были из поролона, подушки такие же. Одеяла были шерстяные, но очень тонкие, самые дешёвые, какие были в то время.

Ребята заняли себе койки. Никого ничего не спрашивая, они забрались под одеяла, даже не сняв с себя ни верхней одежды, ни шапок, ни валенок. Сейчас им никто ничего и не говорил, до принятия присяги они представляли мало интереса для "старшего контингента". Они лежали на койках, накрывшись с головой тонкими одеялами, боясь пошевелиться, чтоб не впустить под одеяло холод. Через некоторое время Николай позвал Андрея слабым голосом:

-Андрюха ...

-Чего тебе?

-Я замерзаю ...

-Как замерзаешь?

-Совсем...

-С ума сошёл?! - вскочил Андрей и бросился к койке друга.

Николай лежал на койке, свернувшись на сколько мог калачиком, и не двигался. Сил пошевелиться у него не было - всё тело онемело от холода. Друг и вправду снова замерзал.

В это время, Сергей придвинул свою койку к койке Николая, набросил своё одеяло поверх его и влез под одеяло к Николаю.

-Правильно! Вдвоём теплее.- сказал Андрей. - А втроём будет ещё лучше.

Он принёс своё одеяло, набросил его поверх друзей и присоединился к ним. Они прижались друг к другу так плотно, что на двух одноместных койках ещё оставалось место и, вскоре, они почувствовали, как кто-то накрыл их четвёртым одеялом и занял оставшееся место своим телом. Они были не против и даже не спрашивали, кто он и откуда.

Теперь они почувствовали себя чуть лучше. Плохо было лишь то, что нельзя было пошевелиться. Стоило кому-нибудь шевельнуться, и весь тёплый воздух мгновенно улетучивался и его место под одеялом занимал колючий холод.

Решая проблемы с холодом, ребята совсем забыли о голоде. Теперь, когда они чуть-чуть согрелись, они вспомнили, как долго не ели. С тех пор, как они сошли с поезда, никто ни разу о еде не вспомнил, все их мысли занимал холод.

Приближалось время ужина и им приказали идти в столовую. Оставлять более-менее тёплое местечко не хотелось, но голод начал качать свои права. Им представилась солдатская тушёнка, о которой так часто говорили дома по телевизору и они встали в надежде, что скоро наедятся и до утра смогут поспать.

Они пришли в столовую. Здесь тоже всё было разморожено и стоял ледяной холод. Их ждала кислая , кое-как запаренная, с противным запахом капуста, неизвестно чем заправленная. Никакой тушёнки в этот раз не было. Только капуста, чёрный хлеб и мутного цвета чай. Было неприятно, но ребята были такие голодные, что сразу набросились на еду. Порции были не большие и ни о какой добавке речи не было, но лучше хоть что-то, чем ничего.

После ужина их опять построили. Ротный их опять осмотрел и был очень не доволен их видом. Шинели не по размеру и разные валенки совсем не украшали строй, но он ничего не мог изменить. Он дал этим ребятам то, чем их обеспечило государство под названием Великий Могучий Советский Союз.

Он начал им объяснять, где и зачем они находятся. Заканчивался 1982 год.

-Товарищи призывники! - начал свою речь ротный. - Я, старший лейтенант Громов, буду пока вашим командиром. Вы все поняли, что находитесь на Дальнем Востоке. Но вы должны гордиться, что находитесь здесь. Вы все знаете, что вот уже много лет здесь идёт большая стройка. Вы все слышали о молодёжной стройке Байкало-Амурской Магистрали, которую коротко называют БАМ. Сюда приезжает молодёжь со всего нашего Советского Союза. Сегодня, вам предстоит внести свой вклад в эту стройку века и помочь своему государству, своей Родине. Мы с вами будем строить БАМ. Нам предстоит работа на Восточном его участке, одном из самых сложных и трудных участков этой стройки. В конце будет стыковка и нам нужно будет приложить максимум усилий, чтобы выполнить в срок поставленную перед нами боевую задачу. Мы находимся в тысячах километров от Москвы, под самой границей с Китаем, так что, бежать отсюда не куда и не пытайтесь. Служба здесь опасна, но не потому, что рядом граница. Наш главный враг здесь - мороз. Вы уже успели убедиться, что морозы здесь очень сильные. Поэтому, вы должны следить не только за собой, но и друг за другом. Здешний мороз коварен, и если он решит обморозить вам нос или уши, вы можете этого не почувствовать. Ваши товарищи могут заметить это раньше вас. Поэтому, если вы заметили, что у кого-то что-то побелело, сразу говорите ему об этом и оказывайте первую помощь. Растирайте до покраснения. Пока, несколько дней вы будете находиться на карантине и привыкать к здешнему климату. Потом присяга, после которой у вас начнётся настоящая служба. А сейчас, в казарму, бегом! Отбой! - закончил ротный.

Они быстро перебежали в здание казармы и отправились спать. Ребята легли вчетвером на двух койках, даже не думая что-то менять. Другие тоже последовали их примеру и сдвинули койки. Хотя было всё ещё холодно, но усталость начала брать своё и они, наконец-то, смогли уснуть.

На утро был чай с чёрным хлебом и каша, которую в армии называют "дробь шестнадцать ". Перловка была не очень хорошо приготовлена, но для желудка это было чуть лучше вчерашней капусты.

Время шло, но привыкнуть к здешним условиям, было сложно.Жуткий холод и постоянное чувство голода ломало в ребятах всё то хорошее, что было заложено в них с гражданки. Такие понятия,как совесть и добропорядочность теперь уходили на задний план, и на смену им выходила борьба за выживание.Жестокая, странная борьба, не поддающаяся никаким законам, когда враг невидим, но ощутим каждой клеткой организма. И отчаянная безвыходность, безнадёжность, понятие обречённости на долгие страдания в этом армейском аду, которые сравнимы только со страданиями ЗК в Сибирских лагерях смерти. А где ещё можно было получить на завтрак кусок замороженного чёрного хлеба, рубленного топором, который, прежде чем съесть, нужно было разморозить в кармане?Или кашу, заправленную льдом вместо масла.


5


Так прошло около двух недель. За это время их успели всего лишь ознакомить со словами присяги и показать, как собирать и разбирать автомат.В дальнейшем, сталкиваться с боевым оружием им не приходилось. Оно находилось у взвода охраны, остальным не выдавалось ввиду специфики службы, работы и условий, в которых они находились.

Настал день присяги -9 января 1983 года. На этот день им не выдали другой одежды - их построили в том, что выдали вначале. Их строй совсем не напоминал строй тех красивых парней, которые сдавали присягу по телевизору в программе "Служу Советскому Союзу". Здесь всё выглядело иначе. Они скорее напоминали колонну немецких военнопленных, которых вели в Сибирь, в русские лагеря. Только форма была другая и вид у неё был не настолько потрёпан.

Вынесли знамя части. Ребята один за другим выходили из строя и читали слова присяги, которые должны были звучать так:

- Я - гражданин Союза Советских Социалистических Республик, перед лицом своих товарищей торжественно клянусь и обещаю:

Горячо любить и защищать свою Родину! Клянусь, не жалеть для этого своих сил и своей жизни! Обязуюсь быть честным и добросовестным воином, стойко переносить все тяжести и лишения ..........

Когда последний призывник прочитал последние слова своей клятвы государству, комбат, принимавший у них присягу, сказал:

-Товарищи солдаты! Сегодня у вас очень важный день! С сегодняшнего дня вы становитесь настоящими защитниками Отечества. Сегодня ряды Советской Армии пополнились новыми её членами. Вы должны вести себя так, как требует устав. Ваш долг, выполнять всё то, что вы нам только что пообещали. Я поздравляю вас с этим прекрасным днём и желаю вам хорошего продолжения дальнейшей службы!

После присяги солдат начали распределять по новым местам. Пришли командиры, так называемые 'покупатели', и начали выбирать себе бойцов. Перед этим, старший лейтенант Громов начал выбирать солдат для своей роты.

-Ребята, мы этого уже знаем. Он, в общем-то, не плохой, давай пойдём к нему. А то, кто знает, куда попадём? - обратился Андрей к друзьям. - Серега, ты как?

-Ты что? Его рота живёт в палатке, замерзнем. - отвечал Сергей.

-Вы как хотите, а я в палатку не пойду. - отрезал Николай.

-Кто пойдёт ко мне? - строго спросил ротный у строя.

Все молчали. Громов был суровым, и все его боялись.В части о его жестокости ходили легенды.

-Можно мне? - вызвался из строя Андрей.

Громов подошёл к солдату:

-Фамилия!

-Глеб.

С этого дня Андрей почти не слышал своего имени. В роте Громова в это время служил Глеб Рябинин, сержант, отвечавший там за все. Его все хорошо знали и уважали. Поэтому и Андрея стали называть Глебом. Многие даже не подозревали, что это не имя, а фамилия.

Андрея с друзьями разделили. Николай попал в другую часть, которая находилась в Февральске. Сергей остался в этой, но попал во вторую роту. Пятая рота Громова находилась на территории этой части и Андрей с Сергеем могли часто видеться. Со всех призывников в тот день к Громову попал один Андрей.

Ротный привёл его в палатку, где находилась его рота, а уже на следующий день его отправили в г.Февральск, в учебную часть.

Первые две недели их обучали всему, что должен был знать молодой боец. Они проходили военную и политическую подготовку. Здесь были почти одни молодые и жизнь здесь была не такой сложной. Никто ни над кем не издевался и Андрей нашёл новых друзей.

Вполне сносное питание, более-менее нормальная температура в помещениях - все это делало уличный мороз не таким страшным, и Андрей немного привык к местному климату. Он научился носить одежду, в которой был. А носить её нужно было так, чтобы она не прикасалась к телу. Чтобы между бельём и телом было некоторое пространство. Тогда не было так холодно. Это называлось Бамовской стойкой. А если одежда прижималась к коже, казалось, что это прикасается лёд и можно было получить обморожение.

Потом Андрея зачислили в группу взрывников и стали обучать взрывному делу. Здесь их учили всему, что касается взрыва: устройству взрывчатки, как и куда её заложить, чтобы взрыв был более эффективным. Им предстояло взрывать сопки, находившиеся на пути прокладываемой дороги.

Дни учёбы проходили быстро. Ребятам выдавали маленькие детонаторы, и они должны были научиться ими пользоваться. Взрывать их было интересно, но было жаль их использовать впустую. Детонаторы взрывались, издавая негромкий хлопок.

-Давай разбудим сержанта. - предложил Андрей друзьям.

Здесь у них был всего один сержант. Раньше его служба проходила на трассе, а теперь его перевели сюда на время пика морозов. Он постоянно спал и, казалось, что разбудить его невозможно.

-Думаешь, получится? - засомневались ребята. - Звук не очень сильный.

-А мы детонатор под кружку положим. Она железная, должно хлопнуть громко.

Они, не долго думая, положили детонатор на тумбочку рядом со спящим сержантом, и накрыли его перевёрнутой вверх дном кружкой. От него провели шнур на несколько метров и подсоединили к катушке.

-Ну, давай, включай. -сказали друзья Андрею.

Андрей включил. Шнур сгорел быстро и кружка рванула так, что в казарме зазвенели стёкла, а сама кружка сразу стала похожа на тюльпан. Никто не ожидал, что такое произойдёт и все сильно перепугались. К счастью, сержант не пострадал. Он сразу вскочил и закричал:

-Кто это сделал?!- после чего последовал набор крепких слов и угрозы, что виноватым после этого не жить.

-Бежим! - крикнул Андрей, бросившись к выходу.

Они стояли, притопывая на морозе, боясь войти в казарму.Что такое дедовщина, они видели лишьв первые дни, когда старики отобрали у них новые ремни. Но наслышаны о ней были много и теперь боялись,что сержант это понятие применит на практике и в отметку за содеянное преподаст им урок.

Но стоять долго было невмоготу, крепкий мороз вскоре загнал их обратно. Когда они вошли, сержант снова спал. В этот раз им не влетело. Сержант оказался неплохим парнем, и потом часто смеялся над пострадавшей кружкой.


6


Потом Андрея забрали обратно в роту. Туда, где он провёл одну ночь, после присяги. Он уже был хорошо знаком с дедовщиной, но лично на себе её прелести испытать пока ещё не пришлось. Всё из-за того, что когда деды попытались забрать у него ремень, он поднял шум и пригрозил, что если его кто-нибудь тронет, он ночью кого-нибудь из дедов задушит. И говорил это с таким отчаяньем, что все решили,что у этого парня не все дома и лучше не рисковать.Цеплять его-себе вредить.

Его привели в палатку.

Это была довольно таки большая палатка, установленная на толстом слое из брёвен. Стены тоже были сложены из брёвен, а поверх всего сооружения был натянут палаточный брезент. В палатке была вмонтирована толстая дверь, которая плотно закрывалась. В центре стояла буржуйка, от которой через всю палатку проходила металлическая труба. Огонь горел постоянно, труба накалялась, и от этого здесь было достаточно тепло. Вдоль трубы с двух сторон стояли двухъярусные кровати. На них были поролоновые матрасы и подушки, застеленные чистым бельём. Одеяла были, как и везде в армии, тонкие и почти не грели. Было проведено электричество от электрогенератора, и палатка хорошо освещалась.

В тот день, когда Андрей прибыл в роту, дежурным по роте был ефрейтор Митрохин. Личность и характер этого типа позволяли ему с молодыми не церемониться. Увидев новенького, ефрейтор сразу двинулся к нему:

- Ну что, гусак, прибыл? Пора тебе узнать вкус солдатской жизни. Сегодня будешь дневальным. Пошли со мной!

Он отвёл Андрея в соседний вагончик. Здесь находилось что-то типа умывальника. Это была небольшая комната с кранами. Её пол был покрыт толстым слоем льда. В углу стояла большая ёмкость, устроенная, как котёл.

- Видишь эту бочку?- обратился ефрейтор к Андрею.- Наносишь полную снега. Внизу топка, наносишь дров, растопишь. Когда снег растает, добавляй ещё, пока бочка не будет полная с водой. Вон в том углу ломик. Возьмёшь его и очистишь весь лёд с пола, вынесешь, наведёшь тут порядок. К утру здесь должна быть тёплая вода. Утром тут умывается вся рота. Смотри, чтоб успел. Все ясно?

-Так точно!- ответил Андрей.

Когда ефрейтор ушёл, Андрей принялся за работу. Он быстро натаскал снега и дров и растопил топку. Пока таял снег, начал работать ломом. Лёд был твёрдым, но кололся легко и скоро весь пол покрылся ледяными осколками. Чтобы не терять время и не бегать лишний раз на мороз, Андрей ухитрился делать два дела сразу. Он загружал лёд в вёдра, выносил его, а вместо него набирал чистого снега. Конечно, он мог насыпать этот лёд в бочку, чтобы он растаял. На вид он казался чистым. Но возле одного из кранов он заметил кусочек мыла и побоялся, что из льда вода получится мыльной и об его делах сразу догадаются. Тогда ему, как молодому, могло сильно влететь от старослужащих. Рисковать не стоило, да и помещение было не слишком большим.

Закончив работу, Андрей сел к топке. Из открытой дверки шёл жар, дрова весело потрескивали. Он долго смотрел на огонь и не заметил, как глаза сами собой закрылись. Стояла тишина, все кругом спали. Спал и Андрей.

Он проснулся от сильной оплеухи. Не успел он открыть глаза, как ладонь Митрохина снова проехалась ему по затылку и лицу. Андрей вскочил и воскликнул:

-За что?

-За то, что спишь на посту! -ответил Митрохин и двинулся на сразу проснувшегося парня.

В это время рука Андрея зажимала лом. Холодная сталь так и обжигала, а затылок жгло от затрещин. Кровь хлынула к лицу. Он не мог стерпеть того, что его просто так ударили, сонного, ничего не предупреждая.

Развернув лом, он вмазал по голове надвигающегося на него ефрейтора и тот упал. Ещё раз проехавшись по его лицу кулаком, Андрей отскочил в сторону, Митрохин лежал на полу, широко раскинув руки. Было уже под утро, Андрей набил ещё в топку дров, чтобы солдаты не умывались холодной водой, и выскочил из вагончика, оставив ефрейтора лежать.

-Что теперь будет? - думал Андрей, возвращаясь в палатку.Дедовщина ещё не успела сломать в нём чувства собственного достоинства и он ещё не понимал, что то, как с ним обошлись, здесь в порядке вещей. -Конечно, это все оценят, как большую наглость. Но ведь и он не прав, я же ничего плохого не сделал. Если он мне так вмазал после того, как я уснул, что же он мне сделает, когда очнётся?

Он вошёл в палатку и занял своё место. Он был один молодой в этой палатке, и ему досталось самое плохое место - у двери. Каждый раз, когда кто-то входил или выходил, Андрей это чувствовал первым, сквозняк с улицы всегда проходил через его койку. Сейчас он залез под одеяло и, накрывшись с головой, ждал своей дальнейшей участи.

Начался подъём. Военнослужащие вскочили со своих мест и начали одеваться. Андрей тоже вскочил и обратил внимание, что встали не все. Он спросил своего соседа, почему так и тот ему коротко ответил:

-Это трассовики-смертники.

Андрей с уважением посмотрел в сторону спящих. Уже здесь Андрей впервые услышал о ребятах взрывниках, которые шли почти первыми, сами прокладывая себе путь сквозь таёжные заросли. Несколько человек жили в глухих лесах одни, и лишь изредка кто-нибудь из них приезжал в часть. "За глаза" их называли "смертниками" . Это потому , что они жили в таких условиях, в каких трудно было выжить. Официально же их называли 'Сибирским десантом'. О них рассказывали разные истории.

Все, кто оставался в части относились с уважением и сочувствием к тем, кто попадал на трассу. Все знали, что жизнь и работа там сравнима с адом.

В следующую минуту Андрей забыл о них, потому что в палатку вошёл Митрохин. Его голова выдержала удар ломом и крови на ней не было. Но удар по лицу здорово его разукрасил: оба глаза посинели, а нос распух. Он двинулся на Андрея и сразу нанес ему удар в лицо. Парень не сопротивлялся. Здесь было слишком много народу, все старослужащие, а он один молодой, один против всех.

-Будь что будет,- думал Андрей, принимая удары от Митрохина.- Но если против меня пойдут все - убьют.

В это время на одной из коек пошевелились. Через мгновение парень - трассовик соскочил со второго яруса на пол и крикнул:

-Чего вы там шумите? В чём дело?

Митрохин прекратил бить Андрея и повернулся, продемонстрировав свои подбитые глаза и распухший нос.

- Ого, Митроха, кто это тебя так разукрасил? - удивился парень.

-Да вот этот гусак! -крикнул ефрейтор и снова замахнулся на Андрея.

-А ну стой! -крикнул трассовик. - А ну подойдите сюда!

Он ещё не знал, что у них в роте появился молодой. Он нахмурился и посмотрел на Андрея.

-Ну всё, сейчас начнут убивать,- подумал тот, разглядывая трассовика.

Крепко сложенный, среднего роста, русый, коротко остриженный, на вид старше своих товарищей - таким увидел его Андрей. Виктор строго смотрел на него, но в глазах этого парня Андрей не увидел злобы и жестокости. Его взгляд чем-то отличался от других. Уже потом Андрей заметил, что у всех трассовиков глаза другие, не такие, как у остальных солдат. Все они смотрят на жизнь как-то иначе, зная её истинную цену.

-Он говорит правду?- наконец, спросил Виктор у Андрея.- Это ты его так?

Андрей молча кивнул.

-За что? - коротко спросил Виктор.

-За то, что он меня побил.

-За что? - спросил Виктор, обращаясь уже к Митрохину, но тот молчал.

-За что? - ещё раз спросил он, уже у Андрея.

-Я уснул.

-Где?

Андрей рассказал, как было дело.

-И ты сделал всю работу, а потом уснул? -переспросил Виктор.

-Да. - ответил Андрей.

Виктор повернулся к Митрохину.

- И за это ты его побил?

Ответить тот не успел. Виктор заехал ему по и так опухшему носу и тот отлетел в сторону.

-За что? - простонал он.

-За дедовщину! - коротко ответил Виктор и, повернувшись к Андрею, спросил:

-Тебя как зовут?

-Андрей.

-А место твоё где?

-Там, у входа.

Виктор опять нахмурился.

-Собирайся!

-Куда?

-Собирай постель, говорю тебе!

Виктор спал в центре палатки, на втором ярусе. Первый ярус занимал Митрохин.

-Митроха, иди ко мне. Собирай свою постель.

- Зачем?- не понял Митрохин.

-Собирай и убирайся отсюда!

-Куда?

-На его место. - ткнув пальцем в сторону Андрея, ответил Виктор.

-А ты, Андрюха, иди сюда, будешь спать здесь. Пойдёшь со мной на трассу, мне такие люди нужны. А сейчас отдыхай, через несколько дней выезжаем.

-Ещё один смертник...-услышал Андрей чейто голос из дальнего угла.

Но, не смотря на это, он обрадовался неожиданному повороту событий, быстро перенёс свою постель на нижнюю койку под Виктором и улёгся. До самого отъезда его больше никто не трогал.


7


В этот день он завтрак пропустил. Он проснулся почти в полдень оттого, что кто-то толкал его в бок.

-Эй, парень, завтрак проспал, хочешь и обед проспать? - тормошил его Виктор.

-Есть, товарищ сержант! - воскликнул Андрей, вскакивая на ноги.

-Тихо, тихо...- успокоил его Виктор. - Что есть?

Андрей растерянно хлопал глазами и не знал, что ответить. Он не привык к такому обращению со стороны старшего по званию.

-Ну...Я не знаю... - наконец, ответил он.

-То-то же! - похлопал его по спине Виктор. - Товарищ сержант, когда народ кругом, а так, просто Виктор, привыкай. У нас на трассе дедовщины нет, там все равны. Человек человеку друг, товарищ и брат. Будем знакомы, Виктор Смирнов, служу второй год.

Он протянул Андрею руку.

-Андрей Глеб.- пожал протянутую руку Андрей.

-Пойдём, поедим чего. - сказал Виктор.

-Как?- удивился Андрей. - Ведь не время.

-Нам можно.

Андрей уже давно понял, что этому человеку можно доверять.Он ещё не знал, что такое трасса, но решил ничего не расспрашивать. Даже если там самый страшный ад, он пойдёт туда.

С этого дня Андрей считал Виктора одним из лучших своих друзей. Они прожили, не расставаясь, все оставшиеся дни службы Виктора и провели вместе девять месяцев, разделяя все трудности, выпадавшие на их пути.

В это время в роте было ещё несколько ребят с трассы. Утром они слышали скандал, но не вмешивались. Виктор был у них за старшего, и они знали, что он сам решит проблему, хотя, в случае чего, готовы были прийти на помощь. В роте их хоть и уважали, но стычки случались. Встречались отдельные личности, которым законы дедовщины были на столько дороги, что они не хотели признавать законов трассы. Таких приходилось воспитывать и искать общий язык при помощи грубой силы. Иначе не доходило.

Виктор подошёл к кроватям друзей и растолкал их:

-Эй, хорош дрыхнуть, пора чего-нибудь поесть.

-А который час?- спросил один из них.

-Уже скоро полдень. -ответил Виктор. -Вставайте, я вас кое с кем познакомлю.

Ребята поднялись и стали рассматривать Андрея. Они уже знали, что это будет их новый товарищ и теперь хотели убедиться, стоит ли его брать с собой. Участок на трассе, куда им предстояло отправиться, был сложным и ответственным. Поэтому людей они подбирали тщательно. Таких, кто бы не подвёл в трудную минуту и на кого можно было бы положиться в любой ситуации.

-Алексей Орлов, можно просто Лёша. - протянул Андрею руку один из ребят.

Этот парень был высокого роста, плотного телосложения, светловолосый, так же коротко подстриженный и чисто выбритый.

-Андрей Глеб.- пожал ему руку Андрей.

-Так Андрей или Глеб? -удивился Алексей.

-Можешь называть его, как хочешь. -сказал Виктор. -Правильно будет по любому. Глеб его фамилия, а звать Андрюхой.

-Олег Шведюк. -назвал себя второй парень и тоже протянул руку.

Олег был круглолицый красивый парень, среднего роста. Каштановые волосы были тоже коротко подстрижены.

-Андрей Глеб.- опять произнёс Андрей.

Потом Андрей познакомился ещё с Александром Яшкиным- худым, темноволосым парнем, и с Наркуловым -высоким, крепким, смуглолицым парнем из Казахстана.

Все эти ребята служили второй год и теперь их привезли в часть, так как на время сильных морозов работы на трассе прекращались. В части они могли отдохнуть и привести себя в порядок, помыться, побриться, подстричься. Они все ещё оценивающе смотрели на Андрея. Вроде худой, вроде небольшой, а рукопожатие крепкое.

-Ну что ж, поживём, увидим.-- сказали ребята, одобрительно кивнув Виктору, парень им понравился.

Они пошли на кухню. Им дали двойные порции, на этот счёт было распоряжение ротного.

-А этот чего? - спросил повар, указав на Андрея.

-Этот с нами. -ответил Виктор, забирая порцию для Андрея.

Повар посмотрел на парня с сочувствием.

-Когда захочешь есть, приходи.- тихо сказал он ему.

Хоть в части кормили не плохо, но чувство голода парня никогда не покидало.

Вернувшись в палатку, он занял своё тёплое место и тут же уснул. Он догадывался, что теперь для него самые лёгкие дни будут здесь и ему за это время нужно набраться сил.


8

Оставался день до отъезда...

Андрей знал, что они на завтра отъезжают и решил получше умыться, так как ему сказали, что там для этого нормальных условий не будет. Он отправился в умывальню, в то место, где прошло его первое и последнее дежурство.

Здесь сегодня было немного теплее, чем везде и он рискнул раздеться до пояса. Он побрился и, раздевшись, начал умываться.

Вошёл Алексей, поздоровался и тоже начал умываться. На мгновение он замер и как-то странно посмотрел на Андрея. Тот ничего не заметил и продолжал умываться, громко фыркая. Алексей молча вышел.

Когда Андрей вернулся в палатку, его новые друзья сидели на одной койке и ждали его. Они молча смотрели на вошедшего парня и по их лицам Андрей понял, что что-то не так, но спросить, в чем дело, не решался.

-Что у тебя с рукой? - нарушил молчание Виктор.

-Покажи. - сказал Олег.

Андрей молча закатал левый рукав. Локтя не было, вместо него была вмятина, перекрещенная толстыми шрамами от швов. Ошарашенные увиденным, ребята молча смотрели на обезображенную руку. До сих пор они многого повидали. На БАМе было много ребят с физическими отклонениями, но с такими серьёзными они столкнулись впервые. А им на трассе нужны крепкие здоровые люди.

-Как тебя взяли в армию? - спросил Виктор.

Андрей молчал. Что он мог сказать этим ребятам? Он понимал, что сейчас они могут передумать и не взять его с собой.

Он лёг на пол и начал отжиматься. Ребята молча считали и переглядывались. Когда Андрей отжался больше пятидесяти раз, Виктор не выдержал:

-Ну ладно, хватит!

Андрей сел.

-Небось и на комиссиях так же отжимался? - спросил Саня.

Андрей кивнул.

-Откуда это у тебя? - спросил Алексей.

-Упал в четвёртом классе. - ответил Андрей. -Хотели руку отрезать, мать не дала. Когда пришёл из больницы, рука не действовала, но я её разработал.

-Как?

-Начал заниматься на турнике.

-Ты и турником владеешь?

-Да, было бы где, показал бы.

-Ну, это не проблема, пойдём, - сказал, поднимаясь Виктор. - У нас тут один вагончик оборудован под спортзал.

Они пришли в вагончик. Ребята с любопытством смотрели на парня - правду говорил или наврал? Хотя отжимался не плохо.

Андрей взобрался на турник. Он несколько раз отжался, сделал "подъём переворота", затем сразу "замок" и "солнце ". Всё это он сделал без ремней. Когда Андрей спрыгнул с турника, Виктор подошёл к нему:

-Ну,что ж,годишься, раз такой упорный. Рискнём, всё равно здесь тебе оставаться нельзя, пропадёшь. Мырзя тебе спуску не даст. Но имей в виду, там с тобой няньчиться никто не будет. Один залёт и обратно в роту.


Утром они отправлялись на трассу. Виктор сел за руль грузовика, остальные вскочили в кузов.

-Садись в кабину, там потеплее. - сказал Саня Андрею. -Молодой ещё, успеешь намёрзнуться.

Они ехали по замёрзшей дороге, ведущей вглубь леса. Вначале дорога была хорошо укатана, но чем дальше, она была всё хуже и хуже. Всё чаще попадались плохо расчищенные участки, и их всё время трясло и подбрасывало на камнях. По обеим сторонам дороги возвышались огромные деревья. Никто не знал, сколько им лет. Толстые стройные сосны и ели устремлялись вверх к небу, и снизу было трудно определить, сколько метров они имеют. Среди этих деревьев, их машина казалась совсем маленькой, хотя, когда Андрей садился в неё, она ему показалась огромной. Дорога проходила по неровной местности. Она то взлетала вверх, то устремлялась вниз. Вдалеке, где-то за елями, то и дело показывались огромные, покрытые снегом, сопки.

-Их мы и будем взрывать, -показав на одну из них, сказал Андрею Виктор.- Взрывать будем в том месте, где должна проходить дорога. Но так не всегда, всё зависит от местности. Те, что идут сзади нас, из этих сопок засыпают основание дороги. Мы не только расчищаем путь, а ещё и готовим для них часть грунта.Наше дело расчистить площадки для укладки рельсов.А потом те, кто сзади берут грунт из карьеров. Там работают другие бригады, а мы двигаемся вперёд от сопки к сопке. Ты хоть имеешь понятие, что такое взрыв?

-Да, я ведь учился в школе взрывников. Моя профессия здесь сейчас - взрывник.

-Ну, Глеб, ты даёшь! - довольно усмехнулся Виктор. За время знакомства, они как-то забыли поинтересоваться, чему он успел здесь научиться.

-Тебя и боевому искусству учили?

-Учили немного.

-Теперь понятно, как ты Митроху вырубил.

-Да нет, боевое искусство здесь ни при чём. Учить то нас учили, но толку с того, я мало что запомнил. Это мой собственный удар, ещё с гражданки.

Виктор недоверчиво посмотрел на Андрея - говорит правду или врёт? Хотя, о турнике не врал.

-Ты что, хочешь сказать, что одним ударом его вырубил и так разукрасил?

-Нет, вырубил я его ломом, а разукрасил кулаком.

Виктор не поверил:

-Как можно разукрасить человека так сильно одним ударом? Ты что, боксёр?

-Нет.

-Тогда как?

-Могу показать, если хочешь.

Виктор покосился на Андрея.

-Нет уж, спасибо, как-нибудь в другой раз. -засмеялся он и прибавил газу.

Они долго ещё добирались до места. Виктор рассказывал о себе. Оказалось, что он из Мордовии, ему двадцать четыре года, женат, имеет двое детей. На трассе уже давно, служить ему осталось ещё девять месяцев.

-Если у тебя есть дети, как же тебя взяли в армию? - удивился Андрей.

-Служу, вместо какого-то сынка. -недовольно ответил Виктор.

-Как так может быть?

-Очень просто...Мне служить вроде уже не положено, а вот призвали. А сынок какого-нибудь шишкаря дома остался.

-Я думал, так не бывает...

-За деньги всё бывает...

Потом Андрей рассказывал о себе. Служил он пока мало, и об этом говорить пока было нечего. Те пару месяцев, что он находился здесь, были не самыми интересными, чтобы о них хотелось вспоминать. За это время он не раз пожалел о том, что так рвался в армию, одно время даже пытался симулировать, показывая всем свою уродливую руку, надеясь, что его отправят обратно домой. Но рука в этот раз не оправдала его надежд и никак не хотела болеть, заставляя своего хозяина врать и притворяться.Ротному пришлось немало повозиться с ним, пока в конце концов не удалось отправить его с глаз долой, на курсы взрывников.Но об этом позорном факте Андрей решил сейчас не рассказывать.

Поэтому, он рассказывал о гражданке. Он рассказывал о том, как учился в училище, как не доучился в автошколе - выгнали.

-Как выгнали? - нахмурился Виктор, он почему-то был уверен, что он водить умеет.

-За драку. Началась драка, - стал объяснять Андрей. -Это было в тёмном коридоре.

Я не заметил, что наш учитель начал нас разнимать и вмазал ему. Когда увидел, что это

он, было поздно, он выгнал меня в тот же день. Так что " прав" у меня нет...

-И водить ты не умеешь. -заключил Виктор.

-Машины на автодорогах водить не пробовал, но, когда был в Казахстане водил комбайн по полю.

-Ты и там успел побывать? - снова удивился Виктор. -И сколько тебе было лет?

-Когда поехал в первый раз, было шестнадцать, во- второй - семнадцать.

-И кто тебе доверил комбайн в таком возрасте?

-А я соврал, сколько мне лет.

-Ну, то, что ты приврать любишь, я приметил. А сейчас не врёшь?

-Нет.

-А если я проверю? Машину сейчас повести сможешь?

-Если покажешь как, смогу. -уверенно ответил Андрей.

Виктор объяснил ему, что к чему и заглушил мотор.

- Давай быстрее.- поторопил он Андрея .- Здесь технику надолго глушить нельзя, замёрзнет.

Андрей быстро перебрался за руль, а Виктор на его место. Андрей повернул ключ, мотор загудел и машина двинулась с места. Сначала не уверенно, медленно, но уже через несколько минут Андрей освоился и немного прибавил скорость.

Виктор успокоился, этот парень водить умеет. По крайней мере, так как он умеет, для них достаточно.

-Не гони только, дороги здесь видишь какие. Прозеваешь, улетишь в пропасть. Помни, что не дрова везёшь, а людей. Наши жизни сейчас в твоих руках.


9


Наконец, они добрались до места, где на небольшой поляне была разбита солдатская палатка. Достаточно просторная для пяти- восьми человек и не очень свободная для двенадцати. Внутри стояла буржуйка, от которой через всю палатку была проведена железная труба с выходившим наружу дымоходом. В печке постоянно горел огонь и от этого в палатке было тепло. Рядом стояла бочка, в которой постоянно была вода из снега. Стояли двухъярусные кровати, с такими же, как и везде, матрасами, подушками и одеялами. От постоянно работавшего генератора, было проведено электричество и горел свет.

Отделение состояло из двенадцати человек, включая повара.Ребята сразу разделились на две группы и одна отправилась на работу. Остальные остались на месте, чтобы осмотреться после длительного отсутствия. Да и работали они по сменам.

Теперь пришло время подробнее рассказать новенькому, что они тут делают.

-Мы находимся далеко от части. Вокруг, намного километров - ни души. Один лес, а в лесу дикие звери. Тут недалеко проходит Китайская граница. - начал рассказывать Виктор. - Бежать отсюда некуда. И не вздумай! Пропадёшь от холода, голода или зверя. Нам, чтобы выжить, нужно держаться вместе.

Рассказывая о Китайской границе, Виктор и сам в это верил, не зная, что она находится не так уж и близко, километрах в 300-ах по прямой,и неизвестно сколько по горной местности. Но в то время командование специально распространяло дезу на этот счёт, чтоб у солдат не было желания убегать.

-И что вы тут делаете?

-Мы десант, первопроходцы этого участка. Мы пробиваемся через заросли, взрываем встающие на пути сопки и идём дальше. За нами идут остальные, из батальона. Они расчищают дорогу, делают настил и прокладывают рельсы. Мы двигаемся далеко впереди них.

-А как вы идёте, у вас есть карта?

-Нет, мы идём по меткам на деревьях, которые нам поставили изыскатели.

-Разве всё это так сложно? У вас такая мощная техника. Почему же вас называют трассовиками- смертниками? - задал Андрей давно мучивший его вопрос.

- Ну, трассовиками называют не только нас. А и всех тех, кто идёт за нами. Чтоб понять это, ты должен понять, что такое трасса. Со временем, ты поймёшь. Всех, кто выходит на трассу, называют трассовиками. Это и те, кто расчищает, и те, кто насыпает основание, и те, кто прокладывает рельсы. И те, кто работает в карьерах.И те,кто строит дома и склады, связисты, водители. Одним словом, все, кто активно участвует в стройке. А почему смертниками... Потому что мы здесь ВЫЖИВАЕМ. Нам не на кого рассчитывать, только самим на себя и друг на друга. Мы далеко от всех. И условия здесь очень жёсткие. Сильные морозы зимой мешают работать, приходится постоянно поддерживать тепло и в палатке, и в машинах. Замороженный мотор почти не возможно запустить снова. Летом на пути встают болота, которые порой очень сложно преодолевать, а надо. Да и просто переезжать с места на место по пути, где, можно сказать,ещё не ступала нога человека, тоже очень опасно. Иной раз приходится преодолевать такие кручи, что голова кругом идёт.У нас одно из самых опасных мест на трассе. Здесь за всё время строительства произошло много несчастных случаев. Жизнь здесь очень трудная и опасная. Вот почему, когда мы приезжаем в часть, нас никто не трогает и дают нам отдохнуть столько, сколько нам нужно. То, что приходилось нам здесь пережить, приходилось видеть не каждому, даже на войне. За время моей службы, многих увезли отсюда, в лучшем случае, калеками. Были и смертельные случаи. Но я не хочу об этом говорить и, вообще, вспоминать! Андрюха, постарайся выжить! Я не хочу провожать тебя отсюда в гробу или искалеченного. И не вздумай бежать. Если тебе будет очень худо, лучше скажи и мы тебя отправим обратно в часть. Но не убегай, пропадёшь.

Подошли ребята.

-Ну как, боец, как тебе новое место? - спросил Лёшка.

- Нормально, - ответил Андрей. -Я думал, будет хуже.

-Хорошо, что тебе нравится. -сказал Олег. - Не бойся, ребята у нас хорошие, не обидят. Кстати, ты уже знаком с нашим поваром? Он твой земляк, тоже из Молдавии.

Подошёл повар и заговорил с Андреем на молдавском языке. Андрей лишь понял, что его зовут Михаил.

-А я Андрей. Ты в Молдавии где жил? - спросил он у Михаила.

-На юге. - ответил тот на русском.

-А я с самого северного района. Ты по национальности молдаванин?

-Да.

-А я украинец.

Ребята, слушавшие их, удивились.

-Как так, Глеб? Жил в Молдавии, сам украинец, говоришь на русском. Как такое может быть?- спросил Лёшка.

-А вот так. Я, если честно, молдавского языка и не знаю. Мы живём почти на границе Украины и Молдавии. Село у нас украинское, школа в нём русская, а говорим мы на своём языке. Это смесь русских, украинских, молдавских, польских и ещё каких-то слов. Так что с вами и с Мишкой я могу говорить только на русском.- объяснил Андрей.

-Понятно- засмеялись ребята.

Наступил вечер, вернулась с работы первая смена.Срок службы этих ребят уже близился к концу, но с ними был и один молодой, которого они прихватили с собой из части. Хоть жестокой дедовщины, как в части, тут не было,но кто-то должен был быть младшим, чтоб выполнять мелкие поручения или работу, которую старшим делать было в падлу. Например, днём подливать горючее в баки машин или лишний раз оставаться на ночь на рабочем участке, где техника не глушилась и надо было следить, чтоб она не заглохла от недостатка горючего или по какой-либо другой причине.

Измученные и уставшие ребята рассказали своим сменщикам, что было сделано за день и сколько ещё осталось и завалились спать. Весь следующий день они оставались в палатке, отсыпались.

Утром вторая смена тихо вышла из палатки, чтобы не разбудить спящих и направились на рабочее место, которое находилось в пяти километрах.


10


Андрей отправлялся на работу вместе с ребятами пешком через лес. Он впервые оказался в таком большом лесу без машины и ему стало немного страшно.

-И как вы здесь ориентируетесь? - спросил он.

-А вот, сопку впереди видишь? На неё и идём. - ответил Олег.

-Оглянись, сзади такая же сопка, только чуть-чуть пораненная. -пошутил Саня Яшкин.

Сзади, действительно, была другая сопка и было хорошо заметно, что над ней поработали.

-Тут заблудиться трудно. Главное, не отходить от этих сопок. -объяснил Виктор- Если что, найдём.

Андрей успокоился, хоть лес и большой, но здесь всё просто. Они прошли ещё пару километров и поднялись по склону горы, прежде чем дошли до места. То, что они уже приближаются, Андрей догадался по звуку - пять гусеничных бульдозеров стояли и гудели на склоне сопки, местами изрытой скважинами. На них было какое-то непонятное устройство. Стояла ещё техника и вся гудела. На ночь ничего не выключалось и одному из парней всегда приходилось дежурить в ночную, чтоб подливать горючее.

-Ну вот, Глеб, твоё рабочее место.- сказал Виктор, указывая на один из тракторов.- Этот трактор называется Т-170, а это буровая установка на нём БТС -150.

Андрей полез в кабину, Виктор влез за ним. Это был огромный бульдозер с широкой кабиной, гусеницы которого доставали до пояса. Его капот был накрыт брезентом, предохраняющим мотор от мороза.

Виктор начал показывать, как управлять этой машиной.

-За сутки мы должны набурить 12 скважин -это норма . Скважины должны быть на расстоянии 3 -4 метра одна от другой, в шахматном порядке. Когда изроем всю нужную площадку, будем взрывать. Ну как, разберёшься?- спросил Виктор.

-Да вроде бы,- ответил Андрей.

Виктор вышел из машины и отправился наблюдать. Андрей принялся за работу. Он сделал всё, как показал Виктор и машина заработала. Было интересно наблюдать, как огромный бур врывается в твёрдую землю, вытаскивая из неё каменные осколки, которые шарошками растираются в пыль. Компрессором эта пыль выдувалась наружу и поднималась столбом рядом со скважиной. Бур уходил всё дальше в породу. Через два метра закончилась штанга и Андрей выскочил из кабины. Стоявший рядом Виктор, показал ему, как нужно добавлять новую. Андрей взобрался обратно в кабину и продолжил бурить.

Пока бур входил в землю, Андрей любовался природой. С высоты сопки было видно далеко вокруг. Огромные косматые ели были покрыты голубоватым инеем. Начинался восход и снег заискрился в солнечных лучах. Вдалеке были видны огромные сопки, покрытые снегом и отсюда они казались голубыми. Никогда ещё Андрей не видел такой красоты, такого простора! А какой чистый воздух! Если бы не такой сильный мороз, ему бы здесь очень нравилось.

Бур вошёл в землю и Андрей в этот раз сам добавил штангу. Штанги были по два метра, а бурить нужно было не меньше шести. Когда скважина была уже нужной глубины, Андрей остановил бур.

-Что же дальше? -подумал он, почесав в затылке.

Виктора нигде не было видно, а как вынуть бур из земли Андрей не знал. Спросить у работавших рядом, он не решился.

-Разберусь сам. -решил он.

Он долго мучился, пока, наконец, ему не удалось включить обратный ход. Бур медленно начал выбуриваться из скважины. Тут Андрей вспомнил, что прежде чем выбурить штангу, её нужно как-то открутить при помощи ключа. Но как? Он ходил вокруг бура и не знал, с какой стороны к нему подступиться. Штанга никак не откручивалась, и никакого ключа он не видел. Андрей растерялся. Он видел, как ребята из других машин на него смотрят, но никто не спешит выходить на мороз. Виктор сидел в кабине с Яшкиным и наблюдал.

-Не издевайся над парнем, Смирнов, -сказал Саня. -Иди, покажи ему, что к чему.

-Сейчас пойду, но сначала пускай сам поработает мозгами. -ответил Виктор. -Так быстрее научится.

-Как знаешь.

Ещё немного подождав, Виктор вышел к Андрею.

-Ну что, Глеб, приехали? -спросил он .

-Я не знаю, как открутить эту чёртову штангу. -с досадой ответил Андрей.

-Тут нет ничего сложного, - сказал Виктор. -Только, нужно пользоваться специальным ключом.

-Да. Ты говорил, но я не могу найти никакого ключа. -возразил Андрей.

Виктор засмеялся:

-Странно, что ты его не заметил. Он совсем не маленький.

Андрей удивлённо посмотрел на Виктора:

-И где же он?

-Да вон, стоит сбоку.

Рядом с буровой, действительно, стоял ключ. Такой себе ключик -железяка, совсем не похожая на обычный ключ.

-Давай его сюда! - крикнул Виктор.

Андрей поднял ключ и чуть не уронил:

-Да он весит, наверное, килограмм пятьдесят!

-Ну, пятьдесят не пятьдесят, но тяжелый, не спорю. Только смотри, как им пользуешься. Не урони, а то без ног останешься. -Виктор начал показывать, как при помощи ключа, откручивать и снимать штангу. -И со штангами будь внимателен, может вылететь и покалечить.

Виктор ловко всё сделал и посмотрел на Андрея:

-Теперь всё ясно?

-Теперь всё.

-Ну, тогда ещё поработай, потренируйся. А я потом тебя подменю.

Виктор ушёл, а Андрей продолжал работу. Теперь, он всё делал сам.Так ловко ,как у Виктора,у него не получалось, но он старался. Через некоторое время, пришёл Виктор и его подменил:

-Будешь пока заправщиком. На сегодня с тебя хватит.Тем более, что мне нужно переехать,а тебя пока рано за рычаги пускать, ещё скатишься вместе с буровой.

Зимой дни здесь были короткие и скоро начало смеркаться. Рабочий день подошел к концу. Уставшие ребята вышли из своих машин и отправились к палатке. Андрей устал, но настроение было хорошее. Первый день прошёл хорошо и он со всем справился.

-С боевым крещением тебя, Глеб. -похлопали по плечу ребята.

Им нужно было пройти по бездорожью пять километров по крутому склону.

-Почему палатка так далеко от места работы? -спросил Андрей у ребят.

-Начнём взрывать, узнаешь.- коротко ответил Наркулов.

-Ближе пяти километров находиться опасно. -начал объяснять Виктор. -Когда взрываем, камни летят очень далеко.

Они начали рассказывать, как был случай, когда палатку поставили ближе. Во время взрыва там находились двое парней - один молодой и один старослужащий. Это было летом и они находились снаружи. Огромная глыба отлетела в сторону и угодила прямо в старослужащего. Раздавила его на месте. Этот случай произошёл не у них, но с тех пор они ставят палатку дальше.

От услышанного Андрей почувствовал, как мурашки забегали по спине - какая страшная смерть!...


11


Они бурили скважины ещё несколько дней, пока не изрыли весь намеченный участок.

Ребята сложили буровые. Это был последний слой выемки, который им надо было взорвать, буровым здесь больше было нечего делать. Одну буровую они пригнали к палатке, чтобы прицепить к ней прицеп, стоявший рядом. К остальным прицепили компрессоры, ёмкости с горючим и отогнали в укрытие.

Из части прислали машины, гружёные взрывчаткой. Вместе с ними приехал ротный и приказал выгружаться. Ребята взваливали 25-ти кг мешки с тротилом на спину и тащили к площадке, спотыкаясь о камни. Сначала им нужно было опускать тротиловые шашки в скважины, взрывать их там, чтобы уходила вода, а затем, опустив в скважину шнур ДШ, быстро засыпать её тротиловым порошком до верха и утрамбовывать. Потом соединить все шнуры вместе, подсоединить к основному шнуру от взрывного устройства и произвести взрыв.

Как случилось несчастье, так никто и не понял. Старослужащий сержант Еремеев принимал зажжённые шашки у молодого солдата и опускал их в скважины. Что случилось, было не понятно -то ли молодой зажёг шнур раньше времени, то ли сержант замешкался, но когда он нагнулся, чтобы опустить шашку в скважину, она, вдруг, взорвалась у него в руках. Когда пыль и дым от взрыва развеялась, ребята увидели страшную картину. Место, где стоял сержант, стало красным от крови. Сам сержант лежал на земле, крича и корчась от боли.На месте руки и ноги остались две кровавые культи, своим видом приводя ребят в ужас.

Ребята бросились к нему. Каждый пытался помочь ему, чем мог. Прежде всего, нужно было остановить хлеставшую в разные стороны кровь. Аптечки поблизости почему-то не оказалось и они использовали, что могли. Рвали на себе одежду и перевязывали кровоточащие раны. Из обрывков одежды сделали жгуты. Когда принесли аптечку, сержант был уже перевязан. Ему вкололи обезболивающее и он немного успокоился.

Ротный был в ярости. Не только от того, что это было серьёзное ЧП, но и потому, что на данный момент это был один из лучших его ребят.

-Как так вышло, что мой лучший сержант так глупо пострадал?!- сокрушался Громов.

Он вызвал вертолёт, который они ни ждали около получаса.

-Почему меня не убило? -вдруг, заговорил Еремеев.

-Ты что?! Радуйся, что жив остался! -воскликнул Виктор.

-И что? Что, что остался ?! -крикнул сержант. -Кому я теперь такой нужен?! Что мне теперь делать дома?!

Ребята притихли. Они смотрели на молодого искалеченного парня, служба которого закончилась так трагически. Они смотрели и не знали, что ему ответить. Конечно же, сейчас, после этого, его отправят домой. Но, и вправду, кто его там ждёт таким? Он уходил из дома крепким, здоровым парнем, а каким вернётся? Сможет ли любить его девушка, которая ждёт домой? Не бросит ли? А мать? Хватит ли ей сил смотреть на него такого и заботиться о нём?

Ребята думали об этом, но не плакали, не могли. Когда вертолёт с искалеченным парнем и ротным поднимался в воздух, многие отошли в сторону, чтоб не смотреть в глаза друг другу. Взрослые парни в душе лили слёзы, а на лицах застыло каменное выражение. Андрей один откровенно плакал. Он вспомнил мать, провожавшую его со слезами, вспомнил сестёр и братьев.Его служба ещё только началась, а каким он вернётся домой? Сможет ли выжить здесь?

Слёзы текли по щекам и он почувствовал, как они начинают замерзать на морозе.

-Так не долго получить обморожение. -сказал он, быстро вытирая мокрые щёки.

-Да, ты прав. -растерянно сказал Виктор.- Здесь плакать нельзя,для тебя это может плохо кончиться.

Сказал и отошёл в сторону. Пострадавший был его другом и ему сейчас было очень больно.

Работать в тот день они больше не могли. Все ходили грустные и растерянные. Трудно описать то, что происходило сейчас с ребятами. Испуг, жалость, боль и растерянность смешались в душах этих ребят и превратились в одно тяжёлое и непонятное чувство, которое давило их изнутри. Потрясение, которое они испытали от случившегося, ещё долго будет их преследовать. Они никогда не забудут обезумевшие от боли глаза сержанта, его страшные крики. И никогда не забудут то, что увидели в глазах сержанта, когда тот осознал своё положение.

В тот день ребята не могли ни есть, ни спать. Если днём они ещё кое-как справлялись со своими мыслями, то ночью стало намного хуже. Стоило закрыть глаза, как тут же вся картина всплывала в памяти. Они снова и снова переживали увиденный ими ужас. В палатке было тепло и они могли дать волю слезам. Плакали тихо, тайком друг от друга, кулаком зажимая комок в горле, который готов был в любой момент вырваться стоном.


На утро прислали комиссию. Осмотрели место происшествия, расспросили всех, как было дело и записали всё, как несчастный случай. Молодого забрали и уехали, приказав работать дальше. Ротный остался, чтобы продолжить подготовку и произвести взрыв.

Ребята пришли на сопку. На грязном снегу чётко были видны пятна крови, и всё место напоминало о вчерашних событиях. Ребята остановились в нерешительности.

Первыми к месту трагедии подошли старослужащие. Они были уже давно на трассе и успели привыкнуть к мысли, что такое может случиться с любым из них, поэтому первыми пришли в себя и взяли себя в руки. Они присыпали кровавые пятна мелкими осколками камней и пылью.

-Пошли работать. -коротко сказал один из них и, сжав зубы, отправился за взрывчаткой.

Они работали весь день .Когда всё было закончено, все отошли в укрытие. У взрывной машинки остались Громов и Виктор.

Сначала вверх взметнулся столб пыли, потом затряслась, загудела земля и прогремел взрыв. Тонны камня взлетели вверх, подняв тучи пыли. В воздухе запахло угаром.

-Как на войне. -подумал Андрей.

Это был первый взрыв в его жизни. Потом, их было ещё много, но этот он запомнит на всю жизнь.


12


Когда последние кубометры сопки были подняты в воздух, настало время перебираться на новое место. Здесь им было больше делать нечего. Сзади придут другие и всё расчистят. На утро было приказано сниматься с места и переходить к новой сопке.

Ещё в первый день, прибыв на трассу, Андрей заметил, что все ребята почему-то рвут на себе кожу. Теперь он опять обратил на это внимание.

-У вас что, чесотка?- спросил Андрей у товарищей.

-Да нет, прыщей нету, но так всё тело чешется, что сил нет. Может аллергия какая-то.- ответил Олег.

-А может вши? - спросил Андрей.

-Нет у нас вшей, ты что! Мы проверяли друг друга, всё чисто. -ответил Лёшка.

-А где вы проверяли? - не унимался Андрей, будучи в Казахстане, ему пришлось повидать одёжных вшей.

-Как, где? На голове, где же ещё? -недоумённо спросил Смирнов.

-А одежду смотрели?

-Чего?

-Ну, одежду.

Ребята стали осматривать одежду, но ничего не заметили.

-Да вы не там ищете.Они если есть, то должны быть на нижнем белье. -сказал Андрей и, взяв в руки чью-то рубашку, начал рассматривать её по швам. -Вот здесь, смотрите сюда.

-Ничего себе! Вот это да! -воскликнули ребята.

Все швы были усеяны мелкими, почти незаметными точечками.

-Сколько их тут! Вот откормились! -возмущался Саня.-Откуда они взялись?

-Ну, Глеб, и что теперь с этим хозяйством делать?- спросил Виктор.

-Кипятить. -уверенно ответил Андрей.

Ребята переглянулись:

-Как стирать в мороз всем одновременно?

На трассе они стирались редко, но всегда по очереди.Но и ходить с вшами тоже не хотелось.

-Ладно, ребята, раздевайтесь. Бросайте бельё сюда. -указав на бочку с водой, сказал Виктор. -Глеб, ты у нас пока свежий, может этой гадости ещё не набрался, будешь кипятить.

Ребята поснимали бельё и побросали его в бочку. ПШ одели на голое тело и залезли под одеяла. Андрей принялся за работу. Он вскипятил бельё, затем простирал его и вынес на мороз.

-Если что и осталось, -думал он,- Вымерзнет на морозе.

Через некоторое время, он занёс бельё в палатку и развесил сушиться на верёвке, которая специально для этого была протянута над раскалённой трубой буржуйки.

Ребята в это время отсыпались.

У этих вшей оказалась невероятная живучесть. Они не погибли ни в кипятке, ни на морозе. Когда ребята это заметили, сильно расстроились.

-Что же делать с этой напастью?- ворчал Виктор. -Глеб, может ты мало кипятил?

-Откуда я знаю, сколько времени их нужно кипятить? -ответил Андрей, тоже недовольный результатом.

-Чем же их вывести? -растерялись ребята.

-Может бензином? - предложил Андрей, который уже и сам разозлился на этих проклятых вшей.

-Точно!Я где-то слышал, что с ними так и борятся. Замачивай. -сказал Виктор.- Переезд пока отменяется.

Надевать одежду с вшами им совсем не хотелось.

Андрей простирал бельё в бензине и, ополоснув его, опять вынес на мороз, чтобы хоть немного выветрилось. У ребят всё ещё была возможность отоспаться и они её не теряли.

В этот раз одежда была очищена от вшей и, хотя всё ещё воняла бензином, одевать её было приятнее.Видно, что вши всё ещё оставались на верхней одежде, потому что потом они ещё появлялись, но ребята уже знали, как с ними бороться.

В первое время после такой обработки, ребята боялись курить. Одежда всё ещё сильно пахла бензином и они боялись, как бы она не загорелась.На сильном морозе пары бензина вспыхнуть не могли, они это знали, но в тепле палатки или кабины такая опасность была.

-Глеб, ты не стирался. -сказал Виктор, -Будешь нам прикуривать.

Андрею, начавшему курить ещё на гражданке, это было нетрудно. Он прикуривал им и потом смеялся с того, как они держали сигареты, подальше от себя. Но он понимал, что они правильно делают, ко всем их бедам им не хватало только ожогов.


13


Ребята начали собираться в дорогу.

Сначала сложили свои личные вещи и мелкие инструменты. Повар сложил своё хозяйство. Сложили и вынесли кровати, собрали электрику. Разобрали крепления, державшие палатку, свернули брезент. Затем загрузили всё в прицеп. Туда же загрузили буржуйку и оставшиеся вещи. Сзади прицепили походную кухню.

Потом подъехали к месту, где стояла техника.

-Ну, Глеб, пора тебя познакомить с нашим чудом текхники "КАМАТСУ" -сказал Андрею Виктор.

-С кем? -не понял Андрей.

Виктор указал на огромный бульдозер, гудевший среди леса. Его перегнали в это место раньше, поэтому эту технику он увидел впервые.

-Ого! Что это?- удивился Андрей.

-Называется "Сделано в Японии " -сказал подошедший Олег.

-Техника высшего класса.- подтвердил Лёшка. -Пойдём, сам убедишься.

Издалека трактор казался огромным. Когда они подошли ближе, Андрей присвистнул -гусеницы этого трактора были выше него. Впереди была внушительного размера лопата, а сзади огромный крюк, похожий на клык.

-Общий вес 55 тонн.- сказал Виктор.

Они поднялись по лестнице в кабину, находившуюся на самом верху. Андрей ждал, что сейчас увидит кучу рычагов и приборов. Но вместо них он увидел всего пару рычагов и несколько кнопок. Андрей удивлённо посмотрел на ребят.

-Я же сказал "сделано в Японии "-ответил Олег на немой вопрос Андрея.

Они нажали какую-то кнопку и трактор загудел громче, готовясь отправиться в сложный путь с препятствиями.

-Пошли по местам!- скомандовал Виктор Андрею и ребята направились к своим машинам.

Через некоторое время огромный "КАМАТСУ" медленно двинулся в путь, высоко подняв перед собой огромную лопату. Он повернул к зарослям и начал наступать на деревья, стоявшие на пути.

Громадные ели, неспособные устоять перед ним, кланялись этому грозному великану и медленно падали на землю, издавая страшный грохот на всю тайгу. В воздухе запахло пылью, хвоей и сосновой смолой. Трактор своим давлением валил деревья, ломая их или вырывая с корнем, и раздвигая в стороны, оставляя проход для идущих сзади машин.Андрею показалось странным, что такие мощные деревья вырываются с корнем, но Виктор ему объяснил, что у растительности здесь корни находятся близко к поверхности, так как ниже полуметра начиналась вечная мерзлота.

Медленно за ним потянулась остальная техника, тянущая за собой прицеп, бочки с солярой и компрессоры. Скорость была небольшая,от того, что на их пути вставали не только деревья, но и крутые овраги,преодолевать которые порой было немыслимо.Что больше всего удивило Андрея, это то,с какой лёгкостью преодолевал их японский верзила, порой принимая почти вертикальное положение.В местах, где было невозможно проехать остальной технике, в ход шли крюк и лопата великана и, пока он работал,остальные ждали.

Медленно шли часы. С каждым часом они углублялись всё дальше и дальше, оставляя позади место стоянки. Они уходили всё дальше от части, всё дальше от людей.

В том месте, где они проходили, те, кто двигался сзади должны были насыпать притрассовую дорогу. А этим ребятам надо было пробиваться сквозь тайгу, по ходу взрывая сопки, находящиеся на пути обоих дорог- притрассовой и основной. Двигались они по зарубкам, которые были чётко видны на деревьях.Изыскатели прошли здесь раньше и наметили путь будущей трассы.

Прошло несколько часов, прежде чем они добрались до места, где им предстояло разбить новый лагерь. Здесь они оставили прицеп и расчистили небольшую площадку под палатку.Затем они отправили бульдозер к месту, где должны были бурить, чтобы он расчистил по возможности площадку для буровых,а остальную технику пока оставили здесь,чтобы не ночевать под открытым небом хотя бы первую ночь, пока будет готова новая палатка.После ночёвки одна смена отправилась с техникой на место работы,а вторая осталась ставить палатку.

Они выбрали и очистили около полсотни еловых стволов, сложили их на площадке в пять слоёв. Затем выложили стены из брёвен, так как морозы ещё стояли довольно таки крепкие.Укрепили их и заткнули щели между ними.Сверху установили палатку. Когда она была готова, внесли и установили буржуйку.

Весь этот процесс не проходил за один день, поэтому приходилось ночевать у костра, лежа на брёвнах. Это было мучительно, так как близко к костру приближаться было нельзя,ведь они разжигали громадные кострища из сухих смолянных веток, которые давали сильный жар. Но и отходить дальше тоже было невмоготу, там прижимал мороз. Найти золотую середину было просто невозможно, был постоянный риск с одной стороны получить ожёг,а с другой обморожение. Приходилось постоянно быть на чеку и успевать вовремя поворачиваться. Но всё равно на утро обнаруживалось, что у кого-то где-то на одежде прожгло дыру и хорошо, если не насквозь.

Пищу в это время повар готовил в походной кухне.Готовил из оставшихся продуктов, так как новой провизии им ещё не доставили.Обещали, что достаят на старую стоянку, но видно, что-то там у них не получилось.


14


Однажды утром их разбудил какой-то шум. От неожиданности они выскочили из палатки.

-Ого! -воскликнули они. -Теперь заживём!

Большой грузовик выгружал прямо в снег за палаткой замороженное мясо.

-Столько мяса? -удивился Андрей.

-Это сегодня так. -ответил Саня. -Наверное, им пришёл вагон с мясом, вот и развозят. Хуже, когда приходит вагон с капустой или перловкой. В прошлый раз месяц капусту жрали.

-А сейчас, будем месяц мясо жрать. - сказал Олег.

-А разве это плохо? -спросил Андрей.

-Не плохо, если соль доставили. -ответил Олег.

-Да и гости могут нагрянуть. -задумчиво проговорил Лёшка.

-Какие ещё гости?

-Из дикого леса. Учуют запах, могут появиться. -объяснил Олег.

-Ладно, Шведюк, не пугай парня. - сказал Виктор. -Глеб, ты его не слушай. Нет тут никаких зверей. Наш "КАМАТСУ" разогнал их всех. Слыхал, с каким грохотом мы сюда заявились?

Они посмеялись и стали разглядывать мясо. Из чего только не было здесь туш - свинина, говядина, конина, ещё непонятно что, крупное и мелкое. На них стояли штампы "193* год".

-Ого! -удивились ребята.

- Я слыхал, что БАМ и в 30-х строили. А потом стройку остановили. Видно, запасы какие-то остались и в условиях вечной мерзлоты сохранились.- сказал Виктор. - Вот теперь развозят.

Они вернулись в палатку.

-Мишка, они кроме мяса ещё чего передали?

-Да. Сахар и изюм.

-Соль, конечно же, забыли? -спросил Олег.

-Соли нету. -вздохнул повар.

-Издеваются! Как мясо без соли жрать?

-А для чего изюм привозят? -спросил Андрей.

-Вообще-то, для чая. -ответил Саня. -Но мы его применяем в другом месте.

-Это где же?

-Сейчас узнаешь. -сказал Лёшка. -Где твоя баклажка?

Андрей достал.

-Ещё совсем новая. -сказал Олег, доставая в это время свою.

Его баклажка совсем была не похожа на ту, что достал Андрей. Она была раздутая и напоминала мяч.

-Что с ней? -удивился Андрей.

-Скоро и твоя такая же будет. -рассмеялись ребята, засыпая сахар и изюм в свои ёмкости.

Андрей, догадываясь, что ребята готовят что-то интересное, последовал их примеру.

-Пять изюмин, три куска сахара, и несколько крошек ржаного хлеба.- объяснял Лёшка, доставая сухую корку хлеба, прихваченного из части. -Потом заливаем всё горячей водой и ставим в тёплое место.

Андрей налил воды в баклажку, добавил крошки, и вопросительно посмотрел на ребят.

-Теперь ставь за пазуху. Когда начнём работать, там в буровой есть одно местечко, я тебе покажу. -сказал Саня. -Положишь туда до вечера.

-И что дальше?

-Ты же с Молдавии, сам не можешь догадаться? Выключи тупого и покумекай! Между прочим, это молдаване и придумали.- рассмеялись ребята и, засунув свои баклажки за пазуху, отправились на работу.

В буровой Андрей положил свою посудину там, где ему показали, на коллектор.

Весь день они разбуривали выемку новой сопки. Сопка была достаточно большая и для них был намечен участок большой площади.

-За раз не возьмём. -сказал Виктор. -Приказано взрывать поэтапно.


Когда рабочий день закончился, Андрей спрыгнул на землю, забыв о том, что припрятал в буровой утром. Ребята спрыгнули со своими баклажками.

-А твоя где?- спросили они у Андрея.

-Забыл. -ответил он, возвращаясь.

Он взобрался в кабину и крикнул оттуда:

-А моей здесь нет!

-Как нет?

-Я не знаю, тут только чья-то раздутая.

Ребята рассмеялись:

-Так это же твоя и есть! Бери её и пошли скорее!

Андрей схватил её и снова спрыгнул на землю.

-Теперь открывай, только осторожно.- сказали ему.

Он начал отвинчивать пробку, оттуда начало шипеть и из под пробки поползла пена.

-Открывай, открывай, только помедленнее, сначала выпусти воздух.

Андрей так и сделал. Запахло чем-то знакомым и приятным. Он принюхался:

-Похоже на домашнее вино!

-Понимаешь. -засмеялись ребята. -Но это только запах, ты на вкус попробуй.

Воздух, наконец, вышел и Андрей смог сделать глоток жидкости, находящейся внутри. Ребята смотрели на него и ждали его оценки.

-Нормально, -выдохнул Андрей. -А от него в кусты не потянет?

-От нашей бражки?! Не бойся, средство проверенное. -уверили его ребята .-В кусты не потянет, но спать будешь, как ягнёнок.

Андрей выпил ещё глоток.

-Крепковато, но хорошо . -сказал он, а сам подумал. -Сколько же времени я не пил?

Пока они дошли до палатки, их баклажки были почти пустыми. Усталость, как рукой сняло. Тело стало лёгким и непослушным. У Андрея язык сильно заплетался.

-Да тебя совсем разнесло, парень. -рассмеялись ребята и уложили его спать.

Он отключился сразу, усталость рабочего дня и спиртное сделали своё дело.

Ребята ещё немного погудели, посмеялись над храпевшим на всю палатку парнем и собрались ложиться.

-Ну и как мы уснём с таким храпом? -возмутился Саня.

-Зато ни один зверь и близко не подойдёт, испугается. -ответил, зевнув, Лёшка.

-Нет, ну это невозможно, до сих пор он никогда так не храпел! -заявил Олег.

-До сих пор он и пьян тут никогда не был. -отозвался Наркулов.

-Вот напоили на свою голову! -ворчал Саня.

-Да ладно вам, можно подумать, что вы сами не храпите, - сказал Виктор, хотя тоже был не в восторге от храпевшего под ним, парня. -Вот уснёте сейчас, зададите жару.

-Попробуй тут усни. -поворачиваясь на другой бок, опять проворчал Саня.

-Глеб, прекращай! -крикнул Олег, швырнув в Андрея подушкой.

Но и это не помогло, храп не прекращался.

-Лёха, помоги. -сказал Олег, вернув на место свою подушку. - Давай, развернём его набок, может, притихнет.

Поворот набок дал свой результат, Андрей перестал храпеть, хоть и ненадолго. Но ребятам этого хватило. Воспользовавшись тишиной, они быстро уснули и, когда Андрей снова захрапел, его уже никто не слышал.

Вскоре палатка наполнилась громкими звуками -расслабившиеся ребята захрапели во всю силу своих лёгких.


15


Когда они проснулись, было уже совсем светло, проспал даже повар. Он взял большой нож (единственное оружие, которое у них было на всех), вышел из палатки и направился к мясу. Из огромной кучи он начал выбирать тушу, от которой было бы полегче оттяпать кусок. Мясо было сильно замёрзшим и очень твёрдым. Михаил начал обходить кучу, примериваясь откуда бы отрезать. С обратной стороны он увидел, как одна из туш пошевелилась.

-Что за чёрт ? -подумал он и подошёл поближе.

Подошёл и замер на месте - на него в упор смотрел огромный бурый медведь. Он пришёл, чтобы полакомиться мясом. Парень начал пятиться назад. К счастью, медведь не погнался за ним, а продолжал есть то, что было у него под носом.

Когда перепуганный повар вбежал в палатку, его трудно было узнать: лицо белее снега, дрожащие руки и челюсть, вытаращенные глаза. Говорить он не мог, а только что-то мычал.

-Что? Что случилось? -тормошили его ребята .-Ты что, чёрта увидел?

Он молчал и им пришлось ещё долго его тормошить, пока он пришёл в себя. За это время медведь ушёл. Когда ребята вышли из палатки, о нём напоминали только кости, которые тот успел обгрызть.

-Откуда он взялся ? - спросил Андрей. -Медведи ведь ещё спят.

-Похоже мы его своим грохотом разбудили, Наверное, его берлога оказалась на нашем пути. Теперь он будет захаживать к нам, ведь ему сейчас в лесу есть нечего. -ответил Виктор.

Но медведь им на глаза больше не попадался. Если он и приходил, то только ночью. Потом ребята по утрам замечали, что костей за ночь прибавлялось, а мяса становилось меньше. Кроме медвежьих, были и другие следы, поменьше. От создаваемого шума на сопке, все звери разбегались далеко в тайгу,но у палатки было тихо и дикие собаки подходили близко.


В этот день на работу выходили все двенадцать человек. На сегодня они планировали много работы.

Андрей уже заправил баклажки и вынес к ним.

-Гляди, какой шустрый,- рассмеялись ребята. -Понравилось вчера?

-Нормально! -ответил Андрей, -И голова утром не болит.

-Хорошо, только имей ввиду, хочешь пить, пей чай без сахара, такое правило. Месячный запас сахара на неделю хватает.

Ребята направились к сопке. Всю дорогу шутили. За вчерашний вечер Андрею доставалось.

-Ну ты и храпел вчера, Глеб, вылитый наш "КАМАТСУ"-смеялся Наркулов .

-Точно! Я даже сначала подумал, что это медведи наш трактор угнать хотят,- подхватил его Олег. -Я даже выходил посмотреть .

-Выходил ты, как же! -отшучивался Андрей. -Ты тоже был пьян вчера. Ты и выползти не мог, не то что выйти.

-А ты и видел! Как же, как же! Хотя во сне тебе, может и приснилось. -хохотал Олег.

-Ну всё, больше пить не буду. - Андрей сделал вид, что обиделся.

-Хорошо, свою баклажку сегодня отдашь мне.- согласился Олег.

-Нет, лучше мне. -сказал Саня .

-Ага, держите карманы шире. -ответил Андрей. -Может, вон с ёлки шишка упадёт.

-Ну, раз Глеб начал говорить о шишках, значит шиш вам, ребята, а не бражка!- рассмеялся Лёшка.

-Значит, спать мы опять не будем. -заключил Олег.

-А мы его рядом с Мишкой положим. Он сегодня перепугался, спать бояться будет.- смеялся Саня.- А если Глеб захрапит, ни один медведь не страшен.

-Только ты не храпи слишком сильно, а то наш Мишка и тебя перепугается и сам к мишкам в лес убежит. -подхватил Лёшка.

-Да, ребята, шутки шутками, а наш Мишка сегодня здорово труханул, -уже серьёзно сказал Наркулов. -Видали, что с ним было?

-Да уж! Хорошо, хоть медведь за ним не пошёл. -сказал Виктор.

-Это точно! -подтвердил Олег. -А вообще-то, здесь хищников много, даже тигры, говорят, водятся.

-А что, если какой-нибудь заладится к нам на мясо, а когда оно кончится, за нас возьмётся? -спросил Андрей.

-Не возьмётся,- резко ответил Виктор. -Зубы сломает.

Он и сам допускал такую возможность с тех пор, как им привезли мясо. Мясная куча была хорошей приманкой и жить рядом с ней было действительно опасно. И куда только начальство смотрит? Чем они там думают?

Послышался звук вертолёта

-Только о начальстве вспомни, оно тут как тут. -подумал Виктор.

-Чего их несёт сегодня? -подняв голову, спросил Саня.


16


Вертолёт приземлился у буровых, из него выскочил ротный.

Громов был среднего роста, плотный, но в хорошей в форме, светловолосый и всегда чисто выбритый. Он был очень строгий, но справедливый. В части все его боялись, но уважали. В то время ему было около сорока лет.

-Вы почему до сих пор не работаете?- крикнул ротный, заметив, что ребята только что дошли до рабочего места.- Вы знаете, который час?

-Так точно! -ответили ребята.

-И в чём дело?

Смирнов доложил об утреннем происшествии с медведем. Громов нахмурился:

-Да, с мясом они намудрили. Ладно, разберёмся. У меня для вас новости. Пришёл приказ об увольнении. Так что, кому пора, бросай работу и собирай личные вещи.

-А как же мы?- спросил Олег.

-А вы работайте дальше. Скоро к вам прибудет пополнение, прибудут новые товарищи. Да, кстати, как тут ваш новенький? -спросил Громов об Андрее.

-Парень, что надо! -ответил Виктор.

Громов был тут почти своим человеком, и иногда допускал, чтобы с ним говорили по простому, не по уставу.

-А ну, "парень что надо', иди-ка сюда. -позвал он Андрея.

Тот подошёл.

-Ну, товарищ солдат, как тебе служится?

-Нормально, товарищ старший лейтенант! -ответил Андрей.

-А ну-ка, скажи, сколько времени ты уже служишь?

-Три месяца.

-И сколько раз, за это время, ты написал домой? - спросил ротный, строго глядя в глаза солдату.

Андрей отвёл взгляд.

-Откуда он знает, что я ни разу не написал? -подумал он. -Да и о чём писать?

Написать больной матери правду, он не мог, а лгать не хотел.

Ротный понял его мысли:

-И что ты думаешь, если ты не напишешь вообще, твоей матери будет легче?

Андрей недоумённо посмотрел на ротного:

-Что ему известно о его матери? Или, может, что-то случилось дома и ему сообщили?

-На держи! -сказал ротный, протягивая ему письмо. -Твоя мать написала в штаб о том, что её сын, Глеб Андрей, ушёл в армию и пропал без вести. Ты хотя бы свой адрес, мог дать родным, чтоб они знали, что ты действительно служишь?

Андрею стало стыдно.

-Больше этого не повторится. -проговорил он.

-А ты попробуй, повтори! Я тогда тебе задам! -показав кулак, пригрозил ротный.-Заставлю сто штук в день строчить.

-Ну ладно, раз у вас тут всё в порядке, мне пора. -сказал Громов, обращаясь к остальным. -Вы собирайтесь, вечером прибудет машина с новенькими, а вас заберут. Сегодня разрешаю не работать, вас и так догнать не могут. Отдыхайте сегодня, прощайтесь.

Он вскочил в ожидавший его вертолёт и улетел. Ребята остались стоять в растерянности. Счастливчики, окончившие службу, скоро уедут домой. А остальным ещё пахать и пахать. У Андрея сжалось сердце. Когда же он дождётся этого часа? И дождётся ли? Его служба только-только началась и у него в руке всего лишь первое письмо из дома. В том, что оно лишь первое, конечно, виноват он сам, их могло быть больше.

-Ах да, письмо... -подумал Андрей и, отойдя в сторону, присел.

Он открыл конверт, достал оттуда согнутый лист и развернул его. Андрей сразу же узнал материнский почерк и его сердце сжалось. Он быстро начал читать. Письмо, действительно, было предназначено начальнику штаба. В нём мать, и вправду, искала своего сына, то есть его, Андрея.

-Эх, мама, мама...Да вот он я, жив и здоров.- подумал Андрей и вспомнил, как мать его встречала, когда он приехал из Казахстана.

Они тогда ещё долго сидели и разговаривали. И только тут он, вдруг, понял, что мать тогда плакала. Он вспомнил, как она отворачивалась от него и украдкой вытирала слёзы. А он тогда этого не заметил. Теперь ему стало так стыдно! Стыдно за всё!

-Плохой я сын у тебя, мама! -подумал Андрей, схватившись за голову.-Но я вернусь отсюда. Как обещал! Я выживу и вернусь к тебе, чего бы мне это не стоило!

Виктор, следивший за ним всё это время, подошёл и тронул его за плечо.

-Что-то случилось? -спросил он.

-Нет, просто стыдно, -дрожащим голосом ответил Андрей. - До вечера же напишу, с ребятами отправлю...Я ей обещал,что вернусь,а сам...даже не написал ни разу.


17


Они молча возвращались к палатке. Теперь им было не до шуток. На душе было грустно и больно.

Дембелям от того, что приходится расставаться с друзьями. С людьми, с которыми пришлось прожить бок о бок много дней и ночей и пережить все тяготы этого, Богом забытого места. Ощущение того, что они больше никогда в жизни не встретятся и, может, даже никогда больше не услышат друг о друге, ещё больше усиливало душевную боль. Они уходят, они дожили до этого дня, они сумели выжить. А что будет с этими мальчиками, которые остаются здесь? Выдержат ли до конца? Смогут ли выдержать перед здешними морозами, перед дикой тайгой? Какие ещё испытания преподнесёт им матушка-природа и отец-командир? Ведь их жизни зависят здесь не только от природных условий, а и от того, как распорядится начальство, как позаботится о них.

Остающимся ребятам было больнее вдвойне. Они тоже знали, что никогда больше не увидятся. И знали, что им ещё оставаться. С ещё большей болью вспоминались родные места, гражданка и всё, что с ней связано.

Они пришли в палатку. Повар был удивлён, но, когда они объяснили в чём дело, он отвернулся. Отвернулся, чтобы они не увидели выступивших слёз на его глазах. Ему тоже стало больно. К этой боли прибавилось воспоминание об утренних событиях ,и он уже не мог ни с кем разговаривать.

Андрей взял лист бумаги и задумался:

-Что писать? О том, как доехал? Как попал сюда? О здешних морозах? Об этом мать никогда не узнает, я ни за что ей об этом не напишу. Тогда, что же?...

Он оглянулся на ребят. Здесь не было мороза и ребята дали волю слезам. Теперь они не прятались друг от друга. Они обнялись и рыдали. Андрей был тут один молодой и с уходившими ребятами прослужил мало. Но что творилось с Смирновым, Яшкиным, Наркуловым, Шведюком и Орловым! Эти ребята откровенно рыдали, не обращая ни на кого внимания, забыв о том, что мужчины не должны плакать.

-Сегодня я не буду писать много, -сдавив подступивший к горлу комок, решил Андрей и коротко написал:


"Здравствуй, мама!

У меня всё в порядке. Я жив, здоров и у меня много друзей.

Нас хорошо кормят. Служба идёт нормально.

Извини, что не писал, ты же знаешь, что я писать не люблю.

Передавай всем привет.

Вот мой адрес: Амурская обл.

в/ч 36396

Твой сын Андрей.

Всех целую."


Он положил письмо в конверт и написал домашний адрес. Смотреть на ребят больше не было сил и он, заскрипев зубами, вышел из палатки.

Он осмотрелся. Дикая, с непроходимыми зарослями тайга грозно смотрела на него. В любой момент, оттуда мог выйти какой-нибудь хищник. Даже без мяса за палаткой, их лагерь был бы лакомым кусочком. У них ничего не было для защиты, кроме огня. Совсем как у древнего человека - лишь огонь спасал их от холода, голода и лесного зверя.

-Как гражданские могут приезжать сюда по желанию?- думал Андрей. -Сюда, в этот собачий, адский холод, в этот дикий край? Или, может быть, им там лучше? Может у них условия получше? Не такие, как здесь. А здесь... Здесь тайга на много километров и вокруг ни души. И двенадцать парней, которые вынуждены находиться здесь, потому что так решили наверху, потому что так надо.

Андрей не знал, что гражданским строителям приходилось тоже не сладко. По всей стране в то время все газеты трубили о том, что здесь идёт Великая стройка. Шла массовая агитация и люди отправлялись сюда, порой не имея понятия, куда едут. Им обещали работу, жильё и нормальные условия. Но, приезжая сюда, люди попадали в тиски суровых морозов, порой полного отсутствия быта и вечной борьбы за лучшую жизнь.

Многим приходилось начинать всё с нуля. И, хоть государство гражданских обеспечивало лучше, чем военных, постоянное Бамовское троеборье 'вода, дрова, помои' вконец выматывало. Многие не выдерживали и возвращались на Большую землю.

В это время из палатки выскочил Виктор. Ребята заметили отсутствие молодого и забеспокоились.

-Ты что? Уж не надумал ли сбежать? -тревожно спросил Виктор у Андрея.

-Куда тут сбежишь?...-окинув взглядом лес и горы, грустно ответил Андрей.

Виктор отвел его в палатку. Здесь уже прошёл первый шок и ребята немного успокоились.

-Глеб, ты чего? -воскликнули они.

-Не переживай, всё будет хорошо, - успокаивал его Виктор. -Скоро молодые подъедут, будешь их учить всему. Ты ведь уже опытный?

-Только смотрите, ребята, молодых не обижайте,- наставляли остающихся дембеля, -Здесь дедовщины нет, не было и быть не должно. Тут иначе нельзя. И следите за новичками, чтоб не сбегали. Пропадут в тайге.


18


Через несколько часов прибыла машина с молодым пополнением. Дембеля были уже готовы к отъезду и начали прощаться с ребятами. Андрей передал им письмо домой. Обнимаясь с уходившими он, вдруг, замер на месте. Он не мог поверить своим глазам.

-Кирилов! Сергей! Ты откуда здесь?!- бросился Андрей к одному из новеньких.

С Сергеем Андрей познакомился ещё до присяги. Их койки были рядом. Он был невысокого роста, плотного телосложения, светлый. Добрый, общительный парень быстро нашёл общий язык с такими же, как он, несчастными ребятами. Сергей вместе с ними страдал от холода и тоже был вынужден привыкать к непривычным условиям. Родом он был из Керчи. Он рассказывал ребятам, что на гражданке занимался каратэ и имеет подтверждающие документы. Ещё он умел хорошо рисовать.Сергей был сыном прапорщика. Он всю жизнь прожил в военном городке и был знаком с солдатской жизнью. Как попал он в такую глушь, было загадкой. Чтобы не путаться между двумя Сергеями, ребята стали его звать Кириллом и ему это нравилось.

И вот сегодня Кирилл попал на трассу.

-Андрей! Глеб!- тут же узнал друга Сергей.

-Кирюха! Как хорошо, что ты здесь,- искренне радовался Андрей.- Вот уж не думал, что придётся ещё когда-нибудь встретиться.

Друзья обнялись. Впервые, будучи на трассе, Андрей радовался по настоящему.

Вместе с Сергеем прибыли Ягоян, Карпов, Томберг, Адам, Бота, Муса и Корим . Дембеля погрузились в машину и уехали. Из старших остались Смирнов, Орлов, Шведюк, Наркулов и Яшкин.

Александр Карпов прибыл сюда после сержантской школы и был на пол года старше остальных. Остальные были одного призыва с Андреем. Андрей, хоть и был молодым, но был уже достаточно опытным и мог учить молодое пополнение.

Ребята расположились в палатке, познакомились.

-Ну, как вы тут живёте?- спросил Сергей у Андрея.

Что он мог ответить другу? Он, конечно, был рад, что друг попал сюда к ним. Но только вот, было бы это место другим, не таким проклятым и опасным.

-Будем жить, не пропадём, - ответил ему Андрей.

Потом они ещё допоздна разговаривали, рассказывали друг другу, где и как им служилось до сегодняшнего дня.

-Кирюха, твой отец прапорщик,- сказал Андрей,- Как получилось так, что ты попал в армию, да ещё в такое место? Разве он не мог тебя отмазать?

-А как ты попал сюда со своей рукой?- ответил вопросом на вопрос Сергей.

-Потому, что дурак!- ответил с горечью Андрей.

-Вот и я потому же,- ответил Сергей.- Отец, конечно же, мог меня, если не отмазать, то хотя бы, получше устроить. Но я не хотел. Я попросил отца не вмешиваться. Я так решил. Я решил, что буду служить. Мой отец военный и ему нравилось, что я сам принимаю решение. И он не вмешивался. Когда я уезжал, он очень гордился мной. Если бы он знал, в каком аду я оказался!

-Эх, Кирюха !- вздохнул Андрей,- Знал бы ты, в каком аду мы сейчас!

-Да уж, наслышан,- ответил Сергей.- Только, думаешь, в части лучше? Тут, я слыхал, хоть дедовщины нет,а где есть, то помягче.А в части...Что ни день, то издевательства. Днём ещё кое-как, при начальстве сильно не гоняют. А как ночь наступит, хоть волком вой, сил никаких нет терпеть дедушек наших доблесных. Не понимаю, как люди могут быть такими жестокими. Я как услыхал, что сюда набирают, так и напросился.

Все кругом давно спали, прежде чем двоих друзей сморил сон.


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ