# О биографии русского еврейства

Генрих Грузман

Русское еврейство - особая формация еврейского мира. Русское еврейство деятельный участник культурного симбиоза русской и еврейской культур. Еврейский элемент в русском народном фольклоре. Евреи в русской революции. Государство Израиль - выпестованное дитя русского еврейства. Массированная дискриминация русского еврейства в современном Израиле. Умерщвление русского еврейства в Израиле

ГЕНРИХ ГРУЗМАН


О Б И О Г Р А Ф И И Р У С С К О Г О Е В Р Е Й С Т В А


НАГАРИЯ


2 0 0 9


С О Д Е Р Ж А Н И Е

РЕФЕРАТ

I.ПРЕДИСЛОВИЕ

II. ОЧЕРК ПЕРВЫЙ. РУССКОЕ ЕВРЕЙСТВО В РОСИИ. ФИЛОСОФИЯ И ИСТОРИЯ

1.РОЖДЕНИЕ

2. ЕРЕСЬ ЖИДОВСТВУЮЩИХ

3. РУССКИЙ ФОЛЬКЛОР

4. ЕВРЕИ В РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

5. РУССКОЕ ЕВРЕЙСТВО В СИОНИСТСКОМ ДВИЖЕНИИ

III. ОЧЕРК ВТОРОЙ. РУССКОЕ ЕВРЕЙСТВО В ИЗРАИЛЕ. ПУБЛИЦИСТИКА

1.УМЕРЩВЛЕНИЕ РУССКОГО ЕВРЕЙСТВА

Л И Т Е Р А Т У Р А


"Увы! Мне в удел не дано от судьбы

ни руки для труда, ни меча для борьбы:

песня - меч мой и щит мой для битвы.

И в свободную гордую песню мою

я все ваши страданья, всю скорбь перелью,

все надежды, мечты и молитвы, -

за то, что под гнётом вражды роковой

не поникли вы гордой своей головой,

что не пали рабами бессилья,

и на труд и борьбу, средь лишений и бед,

но с великим залогом грядущих побед,

унесли вас свободные крылья"

Семён ФРУГ

РЕФЕРАТ

Биография как духовная летопись личности или явления и биография как история хронологических последовательностей. Философия истории Н.А.Бердяева. Небесная биография и земная биография. Биография русского еврейства как макет бердяевской исторической концепции. Присоединение польских евреев к России при разделе Польши ещё не есть рождение русского еврейства. Становление земной истории (биографии) русского еврейства. Царское "попечение" русских евреев - формирование связи (отношения) евреи-правительство. Еврейское кагальное устройство. Крах кагала - небесная дата зарождения русского еврейства (1844 год). Появление нового элемента еврейского мира: формации русского еврейства. Духовное развитие внутри русского еврейства (мусаризм и хасидизм). Антропософия в еврейской Торе. Эпоха великих реформ Александра II - звёздный час русского еврейства. Великое Русское Инакомыслие. Общественное положение русского еврейства как стимула и производителя хозяйственного процесса в России. Культуротворческая деятельность суть миссия русского еврейства. Симбиоз еврейской и русской культур. Убийство Александра II и переход правительства Александра III на антисемитские рельсы (по Солженицыну, в 1887 году). Правительство объявляет евреев своими врагами. Ураган еврейских погромов в России. Дилемма русского еврейства: остаться в России или уйти из России. Остающаяся часть евреев объявляет царское правительство своим врагом. Повышается террористическая деятельность и усиливается революционный пожар в стране, в итоге - крушение царского самодержавия и низвержение трона в 1917 году.

Ересь жидовствующих - уникальный акт русской истории. Ересь жидовствующих как просветительское, прогрессивное интеллектуальное движение. Воинствующий клерикализм: архиепископ Геннадий Новгородский и преподобный Иосиф Волоцкий. Взрыв антисемитизма. Фёдор Курицын - первый русский философ. Разгром ереси жидовствующих. Православная инквизиция: сожжение Фёдора Курицына со товарищи. Фёдор Курицын воочию показал плодотворное влияние еврейской мудрости на созревающую русскую философскую мысль. Присутствие и влияние еврейского библейского материала на эпическую конструкцию и содержание русского народного фольклора. "Руслан и Людмила" поэта А.С.Пушкина и опера М.И.Глинки суть опоэтизированные и озвученные еврейские мотивы.

Русское еврейство не имеет отношения к зарождению революционной идеологии в России. В революции евреи исключительно добросовестно исполняли революционные лозунги, заветы и правила. Чуждые идеалы через собственную веру - формула участия представителей русского еврейства в русской революции. Большевизация евреев. Еврейские "отщепенцы" и ренегаты. Суждения о.С.Н.Булгакова об антисемитизме и участии евреев в русской революции. Евреи, покидающие Россию, попадают в сионистское движение. Колонизация и хозяйственное освоение Палестины. Палестинофильство. Противопоказания политическому сионизму. Религиозный сионизм. Противостояние Демократической фракции и религиозной фракции Мицрахи - суть сионистской деятельности русского еврейства. Провозглашение государства Израиль. Биографический этап русского еврейства 1901-1948 годов. Государство Израиль есть выпестованное дитя русского еврейства: русское еврейство было пионером и инициатором освоения Земли Обетованной; русское еврейство создало экономическое и социальное бытие для государства евреев; русское еврейство заложило фундамент истории Израиля; русское еврейство сотворило иврит как государственный язык для еврейского сообщества; по воле русского еврейства было провозглашено государство Израиль; русское еврейство руководило становлением государства, (первое правительство Израиля состояло на 98% из представителей русского еврейства), и это руководство осуществлялось таким образом, что объединённая агрессия арабских стран не дала результатов, а армии пяти арабских стран были разгромлены; и, наконец, русское еврейство показало себя демографическим спасителем еврейского народа на этапе Большой Алии. Дискриминация русскоязычных репатриантов в Израиле. Бездуховность, безнравственность и вызывающее пренебрежение человеческим фактором в израильском обществе, по Л.Меньшикову и И.Юдовину. Система воинствующего иудаизма. Дело Яна Шапшовича и дело Изабеллы Бельфер. Люмпенизация сознательной части репатриантов и деевризация репатриантской молодёжи. Ираида Гранде - идеолог и социолог современного русского еврейства в Израиле. Проект конституции для русской общины, составленный И.Гранде. Требования репатриировавшегося русского еврейства, выступающего равноправной и самостоятельной частью израильского общества: 1. отлучение религии от государства, 2. признание русского языка и языка идиш в качестве гражданских языков в Израиле, 3. пересмотр уголовного дела Яна Шапшовича. У государства Израиль нет будущего без русского еврейства

I. Предисловие.

Биографией называется концентрированное и целенаправленное жизнеописание избранного предмета (явления) или изложение истории его жизни. Обычно биографическое повествование включает в себя последовательное перечисление хронологического порядка истории жизни предмета (объекта, явления). Но с появлением в русской духовной философии концепции религиозной философии истории Н.А.Бердяева, эта традиционная, простая структура биографии, как описания истории, распалась и заменилась функционально усложнённой схемой. Как известно, Бердяев вывел, что любая история состоит из двух модификаций: земного (материального) и небесного (духовного) типов. Следовательно, каждое биографическое изложение истории жизни объекта должно, соответственно, включать в себя описание этих двух типов - земного и небесного. Но таково чисто теоретическое предписание, как в сфере академической историографии, так и в области биографического жанра, а в реальной действительности имеет значение только земное описание, господствующее в форме традиционного материалистического понимания истории (или исторического материализма) и основой коего служит хронологическая последовательность событий и фактов. Никакая уважающая себя биографическая сводка не существует без дат, числовых отметок и календарных знаков, а духовное описание предмета, если оно прилагается, воспринимается в качестве орнамента, натянутого на хронологический каркас.

Первопричиной неприятия исторического воззрения Бердяева в большой науке и философии является его решительный радикализм: в истории выражающийся в том, что исходная, генетически-первичная роль в историческом процессе принадлежит акциям небесной истории, и в философии - в том, что демиургом истории выступает индивидуальная человеческая личность (историческая личность, "действующая душа"), а не коллективистские монстры (революции, войны, народы, экономические факторы). С наибольшей подробностью строение и иерархическая конструкция процесса, дающего тривиальное историческое знание, описаны великим русским историком В.О.Ключевским: "На физиологических основах кровной связи строилась первобытная семья. Семьи, пошедшие от одного корня, образовывали род, другой кровный союз, в состав которого входили уже религиозные и юридические элементы, почитание родоначальника, авторитет старейшины, общее имущество, круговая самооборона (родовая месть). Род через нарождение разрастается в племя, генетическая связь которого выражалась в единстве языка, в общих обычаях и преданиях, а из племени или племён посредством разделения, соединения и ассимиляции составлялся народ, когда к связям этнографическим присоединялась нравственная, сознание духовного единства, воспитанное общей жизнью и совокупной деятельностью, общностью исторических судеб и интересов. Наконец, народ становится государством, когда чувство национального единства получает выражение в связях политических, в единстве верховной власти и закона. В государстве народ становится не только политической, но и исторической личностью с более или менее ясно выраженным национальным характером и сознанием своего мирового значения" (2000,кн.1,с.16)

Кардинальное первейшее отличие бердяевской схемы исторического познания от академического образца, представленного В.О.Ключевским, состоит в том, что, не меняя конструктивных координат иерархических деталей сооружения, принципиально изменяется венец конструкции: народ не является "исторической личностью", а творцом истории объявляется индивидуальная личность. Отсюда умозрительный макет исторического познания Бердяева оказывается антиподом казенной схемы, базирующейся на фактомании и принципе непредвзятого наблюдения. Ключевский заключает: "Но история не наблюдает деятельности отвлечённого человеческого духа: это область метафизики. Равным образом она не ведает и одинокого, отрешённого от общества человека: человек сам по себе не есть предмет исторического изучения; предмет этого изучения - совместная жизнь людей" (2000,кн.1,с.13).

Это вовсе не означает, что в отношении личность-коллектив русский философ механически меняет познавательный акцент: главное назначение исторической личности, как демиурга истории, состоит в создании духовной связи с прочими особями в коллективном сообществе и в формировании особого качества - духовности как коллективного свойства индивидуальных духов. Но духовность, являясь формой сочетания духов в определённые сообщества, выступает в двух генетических модификациях: собственно духовность, генерируемая исторической личностью и на базе которой формируется онтологическое сообщество - государство, и вторая вариация, при которой сообщество персон насаждается силой извне (революция, агрессия, аннексия), и называется народностью. Соответственно, имеются два вида государственных устройств: государство-духовность и государство-народность.

Следующим кардинальным отличием бердяевской исторической баллады служит то обстоятельство, что сущность исторического сознания, или выявление исторического качества в человеческом духе, обнаруживается в еврейском сознании, и, следовательно, родоначальником истории являются отнюдь не греческие мудрецы, а еврейские пророки. Бердяев повествует: "Идея исторического внесена в мировую историю евреями, и я думаю, что основная миссия еврейского народа была: внести в историю человеческого духа это сознание исторического свершения, в отличие от того круговорота, которым процесс этот представлялся сознанию эллинскому". И продолжает в развитие этой парадоксальной темы: "Еврейству принадлежит совершенно исключительная роль в зарождении сознания истории, в напряжённом чувстве исторической судьбы, именно еврейством внесено в мировую жизнь человечества начало "исторического". И я хочу обратиться вплотную к самой исторической судьбе еврейства и его значению во всемирной истории как одного из непрерывно действующих и до наших дней мировых начал, обладающих своей специфической миссией". Итоговое умозаключение постижений Бердяева выливается в силлогизм, едва ли не самый парадоксальный в современной всемирной истории: "Еврейство имеет центральное значение в истории...Здесь нужно искать оси всемирной истории. Тема, поставленная в судьбе еврейского народа, разрешается на протяжении всей всемирной истории" (1990,с.с.23,68,67). Парадоксальность заключена в том, что в земной истории еврейство полностью удалено со сцены мировой истории. Бердяев оказывается единственным историком, который добрался до истинного смысла крылатой, но всецело извращённой, фразы: "Еврей не признаёт суда истории. Он сам судит историю".

Но радикальные постижения Бердяева, возросшие на еврейском субстрате, обладают концептуальным видом только в теоретическом разрезе, и великий мыслитель не успел снабдить свою историческую новацию методолого-онтологической составляющей. В этом отношении биография русского еврейства, являясь номинально описанием истории жизни части, - и самой большой, - еврейства, несёт на себе своеобразную функцию опробовательского полигона для бердяевской теории, равно как бердяевский режим исторического мышления ставится познавательным новшеством для биографической дисциплины. Это означает, что биография русского еврейства необходимо заявляется в форме двух сказаний: первичной небесной и вторичной земной. Подобная двойственность есть диагностическая черта небесноисторического подхода, и биография русского еврейства, давая характеристику исторической доли всего еврейства, являет собой эталон исследования, антиподального историософски узаконенному материалистическому пониманию истории. Данная антиподальность исходит следствием из указания Бердяева: "Еврейский народ есть, по преимуществу, народ истории, и в исторической судьбе его чувствуется неисповедимость Божьих судеб. Историческая судьба этого народа не может быть объяснена материалистически, вообще не может быть объяснена позитивно-исторически, потому что в ней наиболее ясно проявляется "метафизическое" и та грань между метафизическим и историческим, о которой я говорил, как о препятствии для постижения внутреннего смысла истории, именно здесь, в судьбе еврейского народа, исчезает" (1990,с.68).

Однако знаемая ныне история русского еврейства не знает такой двойственной градации, и она очень хорошо информирована со стороны земной историографии, в спектре и сонме фактов и событий внешнеотсчётной хронологии и периодизации. Важно понимать, что земной исторический процесс еврейского сообщества ничем функционально и онтологически не отличается от традиционной схемы всеобщей историософии, и только элемент "погром" служит единственным, но чисто еврейским, отличительным признаком явления. Именно на этом признаке и строится присущая только еврейству модель земной истории, ибо погром есть характерный, хотя и необязательный, компонент еврейской судьбы в земном варианте.

В Европе и России нет такого национального меньшинства, какое превосходило бы евреев по насыщенности историческими знаниями и знатоками, как нет такого национального меньшинства, какому оказывалось бы познавательного интереса более, чем евреям, хотя сама еврейская масса изгнана из театра всемирной истории. Вершиной этого исполинского массива знаний в объёме русского еврейства явилась двухтомная коллективная монография "Книга о русском еврействе", изданная Союзом русских евреев в 1960 году в Нью-Йорке и переизданная в Минске в 2002 году, которая в предисловии содержит констатацию, что "Нет той области хозяйственной, общественной и духовной жизни России, в которой не отразились бы творческие усилия русских евреев, - будь то индустрия, торговля, финансы, транспорт, общественная деятельность, право, наука, философия, литература, журналистика, искусство" (2002,кн.1,с.9-10).

Итак, что же представляет собой русское еврейство, биография которого не может быть объяснена "материалистически"? Но поскольку биография русского еврейства не может быть изложена в материалистическом виде, то и сама биография не может быть здесь дана в полном виде: из биографии русского еврейства в данных очерках выпадает советский период. И это тем более странно, что о судьбе евреев на советском этапе написано немало превосходных обозрений монографического толка (А.Дикий, Ф.Кандель, С.Шварц), но они предоставляют исключительно материалистические характеристики, сторонясь или исключая духовный (небесный) фактор. Можно сказать, что на данный момент биография русского еврейства советского этапа ещё не обрела свой небесноисторический облик. В дальнейшем изложении это обстоятельство будет специально оговорено. Необходимо объяснить, что ввиду отсутствия материала, я в данных очерках составляю не полную биографию русского еврейства, а говорю о биографии русского еврейства. Аналогично, но в другом контексте, обстоит дело с очерком о русском еврействе в Израиле. Сейчас ещё нет устоявшейся земной истории и осмысленной небесной истории русского еврейства в Израиле, а потому в своём очерке я меняю жанр изложения и перехожу на публицистику, как способе свободного высказывания на одну тему: умерщвление русского еврейства в Израиле.

II. Очерк первый. Русское еврейство в России. Философия и история

1. РОЖДЕНИЕ

В начале каждого исследования земной истории лежит процедура выявления генезиса объекта познания, и без гипотезы о его происхождении нет земной истории. Так, естественно, и любая биография начинается с акта "рождения". В биографии русского еврейства датой его появления принято считать акцию трёхкратного разделения Польши (1772, 1793, 1795 годы), благодаря которому в состав России вошло более 800 тысяч евреев Польши, Литвы, Подолии и Волыни. В своей обстоятельной диатрибе "Двести лет вместе", наиболее ценного в последнее время изучения истории русских евреев, А.И.Солженицын ведёт летоисчисление русского еврейства с момента первого раздела Польши: "От этого года надо датировать первое значительное историческое скрещение еврейской и русской судьбы" (2001, кн.1,с.31). Этот "земной" день рождения русского еврейства вносит в представление об истории и биографии русского еврейства некое недоумение. Тот же А.И.Солженицын с убеждением провозглашает: "В эти века, с XIII по XVIII, в соседней Польше создавалась, росла и укреплялась в своём устойчивом бытие крупнейшая еврейская община, которой предстояло основать массив будущего российского еврейства, к XX веку главной части еврейства мирового" (2001,кн.1,с.23). Эта сентенция отсылает "массив" русского еврейства к закону преемственности - главного уложения эволюционного пути развития в земной истории, и лишают его права на самостоятельность в статусе независимого существования. Этого же мнения придерживается глава израильских знатоков русского еврейства профессор Шмуэль Эттингер, который написал: "В этом смысле не существует чёткого разделения между периодами польской власти (до раздела Польши) и русской. Русское еврейство является прямым продолжением еврейства польского, - не евреи переселились в Россию, а Россия сама "пришла" к евреям". Но тут же следующий абзац начинается с утверждения: "Русское еврейство как специфическая общность людей сохранило свою самобытность, и даже не пыталась отказаться от неё"(1993,с.18).

Таким образом, присоединение евреев к России вовсе не приводит к автоматическому образованию некоего русского сообщества евреев, как естественного результата раздела Польши. Генетическая связь с польским еврейством будет характеризовать данное присоединение в качестве механической операции, не способствующей формированию самобытности евреев, как необходимого условия для появления нового качества - русского еврейства. Итак, присоединение ещё не есть рождение, а лишь только предпосылка для него. Посылками же этого судьбоносного акта выступают обстоятельства, роль которых обычно упускается при аналитическом обзоре русской истории. Об этом говорит Андрей Дикий в своём историческом очерке: "...насколько Екатерина II по широте взглядов и гуманности опередила свое время.  И евреи того времени это поняли и оценили. В 1780 году, когда Екатерина посетила Шклов, они ее приветствовали специально написанной одой на еврейском языке, с переводом на языки русский и немецкий. Заключительная строфа этой оды гласит: "Ты дозволила нам проживать в твоей стране в мире и безопасности, под сенью твоего благоволения и под охраной твоего скипетра, в согласии с природными жителями. Как и они, мы восхищаемся твоим величием, как и они, мы счастливы тем, что мы твои подданные". Такою же одою встретили Екатерину и Могилевские евреи и Полоцкие. Последние в ее честь устроили на Двине блестящую иллюминацию. Теперь это событие забыто, а, между тем, оно заслуживает особого внимания, особенно в наше время, когда, в результате длительной и целеустремленной пропаганды, во всем мире существует мнение, что евреи в России всегда и во все времена были преследуемы, лишены элементарных гражданских прав и подвергались гонениям  Забыты и указ Екатерины II 1791 года, уравнивающий евреев в правах с купцами, ремесленниками и мещанами тех городов и местечек, в которых они проживали в момент, когда эти города и местечки, бывшие раньше польскими или литовскими, стали городами и местечками России.  Забыт и указ императора Александра 1, который в 1804 году открыл свободный доступ евреям к образованию, гласящий: "все евреи могут быть принимаемы и обучаемы, без различия от других детей, во всех российских училищах, гимназиях и университетах".  Забыты и стипендии еврейским мальчикам, обучавшимся в светских училищах, в то время, как не-еврейские мальчики таковых стипендий не имели.   Зато обо всех ограничениях не забывается и постоянно напоминается, чем создается картина России, как страны еврейского бесправия и страданий". Следовательно, в самом историческом акте присоединения евреев Польши и России, как свершения внешней, в известной мере, насильственной, волюнтаристской, природы, таится исходный пункт духовного, небесноисторического качества - воссоединения еврейской данности с русским естеством.

Уравнивание акта присоединения с фактом рождения приводит весь еврейский комплекс в состояние своеобразного противоречия, а, вернее, гностического парадокса. Исай Трунк, один из соавторов "Книги о русском еврействе", сообщает, что "в 1960-м году исполняется сто лет со времени появления первой работы по истории русских евреев - монография С.И.Фина о виленской еврейской общине". Это должно означать, что еврейский народ, по выражению Бердяева, "народ истории", на протяжении почти девяти десятилетий не интересовался своей историей в России, и из земной биографии русского еврейства выпадает внушительный отрезок времени. Но зато после 1860 года "русско-еврейская историография" приобретает вид стремительно растущего дерева с бурной кроной. Исай Трунк предлагает следующую периодизацию земной истории еврейской историографии в России: "1.от начала 70-х годов 19 века до учреждения Историко-этнографической Комиссии при обществе просвещения в 1892 году; 2.от 1892-го года до революции 1917г.; 3.советский период" (2002, кн.1, с.16). Исторический пробел в земной еврейской историографии, охватывающий интервал времени от появления евреев на территории России до 1860 года, появления монографии С.И.Фина, есть не что иное, как свидетельство недостаточности земной истории, когда она поставлена на первую позицию в историческом исследовании.

Обычно принято считать, что небесная история относится к внутренней имманентной области предмета или явления, а земная история охватывает внешние сферы окружающего мира. Но это заведомое упрощенчество, - в земной истории наличествуют акты, посредством которых предмет (или явление) удостоверяет себя во внешнем мире, тобто влияет на окружающую реальность; точно также закономерны случаи, когда окружающая среда оказывает своё воздействие на предмет. Если взять русское еврейство за изучаемый предмет, то, прежде всего, должен броситься в глаза этот внешний фактор: государственная деятельность царского правительства специально в отношении русских евреев. Как евреи выделяются из всех национальных меньшинств своей исторической содержательностью, так "еврейское попечение" царского правительства выделяет его из числа стран, где обитают евреи. Уже сам факт этого "попечения" делает русское еврейство самочинной величиной в Российском государстве. Это обстоятельство создаёт самобытный облик русского еврейства в разряде земной истории, а, главное, на базе своей самобытной особенности русское еврейство фундаментально отличается от польского еврейства - своего исторического предтечи: в Польше евреи существовали в виде внегосударственной категории, что создавало условия для концентрированного антисемитского климата, какой ощущается в стране и по сей день.

Исторические факты свидетельствуют, что призрение евреев со стороны царского правительства отнюдь не является рутинным административным производством, а есть как бы обязанность каждого великодержавного правителя и суть некое программное исполнение. Начиная с судьбоносных постановлений императрицы Екатерины II, "еврейский вопрос" всегда был в фокусе государственного внимания. Так, к примеру, кратковременное и не особо результативное для русской истории царствие Павла I было отмечено в Еврейской энциклопедии: "Гневное царствование Павла I прошло для евреев благополучно. Все акты Павла I о евреях свидетельствуют, что государь относился к еврейскому населению с терпимостью и расположением". Даже император Николай I, считавшийся жестоким антисемитом, издал 44 законодательных акта о евреях, как определил Солженицын, "...половина всех законодательных актов о евреях, совершённых от Алексея Михайловича и до смерти Александра II".

Обязательный раздел о евреях в государственном делопроизводстве царского правительства приобрёл после императрицы Екатерины II вид традиционного ритуала. Так, в 1823 году при Александре I был учреждён из четырёх министров "Еврейский комитет", которому вменялось в исполнение следующие задачи: "на каком основании удобнее и полезнее было бы учредить пребывание [евреев] в государстве" и "начертать вообще всё, что может принадлежать к лучшему устройству гражданского положения сего народа" ("Еврейская энциклопедия",т.7,1913). Хотя эти цели никогда не достигались, но "еврейский комитет" наличествовал постоянно в качестве функционального задания, меняя только наименования: в 1872 году это была "Комиссия по устройству быта евреев", в 1881 году - "Комиссия по евреям", наиболее известная (десятая по счёту) комиссия графа Палена 1883 года называлась "Высшая комиссия для пересмотра действующих о евреях в Империи законов", а последняя, одиннадцатая, комиссия была организована в 1899 году под руководством барона Икскюль фон Гильденбандта. В качестве образца административной деятельности этого ведомства можно привести выдержку из одного из проектов решения Паленской комиссии: "Ошибка нашего правительства в обращении с евреями состояла в том, что оно, с одной стороны, всё более и более подкапывало стены их исключительности, не только открывая им общие учебные заведения, но насильно принуждая их посещать таковые, с другой же стороны, оно приняло внутренние дела евреев под свой контроль и насильственно ввело в еврейскую жизнь такие глубоко захватывающие реформы, как упразднение старо-еврейского костюма, хедеров и ешиботов и старых раввинов, как открытие еврейских "казенных" училищ и заведений для учителей и раввинов, учреждение казённых раввинов - все такие начинания, которые для России не только были лишни, но прямо вредны. Как государству, так и народу евреи весьма полезны, но только как евреи, как отдельный в своей социальной и экономической жизни особенный выработавшийся класс... Но ошибка лежит именно в непоследовательности; в этом, собственно, и корень "еврейского вопроса". (цитируется по Н.Портновой,1999,с.16-17).

Итак, данная ситуация однозначно свидетельствует о наличии и административном значении особого соотношения между евреями и царским правительством, которое обладает атрибутами производящего генератора земной истории русского еврейства. Данное отношение евреи-правительство, будучи самобытной чертой еврейской жизни в России, аналитической ясности в исследовательской литературе, однако, не приобрело, невзирая на свою выразительность, а зримые контуры действующего параметра земной истории получило благодаря небесноисторическому подходу. А.И.Солженицын первый и единственный упоминал о документальных записях государственного еврейского делопроизводства в контексте земной истории русских евреев, часто даже излагая обширные выдержки из "еврейских комитетов", но далее констатации эти документы у него не освещались ("И действительно, - писал писатель, - редко что в российском законодательстве наслоилось так многосложно и противоречиво, как за десятилетия, законы о евреях: 626 статей к 1885 году! И ещё потом добавлялось, и в Сенате то и дело исследовали и трактовали их формулировки".2001,кн.1,с.208). Огромная историческая информация, включённая в этих документах, как правило, терялась, а земная биография русского еврейства оказывалась с пробелами и пропусками. Когнитивная важность и весомость этой ситуации вскрывается лишь в разрезе бердяевского небесноисторического подхода, и под его лучами отношение евреи-правительство проявляет свою роковую и судьбоносную сущность не только для исторической доли русского еврейства, но и даёт для обзора затемнённую особенность исторической летописи Российского государства в целом.

Главным моментом этой "затемнённой" особенности явилось крушение кагальной организации еврейской сообщности в России. Более полутора тысяч лет еврейство, рассеянное по миру, было спаяно в кагал - особую государственность в гетто. В религиозной сплочённости евреи находили средство спасения и выживания в море антисемитской злобы и нетерпимости. В России кагал был ликвидирован через 60 лет после присоединения, и это обстоятельство требуется рассматривать в качестве основной предпосылки рождения русского еврейства как самостоятельной формации еврейской экзистенции, тобто со стороны земной истории. Для оценки исторического значения данного явления необходимо понимать, что кагал суть организация, спонтанно выкристаллизовавшаяся в условиях многосотлетнего изоляционного существования евреев под религиозной властью раввинов-фарисеев. В целом кагал является формой политической власти внутри еврейской общины, где религиозный диктат многократно усиливался за счёт диктатуры старины.

Живописные оценочные штрихи кагала представляет в своих сочинениях выдающийся еврейский историк Ю.И.Гессен: "Господствующий класс, чуждый духу эпохи, направил свою энергию на то, чтобы оградить окаменелую религиозно-национальную жизнь от ударов времени - извне и изнутри,...чтобы держать народ в рабском подчинении веками сложившемуся общественному укладу, нельзя было допустить даже перемены одежды...Кагально-раввинский союз не хотел ничего ни видеть, ни слышать. Тяжёлою завесою распростёр он над массою свою власть..."(1925,т.1,с.с.169-170,195). Кагал по самой своей природе выступал антагонистом отношению евреи-правительство, и основная масса несостоявшихся мероприятий правительства в рамках "еврейских комитетов" обязана противодействию, симуляции и конфронтации со стороны раввинской верхушки кагала. На тормозящую роль кагала указывали почти все русские реформаторы, - так, Солженицын ссылается на реформу Г.Р.Державина, где указано, что "Для внутреннего же устройства еврейских общин, дабы "наравне с прочими России подвластными народами...подвергнуть [евреев] единственному государственному правлению,...не должны более ни под каким видом существовать кагалы" (2001,кн.1,с.54).

Митрополит Иоанн написал в газете "Советская Россия" от 22.03.1994г.: "Повелением Александра 1 в 1802 году был даже образован специальный "комитет о благоустройстве евреев". Но как только выяснилось, что его деятельность клонится к тому, чтобы разработать перечень мер, направленных на смягчение религиозно-бытовой обособленности иудейских общин, - кагалы (органы местного самоуправления иудеев) заняли по отношению к комитету резко отрицательную позицию. На всех иудеев был наложен ими специальный "процентный сбор, необходимый для устранения намерения правительства относительно евреев" . Проще говоря, путем специального тайного налога были собраны огромные суммы для подкупа чиновников и приостановления "неблагоприятного" развития событий, что и было сделано". Наибольшего расцвета система кагальной организации получила в польском еврействе, и царская власть приобрела это устройство в наследство от польских времён. Невзирая на бытующий тезис "Речь Посполитая - рай для евреев", кагальная конструкция уже в польский период была сильно подпорчена социально-политической гнилью, явно противореча первородной духовной природе, когда кагальная сплочённость выступала гарантией сохранения и выживания еврейского народа в условиях антисемитской ненависти. Дж.Д.Клиер полно охарактеризовал суть польского кагала, преемственно перешедшего в русское еврейство: "Исходно еврейская община была, по всей вероятности, примитивной демократией, управлявшейся общим собранием всех взрослых мужчин. С ростом кагалов такие собрания стали на практике неосуществимыми, поэтому власть перешла в руки представительных органов и постоянных должностных лиц. В то же время демократические рычаги управления в значительной мере утратили эффективность. Старшины общины, как правило, принадлежали к состоятельным слоям общества. Обычно это были люди, располагавшие свободным временем и склонностью к подобной деятельности, наряду с финансовыми возможностями - ведь они несли личную ответственность за долги общины, сделанные в их правление. Неудивительно, что руководство кагалов стало обходить запреты на семейственность и многократное повторное избрание на должность. Оно постепенно превратилось в прочно укоренившуюся олигархию. Жалобы воеводам на фальсификацию итогов выборов редко приносили какие-либо результат. После того как верхушка окончательно утвердилась у власти в общине, она стала проявлять нежелание облагать налогами себя и часто перекладывала это бремя на тех, кто победнее, а значит - на политически бесправных людей. Конечно, старейшины кагала шли на риск ради интересов общины, а их положение буфера между алчностью правительства и естественным нежеланием населения платить налоги далеко не всегда было приятным. Тем не менее, ко времени разделов Польши система налогообложения, как представляется, была совершенно несправедливой. И прусские, и российские чиновники особо подчеркивали, что массы еврейского населения Польши находятся на грани полного изнеможения, стонут под бременем крайней нищеты, а при этом общинные богатей живут в неподобающей роскоши. Эти обвинения иногда оказывались преувеличенными, но к XVIII в. в них присутствовала немалая доля истины". Кагал как общинная еврейская организация был упразднён высшим административным уложением в 1844 году.

Хотя ликвидация кагала была произведена по решению и исходя из интересов царской власти, но причина этого судьбоносного акта в жизни русского еврейства отнюдь не ограничилась чисто внешним источником. Крах кагальной организации объективно доказывает, что русские евреи уже не испытывали ни страха, ни опасения перед окружающей средой, а потому имели возможность всецело погрузиться в свой внутренний мир, и такое актуальное событие, как смена формы жизненного устройства не могло обойтись без участия внутренних причин небесноисторического плана. Профессор И.Л.Клаузнер образно очертил именно этот процесс: "Это страшная и угрожающая война, война между двумя солнцами и двумя мирами - миром старым и агонизирующим, который ещё красив в своей агонии, как мир цветения и весны, и мир новый и плодоносящий, расширяющий источник красоты и попирающий тысячи жизней, чтобы повернуть к себе, и впитывающий изобилие других, - эту страшную войну испытывали много молодых евреев"

"Новый мир" и "новое солнце", по Клаузнеру, есть течение маскилизма (maskil - просвещённый), - массовое стремление евреев к просвещению, образованию и вольнодумию. Как указывает Клаузнер, это течение зародилось на Волыни, где первые опыты маскилизма осуществлял Исаак Бер-Левинсон, и в Литве, где лидером маскилизма был М.А.Гинцбург (обращает на себя мудрый установочный девиз Гинцбурга "Не бороться с тьмой, а вносить свет"). Это действительно был титанический труд и насколько этот переход напоминал "страшную и угрожающую войну" прекрасно видно из воспоминаний едва ли не самого блестящего представителя русского еврейства - историка С.М.Дубнова. Следует только знать, что для молодого Дубнова дед был авторитетным и наиболее дорогим человеком. "В это время я имел первый серьезный конфликт с дедом. Больно было старику, что я его талмудическую науку забросил и предаюсь так страстно наукам, которые он не без основания считал вредными для правоверия. Он между прочим заметил, что я редко посещаю синагогу. Я действительно только раз в неделю, по субботам, являлся к богослужению, но иногда манкировал и этим, так как мне было неприятно излишнее внимание со стороны прихожан. Люди пальцами показывали на мой укороченный сюртук (длинное платье я уже давно перестал носить), на остриженные "пейсы" (локоны на висках) и причесанные волосы (в субботу запрещалось причесывать волосы гребенкой из опасения, что какой-нибудь волос будет вырван, а рвать в день покоя нельзя); шептались по поводу того, что во время молитвы я стоял неподвижно, не раскачивался и не делал глубоких поклонов. Обо всех этих признаках вольнодумства доводилось до сведения деда. Жаловалась ему, конечно, и бедная мать, опасавшаяся, что я за грехи попаду на том свете в ад. Однажды, в зимний день начала 1876 г., дед призвал меня для объяснения. Старик ходил взад и вперед по комнате; обычное спокойствие, видимо, изменило ему. Он начал с того, что про меня ходят недобрые слухи в городе и люди считают меня еретиком. "Ведь я, - продолжал он, - предупреждал тебя еще в прошлом году, что от твоих увлечений новыми книжками и твоих писаний добра не выйдет; теперь ты увлекаешься изучением чужих языков и разных пустых наук, а Талмуд совсем забросил - что же из тебя выйдет?" Слова "пустые науки" возмутили меня, и я его иронически спросил: "Неужели кроме Талмуда вы не видите никаких наук? Разве математика тоже не наука?" На это он мне ответил, что он назвал все эти науки пустяками в том смысле, что они не дают человеку познания истины, а напротив, сводят его с единственного пути истины, указанного в нашей Торе и в Талмуде, чему я и сам служу живым примером. Мои возражения раздражали деда, и он кончил тем, что пригрозил мне отобранием и уничтожением моих "вредных" и "нечистых" книг"

Замшелая кагально-талмудическая ученость уже не могла удовлетворить еврейскую душу, которая в новых условиях получила возможность не заботиться о сохранении, а рвалась к развитию. Но в то же время истинные еврейские умы понимали, что они не только не имеют право отказываться от несметного еврейского достояния, но и физически не способны совершить такое действие. И то, что среди еврейской массы определилась совокупность духов, которые знали, от чего надо отказываться, и познали то, к чему надо стремиться, дало в итоге еврейскую новацию: русское еврейство. Следовательно, необходимость рождения русского еврейства диктует не только причина разрушения кагала, но и внутренние маскильные (просвещенческие) тенденции. А, строго говоря, в действительности имеет место не две разные, а общая единая причина с разными функциональными эффектами, при которых внутренние маскильные акции привели к ослаблению и краху кагала, как итогу.

Однако интрига состоит в том, что маскилизм в еврейской среде России, именно как механизм просвещения и образования, является по сути своей природы, лишь методологическим мероприятием, тобто внедрением и получением на стороне более продуктивных методов и способов познания. Маскилизм относится к духовным средствам в силу того, что устраняет догматические, обанкротившиеся или устаревшие формы мышления, и тем самым способствует освобождению простора для вольного и свободного полёта мысли. Благодаря последнего маскилизм приобретает огромную ценность и наивысшую актуальность для еврейского сознания, задавленного жуткими талмудическими оковами, дикими ритуальными условностями и отравленного мракобесием и невежеством. Маскилизм сам по себе лишь подводит к небесной истории, но никак ею не является; маскильные акции и аппараты характеризуют небесную историю русского еврейства только со стороны внешней формы, хотя они и касаются внутренней его сферы, как самостоятельной еврейской формации. Это означает, что русское еврейство может претендовать на роль независимой формации в случае, если будет обладать оригинальным духовным ядром, явленным в качестве элемента еврейской традиции, именно той, что ведёт своё начало с момента еврейской Торы, - таково предопределение небесной истории русского еврейства.

При аналитическом обзоре маскилизма, как духовного движения, мало обращается внимания на тот факт, что в России это течение существовало в двух руслах - светском (секулярном) и религиозном (сакральном). Тогда как в Европе просвещение распространялось лишь в секулярном направлении, подавляя, вытесняя или попросту ликвидируя сакральные формы. На территории, занятой евреями в России, и во время, последовавшее после присоединения, изучение Торы, как главного стержня еврейского духопорядка, приобрело характер массового пафоса, и А.Менес констатирует: "Самой высокой степени развития достигло изучение Торы в Восточной Европе. Города и местечки Литвы, России и Польши были переполнены людьми, изучавшими Тору, и братствами, посвятившими себя её изучению". Здесь возникало множество ешибот (училища), которые были не просто еврейскими центрами и духовными магнитами, стягивающими к себе еврейскую массу, почувствовавшей жажду к развитию, но настоящими исследовательскими научно-философскими институтами еврейской учёности и еврейского духа. К примеру, тот же А.Менес описывает один из этих центров: "Воложинский ешибот (в Литве - Г.Г.) просуществовал около ста сорока лет. Он был основан в 1802 году вскоре после распада Польши, и был закрыт в 1939 году, когда вспыхнула вторая мировая война. За 137 лет своего существования ешиботу суждено было пережить периоды расцвета и полосы упадка. До 1892 года Воложин считался авторитетнейшим рассадником изучения Торы во всём мире. К этому источнику стекались молодые люди отовсюду, со всех концов России и из многих еврейских общин других стран"(2002,кн.1,с.с.328,333). Русское еврейство могло стать самобытным образованием, только выкристаллизовавшись из этого насыщенного раствора.

Многие обращают внимание, но никто ещё не дал достойного объяснения тому обстоятельству, что еврейская Тора есть расширенное повествование о ЧЕЛОВЕКЕ. Впервые в истории философии целокупный постулат, как уложение мысли, был дан еврейской Торой, - и им явился постулат о безусловной ценности человека. Он гласит: "Кто прольёт кровь человеческую, того кровь прольётся рукою человека: ибо человек создан по образу Божию. Вы же плодитесь и размножайтесь, и распространяйтесь по земле, и умножайтесь на ней" (Быт. 9:6-7). Бог в Торе обладает сугубо человеческой ипостасью, тобто не человек обожествлён, как это случилось в европейской философии, а Бог очеловечен; в противовес христианскому богословию еврейская Тора есть антропословие. Именно потому, что Бог принадлежит человеку, а человек принадлежит Богу, Бог у евреев есть высшая святыня и Бог пользуется у евреев неограниченным до-верием.

Итак, еврейская традиция есть столбовая дорога мудрости о человеке, что на научном языке называется антропософией (anthropos - человек, sophia - мудрость). Антропософская стратегия еврейской традиции исторически воплотилась в последовательно-поступательные узлы - гениальные постижения человека или хрононы небесной истории. Традицию начинает Декалог Моисея, далее следует учение Иисуса Христа, затем идёт подвиг Моисея Маймонида, прописавший человеческий разум в Торе, наравне с верой, традицию продолжил Исаак Лурия, который преподнёс каббалу в форме мощи абстрактного мышления или всемогущество человеческого воображения, а в Новое время явился Барух Спиноза, закодировавший образ человека в causa sui - наибольшей мистерии философии, которая не разгадана по сей день.

Русское еврейство только в силу своего еврейского естества должно следовать курсом этой традиции, и его небесная история раскрывается исключительно через представления человека, а его биография шествует по ступеням этого представления. Такими представлениями в русском еврействе стали течения мусаризма и хасидизма. А.Менес отмечает: "Не без основания указывалось на некоторое сходство между хасидизмом и учением мусара, однако различия между ними выступают гораздо более явственно, чем черты сходства. Ошибаются те, кто считает "мусар" чем-то вроде литовского хасидизма. Это явления различного порядка" (2002,кн.1,с.341). Однако, если русское еврейство воспринимать как целостную формацию, то его небесная история (соответственно, духовная биография) зиждется на генеральной общности мусаризма и хасидизма - традиционного образа человека, данного в понимании Торы.

А.Менес в своём разборе "религиозных еврейских исканий" внутри русского еврейства, что, по существу, является неотсортированным описанием небесной истории его, обмолвился, что мусар (буквальный перед - "мораль") "означает познание самого себя". Эта реплика знаменательна тем, что напоминает о знаменитом призыве "Познай самого себя", начертанном на храме Аполлона в Дельфах, который стал ядром философского мировоззрения XX века - антропософии в представлении Рудольфа Штайнера. Стало быть, русское еврейство самостоятельно предвосхитило ход европейской постигающей мысли в философском отношении, а в плане grosso modo (широком значении) означает, что корни антропософского воззрения таятся не в недрах греческой античной мудрости, а в текстах еврейской Торы.

Основатель мусаризма реб Израэль Салантер ставил во главу угла человека, подчёркивая, что в виду имеется не биологическое существо и не психическая особь, а некая самочинная и единогласная монада с моральным уклоном, куда вход лежит через Тору, - и это самое главное. А.Менес говорит по этому поводу: "Характерной чертой движения мусар была глубокая вера в человека. Правда, Салантер и его ученики не разделяли наивных представлений о том, что человек добр по самой своей природе. Мусарники были пессимистами и считали нужным подчёркивать, как трудна борьба с самим собою, которую человеку приходится вести. Но всей душой они верили, что человек располагает силами и средствами добиться в этой борьбе заветной цели" (2002,кн.1,с.342).

Характеризуя суждения другого видного идеолога мусара, ученика Салантера, ребе Симха-Зисель Бройде, организовавшего в шестидесятые годы XIX столетия ещё одно знаменитое училище - Келмский ешибот, А.Менес указывает: "Человек - это книга о мусаре, - объяснял ребе Зисель своим ученикам, - и нужно долго и усердно работать. Чтобы добиться понимания этой книги, имя которой - человек. Но беда в том, что мы обычно оказываемся слишком ленивы, если требуется от нас большое духовное напряжение. Поэтому первая задача - научиться мыслить. Мыслить - значит уметь сосредоточить своё внимание на чём-нибудь определённом, не позволяя мысли уклоняться в сторону". Призывая к дисциплине мышления, мусаризм требует соблюдать именно ту сосредоточенность мысли, какая в качестве медитации положена в учении антропософии, возникшего столетием позже в европейской философии. Ученик Симхи-Зисель ребе Ноте-Гирш Финкель ("старик из Слободки", пригорода города Ковно) расширил представление мусаризма: "Вся Тора нам дана не в заветах и законах. Она лежит в основе самого существа человека. Н если мы научимся понимать человека, мы лучше поймём Тору,. которая нам дана была на горе Синая. Поэтому прежде всего мы должны достичь высоты, чтобы стать достойны изучать Тору" (2002,кн.1, с.с.346,347-348).

В "Википедии - свободной философии" сказано, что хасидизм возник "...как движение протеста против закостенения иудейской учёности, деспотической власти кагала, раввинистического формализма и оторванности учёных евреев от народной жизни". Но кроме функции протеста хасидизм несёт в себе миссию созидания, выдержанную в духе еврейской традиции и Торы. Именно эту миссию впитало в себя русское еврейство, и впечатление о её содержании передают слова ребе Ицхака Гинзбурга: "Также внутри самих тайн Торы существуют два измерения - есть душа, и есть ещё более глубокая душа у этой души - это хасидизм...Хасидизм раскрывает ещё более глубокую тайну - показывающую, каким образом тайны Торы связаны с душой человека и с миром, в котором мы живём. Хасидизм раскрывает, что высшие мирз находятся внутри нас, и что Сам Вс-вышний светит внутри нас и внутри нашего мира". Содержание этой сентенции, как и всей духовной полноты хасидизма, суть расширенное иносказание максимы Иисуса Христоса: "Царствие Божие внутрь вас есть" (Лук.,12:21).

Таким образом, становление русского еврейства не являлось одноразовым и однопричинным образованием, и ранее давалось понять, что наибольшим заблуждением есть отождествление его рождения с присоединением евреев к России при разделе Польши. Ликвидация кагала означает коренную деформацию общинного устройства евреев в России, а движение мусаризма и хасидизма говорит о таких же крупных преобразованиях в имманентной сфере евреев. И поскольку эти два фактора всецело соответствуют еврейской традиции, они выступают побудительными причинами рождения русского еврейства как самоличной формации еврейского мира. В земном паспорте русского еврейства в графе дата рождения должно стоять: 1844 год.

Бердяевский дуализм истории в применении к еврейской судьбе никак не прояснил и не упростил, а ещё более высветил сложность, запутанность и многозначимость еврейской истории, как в земной, так и небесной вариациях. К числу таких сложностей принадлежит то обстоятельство, что мусаризм и хасидизм не удержались на уровне своих духовных достижений, а скатились в болото религиозной казуистики, отвлечённых диспутов и экзальтированных аномалий. Всё, что в этих течениях принадлежало аристократической Торы было подвергнуто обструкции со стороны плебейского Талмуда, а это значит, что мусаризм и хасидизм со временем выпали из формации русского еврейства. В своей монографии Вальтер Лакер пишет: "К середине XIX века движение хасидизма пришло в упадок. Вместо него распространился культ цадиков-святых вождей. Они считались реальными посредниками между Богом и миром. Цадики делали священные надписи на амулетах, сочиняли специальные молитвы (на идиш) и заклинания для своих приверженцев. На более низком уровне стали популярны магиды - странствующие проповедники и чудотворцы"(2000,с.94). В настоящее время хасиды относятся к числу лютых врагов русского еврейства. Такова запутанная картина истории русского еврейства в духовном (небесноисторическом) измерении, но не меньше беспутицы обнаруживается и в земном течении еврейской истории в России.

Хотя царское правительство избавилось от кагала - главного препятствия своей деятельности в еврейской сфере, но это обстоятельство не повысило государственную эффективность в еврейской среде. (Сноска. Некоторым диссонансом высказанному выглядит мнение С.М.Дубнова, где он пытается реанимировать кагал, как орган общинного бытия евреев. Но диссонансом скорее следует считать выводы о кагале как однозначно негативном явлении еврейской жизни. Дубнов, безусловно, прав, полагая, что государственная политика царского правительства "...извратила сущность Кагала и он из органа служения обществу, был превращён в орган господствующий над ним, угнетающий его орудиями грубой полицейской власти". Но не в этом содержится главная суть природы кагальной организации, и корни её тянутся в библейскую глубину, где противостояние пророков и левитов (священнослужителей) обратилось в механизм фарисейско-талмудической гегемонизации). В неоспоримую историческую истину обратился факт того, что исторически уникальная по части интенсивности работа царского правительства на еврейской ниве не дала позитивно-положительных результатов: ни один еврейский комитет или комиссия не сподобились ожидаемого эффекта, "дряхлость власти", как определил Солженицын (но зато утвердил примирительную атмосферу).

Такая безрадостная картина, однако, выглядит лишь в координатах земной истории, где действующими силами выступают рационально-конечные факторы. В небесноисторической проекции картина представляется существенно иной: каждое благое намерение, даже малое доброжелательство, имеет значение и находит свой правый вклад в благодетельном исходе, являющимся источником духовной информации. Духовная информация качественно характеризуется особенностью, при которой исследование базируется на всех продуктах постигающего духа, - отрицательных и положительных, негативных и позитивных. Этим духовная информация отличается от широко знаемой, предметно-вещественной информации, где исследуются, рефлексируются, только положительные аналитические данные, отвергая отрицательные выводы. В результате духовная информация далеко не всегда получает своё выражение в понятных нормах рационально-земного бытия, а потому остаётся непознанным и скрытым в исторической памяти знанием.

В таком освещении деятельность царского правительства в показаниях небесной истории нельзя называть общей неудачей или ошибкой, - А.И.Солженицын, далёкий от подобного склада мыслей, всё же интуитивно прозрел: "Но и: приписывать российским правителям ярлык "гонителей евреев" - это искривление их намерений и преувеличение их способностей" (2001, кн.1,с.134). Стало быть, ось евреи-правительство номинально и независимо функционировала как таковая, спонтанно давая духовную прибыль. В то же время, отсутствие конкретно-житейских видов земной истории, облегчающих существование евреев на территории России, превращало деятельность царского правительства в сплошной государственный провал, попадающий под всеобщий закон российской экзистенции: разрыв между идеальным и реальным. Небесноисторический взгляд оказывается способным найти этому провалу достаточно простую причину: царское государственное делопроизводство в "еврейском вопросе" никак не могло избавиться от двух порочных стратегических порядков. С одной стороны, оно было одержимо стремлением реформировать внутреннюю еврейскую сферу посредством внешних импульсов, внедряемых волюнтаристски со стороны нееврейского актива (русского государства), и с, другой стороны, пытается реформировать еврейскую жизнь вне связи с общенародным состоянием страны.

История показывает, как русская жизнь решительно вступила на путь коренной реформации российской действительности, в том числе и преодоление этих порядков. Речь идёт о Крестьянской Реформе 1861 года (или "Положение 1861 года"). В.О.Ключевский точно отметил: "В продолжение столетий, предшествовавших 19 февраля 1861 г., у нас не было более важного акта; пройдут века, и не будет акта, столь важного, который бы до такой степени определил собою направление самых разнообразных сфер нашей жизни" (2000, кн.3,с.548). Самым знаменательным в этой реформе является фигура автора реформы - императора Александра II Освободителя, занявшего место в ряду величайших русских реформаторов - князя Владимира Святого и царя Петра Великого, но по личным духовным качествам значительно их превосходившего. Если Владимир сделал русскую душу христианской, а Пётр сделал русскую душу европейской, то Александр сделал русскую душу русской. Именно в таком аспекте Крестьянская Реформа (собственно, внешнее уложение) стала знаковым событием для русского еврейства, и в его биографии этот рубеж по значению был следующей важнейшей вехой после рождения формации русских евреев в 1844 году.

О благотворном влиянии эпохи реформ Александра II на русское еврейство написано и сказано очень много, как с еврейской, так и русской сторон, и сама тема представляет собой редкий сюжет в еврейской эпопее, где нет противных мнений. Я сошлюсь лишь на утверждение очевидца и современника акта, известного в своё время публициста Л.О.Леванду (Иехуда-Лейба): "С начала шестидесятых годов для нас, русских евреев, началась новая эпоха, новый период - эпоха нашего рождения или перерождения, период нашего быстрого шествия вперёд по пути прогресса. В наши тёмные пещеры впервые ударил луч солнца, произведший целую революцию в нашем пещерном режиме". А высококвалифицированные и наиболее образованные авторы "Книги о русском еврействе" записали в предисловии: "В 1960 году, когда наш коллективный труд выходит в свет, исполняется сто лет с начала эпохи великих реформ, когда, казалось, что и перед русским еврейством открылись пути к социальному и культурному прогрессу. Под влиянием новых веяний традиционный быт еврейской народной массы повернулся лицом к окружающему миру, и еврейство, разделяя надежды лучших людей России, стало принимать посильное участие в борьбе за право и свободу" (2002,кн.1,с.9).

Итак, реформаторская эпоха Александра II явилась звёздным часом русского еврейства, поскольку стала побудительным генератором движения всей еврейской формации в России в самобытном, присущем только ей, ключе, тобто в собственно национальном духе. А собственно национальным духом евреев служит историческое сознание, и именно в такой ситуации произошёл еврейский исторический ренессанс, первой ласточкой которого явилась монография С.И.Фина, упомянутая Исаем Трунком. Ощутив свой собственный исторический дух и свою формационную состоятельность. Русское еврейство выдвинуло из своей среды выразителя своих характерных дум, и им стал историк С.М.Дубнов, глубокомыслие и эрудиция которого ставит его в один ряд с великими русскими историками Татищевым, Карамзиным, Соловьёвым, Ключевским. В своей эпохальной работе "Об изучении истории русских евреев" (1891) Дубнов заявил: "Мы не можем и не должны обречь себя на умственный застой...не должны лишить себя той внутренней мощи, которую даёт только самоисследование. Думать иначе значило бы преднамеренно заковать душу народную, сузить и затемнить нашу национальную идею, которая в сущности тождественна у нас с историческим сознанием...". Свой дерзкий порыв Дубнов завершает словами: "Мы, русские евреи, покажем, что мы не только являемся ветвью самого исторического из народов, но также, что мы и сами имеем богатое историческое прошлое. Мы хотим также показать, что мы знаем цену этому богатому прошлому. Старый народ, созревший и поседевший на своём богатом опыте, не может отказаться от своего своеобразного исторического прошлого". Такая установка, для которой катавасия духа внутри русского еврейства предоставляет все основания, однозначно свидетельствует, что духовно-идеологический, а также историко-онтологический центр мирового еврейства переместился в Россию; формация русского еврейства заняла авангардную позицию во всемирном еврействе.

В докладе, прочитанном на втором мировом конгрессе еврейской науки в 1957 году, бывший министр народного просвещения Израиля, Бенцион Динур сказал: "Ряд основных явлений в жизни русско-еврейского коллектива обусловил специфическое его место в жизни нашего народа в новое время. В смысле демографическом это был самый многочисленный, массовый и наиболее концентрированный еврейский коллектив. В смысле же культурном этот коллектив отличался наибольшей внутренней консолидированностью и был максимально укоренён в многовековой еврейской культуре". Знаковой здесь является сентенция о ведущей роли русского еврейства в еврейской культуре. Финалом доклада были не менее знаменательные слова: "Дело не только в том, что более половины еврейского народа жило в России и что русское еврейство явилось численно крупнейшим еврейским коллективом. Вся история еврейства в новое время стала под знаком русского еврейства. В силу особых обстоятельств общественного и духовного порядка именно в русском еврействе созрели те творческие силы, в которых был залог обновления и возрождения еврейского народа" (2002,кн.1,с.с.315,326). В.И.Кельнер в комментариях к труду С.М.Дубнова "Письма о старом и новом еврействе" отметил: "Дубнов включил историю евреев в России в контекст истории мирового еврейства. Более того, он утверждал, что российское еврейство стало достойным наследником великих еврейских общин древнего Израиля, Вавилона и средневековой Испании. По его мнению, к началу XX в. евреи Западной Европы принесли в жертву ассимиляции своё национальное самосознание. И только евреи России сохранили общинную организацию и национальную духовную жизнь".

Вряд ли можно найти пример благодетельного эффекта реформ Александра на общественную жизнь России более выразительный, чем изменения в положении русского еврейства. И этот яркий феномен сразу привлёк к себе внимание, и цитируемое далее "Положение евреев в России в XIX веке" есть лишь одна из популярных сводок, более красноречивая за счёт компактного изложения обширного материала. Итак, статистический анализ привёл к следующему результату:

Положение евреев в России в XIX веке (источник http://chassidus.ru/index.html, 2003)

Россия вступала на путь промышленного развития, и евреи сыграли в ее экономическом расцвете немалую роль. Накопленный еврейский капитал пошел на учреждение банков и акционерных обществ, на строительство фабрик, заводов и первых железных дорог России. По всей черте оседлости евреи скупали в деревнях сельскохозяйственные продукты и вывозили их на внутренний и на внешний рынок. "Не будь еврея, - писал один из исследователей того времени, - крестьянину и некому, и негде было бы продать избыток своего ничтожного хозяйства, неоткуда было бы достать денег. Запретить евреям таскаться со двора во двор, от села к селу, с базара на базар, значило бы разом остановить промышленность целого края, которую они одни только поддерживают". "Справедливость требует сказать, - вторил ему другой исследователь, - что одни только евреи сообщают Бессарабии торговое движение, и без них был бы совершенный застой", а в Новороссийском крае и в Малороссии "уездные города превратились бы совершенно в деревни, если бы их не оживляли евреи своей деятельностью". Даже недоброжелатели признавали, что евреи "обладают большей подвижностью, энергией и предприимчивостью сравнительно с великороссами"... С семидесятых годов девятнадцатого века "сахарные короли" братья Лазарь и Лев Бродские, Иона Зайцев, Герц Балаховский и другие стали строить на Украине сахарные заводы. Они закупали в Европе новейшее оборудование, приглашали на работу химиков и прочих специалистов самого высокого класса, вырабатывали новинку тех времен - сахар-рафинад, и с ними, конечно же, не могли конкурировать сахарные заводики местных помещиков, на которых старыми методами, на старом оборудовании производили лишь песочный сахар. Новые сахарные заводы изменили характер земледелия на Украине, где стали выращивать огромное количество сахарной свеклы. Четвертая часть всех сахарных заводов Юго-Западного края принадлежала евреям, и на этих заводах производили миллион двести тысяч пудов сахара в год. А к девяностым годам девятнадцатого века на заводах братьев Бродских выпускали около четверти всего сахара, производимого в Российской империи. В черте оседлости евреи развивали мукомольное производство, особенно в Полтаве, Киеве и Одессе. Они были владельцами или арендаторами сотен паровых и водяных мельниц и первыми стали вывозить муку в другие страны. Евреи арендовали тогда в черте оседлости около девяноста процентов винокуренных заводов. Им принадлежало большинство пивоваренных заводов Литвы и Белоруссии, где работали пивовары-специалисты из Чехии и Германии. Многие табачные и махорочные фабрики Юго-Западного края были еврейскими, а также кожевенные заводы и лесопильни. В Лодзи и Белостоке евреи занимались обработкой шерсти и хлопка, а вокруг Ковно было много щетинных фабрик, которые славились своей продукцией и рассылали ее по всему миру.  После строительства железной дороги в Курской и Орловской губерниях евреи в корне изменили в тех краях торговлю хлебом. До этого местные купцы скупали зерно у крестьян и помещиков по дешевой цене, складывали его на хранение в ожидании высоких цен, не торопились с оборотом капитала и получали прибыль до тридцати процентов. "С появлением же евреев, - писал исследователь, - (а появились они буквально с первыми поездами в Курск и Орел) конкуренция понизила барыши в четыре и больше раза, и хлеб не залеживался более месяца или двух. Чтобы зарабатывать хорошо, нужно было закупать много и оборачиваться быстро, но в этом соперничество с евреями вряд ли возможно". Производитель получал теперь больше, купец - меньше, хлебная продукция стоила покупателю дешевле. Уже в 1878 году евреям принадлежало шестьдесят процентов экспорта хлеба из Одессы, и они потеснили греков - монополистов в торговле хлебом. Евреи вывозили хлеб и из Николаева, Херсона, Ростова-на-Дону и через порты Балтийского моря. "Если русская хлебная торговля.., - писал исследователь, - вошла составной частью в мировой торговый оборот.., то этим страна обязана главным образом евреям, выполнившим это сложное и важное дело вопреки всем препятствиям, которые ставились... на пути их деятельности'. Евреи занимались и лесной торговлей. Часть леса они отправляли по рекам в южные безлесные губернии России, другую часть сухим путем - в Польшу и Германию, а морским путем - в прочие страны Европы. По закону им не разрешалось арендовать на железнодорожных станциях участки земли для лесных складов, и потому они перевозили лес не по железным дорогам, а сплавляли его по Днепру, Неману и Западной Двине. Им не разрешали пользоваться русскими портами Балтийского моря, и тогда они нашли обходной путь через прусские порты. Несмотря на все эти трудности, евреи сумели развить торговлю лесом и способствовали тому, что она стала важной статьей дохода общего российского экспорта.  В 1859 году в Петербурге был основан банкирский дом Гинцбургов, один из крупнейших банков страны, который сотрудничал с Ротшильдами и другими еврейскими финансистами Европы. Евзель Гинцбург и его сын Гораций учредили затем Коммерческий банк в Киеве, Учетный банк в Одессе и Учетно-ссудный банк в Петербурге. Банкирский дом Гинцбургов финансировал строительство и эксплуатацию многих железных дорог России и создал в Сибири прииски по добыче золота и платины - Ленский, Забайкальский, Миасский, Березовский, Алтайский и другие. Братья Самуил, Лазарь и Яков Поляковы основали Московский и Донской Земельные банки, Орловский Коммерческий банк, Промышленный банк в Киеве и прочие банки. Они были из первых частных строителей железных дорог в России и построили железнодорожные линии Козлов-Воронеж-Ростов, Курск-Харьков-Азов, Орел-Елец-Грязи - для экспорта зерна из черноземных губерний России. Одну из железных дорог длиной в семьсот шестьдесят три версты Поляковы проложили в рекордный срок - за двадцать два месяца, а для сравнения можно сказать, что первая в России Царскосельская железнодорожная ветка протяженностью всего лишь в двадцать пять верст строилась более двух лет, а Николаевская железная дорога Москва-Петербург - девять лет.  В 1857 году французские евреи учредили "Главное общество по постройке российских железных дорог" и с помощью еврейских банков Петербурга и Варшавы проложили четыре тысячи верст железнодорожных путей. А.Соловейчик учредил Сибирский Торговый банк. И.Блиох основал Варшавский Коммерческий банк и вкладывал деньги в строительство железных дорог Петербург-Варшава и Киев-Брест. Еврейские банкирские дома Варшавы и Одессы брали концессии на строительство железных дорог Варшава-Тирасполь, Москва-Брест и многих других. На строительство железных дорог евреи-подрядчики поставляли также железо, шпалы и прочие материалы.  Евреи развивали судоходство по рекам черты оседлости - Днепру, Неману, Висле и Западной Двине. Банкирский дом Гинцбургов учредил "Общество судоходства по реке Шексне". Самуил Поляков основал "Общество Южно-Русской каменноугольной промышленности". Григорий Поляк создал в Нижнем Новгороде пассажирско-грузовое пароходство и первым построил наливные суда, которые перевозили нефтяные продукты из Каспия вверх по Волге. Не имея прав эксплуатировать нефтяные источники, евреи занимались на Кавказе обработкой нефти и вывозом ее в другие страны. Фирма "Дембо и Каган" проложила первый в Российской империи нефтепровод. Калонимос Вольф Высоцкий основал в Москве самую крупную фирму по торговле чаем. В юго-западных районах черты оседлости торговля скотом была в руках евреев, а на северо-западе они скупали лен и отправляли его на фабрики России и Европы".

Обычно эффект от таких сведений сосредотачивается в психологической сфере и слагается из восхищения характеристическими параметрами еврейской натуры: активностью, инициативностью, целеустремлённостью. Но редко при этом углубляются в корень явления и не видят основополагающей причины: превращения земных элементов в небесные моменты. когда материальные конечные качества обретают вид идеальных виртуальных свойств. Любой процесс в еврейском исполнении превращается в процедуру, где духовная атрибутика несёт основную динамическую нагрузку, и потому повышается продуктивность земного явления в целом. От рождения еврей предназначается для духовного мира и с молоком матери он впитывает свою устремлённость к духовной активности и потребность в духовном творчестве. "Омовение в Божиих водах" - этот каббалистический ритуал - ставится источником интеллигенции духа еврейского индивидуума, а потому каждый еврей предрасположен к нравственной дисциплине. Эти модусы не могут быть сами по себе ни хорошими, ни плохими, а являются лишь очевидными параметрами психологического типа, взятого как духовный характер, а не со стороны религии или национальности. Стало быть, еврейская традиция и еврейское духо(Бого)почитание санкционируют и даже провоцируют эффективность и результативность деятельности "духовного характера" во всех отраслях, как позитивных, так и негативных. По этой причине главным результатом приведенного статистического обзора должен быть вывод не о высоком потенциале евреев, а о том, что евреи получили возможность раскрыть свой потенциал и функционировать как типично еврейский "духовный характер". В этом и заключается главнейшее и первейшее последствие русских реформ Александра II для русской формации евреев: русская действительность, при всей дикости нравов народных низов и лихоимстве правящих верхов, которые сказывались, прежде всего, на еврейской массе, к тому же задавленной мракобесием собственных раввинов и цадиков, может оказаться, да и grosso modo (по большому счёту) оказалась, плодородным полем для проникающего еврейского духа.

Для усиления эффекта статистических исследований по теме жизнедеятельности русского еврейства в России я хочу сослаться на общую оценку аналогичной деятельности русских евреев в Соединённых Штатах Америки, которую дал М.Ошерович: "О русских евреях можно без преувеличения сказать, что "без них ничего не делалось". Мы встречаем их повсюду в общественной работе, в промышленности, в области культуры, в торговле, в области науки и искусства, в политике...Русские евреи сыграли большую роль в деле популяризации русской литературы в Америке: если американский читатель полюбил Толстого, Чехова и других выдающихся русских писателей, это является в значительной степени их заслугой" (2002,кн.1,с.с.309,308). Американское общество является самой сильной и сложной современной цивилизацией и русскоязычное еврейство освоило его с той же интенсивностью и продуктивностью, что и "тёмную" русскую действительность. Это обстоятельство можно рассматривать с разных позиций, за исключением принципа превосходства, но в совокупном виде оно свидетельствует об одном: в лице русского еврейства себя являет самостоятельный психологический тип или особый гоменоид еврейской породы, снабжённый собственным "национальным голосом" и обладающий еврейским "духовным характером". Деятельный соавтор "Книги о русском еврействе" Г.Я.Арансон написал: "Эпоха великих реформ, отменившая рабство для русского крестьянства, заложившая основы права в деятельность русского суда и начатки местного самоуправления, не могла не коснуться своим живительным дыханием судьбы русского еврейства, страдавшего от бесправия, произвола и материальной нужды" (2002, кн.1,с.211). "Живительное дыхание" русской реформации сказалось как раз в образе русского еврейства, явленного самочинным духовным объектом со своим "национальным голосом" и "духовным характером", что обусловило его земную активность, достигшего уровня, превосходящего развитие всех иных, в том числе и профильной, народностей Российской империи.

Основная особенность еврейского духовного учения, которая должна быть солирующей в национальном голосе и доминировать в духовном характере русского еврейства состоит из иудейского максимализма: евреи являются неискоренимыми жрецами культа - культа Бога, культа веры, культа Израиля, культа человека. Следовательно, русское еврейство должно держаться этого понятия культуры как генеральной стратегической линии, как главного критерия еврейской природы. Исторический характер еврейского сознания делает, однако, культуру больше, чем стратегической категорией, тобто направляющим поведенческим правилом, а превращает культуру в мировоззренческую установку. Русское еврейство, таким образом, в своём истинном понимании являет себя не только носителем культуры и не столько производителем культуры, - культуротворческая деятельность суть родовая миссия русского еврейства. Культурная деятельность, как известно, обладает множеством способом выражения, - так, эллинская культура прославлена изобразительным искусством, а в еврейской духовной парадигме зримое изображение запрещено, ибо противно ставить идолов. Но зато еврейское учение велико культурой книги, за что Лев Толстой так высоко возносил еврейскую веру. Во время рождения и становления русского еврейства коренная русская культура ярче всего проявляла себя в сфере литературной критики (деятельность В.Г.Белинского, журнал "Современник"), тобто в печати, куда неизбежно должна устремиться еврейская культура книги, когда еврейство заимело возможность выражать свой дух, и при условии, что русское еврейство способно сохранить исконные чаяния евреев.

Уже упоминавшийся Г.Я.Арансон написал: "Создание русско-еврейской печати теснейшим образом связано с проблемой образования и оформления нового явления в жизни русских евреев: русско-еврейской интеллигенции" (2002,кн.1,с.552). "Русско-еврейская интеллигенция" есть иносказание русского еврейства, которое проявилось, по определению замечательного еврейского аналитика Иосифа Бикермана, "по своей численности и по свежести таившихся в нём сил становым хребтом всего еврейского народа". Незаурядному аналитическому дарованию этого исследователя еврейская культура обязана знанием уникального качества русского еврейства: "Западные евреи были богаче, влиятельнее, стояли впереди нас по культурному уровню, но жизненная сила еврейства была в России,...рядом усилий русское еврейство преодолело, или, по крайней мере, всё больше преодолевало вынесенную из Польши грязь, физическую и духовную, всё больше распространялась в среде еврейства европейская образованность, мы всё больше приобщались и к общеевропейской, и к русской культуре, и так далеко мы ушли в этом направлении, что могли позволить себе роскошь иметь литературу на трёх языках, общее - культуру в трёх обличьях" (1998, журнал "Час пик", 284-287; выделено мною - Г.Г.). Уникальное качество, на какое указывает Бикерман, представляет собой уровень культурного потенциала русского еврейства, настолько высокий, что в состоянии создать "культуру в трёх обличьях" - на русском языке, языке идиш и древнееврейском языке (иврит). Это последнее являет собой не просто феномен русского еврейства, а образует уникум культурологии, как отрасли творчества человеческого духа в целом, ибо всемирная культура не знает прецедента, при котором три языка обслуживают одну культуру, а один субъект творит три культуры. Но в силу сложившихся исторических обстоятельств это замечательное открытие не получило развития и осталось в русском еврействе в качестве констатации факта.

В таком парадоксальном виде русское еврейство через печать входит в симбиоз с русской культурой, и наиболее существенное, что должно быть отмечено в этом симбиозе, это - культурное единое естество внутреннего наполнения русского и еврейского членов симбиоза и культурные ориентиры его развития. В общем и целом несложно заметить в этой ситуации, что русское еврейство в симбиозе с русской культурой выставляет себя, как макет подлинного взаимоотношения разных культур. Такова удивительная, уникальная и парадоксальная особенность русского еврейства, которую не всегда воспринимают должным образом даже сами члены этой формации, не говоря о посторонних наблюдателях. Обычно, пытаясь анализировать наглядные признаки данного симбиоза, прибегают к составлению каталожных списков натурального соучастия с русскими авторами в той или иной творческой отрасли (к примеру, "Книга о русском еврействе" включает следующие главы: "Евреи в русской школе", "Евреи в русской литературе", "Евреи в русской адвокатуре", "Евреи в русской живописи и скульптуре", "Русские евреи в музыке"). Не оспаривая несомненную ценность данной эмпирически документальной базы, должно понимать столь же несомненную её недостаточность.

Сущностное и объективное осмысление феномена культурного русско-еврейского симбиоза, или, что равноценно, - динамический разрез русского еврейства не может происходить вне философской рефлексии процессов взаимопроникновения и взаимообогащения русского и еврейского контингентов симбиоза. Но в этом месте как раз и наблюдается крупный провал аналитического умонастроения, связанный с недостаточностью метода каталожных списков. Г.Я.Арансон замечает: "...в философии русские евреи представлены довольно слабо. Это легко понять (! - Г.Г.), ибо новейшая русская философия в основном своём русле проникнута религиозными мотивами, теснейшим образом связана с христианством и православием или пронизана мистическими переживаниями, навеянными школой Владимира Соловьёва" (2002,кн.1,с.388). Именно русская духовная философия слагает ту отрасль, где вклад (если использовать этот рационалистический термин) евреев наивысший (если прибегнуть к этому несвойственному для духовных знаний оценочному мерилу), - ибо еврейское влияние состоит не из количественных критериев, а из качественного вхождения сугубо еврейской мудрости, положенной в еврейскую традицию, в современную русскую философскую доктрину. В этом отношении достаточно назвать имена С.Л.Франка (которого я числю философом 1 XX века), эмоционального Льва Шестова (Л.И.Шварцмана) и тончайшего М.О.Гершензона.

Кардинальное знание еврейского материала во всех глубокомысленных аспектах (богословском, философском, историческом) с самого начала русской идеалистической философии сделалось её диагностическим признаком. Ведущие русские мыслители с такой интенсивностью погружались, можно сказать, "вгрызались", в еврейскую тему, что их вполне можно отнести к разряду чисто еврейских духоиспытателей, а количество их трудов на еврейской ниве таково, каковым может похвастаться не каждый еврейский исследователь из этого разряда. В.С.Соловьёв: "Еврейство и христианский вопрос"; "Письма", том 2; "Талмуд и новейшая политическая литература в Австрии и Германии"; "Евреи как вероучение и нравоучение". Отец С.Н.Булгаков: "Христианство и еврейский вопрос"; "Сион"; "Судьба Израиля как крест Богоматери". Выкристаллизованным продуктом, и одновременно блестящим эталоном, русско-еврейского симбиоза в философской сфере, является историческая концепция Н.А.Бердяева.

Интерес и внимание к шедеврам еврейской мысли со стороны русских творцов культурных ценностей - трюизм. Об этом эмоционально сказал блестящий русский эстет эпохи Серебряного Века Д.С.Мережковский в статье с красноречивым титулом "Еврейский вопрос как русский вопрос": "Что от нас хотят евреи? Возмущения нравственного, признания того, что антисемитизм гнусен? Но это признание давно уже сделано, это возмущение так сильно и просто, что о нём почти нельзя говорить спокойно и разумно, можно только кричать вместе с евреями. Мы и кричим... Но и сквозь боль и стыд мы кричим, твердим, уверяем людей, не знающих таблицы умножения, что дважды два - четыре, что евреи - такие же люди, как и мы - не враги отечества, не изменники, а честные русские граждане, любящие Россию не меньше нашего. Что антисемитизм - позорное клеймо на лице России" (1915).

Но подобное отношение теряет свою банальную тональность, как только указать, что оно (русское отношение) разительно контрастирует с обращением к евреям европейских эстетических творцов, которое высказывается открыто, в афористической форме. По смыслу - это истребительный антисемитизм, порождённый неприкрытой злобой к евреям. Вот образцы лишь некоторых из этих перлов: "Евреи представляют собою племя, разносящее столь сильную заразу, нравственно столь прокажённое и опасное, что заслуживают, чтобы их уничтожали ещё до рождения" (Джордано Бруно); "Вы - животные, которые умеют считать, постарайтесь стать животными, умеющими думать" (Вольтер); "Я считаю еврейскую расу прирождённым врагом человечества" (Рихард Вагнер); "Еврей - враг человеческого рода. Следует выслать этот народ в Азию или уничтожить его" (Пьер Прудон). В противовес европейским афоризмам, высказывания русских деятелей о евреях носят форму расширенного размышления (Л.Толстой, Н.Лесков, М.Салтыков-Щедрин, А.Куприн), из которого нельзя изымать отдельные изречения. Конечно, сами по себе цитаты не могут характеризовать всех европейских эстетов антисемитами, как и русских деятелей поголовно друзьями евреев, но единый смысл во многих изречениях откровенно намекают на определённое мировоззрение, как с европейской, так и русской сторон.

Этот исторический фрагмент знаменателен тем, что отражает один из парадоксов русской истории и наиболее запутанный момент русской культуры, а именно: зарождение самобытной русской философии. До настоящего времени бытует мнение, что появление русской философии обязано непосредственному влиянию европейской философской мудрости, где была посеяна идеология истребительного антисемитизма. В то же самое время, в первой половине и середине XIX века, внутри российского общества формировался культурный русско-еврейский симбиоз. В дальнейшем изложении будет показано, что действительная русская история не знает никакого парадокса с происхождением русской философии и последняя есть производство собственной исконной мысли, а в качестве дополнительных познаний она использовала не западную мудрость, а еврейские знания в лице так называемой ереси жидовствующих. Тобто исторический конфликт, если этот парадокс академического воззрения в русской истории называть конфликтом, разрешается в пользу культурного симбиоза.

Данный фрагмент поучителен ещё и тем, что позволяет увидеть новое качество еврейского исторического сознания, о котором не говорит Н.А.Бердяев, - трагичность. Вся земная история еврейства во все христианские времена осуществляется с участием особого параметра: "погрома", - именно "погром" является тем сугубо еврейским показателем и тем абсурдом, который делает исторический, тобто сугубо имманентный, ход еврейского сознания трагедией. И именно "трагичного абсурда" сподобилось русское еврейство от своей истории в тот момент, когда со-общение русской и еврейской культур приобрело новое качество симбиоза, когда, по свидетельству современного автора Э.Финкельштейна: "Общественная жизнь русского еврейства на рубеже веков (XIX и XX в.в. - Г.Г.) достигла зрелости и размаха, каким могли бы позавидовать многие малые народы Европы" (1989,с.70).

1 марта 1881 года был убит император Александр II. А через полтора месяца в России вспыхнули еврейские погромы: погромная волна покрыла всю страну и не прекращалась, затихая в одном месте и вспыхивая в другом, на протяжении четырёх лет (1881-1884 г.г.). Наблюдалось, что местные крестьяне шли на погром, как на работу, - Солженицын ссылается на слова прокурора одесской судебной палаты, приведенные Еврейской Энциклопедией, "...что, совершая еврейские погромы, народ был вполне убеждён в законности своих действий, твёрдо веруя в существование царского указа, разрешающего и даже предписывающего истребление еврейского имущества". С позиции земной истории эти два явления - убийство царя и еврейские погромы - не могут быть сочленены в один акт, ибо между ними нет никакой связи. На царя Александра II было совершено восемь покушений, но ни в одном из них евреи не участвовали, они не играли реальной роли и в организациях, подготовляющих покушения. Протокольную запись этой эмпирической данности составил Д.Н.Шуб в своей обстоятельно документированной монографии. В главе 12 "Евреи в русской революции" написано: "В том, что русские антисемиты и нацистские вожди Германии создали и пустили по свету легенду о еврейском происхождении русской революции, и о доминирующей роли, которую евреи, будто бы, играли и играют в большевистской партии и в советском правительстве, нет ничего удивительного. Странно лишь то, что этой легенде поверили многие западноевропейские и американские евреи. Даже среди образованных западно-европейских и американских евреев широко распространено совершенно ложное представление о той роли, какую евреи играли, как в русском революционном движении и в подготовке революции, так и в самой революции. Эта роль сильно преувеличена не только антисемитами, но и евреями, недостаточно знакомыми с историей русского революционного движения. В действительности, не только еврейские массы, но даже и отдельные евреи не играли руководящей роли ни в русском революционном движении, ни в свержении царского режима... Первый активный еврей-террорист, Соломон Витенберг, сын еврейского ремесленника из Николаева, был казнен в 1879 году. Еще до Витенберга погиб на виселице еврей Арон Гобет, виленский уроженец, участник организации "Земля и Воля". Но в общем роль евреев в террористическом движении была довольно незначительна. Евреи дали "Народной Воле" выдающихся организаторов, техников и пропагандистов, но среди руководителей "Народной Воли" не было почти ни одного еврея. Имен М. Натансона, О. Аптекмана, А. Зунделевича, Вл. Иохельсона, Геси Гельфман, П. Б. Аксельрода, Л. Г. Дейча, Григория Гольденберга, Г. Фриденсона, Савелия и Григория Златопольских, Лазаря Цукермана, Фани Морейнис и Айзика Арончика, конечно, нельзя вычеркнуть из истории "Земли и Воли" и "Народной Воли"  Но политику партии определяли не они. Вождями "Земли и Воли", а потом "Народной Воли" были великороссы - Клеменц, Плеханов, Каблиц, Морозов, Александр Михайлов, Александр Квятковский, Валерьян Осинский, Лев Тихомиров и Андрей Желябов. Организаторами всех покушений на Александра II были опять таки великороссы: Александр Михайлов, Андрей Желябов, Мих. Фроленко, Софья Перовская, Вера Фигнер, Николай Суханов, Михаил Грачевский, Николай Колодкевич, Александр Баранников, Юрий Богданович и Анна  Якимова. Среди 28 человек бывших основоположников "Народной Воли" и членов ее Исполнительного Комитета, до 1-го марта, т. е. до убийства Александра II, было только два еврея - Арон Зунделевич и Савелий Златопольский. Владимир Иохельсон и Геся Гельфман были только "агентами" Исполнительного Комитета. Среди редакторов и постоянных сотрудников журнала "Народная Воля", до окончательного разгрома партии, не было ни одного еврея. Редакторами и ответственными сотрудниками всех народовольческих органов до августа 1881 года были: Лев Тихомиров, А. И. Иванчин-Писарев, Н. К. Михайловский, Н. Морозов, Анна Корба, Н. И. Кибальчич и М. Ф. Ланганс"(1939).

И, тем не менее, всё знающие аналитики (историки, философы, политологи, писатели), даже такие эрудированные, как А.И.Солженицын и Л.Поляков, пытаются выловить какую-либо причинную связь между этими двумя фактами, не в силах уйти от ratio - царицы земной истории. Когда отсутствует естественный порядок вещей, в ход идут произвольные домыслы и измышления, доходящие до курьёзов, - так, Лев Поляков, автор учебника по истории антисемитизма, пишет: "При подобном стечении обстоятельств (автор не сообщает о конкретных "обстоятельствах" и их "стечении", кроме общих соображений, типа "монархических заговорах" - Г.Г.) евреи не могли не стать удобным "козлом отпущения". Именно в этих условиях (каких? - Г.Г.) в 1881 году впервые в современной истории антисемитизм стал орудием правительства". А А.И.Солженицын, ничтоже сумняшеся, просто заявил: "И - отозвалось. Но непредсказуемо: еврейскими погромами, в Новороссии и на Украине" (2001,кн.1,с.185). Тот же Поляков свидетельствует: "Игнаций Гриневицкий, террорист, бросивший бомбу, в официальном докладе описывался как вполне типичный русский с круглым полным лицом и широком носом", но на следующий день после покушения "Новое время" говорило о "человеке восточного типа с крючковатым носом" (1998,с.с.274,173).

Из всего немалого количества причин, объясняющих возникновение погромной эпидемии 80-тых годов XIX столетия, самой нелепой кажется та, что делает царское правительство рассадником антиеврейской заразы. Солженицын вполне прав: царскому правительству просто не с руки устраивать беспорядки в своём государстве, а царской бюрократии не обойтись без отношения "евреи-правительство". Ось "евреи-правительство", кажется, есть единственное средство, которое позволяет одряхлевшему самодержавному аппарату имитировать государственную деятельность и тем маскировать своё банкротство в отношении собственного крестьянского населения. Так что ось "евреи-правительство" нужна больше правительству, чем евреям, которые имеют от неё лишь виртуальное удовлетворение. Но, главное, что эта причина не объясняет факт резкой трансформации характера того же царского правительства и переходу управления Александра III на откровенно антисемитские позиции. Поскольку здесь речь идёт о чисто земном свершении, то и аргументация будет необходимо рациональная на базе причинно-следственных выведений, которые в совокупности свидетельствуют, что не правительство Александра III было причиной еврейских погромов, а антисемитизм правительства Александра III стал следствием еврейских погромов.

Какая же сила производила еврейские погромы 80-тых годов XIX века в России? В чисто земной редакции наглядно-очевидная фактология указывает на три момента. Во-первых, еврейские погромы, которые, как отмечает Еврейская Энциклопедия (т.12), "внезапно с громадной эпидемической силой охватили обширную территорию", не могли возникнуть спонтанно, самопроизвольно. Тобто в основе антиеврейских выступлений находилась направляющая рука или сознательный человеческий фактор. Но им не было царское правительство, которое само явило себя в погромной стихии растерянным, бестолковым и беспомощным, но никак не инициативным, органом. Оно производило свои расследования еврейских побоищ, которые, невзирая на всю вздорность и непрофессионализм, всё же свидетельствовали, что банды и толпы погромщиков были соответствующим образом подготовлены, распропагандированы и даже сорганизованы. Второй момент, таким образом, состоит в том, что антиеврейская злоба сознательно накапливалась в народной массе целеустремлённо и долгое время. Рациональным выводом в данной ситуации выходит третий момент: убийство царя послужило лишь нужным поводом и спусковой пружиной; Солженицын отмечает, что в беседе с бароном Г.Гинцбургом государь Александр III заявил: "...в преступных беспорядках на юге России евреи служат только предлогом, что это дело рук анархистов". Однако, так ли могучи были эти "руки анархистов", чтобы одновременно запустить погромный механизм по всей стране, и уж вовсе не анархисты побудили царя вскоре перейти на антиеврейские рельсы. Солженицын не пожелал связываться с объяснительными сложностями этого шага, отделавшись репликой: "Видимо, после 6-летних раздумий или нерешительности, с 1887 года Александр III уже определённо повернул к тому, чтобы сдержать российское еврейство стеснениями гражданскими и политическими, и проводил эту политику до своей смерти" (2001,кн.1,с.270).

Таким образом, Александр Солженицын в своей исследовательской диатрибе о русском еврействе прошёл мимо коренного и кардинального перелома русской истории, а заодно и истории (биографии) русского еврейства, ибо к тому времени симбиоз русского и еврейского сознания дошёл до единой судьбы и общей истории. Этот судьбоносный перелом состоит, в земном исчислении, в смене реформаторского правления Александра II антисемитским режимом Александра III. Небесноисторический подход восполняет недостаточность земного исчисления глубинным осмыслением личностного фактора - индивидуальной личности лидера. Здесь совокупная конечная оценка становится прозрачной: Александр II является исторической личностью, а Александр III таковой не является, ибо созидание есть главнейшая установка истории, а потому творческая, реформирующая личность является демиургом исторического процесса, тогда как разрушительная, деструктивная функция, где антисемитизм выступает диагностическим признаком, не может претендовать на историческое значение.

Понятно, что деструктивный режим, сменивший эпоху великих реформ, распространялся на все сферы общественной жизни России, но своим остриём он был направлен против евреев. Уже упоминавшийся Б.Динур отметил в своём докладе: "Россия при Александре III стала государством, в котором антисемитизм стал системой власти. Борьба с евреями велась на всех фронтах и во всех формах. Евреям закрыли доступ в школы и в то же время боролись с еврейской "обособленностью", толковали об еврейской "эксплуатации" и одновременно о том, что евреи увиливают от труда; говорили, что еврей, мол, атеист, однако хедер и ешибот подвергались преследованиям. После погромов 80-тых годов, изгнания, наветы, правовой гнёт не прекращались. Положение из года в год ухудшалось. Достаточно отметить, что в течение одного этого царствования (1881-1894) было издано 65 законов, направленных против евреев, а затем, при Николае II, вплоть до июня 1914 г. - ещё 50 законов и распоряжений против евреев. В этой вакханалии соревновались министры и губернаторы, городские управы и полиция, губернские управления и учёбные округа" (2002,кн.1,с324). Генрих Слиозберг, обладатель строгого рационального ума, склоняется к вполне определённому заключению: "Новое царствование своё отношение к евреям определило вполне явственно. Нельзя было не понять, что поддержание трёх устоев, формулированных с высоты престола в знаменитом манифесте "На нас", а именно "народность, самодержавие и православие", несовместимо с иным отношением к евреям, как с враждебным, и что антисемитизм становится одним из важнейших программных пунктов нового политического курса, принятого Александром III" (цитируется по Н.Портновой,1999,с.210).

Из этого следует только один вывод: царское правительство объявило войну русским евреям. Ось "евреи-правительство" была разломана на два противостоящие конца, исчезли "еврейские комитеты" и евреи стали объектом административного диктата. Земная история России обходит стороной подобные явления, не видя в них подлинного исторического смысла, и потому не чувствует, что в государственном антисемитизме заложено сущностное содержание этого исторического перелома, который толкнул Россию на путь к пропасти. Историософия данного периода не видит проблемной ситуации в том, что во всех правлениях, начиная с Екатерины II, царская власть не прибегала к антисемитизму в столь откровенной форме. Даже в царствование Николая I, которого, кстати говоря, не всегда обоснованно, считали наибольшим сатрапом по отношению к евреям, неприязнь к евреям исходила больше от непонимания, чем от сознательной ненависти. Итак, основной вопрос, какой провозглашает небесноисторический подход, гласит: почему евреи были выставлены врагом царского правительства? В этом вопросе свёрнуто важнейшее содержание следующего биографического этапа русского еврейства. Мотивацию для верного ответа небесноисторическая логика находит в самом "странном" и даже "нелепом" эпизоде русской истории, который носит название "ереси жидовствующих" и который случился чуть более 500 лет назад.

2. ЕРЕСЬ ЖИДОВСТВУЮЩИХ

Этот эпизод русской истории заслужил эпитет "странного", "таинственного" в силу того, что причина его происхождения до сих пор не определена ни с достоверностью земной истории, ни с доверительностью небесной истории, по сути, оставшись хрононом, не имеющим предпосылок и последствий. (В.О.Ключевский даже не упомянул о "ереси жидовствующих" в лекциях по истории России; очень скупо обошёлся с "ересью жидовствующих" С.М.Соловьёв в своей фундаментальной сводке о российской истории). Единственное, что единодушно признаётся как современными аналитиками, так и очевидцами события, - это уникальность и историческая значимость эпизода. От лица первых профессор В.М.Кириллин заключает: "В последней трети XV - начале XVI столетия общественность Московской Руси пережила бурное брожение умов, какого до той поры никогда не испытывала. Отражение этой, пережитой тогда, смуты высказывались в последующей российской бытийственности многоразлично и, между прочим, всё ещё не до конца выявлены и не вполне осмыслены. Речь идёт о так называемой новгородско-московской ереси, а точнее - о достаточно определённом комплексе умонастроений, которые уже современниками были оценены как "жидовство", "жидовствование", "ересь жидовствующих" (Интернет-сайт "Просветитель" преподобного Иосифа Волоцкого"). А со стороны очевидцев, современников события, активный участник преподобный Иосиф Волоцкий заявил: "Такое возникло смятение среди христиан, какого не бывало с той поры, как воссияло в Русской земле солнце благочестия". Хотя А.И.Солженицын, которому были известны слова преподобного, счёл возможным выставить такое соображение: "Но в конце XV в. у самого центра духовной и административной власти на Руси происходят как будто и негромкие события, однако, могшие повлечь за собой грозные волнения или глубокие последствия в духовной области. Это так называемая "ересь жидовствующих" (2001,кн.1,с.18). Судя по представлениям Солженицына, данная ересь никаких "грозных волнений" за собой не повлекла, ибо была вовремя пресечена, а потому осталась "негромкой" оказией, каких много в русской земной истории.

В русской земной историографии, тем не менее, быстро оформилось единое мнение, которое стало официальной точкой зрения во всех соответствующих отраслях знания. Это усмотрение держится, невзирая на смысловую шаткость, в деталях по сию пору и до сих пор все оппонирующие взгляды соотносятся с этой платформой. В основу платформы положено утверждение, что в ереси жидовствующих осуществлялась попытка насадить в русской церкви иудаистическую идеологию, и, "Таким образом - выводит профессор И.Я.Фроянов, - объективно проповедь ереси должна была привести к разрушению всей политической системы русского общества"(2005).

В исторической науке эта платформа обстоятельно рассказана великим русским историком Н.М.Карамзиным в томе VI своей монографии: "Расскажем обстоятельства. Был в Киеве Жид именем Схариа, умом хитрый, языком острый.: В 1470 году приехав в Новгород с Князем Михайлом Олельковичем, он умел обольстить там двух Священников, Дионисия и Алексия; уверил их, что закон Моисеев есть единый Божественный; что история Спасителя выдумана; что Христос еще не родился; что не должно поклоняться иконам, и проч. Завелась Жидовская ересь. Поп Алексий назвал себя Авраамом, жену свою Саррою и развратил, вместе с Дионисием, многих Духовных и мирян, между коими находился Протоиерей Софийской церкви, Гавриил, и сын знатного Боярина, Григорий Михайлович Тучин. Но трудно понять, чтобы Схариа мог столь легко размножить число своих учеников Новогородских, если бы мудрость его состояла единственно в отвержении Христианства и в прославлении Жидовства: Св. Иосиф Волоцкий дает ему имя Астролога и чернокнижника: и так вероятно, что Схариа обольщал Россиян Иудейскою Кабалою, наукою пленительною для невежд любопытных и славною в XV веке, когда многие из самых ученых людей (например, Иоанн Пик Мирандольский) искали в ней разрешения всех важнейших загадок для ума человеческого. Кабалисты хвалились древними преданиями, будто бы дошедшими до них от Моисея; многие уверяли даже, что имеют книгу, полученную Адамом от Бога, и главный источник Соломоновой мудрости; что они знают все тайны природы, могут изъяснить сновидения, угадывать будущее, повелевать духами; что сею наукою Моисей восторжествовал над Египетскими волхвами, Илия повелевал огнем небесным, Даниил смыкал челюсти львам; что Ветхий Завет исполнен хитрых иносказаний, объясняемых кабалою; что она творит чудеса посредством некоторых слов Библии, и проч. Неудивительно, если сии внушения произвели сильное действие в умах слабых, и хитрый Жид, овладев ими, уверил их и в том, что Мессия еще не являлся в мире. - Внутренно отвергая святыню Христианства, Новогородские еретики соблюдали наружную пристойность, казались смиренными постниками, ревностными в исполнении всех обязанностей благочестия так, что Великий Князь в 1480 году взял Попов Алексия и Дионисия в Москву как Пастырей, отличных достоинствами: первый сделался Протоиереем храма Успенского, а второй Архангельского. С ними перешел туда и раскол, оставив корень в Новегороде. Алексий снискал особенную милость Государя, имел к нему свободный доступ и тайным своим учением прельстил Архимандрита Симоновского, Зосиму, Инока Захарию, Дьяка Великокняжеского Федора Курицына и других. Сам Государь, не подозревая ереси, слыхал от него речи двусмысленные, таинственные: в чем после каялся наедине Святому Иосифу, говоря, что и невестка его, Княгиня Елена, была вовлечена в сей Жидовский раскол одним из учеников Алексиевых, Иваном Максимовым. Между тем Алексий до конца жизни пользовался доверенностию Государя и, всегда хваля ему Зосиму, своего единомышленника, был главною виною того, что Иоанн, по смерти Митрополита Геронтия, возвел сего Архимандрита Симоновского (в 1490 году) на степень Первосвятителя. "Мы увидели, - пишет Иосиф, - чадо Сатаны на престоле угодников Божиих, Петра и Алексия, увидели хищного волка в одежде мирного Пастыря". Тайный Жидовин еще скрывался под личиною Христианских добродетелей".

Как идеологическую норму, эту платформу с церковной стороны подробно изложил митрополит Макарий (Булгаков); "Что же это была за ересь жидовствующих и почему она так легко привилась в Новгороде? По примеру преподобного Иосифа Волоколамского, который, только изложив переданные нами известия о начале ереси, тотчас излагает кратко самое ее учение, постараемся и мы определить ее сущность, пользуясь преимущественно его же руководством, так как он нарочито, один из всех современников, изучал эту ересь во всех ее подробностях и занимался обстоятельным ее опровержением. В строгом смысле, это была не ересь только, а полное отступничество от христианской веры и принятие веры иудейской. Схария и его товарищи проповедовали у нас не какую-либо ересь христианскую, а ту самую веру, которую содержали сами, и в том виде, в каком исповедуют ее все иудеи, отвергшие Христа Спасителя и Его Божественное учение. Они учили: а) истинный Бог есть един и не имеет ни Сына, ни Святого Духа, Единосущных и сопрестольных Ему, т. е. нет Пресвятой Троицы; б) истинный Христос, или обетованный Мессия, еще не пришел и когда придет, то наречется Сыном Божиим не по естеству, а по благодати, как Моисей, Давид и другие пророки; в) Христос же, в которого веруют христиане, не есть Сын Божий, воплотившийся и истинный Мессия, а есть простой человек, который распят иудеями, умер и истлел во гробе; г) потому должно содержать веру иудейскую как истинную, данную Самим Богом, и отвергать веру христианскую как ложную, данную человеком. И мы видели, что совращенные Схариею действительно приняли иудейство и сделались отступниками от христианства. Все прочие лжеучения, какие высказывали у нас впоследствии иудействовавшие, были уже прямыми и неизбежными выводами из этих начал, положенных Схариею и его единоверцами. Коль скоро допустить, что истинная вера есть иудейская, а не христианская, что Христос есть простой человек, а не Сын Божий, не истинный мессия, то само собою следует, что Пресвятая Матерь Его не есть Богородица, что не должно почитать ни Его, как почитают христиане, ни Ее, ни вообще всех святых христианских; не должно чтить самих их изображений, или святых икон, ни крестов и других священных для христиан предметов; не должно уважать христианских писаний, ни апостольских, ни отеческих; не должно уважать никаких христианских установлений, каковы: таинства, посты, праздники, монашество и пр. Словом, должно отвергать все собственно христианское, чего не могут принимать иудеи, не верующие во Иисуса Христа. Если рассматривать все эти лжеучения каждое порознь и отдельно от тех начал, из которых они вытекали в ереси жидовствующих, то в ней можно видеть не одно иудейство, а и многие христианские ереси, еще в древности осужденные, как и видели современники. Но, по справедливости, отделять следствия от начал не должно, и, повторяем, Схария и его товарищи проповедовали у нас свою собственную, иудейскую, веру и отвержение христианской, из чего уже неизбежно следовали всевозможные христианские ереси, т. е. отвержение всех христианских догматов и установлений. Прибегать же к предположению, не была ли ересь жидовствующих одною из тогдашних христианских ересей, только близкая к иудейству, или не была ли она смесию разных христианских ересей с рационалистическим направлением, или даже не выработалась ли она в самом Новгороде под влиянием вольномыслия, с одной стороны, жида Схарии, а с другой - новгородских священников, вовсе нет ни нужды, ни основания. Несомненно, что когда жидовствующие излагали свое догматическое учение против христиан и утверждали, что Бог есть един, а не Троичен, что мессия еще не пришел, а Иисус Христос не есть мессия и Сын Божий, что должно держаться иудейского, или Моисеева, закона, тогда они основывались исключительно на Священных книгах Ветхого Завета. Равно и Иосиф, опровергая все эти пункты лжеучения жидовствующих, пользовался также исключительно книгами Ветхого Завета и объяснял: "Жидове и еретицы не приемлют свидетельства апостольскаго и отеческаго, но точию пророческая свидетельства глаголют приимати, аще и неблагочестивым разумом. Сего ради едина пророческая свидетельства зде напишем, к еретиком бо нам слово, жидовьская мудрьствующим". С другой стороны, не надобно забывать, что распространителями и защитниками ереси жидовствующих были у нас не сами жиды, а совращенные ими христианские священники и постоянно носившие личину христиан. Потому неудивительно, если они, чтобы удобнее совращать христиан, в своих возражениях по второстепенным предметам указывали иногда на тексты Нового Завета и на свидетельства святых отцов. Так же естественно, если и преподобный Иосиф Волоколамский, опровергая такого рода возражения, приводит доказательства не из одного Ветхого Завета, но и из Нового и творений святых отцов, тем более что он писал свое сочинение преимущественно для православных христиан, для предохранения их от ереси".

А в секулярной сфере официозная точка зрения была продублирована В.И.Тростниковым: "События развивались следующим образом. В 1470 году в свите знатного вельможи Михаила Олельковича, брата киевского князя Симеона, в Новгороде, появился некий еврей Схария - не то купец, не то кто-то другой, выдававший себя за купца. Осмотревшись, он вкрадчиво, но настойчиво начал знакомить некоторых представителей новгородской верхушки, к которой, конечно, принадлежали и духовные лица, с неслыханным здесь доселе учением. Его суть заключалась в четырех основных положениях. Первое: главный догмат Православия о троичности Бога есть нелепость, поскольку никому и ничему невозможно быть одновременно единицей и троицей. Второе: поскольку Божество не может быть Троицей, то в Его составе не может быть Сына, следовательно, Иисус, называвший Себя "Сыном Божиим", на самом деле не был таковым, а просто был человеком. Третье: из той же невозможности Богу быть Троицей вытекает отсутствие в Нем не только Второго, но и Третьего лица, то есть Святого Духа, Который, таким образом, оказывается фикцией, а значит, фикцией являются и церковные таинства, в которых святой Дух якобы соединяет нас с горним миром, а этого мира вовсе не существует. Четвертое: раз горнего мира нет, значит, молитвы подвижников, обращенные к якобы обитающим в этом мире святым существам, тщетны, поэтому институт монашества вместе с монастырями должен быть упразднен как паразитарный, и освободившиеся людские ресурсы и денежные средства должны быть направлены на улучшение нашего земного обустройства"(2000).

Как известно, источником истины в земной истории являются исторические факты, а, как известно из исторического опыта, фактов, сколько бы их не было, всегда не достаёт, и это суть главный недостаток материалистического понимания истории, потому-то историческая истина обладает способностью к оборачиваемости и изменению во времени. В связи с этим народы и правители не очень-то склонны пользоваться историческим опытом, тобто щеголяют стремлением прогуливать исторические уроки. Такова цена исторической достоверности, а разом и каждой официальной точки зрения земной истории, всецело исходящих из идеологии фактомании и принципа объективного наблюдателя. Феномен ереси жидовствующих при своих исторических странностях обладает ещё той особенностью, что может стать экраном принципиальных упущений методологии земной истории, которые при принудительном внушении превращаются в инструменты духовного насилия. Прежде всего, это касается regina probationum (царица доказательства) земной истории: объективного (самодостоверного) факта. Единственным документом, на который опирается историография ереси жидовствующих есть свидетельства яростных обличителей новгородско-московских еретиков и смутьянов, причём таковыми они определены заранее, а именно: свод полемических заметок "Сказание о новоявленной ереси", который в отредактированном виде в последующем стал известным как "Просветитель" преподобного Иосифа Волоцкого, а также предельно субъективные, кликушеские и эксцитативные словесные упражнения архиепископа Геннадия Новгородского. Один из наиболее образованных православных иерархов XX века протоиерей Георгий Флоровский заметил о движении жидовствующих: "Об этом движении мы знаем недостаточно, и больше всего от свидетелей не очень достоверных, от пристрастных противников и врагов, от Геннадия Новгородского и особенно от Иосифа Волоцкого".

Такие свидетельства никак нельзя назвать объективными историческими фактами, а потому ересь жидовствующих, которая доказывается непосредственно этими средствами, представляет собой своеобразное этимологическое образование: в ереси жидовствующих отсутствует оригинальная семантическая структура и её смысловую содержательность составляет та же каноническая догматика христианства, искусственно перевёрнутая и поставленная с ног на голову, тобто ко всем христианским канонами механически приставлен знак минус. Другими словами, ересь жидовствующих в показаниях её хулителей являет себя не самочинными и самостоятельными продуктами мысли, а как отрицательное вторичное знание, выходящее из отрицаемой христианской постулатики. Здесь задействован вульгарный рецидив познания по принципу "или-или". Процедура аргументации при этом чаще всего осуществляется через примитивную схему воздействия на невежество убеждаемого (argumentum ad ignorantiam - аргумент к незнанию), а доводы по своей природе являют не что иное, как набор заклятий при эпитимье, или, в светском выражении, обвинительного вердикта. Красноречивый образец подобного внушения современные хулители ереси жидовствующих выложили на Интернет-сайте Encbook.ru: "Продолжая тысячелетие традиции тайных иудейских сект, жидовствующие выступали против христианского учения, отрицали Святую Троицу, хуля Сына Божия и Святого Духа. Они отвергли Богатство Спасителя и Его воплощение, не принимали спасительных Христовых Страстей, не верили Его преславному Воскрешению, не признавали они и всеобщего воскрешения мёртвых, отрицали Второе славное Пришествие Христово и Его Страшный суд. Они не признавали Духа Святого как Божественной Ипостаси. Жидовствующие отвергали апостольские и святоотеческие писания и все христианские догматы, службы и обряды. Особенно они ненавидели монашество. Жидовствующие надругались над Честным Крестом, Святыми иконами и Мощами, совершая над ними бесчинства, непредставимые для человека, выросшего в Православной вере".

В воззрениях жидовствующих, за которыми их преследователями числится мощь, способная разрушить саму христианскую систему, отсутствуют формативы мысли и атрибуты слова: самозначимые выступления, программные прокламации, дискурсивные споры. Во всём фактически-эмпирическом комплексе ереси жидовствующих, который определили бы её как действователя земной истории, антагонизирующего с православным кодексом, в действительном наличии находилась только книга Фёдора Курицына "Лаодикийское послание", о чём в дальнейшем речь будет идти особо. Итак, в совокупности всё сказанное предлагает непосредственный вывод: в русской земной истории ересь жидовствующих лишена объективного фактического обоснования как ересь.

Таково положение с главной опорой методологии земной историографии - объективным историческим фактом. Не лучше ситуация обстоит по части другой ключевой основы земной истории - непредвзятым (объективным) наблюдателем. Достаточно ознакомиться с манерой, с какой основной громовержец ереси жидовствующих преподобный Иосиф Волоцкий обращался к своему идеологическому противнику, одному из носителей ереси, митрополиту Зосиме, чтобы представление о "непредвзятости" как таковой, покинуло напыщенные речи хулителей и гонителей ереси жидовствующих: "Гнусный идолопоклонственный волк, облачившийся в пастырскую одежду, напоял ядом жидовства встречавшихся ему простолюдинов, других же этот змей погибельный осквернял содомским развратом. Объедаясь и упиваясь, он жил как свинья и всячески бесчестил непорочную христианскую веру, внося в нее повреждения и соблазны. Он хулил Господа нашего Иисуса Христа, говоря, что Христос сам себя назвал Богом; он возводил многие хулы и на Пречистую Богородицу; божественные Кресты он выбрасывал в нечистые места, святые иконы сжигал, называя их истуканами. Он отверг евангельское учение, апостольские уставы и творения всех святых, говоря так: ни Царства Небесного, ни второго пришествия, ни воскресения мертвых нет, если кто умер, значит - совсем умер, до той поры только и был жив. И с ним многие другие - ученики протопопа Алексея и попа Дениса: Федор Курицын, дьяк великого князя, Сверчок, Ивашко Максимов, Семен Кленов и многие другие, тайно придерживавшиеся разнообразных ересей, - учили жидовству по десятословию Моисея, держались саддукейской и месалианской ересей и внесли многое смятение. Тех, кого они знали как благоразумных и сведущих в Священном Писании, они не смели обращать в жидовство, но, ложно перетолковывая им некоторые главы Священного Писания Ветхого и Нового Заветов, склоняли к своей ереси и учили различным измышлениям и звездочетству: как по звездам определять и устраивать рождение и жизнь человека, - а Священное Писание они учили презирать как пустое и ненужное людям. Людей же менее ученых они прямо обучали жидовству. Не все уклонились в жидовство, но многие научились от них порицать Священное Писание, и на площадях и в домах спорили о вере, и сомневались"

Совсем от вида на "непредвзятость" в исследованиях официального лагеря следует отказаться при реставрации такой обязательной процедуры, как способ функционирования, где мысль "охранителей веры" смело вступает в область фантастических, но пристрастных по отношению к ереси жидовствующих, предположений. На интернет-сайте "Седмица.RU" Церковно-научного центра Православной Энциклопедии сказано: "Антиправославная пропаганда велась тайно и очень умело, можно сказать - вполне профессионально, на высочайшем уровне конспирации. Иудаизм к XV столетию накопил огромный многовековой опыт в этой области. Конспирация в среде "жидовствующих" по своему уровню сопоставима разве что с большевистской в начале ХХ в. Она основывалась на том же принципе, который потом с успехом использовали разного рода революционеры. Создавалась сеть ячеек - "тройки", "пятерки". Но о своих соседях их рядовые представители, как правило, ничего не знали, а потому выдать их в случае розыска не могли. В результате такой тщательной конспирации о деятельности "жидовствующих" церковные власти ничего не знали в течение целых 17 лет. За это время движение это успело выйти далеко за пределы Новгорода и перекинуться в столицу. При этом пропаганда велась почти исключительно среди высших кругов общества. В Новгороде еретики действовали, в первую очередь, среди наиболее образованных и влиятельных слоев населения - новгородского духовенства и купечества, имевшего большой вес в обществе, но духовно неглубокого, нетвердого в своем Православии и привыкшего благодаря своим заморским путешествиям снисходительно относиться к верованиям других народов. И лишь затем пропаганда "жидовствующих", распространившись и на Москву, начинает медленно, но уверенно обволакивать круги, близкие к великому князю, внедряясь в конце концов даже в семью государя и поражая со временем даже Предстоятеля Русской Православной Церкви.

Первыми и наиболее влиятельными последователями Схарии стали два новгородских священника - попы Денис и Алексей. Они прошли основательную школу у Схарии и его сотрудников. Причем, были совращены не только сами эти священники, но и члены их семей - жены, дети. Денис и Алексей оказались настолько преданными учениками Схарии, что даже хотели принять обрезание. Но сами иудеи воспротивились этому. Вероятно, как это почти всегда имело место при иудейском прозелитизме, в намерения Схарии вовсе входило делать из новгородских попов т. н. "прозелитов врат", вводя их в число "народа избранного". Обращенные, по мысли пропагандистов "жидовства", должны были лишь служить делу иудеев. В Новгороде у Схарии был какой-то свой, мало известный нам план. Мы видим лишь верхушку этого тайного айсберга..." Но фантазия не помогла, и другой православный сайт "Казанская семинария" обращается за помощью к узким специалистам: "Специалистам из истории тайных обществ в Европе предстоит разгадать, к какой разновидности последних принадлежала кучка свободомыслящих евреев, нашедших в конце XV века усердных учеников в нашем Новгороде". Еврей же Схария был на современный манер назван "Международный агитатор модернистского еврейского свободомыслия"

Таким образом, ересь жидовствующих, как самостоятельное историческое событие, непостижимо для средств земной истории, и у о. Георгия Флоровского имелись основания для заявления: "Нет надобности припоминать внешнюю историю "жидовской ереси" и стараться восстановить еретическую "систему" в целом. Всего вернее, что еретического сообщества и вообще не было. Были известные настроения, именно "шатание умов", вольнодумство". К такому же, в сущности, мнению пришёл профессор И.Я.Фроянов: ""Вообще, историки не пришли к единому мнению - что же скрывалось тогда за "ересью жидовствующих"? Высказывались разные точки зрения. Некоторые авторы с гордостью писали, что на самом деле через Новгород в нашу страну проникало протестантское вероучение и что, таким образом, Реформация в России началась даже раньше, чем в Западной Европе. Мне такие утверждения кажутся большой натяжкой. Неверно и мнение, что якобы Схария в Новгороде просто проповедовал иудаизм. Эту ересь нельзя отождествлять с иудаизмом. Я думаю, что прав был историк-эмигрант Карташев, который писал про "ересь жидовствующих" так: "Это было вольномыслие под еврейским соусом". Это означает, что официальная точка зрения на природу и генезис ереси жидовствующих не только не является единственной, но и страдает недостатком достоверности в целом.

В своём кратком и умном обзоре Галина Зеленина отметила: "Вопрос о сущности ереси жидовствующих при скудости наличных данных должен считаться неразрешимым", - писал в 1903 году А. И. Соболевский. Естественное исследовательское нежелание смириться с этим приговором привело к существенному пополнению "наличных данных", к возникновению целого корпуса новых работ по жидовствующим и смежным темам и к весьма эмоциональной научной полемике как раз по вопросу о сущности ереси. Условно говоря, "отечественная школа", будучи хронологически старше своих оппонентов, парадоксальным образом является ревизионистской (по отношению к источникам и общепринятому мнению). Она отрицает либо связь ереси с евреями и иудаизмом, то есть ее "жидовствующий" характер, либо наличие ереси как таковой. Если допускать идеологическую обусловленность этой позиции, то вырисовываются следующие две причины. Первая - националистический взгляд на отечественную культурную историю, не допускающий существенных влияний извне. Вторая, актуальная для советских исследователей, заключается в том, что они видели в ереси жидовствующих прогрессивное, антиклерикальное и антифеодальное интеллектуальное движение, родственное западноевропейскому гуманизму, Ренессансу и Реформации и, соответственно, были готовы признать наличие передовых западных стимулов, но не влияния другого традиционализма, другой религии, еще более древней и не менее догматичной, чем православие".

Здесь наибольшее внимание к себе привлекает вторая точка зрения, полностью антиподальная официозной идеологии и трактующая ересь жидовствующих как "прогрессивное, антиклерикальное и интеллектуальное антифеодальное движение" Православная Седмица.RU таким образом описывает эту позицию: "В современной исторической литературе у ряда авторов можно встретить мнение о том, что движение "жидовствующих" вовсе не было попыткой водворения иудаизма на Руси. При этом обычно говорится о том, что прозелитической активностью Схарии и его подручных объяснить данный новгородский феномен нельзя. Новгородское "жидовство" нередко пытаются представить, как некое близкое к европейскому Ренессансу явление, эдакое либеральное, культурно-гуманистическое движение, которое якобы стремилось просветить дремучую Русь, закосневшую в своем православном консерватизме. Некоторые авторы в этом движении умудряются усмотреть даже некий антифеодальный пафос. В советскую эпоху подобные взгляды пропагандировал такой крупный историк, как Яков Соломонович Лурье. К сожалению, приходится констатировать, что традиционная неловкость, почему-то вызываемая всякий раз любой проблемой, связанной с темой еврейства, не позволила Я.С. Лурье объективно подойти к изучению ереси "жидовствующих". В своих трудах Лурье доказывал, что никаких Схарии, Моисея Хануша и Скоровея не было вообще. Это, по его мысли, не более, чем миф, придуманный преп. Иосифом Волоцким, который якобы был подвержен антисемитским настроениям (правда, говорить о неприязни к евреям на Руси на рубеже XV-XVI вв. просто не приходится, так как они в это время здесь вообще не проживали). Лурье считал, что никаких иудеев-миссионеров в Новгороде не было, а начало движению якобы дали Алексей и Денис - великие русские просветители, которые были на голову выше своих дремучих современников. И за то, что они прониклись идеалами западноевропейской культуры и либерализма, "антисемит" Иосиф Волоцкий будто бы и приклеил им ярлык "жидовствующих".

Труды главы советской школы русского средневековья Я.С.Лурье, как будто подтверждают базисные основы материалистического понимания истории (исторического материализма) - основоположение большевистской идеологии в истории, но, судя по воспоминаниям, изданным в наши дни, эта аргументация была больше маскировочной и не соответствовала истинной сущности его творческого воззрения. В книге о своём отце - замечательном русском историке С.Я.Лурье - учёный писал: "Рационализм и детерминизм С.Я.Лурье на первый взгляд должны были сближать его с официальной идеологией, утвердившейся после революции. Материалистическое понимание истории стало считаться органической частью официального марксизма и как будто должно было получить широкие возможности конкретной разработки. Однако, чем дальше, тем более призрачные черты имели фатальную склонность обращаться в свою противоположность. Демократия диалектически обратилась в "диктатуру пролетариата", осуществляемую всё более сужающейся верхушкой руководства, материалистическое понимание истории - в эсхатологическую схему сменяющих друг друга пяти формаций. В сущности, уже с 20-х годов рационализм и эмпирическое исследование были заменены верой в не подлежащие сомнению догматы - то есть тем, сто обычно называется религией" (2004,с.219).

Так что из позиции Лурье, противостоящей официальному мнению об отступничестве ереси жидовствующих, следует исключить затхлые рецидивы ленинизма, такие, как "антиклерикальное" и "антифеодальное", и оставить "прогрессивное интеллектуальное движение". Но эта поправка не лишает внутреннего противоречия позицию, к которой склонились оригинальные и очень сильные исследования Я.С.Лурье, ибо она отражала общий кризис советской медиенистской (средневековой) школы с её безраздельным господством духа материализма. При общей правильной посылке об отсутствии еврейского этноса на площади обитания русского населения в начальные и средние века христианской эры, в этой школе имели хождение две взаимоисключающие, и одинаково неверные, концепции: отсутствие "жидовского" элемента в ереси, и наличие особых носителей еврейского духа. Первую концепцию, основателем которой является Я.С.Лурье, лаконично высказал А.А.Зимин: "Попытка отыскать корни вольнодумства в жидовстве не может не показаться крайне тенденциозно, учитывая прочные местные традиции ереси (1982,с.83). А вторую концепцию изложил Андрей Кореневский: "И тем не менее, отнюдь не этнический компонент был определяющим в восприятии древнерусским обществом образа "жидовина". В это понятие вкладывался преимущественно вероисповедальный смысл, а реальными носителями иудейской религиозной и культурной традиции были этноконфессиональные общности, имевшие косвенное отношение к собственно еврейству в первые века русской истории - хазары, позже кенааниты (славяноязычный субэтнос предположительно хазарско-еврейского происхождения) и караимы".

По этому поводу Галина Зеленина высказалась, что "..."отечественная школа" изучает фикцию, ибо заявляет, что не только не было "жидовского компонента" в ереси, то есть сколько-нибудь значительного иудейского влияния, но и ереси как таковой не было - были вольнодумцы гуманистического толка, а вся красочная картина страшной ереси и отпадения в иудаизм сфабрикована церковниками". В аналитически расширенном виде, но с другой идеологической подоплёкой, эту тему рассмотрел профессор В.М.Кириллин: "В русской науке по этим вопросам высказывались разные мнения. Более обстоятельными являются исследования Я. С. Лурье, Г. М. Прохорова и К. В. Айвазяна. Лурье, выражая недоверие к преподобному Иосифу, полностью отрицал реальное существование новгородского лжи-арха Схарии, полагая, что автор "Просветителя" измыслил его, использовав при этом "Послания" инока Саввы и архиепископа Геннадия. Что же касается Захарии Скары Гуил-Гурсиса, то, оценивая именование последнего в "Крымских делах" и в "Послании" инока Саввы "жидовином" и "евреянином" как ошибочное, возникшее в итоге недоразумения, Лурье отождествлял этого "таманского князя" с упоминаемым в генуэзских документах Захарией Гвизольфи, итальянцем по национальности и католиком по вероисповеданию. Таковым образом снимался вопрос об иудаистских корнях лжи жидовствующих. Прохоров полагал, что и Схария Иосифа Волоцкого, и Захария Скара (либо Захария Гуил-Гурсис) "Крымских дел" и "Послания" Саввы, и Захария Гвизольфи генуэзских документов - одно лицо, выступавшее под различными именами. По происхождению этот Захария был полуитальянцем-получеркесом, поэтому его называли то "фрязином", то "черкасином"; а по вере он был караимом, поэтому назывался то "жидовином", то "евреянином". Наконец, Айвазян пришел к выводу, что Захария Гвизольфи вообще не имел никакого дела ни к ересиарху Схарии, ни к Захарии Скаре Гуил-Гурсису, тогда как два последних имени относятся к одному и тому же лицу. В 1470 г. В Новгород совместно с русско-литовским князем Михаилом Александровичем вправду приезжал "жидовин Схария" - тот самый, который позже переписывался с Иоанном III и упоминался иноком Саввой. Но он не был евреем и не исповедовал иудаизма. Автор "Просветителя" намеренно "евреизировал" его имя - Скара, чтоб придать огромную уверительность своим обвинениям еретиков в отпадении в "жидовскую веру". На самом деле, Скара был армянином и держался распространенного в Венгрии, Валахии и Польско-Литовском княжестве павликианства - "арменской лжи", близкой либо даже тождественной к зародившейся в Новгороде с конца XIV в., и сохранявшейся в XV в. лжи стригольников. Не считая того, Айвазян, рассматривая принципиальный вопрос о трактовке употребляемой Волоколамским игуменом применительно ко лжи и еретикам терминологии, в частности термина "жидовин", и при этом делая упор на мысль Прохорова о том, что в Средние века людей определяли быстрее "по их вере, чем по крови", - полагал, будто в старой Руси слово "жидовин" употребляли не в этническом смысле, а в религиозном. Отсюда армянина-павликианца Захарию Скару называли "жидовином" типа по сходству исповедуемого им учения с иудаизмом, но не потому, что он был евреем. Схожее происходило и с другими лицами, но таковой интерпретации противоречат данные русской лексикографии. Согласно последним, слова "жид", "жидовин" во многих древнерусских переводных и уникальных текстах употреблялись конкретно и до этого всего в смысле их этнического содержания, а производные от них слова - "жидовитися", "жидовствовати" и др. - в вероисповедническом смысле. Это событие дозволяет усомниться в правомерности отнесения "жидовина Схарии" к какой бы то ни было национальности и вере, не считая еврейской".

Итак, если ересь жидовствующих, как таковая, не подлежит рефлексии со стороны средств земной истории, то именно в разрезе земной истории отчётливо обнажается фигура другого качества: сила, подавляющая жидовствующих и их ересь. Карательная природа этой силы, как видно из исторических документов, стала онтологическим следствием установки по подавлению ереси, или православным воинствующим клерикализмом. Апологетами последнего заявились преподобный Иосиф Волоцкий, или каста иосифлян, и архиепископ Геннадий Новгородский, которых А.А.Зимин назвал "воинствующими церковниками" и "охранителями старины". Суть православного воинствующего клерикализма достаточно полно проявляется в исторической зарисовке уже упоминавшегося профессора И.А.Фроянова: "Оказалось, что ересь уже успела пустить глубокие корни в московских верхах. Сам великий князь Иван III сочувствовал еретикам. Он даже перевел в Москву из Новгорода двух основных проповедников ереси, и, как сказали бы сегодня, назначил их на ответственные посты в центральном идеологическом аппарате: протопопа Алексея сделал протопопом Успенского собора - главного тогда, митрополичьего храма Кремля, а Дениса - протопопом другого кремлевского собора - Архангельского. При этом для великого князя отнюдь не составляли секрета идейные шатания этих протопопов. Что касается Алексея и Дениса, то они просто-напросто изъявили желание "обрезаться", то есть даже формально принять новую веру. От этого шага их удержали главари ереси, резонно указав, что если случится дознание, то уж от такой очевидной улики отвертеться не удастся. Тем не менее, Алексей в кругу своих единомышленников стал зваться Авраамом, а жена его - Сарой. И вот этот Алексей-Авраам стал служить в главном кремлевском соборе. В это время в среде высшей кремлевской бюрократии уже образовалось целое еретическое сообщество под покровительством самого великого князя. В это сообщество входили: посольский дьяк (министр иностранных дел) Федор Курицын, невестка царя Елена Волошанка, видные представители московской бюрократии - дьяки Истома, Сверчок и другие, - а также князь Ряполовский - видный политический деятель того времени, и князья отец и сын Патрикеевы. Эта группа еретиков вынашивала планы захвата власти, для чего они собирались посадить на престол Дмитрия - сына Елены Волошанки и покойного Ивана Молодого... И "ересь жидовствующих", на мой взгляд, была первым опытом информационно-психологической агрессии против нашей страны. Скажу больше, то была первая попытка взорвать Россию изнутри. К счастью, в конце XV - начале XVI века еретиков удалось подавить. Это произошло, в основном, благодаря усилиям архиепископа Новгородского Геннадия и, особенно, настоятеля Волоколамского монастыря Иосифа Волоцкого. Они мобилизовали общественное мнение, подняли мощную волну протестов и недвусмысленно обличили Ивана III в попустительстве еретикам. Попутно тогда удалось разрешить и еще один важный для русского общества вопрос: какие меры использовать для борьбы с ересью? Мнения по этому поводу тогда разделились. Так крупный духовный авторитет Нил Сорский призывал вступать с ними в диалог и увещевать исключительно словом. Иной позиции в отношении еретиков придерживался архиепископ Геннадий, он требовал: "Только жечь и вешать!" После долгих колебаний Иван III поддержал последнюю точку зрения. Таким образом, впервые на Руси был осуществлен принцип, что "ересь должна подавляться не словом, а силой".

М.С.Каретникова показала установочную цель воинствующих церковников: "Со стороны "охранителей" выступил Иосиф Волоцкий, настоятель Иосифо-Волоколамского монастыря. Идеалом, к которому он стремился и преуспел в этом, был суровый, хорошо организованный монастырь, с долгими службами и постами, тяжелым трудом, центр религиозной культуры, и при этом - богатый землевладелец...Он считал, что Библию нельзя читать "своим разумом", но необходимо руководствоваться толкованиями святых отцов. Он резко выступал против попыток знать Библию и размышлять над ней. Его ученики, иосифляне, так сформулировали воззрения своего учителя: "Всем страстям мати - мнение; мнение - второе падение". Иосиф Волоцкий был уверен, что "Библия плодит ереси", это его слова...Заслуга собирания Библии принадлежала новгородскому архиепископу Геннадию, но он сделал это не из любви к Божиему слову, а из ненависти к реформаторам. Он специально ездил в Рим... Остановимся и оценим этот факт! Отношение православия к католичеству было однозначное: "погана латинска вера". Архиепископа Геннадия по праву можно считать одним из первых "западников", он хотел перенять от Запада то, что было ему полезно. Что же именно? На Западе имелся опыт борьбы с "еретиками", там действовала инквизиция, и это очень заинтересовало русского религиозного лидера. "Геннадиевская Библия", как она будет называться в истории, включала в себя ряд неканонических книг, это он тоже перенял у католиков".

Итак, задолго до Петра I "западник" Геннадий постигал западный опыт - опыт борьбы с инакомыслящими и еретиками, вникая в практику инквизиции. А.В.Карташёв, один из авторитетных историков русского православия, рассказал о достижениях архиепископа Геннадия на этом поприще: "Так, по инициативе Геннадия на соборе 1490 г. встал в ясной форме пререкаемый вопрос о казни еретиков. Этому, чуждому духу Востока, идеалу костров инквизиции противостояли на соборе не только интриги двора и друзей ереси, но и безупречные идеалистические фигуры вождей заволжских старцев, присутствовавших лично на соборе, преп. Нила Сорского и игумена Паисия Ярославова. Протокол собора попутно дает знать нам, что состав его был, по древне-русскому обыкновению, не узко епископский. Тут присутствовали: "протопопы, священники, диаконы и весь священнический собор русской митрополии". Что собор в наказаниях еретиков не пошел по стопам Геннадия, это не вызывает недоумения. Не в духе и не в характере русской религиозности физические казни за веру. Недоумение вызывает другая сторона дела. После столь великого шума, поднятого около дела открытия ереси, судебно-следственная сеть во всем Новгороде и Москве могла выловить всего-навсего только девять человек, и то почти исключительно духовных лиц, и при том связанных между собой семейным родством.... Но, желая дать некоторое удовлетворение и ревнующему Геннадию, осужденных лиц для окончательного наказания по усмотрению последнего отправили обратно в Новгород. Геннадий действительно устроил им некоторое особое истязание в стиле подражания западной инквизиции. За сорок верст до Новгорода люди Геннадия встретили арестантов, посадили их на коней лицом к хвосту лошадей, за который всадники должны были держаться. На головы надели берестяные колпаки с мочальными кистями и с надписью "се есть сатанино воинство". Когда кавалькада прибыла на городскую площадь, то шлемы были зажжены на головах еретиков, и сверх того некоторые из осужденных были еще биты публично, затем заключены в заточение".

Галина Зеленина вполне убеждённо заявляет: "...в случае преследования жидовствующих речь идёт о прямых заимствованиях, или, по крайней мере, об осознанной ориентации на испанскую инквизиторскую практику". Не может быть упущено наблюдения Андрея Кореневского (статья "Новый Израиль" и "Святая Русь": этноконфессиональное и социокультурные аспекты средневековой русской ереси жидовствующих"): "Несмотря на все старания волоцкого игумена и его последователей - иосифлян, ересь, пустившая глубокие корни в интеллектуальной элите Новгорода и Москвы, удалось сокрушить не сразу. Лишь после собора 1503 г. сбылась заветная мечта архиепископа Геннадия и на Руси впервые со времён её крещения запылали костры "аутодафе". Тем не менее, полностью искоренить ересь не удалось". Точку над i в этом пункте можно поставить замечанием Я.С.Лурье: "русская земля была очищена вполне по-испански". Вполне "по-испански" 27 декабря 1504 года в Москве в деревянных клетках всенародно были сожжены дьяк Волк Курицын, брат думского дьяка при дворе Ивана III (министра иностранных дел) Фёдора Курицына, Дмитрий Коноплёв и Иван Максимов. В Новгороде были сожжены архимандрит Кассиан, дворянин Некрас Рукавный. Итак, смрадный чад инквизиторских костров проник в Россию с Запада прежде, чем либерально-гуманистические веяния.

Итак, земная история этого хронона русской летописи, заранее имея превратное знание о ереси жидовствующих, вполне профессионально, тобто в режиме материалистического понимания истории, квалифицировала нечто качественно иное: способ борьбы с инакомыслием, презрительно называемым ересью (любопытно, что hairesis в переводе значит "особое вероучение" и в буквальном смысле не несёт в себе какой-либо инсинуации). Апологеты "охранителей старины" или носители диктатуры старины, боролись за церковную власть в её волюнтаристском качестве, для которой западноевропейская инквизиция являлась подходящим прототипом. Политическая борьба церковной власти с царским правлением во времена Ивана III носила напряжённый и ярко выраженный экономический характер: царская власть во имя воссоединения русских земель пыталась сокрушить финансовую мощь церковной иерархии и ликвидировать монастырские земельные вотчины. Борьба эта имела принципиальный судьбоносный характер и велась под впоследствии забытом девизом: царское самодержавие против монастырского феодализма. В ответ православный воинствующий клерикализм объявил царские притязания частью ереси жидовствующих. Эти воззрения сохранились в русском православии по сегодняшний день, - так, газета "Саввинское слово" Савин-Сторожевского тавропигиального мужского монастыря (2004 1) разъясняла: "Первоначально мнение о необходимости насильственного уничтожения монастырских вотчин являлись частью еретического учения жидовствующих. Это было не что иное, как попытка лишить церковь возможности просветительской и благотворительной деятельности, первым шагом на пути к конечной цели - уничтожения монашества как источника благодатного воздействия на мир, на его жизнь, на весь народ. Сердце России билось в обителях монашеских, поэтому именно монашеские имения стали объектом разрушительной критики еретиков".

Параллельно с политико-экономической борьбой внутри лагеря воинствующих клерикалов велась важная богословская работа по составлению первого полного славянского библейского свода. Эта акция была высоко оценена А.И.Солженицыным, с важностью подчеркнувшего, что "...с именем еп. Геннадия связано собирание и издание на Руси первой церковно-славянской Библии ещё не существовавшей как единое собрание на Православном Востоке" (2001,кн.1,с.22). Как убеждённо утверждает А.В.Карташёв, Библия 1480 года, или так называемая "Геннадиевская Библия" была сотворена архиепископом Геннадием, "как ценнейшее орудие борьбы с ересью жидовствующих". Еврейское слово в борьбе против еврейского духа, - таков неординарный замысел архиепископа Геннадия, и библейский свод компоновался им с намерением ограничить дух жидовствующих. О.Георгий Флоровский отозвался на Геннадиевскую Библию любопытной репликой: "Пёстрый хитон, сшитый из разнообразных лоскутов и заплат", характеризует Геннадиевскую Библию современный её исследователь, И.И.Евсеев, - и с недоумением говорит о некоем "невидимом сближении" с латинством ("сдвиг славянской Библии с греческого русла в латинское"), о "весьма сгущённой католической атмосфере" вокруг Геннадия, даже о прямом "проявлении воинствующего католического духа в русской церковной жизни". Будучи почитателем инквизиции, "западник" Геннадий вместе с этим "воинствующим католическим духом" ввёл в русскую общественную жизнь антисемитизм, как идеологическую норму, ещё до массового появления евреев в России.

В интернет-сайте "Еврейская история. Очерки времён и событий. Очерк седьмой" сказано: "Существует даже предположение, что резко отрицательное отношение к иудаизму и к евреям в Московской Руси, неизвестное там до начала шестнадцатого века, началось именно тогда в период борьбы с "ересью жидовствующих". Во всяком случае, не подлежит сомнению, что крайне неприязненное отношение к евреям со стороны русских царей, включая и Петра I, вплоть до правления Екатерины II и массового появления евреев на территории России, обязано церковному воспитанию, ибо евреев в Московском государстве не было и, естественно, не было опыта общения с ними. Архиепископ Геннадий и возглавляемая им гильдия воинствующих клерикалов, сосредоточившись на непримиримой борьбе с ересью жидовствующих, утопила вражду к инакомыслию в антисемитизме, сделав эти понятия однопорядковыми. В дальнейшей истории России в антисемитизме легко узнаётся признак более широкого духовного плана - борьба с инакомыслием, и наоборот, противостояние с инакомыслием непременно приводит к антисемитизму. И хотя инквизиция не привилась в практике русского православия, но дух вражды ко всякому инакомыслию, издающей антисемитические шумы, наличествует в православном сознании по настоящий момент. Архиепископ Геннадий Новгородский не дождался вожделенного звания Великого Инквизитора, но семя его чаяний сохранилось, - как сказано на страницах православного сайта: "И спустя несколько столетий после собора (собора 1503 г - Г.Г.).в празднике Торжества Православия в церквах торжественно анафемствовались имена Курицына, Кассиана и иных главнейших "жидовствующих" вкупе со всеми их поборниками и соумышленниками".

Не являясь значимым в обществе активом, сила воинствующего клерикализма всегда проявляется на переломных рубежах русской судьбы, приобретая вид, который А.Храмов назвал "православным фашизмом". Предназначаясь для борьбы с ересью жидовствующих, это последнее само как бы является ересью. Филистёр с монастырским кругозором Иосиф Волоцкий в своём духовном наставлении "Просветитель" в приказном порядке склоняет верующих к сыску и доносительству и утверждает, что "всем любящим Христа следует обнаружить всякое старание, усилия и благоразумную хитрость в распознавании еретиков, разыскивать их и выведывать о них, узнав же - не утаивать, тот же, кто пытается скрыть еретика - сообщник еретиков". Эта сила православного воинствующего клерикализма явилась в ударном виде в XX веке при глумлении над эмблемой русской культуры - графом Л.Н.Толстым, что нисколько не удивляет, ибо Толстой воплотил в себе то естетическо-духовное инакомыслие, которое противостояло непреложному церковному догматизму, а наследники Иосифа Волоцкого и Геннадия Новгородского приучены отвечать на это анафемой и проклятиями. Итак, воинствующие церковники в России изъяли из западной религиозной доктрины вместе с неприятием инакомыслия и непременную часть инквизиции - антисемитизм. А потому воинствующее крыло русской православной церкви стало лютым врагом русских евреев. Нельзя забывать, что хоругвь самого крупнокалиберного орудия российского антисемитизма - Союза Русского Народа, освятил Святой Праведный Иоанн Кронштатский, которому был выдан первый членский билет. А на еврейские погромы, тобто на массовые грабежи и убийства, шли крестным ходом, в церковном облачении и с пением молебна.

Тонус современного воинствующего пыла в русской православной церкви нисколько не меньше времён Иосифа Волоцкого и Геннадия Новгородского, и в полном соответствии с их заветами, в наше время был учинён донос, и не на кого-нибудь, а на патриарха Русской Церкви Алексия II. Вот выдержка из этого поразительного документа: ""Обращение к Святому Поместному Собору и всем Христианам Русской Православной Церкви рабов Божьих Артёма Стадника, Юрия Сапронова и Дмитрия Виноградова"

"1) Патриарх Алексий II (Ридигер) так обращается к иудеям: "Дорогие братья, шолом вам во имя Бога любви и мира". Этим, по сути, он выражает все свое отношение как ко Христу, так и к Его распинателям - иудеям. 11 Правилом VI Вселенского Собора определено: "Никто из принадлежащих к священному чину или из мирян отнюдь не должны ясти опресноки, даваемые Иудеями, ни вступать в содружество с ними, ни в болезнях призывать их и врачества принимать от них, ни в банях купно с ними мыться. Если же кто дерзнет сие творить, то клирик да будет извержен, а мирянин да будет отлучен" (см. Каноны, или Книга Правил Святых Соборов, Вселенских и Поместных, и Святых Отцов. - СПб.: "Общество Василия Великого", 2000. С. 66). Следовательно, братание с иудеями для Христиан, в зависимости от церковного статуса, должно наказываться либо извержением из сана, либо отлучением от Церкви, ибо любое братство двух людей несравненно ближе содружества.

2) Патриарх Алексий II (Ридигер), ссылаясь на проповедь архиеп. Никанора (Бровковича), открыто и всенародно провозгласил: "Единение иудейства и Христианства имеет реальную почву духовного и естественного родства и положительных религиозных интересов. Мы едины с иудеями, не отказываясь от Христианства, не вопреки Христианству, а во имя и в силу Христианства, а иудеи едины с нами не вопреки иудейству, а во имя и в силу истинного иудейства. Мы потому отделены от иудеев, что мы еще "не вполне Христиане", а иудеи потому отделяются от нас, что они "не вполне иудеи"". Это вопиющая хула на Христа и ересь, а именно, это ересь жидовствующих, терзавшая Русь 500 лет назад. Тогда эта пагубная ересь из Новгорода проникла в столицу, а ее последователем, так же как и сейчас, стал предстоятель Русской Церкви тогдашний митрополит Московский Зосима, который всемерно покровительствовал и прочим еретикам. О нем преподобный Иосиф Волоцкий писал епископу Суздальскому Нифонту: "Известна тебе, государю моему, нынешняя великая беда, постигшая Русскую землю и все Православное Христианство. В великой церкви Пречистой Богородицы, сияющей как второе солнце посреди всей Русской земли, на том святом престоле, где сидели святители и чудотворцы Петр и Алексий и другие многие великие Православные святители, ныне сидит скверный злобесный волк, одетый в одежду пастыря, саном святитель, а по воле своей Иуда предатель и причастник бесам... Осквернил он святительский престол, одних уча жидовству, других содомски скверня. Змий пагубный, мерзость запустения на месте святе, отступник Христов, он не только сам отступил от Христа и прилепился диаволу, но и других учит от Христа отвергаться... Свински живя, он поджидает антихриста... Никогда не бывало такого злодея между древними еретиками и отступниками... Если не искоренится этот второй Иуда - мало-помалу отступничество овладеет и всеми людьми..." (И.Хрущев Исследование о сочинениях Иосифа Санина преподобного игумена Волоцкого. 1868. С. 126-127)" А ведь великий патриарх высказал удивительную по глубине мысль: соединению христиан и иудеев мешает то, что современные христиане не вполне христиане, а иудеи - не вполне иудеи.

Как не кажется поразительным, но современный антисемитизм в России по-прежнему базируется на ереси жидовствующих и используется та же познавательная, а точнее, квазипознаваткльная, схема и с тем же набором чахлых бранных эпитетов, что и при архиепископе Геннадии. Образцом этого худотворчества может послужить измышления некоей Натальи Синцовой: "И вот сейчас мы видим новое возрождение этой ереси. За основу ее взяты талмудические (каббалистические) откровения, прикрытые лукавым наукообразием. Допускаются и откровенные кощунства по отношению ко Св. Троице, Иисусу Христу, Богородице, православным святым, иконам, святыням. Отрицается спасение души, как смысл земной человеческой жизни. Вместо этого превозносится стремление к земному совершенству, "богоподобию" вне общения с Церковью. "Сеятели" новой ереси все те же - лица еврейской национальности, только теперь часто скрытые под русскими фамилиями и внешностью. Те же и носители ереси - высшая церковная иерархия, интеллигенция, "верхи общества". То же коварство, мимикрия, ложь, та же двойная игра: быть иудеем в православном облачении" И продолжает далее: "На этих лозунгах у евреев с детства взращивается отвратительное тщеславие и интеллектуальная гордыня, упорно вбивается миф, иллюзия особой интеллектуальной одаренности еврейского народа, презрение к чувству, к сердцу и душе. Такое характерное для евреев свойство, как постоянное стремление к рефлексии - умственной жвачке, навязчивому рассудочному наблюдению за собой, также объясняется внешней агрессивностью окружения: "Еврей знает, что на него смотрят и старается взглянуть на себя глазами других" (Ж.-П. Сартр "Размышления о еврейском вопросе", 1991 - Г.Г.). И. Ильин считал это свойство ума - "разлагающим, праздным, гложущим", мешающим истинному ясному мышлению, духовному созерцанию. С точки зрения Православия, рефлексия есть свойство неочищенного от страстей ума, чисто рассудочная деятельность души, несоединенная с голосом сердца, просвещенного благодатью Божией". Как видно, главным грехом, и даже преступлением, еврея считается его умение мыслить. Одно это заставляет рассматривать автора и его сочинение с вполне известной позиции: с-ума-сшедшее.

Итак, средства земной истории показывают, что явление, данное в академической историографии как ересь жидовствующих не соответствует номинальному содержанию и на деле есть фальсифицированная акция, деформированная под идею отпадения от христианства и проникновения иудаизма, тобто духовный процесс представляется в показаниях земной экспансии и агрессии. Вместе с тем это явление совершенно наглядно дано в виде общей вещественной формы наличия и функционирования: ересь жидовствующих состоит из переводов, пересказов, компиляций, рефератов и аннотаций христианских, иудейских, мусульманских текстов и духовных сочинений, а также сведений научного плана, в основном космологических, астрономических и астрологических. Это однозначно означает, что ересь жидовствующих суть продукт просветительской деятельности, и никакой другой, именно той, для которой в словаре В.Даля дано определение: "просвещать - даровать свет умственный, научный и нравственный, поучать истинам и добру, образовать ум и сердце". И как таковая, будучи распространителем виртуальных знаний, эта деятельность входит в компетенцию небесной истории, но при этом последняя не является методом изучения ереси жидовствующих, а сама ересь жидовствующих комплексно образуют её саму, то есть небесную историю данного хронона русской истории.

Это положение в корне меняет аналитическую стратегию изучения исторического процесса последнего. Здесь во главу угла выставляется первая основополагающая аксиома небесноисторической методологии: источником и первопричиной исторического процесса любого предмета (явления) служат исключительно внутренние производители и имманентные потенциалы этого предмета (явления). Это значит, что, с одной стороны, генезис явления, именуемого ересью жидовствующих, коль он является эпизодом русской истории, необходимо исходит только из коренной русской среды, и, следовательно, непосредственного отношения к евреям не имеет. Так что кажется правильным вывод Ю.И.Гессена: "...вполне установлено, что ни в насаждении ереси, ни в её дальнейшем распространении евреи не принимали никакого участия" (1925,,т.1,с.8). В исторической аналитической литературе закрутилась едва ли не целая философия вокруг "жида Схария" и термина "жидовин" (Г.М.Прохоров, К.В.Айвазян, Я.С.Лурье) с целью исключить ересь жидовствующих из еврейства. Но, как будет показано далее по тексту, эта мысль не является достаточной и не соответствует небесноисторической глубине анализа. Идея о русской инициативе в акте ереси жидовствующих, с другой стороны, означает, что "прогрессивная" точка зрения Лурье, к которой более всего склоняется небесноисторическая позиция, значительно преувеличивает аналогию с либерально-гуманистическими моментами общественной мысли Западной Европы того времени. Если и наблюдается какое-либо сходство, то оно должно быть отмечено лишь в прилагательной, но вовсе не в существительной части явления ереси жидовствующих, а влияние тенденций западного Просвещения не может перекрыть самобытности русского Просвещения.

При небесноисторическом освещении по-новому воспылали те особенности ереси жидовствующих, которые придали ей облик исторического феномена - "странного" явления, не имеющего в русской истории ни предпосылок, ни последствий. Если в академической историографии эти особенности даны как разрозненные эмпирические фиксации и констатации, то небесноисторический подход охватывает их логической последовательностью в единую небесноисторическую целокупность, обладающую своей причинностью исторических прологов и исторических эпилогов.

В первой из этих особенностей речь идёт об исключительной приуроченности ереси жидовствующих к высшим слоям русского общества, как раз к тем, где на то время было сосредоточено достояние русской культуры. Такое обстоятельство не было удостоено познавательного академического интереса, но методология небесной истории не может следовать таким путём, ибо в культурной ипостаси положены высшие духовные дивиденды исторической науки при такого типа подходе. Отнюдь не пассивное участие ереси жидовствующих в жизни культурной среды само по себе свидетельствует об идеальном тонусе этой ереси, которую в таком ракурсе и ересью называть нельзя, если иметь её в виду как уничижительный знак. Из духовного качества исходит ценность данной особенности, которая в традиционном летоисчислении познаётся только в политическом аспекте, тобто узурпировано и превратно. Яркий пример последнего продемонстрировал уже упоминавшийся профессор И.Я.Фроянов, твёрдокаменный адепт первой, официальной, точки зрения на ересь жидовствующих

А.И.Солженицын, как бы мимоходом заметил по поводу этой отличительной черты ереси жидовствующих: "Поразителен быстрый успех и лёгкость этого движения. Они объясняются, очевидно, взаимным интересом" (2001,кн.1,с.20). Солженицын здесь имеет в виду еврейский и русский интересы, но, если еврейский интерес был громогласно охаян и заклеймён, как стремление проникнуть в русские православные души, то о русском интересе при этом писатель не говорит ничего. В аналогичном "подвешенном" состоянии фактически оказался и академик В.Н.Топоров, сообщивший о своём наблюдении: "Когда переводились на русский язык с еврейского "Псалтырь жидовствующих" и другие произведения, имеющие целью обольщение неискушённого русского читателя и иногда отчётливо антихристианских, можно было бы думать о заинтересованности в них только евреев и иудаизма. Однако и русский читатель был заинтересован в еврейских религиозных текстах". Именно этой причиной Топоров объясняет то, "какой успех имела пропаганда "жидовствующих" в разных слоях общества" (1955,ч.1,с.357). Именно такое торжество еретических воззрений напугало сословие воинствующих клерикалов: дух критицизма, исходящий из этих суждений, грозил разрушить цитадель диктатуры старины, чему исправно служило православное, белое и чёрное, духовенство, ибо оно единственное давало им политическую власть в обществе.

Во второй особенности ереси жидовствующих зафиксирована закономерность и правомерность места её зарождения - Новгород Великий. Здесь сказалось то обстоятельство, что только в Новгороде на то время сложились условия, благодаря которым ересь жидовствующих смогла проявить свои специфические духовные свойства, какие в другом месте были бы неисполнимы. Полно об этом сказал профессор В.М.Кириллин: "Должно, кроме того, помнить, что в плане накопления опыта критицизма именно Новгород Великий - благодаря своим разнообразным связям с окружающим миром, своему старинному вольнолюбию и горделивому стремлению к независимости, включая и духовную, от кого и чего бы то ни было - представлял собой особенно подходящее место: здесь без труда, в непосредственном общении могли быть почувствованы и оценены, например, отличия между православием и католичеством, между христианством и другими религиями; здесь запросто могли быть уловлены любые бродившие по миру идеи и настроения, здесь отлично - в области знания вообще - срабатывала разница потенциалов и, соответственно, легко возникало напряженное поле для умственных беспокойств и блужданий. Так что зарождение ереси жидовствующих не где-нибудь, а в Новгороде совсем не удивительно". Вторая особенность ереси жидовствующих явила вольнолюбие и свободу мыслеизъявления как свои характерные черты, и она сполна впитала в себе те свойства общественного климата Новгорода, о котором хорошо сказал В.О.Ключевский: "Дух свободы и предприимчивости, политическое сознание "мужей вольных", поднимаемое идеей могущественной общины "господина Великого Новгорода", - нигде более в Древней Руси не соединялось столько материальных и духовных средств, чтобы воспитать в обществе эти качества, необходимые для устроения крепкого и справедливого общественного порядка" (2000,кн.1,с.429), именно против этих черт в ереси жидовствующих, прежде всего, был направлен крестовый поход секты воинствующих церковников.

И, наконец, третья особенность ереси жидовствующих трактует о масштабе и размере самого явления, взятого в контексте всего общества. По сути, третья особенность есть продолжение двух первых отличительных качеств ереси жидовствующих. Если в одной из них говорится о культурной содержательности ереси, а в другой - о её вольнолюбивом сознании, то в третьей представляется общественная природа ереси жидовствующих, которая не только проникла в культуроносные пласты общества, но и обволокла все иерархические подразделения тогдашнего русского государства. Ересь, как сообщает Андрей Зубов, "поразила высшее белое духовенство крупнейших городов Русского царства, монашество, светскую интеллигенцию, придворные сферы, вплоть до самого великого князя и его ближайших сродников". Величина распространения ереси среди русского населения была настолько значительна, что привела в ужас главного борца с ересью преподобного Иосифа Волоцкого, который известил: "С того времени, как солнце православия воссияло в земле нашей, у нас никогда не бывало такой ереси в домах, на дорогах, на рынке все, иноки и миряне с сомнением рассуждают о вере. основываясь не на учении пророков, апостолов и святых отцов, а на словах еретиков, отступников Христа; с ними дружат, пьют и едят, и учатся у них жидовству".

Уже только одно, что люди, как заметил главный хулитель ереси, учатся у еретиков, а не еретики учат (внушают, насаждают, внедряют, прельщают) русских людей, говорит вполне однозначно, что имеет место не ересь, не крамола, не эксцесс вольномыслия, а монолитное, целеопределённое общественное движение духовного плана. Эта всесторонняя процедура и есть та целокупность, что вобрала в себя все особенности, отличительные признаки и странности феномена ереси жидовствующих, выступающей в небесноисторическом облике как характерная просветительская деятельность, проявление самобытного русского Просвещения. Итак, основополагающим следствием, находящимся в соответствии с небесноисторическим постулатом об имманентности исторического явления, заявляется вывод о том, что инициатором и производителем ереси жидовствующих в её генетически первородном виде положен не еврейский, а сугубо русский источник. Однако это положение вовсе не исключает еврейский духовный актив из периодизации русской истории, а предусматривает участие еврейского материала в незнаемом ранее своеобразном смысловом виде, о чём речь будет идти далее.

Небесноисторический подход избавил ересь жидовствующих, взятую как специфический исторический акт, от принципиального упущения - "странного" исторического облика, не имеющего ни причин, ни следствий. Исторический контекст враз превратил ересь жидовствующих в компактное целокупное общественное движение, которое не только имеет собственную историческую привязку в цепи времён, но и знаменательно в качестве важнейшего переломного события истории земли Русской. М.С.Каретникова вывела: "В XV веке Россия освободилась сначала от господства греческой церкви, Византии, а затем - от татарского ига. В 1453 году Византия пала под ударами турок, и с нею кончилось существование Восточной Римской империи. Центром православия стала Москва. В 1480 году произошло великое "стояние на Угре", в результате которого армии Ивана III и татар разошлись в разные стороны, и иго кончилось в известном смысле мистическим образом, как и впоследствии у нас неоднократно происходило с другими формами "ига". Общественное потрясение от этих событий вылилось в эсхатологическое ожидание "конца света" и московско-новгородское реформационное движение, которое было уничижительно прозвано ересью "жидовствующих".

Однако столь общий ретроспектив, показательный для историков, анализирующих период ереси жидовствующих, хоть и подтверждает появление ереси жидовствующих на русском общественном поле, но не даёт возможности проникнуть в небесноисторическую глубину, определяющую подлинную историческую значимость ереси. С этим блестяще справились "профессиональные" историки, знатоки общей русской истории в её земном облике. Особо выделяется интеллектуальный В.О.Ключевский, который, хотя и не упоминает о "ереси жидовствующих", но блистательно раскрыл суть исторического явления. В своих знаменитых лекциях Ключевский заявил, что "положение Русской земли в половине XV в. можно определить двумя чертами: политическое порабощение извне и политическое раздробление внутри. На всём пространстве нашей равнины, где только обитала Русь, кроме Вятки, не было деревни, которая не находилась бы под чужим иноземным игом...В такой обстановке Иван III продолжал дело своих предшественников, великих князей московских. Ещё до него на протяжении полутора столетий мы наблюдали в истории северной Руси два параллельных процесса: собирание земли и сосредоточие власти, постепенное территориальное расширение вотчины московских князей за счёт других княжеств и постепенное материальное усиление великого князя московского за счёт удельных" (2000,кн.1,с.438-439).

Это означает, что испокон веков внутри недр русского духа зрела и вызревала идея соединения и сочленения духов в нечто общее и единое, другими словами, русский дух формировал свою духовность, тобто коллективное, единое для всех индивидуальностей. Это обстоятельство знаменательно в том отношении, что русский дух таким образом демонстрировал свою врождённую способность к восприимчивости философского мышления, что в корне отвергает бытующее до сих пор мнение, что русская философия является производным европейского мудролюбия. О зрелости стихийного русского философского созерцания говорит факт того, что идея о соединении русских людей в единое сообщество переросло в мысль о самодержавии, а период ереси жидовствующих есть время, когда мысль о самодержавии переходит в мировоззрение, когда великий князь Иван III (1440-1505) впервые в русской истории заимел титул "царь вся Руси", когда окончательно определились контуры Московского государства.

Ключевский резюмировал: "Вот тот основной факт, от которого пошли остальные явления, наполняющие нашу историю XV и XVI в.в. Можно так выразить этот факт: завершение территориального собирания Северо-Восточной Руси Москвой превратило Московское княжество в национальное Великорусское государство и таким образом сообщило великому князю московскому значение национального великорусского государя". К этому заключению Ключевский сделал любопытную приписку, в которой говорится о связи с "...одной идеей, пробуждающейся в московском обществе около этого времени, - идеей национального государства. Эта идея требует тем большего внимания с нашей стороны, чем реже приходится нам отмечать прямое участие идей в образовании фактов нашей древней истории". Симптоматично, что здесь впервые громогласно заявлено о действии в русской истории земных и небесных элементов, и благодаря чему оказалось возможным оценить значение открытия Ключевского, что "...в центральной и северной Руси сложилось новое племя в составе русского населения, образовалась новая народность - великорусская. Но до половины XV в. эта народность оставалась фактом этнографическим....Теперь вся эта народность соединяется под одной государственной формой, вся покрывается единой политической формой" (2000,кн.1,с.с.444,445,444).

В небесноисторической шкале ценностей значение имеет не только и не столько "политическая", тобто земная, форма, сколько духовное небесное содержание, - стало быть, если имеется великорусская народность, то в обязательном порядка наличествует соответствующая духовность, которая в данном случае насыщена до предела мыслью о самодержавии. Царское самодержавие не только обеспечивает новый облик государственности, не только образует новые общественные отношения, но и, создавая новый этнический тип обывателя - великорусскую народность, сооружает историко-этнографический рубеж между двумя мирами: Руси, как конгломерата удельных княжеств и монастырских вотчин, и Руси, как централизованного целокупного Московского государства. Говоря иначе, процесс обратился в проблему, проблему создания совершенно нового на Руси типа общественной организованности русских людей - государство-духовность (царское самодержавие), вырастающего из прежней вечевой формы княжеского феодализма - государство-народности.

Переход из одного мира в другой представляет собой сложно запутанный процесс прежде всего в мировоззренческой плоскости, ибо он есть смена человеческого миропорядка: мировоззрения холопа на мировоззрение гражданина, мышления гоменоида, озабоченного только своей тесной средой обитания, на воззрение человека, чувствующего свою значимость в космическом масштабе государства. Ересь жидовствующих, знаемая как общественное движение, и есть эта мировоззренческая процедура, ориентированная на духовность самодержавия. Здесь и зарождается тот вопрос, что делает всю акцию "странным" парадоксом: какое отношение к изложенной небесной суматохе, по всем параметрам обладающей сугубо русской сутью и представляющей собой чисто русскую духовную потребность, имеет еврейская данность и где здесь еврейское участие? Тут сказалась степень развитости и уровень философской зрелости специфической и стихийной русской способности мышления.

При любой смене стилей и типов мировоззрения центральным вопросом всегда будет соотношение и сочетание критериев прошлого и настоящего; в рассматриваемом случае эта апория ставится в таком виде: необходим ли при новом мировоззрении (духовности самодержавия) духовные ценности прошлого времени (типа "Русской Правды" Владимира Мономаха) либо должны быть задействованы арсеналы мирового духа? Русская философская мысль склонилась к последнему, но ни в коем случае нельзя сказать, что данную апорию она решила в пользу этого последнего. Русская мысль была уже настолько развита, что понимала: подлинная истина не порождается только мыслию, а потребна и инакомыслие; то бишь истина есть сочетание мыслия и инакомыслия. Русская философская дума вызвала к жизни в России еврейские, христианские и мусульманские источники мудрости, а в результате просветительской деятельности образовала мощный монолит инакомыслия, который впоследствии мог быть синтезирован с мыслью доморощенных мудростей, той же "Русской Правдой". Главное, что эта отвлечённая премудрость, переведенная в онтологическую плоскость, признавала только одну цель: единоличную царскую власть. Как не парадоксально, но на тот исторический момент царское самодержавие являлось единственной духовной установкой великорусской народности. Против этого решительно выступила православная церковь, которая боролась не только за свою земельно-вотчинную собственность, но и за политическую власть в обществе, а также, имея в этом свою первейшую цель, против всякого нового, против инакомыслия. Итак, то, что так неаккуратно названо "ересью жидовствующих", и что было узурпировано воинствующей церковью, есть не что иное, как талантливо скомпонованное инакомыслие, призванное дать морально-духовное обоснование формирующемуся Московскому государству. Что же представляет из себя это инакомыслие, на которое возлагались столь обширные перспективы при становлении специфической русской духовности самодержавия? В литературе имеется немало источников, где излагаются тексты и интерпретации содержания просветительской деятельности ереси жидовствующих; но я сошлюсь лишь на двух авторов, отмеченных своими познаниями в этой сфере: профессора В.М.Кириллина, упорного приверженца официальной точки зрения на ересь жидовствующих, и представителя русского еврейства, противника наклёпа на евреев в русской истории, Феликса Канделя.

В своём добросовестном исследовании профессор В.М.Кириллин использует обширный и обстоятельно осмысленный фактический материал, который служит твёрдой посылочной базой. Но заключительная часть исследования Кириллина, где он защищает избитый тезис о покушении иудаизма на христианство русского православия, не исходит из этих посылок, и его вывод рассчитан, как пишет профессор, на субъекта, "недостаточно твёрдо державшегося православия"; именно ввиду этой шаткости субъекта выводная часть исследования сама по себе относится к разряду ошибочных заключений. Кириллин пишет: "Действительно, круг чтения еретиков был довольно широк и разнообразен, причем бытовавшие среди них сочинения были: либо достаточно редко встречавшимися в русских библиотеках - по самым разным причинам и, конечно же, не только из-за неготовности русских книжников воспринимать содержательно сложные тексты; либо вовсе не встречавшимися - в силу их несоответствия духу и смыслу православия; либо, наконец, едва лишь известными, но известными под знаком именно вредности, неполезности для жизни во Христе. Популярные у жидовствующих сочинения являлись в основном переводными и по своему происхождению могут быть разделены на две группы - на христианские и нехристианские. К первой группе относились сочинения богословско-полемические и агиографические - например, сочинения Дионисия Ареопагита, "Житие папы Сильвестра", "Слова" Афанасия Александрийского против ариан, "Слово" Козьмы Пресвитера против богомилов, послание патриарха Фотия болгарскому царю Борису-Михаилу. Все они, вероятно, привлекали внимание еретиков, прежде всего содержащейся в них ортодоксальной аргументацией по поводу различных догматических, церковно-практических и религиозно-философских вопросов. Однако такой сугубо конфессиональной христианской литературой жидовствующие не ограничивались. Их интересовали и светские по содержанию тексты - например, "Мудрость Менандра", сборник нравоучительных афоризмов и сентенций древнегреческого драматурга о любви, дружбе, вражде, добре, зле, труде, учении, лености, семейной жизни и т.д.; причем главной, связующей темой всех этих этико-философских изречений, по преданию, собранных воедино святым Григорием Богословом, был вопрос о силе и возможностях разума, о значении просвещения и образованности. Именно данная особенность сборника, по-видимому, и вызывала специальный интерес еретиков, тяготевших к рационализму. Итак, популярная среди жидовствующих христианская литература в целом указывает на их очевидную приверженность к занятиям отвлеченными предметами и принадлежность, соответственно, к интеллектуальной элите. Собственно такой вывод подтверждается и теми ветхозаветными текстами, которые, оказавшись в сфере внимания еретиков, вместе с тем вообще в славянской письменности были весьма редки, либо только-только, к концу XV в., появились в славянских переводах. По-видимому, особый интерес у еретиков вызывали книги Бытия, Царств, Притчей Соломона, Пророков, Премудростей Иисуса, сына Сирахова. Но в чем конкретно состоял этот интерес, какова была его специфика сравнительно с православным подходом, пока не установлено. Можно лишь в самом общем плане предположить, что их интересовали вопросы о судьбах тварного мира, о мессианстве и мессианских чаяниях, о мудрости божественной и человеческой. Что же касается текстов второй группы - нехристианских, к которым влеклась мысль жидовствующих, то таковые, как установлено, в исконном своем виде принадлежали к еврейской или арабской книжной традиции, но на русский язык были переведены, по мнению большинства ученых, именно с еврейского. Эти тексты также различались в плане содержания. Одни из них, думается, были вполне адекватны религиозным запросам жидовствующих. Известны, например, некоторые ветхозаветные тексты, переведенные на славянский не с греческого - по "Септуагинте", а с древнееврейского масоретского оригинала. Это "Книга Эсфирь", "Книга пророка Даниила" и др. Известна, кроме того, и так называемая "Псалтирь еврейская", - сделанный неким Федором "новокрещеным" перевод с какого-то еврейского молитвенника (краткого варианта праздничного молитвенника "Махазор"). И совершенно справедливо отмечалось, что подобные тексты, будучи введенными в обиход древнерусского чтения, предназначены были, помимо религиозных целей, к тому, чтобы "ослепить малоосведомленных русских идеей искаженности ветхозаветной Библии, на которую опиралась вся христианская церковь". Особенно показательна в этом отношении "Псалтирь еврейская", ибо в ней, во-первых, отсутствуют какие бы то ни было пророчества о Сыне Божием Иисусе Христе, во-вторых, отчетливо просвечивает "иудейская оппозиция учению о троичности лиц Божества", в-третьих, прослеживается "тенденция восстановления земного царства единого Бога в Израиле". Отсюда не удивительно, что всякий древнерусский читатель, склонный по натуре к критицизму и недостаточно твердо держащийся православия, вполне мог заразиться, прельститься таким текстом и принять его в качестве идейной опоры для собственных произвольных религиозных установлений, которые, естественно, должны были войти в противоречие с комплексом понятий, знаний, убеждений, обрядовых действований, выработанных и откристаллизованных в христианском соборном опыте богопостижения, богоисповедания и богослужения. Другую разновидность нехристианских книг, популярных у еретиков, составили книги светские. Это - либо научные, либо паранаучные сочинения, которые опять-таки и своим происхождением и своим содержанием связаны были, прежде всего, с умственной жизнью средневекового еврейства. Так, книга "Шестокрыл" представляла собой славянский перевод трактата "Шеш кнафаим" - руководства по математическому определению лунно-солнечного движения, написанного в 1365 г. евреем Иммануэлем бен Я^аковом Бонфисом. И примечательно, что на Руси данная книга использовалась именно в гадательной практике. Читали жидовствующие и переводные труды по философии. Примером может служить "Книга, глаголемая логика" - пересказ сочинения "Миллот ха-хигайон", автором которого был известный еврейский ученый XII-ХIII в., раввинист Моисей бен Маймун (Маймонид). К текстам из круга еретиков принято относить также "Трактат о сфере" Иоанна де Сакрабоско, или Джона Галифакса, английского ученого XIII в.; это сочинение содержалось в одной из древнерусских "Космографий", переведенной, между прочим, с еврейского оригинала. Следует, наконец, отметить и такие сочинения, как "Учение луннику", "Рафли", "Тайная тайных" (или "Аристотелевы врата"). История названых книг опять-таки связана с еврейской средневековой литературой (связь их, кроме того, с арабоязычной традиций в данном случае не имеет значения). И важно, что, несмотря на различие в содержании, все они обнаруживают известное сходство, поскольку так или иначе касаются темы сокровенного, эзотерического знания".

Справедливости ради, следует отметить, что проведенное исследование позволяет профессору Кириллину высказать и такие суждения, которые не вписываются в категорический статус его окончательного резюме: "Этим, несомненно, оправдывается известная убеждённость относительно действительного влияния со стороны именно еврейской книжности и мысли на так называемое пробуждение общественного сознания, а точнее - увлечения еретическими идеями, имевшее место в Московском государстве в последней трети XV в."

Сообщение Феликса Канделя не несёт в себе признаки столь рафинированного исследовательского подхода и представляет собой лишь перечисление переводных трудов, которые отнесены к разряду ереси жидовствующих. Однако, излагая лишь видимые факты, Кандель более обнажённо выставил на обозрение момент исторической истины, какой в рефлексии профессора В.М.Кириллина дан только в подспудном виде в виде расплывчатого логического умозрения: огромная удельная доля еврейской мудрости в инакомыслии, предназначенной для сугубо русской духовной потребности. Кандель описал: "Распространение "ереси жидовствующих" сопровождалось появлением книг еврейских философов по логике, астрономии, астрологии и другим наукам. Эти книги переводились с иврита на древнерусский язык, в основном для того, чтобы доказать правильность еврейского летоисчисления и исторической традиции в сравнении с византийской. Были переведены "Слова логики" Маймонида, "Тайная тайных", книга по астрономии "Шестокрыл" Эммануэля бен Яакова Бонфиса, астрологическая книга "Лопаточник", а также "Логика Авиасафа" мусульманского философа одиннадцатого века Гадали, тоже переведенная жидовствующими с иврита. Переводились на древнерусский язык Книга Даниила и апокрифическая Книга Ханоха; имелась у жидовствующих даже сборник еврейских праздничных молитв, так называемый "Псалтырь Фёдора Жидовина", который перевёл крещённый еврей Фёдор" (2008). Необходимо уточнить, что в состав еврейского инакомыслия включались сочинения Моисея бен-Маймона (Маймонида), которые в среде ортодоксальных еврейских духоведов считались ересью и по представлению которых после смерти Маймонида его книги подверглись сожжению. А, с другой стороны, вместе с произведениями абстрактной мысли переводились фрагменты повседневной жизни евреев: праздничные молитвы и песнопения. Это свидетельствует, что замысел просветительской деятельности обладал широтой свободной мысли и ему чужд религиозный догматизм и ортодоксальная косность, - первое, что должно быть на виду, будь это просветительство еврейской экспансией.

Необходимо напомнить и ещё раз повторить, что ересь жидовствующих была неверно определена по существу: "ересь" здесь вовсе не вздорное нарушение общепринятых норм, и "жидовствующие" тут никак не уничижительный негатив, и подлинное понимание ереси жидовствующих непостижимо для средств земной истории. Методология же небесной истории ставит вопрос о природе ереси в совершенно иной смысловой тональности: почему в сугубо русской духовности такая высокая доля еврейского присутствия? Главнейший принцип, согласно которому осуществляется методологическая функция в небесной истории, должно называть принципом саморазвития духовного естества. Ранее уже была использована первая основа данного основополагания - имманентная природа генезиса исторического явления. Теперь же в связи с основным вопросом о природе ереси жидовствующих потребно обратиться к другой важнейшей опоре этого принципа: историческая личность как демиург исторического явления. Это означает, что ответ на поставленный "еврейский вопрос" вменяется в обязанность личности, ответственной за просветительскую деятельность в России этого времени.

Интеллигенция (действующая функция) духа по выработке духовности как коллективного качества в среде индивидуальных духов происходит спонтанно и самопроизвольно, и не прекращается ни на иоту времени, только пульсируя по интенсивности. А резкие вспышки и всплески этого процесса во времени с полной гарантией свидетельствуют о появлении индивидуального деятеля, несущего в себе задатки и дарование исторической личности. Именно такая ситуация сложилась во время взявшейся вроде бы неоткуда ереси жидовствующих. Но спрашивать имя этой исторической личности означает, в известном смысле, признаться в собственном невежестве, настолько это имя значимо. Его имя - Фёдор Васильевич Курицын, и о нём известно так много, что диву даёшься тому, что ни один историк не решился назвать его величайшим идеологом Московского самодержавия и великим русским просветителем. Общую причину здесь, по-видимому, следует усмотреть в том, что земная история в целом не способна полноценно осмысливать любое духовное явление. Но главное: Курицын есть первый русский философ, - самородный, самобытный и самочинный. Но даже Я.С.Лурье, более всех историков сумевший разглядеть исполинскую фигуру Курицына, числит его в ряду "русских современников Возрождения" и не более.

Ни у историков, ни у церковников не возникало сомнения в лидирующей роли Курицына в эпопее ереси жидовствующих: архиепископ Геннадий определил Курицына: "он у еретиков главный печальник" и ему вторят в церковной летописи: "Курицын начальник всем тем злодеям". Курицын был блестяще образованным человеком, владеющий пятью языками (кроме русского, знал венгерский, польский, греческий, немецкий); имеются исследователи, которые в "Лаодикийском послании" Курицына усматривают элементы каббалы (Ф. фон Лилиенфельд), что предполагает знание древнееврейского языка. С.М.Соловьёв сказал о Фёдоре Курицыне: "Известный грамотей своего времени". "Википедия - свободная энциклопедия" охарактеризовала Курицына: "древнерусский политический деятель, писатель и поэт эпохи Ивана III, один из наиболее влиятельных сторонников московско-новгородской ереси ("жидовствующих") и противник Иосифа Волоцкого". Стало быть, образованность и просвещённость Фёдора Курицына стали той действующей причиной, что вызвала общественное движение, а вовсе не случайное появление в Новгороде "жида Схария", хотя не исключено, что еврей Схария, при условии, что он был свободен от сакрального гнёта фарисейских ортодоксов, принимал участие в просветительской деятельности, совместно с русскими деятелями (Фёдором Курицыным, его братом Волком Курицыным, князем Вассианом Патрикеевым).

М.С.Каретникова пишет: "Главой этого движения был дьяк Федор Курицын, советник и друг Ивана III, имеющий большое влияние на царя и глубоко почитающий Священное Писание. Федор Курицын проповедовал обращение от церковной традиции к первоначальному "пророчеству", или "откровению" Писаний и признание именно его основным источником религии, а также высоко поднял значение мудрости и образованности в духовной области. Он осуждал самоправедность "внешнего жительства" как фарисейство, утверждая наставление в вере через пророчество, т.е. Библию, и отрицал необходимость посредников между Богом и человеком. Федор Курицын был влиятельной фигурой при дворе Ивана III, и с этим движением нельзя было справиться, не устранив образованного дипломата, а тот твердо стоял за авторитет Библии, в делах же практических выступал против церковной иерархии, обрядовости и монашества как явлений не библейских. Таким образом, центром борьбы между реформаторами и охранителями старины стал вопрос об авторитете: что является авторитетом в вере?".

Расширенную и полную зарисовку кипучей жизни Фёдора Курицына предоставил А.А.Зимин: "Выдающимся дипломатом был брат Ивана Волка - Федор Васильевич Курицын. Все важнейшие переговоры конца 80-90-х годов XV в. проходили при его деятельном участии. В 1488 г. он изложил имперскому послу декларацию, обосновывавшую суверенные права русского государя, и участвовал в переговорах с венгерским послом. В 1490 и 1492 гг. присутствовал на приемах имперского посла фон Турна, в 1492 г. писал грамоту послу в Крыму К. Г. Заболоцкому. В 1493 г. участвовал в переговорах с послом Конрада Мазовецкого, в марте 1497 г. вел переговоры с ногайскими послами, с 1491 по 1500 г. активно участвовал в русско-литовских переговорах. В мае 1494 г. вместе с кн. В. И. Патрикеевым ездил в Литву сватать дочь Ивана III Елену. В конце 1494 г. вместе с дьяком А. Майко вел переговоры с ганзейцами, а в 1495 г. - с ливонцами в связи с закрытием Ганзейского двора в Новгороде. В конце 1495 - начале 1496 г., как и его брат Иван Волк, сопровождал Ивана III в Новгород. Возможно, с Ф. В. Курицыным следует отождествить "дьяка Федора", присутствовавшего на приеме послов кафинского султана. Ф. В. Курицын участвовал и в различных делах по внутреннему управлению. Около 1488-1490 гг. он подписал докладную правую грамоту суда Ивана Молодого, а около 1490 г. - подтверждение княжичем Василием одной грамоты Троице-Сергиеву монастырю в Переславском уезде. В ноябре 1490 г. именно он скрепил своей подписью жалованную грамоту Ивана III пермскому епископу Филофею, предусматривавшую секуляризационные мероприятия великого князя. В июле 1497 г. Ф. В. Курицын подписал меновную грамоту Ивана III и кн. Федора Волоцкого, скрепленную печатью, на которой впервые изображен новый государственный герб, а в конце XV в. - докладную грамоту дворецкого П. В. Шестунова. Л. В. Черепнин предполагал, что Ф. В. Курицын мог участвовать в составлении Судебника 1497 г. Предположение это весьма убедительно, ибо отвечает внутриполитической ситуации конца 1497 г. В 1498 г. в списке думных чинов Федор Курицын назван третьим среди дьяков. После апреля 1500 г. сведения о нем исчезают. Из обзора деятельности Ф. В. Курицына видны не только его большая роль в политической жизни страны, но и его близость к великому князю Ивану Молодому, причастность к секуляризационным планам правительства, участие в контроле над деятельностью княжича Василия, последовательная защита им курса на укрепление власти русского государя. Но все это - из-за отрывочности и скупости сведений - скорее догадки, чем обоснованные гипотезы... Ф.В. Курицыну принадлежит авторство во многом неразгаданного произведения, носящего название "Лаодикийское послание" и вызвавшего большую полемику, как в советской, так и в зарубежной литературе. Этот небольшой (девять строк) памятник состоит из набора афоризмов. Начинается он словами: "Душа самовластна, заграда ей вера". В нем есть такие изречения: "Мудрости сила - фарисейство жительство. Пророк ему наука. Наука преоблаженная". Анализируя послание, А. И. Клибанов отмечает, что его афоризмы (частью библейского происхождения) подобраны в духе реформационных идей. Идея самовластия души, своеобразно интерпретированная Курицыным, фактически означала утверждение человека как мерила духовных ценностей и противостояла схоластической трактовке Священного писания как памятника нормативного характера. Курицын рассматривает религию как порождение пророческого дара, а не как свод обрядов и мертвых догм. "Впервые, - пишет Клибанов, - свободе, как праву на принуждение, противопоставлялось право человека на свободу". С кругом идей "Лаодикийского послания" он связывает так называемое "Написание о грамоте". В нем говорится, что "грамота есть самовластие, умного вольное разумение и разлучение добродетели и злобы". Бог дал человеку "самовластна ума". Знание делает человека свободным. Автором "Написания" мог быть также Ф. Курицын. Интерес к вопросам языкознания в "Написании" гармонирует с толкованиями различных слов, помещенных в "Лаодикийском послании" после философского введения.... Выступая против всеохватывающей власти церкви, за освобождение мысли от господства богословия, московские вольнодумцы могли рассчитывать на какой-то успех, только опираясь на власть государя всей Руси. Именно поэтому они уже с 80-х годов XV в. последовательно проводят линию на укрепление идеологических основ великокняжеской власти. В 1488 г. Ф. В. Курицын от имени Ивана III зачитал имперскому послу декларацию (скорее всего им самим и составленную), где, в частности, говорилось: "Мы божию милостию государи на своей земли изначала от бога". В этих словах четко сформулирована идея полного политического суверенитета Русского государства. Та же линия на укрепление власти русского государя прослеживается и в "Изложении пасхалии", и в "Чине венчания Дмитрия-внука", и в "Сказании о князьях владимирских". Для создания этой политической теории сторонники Дмитрия-внука широко использовали тверскую традицию: ведь отец Дмитрия - Иван Молодой был фактическим наследником последнего тверского князя. Рост влияния Дмитрия-внука и его сторонников при дворе, а также позиция Ивана III и митрополита Зосимы встревожили главного гонителя ереси - Геннадия...Многообразная литературно-публицистическая деятельность кружка Геннадия отражала складывание идеологии воинствующих церковников. Она питалась не только особым положением церкви как государства в государстве, но и традициями новгородской обособленности, уходящей корнями во времена феодальной раздробленности. Ударной силой воинствующих церковников в начале 90-х годов стал игумен Волоколамского монастыря Иосиф Санин....Процесс секуляризации общественной мысли, наметившийся на рубеже XV-XVI вв., отразился и в повышенном интересе к позитивным знаниям (в том числе к языкознанию, астрономии, медицине, строительному делу). В силу недостаточно интенсивного развития социально-экономических условий явления гуманизма не были сколько-нибудь значительными. К тому же их носителями были не столько торгово-ремесленные круги города, сколько дальновидные представители государственного аппарата и дворянства. Поэтому в России дело не дошло до противопоставления суверенной личности церковному мировоззрению. Речь шла прежде всего о противопоставлении самовластия монарха всевластию церковников".

В русской истории бытует мнение о том, что глава русской просветительной школы Фёдор Курицын был сожжён вместе с другими, которые в земной истории выставлены еретиками и раскольниками, а с точки зрения небесной истории должны быть признаны просветителями и подвижниками. С сожжением Ф.Курицына Россия обзаводится своим Сократом, своим Яном Гусом, своей Жанной д'Арк, - словом тем, что опосредованно причисляет русскую философскую мысль к разряду высшего качества. Несмотря на инквизиторские меры и изуверскую жестокость дело, за которое отдали жизнь Фёдор Курицын со товарищи, не было убито, - как заявил академик С.Ф.Платонов: "Ересь была осуждена, её проповедники пострадали. Но созданное ими построение критики и скепсиса в отношении догмы и церковного строя не умерло" (1926,с.37-38). Принцип царского самодержавия окончательно утвердился на русском престоле. Это была историческая победа с земной точки зрения и необходимость в небесном понимании. Однако с течением времени всё в большей мере под воздействием воинствующего клерикализма стиралась в самом принципе моральная грань между самодержавием и самовластием. И началось это с ренегатства и двурушничества Ивана III, по поводу которого Ключевский заявил: "Преемникам Ивана III дан был пример, которому они следовали с печальным постоянством - одной рукой созидать, а другой разрушать своё создание, пока не разрушили созданного ими государства" (2000,кн.1,с.459). Это было историческое поражение в обеих классификациях - земной и небесной. Наиболее обогатилось историческим опытом каста воинствующих клерикалов. Уподобив еврейское слово ереси, православные ратоборцы сумели внедрить в русское общество нелюбовь к евреям на бытовом уровне, а, являясь злейшим врагом всякого инакомыслия, они отождествляли любое инакомыслие с проявлением еврейского воззрения и антисемитизм превратился в универсальное орудие борьбы с инакомыслящими. Самое важное здесь заключено в том, что антисемитизм стал частью общественного мнения ещё до массового появления евреев в России.

Основной мишенью воинствующего клерикализма времён Геннадия Новгородского и Иосифа Волоцкого, таким образом, являются не евреи, которых в то время в России не было, а новаторская сущность самодержавного царского правления, все модификации которого объявлялись ересью жидовствующих. Пока великий реформатор царь Пётр "в 25 день Генваря 1721 года" не лишил русское православие самостоятельного существования, взяв его под самодержавную опеку. Это была одна из величайших реформ и впервые в Европе церковь была отлучена от государства. Величие этой реформы заключалось в том, что церковь отстранялась от чуждых ей по духу политических интересов и направлялась в свойственное ей духовное русло, где православие обладало колоссальной духовной мощью. Русское православие или греко-русская церковь содержала в своей потенциальности неисчислимое количество первоклассной внутренней энергии, обнародованной многими славными именами, и самой малой доли мудрости, присущей этим умам, было бы достаточно, чтобы признать антисемитизм ничтожным и недостойным умственным занятием. Многие великие иерархи так и поступали (пример: патриарх Всея Руси Алексий II), но жажда политической власти, внедрённой иерархами Геннадием и Иосифом в русскую церковь, была столь необорима, что в борьбе с инакомыслием антисемитизм, как ярость к ереси жидовствующих, был даже не стратегическим направлением, а тактическим приёмом, какой извлекался каждый раз, как ощущалось действие новаций инакомыслия. После указа Петра русская православная церковь, по существу, превратилась в государственное ведомство. Однако исступление рьяных ратоборцев не прекратилось, и его рецидивы наблюдаются и в наше время, где первенствует митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн, великая учёность которого не может совладеть с куцей и битой молью позицией ереси жидовствующих, которую он исправно поставляет на страницы журнала "Советская Россия".

Итак, человек, на котором лежит ответственность за "еврейский вопрос" - почему для решения русской духовной проблемы потребовалась такая большая доля еврейской мудрости? - называется Фёдором Курицыным, генеральным конструктором просветительской деятельности на стадии формирования автономного Московского государства. В свете небесноисторического понимания всего этого исторического процесса данный вопрос несколько видоизменяется в стилистическом плане. Отпала необходимость в определении "большой доли" еврейской мудрости в русском становлении, - сколько бы не было мудрости, её всегда не будет хватать, а потребная доля мудрости просто неопределима, - достаточно того, что она есть. Поставленная для решения теорема звучит следующим образом: мысль об использовании еврейского духовного ресурса в процессе становления русской духовности принадлежит единолично авторству Фёдора Курицына либо же эту идею он почерпнул извне, со стороны? Здесь открывается в известной мере парадоксальный аспект: оказалось, что своеобразная познавательно-духовная связь русского и еврейского духопорядков органически входит в русскую традицию, которая всецело исходит из русского фольклора.

3. РУССКИЙ ФОЛЬКЛОР

Мысль о плодотворном влиянии еврейского духовного материала на русскую внутреннюю катавасию Фёдор Курицын извлёк, таким образом, из самой гущи русского духа - народного фольклора. В этом Курицын явил своё философское дарование даже с большим гениальным размахом, если бы он эту связь придумал. Курицын отчётливо ощущал свою целевую философскую установку: создать идеальное обоснование великорусской народности как духовности единоличного самодержавного царя. А это означало, что необходимо из русского духа создать такое коллективное (духовность), которое закономерно сочеталось бы с материальным коллективным - народом. В русском фольклоре Курицын увидел эту чудодейственную форму сочетания русского духа с таинственным foetore Judaico (иудейский дух), что и сподвигло его на такую просветительскую деятельность, где эпицентр был сосредоточен на еврейской духовной мудрости. Конечно, подобные рассуждения в летописной документалистике о Фёдоре Курицыне отсутствуют, но глубокие последующие специальные исследования в русской фольклористике дают достаточные основания предполагать у первого русского философа существование такой гениальной интуиции.

Итак, ересь жидовствующих в её небесноисторической ипостаси есть последовательное закономерное созревание подсознательного русского состояния. Это состояние состоит из двух видов: индивидуального - самобытной философской мысли сугубо русского порядка, и коллективного - как внешней формы этого индивидуального, как царской самодержавной власти. Особенностью этого процесса является то, что царская власть в таком виде есть уникальное единоличное достояние только русского люда - русская духовность, данной в государстве-духовности. Аномальной своеобразной чертой этой особенности выступает необъяснимо большая примесь еврейского вещества. Ранее, в трактате "Слёзы мира и еврейская духовность" я предположил на основе этой аномалии, что происхождение русского еврейства связано с ересью жидовствующих. Но предположение оказалось неверным, хотя бы потому, что в России того времени не было поселения евреев. Но зато выявилось нечто просто фантастическое: виртуальная связь духов, разобщённых между собой во времени и пространстве - связь еврейского и русского духов, констатированная в русском фольклоре.

В обширном своде древнерусских летописей, повестей, мифов, легенд присутствие элементов еврейской текстологии не только распространено, но укоренено с претензией быть органической частью. Так, в важнейшем памятнике русской старины XII века "Слове о полку Игореве", свои славословия автор передаёт через псалмы царя Давида. Но особо знаменательная картина открывается в "Повести временных лет" (XII век), о которой академик Д.С.Лихачёв сказал: "Можно смело утверждать, что никогда ни прежде, ни позднее до XVI в. русская историческая мысль не поднималась на такую высоту учёной пытливости и литературного умения" (1947,с.169). Профессор О.В.Творогов написал: "Для памятников средневековой историографии, посвященных проблемам всеобщей истории, то есть для хроник, было характерно начинать изложение "с самого начала", с сотворения мира, а генеалогические линии правящих династий возводить к мифическим героям или даже богам. "Повесть временных лет" не осталась в стороне от этой тенденции, - Нестор начинает свое повествование также с некоего исходного момента. Согласно библейской легенде, бог, разгневавшись на людской род, погрязший во всевозможных грехах, решил уничтожить его, наслав на землю всемирный потоп. Все "допотопное" человечество погибло, и лишь Ною, его жене, трем сыновьям и невесткам удалось спастись. От сыновей Ноя - Сима, Хама и Иафета - и произошли люди, населяющие ныне землю. Так говорилось в Библии. Нестор и начинает поэтому "Повесть временных лет" с рассказа о разделении земли между сыновьями Ноя, подробно вслед за византийскими хрониками перечисляя земли, доставшиеся каждому из них. В этих хрониках Русь, разумеется, не упоминалась, и летописец искусно вводит славянские народы в контекст мировой истории: в названном перечне после упоминания Илюрика (Иллирии - восточного побережья Адриатического моря или народа, там обитавшего) он добавляет слово "славяне". Затем, в описании земель, доставшихся потомкам Иафета, в летописи появляются упоминания русских рек - Днепра, Десны, Припяти, Двины, Волхова, Волги. В "части" Иафета, сообщает летописец, и живут "русь, чюдь и вси языци: меря, мурома, весь..." И далее следует перечень племен, населяющих Восточно-Европейскую равнину". Отсюда следует, что в основу сведений, "откуду есть пошла Русская земля", положена еврейская (ветхозаветная) схема сотворения мира, что никак не может классифицироваться, как ересь жидовствующих.

Дж.Д.Клиер считает, что "...следует отметить, что в нескольких народных повествованиях выражено уважительное отношение к евреям. Среди персонажей былин, русского героического эпоса, присутствует "Жидовин", то есть "Еврей" - свирепый воин, сражавшийся с рыцарственными русскими защитниками христианской веры. В жизни же обыкновенный еврей был, конечно, не былинным героем, а чаще всего просто торговцем, и, вероятно, именно в таком качестве и воспринимался в народе". В сноске автор указывает: "В статье: Халанский М. Былина о Жидовине // Русский филологический вестник. 1890. Вып.XXIII. С.1-23 утверждается, что предание о еврейском богатыре основано на неправильно воспринятом образе "Великана" (Джид) из сербского народного предания. Но каково бы ни было происхождение образа, в былине еврей изображен совсем не так, как обычно было принято в западноевропейской традиции".

Ещё более впечатляющая панорама раскрывается в теории русской фольклористики, где А.Н.Веселовский своей диссертацией по истории литературного общения Востока и Запада (1872 год) совершил переворот. Веселовский утверждает: "Можно сказать, что если в дохристианское время влияние Запада на Восток было преобладающим, то в христианскую пору обратное течение вообще было сильнее. Факт влияния восточных представлений на европейскую мысль является, таким образом, общепризнанным" и продолжает, что "...в Европу они (представления - Г.Г.) проникли уже с именем Соломона, что указывает на посредство среды, оставившей на них это библейское имя...На этой первой ступени стоит талмудическая сага о Соломоне, перешедшая впоследствии и к мусульманам..."(2001,с.с.19,21). Таким образом, в русской школе научной филологии, возглавляемой академиками А.Н.Веселовским и Н.С.Тихонравовым, предписывается знаковое еврейское влияние, выходящее далеко за пределы тривиального общения, как некое обязательное условие в культурном развитии. Таково достижение русской научной фольклористики, которое, в корне противореча инквизиторскому запалу воинствующих церковников, как и раз и служит духовным основанием интуиции Фёдора Курицына.

Как считает Н.С.Тихонравов, фольклорное собрание текстов под названием "Голубиная Книга" возникло из ереси жидовствующих, тобто в сфере компетенции Фёдора Курицына, и в этих сказаниях русский летописец, взывает к еврейскому царю Давиду, называя его на русский манер по имени и отчеству. Самое существенное, что это обращение исходит из русской стороны и, по своей содержательной сути являясь дружеской просьбой, жаждет ответов на животрепещущие вопросы житейского бытия, почитая царя источником мудрости, а потому не содержит даже намёков на еврейскую экспансию. Примером может служить следующий фрагмент Голубиной Книги:

"Премудрый царь, Давид Иессеевич!

Скажи ты нам, проповедай:

Который царь над царями царь?

Который город городам отец?

Коя церковь всем церквам мати?

Коя река всем рекам мати:

Коя гора всем горам мати?

Кое древо всем древам мати?"

(цитируется по А.Н.Веселовскому, 2001,с.206)

Важно, что это происходит в России в то время, когда Европа содрогалась в спазмах антисемитизма "эпохи всеобщей ненависти" (К.Каутский).

В учении Веселовского необходимо отметить то обстоятельство, что народное фольклорное произведение формируется из вливания текстов, отвергнутых церковью и изъятых ею из канонических евангелий, так называемых "отречённых" текстов, - стало быть, в соответствии с ортодоксальной логикой русского клерикализма, действительной ересью должны быть не упражнения жидовствующих, а народная фольклорная словесность. Веселовский постигает: "С X в. или, вернее, с XI мы наблюдаем новое явление: апокрифическая повесть переходит в народ и народнеет: она даёт содержание повестям, романам и фабльо (короткий стихотворный текст - Г.Г.) и доходит до анекдота и прибаутки. Так было на Западе; но и в восточной группе происходит подобное брожение, хотя мы и не знаем, когда оно началось: отречённая статья разбилась на книжную повесть, русскую былину, на сербские и русские сказки" (2001,с.21-22). В русских былинах и сказках еврейское присутствие получает некое новое качество: не только текстологическую, но и психологическую определённость. В аспекте ведущейся беседы о русском еврействе данная тема аналитически актуальна не с общетеоретической стороны "поэтики сюжетов" Веселовского, а в сугубо специфическом плане: участии и влиянии еврейского библейского материала на эпическую конструкцию русского народного фольклора, - и не только фактического участия и влияния, но и удельного веса в опорных константах духовного мировоззрения русской духовности. Другими словами, речь идёт об объективном присутствии там, где, по словам А.Н.Веселовского, "...усваивается лишь то, к чему есть посылка в сознании, во внутренних требованиях духа" (2001,с.722)

Наиболее показательна и информативна в этом отношении группа сказок "О славном, могучем богатыре Еруслане Лазаревиче". Артикуляционный строй имени "Еруслан", несомненно, производное от корня "Иерусалим", говорит само за себя и прямо указывает на еврейскую природу, а в сказке Еруслан извещает, что он "родом из королевства Картаусова". По сюжету сказки Еруслан Лазаревич встретил в своих странствиях русского богатыря Ивана. Говорит Еруслан Лазаревич: "О тебе, Иван, русский богатырь, слышал много, и захотелось с той свидеться. Гнал по твоему следу много дней, видел побитые тобой рати Феодула Змеулановича. Мнил я себя самым сильным богатырём, а теперь и без поединка вижу - ты сильнее меня. Будь мне названным старшим братом". Этот мотив братства и есть новый важный в психологическом отношении момент еврейского присутствия в русской среде, чреватый духовными последствиями.

Сказки о Еруслане Лазаревиче знаменательны с неожиданной, но вполне закономерной стороны. Важные узловые моменты в сюжетном построении этих сказок, - эпизод с Головой, речи о мече-кладенце и живой воде, образ злодейского царя Огненный щит и Пламенное копие (прообраз злого карлы Черномора), - в точности соответствуют таковым в поэме А.С.Пушкина "Руслан и Людмила". Следовательно, самое трепетное произведение русской изящной словесности - поэма "Руслан и Людмила" и одноименная опера М.И.Глинки, положенная в основу русской классической музыки, есть не что иное, как опоэтизированный и озвученный пересказ сказаний о еврейском богатыре Еруслане Лазаревиче. Этот факт сам по себе многого стоит, ибо даёт повод подозревать, что в русской духовности, созданной А.С.Пушкиным и М.И.Глинкой, наличествует доля еврейского участия.

Помимо Еруслана Лазаревича другая еврейская фигура привлекла внимание русских сказителей:

"Ещё что же то за богатырь ехал?

Из этой земли из Жидовския

Проехал Жидовин - могуч богатырь..."

Между русскими и еврейскими богатырями проходили постоянно тяжёлые поединки, но не по причине вражды, а в силу богатырских забав, как в случае с Жидовиным-богатырём. Сказитель повествует, что когда появился Жидовин,

"Сыра мать земля всколебалася,

Из озёр вода выливалася,

Под Добрыней конь на колени пал"

Добрыня Никитич не стал бороться с Жидовиным, а на битву выехал сам Илья Муромец. Долго шла сеча и закончилась победой русского богатыря. После битвы Илья Муромец сказал: "Ездил в поле тридцать лет, этакого чуда не наезживал". Это была наивысшая похвала в устах легендарного русского ратоборца.

Таким образом, еврейские фигуры были приняты в многочисленное семейство русских былинных богатырей и они входили в число главных действующих лиц русского фольклорного творчества - "богатырей", "добрых молодцов", "витязей", "ратоборцев". Но их нет среди компании персонажей, постоянно исполняющих в русских сказках и былинах роль злодеев и разбойников: Тугарин Змей, Змей Горыныч, Феодул Змеуланович, Соловей-разбойник, Кащей Бессмертный, Баба-Яга, которым чаще всего приписывались черты, присущие степнякам, татарам, крымчакам.

Изложенного выборочного обзора необъятного моря русского народного творчества оказалось достаточно, чтобы прийти к важнейшему выводу о благожелательном и конструктивном отношении русского люда к еврейскому компоненту, в противовес прямо противоположному в российской церковной среде. Речь идёт не о буквальном отношении к евреям, как национальной данности, ибо такой данности в массовом виде в России средних веков не было (отдельные и аномальные случаи проникновения евреев в русские круги в счёт не идут), а к характеру восприятия еврейского духовного достояния, причём восприятия в режиме Фёдора Курицына, но вовсе не в стиле архиепископа Геннадия. Такое положение, - наличие духовного фактора в отсутствие материального источника, - является непреодолимым камнем преткновения для советской медиевистской доктрины, а потому, в одном случае, "жидовский" элемент в русском потрясении полностью исключается, исчезает "ересь жидовствующих" и появляется "московско-новгородская" крамола, а, в другом случае, примысливается реальный носитель еврейского начала (хазары, караимы), действующий со стороны. Оба случаи ложны: первый по причине того, что присутствие еврейского духовного ощущения в русской среде суть факт исторический, а второй в силу того, что мысль об этноконфессиональных общностях попросту не нужна, ибо духовная интеллигенция еврейского элемента действенна и без каких-либо носителей, а нужны книги.

Итак, небесноисторическая рефлексия эпохи "ереси жидовствующих" добавила новые штрихи в представление об истории русского еврейства. Внезапное массовое появление евреев на территории Российской империи при Екатерине II обернулось тем, что эта внешняя историческая случайность превратилась для еврейской массы в стимул его развития. Чувствуя родственную почву в русском народном творчестве, еврейская сообщность начала бурно развиваться, и уже через 60 лет после присоединения сокрушила главный внутренний тормоз - кагальное устройство, то бишь тысячелетнюю систему ритуально-раввиновского засилья. В итоге было явлено принципиально новое, в объёме всего еврейского мира, явление - формация русского еврейства. Получив в лице реформ Александра II позыв к действию, русское еврейство молниеносно превратилось в самого деятельного члена российского конгломерата народностей, опережая своей активностью не только все остальные этнические составляющие империи, но и саму титульную нацию - бывшую великорусскую народность. Главное достижение русского еврейства сосредоточено в культурном секторе: оно обеспечило духовной силой развитие трёх культур - на языке идиш, на языке иврит и на русском языке, - аналогов этому феномену мировая культурология не знает.

Такая беспрецедентная активность русского еврейства, будучи плодотворной для всего государства Российского в исторической плоскости, оказалась губительной для самого русского еврейства в общественном плане. Реформы Александра II в корне изменили жизнь русского общества на всех уровнях и во всех аспектах, - в таком виде явилось, по своей сути, единое колоссальное новаторство или инакомыслие, состоящее из множества новаций. Такая ситуация не могла не привести в действие силу, которая специализировалась на противоборстве с инакомыслием и новаторством (ересью), того отдалённого эквивалента западноевропейской инквизиции, которое успешно проявило себя при подавлении ереси жидовствующих в конце XV - начале XVI столетий. Ядро этой силы, как уже говорилось, составляет секта воинствующих православных клерикалов, а поскольку её внутренняя сущность имеет чисто идеологическую природу, данную в политическом оформлении, то к подлинно духовным потенциям русского православия отношения не имеет. Русское еврейство было едва ли не самой ударной силой этого инакомыслия, и оно более всего отражала новаторскую сущность реформ Александра II, то, следовательно, русское еврейство и стало ответственным за данное Великое Русское Инакомыслие. Таков ответ на основной вопрос небесноисторического подхода, требующего раскрытия условий, при которых евреи сделались врагами правительства. При подходящем поводе на свет была извлечена "палочка-выручалочка" - антисемитизм: ещё не смолкло эхо от бомбы Гриневицкого, брошенной в царя-освободителя, а по стране уже катилась волна еврейских погромов.

Подобно Ивану III, капитулировавшему под напором воинствующих церковников в эпопею ереси жидовствующих, император Александр III, сменивший на троне убитого Александра II, также под давлением перешёл в антисемитский лагерь, так и не поняв исторического величия радикализма своего отца, и не осознав, что этим самым он фактически становится разрушителем его творения. В своём завещании Александр III написал: "Самодержавие создавало историческую индивидуальность России. Рухнет самодержавие, не дай бог, тогда с ним рухнет и Россия". Царь был прав, но до его понимания не доходило, что первый шаг к гибели самодержавия был сделан им, когда он придал антисемитизму статус государственной политики, когда в своём государстве им был узаконен слой ущемляемых граждан, признаваемых врагами правительства. Великая триада - самодержавие, православие, народность - благодаря которой царское правление успешно функционировало несколько столетий, порой достигая блеска драматического акта, распалась: слагаемые элементы в отношении между собой перешли из положения со-членения в состояние противо-членения. Россия вступила в эпоху чудовищного хаоса, имя которого русская революция. Была сделана только одна героическая попытка вырваться из рокового предопределения - реформы Петра Столыпина, но она закончилась печально, да и иначе не могло быть, учитывая общую предрасположенность к апокалипсису. Русское еврейство, естественно, оказалось в водовороте событий, как всегда, в числе деятельных участников.

4.ЕВРЕИ В РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

В исторической науке найдётся не много тем, снабжённых разнообразнейшим фактическим материалом в такой степени, как в проблеме "Евреи в русской революции". Однако какое-либо решение проблемы отсутствует, и причину этого следует видеть в методологической плоскости: проблема рассматривается исключительно в проекции земной истории, тобто со стороны материалистического (фактологического) понимания истории. Но как раз с этой стороны такой проблемы не существует, и она оказывается попросту надуманной, как надуманы были бы проблемы "Киргизы в русской революции" или "Камчадалы в русской революции". А все те особенности участия евреев в русской революции, что оправдывают существование данной проблемы, принадлежат небесноисторическому рангу, но представлены в показаниях земной истории; потому-то проблема кажется запутанной и нерешаемой.

Земная история русского еврейства в этой проблеме начинается с понимания того, что евреи стали врагом царского правительства. Хотя для прежних правлений евреи не были друзьями, но существовала ось евреи-правительство, предусматривающая взаимное общение, а правительство Александра III стало на путь политики одностороннего верховного администрирования, которая, если верить А.И.Солженицыну, фиксируется точной датой (1887 год). Небесная история начинается также с этой даты, но взятой в совершенно иной модуляции. В ответ на вызов правительства евреи отреагировали совершенно нежданным образом: они объявили правительство своим врагом. Итак, в той мере, в какой каждый еврей является врагом царского правительства, царское правительство являлось врагом каждого еврея, - из этой сентенции исходит методология небесной истории. На территории России, поражённой антисемитской политикой, не было еврея, который не испытывал бы в душе неприязненных чувств по отношению к царскому престолу, чтобы он не говорил вслух и чтобы он не делал в действительности. Этим чувством определяется новая веха в биографии русского еврейства.

Мысль о том, что небесную историю русского еврейства погромного периода, начавшегося с правления Александра III, определяет воинственный характер евреев, кажется не столько парадоксальной, сколько абсурдной (нелепой). На этом сказывается эффект новизны, а впечатление нелепости должна развеять страстная и мужественная речь на суде аса политического терроризма Григория Гершуни: "Критерием наших действий является одно и только одно - запомните это - благо и интересы трудового народа, в том, конечно, виде, как мы то понимаем, т. е. благо и интересы революции. Критерий действий правительства - прямо противоположный: все хорошо, что плохо для революции. Мы и вы - два непримиримых лагеря. Общих интересов у нас нет и быть не может. Интересы наши враждебны и прямо противоположны друг другу. Стало быть то, что хорошо, полезно, выгодно для вас - дурно, вредно и невыгодно для нас. Вам почему-то нужно мое заявление о принадлежности к Боевой Организации - этого одного для революционера достаточно, чтобы таким заявлением не торопиться. Жизнь из рук Плеве, да и вообще из каких бы то ни было "вражьих" рук, мы не принимаем. Есть еще одно обстоятельство. Я еврей. Вы ведь, а равно и те, которые достаточно глупы, чтобы вам верить, твердят, что евреи стараются уходить от опасности, что вследствие трусости избегают виселицы. Хорошо! Вам будет дано увидеть пример "еврейской трусости"! Вы говорите, что евреи умеют только бунтовать? Вы увидите, умеют ли они умирать. Скажите вашему Плеве: торговаться, сговариваться нам не о чем. Пусть он делает свое дело: я свое сделал!"(1908).

Итак, переход русского еврейства в воинствующее состояние, являющееся ответной мерой, не должен вызывать недоверия с фактической стороны, и в небесноисторическом анализе исполняет роль отправного пункта. Сопротивление русских евреев антисемитскому режиму проявилось в двух формах - активной и пассивной, но это разделение весьма условное, и принято больше для аналитического удобства, а потому в еврейской среде это тривиальное разделение приобрело свои отличительные особенности. С появлением в России антисемитских тенденций в русском еврействе возникла мысль о сионизме, - причём совершенно самостоятельно и ранее, чем в Западной Европе. В основе любой формы сионизма лежит идея о трансфере в Палестину, на историческую родину евреев, а в объёме русского еврейства эта идея явилась отражением пассивной формы борьбы евреев с царским режимом, о чём будет сказано в последующем. Таким образом, активная форма еврейского сопротивления связана с участием в революции внутри России, а пассивная - с исходом из России на свою историческую родину. Итак, обобщая этот важнейший момент в биографии русского еврейства, требуется высказать, что на антисемитский вызов правительства евреи России ответили одной непримиримой отповедью, но в двух видах: один - выход в революцию, другой - исход из России

Ранее уже цитировалось обстоятельнейшее исследование Д.Н.Шуба, показавшего с фактической стороны, что до 1887 года евреи не принимали активного участия в русском революционном движении. Но небесноисторический аспект требует расширения фактологической базы за счёт историко-духовной определённости в контексте общей истории русской революции. Последнее не колеблется видеть зачатки русской революции в воззваниях В.Г.Белинского, - Н.А.Бердяев определил: "Белинский предшественник большевистской морали" (1990,с.34). Белинский стоял у истоков течения так называемых разночинцев, которое плавно влилось в движение народников, какое, не совсем плавно, но последовательно, сменилось большевизмом (Сноска. Очень образную оценку разночинцев дал Г.Г.Шпет: "Кто они были по своему происхождению, выдал Н. К.Михайловский: <Немножко дворянства, немножко поповства, немножко вольнодумства, немножко холопства>. Характеристика их образования еще короче: немножко семинарии, немножко <самообразования" Полузнанием кичились, невежество плохо умели скрыть. Базаровы кружили головы не только тургеневским провинциальным мечтательницам. Нигилизм возводился в моральное достоинство. <Хорошие> люди хотели командовать умными") Идеи, идеалы и идеология русской революции вынашивались в начальные отрезки этой линии Белинским, Бакуниным, Чернышевским, Добролюбовым, Нечаевым, Лавровым, Писаревым. Русское еврейство ни с какой стороны и близко не подходило к этому своеобразному "штабу русской революции", ибо принадлежало течению, расположенному в совсем другом, духовном русле, а во время функционирования данного "штаба русской революции", исполняло специфически свои, далёкие от революционных, цели и задачи. Здесь сам по себе напрашивается очень важный вывод: русское еврейство не имеет ни духовных, ни генетических связей с набирающей обороты русской революционной машиной.

Так происходило до некоторого переломного момента, а таковым стала резкая смена курса царского правительства и утверждение антисемитского направления, когда внезапно были трансформированы все действующие параметры явления. Не прошло и двадцати лет после 1887 года (дата Солженицына), а евреи стали ударной силой русской революции (А.И.Солженицын констатирует: "В 1903 Витте во встрече с Герцлем указал, что, составляя менее 5% населения России, 6 миллионов из 136, евреи рекрутируют из себя 50% революционеров" (2001,кн.1,с.237). Тот же довод использовали при своих статистических обзорах Гершон Свет (2002) и Олег Будницкий (1996). Первоисточником же этого, столь популярного аргумента, являются дневниковые записи Т.Герцля о поездке в Россию). Таким способом евреи объявили войну царскому правительству, а через тридцать лет в России не стало ни самодержавия, ни царского трона. Евреи, вступив на путь открытой борьбы с царизмом, приняли активнейшее участие в его сокрушении. Но, будучи активным участником, евреи оставались лишь исполнителями революционной воли, продуцированной иными силами. Таково небесноисторическое объяснение роли евреев в русской революции. Но методология земной истории, выставляя этот факт небесной истории в своих показаниях, предлагает иное толкование: евреи являются творцами русской революции, устроившие смуту с целью отмстить царскому правительству за антисемитскую политику. При этом обязательно подчёркивается, что евреев не интересовали ни русский народ, ни русская земля, ни русское благо. Во всей многообразной проблеме, носящей условное название "еврейский вопрос", нет большего заблуждения.

И тем не менее, такой крупный исследователь русского еврейства, как А.И.Солженицын, считает возможным в своей точке зрения на этот предмет использовать мотив "еврейского мщения", и изложил он своё мнение достаточно своеобразно. Вначале Солженицын указывает: "Конечно, правильным было опровержение Пасманика: "Для злобных или тупоумных людей всё объясняется очень просто: еврейский кагал решил завладеть Россией, или мстительное еврейство расправляется с Россией за прошлые преследования, которым оно подверглось в этой стране". А через шесть строчек на этой же странице излагает своё видение, по смыслу опровергающее "опровержение Пасманика": "Не будем гадать, в какой степени евреи-коммунисты могли сознательно мстить России, уничтожать, дробить именно всё русское; но отрицать вовсе такое чувство - это отрицать какую-либо связь еврейского неравноправия при царе с участием евреев в большевизме, - связь, постоянно выдвигаемую" (2002,кн.2,с.98).

В советской историографии революция возносилась как прогрессивное общественное явление, локомотив истории, и о связи евреев с русской революцией не говорилось, во всяком случае, эта связь не числилась в разряде основополагающих, но когда революция, особенно русская, стала считаться разрушительным, резко негативным актом, вопросу о связи евреев с русской революцией придаётся некое актуальное звучание, и видение Солженицына заняло место ведущего мнения. Для получения необходимых исторических уроков требуется знать причины и источники того зла, каким оказалась русская революция в русской истории, - такова логика материалистического понимания истории (рафинированной формы земной истории). В силу этой логики нельзя допустить, чтобы русский народ, "народ-богоносец", был ответственен за такое вселенское зло, каким явилась русская революция. Нужны были евреи! Стало быть, понимание проблемы в режиме земной истории неизбежно приводит, в конечном счёте, к ситуации, чреватой антисемитизмом.

Таким образом, вопрос, трактующий о связи евреев с русской революцией, становится основным в биографии русского еврейства, определяющим этап, наступивший после объявления евреями войны правительству. Как всякий основной вопрос, эта связь выходит за границы рядовой аналитической задачи, и может быть решена только всеобщими средствами. Со стороны эстетической всеобщности решение представил Максим Горький: "...Антисемитизм жив и понемножку, осторожно снова поднимает свою гнусную голову, шипит, клевещет, брызжет ядовитой слюной ненависти. В чем дело? А в том, видите ли, что среди анархически настроенных большевиков оказалось два еврея. Кажется, даже три. Некоторые насчитывают семерых и убеждены, что эти семеро Самсонов разрушат вдребезги 170-миллионную храмину России. Это было бы очень смешно и глупо, если б не было подло... Есть... тысячи доказательств в пользу того, что уравнение "еврей=большевик" - глупое уравнение, вызываемое зоологическими инстинктами раздраженных россиян. Я, разумеется, не стану приводить эти доказательства - честным людям они не нужны, для бесчестных - не убедительны. Идиотизм - болезнь, которую нельзя излечить внушением. Для больного этой неизлечимой болезнью ясно: так как среди евреев оказалось семь с половиной большевиков, значит - во всем виноват еврейский народ... А посему честный и здоровый русский человек снова начинает чувствовать тревогу и мучительный стыд за Русь, за русского головотяпа, который в трудный день жизни непременно ищет врага своего где-то вне себя, а не в бездне своей глупости". А от имени философии предписание высказал известный философ Лев Карсавин: "...необходимо покончить с глупою сказкою (если с новым "кровавым наветом" - всё меняет свои формы, даже клевета), будто евреи выдумали и осуществили русскую революцию. Надо быть очень необразованным исторически человеком и слишком презирать русский народ, чтобы думать, будто евреи могли разрушить русское государство, - историософия, достойная атамана Краснова и, кажется, позаимствованная им у Дюма-отца, который тоже обвинял в устройстве французской революции графа Калиостро!" (1928,с.415). И, наконец, от лица русского еврейства его собственное понимание данного вопроса высказал всезнающий Д.Н.Шуб в изречении, ссылка на которое уже производилось на предыдущих страницах..

Итак, евреи в русской революции, являясь передовым отрядом, не обладали первично-инициативными критериями, а исправно, часто самоотверженно, исполняли и воплощали идеи, идеалы и идеологию, которые русские вожди и трибуны выработали в историческом гнезде, названным штабом русской революции, и с которым у русского еврейства не было духовной связи. Но, как не кажется прозрачным данный вывод, осмысление его полной глубины стало под силу наиболее проницательным аналитикам. Ибо на этом уровне расположено духовное содержание небесной истории русского еврейства периода борьбы с антисемитским царским правительством, или воинствующего периода русских евреев. Русское еврейство ни при каких обстоятельствах не может утратить главный динамический принцип своей культуроносной миссии: приоритет духовного начала над материальным. И Максим Винавер, которого современники называли "одной из центральных фигур в русском еврействе", самопроизвольно высказал логику данного небесноисторического (духовного) содержания: "Сколько еврейских юношей, только что оторвавшихся от Библии и Талмуда, шли на борьбу и гибли за этот, казалось бы, чужой им крестьянский народ, о котором они знали только, что он трудится и страдает. Они проникались верою в душу этого народа только потому, что они были приготовлены к вере в правду и добро, в конечное торжество справедливости. К этому их готовило общение с пророками, с великими заветами всей еврейской культуры. Семя, брошенное русскими подвижниками, боровшимися во имя правды-истины и правды-справедливости, пало на благодарную почву, и непрерывною цепью, в течение десятков лет, тянулись еврейские юноши в ряды тех партий, которые строили благо народа на вере в имманентное, присущее мистическому целому - человечеству или народу - стремление к добру. Кое-кто готов был потом - в годы погромов - кидать в этих мечтателей камень, за то, что они шли стеречь "чужие виноградники". Обвинение дикое. Бороться за правду, значит, исполнять заповедь еврейских пророков, значит стеречь свои, а не чужие виноградники. Да и нет в этом аспекте разницы между охраною своего и чужого виноградника".

Русское еврейство сражалось против царского режима не в одиночку, а в союзе с другими слоями русского общества, которые были принижены никак не меньше, чем евреи. Нивелируя новаторские порывы реформ Александра II, антисемитское царское правительство, прежде всего, топило чаяния своего коренного населения, и в том отпоре, какое оно получало при этом, евреи не составляли отдельного национального тела, а являлись частью общего целого. Этот факт не заслужил аналитического внимания ни с русской, ни с еврейской сторон, хотя его эмпирическая данность фиксировалась с самого начала. Один из замечательных представителей русского еврейства Оскар Грузенберг писал: "...я видел в каждом, кто боролся с самодержавным произволом и его жестокостью, своего союзника, брата, перед которым я в долгу, которому я обязан прийти на помощь в дни его испытаний" (1938). Генеральная установка антисемитского направления была сориентирована на нарушение и недопущения как раз этого братства посредством сознательного возбуждения антиеврейской злобы у всех тёмных народных и общественных сил под общий клич "Бей жидов, спасай Россию!". Глубинный смысл этого расхожего лозунга в том, что Россия должна быть спасена от инакомыслия, от кого бы оно ни исходило.

В таком контексте рельефно проступает качественное отличие русского антисемитизма от западноевропейского, хотя семена антисемитизма на русское поле были занесены с Запада. В Европе евреи всегда были жертвой антисемитского буйства, ибо, будучи "чужаками" во всех аспектах европейской жизни и ввиду изоляции своего обитания, они были чётко обозначенной мишенью. Электронная еврейская энциклопедия указывает, что "Антисемитизм - идеология и политическое движение, направленное на борьбу с еврейством... Антисемитизм, в сущности, - это форма враждебного отношения к еврейскому народу на определённом историческом этапе", а Кембриджский учёный словарь определяет антисемитизм как "сильную ненависть или жестокое и несправедливое обращение с еврейским народом". В России евреи не являлись "чужаками" в такой степени и с момента своего зарождения (эпоха ереси жидовствующих") русский антисемитизм приобрёл политический оттенок и был средством противоборства с инакомыслием; поскольку в русском инакомыслии значительная удельная доля принадлежит еврейскому ресурсу, то и борьба с инакомыслием становится, по сути, антисемитской. Это значит, что русский антисемитизм не ограничивается погромной формой, и в русском обществе отсутствует чёткая мишень для антисемитизма, ибо в круг антисемитского водоворота неизбежно втягиваются нееврейские элементы. Таким образом, антисемитизм, данный в показаниях, характерных для условий русской истории, представляется сложным гражданско-общественным явлением, а вовсе не лишь акцией разнузданной, избавленной от ответственности profanum vulgus (непросвещённая чернь).

Строго говоря, политика в государстве не может быть антисемитской, ибо это должно означать, что деятельность правительства в государстве определяется одним национальным меньшинством, что является социологическим non sens (нелепость); так, антисемитская направленность государственной политики официально была признана только в двух странах: в царской России, где евреи составляли чуть более 4%, и в нацистской Германии, где евреев было менее 1%. Это означает, что антисемитизм в этих странах касался не только еврейского населения, но и других атрибутов государства (Что может говорить о том, что антисемитизм в государственном правлении есть гарантия близкого краха такого государства). Интеллектуальная европейская элита оставалась в неведении относительно истинной природы современного антисемитизма, и, будучи равнодушной к судьбе евреев в своих странах, не обратила внимание на теорию германского расизма, откуда развился самый дикий в истории антисемитизм, что в итоге повергло мыслящую ложу Европы в состояние глубокого шока.

Не удивительно, что разъяснения по этому поводу пришли с русской стороны: великий русский философ отец С.Н.Булгаков, в последние годы своей жизни находясь в Европе и будучи очевидцем событий, выступил с изящной теорией европейского антисемитизма, которая могла бы послужить предостережением, но она не была признана в его время, и осталась непонятной по сей день. Отправной пункт постижения отца Сергия Булгакова исключительно оригинален. И он гласит: "Душа расизма, по крайней мере, в её отрицательном, полемическом самоопределении, есть только скрытая, отчасти же бессознательная зависть и ненависть к еврейству и соперничество с ним, отсюда проистекающая. И это-то соперничество есть в нём самое значительное и характерное, в этом смысле можно даже сказать, самое онтологическое и интересное". А "самое интересное" в постижениях отца Сергия для ведущейся беседы состоит в том, что в качестве теоретического вывода выпало не только новое понимание антисемитизма, но и в определённом смысле своя философия антисемитизма европейского типа, взращённая из расового мировоззрения. Отец Сергий излагает: ""Мы видели уже, какое место в духовном оборудовании расизма занимает вражда к иудаизму, страсть антисемитизма, переходящая в некое бешенство, давно невиданное в мире, если даже и вообще когда-либо существовавшее в такой мере. Ее мы наблюдаем на первых шагах параноика Гитлера, и она является faculte maitresse идеологии расизма с Розенбергом во главе. При этом, как мы убедились, это не есть религиозное отталкивание или борьба, но именно национальная страсть, некая идиосинкразия, доходящая до крайних пределов и выражающаяся в практической политике в ряде мер, которые нельзя назвать иначе, как варварскими, и в особенности со стороны культурнейшего из европейских народов, народа Гете и Шиллера, Канта и Шеллинга, Гегеля и Новалиса и проч., и проч. Правда, теперь отыскиваются антисемитические мотивы у многих там, где это казалось бы и неожиданным (не говоря уже о мрачной злобе франкфуртского отшельника Шопенгауэра). Вырванные из контекста, эти речения берутся под микроскоп, разводятся новые культуры этих ядовитых грибов с чувством злорадства и ненависти, вообще происходит на глазах грандиозное национальное самоотравление. Такие настроения культивируются с утратой стыда и морального чувства, и национальными пророками являются расисты.. Но это означает не больше не меньше, как то, что весь расизм есть не что иное, как антисемитизм, есть сублимированная зависть к еврейству и соревнование с ним, притом не в положительных, но отрицательных его чертах, влеченье - род недуга"

Эти слова великий философ произнёс более 60 лет тому назад, но как диагностические признаки антисемитизма они актуальны и сегодня при определении современного постсоветского антисемитизма. Не иначе, как "родом недуга", нельзя квалифицировать заклятье горе-историка А.Н.Севостьянова, у которого ненависть к евреям выпрямило все его мозговые извилины, если они у него были: "Но главное - мы намерены вернуть русским все, что евреи у них украли в этом веке. Мы намерены потребовать с истинных виновников русского братоубийства компенсацию за русскую кровь. Мы намерены привлечь к суду тех, кто планировал революцию, гражданскую войну и перестройку в России, тех, кто замышлял и создавал ГУЛАГ, кто организовывал террор, кто наживался на русской крови, русском несчастье". А в ракурсе рассматриваемой проблемы постижения русского философа и богослова ценны утверждением о том, что антисемитизм в государстве касается не только евреев, а ущербен для всех процессуальных нормативов в государственном устройстве, ибо он (антисемитизм) по натуре есть разрушитель всех духовных, у отца Сергия, христианских, основ и критериев. Отец Сергий утверждает: ""Но в первоистоках своих антисемитизм есть, повторяем, явление религиозного, точнее, антирелигиозного характера. Если иные (и даже многие) видят в нем проявление христианских чувств, некоторое исповедание христианства навыворот,   то   такая  оценка,   конечно,   возможна только по темноте и ожесточению. Напротив, по духу своему, как и в своем практическом осуществлении, антисемитизм есть не только искушение, но и прямое противление христианскому духу. В антисемитском фанатизме нет ничего христианского, и теперь он освобождается от всякой мимикрии и, не стесняясь, являет свою расовую природу, объявляя еврейство не религиозным исповеданием, но расой, безотносительно к религиозной вере. Однако таков антисемитизм лишь в поверхностных своих слоях, соприкасающихся с обывательством и пошлостью, но не таков он в своих мистических  глубинах,  в  душах  своих  "вождей". Здесь он есть личина или же сублимация прямого антихристианства, которое не может быть ничем иным, как сознательной или бессознательной враждой ко Христу. Она же питается - и приводит к личной (молчаливой  или даже  явной) вражде  к Нему - соревнованием или завистью. И это мы можем в настоящее время наблюдать в идеологии и психологии вождей  расизма".

С небесноисторической стороны это толкование дополняется особым нюансом: антисемитизм есть удар по чистопородному человеческому духу, ненависть к еврейскому духу ущемляет интеллигенцию человеческого духа, К примеру: если убийство еврейского артиста Соломона Михоэлса - антисемитизм, то таким же антисемитизмом будет умерщвление русского учёного академика Н.И.Вавилова. Поэтому антисемитизм, прежде всего, вызывает возмущение мыслящих гоменоидов, хотя такие же гоменоиды его и создавали. Переход царского самодержавия в конце XIX столетия на антисемитскую лыжню предопределило его летальный исход, - этот шаг, по основной своей сути, явился признанием в неспособности государственного управления, в отсутствии самодержавной мудрости и твёрдости в деле воплощения великих реформ. Россия несла кару за то, что в столь критический момент не представила индивидуальную личность, аналогичную Владимиру Красное Солнышко, Петру Великому и Александру-Освободителю. А кара разразилась в том, что воинствующий православный клир этим воспользовался. Такова общая небесноисторическая рефлексия того периода русской истории, который в виде важнейшего этапа вошёл в биографию русского еврейства.

Итак, воинствующая поза русского еврейства в борьбе с царским правительством не была боксёрской стойкой, ибо, по словам М.Винера, оно "стерегло свои и чужие виноградники" (выделено мною - Г.Г.). Небесноисторический разрез свидетельствует, что внутренняя содержательность этой позы, согласно того же источника, не выходит за пределы общего миропредставления еврейского духопорядка. А это означает, что русское еврейство не утратило своей самобытности в общей борьбе и не растворилось в общих целях и общих методах. Как раз самобытность еврейского участия в русской революции стала для политизированных аналитиков и полуграмотных идеологов основанием самой громкой фантазии в "еврейском вопросе" - о еврейском авторстве русской революции. Свидетельствует А.И.Солженицын: "Однако: и в разрушении монархии, и в разрушении буржуазного порядка, как и в утверждении его перед тем, евреи также послужили передовым отрядом". Однако объяснение этого факта зиждется у Солженицына на совершенно никчемных посылках: "Такова - прирождённая мобильность еврейского характера, и его опережающая повышенная чуткость к общественным течениям, к проступу будущего" (2001,кн.1,с.252). Налицо полная путаница небесноисторических данных с земными понятиями.

Таким образом, русское еврейство не было рулём русской революции, но оно было двигателем внутреннего сгорания русской революции; представители русского еврейства не входили в состав верховного штаба революции, но они не были и рядовыми служащими революции, пусть даже талантливыми. В небесноисторическом разрезе русское еврейство показывает себя в революционном процессе, процессе противостояния антисемитской царской власти, самостоятельным образованием со специфической духовной структурой. Биография русского еврейства на этом этапе, естественно, также обладала своеобразным обликом: каждый еврей видел в лице царского правительства если не прямого врага, то обязательно косвенного неприятеля, однако не все русские евреи принимали участие в революционно-террористической деятельности - активной фазе противостояния царскому правительству. Но коренным образом всё изменилось, когда русская революция перешла в свою большевистскую стадию. После октябрьского переворота произошёл массовый добровольный переход еврейского населения на сторону большевистской (советской) власти. Этот неоспоримый исторический факт составил непонятную особенность русской революции. Поэт Наум Коржавин, как и множество других очевидцев однозначно зафиксировал эту особенность именно для большевистской революции: "Если наложить "табу" на участие в революции евреев, то говорить о революции вообще будет невозможно. Были времена, когда участием этим гордились. Евреи в революции участвовали и в непропорциональных количествах" (1985).

Явление большевизации еврейского люда было настолько загадочным и непонятным, что, как историческое событие, оно, как правило, исключалось из общего анализа, что и делает проблему "евреи в русской революции" такой запутанной апорией. Периодизация русской революции, таким образом, находит отражение в последовательности биографического хода русского еврейства по революционной дуге русской истории: история русской революции чётко разделяется на две эры - до октябрьского переворота и после октябрьского переворота. Аналогично русское еврейство приобретает в лице большевизации евреев особый этап своей биографии, однако последнее, как явление земной истории, неоспоримое с фактической стороны, не находит себе объяснение в канонах материалистического понимания истории, а бытующая единственная причина этого феномена - меркантилизм, настолько ничтожна, что объясняет скорее дефицит аналитического умения, чем генезис явления.

А.С.Солженицын указывает: "С конца 40-х годов XX века, когда коммунистическая власть рассорилась с мировым еврейством, - это бурное участие евреев в коммунистической революции стало досадливо или опасливо замалчиваться, укрываться - и коммунистами, и евреями, а попытки вспомнить его и называть - с еврейской стороны квалифицировались как крайний антисемитизм" (2002,кн.2, с.81). Великий знаток русского еврейства отец Сергий Булгаков написал: "Что касается большевизма, то историческая правда требует всё-таки признать здесь роковой характер рокового влияния еврейства в верхушке коммунистической клики, невзирая даже на то, что огромное большинство русского государства принадлежит к разным народностям, и, прежде всего, русской". Однако и мудрый отец Сергий не совсем точно отразил процессуальную сторону большевизации. В последующем изложении на основе глубокомыслия того же отца Сергия будет показано его преувеличенное, субъективное понимание фактора "рокового влияния еврейства" в этом процессе. А А.И.Солженицын, оценивая данное явление, принял за основу общераспространённое мнение: "Это - слишком не новая тема: евреи в большевиках. О ней - уже сколько было написано. Кому надо доказывать, что революция была не-русской или "чужеродной" - указывают на еврейские имена и псевдонимы, силясь снять с русских вину за революцию Семнадцатого года. А из еврейских авторов - и те, кто раньше отрицал усиленное участие евреев в большевицкой власти, и кто его никогда не отрицал, - все единодушно согласны, что это не были евреи по духу. Это были отщепенцы. Согласимся с этим и мы. О людях - судить по их духу. Да, это были отщепенцы". (Авторский приоритет термина "отщепенцы" принадлежит, видимо, Гершону Баданесу (Г.Е.Гуревичу) автору "Записок отщепенца". А по отношению к революционным евреям его стали применять после выступления М.С.Шварцмана: "Мы хотим, чтобы за тех отщепенцев еврейства, которые сейчас играют отвратительную роль насильников, отвечал не весь еврейский народ, а чтобы такие насильники были ответственны за свои преступления перед всем народом").

Однако это описание оказалось стерильным как раз с познавательной стороны, ибо оно ничего не объясняло и ничему не научало. Солженицын не разъясняет массового появления "отщепенцев" именно в это время, и не известно на каких основаниях отщепенцы, тобто еретики, крамольники, раскольники, определяли собой духовный облик народа, чего не было никогда в тысячелетней истории евреев. В дальнейшем рассмотрении этого явления Солженицын незаметным образом отказывается от гипотезы "отщепенцев". У Солженицына сказано: "Итак. большевики позвали евреев с первых же дней своей власти, кого на руководящую, кого на исполнительную работу в советский аппарат. И? - И многие, очень многие пошли - и пошли сразу. Острая нужда большевицкой власти была в исполнителях беззаветно верных. Таких много она нашла среди молодых секуляризованных евреев, вперемежку с их славянскими и интернациональными побратимами. И это совсем не обязательно "отщепенцы", - тут были и беспартийные, вовсе не революционные, до сих пор как будто аполитичные. У многих это мог быть не идейный, а простой жизненный расчёт, - но явление это было массовое" (2002,кн.2, с.с.75,79).

Массовый характер большевизации еврейского люда составляет самую характерную черту русской революции на большевистском её этапе. Об этом говорил лидер большевиков В.И.Ульянов-Ленин: "Большое значение для революции имело то обстоятельство, что в русских городах было много еврейских интеллигентов. Они ликвидировали тот всеобщий саботаж, на который мы натолкнулись после Октябрьской революции... Еврейские элементы были мобилизованы после саботажа и тем самым спасли революцию в тяжелую минуту. Нам удалось овладеть государственным аппаратом исключительно благодаря этому запасу разумной и грамотной рабочей силы" ("Российская газета" 27.02.93). Мысль Ленина современный аналитик Р.Нудельман представил, как основное качество большевизации русского еврейства: "Евреи приняли непропорционально высокое участие в революции, заняли соответствующие места в советском и партийном аппарате и, что самое главное, заменили ту самую дворянскую и разночинскую интеллигенцию, которая была изгнана из революционной России" (Р. Нудельман. Современный советский антисемитизм: Формы и содержание. - В кн.: Антисемитизм в Советском Союзе. - Иерусалим, 1979.).

Но как не ярка была большевизация евреев, как общественного явления в русской революции, объяснения ему нет до настоящего времени. Андрей Дикий отметил в своей монографии: "И тщетны будут попытки будущих исследователей эпохи первых 30 лет советской власти найти где-нибудь... объяснение, как и почему получилось так, что представители этнической группы всего в 2% населения России заняли в среднем около 80% всех ключевых постов во всех областей жизни страны. Случай доселе неизвестный в истории". И хотя интерес к этому периоду русской истории не угасает, но аналитическая результативность по-прежнему отсутствует, а исследовательские усилия, в большинстве случаев, сводятся к составлению статистических сводок, как в случае цифромании О.Будницкого: "Но это - в среднем. В то же время в составе ВЦИК первых пяти созывов, как правило, около 20% депутатов были евреями: наибольшая цифра - 22% - среди членов ВЦИК 1-го созыва (июнь 1917), наименьшая - около 17% - 3-го (январь 1918). Евреи входили в ЦК практически всех значительных политических партий России. Причем в Центральных Комитетах левых партий - большевиков и эсеров - евреи составляли, как правило, от четверти до трети их членов. В ЦК "объединенной" партии меньшевиков евреи составили около половины. Трое (из 67) членов ЦК партии кадетов, избранных на ее 8-м съезде, были евреями, причем при выборах М. М. Винавер прошел вторым, после В. И. Вернадского". Есть ли большая нелепость, чем сравнивать еврея с цифирью и процентом?!

Но если не удаётся обнаружить действующую причину казуса большевизации русского еврейства в земной координации, то последствия этого явления именно в земном преломлении были глубоко, вплоть до трагизма, понятны идеологами русского еврейства. В 1924 году в Берлине группа еврейских публицистов (И.М.Бикерман, Г.А.Ландау, И.О.Левин, Д.О.Минский, В.С.Мандель и Д.С.Пасманик) издала сборник "Россия и евреи", который открывался обращением "К евреям всех стран!", где было сказано: "Советская власть отождествляется с еврейской властью, и лютая ненависть к большевикам обращается в такую же ненависть к евреям. Вряд ли в России остался еще такой слой населения, в который не проникла бы эта не знающая границ ненависть к нам. И не только в России. Все, положительно все страны и народы заливаются волнами юдофобии, нагоняемыми бурей, опрокинувшей Русскую державу. Никогда еще над головой еврейского народа не скоплялось столько грозовых туч". Идейную суть этого обращения Иосиф Бикерман обратил в литургию: "Не все евреи - большевики и не все большевики - евреи, но не приходится теперь также долго доказывать непомерное и непомерно-рьяное участие евреев в истязании полуживой России большевиками. Обстоятельно, наоборот, нужно выяснить, как это участие евреев в губительном деле должно отразиться в сознании русского народа. Русский человек никогда прежде не видал еврея у власти; он не видел его ни губернатором, ни городовым, ни даже почтовым чиновником. Бывали и тогда, конечно, и лучшие и худшие времена, но русские люди жили, работали и распоряжались плодами своих трудов, русский народ рос и богател, имя русское было велико и грозно. Теперь еврей - во всех углах и на всех ступенях власти. Русский человек видит его и во главе первопрестольной Москвы, и во главе Невской столицы, и во главе красной армии, совершеннейшего механизма самоистребления. Он видит, что проспект Св. Владимира носит теперь славное имя Нахимсона, исторический Литейный проспект переименован в проспект Володарскаго, а Павловск в Слуцк. Русский человек видит теперь еврея и судьей, и палачом; он встречает на каждом шагу евреев, не коммунистов, а таких же обездоленных, как он сам, но все же распоряжающихся, делающих дело советской власти: она ведь всюду, от нее и уйти некуда. А власть эта такова, что, поднимись она из последних глубин ада, она не могла бы быть ни более злобной, ни более бесстыдной. Неудивительно, что русский человек, сравнивая прошлое с настоящим, утверждается в мысли, что нынешняя власть еврейская и что потому именно она такая осатанелая. Что она для евреев и существует, что она делает еврейское дело, в этом укрепляет его сама власть...Тут - наш грех, великий грех русского еврейства". Несколько дополнил литургию Г.А.Ландау своим видением этого "греха": "Поразило нас то, чего мы всего менее ожидали встретить в еврейской среде - жестокость, садизм, насильничание, казалось, чуждое народу, далекому от физической воинственной жизни; вчера еще не умевшие владеть ружьем, сегодня оказались среди палачествующих головорезов".

Итак, участие в процессе большевизации на стороне революции повергает русское еврейство в "великий грех" и провоцирует бурную антисемитскую реакцию, - такова проекция этого феномена на земном экране. Революция как таковая имеет в обществе исключительно материально-вещественный характер и вне земных условий обращается в фикцию. Ещё великий анархист князь П.А.Кропоткин показал, что участие в революционном движении способствует утрате творческого импульса в мышлении, тобто революционер действует, но не мыслит. А поскольку человек не может не мыслить, то в революции сам мыслительный процесс упрощён до предела: принимается во внимание только две силы - революция и контрреволюция, а вся морально-нравственная сторона оказывается погребённой под революционной всемогущей целесообразностью. Вполне естественно, что еврею, ввязавшемуся в революционную катавасию в качестве активного (а неактивным он быть не может) участника, необходимо строго следовать главному уложению: salus revolutiae - suprema lex (успех революции - высший закон). Это последнее, как ведущий революционный генератор, обрушивается на еврея в качестве могущественной внешней силы, но в то же время еврей, как духовная категория, но не как национальная единица, целиком нацелен на внутренние силы, где доминирует ощущение Бога. Стало быть, присутствие еврея в революционном процессе неизбежно погружает его в противоречивое внутреннее состояние, раздирающее его натуру в земных условиях, своего рода духовная болезнь. Без диагностики этой болезни и без определения сути внутреннего противоречия нет ответа на кардинальный вопрос: что сподвигло русское еврейство к массовой и добровольной большевизации, так же нет пути к знанию причины данной большевизации. А без знания этой причины проблема "евреи в русской революции" не решается в принципе.

Прекрасно сказано В.Жаботинским: "...говорю, что, если, с одной стороны, еврейская революция будила политическое сознание русских масс, то, с другой стороны, преизобилие евреев в рядах крамолы давало реакции ценный и богатый материал для затемнения политического сознания этих масс. Отрицать это значило бы лгать самим себе. И пусть не думают, что это был слабый или недействительный фактор затемнения!...И я, бухгалтер, не знаю, что мне делать с этой статьей баланса, на какую страницу вписать её. Революционный пыл еврейских социалистов будил политическое сознание остальной России, но он же способствовал и затемнению этого сознания. Он давал топливо для революции и пищу для реакции. Что же было сильнее: первое или второе?" Этот вопрос, поставленный умнейшим аналитиком, и есть то, из чего исходит главный противоречивый гомункулус земной истории русского еврейства в революционное время: еврейская крамола (по В.Жаботинскому) как рецидив духовной болезни

Отсюда начинается путь к небесноисторическому пониманию явления большевизации евреев, - и, как не странно, истоки этого пути заложены в русской духовной философии. Отец Сергий Булгаков говорил о "роковом влиянии еврейства в верхушке коммунистической клики", но, если бы речь шла только о влиянии еврейства, то оно (влияние) не может быть "роковым", ибо в основе всего подлинно иудейского заложена максима "НЕ УБИЙ" и величайший принцип ценности человеческой жизни. Здесь должно обратить внимание на обратное влияние коммунистической клики на еврейство, которое действительно обретает "роковое" значение, ибо еврейский завет "НЕ УБИЙ" отвергается революционной целесообразностью и заменяется революционным императивом "УБИЙ", который и внедряется в еврейское сознание не только как средство, но и как потребность.

Чтобы разобраться с непростым и глубокомысленным постижением С.Н.Булгакова по этой теме, необходимо осмыслить суть основного начала, своего рода nervus vivendi (движущая сила). Отец Сергий утверждает: "Еврейство в самом своем низшем вырождении, хищничестве, властолюбии, самомнении и   всяческом   самоутверждении,   через   посредство большевизма совершило если - в сравнении с татарским игом - и непродолжительное хронологически (хотя четверть века не есть и краткий срок для такого мучительства), то значительнейшее в своих последствиях насилие над Россией и особенно над св. Русью, которое было попыткой ее духовного и физического удушения. По своему объективному смыслу это была попытка  духовного  убийства  России,  которая,  по милости Божией, оказалась все-таки с негодными средствами. Господь помиловал и спас нашу родину от духовной смерти. Сатана, который входил поочередно то в души ближайших ко Христу апостолов, Иуды, Петра, то вождей иудейства и в лице их в душу всего отпавшего еврейского народа, ныне еще раз пытается умертвить удел Христа на земле, св. Русь. Он ищет и находит для себя орудие в большевистско-иудейской   власти   и  в   ее   безумном   дерзновении раскрестить нашу родину духовно". Изложенное очень напоминает негодующие акафисты по поводу ереси жидовствующих. Но протоиерей Сергий Булгаков вовсе не архиепископ Геннадий Новгородский, и его инвектива относится не к самому еврейству, как таковому, какое целиком воспринималось о.Геннадием и его адептами в качестве ереси, а к еврейству, заражённому революционным сознанием, а точнее, к самому революционному сознанию.

Этот трупный яд антидуховности угрожает еврейству точно так же, как любой другой подлинно духовной доктрине. И в связи с этим отец Сергий замечает: "Однако жизненные силы еврейства таковы, что выдерживали, выдерживают и, конечно, выдержат испытания, и если какой-либо земной властитель думает победить непобедимое и сокрушить несокрушимое, то он собирает лишь горящие уголья на свою собственную голову, обрекает себя на неизбежное падение, - в этом законе истории мы еще убедимся в наши дни, хотя и неведомы времена и сроки. И потому этот удел народа гонимого, преследуемого, ненавидимого, презираемого, как ни тягостен по-человечески, не страшен для судьбы Израиля, самому бытию которого ничто не может угрожать. Он находится под высшей охраной и защитой божественной, ибо избранный народ нужен для свершений божественных. Но эти судьбы страшны духовно по тому состоянию опустошенности, которое порождается отвержением Христа в самом Израиле и вносится им в духовное состояние всего человечества. Последнее - по-своему - также заражается его болезнью в антисемитизме. Избранный народ Божий, прежде своего обращения ко   Христу,   после   которого   он   станет   светом   и откровением языков и славой людей твоих Израиля, сам разлагаясь, разлагает и ту среду, в которой он пребывает. Здесь надо считаться с несокрушимой жизненностью Израиля, исключительной одаренностью в борьбе за существование Израиля, воспитанного и закаленного в веках. Но при этом вся эта жизненная сила и одаренность как бы утрачивают право на существование, потому что держатся на религиозной пустоте или же - хуже того - на борьбе со Христом и христианством. И эта роковая пустота, отрава обреченности, становится роком и для той среды, национальной и исторической, в которой они проявляются. Израиль и в состоянии отвержения от Христа и духовной опустошенности сохраняет самосознание своей избранности и единственности, нерушимость самоутверждения, хотя и при наличии беспочвенности, национальной и культурной. И этому, конечно, бессилен помочь и сионизм, и опыты создания национального государства (хотя обладание святым градом, согласно пророчествам, и лежит на путях его)" (Здесь отец Сергий допускает ошибку, обычную для христианских аналитиков, которые отторжение Иисуса Христоса считают основой духовного воззрения иудаизма в целом. На самом деле отвержение Христа принадлежит господствующей фарисейско-талмудической касте, а остальное еврейство, названное в Библии "остатком Израиля", принимает учение Христа в контексте единой духовной доктрины Моисея, - так называемая пророческая ветвь иудаизма, противостоящая левитской ветви. "Остаток Израиля" чтит Иисуса Христоса, как Сына Человеческого и как сына своей земли).

Дальнейшие рассуждения отца Сергия есть не что иное, как небесноисторическое проникновение в тему, которое ознаменовалось изящным раскрытием самого сложного вопроса в биографической истории русского еврейства: раскола формации русского еврейства и выявление внутреннего противоречия процедуры большевизации, хотя это участие евреев в большевистской смуте было массовым и добровольным. У Булгакова сказано: "В большевизме более всего проявилась волевая сила и энергия еврейства, все те черты, которые так известны уже и по Ветхому Завету, где они были предметом гнева Божия на Израиля и пророческих обличений против него. Еврейская доля участия в русском большевизме - увы - непомерно и несоразмерно велика. И она есть, прежде всего, грех еврейства против святого Израиля, избранного народа. Это есть внутреннее двойство и противоборство в нем. И не "святой Израиль", но волевое еврейство проявляло себя, как власть, в большевизме, в удушении русского народа. Здесь проявился исключительный дар воли к власти, свойственный еврейству, в соединении с одаренностью умом, энергией, вообще всеми основными качествами, нужными для воцарения в царстве от мира сего. К этому надо присоединить инстинктивное чувство крови и единокровности, спаивающей его в единый душевный конгломерат. Можно по-разному выражать этот факт национального единства всего еврейства в его нерушимости, но его отрицать или даже только умалять можно только тенденциозно, вопреки истории....Духовное лицо еврейства в русском большевизме отнюдь не являет собой лика Израиля, ни ветхо- ни новозаветного. Это есть отвратительная маска предрассветного затемнения, в котором утеряно иудейство и религиозное сознание опустошено и сведено к антирелигиозным и антихристианским инстинктам. Это есть в самом Израиле состояние ужасающего духовного кризиса, сопровождаемое к тому же озверением. Это аналогично по-своему религиозному явлению Сталина, который в прошлом есть питомец духовной семинарии, унесший из нее лишь примитивный религиозный нигилизм, как и многие идеологи русской интеллигентщины (и в этом неповинно никакое еврейство, подобно, как и в Белинском, Добролюбове, Писареве и Чернышевском). Эта же звериность проявилась и в отношении к религии, грубейшим, примитивнейшим гонением, которое под собой не имеет ничего, кроме пустоты и духовного ничтожества, не притязая даже на духовную убедительность"

Философское опосредование соучастия русского еврейства в большевистской эпопее привело к выводу о существовании двух полюсов, по мнению отца Сергия, резко противостоящих и противоборствующих друг с другом: "святой Израиль" и "волевое еврейство" или можно сказать по-другому, традиционное еврейство и революционное сознание. Содержательно в таком же плане, но в другой форме рефлексию русского еврейства провёл ещё один крупный русский философ - Лев Карсавин, который намного раньше Булгакова выделял не две, а три категории евреев: "религиозно-национальное еврейство", "евреев, совершенно ассимилированных тою или иною национальною культурою" и, наконец, "евреев-интернационалистов". Именно последнее Карсавин считал наиболее негативным явлением в русской еврействе и заявлял: "Этот тип является врагом всякой национальной органической культуры (в том числе и еврейской) и он - наш вечный враг" (1928 год). Оба философа сходятся в том, - и это важно, - что качество, какое русское еврейство приобретает в революции, губительно не только для русской, но и самой еврейской духовности. На основании этого Булгаков выделяет "земной Израиль" и "небесный Израиль": "По справедливости можно сказать, что власть большевистских комиссаров и всего их окружения духовно совершила в русской душе не что иное, как еврейский погром, - такое поругание и оскорбление еврейства, которому не было и не может быть равного в истории. Да, большевизм есть именно еврейский погром, совершенный именно еврейской властью, - ужасная победа сатаны над еврейством, совершенная через посредство еврейства. Можно сказать, что это есть историческое самоубийство еврейства, однако, в том лишь смысле, что оно совершилось над земным Израилем, изменившим своему призванию. Но и в нем бессмертный и неспособный умереть в "святом остатке" своем "весь Израиль спасется"".

В этом чеканном дискурсе некоторое сомнение вызывает непроходимая грань между "земным" и "небесным" Израилем, ибо "историческое самоубийство еврейства" не означает полного исчезновения еврейства, а только отравления еврейства внешним ядом - революционным сознанием, впитанным им со стороны русской революции. Зато отец Сергий был первый и единственный философ, кто сообщил понятию "остаток Израиля" ранг философского атрибута. Это забытое понятие зародилось в еврействе ещё в библейские времена, когда еврейские пророки вступили в бескомпромиссную борьбу с погрязшей в беззакониях кастой левитов-фарисеев. И сказано: "Ибо из Иерусалима произойдёт остаток, и спасённое - от горы Сион" (Ис. 37:32; выделено мною - Г.Г.).

В свете изложенного небесноисторического понимания процедуры большевизации русского еврейства совсем не сложно увидеть коренную и единственную причину, что в массовом порядке привлекла евреев России на сторону большевистской власти. После поражения царского правления в русской революции, руку к которому приложила и активная часть русского еврейства, перед Россией, и, прежде всего, перед русским народом вкупе с русским еврейством открылась совершенно новая перспектива: старое антисемитское правительство пало, и появилась возможность создания нового устройства. Именно созидание в своём целокупном виде явилось наибольшим стимулом для еврейского люда более, чем для кого другого. Испокон веков первейшей мотивацией еврейской жизни было созидание того, что предназначалось Богом, - в это дело вкладывались все духовные силы, и в этом плане было ориентировано фундаментальное для евреев историческое сознание. Историческое созидание было национальной потребностью еврейской духовности. Ленинская проповедь о светлом будущем, о коммунистическом (равноправном) бытие падало на благоприятную почву в еврействе. Здесь надо серьёзно всмотреться в мессианические элементы в научном социализме, о котором говорил Н.А.Бердяев, о сходстве идеалистических моментов в иудаизме и коммунизме. Соображения о химерическом характере и шаткости коммунистических прогнозов будущего не действовали на сознание еврейства. Ибо евреи были единственным народом, который умел ощущать себя в иллюзии, жил для иллюзии, принимал на веру иллюзии и никогда не расставался с иллюзией. Евреи даже приняли к сведению, что революционные иллюзии пришли к ним со стороны и являлись чужым идеалом.

Когда старое было сломлено и должно было народиться новое, евреи не могли остаться в стороне, ни по своей земной натуре, ни по своему небесному (духовному) складу. Никакая сила не могла воспрепятствовать еврейству принимать участие в созидании, - такова причина большевизации евреев. Поэтому обращение знаменитого журналиста Владимира Жаботинского к своим соплеменникам, заклинающее их не принимать участие в русской революции, "не играть на чужой свадьбе", попросту обратилось в глас вопиющего в пустыне. Особенно их привлекли антисемитстские декреты, какими на первых порах козыряла советская власть. Вот один из таких декретов от 27.06.1918 года: "Совнарком предписывает всем Совдепам принять решительные меры к пресечению в корне антисемитского движения. Погромщиков и ведущих погромную агитацию предписывается ставить вне закона".

Следует ещё раз напомнить, что к идеям, идеалам и идеологии русской революции русское еврейство никакого отношения не имело, - это было произведение чистопородного русского духа, а евреи первенствовали лишь в надеждах и иллюзиях, привязанных к революции. Иосиф Бикерман написал: "Не нами вызванная, не нами и осуществленная, революция воспринимается тем не менее евреем как великое благо - для всех вообще, для нас в особенности. Не требуется даже указать, какие именно блага она принесла. Не принесла, так принесет еще". Итак, чужые идеалы через собственную веру, - в этом состоит формула участия русского еврейства в русской революции, а заодно и решение проблемы "евреи в русской революции".

Формула "чужые идеалы через собственную веру" состоит из двух компонентов - чужие идеалы и собственная вера, и когда между ними устанавливается гармония, наступает величайшее благо, обогащающее оба компонента. Но при отсутствии такой гармонии, когда один из них претендует на первенство над другим, и между ними образуется вражда и столкновения, то происходит колоссальная деструкция, духовная и материальная. Именно это произошло с русским еврейством при операции большевизации: революция, - эта чудовищная разрушительная сила, специализирующаяся на погроме духовных ценностей, - разметала до основания все иллюзии, надежды и побуждения пришедших в большевистское движение евреев. Еврей оказался перед дилеммой: продолжать бороться, используя средства революции, либо уйти из революционного процесса. Но последнее означало отдать себя на растерзание антисемитских сил многих калибров: белые, красные, зелёные, разные батьки и атаманы. И евреи боролись: но, прежде всего, с собой, - в одних случаях, против себя, вытравливая из себя всё еврейское, дабы полностью погрузиться в революционную стихию; в другом - за себя, пытаясь сохранить свои еврейские корни и побеги. Первых называют "отщепенцами" и "ассимиляторами". Семён Дубнов - философическое лицо русского еврейства - написал о них: "Они выступают под русскими псевдонимами, стыдясь своего еврейского происхождения, но скорее псевдонимами являются их еврейские имена: в нашем народе они корней не имеют" (1998,с.382-383). Как исследователи-цифроманы во главе с Солженицыным не стараются насадить статистическое древо еврейских имён в советском административном аппарате первых годов революции, их усилия не оправдываются. Ибо цифры вовсе не отражают внутреннюю сущность явления. Другое дело, что многие из еврейских персон своей активностью, целеустремлённостью и деятельным талантом оставили свои имена в памяти и истории, - "волевое еврейство", как назвал их отец Сергий.

Трубадур русского еврейства Семён Дубнов проницательно разглядел антидуховную сущность не только русской, но и всякой другой, революции: "Страшно жить, - писал Дубнов, - в хамократии, республике буйной черни и льстящих ей демагогов". Для Дубнова, и как еврея, и как учёного, и как гражданина, неприемлем никакой деспотический режим, и он отмечает: "35 лет ежедневно проклинал царский деспотизм, теперь кляну его изнанку "диктатуру пролетариата". У Дубнова, как и у других евреев, принадлежавших к высшему кругу русского еврейства, нет дилеммы борьбы с собой, но формулу большевизации евреев, они чувствуют досконально; у Дубнова эта боль ощущается в его словах "Мы гибнем от большевиков и погибаем за них", в которых, по смыслу, содержится иносказание формулы "Чужие идеалы через свою веру".

С этой формулой русское еврейство вступает в следующую стадию своей биографии - советское время. Но, как уже говорилось, этот этап исключается из биографии русского еврейства из-за недостатка фактического материала. Там же высказывалось недоумение по этому поводу, и говорилось, что недостатка в земных фактах не наблюдается, ибо мы сами являемся современниками и очевидцами этого хронона истории, а дефицит касается небесноисторического осмысления этих фактов, что отсутствует в литературе. Небесная история реализовывается в данной формуле через гармоническое согласованное действие благодаря пульсационному режиму: еврей приспосабливается к окружающей среде и одновременно приспосабливает окружающую среду к своим нуждам. Подобная пульсационная механика выступает действующей пружиной каждого еврея в советское время. Однако при отсутствии пульсационного ритма и нарушении гармоничности эта формула генерирует разрушительные функции, и она превращается в одностороннее погромное средство: параметр "чужые идеалы" повергает член "собственную веру" в антисемитскую бойню. Так порой осуществляется земная история.

В настоящее время невозможно даже пунктирно наметить способ и характер данной формулы на протяжении всего советского этапа. В этих условиях невозможно дать хоть какой-то ответ на вопрос: почему русское еврейство в массовом порядке подставило себя под большевизацию в начале советского режима, и в таком же массовом порядке исходит из России в конце советского периода? Можно по-другому сформулировать вопрос, используя солженицынские интонации: почему нужно быть врозь, после того, как триста лет были вместе? Это главный вопрос русского еврейства на советской стадии, а без ответа на него полноценной биографии еврейства в советский период получится не может. Такова первая причина исключения советского хронона из еврейской биографии.

Вторая причина кроется в явлении, ставшим одним из знаменательных вех всемирной истории XX века: крушение советской государственности. Однако философско-духовное обоснование этой государственности - ленинская система воинствующего материализма - осталась нетронутой в своей методологической целокупности, хотя практически лишилась своей компетенции. Россия переживает своё грандиозное духовное потрясение. Участие русского еврейства в этом судьбоносном событии несомненна a priori, но конкретная доля и роль отдельных представителей русского еврейства неизвестна. Это прояснится только тогда, когда русская постигающая мысль выйдет из современной стагнации и явит новое приобретение, заменяющее обанкротившуюся систему воинствующего материализма. Без этого советский этап не может занять своё место в еврейской биографии.

И, наконец, третья, пожалуй, основная причина. Небесноисторическое осмысление есть, прежде всего, философское познание. А касательно философского изучения дореволюционное русское еврейство вправе похвастаться самым высшим уровнем, - самые крупные русские философы (В.С.Соловьёв, Н.А.Бердяев, о.С.Н.Булгаков, о.В.В.Зеньковский, Л.П.Карсавин) вкусили еврейской темы. Но ничего подобного нет в отношении русского еврейства советского периода и по части познания русское еврейство царского времени и советского периода пока ещё являются несопоставимыми объектами. И даже более того, - советское русское еврейство ещё не является небесноисторическим образованием. По этой причине русское еврейство советского вида без специального отдельного изучения не может быть включено в общее повествование о биографии русского еврейства.

В свете этого "специального отдельного изучения" привлекает к себе внимание недавно опубликованная на русском языке фундаментальная работа Арно Люстигера "Красная книга: Сталин и евреи. (Трагическая история Европейского антифашистского комитета и советских евреев)". Как и вся литература по этой теме, работа отличается изобилием фактического материала и дефицитом небесноисторической логики. А новые факты из открывшихся архивов продолжают поражать воображение: стало известно содержание тайного соглашения о сотрудничестве и взаимопомощи между нацистским гестапо и советским НКВД, подписанного Мюллером и Берия 11 ноября 1938 года. Вот выдержка из этого соглашения: "Во имя оздоровления белой расы и создания евгенических механизмов расовой гигиены стороны поведут совместную борьбу с основными врагами: международным еврейством, его международной финансовой системой, иудаизмом и иудейским мировоззрением, дегенерацией человечества" (цитируется по "Еврейской Газете" 02(78),2009).

5. РУССКОЕ ЕВРЕЙСТВО В СИОНИСТСКОМ ДВИЖЕНИИ

Если при активном способе противоборства с антисемитским царским правительством русское еврейство демонстрировало свои деятельные (моторные) качества во имя чужих идеалов, то в пассивной форме был явлен внутренний потенциал русского еврейства в полной мере (духовной и моторной) в режиме собственной веры. Это последнее аккумулировало себя в сионистском движении, которое самостоятельно зародилось в России (что исторически первостепенно!) раньше, чем на Западе, и первоначально имело хождение под сугубо российским названием - палестинофильство. Понятно, что революционные и палестинофильские настроения в русском еврействе не были систематизированы, тобто не были определены и строго разграничены, а находились в столь излюбленном еврейским духом состоянии брожения, бурления и смятения. И, тем не менее, Зиви Галили удалось передать это в понятных, хотя и обобщённых и не лишённых некоторой предвзятости, образах: "Нет ничего удивительного в том, что сионизм нашел питательную почву в среде еврейской молодежи в 1920-х гг. Не прошло и десяти лет с момента бурного расцвета сионистской деятельности во время демократической революции 1917 г., когда Организация русских сионистов насчитывала около 300 тыс. членов и 1200 региональных отделений, а сами сионистские партии получили возможность набрать на выборах в Учредительное собрание более двух третей голосов из общего числа отданных всем еврейским партиям. В этом году сионистские ассоциации и культурные учреждения (как и их печатные прокламации) появлялись в почти каждом губернском и уездном городе и в деревнях. Вряд ли был бы возможен расцвет сионизма в 1920-х гг. без организационных, эмоциональных и мировоззренческих оснований, заложенных в 1917 г. Сионистское послание приобрело мессианский оттенок после "Декларации Бальфура" (2 ноября 1917 г.). Только в одной Одессе более 100 тыс. человек прошлись по улицам под сине-белыми флагами с лозунгом "Свобода в России, земля и свобода в Эрец-Исраэль". Однако демократические завоевания февраля 1917 г. были серьезно ослаблены большевиками, захватившими власть в октябре 1917 г. под знаменем "пролетарской революции". В политическом отношении Октябрь знаменовал собой начало перехода от открытой политической системы к ограниченной монополистической системе, и именно в этих условиях был вынужден действовать отныне сионизм. В отношении же идеологическом и символическом большевистский режим, основанный на советах рабочих и крестьянских депутатов, приветствовался многими как победа над старыми (антиеврейскими) социальными и политическими структурами. Молодежь встретила с энтузиазмом призыв к строительству социалистического общества. Октябрьская революция была идеологическим полюсом, притягивавшим потенциальных сторонников сионистского дела и одновременно оказывавшим значительное влияние на многие группы и персоналии, остававшиеся в орбите сионистской идеологии. Возникло, по сути, противоборство между социализмом и национализмом, между универсальным и партикуляристским решением "еврейского" вопроса; противоборство, в котором одна из сторон поддерживалась правительственными и партийными организациями и приобретала возрастающее влияние среди организованной городской молодежи. Однако именно благодаря специфике "советского контекста" (евреи пережили насилие Гражданской войны, экономический кризис, порожденный большевистской политикой и гражданской войной и продолжавшийся в первые годы НЭПа; ощущали свое маргинальное положение и отсутствие перспектив для национального самовыражения и самоопределения в пределах советской России) сионизм продолжал привлекать большое количество еврейской молодежи, вызывая беспокойство у некоторых советских наблюдателей в 1925 г" (2003)

Интеллектуальное развитие творцов большевистской революции был настолько низко, что они не могли разобраться с сущностью сионизма, и он на них действовал, как красная тряпка на разъярённого быка, и к 1930 году сионизм в России был безжалостно разгромлен. Александр Эзер записал в предисловии к монографии Ицхака Маора "Сионистское движение в России": "Яркие и неповторимые страницы в эпопее сионистского движения принадлежат шестимиллионному еврейству России, в начале двадцатого века представлявшему собой самое крупное сосредоточение евреев за все времена диаспоры" (Я располагаю следующими данными: в 1897 году евреи в России составляли 5 млн 60 тысяч человек, в 1917 году - 7 млн 250 тысяч человек). Самым "ярким и неповторимым" украшением сионизма, взятого как общественное еврейское движение, обязанного русскому еврейству, есть освоение и колонизация Земли Обетованной в Палестине. Касаясь этой темы, Александр Эзер продолжает: "Халуцианская алия в Эрец-Исраэль также вышла из России, а её зачинателями были те, кто основал в Стране первые сельские поселения, принёс стремление к социальной справедливости и заложил основы еврейского рабочего движения. Халуцим (с иврита: пионеры, первопроходцы - Г.Г.) возвели труд на уровень национального нравственного идеала, и лозунг "завоевать труд для еврейского рабочего и самовоспитаться для труда" стал стержнем всей их жизни и деятельности. Вместе с пионерами - рабочими из России в Страну прибыли строители еврейских городов и еврейской индустрии, и пионеры борьбы за возрождение языка иврит и еврейской культуры. Не принижая вклада в сионизм еврейства Запада, мы вправе сказать, что в продолжение десятков лет российский сионизм, благодаря своим особенностям и динамизму, был авангардом всего мирового сионистского движения. Он обогатил и идеологическую палитру сионизма" (1977).

Дополненный сообщениями Зиви Галили, акт колонизации Палестины русским еврейством приобретает значение достоверного исторического свершения - нового явления в тысячелетнем бытие еврейской Земли Обетованной. Гиви Галили говорит: "Влияние русской культуры вообще и русской революционной культуры в частности является темой, постоянно присутствующей в дискуссиях об израильском обществе, культуре и политике. Демографические факты говорят сами за себя. Подавляющее большинство иммигрантов, прибывших в Палестину в составе двух первых волн национально вдохновленной иммиграции, послужившей основой образования израильского государства (первая алия - в начале 1880-х гг. и вторая - в 1904-1914 гг.), были выходцами из Российской империи. Около половины иммигрантов третьей волны (1919-1923 гг.) имели на руках русские или советские документы. Более того, именно "русские" первопроходцы второй и третьей волн иммиграции основали "Гистадрут" (Генеральную федерацию рабочих), превратили ее в 1930-х гг. в значительную политическую силу развивающегося еврейского сообщества в Палестине. Они же и руководили Израилем на протяжении первых двух десятилетий его существования, а партии, в которые они объединялись, доминировали на политической арене продолжительное время" (2003).

А новым моментом Земли Обетованной является то, что таким способом зарождалась история Израиля, и повинно в этом было исключительно русское еврейство. В суждении Юлия Марголина, обобщающего хронологию колонизации Палестины, требуется видеть базисные основы истории Израиля, как самостоятельного государства: "В истории государства Израиль, точнее, в его предыстории, начинающейся в 70-ых и 80-ых г.г. прошлого столетия (XIX столетия - Г.Г.) вклад русских евреев был на первых порах основным и решающим. Две первые волны иммиграции - первая и вторая "алия", - относящиеся к эпохе до революции 1905 года были по преимуществу русскими. Центральным событием первой алии (80-ые и 90-тые годы прошлого столетия) была эпопея "билуйцев", второй (с 1903 года) - халуцианская, социалистическая и трудовая - алия молодёжи, из которой со временем вышли основоположники и лидеры государства Израиль: Д.Бен-Гурион, И.Бен-Цви, М.Шарет, Л.Эшколь и др." (2002,с.424).

Итак, хозяйственное освоение или колонизация Земли Обетованной, являющееся одновременно субстратом земной истории государства Израиль, есть первый диагностический критерий, обуславливающий самобытность русского сионизма. Вторым критерием является генезис сионизма в русском еврействе, который явился внезапно, вне каких-либо предпосылочных признаков, в качестве определённой реакции на антисемитский выпад царского правительства. Из отпорной, защитной реакции евреев России родилась идея о приобретении своего национального очага на земле своих предков, какая и приобрела статус конституции всего движения сионизма (вначале в России палестинофильства), и заимела ещё больший, идеальный, размах, став духовной верой. Это соответствовало истине до недавних пор. Пока в Библии не была обнаружена особая духовная заповедь, проповедуемая еврейскими пророками во главе с великим пророком Исайей. Данная заповедь глаголет: Сион символизирует не только очаг всех евреев, но и знаменует собой государственное устройство, благодетельное для всего человечества (уподобление которого дано в прелестной библейской метафоре: "Тогда волк будет жить вместе с ягнёнком, и барс будет лежать вместе с козлёнком; и телёнок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их" (Ис. 11:6); Иерусалим, вознесённый Сионом, есть столица вселенского Всеединства. В появившемся в XIX столетии учении сионизма сохранилась только первая, сугубо земная, характеристика, а вторая, несущая в себе небесную консистенцию, была утеряна, а точнее, никогда не поднималась на щит анализа. Если за основу взять библейскую (пророческую) модель Сиона, - а это совершенно необходимо, - то окажется, что русская схема сионизма стоит к ней гораздо ближе, чем политический (западный) сионизм Герцля. Отождествление западного сионизма Герцля с русским сионистским воззрением есть самое основательное заблуждение в сионистском движении, - таков третий диагностический критерий русского сионизма.

Учение сионизма, исповедуемое в русском еврействе, нельзя называть типичным движением или обычным течением, настолько оно многолико, разнообразно и неоднородно; Александр Эзер взялся перечислять модификации и продукты русского сионизма: "Кроме движения Хибат Цион, билуйцев и духовного сионизма Ахад-Гаама он дал синтетический сионизм Гельсингфорской программы, соединяющий практическую работу по заселению Эрец-Исраэль с борьбой за гражданские и национальные права евреев в странах рассеяния; демократический сионизм Хаима Вейцмана; социалистический сионизм Бера Борохова и Нахмана Сыркина; трудовой и этнический сионизм Д.Гордона; реалистический сионизм Менахема Усышкина; динамический сионизм З.Жаботинского и религиозный сионизм раввинов Могилевера и Рейнеса" (1977) (А.Эзер упустил "народный сионизм" Хаима Арлозорова). А историк русского сионизма Гершон Свет сделал общий вывод: "Русское еврейство обогатило всемирное сионистское движение целой плеядой выдающихся политических и общественных деятелей, писателей, поэтов, мыслителей, которыми имели бы основание гордиться и народы, численно во много раз превосходящие еврейский народ" (1002, кн.1,с.271).

И тем не менее, невзирая на такое многообразие форм, в основу русской сионистской доктрины положен единый, чётко очерченный постулат, - как пишет тот же Гершон Свет: "Идеология сионизма исходит из предпосылки, что радикальное решение еврейской проблемы в мировом масштабе возможно только через возрождение потерянной государственной самостоятельности на земле исторической родины еврейского народа, - в Палестине" (2002,кн.1,с.267). В силу своей актуальности и ясно выраженной идейной установки палестинофильство стало самым распространённым поветрием в русском еврействе на этот период. Хозяйственная колонизация Палестины само собой включается в палестинофильство на правах практической части воззрения, а теоретическую (идеологическую) сторону русского сионизма представил Л.С.Пинскер в своём "Призыве русского еврея к своим соплеменникам" (1882 год).

"Автоэмансипация", как назвал Пинскер свой призыв, предназначалась для русского еврейства, а потому была не только не понята, но и принята враждебно западными сионистами. Как высказался самый авторитетный историк европейского сионизма Вальтер Лакер: "Призывы Пинскера получили широкий отклик среди еврейских писателей в России. Но они остались практически незамеченными теми людьми, которым, собственно, были адресованы: имеются в виду западные и, в первую очередь, немецкие евреи, на которых Пинскер возлагал большие надежды. Главный раввин Вены, Йеллинек, вообще посоветовал Пинскеру отдохнуть в Италии и подлечить явно расшатавшиеся нервы" (2000,с.109). Именно палестинофильством, парадигмально стихийно соединившем в себе практический метод и теоретическую идею, и охватившим широкие массы русского еврейства, русский сионизм кардинально отличается от политического сионизма Европы. Отличие это сосредоточено в том гносеологическом понимании актуальной судьбы еврейского сообщества, какое было представлено одесским врачом Леоном Пинскером как непосредственный еврейский ответ на погромную идеологию и антисемитское администрирование царского правительства в 1880-е годы: этот рафинированный ответ стал называться палестинофильством. Мне уже приходилось обращать внимание на принципиальное отличие сионизма Л.Пинскера (русский сионизм) от сионизма Т.Герцля (европейский сионизм) (см. "Слёзы мира и еврейская духовность) и не дано повторяться по этому поводу, - я могу только проаннотировать основные моменты постижения Пинскера с тем, чтобы подчеркнуть, что все особенности последнего обладают небесноисторической природой, в противовес политическому европейскому сионизму.

Давно высказана мысль, что Пинскер сумел подняться на такую вершину еврейской темы, где вопрос ставится не об эмансипации евреев как некоем внешнепричинном условии, юридически устраняющим их общественное неравенство, но об автоэмансипации как осознании каждым евреем, любой иудейской душой, своего национального лица, что в совокупности выливается в представление о своём национальном доме-очаге. Пинскер писал: "Нам недостаёт не гениальности, а самосознания и чувства собственного достоинства". Параметры "самосознание" и "достоинство" принадлежат к факторам небесноисторического класса, а введение в учение сионизма последнего позволил Пинскеру удостоверить культурологическую природу палестинофильства, что было совершенно необходимо, имея в виду культурологическую миссию русского еврейства в целом. Благодаря чему Пинскер вывел в результате на дневную поверхность чисто еврейские мотивы процесса сионизма, а не копию западных государственных устройств, как в политическом сионизме Герцля. Появились другие опоры для еврейской веры в собственную судьбу и одновременно были посеяны семена нового еврейского мировоззрения, которое через сионистскую идею вобрало в себя индивидуальную еврейскую думу и берегло историческую преемственность возвещения великих пророков древности.

Таким образом, в лице палестинофильства Пинскера русское еврейство имело самостоятельное и самобытное учение сионистского жанра. Возникшее раньше европейского политического сионизма Герцля, русский сионизм вполне мог развиваться независимо, конкурируя либо сосуществуя с западным сионистским учением. Но судьба распорядилась иначе: русский сионизм добровольно и с огромной радостью влился в общее сионистское русло, признав лидерство Теодора Герцля. Представители русского еврейства были очарованы индивидуальным обликом Герцля, единодушно признав за ним право исполнять сугубо еврейскую обязанность: быть пророком-вождём. Один из блестящих русских сионистов Менахэм Усышкин дал сопоставительный портрет великих сионистов - Пинскера и Герцля, Учителя и Вождя:

Менахэм Усышкин


Учитель и вождь.


Как живые стоят они оба перед моими глазами. Один - среднего роста плотная фигура, тяжелая поступь. Большая круглая голова прямо посажена на широких плечах; густые, гладкие, седые волосы и седая, слегка стриженая борода. Большой, выпуклый, матовый с легкой желтизной лоб; серые, холодные глаза всегда полузакрытые; густые брови, суровая складка губ. Изредка только подымаются брови, но и тогда взор обращен не на вас, а во внутрь, к себе самому, Все выражение лица строгая мысль, постоянные глубокие переживания. А другой - высокий, статный, легкая элегантная походка. Поразительной красоты овальное лицо; крупный нос; черные густые волосы; черная окладистая борода; жгучие, пронизывающие, играющие всеми цветами радуги, глаза смотрят всегда открыто, в упор; тонкая, слегка улыбающаяся складка губ. Все в этом лице, во всей фигуре выражает энергию, силу, непреклонную волю. Вот первый в своем большом кабинете, заложив за спину руки, шагает взад и вперед своей тяжелой поступью. Не с вами, сидящим тут в кресле, ведет он разговор, нет, - он только думает вслух. Отдельные, отрывочные фразы, восклицания, вздыхания, жесты. Вы с трепетом и благоговением ловите каждое слово; они проникают в вашу душу, в ваш мозг. Вы пытаетесь вставить фразу, высказать свое мнение, но тут же сознаете, что это совершенно лишне, что он вас почти не слушает, что этот человек только физически с вами, а его дух, мысль, переживания - далеки, далеки от вас, от современной жизни, где-то далеко, далеко за тысячелетия назад и за сотни лет вперед... И не ищите его также среди масс, на собраниях, съездах, митингах. Он их избегает; а когда его заставляют там присутствовать и быть центром, он себя чувствует мучеником; ведь все эти интересы момента, борьба групп, направлений, отдельных лиц - все это ему так чуждо и так ненавистно! А другой! Вот он во всей красоте и блеске в центре форума. Взоры многих тысяч людей всех возрастов с бесконечной преданностью и любовью устремлены на него. А он своим орлиным взором сразу видит всех вместе и каждого в отдельности. Он говорит, левая рука протянута в повелительный жест, а правая держит молоточек - волшебный жезл, взмаху и удару которого все и всё подчиняются. Каждое слово взвешено, каждая фраза - повеление, требование. В вашей душе часто борются различные чувства, несогласие с высказанным мнением, но вы загипнотизированы и сдаетесь". Усышкин выдвинул лозунг, которому последовал русский сионизм: "Идите по пути, указанному Пинскером под стяг, поднятый Герцлем!"

Но безусловное благородство этого шага не может затмить его негативной черты: русский сионизм, который должен называться культурологическим, ибо русское еврейство несёт в себе культуру, как миссию и предназначение, оказался формально отождествлённым с политическим сионизмом. Эта ложная схожесть определила отрицательное отношение к сионизму со стороны русской духовной философии. Вот как это выглядит у М.О.Гершензона: "С сионизмом случилось то же, что можно наблюдать в истории всякой политической партии: программа совершенно затмила породившую её идею и тем превратила эту идею в догмат. Об основных положениях сионизма никто не спорит, их только хранят, как золотой запас, и в нужных случаях предъявляют ad extra. С тех пор, как лет 25 назад они были впервые формулированы, их никто не вздумал пересматривать, ни с целью проверки, ни даже ради обогащения и упрощения. Их повторяют в бесчисленных журнальных статьях, брошюрах, книгах, как непреложные аксиомы, в одном и том же составе, почти в тех же словах. Весь разум сионизма поглощён тактикой, все споры ведутся в границах программы; даже главнейший раскол в сионизме не коснулся его сердцевины, потому что и духовный сионизм Ахад-Гаама не спрашивает, верно ли определена конечная цель: он указывает лишь иной путь к той же цели, какую ставит себе политический сионизм...Сионизм, как историко-философское учение, представляет ту особенность, что как раз о прошлом он прямо ничего не изрекает. Его цель - вовсе не осветить историю еврейского народа, его цель - устроить будущность народа, не похожую на его настоящее; поэтому он подробно анализирует современное положение еврейства и выводит отсюда директивы для будущего, а прошлое оставляет в стороне" (2001,с.с.8-9,10). Выдающийся мыслитель точно определил родовой порок политического сионизма: пренебрежение прошлым, игнорирование еврейской историей и пророческими корнями. Отстранение от исторических библейских корней евреев и забвение пророческими вещаниями, что доминирует в гносеологии политического сионизма, стало основной причиной краха сионистского времени в Израиле.

Переход русского сионизма под эгиду европейского учения не лишило его отличительных особенностей, и он по-прежнему, в отличие от концепции Герцля, вкладывал основные усилия в практическую сферу сионизма - хозяйственное освоение Земли Обетованной. Значение первых трёх волн иммиграции в Палестину неоценимо, прежде всего, в идейном плане, а никак не в житейской плоскости: было показано возможность реального воплощения идеи и связанных с ней мечтаний (иллюзий). Для еврейской натуры этого было достаточно, и Палестина прочно вошла в жизненный ресурс русских евреев. Поэт Давид Кнут пропел:

"Две родины у русского еврейства -

Палестина и Россия"

По сути дела, родственная связь России с Палестиной существовала постоянно: если она не могла наличествовать в динамических формах (периоды государственного террора в СССР и "железного занавеса"), то виртуальное сознание русского еврейства было целиком палестинофильским. Россия была единственной страной в мире, которая служила неиссякаемым резервуаром еврейского людского богатства для Палестины, пока в 90-тых годах XX века русское еврейство не разразилось такой иммиграцией евреев, какой Израиль не знал ни до, ни после. Никогда и ни от кого Израиль не удостаивался такого подарка, даже от своих заокеанских друзей, щедрых на денежные подношения, ибо по совокупности обстоятельств Палестина утвердилась в ранге любимого ребёнка русского еврейства.

С иммигрантской массой в Землю Обетованную перекочевали житейские обычаи, культурные навыки и морально-нравственные представления генетической родины, сохраняя общий образ русского еврейства, устоявшийся за много лет обитания в России и который спонтанно вкраплялся в фундамент будущего государства Израиля. Юлий Марголин указывал: "...три первые алии и послевоенный доплыв из России врезали свой след в черты лица еврейского государства. Под поверхностью израильской жизни пролегает слой русской подпочвы: в кибуцах и посёлках, в городах и школах, в фабриках и учреждениях можно услышать русскую речь. Для старожила характерно удовольствие, с каким он использует оказию поговорить при случае по-русски: он, разумеется, читал Толстого в оригинале, хотя дети его "Войну и мир" знают только в переводе на иврит; русские книги и газеты читаются всюду - советские, благодаря их исключительной дешевизне и хорошей организации продажи, а зарубежные, - несмотря на отсутствие этих двух условий...Роль, которую играли русские евреи в истории Израиля, менялись из десятилетия в десятилетие. В 20-ые годы, в эпоху третьей алии, молодёжь, прибывшая из России взяла на себя пионерское задание - трудовое освоение страны. Основным фактом этой эпохи было основание Иосифом Трумпельдором халуцианского движения. Первой "квуцой", осевшей на земле, была (в 1920 г.) группа халуцов из Прилук и Каменец-Подольска, прошедшая трудовую "гахшару" (подготовку) на земледельческой ферме под Одессой. На земле Нац.Фонда и под руководством агронома Э.Эттингера, они основали в горах под Иерусалимом кибуц Кириат-Анавим, - ныне один из самых цветущих и благоустроенных в Израиле" (2002, кн.2,с.430-431).

Итак, иммиграция русского еврейства принесла на Землю Обетованную некую особую, дотоле незнаемую, экономическую форму хозяйствования: кибуц или квуца (на иврите "группа"). Но наиболее важен здесь философский аспект: в исполнении русского еврейства сионизм есть не просто транспортабельная функция, вовсе не только перемещение рассеянного еврейства на землю предков, а суть условие усовершенствования, избавления от деструктивных, негативных еврейских качеств, приобретённых в галуте. Кибуц есть экономическая форма этого идеологического ракурса, осуществляемого групповым способом в условиях полного отсутствия капитала и какой-либо имущественной собственности, тобто в обстановке абсолютной нищеты. Как сказано в электронной "Википедии - свободной энциклопедии": "Чтобы преодолеть эти тяжёлые условия, необходимо было создать новый образ жизни, а для выполнения идеологических задач требовалось коренным образом изменить структуру экономической деятельности. Кибуц, основанный на принципе коллективного владения имуществом и средствами производства, равенства в работе, потреблении и социальных услугах, на отказе от наёмного труда, был идеальным ответом как на экономические и политические препятствия, так и идеологические запросы поселенцев...".

Юлий Марголин считает основателем кибуцной экономики Иосифа Трумпельдора, - легендарную личность истории Израиля, героя русско-японской войны, Полного георгиевского кавалера, - и хотя Трумпельдор погиб в том же 1920 году, когда появился первый кибуц, движение, освящённое этим славным именем, стало экономическим субстратом государства. Гельмут Брюггеман и Михаэль Вайдингер определили: "Коллективная форма труда и жизни казалась идеально связанной с целью сионистского движения - "национальным возрождением" и всеобъемлющим социальным преобразованием путем изменения не только общественных отношений, но и самого поведения человека. Основные идеи, которые в основном верны до сих пор, исследовал в "Законе квуцы" в 20-е гг. член Дегании О. Лебл: 1.Общая обязанность трудиться; 2. Коллективный труд и самоуправление при распределении рабочего времени; 3. Коммунистическая жизнь при равных условиях жизни в квуце; 4. Равенство прав в сообществе и в хозяйстве; 5.Самостоятельный выбор при утверждении рабочей организации; 6. Ответственность каждого и ответственность по отношению друг к другу; 7. Дисциплина во всех сферах хозяйства и в общинной жизни; 8. Свобода каждого в том, что касается политики, религии, партии и т. д.; 9. Отказ от использования наемного труда в хозяйстве квуцы; 10. Общественное воспитание и питание детей до достижения ими возраста работоспособности; 11. Обеспечение по старости и неработоспособности; 12. Открытие для женщин новых сфер экономической трудовой деятельности; 13. Равная обязанность всех членов квуцы (мужчин и женщин) работать в домашнем хозяйстве (готовка, кухня, стирка и т. д.); 14. Проникновение членов квуцы в хозяйственные проблемы (объема хозяйства, его отраслей, образования и повышения квалификации); 15. Постоянное стремление к увеличению производства; 16. Расширение квуцы в рамках ее хозяйственных возможностей; 17. Взаимопомощь между членами квуцы как продолжение идеи квуцы....Социальная структура квуцы отражала социалистический идеал иммигрантов. Ее сердцевиной был принцип абсолютного равенства членов, как в том, что касалось удовлетворения личных потребностей, так и в том, что касалось их участия в решениях относительно хозяйства и управления поселением. Не было ни частной собственности, ни индивидуальной или связанной с семьей частной жизни. Квуца стремилась к созданию оптимальных возможностей для развития каждого из ее членов, но принципиально подчиняла индивидуальные интересы общим, что предъявляло высокие требования к самодисциплине и самоотверженности индивида. Поскольку не все иммигранты были способны и готовы подчиниться такой дисциплине, уже в период четвертой алии сложился более либеральный тип кооперативного поселения - мошавы. Этот тип поселений обрабатывал землю "Еврейского национального фонда", но делал упор на семью как на социальный элемент сообщества. Центр тяжести кооперации переносился на сферу закупки и выхода на рынок"

Но ни велико было само по себе изобретение кибуца в качестве новой конкретной экономической формы, русское еврейство создало нечто неизмеримо большее: русский сионизм создал на Земле Обетованной новую социологию. Политический европейский сионизм, отстраняясь по своей природе от духовных факторов, всецело располагается в поле традиционной научной социологии Э.Дюркгейма, имеющей в основе экономическое бытие, созданное гением Карла Маркса (внутренние расхождения между Дюркгеймом и Марксом, оба евреи, кстати, не затрагивают основы явления и не берутся во внимание). В противоположность этому, русский сионизм породил собственную экономическую базу, которая не дотягивает до тотальности марксизма в силу того, что предназначается исключительно для Земли Обетованной. В свете параметров земной истории данное русское сионистское воззрение состоит из трёх не связанных друг с другом творений: социалистический сионизм Нахмана Сыркина, трудовой сионизм Аахарона Гордона и пролетарский сионизм Дов-Бэра Борохова. Однако небесноисторический подход не только объединяет их, как грани одного многогранника, но и раскрывает их совокупное значение в качестве кибуцной реальности - качественно нового экономического бытия.

Ввиду такой постановки вопроса, требующей специального рассмотрения, я лишён возможности провести сравнительно-сопоставительную характеристику этих воззрений, сочленённых в виде сионистской доктрины русского еврейства. В моих силах лишь зафиксировать каждую из этих составных частей единого мировоззрения, данных в оценках со стороны. Нахман Сыркин написал: "Внутренний инстинкт и глубокая убеждённость в высшей истине придали мне в то время смелость взяться за проповедь социалистического сионизма и противопоставить себя всей еврейской интеллигенции. Если возможно, что в мозгу одного человека идея еврейской страны сплавилась в прекраснейшую из гармоний с идеей еврейской революции, то почему бы этому сплаву не стать животворной, созидательной мыслью всей еврейской интеллигенции и простых еврейских масс?...Так я возложил на себя неблагодарную миссию быть социалистом среди сионистов и сионистом среди социалистов, - понятно, обе стороны отбрыкивались от меня изо всех сил и отсылали к противной стороне" (цитируется по И.Маору, 1977,с.78).

Об Аахороне Гордоне высказался один из самых авторитетных израильских аналитиков профессор Шломо Авинери: "Ввиду его связи с первыми киббуцами и упоре на роль физического труда как главного составного элемента еврейского возрождения он де-факто превратился в одного из учителей сионистского рабочего движения, а принципы его мышления прочно вошли в философию, и поныне характеризующую киббуцное движение и принципы "трудового поселения" (1983,с.217).

О Бэре Борохове прекрасную зарисовку сделал Ицхак Бен Цви, бывший президент Израиля: "...одни повернули направо, другие подались налево. И те, и другие были чужды широкого охвата проблем еврейской действительности. Сторонники ассимиляции вообще игнорировали наличие национальной проблемы. Подобно страусу перед лицом опасности, они предпочитали прятать свои головы в песок, не желая видеть реальности. Национально-настроенная еврейская интеллигенция в свою очередь игнорировала наличие классовых противоречий, отодвигая этот вопрос на более позднее время, в туманное будущее. Узость духовных горизонтов приводила к тому, что одни игнорировали национальный, а другие - классовый момент, сознательно или по святому неведению. В результате и те, и другие не в состоянии были удовлетворить запросы молодёжи, искавшей ответ на животрепещущие проблемы дня. Не удивительно, что в этой обстановке возникло новое, третье, течение, которое более соответствовало условиям тогдашней еврейской действительности, - течение, которое объединило в одном и национальный и социальный моменты и получило название Поалэй-Цион или Сионизм - Социализм. Полтава - один из пунктов, откуда вышел Поалэй-Цион. Борохов явился одним и творцов и лидеров его" (2002,кн.1,с.278).

Таким образом, в результате русского сионизма на пространстве Земли Обетованной создалась парадоксальная обстановка, которая не знает аналогов ни в историческом прошлом Израиля, ни в социальном настоящем стран мира: ещё до приобретения государственной структуры, еврейское поселение в Палестине заимело свою самобытную социальную данность и своё специфическое экономическое бытие. Социальный мир еврейского иммиграционного сообщества зиждется на мировоззрении, скомпонованном из социалистических мотивов и сионистских девизов, чего в корне лишён политический сионизм Герцля, а потому экономическое бытие, обусловленное субстанцией кибуцев, уникально в своей функциональной основе и не знает каких-либо аналогий. Таков общий онтологический итог сионистского мышления русского еврейства. Силами русского сионизма в Палестине, ещё до создания еврейского государства Израиль, начала успешно решаться важнейшая и первоочередная сионистская задача: создание класса еврейских земледельцев, способных обеспечить еврейское население необходимыми сельскохозяйственными продуктами. В 1983 году в Израиле было 267 кибуцев с населением 116 тысяч человек, и в Израиле было создано высокопродуктивное сельское хозяйство, не уступающее по уровню хозяйствам развитых стран с многовековой земледельческой традицией.

Сионистская деятельность русского еврейства, однако, не ограничилась заложением основы экономической базы будущего государства евреев. Самобытная русская формация сионизма (палестинофильство) началась с усвоения перцепции национального самосознания. А самым чутким индикатором национального самосознания служит язык, являющий себя уникальным средством, принадлежащий одновременно земному и небесному миропорядкам. Первым, кто углублённо занялся превращением языка "иврит" в сионистское средство, был Перец Смоленскин (1842-1885), который в течение 15 лет издавал в Вене журнал "Хашахар" ("Рассвет") для русского читателя. Смоленскин рассматривал иврит не только как филологическое понятие, но, прежде всего, как духовную категорию - элемент доктрины "прогрессивного еврейского национализма". Один из самых образованных представителей русского еврейства профессор И.Л.Клаузнер написал по поводу опытов Смоленскина: "Этот национализм, столь далёкий от "зоологического", не может противоречить идее равенства и братства людей,: никто больше Смоленскина не ценит великого пророческого универсализма, самого драгоценного дара, который еврейство преподнесло человечеству. Национализм Смоленскина это - стремление к сохранению и свободному развитию разнообразных форм культурной жизни человеческих групп, объединённых общим происхождением и общими историческими переживаниями, - форм, благодаря сочетанию которых и возможна гармония духовной жизни всего человечества. Стремиться не к универсализму, а к космополитизму, значит стремиться к обеднению человечества" (2002,кн.1,с.510-511). Уже в государстве Израиль понятие национализма, внедрённое П.Смоленскиным в русский сионизм, было узурпировано и приведено в состояние, близкое к расизму, что и явилось одной из причин краха сионизма в Израиле.

Дело П.Смоленскина продолжил его ученик Элиэзер Бен-Иехуда (Элиэзер Перельман), который, переселившись в Палестину, целенаправленно реформировал и реанимировал древнееврейский язык. Бен-Иехуда уже прямо и непосредственно высказывался в том отношении, что залогом обновления еврейской судьбы может быть только возвращение в Сион, и этому необходимо должно сопутствовать возрождение иврита в качестве разговорного языка. При этом оба процесса - возрождение народа и восстановление языка - органически связаны таким образом, что возрождение иврита может произойти только в пределах Земли Обетованной, равно как реанимация еврейского народа возможна лишь на базе восстановленного иврита.

И, наконец, колоссальную работу по реформации языка иврит завершил ещё один выдающийся представитель русского еврейства О.И.Гинцберг (Ахад-Гаам), который обусловил этим особое духовное течение сионизма, противостоящего политическому сионизму Герцля. Ахад-Гаам создаёт в Палестине "еврейский духовно-национальный центр". Уже упоминавшийся профессор И.Л.Клаузнер пишет по этому поводу: "Такой центр, не решая ни чисто экономической, ни чисто политической стороны еврейского вопроса в диаспоре, разрешит национальный вопрос всего еврейства. Создаётся мало помалу уголок на земном шаре, где евреи будут иметь свою собственную - хотя бы ограниченную суверенными правами другой державы - государственность, будут творить свою собственную национальную культуру, будут говорить на своём собственном национальном языке и, вообще, будут как все территориальные нации" (2002,кн.1,с.514). Другими словами, русское еврейство в рамках сионистского направления создало гражданский язык для будущего государства Израиль, - акт, важность которого никак не меньше, чем заселение Палестины и собственного экономического бытия на освоенных участках.

Два главные момента герцлевской сионистской программы, - 1.возрождение еврейского государства и 2.евреи должны рассчитывать только на свои силы, - приобрели в русских палестинофильских кругах полнейшую поддержку. Не только потому, что этим герцлевская проповедь была близка доморощенной пинскеровской балладе, но чарующим была несокрушимая вера в еврейское будущее, исходящая уже только от внешнего вида мэтра, и как раз русские представители еврейства ощутили в Герцле истинно еврейский аромат - дух пророка и вождя. Большинство западных сионистов, однако, относились к русским палестинофилам с традиционным высокомерием, одурманенные мифом о "русском варварстве". Только сам мэтр оказался на высоте положения и публично сознался в своих заблуждениях: "Мы всегда были убеждены, что они нуждаются в нашей помощи и духовном руководстве. И вот на Базельском конгрессе российское еврейство явило нам такую культурную мощь, какой мы не могли и вообразить...". Известна крылатая фраза, сказанная Герцлем, что, если бы он раньше прочитал "Автоэмансипаюцию" Пинскера, он не писал своё "Еврейское государство".

Перейдя под полную идейную опеку Всемирной сионистской организации (ВСО), избранной на Первом конгрессе (1897 год), русские палестинофилы расстались с этим названием, и с головой погрузились в бурную словесно-публичную работу сионистских форумов. При этом русская сионистская мысль не отказалась от persona regis (высшая персона) своего воззрения - культуры, и благодаря исключительно настойчивости и инициативности русских представителей культура стала главным действующим лицом на всех сионистских дискуссиях, заседаниях, диспутах, резолюциях, решениях. В таком плане проявляла себя культуроносная миссия русского еврейства, и в итоге культура превратилась в сионистскую константу. На культуре, как на дрожжах, восходил авторитет русской части ВСО, и русские сионисты устраивали свои российские сионистские съезды наряду с общесионистскими конгрессами. Параллельно и пропорционально росло противодействие русскому культурному напору со стороны религиозно-ортодоксального крыла, так называемых "религиозных сионистов", где имелись раввины и из России (Ш.Могилевер, Й.Б.Соловейчик, И.Рейнес, С.Я.Рабинович). Раввины-сионисты яростно противились любой культурной работе, исходящей из сионистской организации, их отталкивало уже само слово "культура", чреватое, на их взгляд, попытками реформировать религию. По мнению раввинов, сионистская деятельность должна быть сосредоточена на транспортабельной функции - переводе евреев на Землю Обетованную, куда они двигались под знаменем, освящённым раввинами: "Еврейский народ нуждается в хлебе, а не в культуре!". Но по смыслу будучи рабским, этот лозунг оскорбителен для еврейского народа.

Но чтобы понять глубокую трагедию этой коллизии, конфронтации с религиозной частью еврейства, определяемой раввинами, прежде всего, следует обратиться к осмыслению понятия "религиозный сионизм", - именно как понятия или силлогической фигуры, а не как названия, термина определённого течения или разновидности. В.Лакер писал: "Религиозный сионизм, представленный партией "Мицрахи", играл не столь важную роль, однако обзор сионистского движения был бы неполным, если бы мы проигнорировали эту фракцию, одну из старейших в рядах еврейского национального движения" (2000,с.683-684). Без знания смысла религиозный сионизм не может быть полного познания русского сионизма, ибо зародышевые побеги религиозного сионизма коренятся в недрах русского сионизма (рав Шмуэль Могилевер, как основатель религиозного крыла палестинофильства). Вместе с тем в сионистском гнозисе нет раздела, запутанного евреями более, чем религиозный сионизм. Если основываться на буквальном содержании смысла идиомы "сионизм", производной от библейского корня "Сион", то весь сионизм должен быть религиозным, тогда, как все прилагательные "политический", "трудовой", "социалистический" и прочая прилагаются не куда-нибудь, а только к "религиозному сионизму". Но жизнь избрала иной вариант, и ныне религиозный сионизм суть рядовая разновидность религиозной реализации идеи воссоздания еврейского очага на Земле Обетованной в форме независимого государства (иногда эта идея называется "освобождением"); в конечном итоге этой реализацией завладела идеология воинствующего иудаизма.

Из множества путанных и многосмысленных, но маломысленных словопрений в связи и по поводу религиозного сионизма, наиболее обдуманной модификацией кажется схема Дова Конторера, данная в насыщенной мыслями работе "Размышления над руинами" (2005). Д.Конторер принадлежит к современным израильским исследователям сионизма, а это значит, что в приоритет познания у него поставлен политический сионизм Герцля, а законодательным органом - ВСО. Естественно, Конторер ничего не говорит о русском сионизме, хотя и вынужден по ходу сюжета упоминать о движении Ховевей-Цион (палестинофильство в России). Попутно, но не бегло говорит исследователь о зачинателях религиозного лагеря в российском палестинофильстве - белостокском раввине Шмуэле Могилевере (1824-1888) и раввине из Бреста Йосефе-Бер Соловейчике (1820-1892).

Конторер чётко разделил две целевые установки сионистского движения в целом, которые он назвал "мотивациями". Но в многословных разъяснениях не определились лаконичные дефиниции каждого из мотивационных типов. Первую установку Конторер назвал "историческим императивом" и имел в виду цель воссоздания еврейского государства как основы последующего формирования еврейского национально-духовного очага. Вторая установка ставит во главу угла транспортабельную функцию, что даёт "эвакуационный императив", тобто создание еврейского государства, какое автоматически, само по себе, становится национальным очагом евреев. Конторер указывает: "...сионист, движимый только эвакуационным императивом, мог быть вполне равнодушным к иудаизму, еврейской истории и древней мечте о возвращении в Сион...Теодор Герцль был самым заметным представителем эвакуационного императива".

Основное в концепции Конторера заключено в том, что предшественником политическому сионизму ВСО является религиозный сионизм ряда европейских раввинов, которых он называет "провозвестниками сионизма": р.Цви-Гирш Калишер, р.Йегуда Алкалай, р. Элиягу Гутмахер. Из воззрений этих "провозвестников" Конторер выводит всю интригу сионизма, - как сказано у рабби Алкалая: "Таково будет Освобождение Израиля: сначала - едва-едва, потому что заклял нас Всевышний не подниматься всем вместе....Желает Он, чтобы наше Освобождение было пристойным, внушающим уважение, и поэтому заклинал нас не подниматься всем разом, дабы не ютиться в шатрах полевых, но восходить в Страну понемногу, обустраивая её" (цитируется по Д.Контореру, 2008). Но главное для исследователя состоит в том, что обоснование этому заложено в Талмуде, и Конторер ссылается на Иерусалимский Талмуд: "Рабби Хийя и рабби Шимон Бен-Халафта шли однажды долиной Арбель в предрассветную пору. Сказал рабби Хийя рабби Шимону Бен-Халафта: "Таково Освобождение Израиля: сначала - едва-едва, потом сильнее и больше, пока не зальёт светом". (Но случилось как раз наоборот в Большую Алию 90-тых: "поднялись все разом", "поднялись стеной" и не потому ли получили Стену? См. в дальнейшем).

Итак, религиозный сионизм оказался в интересном положении: если первородный сионизм пророков, данный в Книге Пророков, связан с Торой (см. мой трактат "Дума о Сионе и сионизме"), то предтечи политического сионизма, "провозвестники" имеют свои корни в Устном Учении - Талмуде. И, стало быть, Священное Писание генерирует сионизм двух типов. Это могло бы быть объяснением расколу сионизма в наши время на культуроносный (русский) и политический (европейский) модели. Но интеллектуальная израильская элита не готова принимать в расчёт русский фактор в любой проекции идеологии сионизма. А потому воззрение группы русских раввинов во главе с И-Я..Рейнесом и С.Я.Рабиновичем, отвергших основополагание европейских "провозвестников сионизма", Конторер представляет не как новое умонастроение, не как раскол в религиозном сионизме, а как функциональное расхождение.

Пафос религиозного европейского сионизма состоит в мессианической природе акта Освобождения, разворачивающегося по принципу эволюционной динамики - от зарождения ("едва-едва") до расцвета ("пока не зальёт светом"). А в заявлении группы рава Рейнеса сказано: "И если какие-то проповедники, желая воздать похвалу Сиону, говорят иногда о природе мессии, давая тем самым повод к недоброй мысли, будто бы сионизм вторгается в сферу Истинного Освобождения, никто не повинен в этом, кроме их собственной глупости" (цитируется по Д.Контореру). Русские раввины, таким образом, уповают на то, что сионизм ("Освобождение") есть благовеление и добрая воля Всевышнего, а вовсе не некий самозарождающийся и развивающийся по эволюционной схеме мессианический акт. В этом состоит суть принципиального различия между русским религиозным сионизмом и европейским, политическим сионизмом, и только неприятие культуры в её собственном созидательном значении роднит эти вариации между собой. В общую идеологию политического сионизма, ставшую доминирующей в Израиле, религиозный сионизм вошёл в форме партии (фракции) "Мицрахи", имеющей в основе каноны рава Рейнеса, а не "провозвестников сионизма". Отрицание культуры вытекает отсюда в качестве стратегической установки в отношении с русским еврейством в Израиле.

Апофеоз религиозного сионизма, а точнее, реанимацию "провозвестников сионизма", Конторер связывает с личностью рава Авраама-Ицхака Кука (1865-1935). Конторер пишет: "Таким образом, дерзкая мессианская доктрина "провозвестников сионизма", пересмотренная в 80-е годы XIX столетия религиозным крылом Ховевей-Цион, а затем, на пороге XX века отброшенная движением Мицрахи, нашла в лице р.Кука своего продолжателя" (2005). Мессианические интрузии в еврейском сознании Н.А.Бердяев ассоциирует с основополагающей природой еврейского духа - с историчностью. Потому мессианический колорит воззрений рава Кука я связываю не со специальным сионистским значением, а с общим историческим еврейским миросозерцанием, что и делает рава А.-И.Кука самым выдающимся теологом XX века. Это обстоятельство выходит за пределы ведущейся беседы, но заслуживает упоминания то, что рав Кук есть выходец из среды русского еврейства (родился в Даугавпилсе, Литва), дабы лишний раз подчеркнуть необъятный духовный потенциал русского еврейства..

С выходом на поверхность русского религиозного сионизма процесс сионистского движения приобрёл новое русло, динамику и энергию. На Четвёртом сионистском конгрессе (Лондон, 1900г.) раввины - ортодоксы одержали победу над делегатами-культурниками, и это обстоятельство послужило толчком к историческому событию, важному не только для истории русского сионизма, но и мирового сионизма, но какое остаётся отмеченным лишь как констатация. Ицхак Маор рассказывает: "Молодые российские сионисты покинули Четвёртый конгресс неудовлетворёнными. Они не могли примириться с капитуляцией большинства перед религиозно-ортодоксальным меньшинством, изо всех сил боровшимся против культуры. Эта капитуляция произошла под влиянием Герцля, который считал раввинов выразителями настроений широких еврейских масс в России. Так полагали и остальные деятели из среды западных сионистов. Что касается молодых сионистов в России, то, хотя они и ценили политико-дипломатическую работу Герцля, то, тем не менее, не ставили её во главу угла, как это делал сам Герцль, веривший в скорую возможность современного "исхода из Египта". Молодёжь видела необходимость в более углублённой и разветвлённой культурной деятельности, особенно в сфере еврейского национального воспитания" (1977,с.101). В итоге в Базеле, в декабре 1901 года созывается конференция единомышленников, которая провозглашает создание Демократической фракции, возглавляемой президиумом из трёх человек: Яакова Берштейна-Когана, Хаима Вейцмана и Лео Моцкина. В этом же году на Пятом сионистском конгрессе Демократическая фракция провела основополагающую резолюцию, дающую направление дальнейшей сионистской работе: "конгресс разъясняет, что под понятием культуры он имеет в виду национальное воспитание еврейского народа, рассматривает эту работу как важный пункт сионистской программы и вменяет её в обязанность каждому сионисту".

Противостоящая группировка раввинов-ортодоксов также объединяется внутри сионистской организации и в феврале 1902 года основывается национально-религиозная организация "Мицрахи", ставшая позднее международной конфедерацией. Итак, Демократическая фракция обзавелась мощной оппозицией, её авторитет стремительно рос, и уже вскоре она не могла называться "фракцией". Как пишет И.Маор: "Поскольку подавляющее число членов Сионистской организации согласились с принципами Демократической фракции, она недолго просуществовала в виде отдельного объединения и фактически прекратила своё существование после Шестого конгресса и начала Угандийского кризиса. Её участники влились в общий сионистский лагерь". Но здесь И.Маор не прав: Демократическая фракция или русское ядро в сионистской системе не могла так просто раствориться и рассосаться; обладая собственной программой, коллективом единомышленников и даже своей оппозицией, сионистская конструкция Бернштейна-Когана - Вейцмана - Моцкина сконцентрировала в себе те параметры, что позволяют претендовать на политическую власть в государстве. Короче говоря, это образование фактически стала политической партией - первый реальный намёк на еврейское государство.

Было бы верхом наивности думать, что провозглашение государство Израиль явилось непосредственным результатом административной деятельности внешней международной организации или итогом вдруг пробудившейся любви чиновников ООН к евреям, - такого не было и никогда не будет. В.Лакер с большой документированной силой повествует о деятельности комиссии ЮНСКОП (Специальная комиссия ООН по вопросам Палестины), которая в ноябре 1947 года приняла решение о разделе Палестины на еврейское и арабское государства, а провозглашение государства Израиль было произведено Д.Бен-Гурионом 14 мая 1948 года после окончания срока британского мандата. Однако подобная динамическая хронология может быть выставлена в качестве первопричины появления еврейского государства только в параметрах материалистического понимания истории, тобто в анналах земной истории. Небесноисторическая методология видит в этом лишь следствие причины, которая погружена во внутрь еврейства, не признавая в феномене еврейского государства действие каких-либо внешних причин.

Тот же В.Лакер, будучи откровенным адептом политического сионизма Герцля и столь же неприкрытым неприятелем русского сионизма, и далёкий от подобного рода размышлений, сообщает о первом послевоенном заседании Всемирного сионистского форума (Лондон, сентябрь 1945 года): "Внутри комитета вновь развязалась привычная борьба. "Мицрахи" опять потребовала для себя больше власти и объявила, что выёдет из сионистской организации, но в последний момент передумала. На пленарных заседаниях, впрочем, выяснилось, что консенсус достигнут, и были приняты резолюции с требованием о создании еврейского государства, которое "будет основано на полном и независимом от религии или расы равноправии всех граждан в политической, гражданской, религиозной и национальной областях, без господства и подчинения" (2000,с.798). Итак, идеологическая группировка Вейцмана способна была самостоятельно объявить о создании еврейского государства. И не эта ли внутренняя ситуация возбудила рачительность ооновских чиновников, опасавшихся остаться не у дел? Но самым главным признаком появления новой государственной силы, достойной обладать властью, есть наличие индивидуальной персоны, способной быть исторической личностью. Вполне закономерно, что этот признак содержался в лоне русского еврейства, и такой личностью стал сын скромного торговца лесом из Полесского края (Белоруссия) Хаим Вейцман.

Как пишет историк Гершон Свет: "Вейцман вышел из недр русского еврейства. И в дни своих головокружительных успехов Вейцман всегда оставался русским евреем и любил порой в беседе щегольнуть русской народной пословицей и сочной остротой на идиш" (2002,кн.1,с.273). Будучи научным деятелем, химиком по образованию, Вейцман обладал строгим рационалистическим складом ума, был по-европейски блестяще образован, обладал по-русски прочувственной глубиной мысли и владел по-еврейски смелым кругозором. Многие считают, что судьбоносная Декларация Бальфура есть дело рук Вейцмана, а В.Лакер написал: "Как только была принята Декларация Бальфура, Вейцмана стали превозносить как вождя еврейского народа, нового Мессию". Сам же английский исследователь, известный в аналитическом мире своей способностью снабжать явления неоспоримыми и красноречивыми фактами, для явления Вейцмана принял фактическое доказательство, данное в словах Исайи Берлина. Лакер излагает: "Насколько сильным было обаяние его личности, можно понять из фрагмента биографии Вейцмана, принадлежащей перу Исайи Берлина: "Он был одним из тех людей, которые...близки самому средоточию души своего народа; его идеи и чувства были естественным образом настроены на те зачастую невыразимые, но всегда самые важные надежды, страхи, ощущения огромного большинства еврейских масс к которым он всю свою жизнь испытывал глубочайшее и абсолютно естественное сочувствие. Его гениальность, главным образом, проявлялась в умении ясно выразить в словах эти чаяния и надежды и отыскать способы для их реализации...Природа наделила его достоинством и силой. Он был спокойным, по-отечески заботливым, невозмутимо уверенным в себе и пользовался непререкаемым авторитетом. Он никогда не плыл по течению и всегда всё держал под контролем. Он принимал на себя всю ответственность и был равнодушным к похвалам и нападкам. Он был тактичен и обаятелен до такой степени, что в этом с ним не сравнился ни один государственный деятель наших дней".(2000,с.с.665,669-670)

В своих воспоминаниях "Поиск и заблуждения" Хаим Вейцман продемонстрировал свою врождённую, психологически очень редкую, но крайне необходимую для лидера, способность быть идеологом, что видно из следующего отрывка: "Западное восприятие сионизма было лишено, на наш взгляд, еврейского духа, теплоты и понимания еврейских масс. Герцль не знал русского еврейства; не знали его и примкнувшие к Герцлю западники Нордау, Александр Марморек и другие. Герцль с его способностями быстро постиг сущность русского еврейства - но не другие: они не верили, что еврейство России в состоянии дать движению руководителей. Герцль же научился ценить русское еврейство, после того, как встретился с его представителями и познакомился с ними на Первом конгрессе в Базеле. Он написал об этом сразу после конгресса, дав русским евреям самую высокую оценку. И, тем не менее, при всей своей интуиции, при всём своём доброжелательном понимании Герцль не мог в корне изменить своего подхода к сионизму. Что уж говорить о людях более скромного масштаба из его окружения. Сионизм западников был в наших глазах понятием механическим, можно сказать, чисто социологическим, основанном на абстрактной идее, без корней, берущих начало в традиции и еврейском народном чувстве. Поскольку мы находились вне руководства движением, его лидеры считали, что мы должны чувствовать себя облагодетельствованными, а не так, как мы себя ощущали - источником подлинной мощи движения. Мы, несчастные русские евреи, должны быть переплавлены в Эрец-Исраэль с их помощью, помощью свободных граждан Запада. Если же Эрец-Исраэль окажется недоступной, - что ж, придётся им подыскать для нас какую-нибудь другую территорию".

В словах Вейцмана дана причина того современного, но тщательно скрываемого, факта, что победа политического сионизма Герцля в Израиле, привела к краху идеала сионизма и его генеральной цели, проповедуемых русским еврейством. Этот крах наступил в силу того, что политический сионизм, по своей природе, чужд "традиции и еврейского народного чувства". И как следствие этого: столь широкая дискриминация русского еврейства в Израиле.

Нельзя не добавить к указанным лидерским качествам Вейцмана ещё одно редчайшее свойство истинного руководителя - свойство психологической объективности, то есть умение видеть в каждом человеке его истинную суть, вне зависимости от каких-либо привходящих обстоятельств. Благодаря этому своему качеству Вейцман смог, как никто другой, понять истинное значение и заслугу Теодора Герцля в движении сионизма, и это отношение сыграло огромную, ещё непонятую, роль в судьбе самого движения. В своей эпистолярии Вейцман писал: "Герцля мы любили и почитали, и знали, что он - великая сила в Израиле. Но в движении мы ему оппонировали, так как чувствовали, что мало двух-трёх лиц, разъезжающих по свету, дабы от нашего имени побеседовать с сильными мира сего. Это мы были рупором еврейских масс в России, искавших в сионизме выражения своей независимости, а не одного лишь спасения. Мы считали, что должны следовать по стопам билуйцев, только в значительно более широком масштабе; лишь это увлечёт молодёжь, разбудит дремлющие в нашем народе силы и создаст истинные ценности. Герцлю всё это было чуждо с самого начала. Однако...я поражаюсь величию Герцля, глубине его интуиции, позволившем ему так много постичь в нашем мире. Он был первым и единственным - и нет равного ему среди западных лидеров, но и он не был достаточно могуч, чтобы сокрушить стереотип своего мышления. В границах этого стереотипа, благодаря своим выдающимся способностям и безграничной самоотверженности, он принёс делу пользу неоценимую. Образ его в сионизме не забудется никогда" (цитируется по И.Маору, с.115-116).

Современные израильские историки, исповедующие, как правило, идеологию материалистического понимания истории и фактологию земной истории, не могут объяснить появление самостоятельного еврейского государства в условиях тогдашней международной обстановки, не привлекая, в том или ином виде, представление о чуде. В действительности никакого чуда не было, а был закономерный итог концентрированной воли выдающихся представителей русского еврейства. А чудо произошло на следующий день после провозглашения, когда новорождённое государство стало жертвой объединённой агрессии пяти арабских стран. Об этом чуде сказано на электронном портале русскоязычной диаспоры Австралии: "15 мая 1948 г. был недобрым днем для Организации Объединенных Наций. В этот день армии пяти арабских государств - Египта, Иордании, Сирии, Ирака и Ливана - вторглись в Израиль. Их целью было уничтожить новое государство, всего лишь день назад гордо провозгласившее свою независимость. Было ясно, что ООН ничем не может помочь. Она беспомощно развела руками и приготовилась к неизбежному. Несчастные евреи! В который раз их ожидает трагедия! Увы, такова, видимо, их судьба. Прошло несколько недель, и в грохоте выстрелов стали отчетливо различимы звуки еврейской победы. Обеспокоенная ООН приоткрыла глаза и увидела, что арабские армии проигрывают войну. ООН всполошилась и энергично принялась за дело - спасать арабов. Для этого у нее нашлись и средства, и желание. Тотчас была созвана Генеральная Ассамблея, и граф Бернадотт был отправлен во главе мирной миссии в Израиль, чтобы, упаси Боже, евреи не отпраздновали свою победу в Каире. Откуда-то из тайников истории евреи извлекли и щит Давида, и меч Бар-Кохбы. Они снова шли боевыми колоннами под водительством еврейских генералов, отдававших свои приказания на языке пророков. Куда девался кроткий, робкий еврей - стереотип, к которому привыкли на Западе? Что произошло? Действительно, что произошло? Со времен восстания Бар-Кохбы, с 135 г. н.э., у евреев не было армии. Откуда же взялись те еврейские армии, которые сейчас двигались на Каир? С 6 века евреи были в Палестине меньшинством. Теперь они быстро становились господствующим большинством. Еще в начале века Палестина была бесплодным, каменистым, поросшим кактусами клочком пустыни. Сейчас она превратилась в сельскохозяйственную и индустриальную страну. Плодородные поля и молодые города вклинились в самую глубь пустыни. Откуда взялись эти образованные фермеры, эти промышленные рабочие, эти менеджеры и специалисты, осуществившие такое преображение? Словно по волшебству, на краю света возникло современное демократическое государство с парламентом и Верховным судом, с независимой юрисдикцией. Как это все могло так мгновенно свершиться? Мир уже видывал революции. Но ничего подобного этой революции он не видел"

Что же касается дипломатической комбинации, в которую оказалось втянутым объявление независимости Израиля, и в которой решающую роль сыграла советская дипломатия, санкционировавшая акт провозглашения государства, то и здесь своё, хотя и опосредованное, значение имело русское еврейство. И.Б.Шехтман отмечает: "Советская линия в Объединённых Нациях, несомненно, вытекала в первую очередь из желания вытеснить Англию из Палестины, ослабить Британские позиции на Среднем и Ближнем Востоке и создать возможность советского проникновения в этот стратегически важный район. В расчёт входила также перспектива воспользоваться для этой цели русскими евреями в Палестине, как возможными носителями советского влияния" (2002,кн.1,с.342).

Закономерно отвечая сущности свершившегося события, первое правительство Израиля отражало дух выходцев из России, и оно на 98% состояло из представителей русского еврейства. Гершон Свет приводит неполный список имён: "Хаим Вейцман - первый президент Израиля; Ицхак Бен-Цви - второй президент Израиля; Мошэ Шарет - бывший премьер и министр иностранных дел; Давид Бен-Гурион - премьер Израиля. Ряд членов его кабинета: Леви Эшколь - министр финансов, Голда Меир - министр иностранных дел, Бар-Иегуда - министр внутренних дел, Мордехай Намир-Немировский - министр труда, Залман Аран-Аранович - министр просвещения, И.Барзилай - министр здравоохранения, Мордехай Кармон - министр транспорта, Кадиш Луз - министр земледелия и Пинхас Сафир - министр торговли и промышленности. Все они вышли из среды еврейства Украины, Волыни и Подолии. Был русским евреем, уроженец Москвы, покойный президент парламента И.Шпринцак. Во главе Керен-Гаессода стоял Лев Яффе из Гродно, поэт и писатель. Керен-Каемет (Еврейский национальный Фонд) был создан по инициативе Германа Шапиро, литовского еврея, и до последних дней своей жизни во главе стоял М.-М.Усышкин, на протяжении почти 45 лет игравший видную роль в сионистском движении и в самой Палестине" (2002,кн.1,с.271)

Таким образом, с момента образования Демократической фракции (1901 год) до образования государства Израиль (1948 год) русский сионизм пережил весьма своеобразный этап своей истории и биографии. Его особенность состоит в том, что, несмотря на колоссальные мировые катаклизмы, вместившиеся в этот интервал времени, а европейское еврейство перенесло свою наибольшую трагедию - Холокост, кривая сионистской деятельности русского еврейства шла по восходящей, и достигла своей генеральной цели: провозглашения самостоятельного еврейского государства. Эта дата является переломной по всем параметрам еврейского существования, и наступившая последующая эпопея качественно отличается от предшествующей жизни. Для русского еврейства это отличие, однако, было ознаменовано отнюдь не благодетельным способом. Наступившая в том же году "холодная война" между Советским Союзом и Западом вряд ли кому принесла урон больший, чем русскому еврейству, оставшемуся в СССР: прекратилась связь с Израилем. Ещё до войны, отмечая застопорившееся строительство еврейского национального очага в Палестине, Вейцман на 17-м конгрессе (Базель, 1931г.) назвал в числе главных причин ту, что в силу карательных действий советской власти, русское еврейство оказалось недоступным для сионизма, а "холодная война" многократно усилила этот фактор. Юлий Марголин написал в разгар "холодной войны": "Когда будет восстановлен естественный нормальный контакт миллионов евреев Советского Союза с Израилем, - надо надеяться, что русское еврейство снова выйдет на первое место во всех местах культурного строительства в Израиле и восстановит свою роль основного творческого фактора в развитии еврейской страны" (2002,кн.2,с.435). Но эти слова не стали пророческими. Невзирая на то, что Советский Союз влил в Израиль в 90-тых годах прошлого столетия такое количество великолепного еврейского вещества, - до 20% населения страны, - какого Земля Обетованная не получала ранее никогда, русское еврейство не только не "восстановило свою роль основного творческого фактора", но подверглось со стороны еврейского правительства массированной дискриминации.

III. Очерк второй. Русское еврейство в Израиле. Публицистика.

1.УМЕРЩВЛЕНИЕ РУССКОГО ЕВРЕЙСТВА

Публицистика есть публичное средство обсуждения того, что вызывает познавательное затруднение, служит проблемой и допускает разные толкования. Помимо этого тривиального назначения, публицистика может быть способом сбора и накопления признаков, посредством которого доказывается реальное существование определённого факта. В данном очерке таким фактом является массированная дискриминация русского еврейства в Израиле. Целевой установкой или замыслом очерка служит привлечение сведений, данных и высказываний, в основном, в средствах массовой информации, свидетельствующих о действительном наличии такой дискриминации, несмотря на то, что этот факт сам по себе достаточно известен и относится к числу привычных атрибутов израильской жизни, на которые уже не обращается внимания. Свою точку зрения я показываю, а не доказываю, - доказывать, в ту или иную сторону, будет читатель, если у него появится желание, - я информирую о существовании своего субъективного мнения. И только. Я не приглашаю к дискуссии или спорам на этот счёт, ибо не верю в эффективность этого способа, - я всецело на стороне del gran Ebreo (великий еврей) Зигмунда Фрейда, который заявил, что спор не является отцом истины. Истина не рождается в споре, истина порождает споры.

Мой очерк не есть специальное исследование, а свободная публицистическая информация к размышлению, и сравнительно-сопоставительный метод здесь исключается по определению. Потребность и необходимость в данной информации я вывожу не из общественной надобности, в которую я также слабо верю, а только из собственного соображения. А оно аккумулировалось во мне в следующем виде. Государство Израиль есть выпестованное дитя русского еврейства: русское еврейство было пионером и инициатором освоения (воссоздания) Земли Обетованной, русское еврейство создало экономическое бытие для государства евреев, русское еврейство заложило субстрат истории Израиля., русское еврейство сотворило государственный язык для еврейского сообщества на Земле Обетования, по воле русского еврейства было провозглашено государство Израиль, русское еврейство руководило становлением государства Израиль и осуществляло это руководство таким образом, что перед ним оказались бессильными объединённые армии арабских стран, и, наконец, русское еврейство показало себя демографическим спасителем государства Израиль на этапе Большой Алии. А потому состояние. положение и самочувствие русского еврейства в государственной системе Израиля является основополагающим фактором для характеристики последнего.

Своё обоснование проблема дискриминации находит с неоспоримой объективной стороны - со стороны статистического исследования результатов свободного опроса (Повторюсь, что факт сам по себе указывает только на наличие проблемы, но никак не на решение проблемы). Результаты опроса с высокой степенью доверительности таковы.

Данные опроса, проведенных Институтом социальных и психологических исследований Израиля (ISPR) под руководством Элиэзера Фельдмана. Опросы проводились в 1998 году по заказу газеты "Новости недели" среди представителей русскоязычной общины Израиля.

Характеристика выборки (усредненная по всем опросам):

Пол: мужчин - 48%, женщины - 52%

Возраст: 18-30 лет - 28%, 30-50 лет - 30%, 50 - (60)65 - 23%, (60)65 - ... - 19%

Образование: высшее - 47%, среднее специальное - 32%, прочие - 21%

Страна исхода: Украина - 30%, Россия - 28%, Беларусь - 11%, Молдова - 9%, страны Балтии - 7%, страны Средней Азии - 6%, Грузия - 5%, Азербайджан - 4%.

Место жительства: Большой Тель-Авив - 31,5%, Север - 29,8%, Центр - 16,6%, Иерусалим и окрестности - 12,9%, Юг - 11,8%.

Социально-экономический статус: среднеобеспеченные - 27%, малообеспеченные - 20%, высокообеспеченные - 6%, пенсионеры и инвалиды - 18%, безработные - 9%, неясного статуса - 20%.


Интеграция


Вопрос


Ответы


.Результат.


Считаете ли Вы себя израильтянином?

Без сомнения


5,8%


Скорее всего


12,4%


Вероятно нет


34,0%


Определенно нет


22,7%


Не знаю


25,1%


Какие проблемы, на Ваш взгляд, в наибольшей степени препятствуют успешной интеграции репатриантов? (можно было предложить несколько вариантов ответа)

Экономические трудности


64,2%


Социальное неравенство


52,4%


Этнические разногласия


38,0%


Разногласия между светскими и религиозными


26,7%


Таких проблем не существует


12,6%


Не знаю


23,0%


Если бы Вам представилась возможность эмигрировать, Вы бы ею воспользовались?

Безусловно


9,3%


Вероятно


15,9%


Скорее всего нет


24,6%


Уверен, что нет


44,8%


Не знаю


5,4%


Дискриминация


Вопрос


Ответы


.Результат.


Сталкивались ли Вы со случаями дискриминации, которые касались бы лично Вас?

Да


49,6%


Нет


21,2%


Не знаю


11,7%


Затрудняюсь ответить


17,5%


Считаете ли Вы, что русскоязычная община Израиля подвергается дискриминации?

Да


58,1%


В некоторой степени да


20,2%


Нет


11,2%


Не знаю


6,9%


Затрудняюсь ответить


3,6%


Считаете ли Вы, что другие общины или группы населения Израиля подвергается дискриминации?

Да


31,8%


В некоторой степени да


23,6%


Нет


27,2%


Не знаю


13,7%


Затрудняюсь ответить


3,7%


Следующие два вопроса были заданы только ответившим положительно на первые три.

Где, по Вашему мнению, признаки дискриминации русскоязычной общины наиболее очевидны? (можно было предложить несколько вариантов ответа)

В средствах массовой информации


72,4%


При приеме на работу


67,8%


В полиции


54,1%


В государственных учреждениях


48,9%


В транспорте


37,2%


На работе


28,4%


В быту


27,9%


В школе


27,6%


В банках


21,4%


В сервисных службах


19,4%


При личном общении


18,6%


В медицинских учреждениях


16,3%


В высших учебных заведениях


12,7%


В армии


10,2%


В других местах


67,5%


Не знаю


16,1%


Затрудняюсь ответить


13,2%


Можете ли назвать причины, из-за которых русскоязычная община Израиля подвергается дискриминации? (можно было предложить несколько вариантов ответа)

Боязнь конкуренции


32,5%


Более высокий культурный уровень нашей общины


32,4%


Недоверие


30,7%


Незнание иврита


30,2%


Величина общины


28,6%


Недостаточная религиозность


26,9%


Этнические противоречия


23,1%


Политические пристрастия


19,2%


Стремление к обособлению


15,7%


Экспансия "русской" культуры


12,4%


Другие ответы


82,1%


Не знаю


39,4%


Затрудняюсь ответить


21,8%


Чего Вы лично боитесь больше всего?


Финансовых проблем


62%


Военного конфликта в регионе


57%


Неприятностей у близких родственников или в семье.


.49%


Смерти


43%


Потери рабочего места и безработицы


42%


Серьезного заболевания или травмы


40%


Остаться без крыши над головой


34%


Одиночества


28%


Другого


51%


Затруднились ответить


3%


Отношение к репатриации в Израиль


Вопрос


Ответы


.Результат.


Жалеете ли Вы о своем отъезде в Израиль в свете начавшихся в стране исхода процессов демократической и экономической либерализации?

Да


43,8%


Нет


26,3%


Не знаю


14,7%


Затрудняюсь ответить


15,2%


Если бы можно было вернуть время назад, совершили бы вы репатриацию вновь?

Да


28,2%


Нет


53,9%


Не знаю


7,9%


Затрудняюсь ответить


10,0%


Если бы в бывшем СССР Вам вернули жилье, работу и прочее - возвратились бы Вы сейчас в место исхода?

Да


21,7%


Нет


54,6%


Не знаю


14,1%


Затрудняюсь ответить


9,6%


Итак, дискриминация русского еврейства является общим итогом проведенного опроса. За прошедшие со времени опроса десяти с небольшим лет проблема дискриминации ещё более углубилась. Об этом свидетельствуют результаты специального исследования, проведенного по инициативе партии Авигдора Либермана (НДИ) в 2005 году. Я приведу только данные, касающиеся государственной службы Израиля, какая в начальные годы государства на 98% состояла из представителей русского еврейства. Итак: "Выходцы из стран СНГ, репатриировавшиеся в Израиль с 1989г. составляют 15.4% от трудоспособного населения страны (возраст от 25 до 64 лет); В госструктурах представители этой категории составляют 14.3% от общего числа служащих; Руководящие должности в госструктурах лишь на 0.8% заняты представителями этой категории; В полиции представители этой категории составляют 3.7% от общего числа служащих (813 из 21.738); На руководящих должностях в полиции состоят лишь 0.2% представителей этой категории; В Минобороны и спецслужбах они составляют 1.1% от общего числа штатных сотрудников (20 из 1.893); На руководящих должностях в Минобороны и спецслужбах представительство выходцев из стран СНГ, репатриировавшихся в Израиль с 1989г., равно 0%; В Институте национального страхования ("Битуах леуми") представители этой категории составляют 2.4% от общего числа служащих (91 из 3.867); На руководящих должностях в Институте национального страхования представительство выходцев из СНГ, репатриировавшихся в Израиль с 1989г., равно 0%" (журнал "Глобус" 645).

Этот же журнал ("Глобус" 667, 2005) поместил статистическую подборку, выполненную Алиной Лацинник, наиболее красноречивые выдержки из которой следующие: "Только 1% репатриантов занимают руководящие посты. 40% зарабатывает менее 6000 шекелей в месяц (средняя зарплата в Израиле - Г.Г.). При этом зарплата 28% из них составляет менее 4 тысяч. Процент репатриантов - предпринимателей также невысок - всего 2%...Как сообщает активист движения за права репатриантов Алекс Тенцер, для олим (русскоязычных репатриантов), даже образованных и талантливых, существует потолок зарплаты, поэтому их и не принимают на высокооплачиваемые должности. По словам Тенцера, "Туда, где хорошо платят, как, например, в электрическую компанию или в порты, берут по протекции, и, естественно, эмигранты остаются не у дел. Очевидно, до тех пор, пока не завершится процесс приватизации, синекуры будут недоступны. В свою очередь, Израиль теряет специалистов высокого качества". Как сообщает ЦСУ, если же репатриантам и удаётся занять хорошую должность, их зарплата на 30% ниже зарплаты коллег-старожилов...Профессор Иерусалимского университета Эли Лешем выяснил, что только 18% репатриантов в возрасте от 20 до 29 лет удовлетворены своей жизнью в Израиле. Среди "коренных" жителей страны того же возраста эта цифра составляет 43%. Несмотря на то, что молодые олим более образованы (41% получили высшее образование по сравнению с 27% у сабр (старожилов - Г.Г.), большинство не может найти работу по специальности. Обладатели первой и второй учёных степеней согласны на унизительный минимум, лишь бы начать карьеру".

Должен повториться, что я занимаюсь не научными изысканиями, а свободной публицистической информацией для подтверждения достоверности общего вывода: притеснения и угнетение русского еврейства выступает непреложным признаком и диагностическим свойством современного Израиля. В Израиле проводится неимоверное количество статистических исследований, к которым здесь проявляется не столько особый, сколько не здоровый интерес, и все они представляют именно такой итог. Отсюда сам по себе возникает естественный вопрос: зачем мы сюда ехали? Вопрос-то естественный, да единого ответа на него нет, ибо ответов будет ровно столько, сколько индивидов, а то ещё и больше. А между тем общий порыв, который увлёк евреев из России (экс-СССР) в Израиль, предусматривает и общее побуждение, некое сознательное повеление, что могло бы исполнять роль пусковой пружины. Со всей мерой условности, какую предусматривает данная ситуация, я могу высказать предположение, опираясь на свой личный опыт.

Среди русскоязычных репатриантов особым почётом пользуются так называемые "отказники", тобто те, которые в своё время получили отказ советского правительства на выезд в Израиль, и которые долгое время добивались этого права. Я причисляю себя к таким отказникам, но отказ я получил не от советского правительства, а от израильского консула на Украине, который в 1995 году отказал мне в визе. Консула звали Максим Гур (специально акцентирую внимание на имени, - страна обязана знать поимённо своих героев). Отказ был дан по той причине, что консул, как он мне сам объяснил, не был убеждён в том, что я избрал Израиль постоянным местом жительства (так называемое ПМЖ), хотя все документы я оформлял на ПМЖ. Когда мы обсуждали этот эпизод в еврейской общине моего родного города Львова, кто-то простуженным голосом заявил: "Может он хочет на лапу?" Все дружно набросились на Простуженный Голос: "Разве может еврей вымогать взятку у еврея? Свои так не поступают". Через 9 месяцев хлопот и стенаний, и, как оказалось, только благодаря заступничеству секретаря консульства, которую я, кстати, никогда не видел и даже не знаю имени, горе-консул Максим Гур выдал мне визу на въезд в Израиль.

"Свои" - вот тот стимул, который, как я предполагаю, двигал иммиграцию советского еврейства на Землю Обетованную. "Свои" - это ожившее извечное тяготение русского еврейства к Палестине и пробудившееся ощущение своей родины. За тысячелетнюю историю у евреев не было никого и ничего, кто и что могло быть для них своим, за исключением Бога. Ощущение того, что где-то есть свой было новым для евреев, вносило в их души будоражаще-успокаивающее воздействие, и оно-то исполняло роль магнита и центра притяжения. В г.Ковеле (на Волыни) мне пришлось наблюдать трогательный случай. Меня пригласили помочь погрузить вещи знакомой семье, уезжающей в Израиль. На коммунальной кухне я видел двух горько плачущих старушек, Одна - еврейка, которая уезжала, - плакала, что покидает обжитое обитание, покидает друзей и места, напоминающие о партизанской молодости, и другая - украинка, плакала, что лишается своей подруги и из-за тревоги за её будущее. Стремление к "своим" оказалось превыше всего.

Но действительность оказалась совсем иной, и об этом с горькой откровенностью поведал израильский поэт Влад Рывлин: "С приездом в Израиль наступило и отрезвление.  То, что я считал убеждениями, оказалось дешевой пропагандой, "свои" в своей массе представляли собой сброд со всего мира, даже не отбросы, а отбросы отбросов,- полчища спекулянтов всевозможных мастей и калибров, интеллектуалы с душонкой мелких лавочников и просто люмпены, не желавшие и неспособные ни работать, ни учиться, и живущие из поколения в поколение на пособия. Тем не менее, весь этот сброд был убежден в своей богоизбранности, считая себя выше арабов и "прочих гоев".  Весь этот сброд считал себя вправе третировать нас только за то, что мы "русские".  Ни в одном самом кошмарном сне я не мог себе представить, что недалекие и малограмотные еврейские попы подвергнут нашу семью столь унизительным проверкам на еврейство.  Мы и представить себе не могли, что подобное варварство могло существовать где- то еще кроме Третьего Рейха.  Ненависть и зависть местного сброда друг к другу и к окружающим, их чувство ничем необоснованного превосходства и ненасытная жажда к стяжательству на фоне хамства и убогой, колониальной архитектуры превратили нашу жизнь в ад, но вместе с тем, произвели переворот в нашем сознании. В то время Израиль был похож на огромный рынок рабов. Толпы палестинцев привозимых с оккупированных территорий каждое утро, казалось, заполняли все дороги. Чтобы попасть в Израиль они уходили из своих домов затемно и возвращались затемно. Их зарплата составляла едва ли половину от той, которую получали израильтяне, но все-таки, для них это был единственный выход, поскольку на самих оккупированных территориях, благодаря стараниям оккупационных властей вообще никакой работы не было. Помимо палестинских рабов были еще и таиландские и филиппинские, из Африки и бывшего СССР. Что-что, а эксплуатировать человеческую нужду эти кровососы научились хорошо. С распадом СССР, эти мелкие спекулянты возомнили себя Третьим Рейхом (правда ненадолго - после первой и второй интифад у юдонацистских кровососов наступило тяжелое похмелье). В не намного лучших условиях оказались и мы - иммигранты из России, приехавшие казалось к "своим"".

Итак, "свой" оказался "не свой" и между ними стало расти отчуждение, приведшее в итоге к появлению совершенно новой, житейской и духовной, ситуации и некоему особому нюансу биографии русского еврейства: дискриминации русского еврейства в чреве им же созданного государства. Разочарование, или, как сказал Влад Ривлин, "отрезвление", было первым и самым сильным впечатление от израильской действительности на начальных этапах. Эта тема не могла не стать животрепещущей, и она определила актуальное направление гражданского интереса репатриировавшихся русских евреев на страницах русскоязычных средств массовой информации. Эти дискуссии не принесли положительного решения проблемы, но позволили отчётливо разглядеть параметры действующей конфронтации.

Профессор Леон Меньшиков с научной основательностью рассмотрел вопрос, и в статье "Обезьяна и кувшин" (еженедельник "Пятница", 111,1997г.,Тель-Авив) пришёл к выводу, что "В Израиле...ложь, необязательность и безответственность пронизывают буквально все слои общества без видимых исключений" и что к числу "...уже сложившихся, к сожалению, отрицательных черт израильской ментальности можно отнести трусость и скрытую неуверенность в себе и в своих действиях, прикрываемые внешней агрессивностью и наглостью", и далее: "С трусостью и наглостью связаны мстительность израильтян и склонность многих из них к сутяжничеству и доносительству". Этот ассортимент "достопримечательностей" израильских обитателей Земли Обетованной я дополнил двумя штрихами: минимум самокритичности при максимуме самомнения и патологическая необъективность (статья "Земля без святынь?", еженедельник "Пятница от 31.12.1997г.,Тель-Авив).

Доктор психологии Исаак Юдовин говорит в статье "Психологическая установка и нравственность" (газета "Новости недели" от 3.03.1997г.,Тель-Авив), что новые репатрианты встретились в Израиле "...с такими уродливыми явлениями, как равнодушие и цинизм, ложь и лицемерие, высокомерие и нетерпимость, жестокость и агрессивность, мошенничество и казнокрадство, наркомания и сексуальная распущенность", и не ожидали, "что на этой земле - библейской - весьма распространены бездуховность и безнравственность, атмосфера безудержной наживы любыми средствами, убивающей в человеке всё человеческое". В появлении данного разочарования д-р И.Юдовин как бы обвиняет самих репатриантов, у которых ещё перед отъездом, как он пишет, "...сформировалась психологическая установка, содержащая идеализированные, приукрашенные представления о нравственной стороне жизни израильского общества". Другими словами, повинно чрезмерное вознесение статуса "своих". Но уважаемый доктор психологии здесь не совсем, а точнее, совсем не прав, ибо идеализация иллюзий - диагностическая черта еврейской натуры и сотворение иллюзий - динамический принцип еврейского естества. А профессор Леон Меньшиков обвиняет общество в том, что вместо любви к ближнему оно культивирует некий синтезированный продукт, вмещающийся в тезис: всегда виновен потерпевший. Если вы окажитесь в ситуации пострадавшего, не важно от чего именно, то, как пишет Меньшиков, "...можете не сомневаться, что вас же во всём и обвинят, и для вас же будут требовать суровой кары". Этот тезис имеет хождение в израильском обществе не только как житейский приём и юридический казус, но и как поведенческая норма.

Обобщая эти реально-психологические данные совсем несложно вывести небесноисторическое обоснование факту разочарования израильской жизнью: укоренённое в обществе пренебрежение человеческой личности. Ничем иным невозможно объяснить, к примеру, забастовки медиков, которые ради повышения своего благосостояния без колебаний ставят под угрозу здоровье, и даже жизнь своих пациентов. Морально-нравственная недоброкачественность и общий духовный дефицит современного израильского бытия, на которые указывают профессор Л.Меньшиков и доктор И.Юдовин (далеко не единичные и не уникальные в фактологическом отношении) есть не что иное, как явные признаки и прямые доказательства попрания ценности человеческой индивидуальности. Но ценность человеческой личности есть величайшая святыня, заповеданная Торой. Итак, Израиль есть земля без святынь, - такова небесноисторическая репутация современного израильского бытия.

Эти моменты при углублённой рефлексии подводят к важнейшему небесноисторическому обстоятельству, характеризующему Большую Алию 90-тых годов в русском еврействе. Не является новостью, по крайней мере, большой, что еврейская духовная среда с религиозными богатейшими традициями несёт на себе явные следы и последствия фальсификации, обязанной засилью и диктату религиозных ортодоксальных правоведов, и в стране имеют место предпосылки системы воинствующего иудаизма. Признаки и приметы воинствующего иудаизма в Израиле весьма многолики и разнообразны, и потому у меня нет возможности говорить об этом подробно. Я сошлюсь лишь на один из них, очень весомый и наиболее культивируемый в прессе, на страницах специальной литературы и в парламентских речах, по причине чего он фактически уже не признак, а аргумент, - принцип превосходства и избранности евреев. Электронная Еврейская Энциклопедия (том 10) дала по этому поводу исчерпывающее объяснение: "Израильтяне считали себя народом, избранным Богом, и в своём Боге видели властителя мира, так что их религиозная вера объединяла идею избранности Израиля с универсалистской идеей будущего правления Бога над всем человечеством". Раввины числили себя единственными и непогрешимыми носителями этого еврейского учения, а также хранителями всего еврейского духовного достояния. Современный идеолог воинствующего иудаизма Нахум Перер указывает: "Когда еврей в чём-то сомневается, он обращается за разъяснениями к компетентному раввину, решение которого является для него окончательным и не подлежащим дальнейшему обсуждению, потому что устами мудрецов говорит сама Тора. Так было на протяжении всей еврейской истории" (еженедельник "Еврейский камертон" от 22.06.2000г.,Тель-Авив).

В своё время в Советском Союзе была также создана система воинствующего материализма - базис большевистской идеологии, которая, будучи внедряемая насильственно, не могла не коснуться и русского еврейство, что и произошло в лице отщепенства и приспособленчества.. Хотя иудаизм и большевизм являются антагонистами по всем направлениям, но методологически они одинаково относятся к воинствующему, насильственному способу общения и внушения. Важнейшее небесноисторическое обстоятельство, случившееся с русским еврейством в связи с репатриацией в Израиль, есть раскол, при которой часть, заражённая большевистской идеологией, органически слилась с воинствующим иудаизмом, - благо многого менять не требовалось: тот же ринг, та же бойцовская поза, и только следовало сменить форму спортивного общества. (Красноречивый пример. По прибытию в Израиль я поступил в религиозный хасидский кружок. Старостой там значился человек, бывший тюремный надзиратель, который имел орден за 50-летнюю службу в рядах коммунистической партии Советского Союза. Он этого нисколько не скрывал и охотно рассказывал всякие истории из своей жизни. Я перестал посещать кружок, когда заподозрил, что этот человек охранял тюремный лагерь, где сидел мой отец).

Итак, массовый трансфер русских евреев в Израиль привёл к трансформации структуры русского еврейства, и появились новые параметры в его биографии: имеется в виду раскол духовной архитектуры и взаимоотношения с религиозной частью коренного населения Израиля. Тех, кто присоединился к системе воинствующего иудаизма благодаря расколу русского еврейства, поэт и публицист Михаил Беркович назвал "безродными космополитами" (я называл их профессиональные евреи) и он писал: "Но более всего меня возмущают мои соплеменники, бывшие безродные космополиты великого СССР. Они уехали из той страны и здесь продолжают искать безродных космополитов в своей среде, внутри себя" (статья "Как дела, безродные космополиты?". Журнал "Семь дней" от 3.10.2002г.,Тель-Авив).

В секулярной сфере израильского общества влияние идеологии воинствующего иудаизма сказалось на теории историка Шмуэля Эттингера о врождённом антисемитизме русской духовности (в основе этой теории положен факт разгрома ереси жидовствующих в России XV века), в соответствии с которой все крупные русские писатели объявлены в Израиле антисемитами (см. мой трактат "Слёзы мира и еврейская духовность"). Для подтверждения антисемитизма Льва Толстого, к примеру, Лина Торпусман прибегает к следующим аргументам: "Прислушаемся к откровению Толстого и признаем - наши проблемы, беды и даже зверски убитые жертвы мало трогали его и были ему почти безразличны. Толстого не интересовало и мнение евреев о нём, потому он так спокойно переиначивал факты и отрицал в знаменитом письме очевидное и всем известное". Здесь достаточно ознакомиться с мнением трубадура русского еврейства Семёна Дубнова, чтобы стала понятна принципиальная позиция русского еврейства: "Перед отъездом из Петербурга я напечатал в "Недельной хронике Восхода" (1889, 6, под инициалом Д.) заметку "Граф Л. Н. Толстой и евреи". Поводом к ней послужили распространившиеся в русской прессе толки о "юдофобстве" Толстого: он будто бы выгнал одного нахального репортера, приехавшего для интервью в Ясную Поляну, и обозвал его "жидом". Я добрался до источника этих слухов и нашел его в одной газетной пародии, где непроницательному читателю трудно было отличить правду от вымысла. Чувство пиетета к великому писателю побудило меня рассеять это недоразумение. В своей заметке я старался доказать цитатами из трактата "В чем моя вера" (из-за цензуры имя запрещенной книги не было названо), что отношение Толстого к еврейству находится на высоком уровне его чисто этического учения. При этом я сослался на его рассказ о том, как он при чтении Евангелия вместе со своим учителем еврейского языка, московским раввином Минором, выразил свое возмущение по поводу того, что приверженцы религии любви устраивали в то же время жестокие погромы на юге России. В заключение я выразил пожелание, чтобы Толстой заявил в печати о своем отношении к евреям для того, чтобы рассеять упомянутые газетные толки. Через некоторое время Толстой откликнулся на этот призыв, хотя и в косвенной форме. Одна из его московских поклонниц, Августа Берчанская, показала ему нумер "Хроники" с моей заметкой и получила от него полномочие опубликовать в этом же органе опровержение лживых слухов. Толстой полностью подтвердил высказанное мною мнение о несовместимости всякого "фобства" с его учением и заявил, что даже не понимает юдофобства в людях мыслящих. Это заявление было напечатано (в "Хронике Восхода", 18), и я был очень доволен тем, что со своей стороны содействовал снятию клейма юдофоба с человека, который для того поколения интеллигенции слыл пророком и "учителем жизни".

Израильское общество расчленилось на два лагеря: в одном религия стала политикой, в другом - политика превратилась в религию, и оба они отторгают ту подавляющую массу русского еврейства, которая сохранила верность традициям. И в итоге между ними выросла "стена", о которой говорит Михаил Вайскопф:

Д-р Михаил Вайскопф

Стена

Речь идёт о стене между "русскими" репатриантами и коренным населением Израиля. Когда я пытаюсь как-то определить их взаимоотношения, мне приходит в голову именно этот образ. За те три десятилетия, что я живу в Израиле, я постоянно убеждаюсь, что стена эта только разрастается. Есть, конечно, и лазы, подземные ходы, какие-то лесенки, но суть дела от этого не меняется. Чем лучше и успешнее проходит абсорбция, чем легче встраивается человек из России в израильскую жизнь, тем, по моим наблюдениям, он всё явственнее от неё отчуждается. Опять-таки, сужу только по личным впечатлениям, но у меня их накопилось достаточно много и на самом разнообразном материале. Общая картина примерно такова. Человек приезжает из России с горячим желанием отождествиться с новой средой. Потом наступает охлаждение, и с годами оно только растёт. Практически все мои друзья спустя десять, двадцать или тридцать лет вполне благополучной израильской жизни возвращаются в "русскую" среду. Это касается гуманитариев, физиков и т.д. Собственно говоря, исключения мне почти неизвестны. Проблема тут вовсе не в степени владения ивритом. Ведь то же самое происходит с людьми, говорящими на нём абсолютно безукоризненно, без малейшего акцента. Профессор университета уклоняется от научных дискуссий с сабрами, предпочитая им "своих" либо американцев и европейцев (причём, уверяю вас, вовсе не по карьерным соображениям). Знакомый художник, отбрасывая надоевшую ему "А.Арэц", возвращается к русской печати и русским книгам. По долгу своей работы (я редактировал молодёжный журнал) я знаю немало подростков и молодых людей, закончивших школу в Израиле, но выбирающих русскую среду, хотя иврит для них практически родной язык. Нередко писать они тоже предпочитают по-русски, хотя иврит знают лучше. Ещё одно интересное явление: рождённые или выросшие в Израиле дети репатриантов из России зачастую предпочитают общаться друг с другом в своём же кругу, хотя говорят между собой на иврите. Никак не иначе обстоит дело в "русской" религиозной среде. Каждый, кто знаком с ней, знает, что возникают и продолжают складываться группы ортодоксов, живущих обособленно от своих единомышленников-сабр. Могу сослаться хотя бы на кружок иерусалимских каббалистов - кстати, превосходных знатоков предмета. "Зоар" и другие книги они предпочитают обсуждать между собой по-русски, хотя не испытывают ни малейших проблем с ивритом. Мне приходилось даже слышать разговоры о том, что "русские" создают в Израиле особую форму иудаизма. (Порой эта отчуждённость приводит к парадоксальным последствиям: поговаривают, что "русский" каббалист Лайтман стал духовным наставником для киббуцников, возвращающихся к иудаизму, - вероятно, в силу своей отчуждённости от привычных и ненавистных им форм еврейской религии.) В качестве возражения мне могут сослаться на те или иные случаи идеальной культурной абсорбции - на те ситуации, когда бывшие репатрианты полностью, без всякого остатка растворяются в израильской ивритоязычной жизни. Но, как правило, это происходит лишь с людьми, прибывшими из провинциальных регионов и слабо знакомых с русской культурной традицией, - иначе говоря, им почти нечего терять в духовном смысле.

Что всё это значит? Как минимум, одно: нынешний ивритоязычный Израиль лишён силы притяжения. Он наделён, скорее, силой отталкивания. В религиозной среде люди абсорбируются всё-таки легче, но отталкивание ощутимо и там. Один мой знакомый говорил мне на днях: "Странное дело: я приехал в Израиль в возрасте 17 лет. Учился, вероятно, в лучшей ешиве - в Гуш-Эционе. Мой раввин - профессор Оксфорда, эрудит с широчайшим кругозором. Я занимался с восторгом и увлечением. Но вот я закончил ешиву, давно потерял его из виду. И странное дело: мне интересно беседовать, помимо бывших соучеников, тоже только с выходцами из западных стран или земляками, но не с сабрами. У меня нет ни малейших языковых ограничений - но меня удручает ограниченность их кругозора, скудость общекультурных запросов. Мне просто не о чем с ними говорить". С израильской стороны отталкивание выражается по-разному - и прежде всего в отказе самих израильтян от любой формы равноправия по отношению к "русским". Послушайте радиопередачи на иврите, взгляните на экраны телевизоров. Свыше миллиона человек, пятая часть населения страны, стали невидимками. Они не существуют, а лишь мерцают где-то за гранью сознания. Они сгущаются и обретают телесные формы только для того, чтобы совершить очередное правонарушение. В ивритоязычных СМИ "русские", как правило, представлены лишь в классическом образе воров, алкоголиков, наркоманов и проституток. В таких случаях СМИ с наслаждением оглашают их экзотические имена (применительно к другим этническим группам выказывается куда большая деликатность). Сборник рассказов израильских писателей, пишущих по-русски, умное издательство так и назвало: "Призраки Израиля". Дизайн обложки соответствующий: всё в чёрных, мрачных, загробных тонах; заглавие двухцветное, красным - "Призраки", нежно-голубым - "Израиля". Судя по прессе, беллетристике, кинофильмам, "русские" по душе израильтянам лишь в наиболее безобидном своём амплуа: снисходительно относятся к старушкам или старичкам, либо к беззащитным молодым женщинам, внушающим желание им помочь, - сошлюсь хотя бы на такой парад стереотипов, как фильм "Друзья Яны". (Зато молодые мужчины, напротив, внушают опасение, и в том же фильме их образ трактуется крайне негативно.) Пример другого рода, но, в сущности, родственный, - думаю все помнят, как отвратительно и сухо освещала израильская пресса трагедию в "Дельфинарии". Или пример совсем недавний: 25 ноября прошлого года покончил с собой 37-летний художник, выходец из России Александр Роттенберг (выбросился из окна). Он оставил после себя молодую жену и месячного ребёнка. Так вот, по радио и телевидению, вещающим на иврите, я тогда не услышал ни одного упоминания в ивритоязычном издании об этом событии. Представьте себе, что было бы, если бы такое произошло с его местным коллегой. За несколько лет до этого приблизительно так же отнеслись к трагической гибели 27-летней Анны Горенко, самого талантливого поэта "русского" Израиля. Ещё я вспоминаю одно выступление знаменитого израильского писателя (назовём его, скажем, А.Б.Г.) на закрытом симпозиуме в Министерстве абсорбции, проходившем где-то в середине 90-х годов. Обращаясь к "русским", он сказал буквально следующее: "Мы-то сначала обрадовались, когда началась русская алия: вот, думаю, к нам едут новые читатели, а, оказывается, они предпочитают не читать на иврите, а сами писать по-русски. Это ещё зачем?" Кто-то из новых репатриантов, как водится, пожаловался на то, что профессорам из России приходится подметать улицы и мыть машины. А.Б.Г. отозвался бодро и жизнерадостно: "А что в этом плохого? Ведь тем самым они набираются нового ценного ментального опыта, который им пригодится, когда они начнут писать на иврите" Видимо, израильские интеллектуалы настолько эгоцентричны, настолько не уверены в себе и настолько боятся за свою гегемонию, что не выносят никакой конкуренции. Они боятся, что наплыв русскоязычной интеллигенции, придерживающихся иных предпочтений и иных традиций, умаляет их важность. Объединение русскоязычных журналистов не принимают в Союз журналистов Израиля. А знают ли израильские журналисты, какие гроши платят их русским коллегам? Следуя могучему инстинкту посредственности, Израиль успешно выталкивает из себя всё самое даровитое в русской алие. За некоторыми исключениями, уехали из страны лучшие математики, физики, музыканты, хореографы, гуманитарии, спортсмены. Уехал, среди прочих, замечательный писатель (и скрипач) Леонид Гиршович, уехал яркий поэт (и отличный учёный) Анри Волохонский. Совсем недавно, где-то в начале декабря, израильский ивритоязычный поэт Меир Визельтир встретил в Москве на книжной ярмарке своего русскоязычного коллегу Михаила Генделева - того самого, которого Хаим Гури не раз величал "нашим национальным поэтом". Визельтир радостно осклабился: "Как? Наш классик предпочитает жить в Москве?" Ещё бы - классику тоже хочется есть, хотя эту его привычку у нас не слишком поощряли. Без талантов нам спокойнее, государство мы маленькое и скромное и сограждан подбираем себе по росту.

Посмотрите на группы солдат: они говорят между собой по-русски, остаются в своей среде, хотя воюют за наше общее государство. Посмотрите на студентов: та же обособленность. Даже "русские" наркоманы обособлены от израильских - те считают их слишком крутыми. Даже в канцеляриях служащие-сабры и служащие-русские, охотно калякая между собой за чаем в буфете, очень редко заходят друг к другу в гости по вечерам. Такой вот "плавильный котёл". А ты, дорогой читатель, часто ли зовёшь к себе на ужин "русских", и часто ли они приглашают тебя к себе? Думаю, тебе будет всё же любопытно узнать, о чём говорят между собой эти невидимки или "призраки Израиля". Ну, допустим, о том, что репатриант никогда не станет директором предприятия, что "русского" никогда не назначат послом в Россию, что в полиции их служит всего 500 человек (менее 3% от её общего состава), что на весь Израиль, на все его 6 университетов, имеется одна-единственная кафедра русистики (в Иерусалиме) - это на миллион с лишним людей, говорящих по-русски; да и ту собираются закрыть. Для сравнения: в Америке, где по-русски говорит лишь около 200 тыс., таких кафедр было до недавнего времени 64, в Германии 14, в Италии 6. В Тель-Авивском университете нет даже русской библиотеки - это вам не Германия и не Америка. Говорят о том, что Шарон ни за что не назначит "русского" министром абсорбции, чтобы не укреплять общину. Охотно вспоминают о том, что когда на выборах 1992 года "русские" принесли победу левым, то правые из за это вовсю ругали, а левые скромно помалкивали, ничем не благодаря своих избирателей. А вот когда потом "русские" проголосовали за правых, уже левые крыли их от души, а правые вели себя точно так же, как левые раньше - ни слова благодарности и защиты. Говорят, что в отношении к "русским" вообще нет никакого различия между левыми и правыми, зелёными и голубыми, между Лимор Ливнат и Йоси Саридом, Ольмертом и Амосом Озом, ортодоксами из Мэа-Шеарим и Томи Лапидом. Говорят нередко о том, что за русский язык в Израиле можно убить и отделаться символическим наказанием, как это произошло в Кирьят-Малахи несколько лет назад, и что к репатриантам из России относятся в суде совершенно иначе - поэтому Григорий Лернер сидел в условиях, более тяжёлых, чем даже Иван Демьянюк. И мне сразу же вспоминаются очень похожие разговоры о дискриминации евреев, которые мы вели в когда-то СССР. Не надо только думать, будто сегодня олим столь же увлечены этой темой, как в прошлом темой антисемитизма и дискриминации в России. Давно уже сложился некий параллельный "русский" Израиль, который на инсинуации отвечает равнодушием или встречным презрением. Две огромные общины почти полностью игнорируют друг друга. Так, согласно фольклору, не видят друг друга мёртвые и живые. Если ивритский читатель и сам прекрасно помнит, как выглядят "русские" в его глазах и глазах наших СМИ, то, думаю, ему всё же стоит узнать, как он сам выглядит со стороны. Итак, вот вам набор встречных стереотипов. Схемой взамен схем. Долг платежом красен.

Многие из "русских" считают, что враждебное или отчужденное отношение к ним весьма традиционно для Израиля. Израильтяне, мол, вообще меркантильны, нелюбознательны и эмоционально скудны. Больше всего на свете они заняты самими собой, а на чужие дела у них просто не хватает воображения. Как 30 лет назад они встречали нас дурацкой "Катюшей", так продолжают встречать и сегодня, в полном убеждении, что эта песня доставляет нам такое же неописуемое наслаждение, как им самим (вроде того, как если бы перед беженцами из нацистской Германии исполняли бы задушевную песню о Хорсте Весселе). Израильтянам невдомёк, что за несколько десятилетий вкус в России несколько изменился - они дорожат своими сантиментами. К неприятным истинам они относятся инфантильно, стараясь замолчать их, - видимо, в надежде на то, что тогда правда исчезнет.

До конца 1942 года ишув старательно замалчивал уничтожение европейского еврейства, для спасения которого, между нами говоря, почти ничего не делал. Потом он всячески цензурировал сведения о преследованиях евреев в СССР, затем тормозил и ослаблял борьбу советского еврейства за репатриацию - всё из опасения, как бы не ухудшить (несуществующих) отношений с Советским Союзом. Я сам участник этой борьбы и могу привести множество фактов того, как нам мешал и пакостил тогда официальный Израиль. Теперь он так же предаёт Полларда. Во время войны Судного дня и долгие годы после неё цензура категорически запрещала сообщать какую-либо информацию о том, каким полоумным пыткам подвергались израильские солдаты в египетском плену - хотя только громогласная информация об этом могла предотвратить дальнейшие истязания и спасти остальных. Но у нас всегда предпочитали немотствовать.

Создаётся впечатление, что израильтяне просто неспособны к усвоению новой, непривычной и болезненной для них информации, ломающей родные шаблоны, и отвечают на неё таким же замалчиванием. Германию, Польшу и ряд других европейских стран потрясла книга В. Суворова "Ледокол" - о том, что Сталин сам готовил нападение на Германию в 1941 году, а Гитлер его упредил. У нас вышла на неё - в "А-Арец" - всего одна, вялая и уклончивая рецензия. На "Собачье сердце" Булгакова, изданное в превосходном переводе П. Криксунова с замечательным предисловием М. Каганской, тоже не появилось откликов - критики просто не знали, как реагировать на непривычную для них трактовку большевизма. Переведённый на иврит сборник стихотворений Михаила Генделева ("национального поэта"), сразу же раскупили - но рецензий опять-таки не было: никто не знал, как реагировать на это столь новое и грандиозное явление, не похожее на израильскую поэзию.

С сабрами куда труднее говорить о русской истории, русских реалиях и русской литературе, чем с европейцами. Ведь сабра до сих пор представляет себе октябрьскую революцию по фильму Эйзенштейна, принимая её за документальную съёмку. Он всё ещё уверен, что плохого царя свергли большевики, не имея представления о том, что в 1917 году в России произошла сперва демократическая и только потом, спустя восемь месяцев, большевистская революция, растоптавшая все свободы. Ленина он твёрдо считает гуманным пацифистом, желавшим добра простому народу. Или такая вот иллюстрация. Совсем недавно, года полтора назад, был какой-то юбилей Че Гевары, и у в Израиле по этому случаю транслировали нечто сладостное - а в тот же самый час в Москве группа ветеранов КГБ с ухмылками вспоминала, как она управляла каждым его шагом - в частности, посредством его русской жены - капитана КГБ (у нас об этом, разумеется, не сказали ни слова). Средний израильский дипломат в России не имеет понятия об истории и культуре страны, в которой он живёт (между нами, он удивительно плохо знает и еврейскую историю). Наше посольство в Москве вызывает ироническое и презрительное к себе отношение в кругах интеллигенции. По масштабу культурной деятельности его даже нельзя сопоставить с французским или немецким посольствами. Я не раз слыхал фразу: "Да ведь это скорее коммерческое, а не дипломатическое учреждение!" А как вели себя наши дипломаты? В Москве до сих пор со смехом вспоминают, как в первый же день коммунистического путча в августе 1991 г. Израиль в лице тогдашнего министра иностранных дел Давида Леви поспешил одним из первых признать мертворожденную хунту - всё по той же причине: косность и непонимание новой реальности. Я был тогда в Москве и хорошо помню, как трусливо вело себя наше посольство. Оно заблокировало телефоны и не оказывало никакой информационной помощи своим гражданам, бросив их на произвол судьбы. Наш культурный центр в Москве в нынешнем своём составе - просто посмешище. Я имею право говорить всё это. В Москве у меня вышло уже шесть книг, и всякий раз издатели намекали или прямо говорили мне о том, что хорошо бы из сведений об авторе убрать слово "израильский" - оно отрицательно сказывается на продажах, лишает книгу престижа. Наша культурная репутация в России ужасна, и мы сами делаем всё для того, чтобы её ухудшить. Ежегодно на арабский переводится с иврита в среднем 20 книг; на русский - две-три. А кто знает в Израиле местных русскоязычных писателей, коллег того же Генделева?

Как бы то ни было, раньше, ещё в 70-е годы, между израильтянами и новоприбывшими из России всё же сохранялась хоть какая-то эмоциональная связь, стимулировавшаяся ностальгическими позывами у отцов-основателей: они ещё помнили русский язык, интересовались жизнью своей бывшей родины, судьбой родных городов. Сейчас ситуация необратимо изменилась, ибо с сабрами такой даже реликтовой ностальгической связи нет и в помине. В итоге отчуждение всё нарастает, стена с каждым днём становится всё выше. Наша социокультурная позиция в этом вопросе бесконечно глупа и опасна: выталкивая "русских" на периферию израильского общества, мы отдаём их на культурный откуп России, которая явственно эволюционирует в антиизраильскую сторону, подражая в этом Европе и возвращаясь к собственным проарабским традициям. Мы плодим раздражённых маргиналов, среди которых уже сейчас различимы антисионистские, антиизраильские и антисемитские настроения. По счастью, подавляющее большинство репатриантов пока еще абсолютно лояльны к государству, вполне добросовестно выполняют свой военный и гражданский долг. Они верны своей стране - точнее, той "русской" автономии, которая уже фактически сложилась в рамках израильского государства. Защищая себя, они обороняют Израиль; защищая Израиль - обороняют себя. Неужели с нас хватит и этого?"

Тот же сюжет, но в ином аспекте, показал Алексей Коробов

Алексей Коробов //Славянский Союз" в Израиле

На дне

Дискриминация русскоязычных иммигрантов в Израиле достигла своей критической точки

Согласно статистическим данным в Израиле проживает более шести миллионов человек. Из них три четверти составляют евреи. Остальных именуют арабскими и другими национальными меньшинствами.

Однако, если бы статистика давала реальную картину демографической обстановки в стране, вряд ли это вызывало бы беспокойство у ревнителей еврейского государства. Реально же доля галахических евреев среди более чем миллиона бывших советских граждан настолько мала, что заставляет идти местных статистов на всевозможные уловки, вплоть до фальсификации статистических данных.

Начиная с 1990 г., когда в Израиль приехало 200 тысяч иммигрантов, раздаются голоса о непозволительно малом проценте евреев среди вновь прибывших. Однако официальной политикой государства было замалчивание этого факта. Страна, в которой две трети населения живет за счет остальных, нуждалась в низкооплачиваемом труде. После благополучного прибытия иммигранты занимали вакантные должности разнорабочих. Тогда это казалось временной необходимостью. Никому и в голову не могло прийти, что они столкнулись с целенаправленной политикой. Израиль нуждался в таком труде. Конечно, салон самолета мало походит на трюм невольничьего судна. Иначе и быть не может. На дворе ведь двадцать первый век. Однако чем больше русских прибывало в Израиль, тем большее беспокойство проявляли определенные слои израильского общества. Сефардская община, несмотря на низкий культурный и образовательный уровень своих представителей, успела занять все более или менее престижные ниши в государстве, не удостоенные внимания старожилов-ашкеназов, и даже кое-где потеснить последних. Появление большого количества квалифицированных кадров представляло прямую угрозу устоявшейся благополучной жизни. Чувство ускользающей стабильности нашло выход в открытом неприятии русских, неуклюжих попытках прикрыть свои интересы религиозной и расовой идеологией. В Израиле русские столкнулись с государственной структурой находящейся под полным контролем общинных и религиозных кланов. Под давлением этого мощного лобби в стране сложилась негласная система удержания русских на самом дне израильского общества, в которой задействован весь бюрократический аппарат государства. Дискриминация русскоязычных иммигрантов в Израиле достигла своей критической точки. Люди работают, служат в армии, зачастую рискуя своей жизнью, но это не избавляет их от пренебрежения и дискриминации. Большинство русских семей живет на дне общества. Для русскоязычной молодежи отсутствуют всякие перспективы. Процент оставивших школу русскоязычных детей с каждым годом повышается. Этому способствует как дискриминация, которой они подвергаются в школах со стороны своих местных сверстников, так и тяжелое материальное положение их семей. Безработица среди русских выше чем среди коренных израильтян, и это несмотря на то, что большинство иммигрантов согласны на любую работу. 10-12 часовой рабочий день - необходимость, обычное явление в русской среде. В тоже время на деньги налогоплательщиков содержится огромная армия чиновников-бюрократов, зарплата которых на несколько порядков выше. Отслужив в армии, имея формально равные права с коренной молодежью, русские лишены возможности их реализовать. Большая часть обладателей российских дипломов - адвокаты, врачи, учителя, инженеры - обречены перебиваться на низкооплачиваемой работе. Редкие исключения лишь подчеркивают эту непривлекательную реальность. Русский бизнес варится в собственном соку. Израильская система, построенная на клановых связях, не позволяет ему выйти за общинные рамки и развиваться. Некоторые выходцы из бывшего Советского Союза создали в Израиле марионеточные партии, находящиеся под патронажем крупных политических организаций. Они с успехом выполняют возложенные на них функции - дробят голоса русских избирателей, имитируют активность на русской улице. Израиль напоминает улей, где рабочие пчелы трудятся не покладая рук, чтобы накормить трутней, выполняющих репродуктивную функцию. Вся беда в том, что в отличие от настоящего улья израильские трутни плодят лишь себе подобных. Не стоит, однако, забывать, что рано или поздно все равно наступит осень. При клановой структуре израильского общества это пустой звук. Любая конституция, любые демократические законы останутся только на бумаге пока учреждения, призванные контролировать их исполнение, остаются в руках общинных кланов.

P.S. Марокканская община в Израиле насчитывает немногим более полумиллиона человек. Почти 50% из них занимают должности чиновников и служащих, при том, что высшее образование имеют лишь 20%. Среди них 20 депутатов кнессета и 6 членов правительства".

Русскоязычная община или, как любят выражаться в Израиле, "русская улица" отличается особенностью, которая, прежде всего, бросается в глаза в сравнении с другими аналогичными сообществами в Израиле, - это законопослушность. И она существует как остаток, реликт, иллюзии "своих". Представители русского еврейства не принимают участие в митингах и демонстрациях, не устраивают забастовок и шествий, не провоцируют уличных беспорядков, что не может не поражать на фоне тотального, прямо таки маниакального и невротического стремления к протестным действиям всех прочих общин, слоёв, групп в Израиле. Но зато по части публицистической активности "русская улица" не знает себе равных, и эта динамика духа (или интеллигенция духа) имеет отнюдь не показной или импульсивный характер. Я продемонстрирую лишь ничтожную долю выступлений рядовых членов "русской улицы" в Израиле не только с целью показать фактические оценки государственной дискриминации, - последняя и так очевидна, - сколько проиллюстрировать зрелость суждений и глубину мышления этой рядовой составляющей как производное общей образованности русскоязычной общины в Израиле.

В газете "Новости недели" от 9.09.1999г. в разделе писем читатель написал: "Дискриминация, издевательство, убийства и избиение по признаку страны исхода, запланированное бездомье, клевета, навешивание ярлыков, обман на всех уровнях при полном попустительстве со стороны, когда оно само (правительство - Г.Г.) формирует негативное отношение к "русским" и искусственно создаёт почву для ненависти и враждебного отношения со стороны местного населения, - это и есть преследование, которое подпадает под словарное понятие "погром". А коль так...то все мы уже давно, со времён Оры Намир, имеем право объявить себя беженцами, т.к. являемся лицами, подвергающимися преследованиям и имеющими основание опасаться за свою жизнь. А это и есть статус беженцев (см. ст.1 Декларации ООН о статусе беженца, 20.08.51)".

Ирина Петрова написала в газете "МИГ" от 5.05.2005г.: "В глазах новых репатриантов государство - это машина для собирания налогов и повышения цен, оно не даёт работы и нормального образования, отнимает льготы и снижает пособия. Ситуация становится всё хуже, и это лишает людей той веры в будущее, в возможность достойной жизни, которая поддерживала алию 90-х годов"

Заслуженный тренер России Григорий Рудерман написал в письме в редакцию журнала "Глобус" от 19.09.2004г.: "Я также приехал в Израиль на волне алии 90-х годов с самими лучшими намерениями быть полезным еврейскому государству, служить ему тем, что умею лучше всего. По прошествии некоторого времени выяснилось, что благими намерениями вымощена дорога в ад...Мы - чужие в этой стране. Нет шанса устроиться в израильском обществе без связей, будь ты хоть сто раз профессионал. Страна не ценит профессионализм, связи решают всё. Не имеет никакого значения, как ты работаешь, важно, с кем из власть имущих ты связан, кто за тобой стоит. Кланово-мафиозная структура общества связывает людей невидимыми, но прочными нитями. Связи семейные, военные, бизнесные. Все друг другу родственники или однополчане. Я приехал в Явнее один, ни с кем не связан и никому ничем не обязан. Умел только работать, а вот это умение по порядку приоритетов здесь на последнем месте. Город в большинстве своём верующий, а я не хожу в синагогу, не ношу кипу, не целую мезузу (ритуальный предмет на дверях - Г.Г.). Делается вывод - он не из наших людей. Я, еврей в сотне поколений, чувствую себя чужим в этом городе, в этой стране. Ты можешь работать лучше других. Достичь больших успехов, но в этом обществе, в этой стране ты обречён. Так случилось со мной. А теперь скажите мне, будет алия в страну с такими порядками и таким менталитетом? Не просто так последние годы уезжает людей отсюда больше, чем приезжает сюда. И вот теперь я думаю: зачем я приехал в эту страну с самими благими намерениями, истратил столько лет в бесплодных попытках что-либо совершить".

Читатель Ж.Сонин написал в журнал "Глобус" от 18.07.2004г.: " Если треть населения работают своим горбом, т.е. раскачиванием у разных сооружений собственных пейсов, вторая треть - в различных конторах, по сравнению с которыми "Рога и копыта" - образец производительного труда, а последняя треть торгует несвежим товаром, то выживание нации становится проблематичным. Вы, может быть, скажете о евреях-тружениках на заводах и на полях? Да, таковые есть, но вспомните, что в сельском хозяйстве на полях уже ни одного еврея не найти, на стройках работают китайцы и филиппинцы, улицы метут приезжие, в основном чистокровные русаки, но их всех можно считать отдельно, тогда, как безработными большинство израильтян можно считать условно: каждый из них претендует либо на место в Кнессете (парламент Израиля - Г.Г.), либо в банках, страховых компаниях и пр..Мы выстроили так называемое государство Израиль по образу местечка, где правит ребе, где все торгуют, воруют и обманывают друг друга и лгут, что называется без запинки. Помните, как это у Галича: "Потные, мордастые евреи / Свора проходимцев и ворья/ Разные Иоанны и Матфеи/ Наплетут с три короба вранья". Экономика страны фактически рухнула. Если в основе её лежит производительность труда, то не может таковая расти, ибо в основе израильского хозяйства лежит принцип "неравной оплаты за равный труд", когда олим, арабы, нелегальные рабочие с Востока получают официально в два-три раза меньше, чем свои в доску, когда существуют какие-то привилегированные отрасли, вроде "Хеврат-хашмаль", которым платят в два раза больше остальных, в том числе занятых интеллектуальным трудом, когда существует какой-то дикий квиют (льгота по стажу работы - Г.Г.) - государственная система гарантирования бездельников, когда раздувают ставки оплаты этих же бездельников за счёт постоянного снижения оплаты настоящих работников, а ещё потом доказывают, что в стране нулевая инфляция (они даже не знают, что это такое). А ещё Вы посмотрите на грабительские банки, вынимающие последний грош у хозяйства (даже не смешно, когда публикуют отчёты о том, что прибыли банков составляют всего 1.1 млрд. долларов, когда экономика рухнула), на бесконечные амутот (товарищества - Г.Г.) по выколачиванию денег из казны, денежные фонтаны в религиозные организации (это что же за страна, в которой оплачивается вера в Бога?) и прочая и прочая...Я заканчиваю. Мой знакомый, по-моему, отлично сказал: "В Израиле жить стыдно". Наверное, нужно собирать вещи".

Семён Пятковский написал в "Новости недели" от 04.11.2004г.: "Я 26 лет прожил на Украине, 12 лет в Ташкенте. По пальцам можно пересчитать случаи, когда меня оскорбляли как еврея. В Израиле редкий месяц обходится без "русим хара" (русские дерьмо - Г.Г.), "русим зеваль" (русские мусор - Г.Г.), "русим охаль хазир" (русские свиньи - Г.Г.). И никому не важно, что я стопроцентный еврей, что я не ем свинину, что, находясь в Одессе, Киеве, Москве, Ташкенте, я с огромным удовольствием ходил в синагогу. И всегда там собиралась масса народу. Когда я уезжал в Израиль, узбеки говорили мне: "Семён, у тебя две квартиры, четыре магазина - зачем ты едешь?" Я отвечал: "На родину". И вот уже 12 лет на еврейской родине я не могу пойти в синагогу, - в Израиле нет синагоги для русских евреев. Есть румынские, польские, марокканские, эфиопские, грузинские и другие синагоги, в которых к нашей алие относятся с нескрываемым презрением...Я обращался к трём мэрам Ашкелона - Бени Вакнину, Шабтаю Цуру, Рони Маацри,- и все трое считают, что наша алия, "русские" евреи не имеют права на свою синагогу. Мы, оказывается в Израиле - низшая каста".

Практически все подобные пассажи на "русской улице" исполнены в одном психологическом ключе: это стенания, состоящие из недоумения по поводу того, что свои оказались настолько чужими, и удивления в связи с тем, что израильское государство из лелеянного русским еврейством существа обратилось в его угнетателя. Небесноисторический подход даёт возможность увидеть историческую подоплёку этой вражды: она коренится и берёт начало в политическом противостоянии фракции Мицрахи и демократической (культуроносной) фракции Хаима Вейцмана. Но мало того. Еврейская история определённо указывает в связи с этим, как в глубине веков просвечивает исконно иудейская внутренняя вражда пророков с левитами (священнослужителями), продолжающаяся во вражду Иисуса Христоса к фарисеям. Во вскрытом разрезе исключительно важно, что в такой исторической ретроспективе "русская алия" в Израиле, избавленная от безродных космополитов, занимает положение на стороне пророков. И, таким образом, достаточно чётко вырисовывается идеологическая позиция репатриировавшего русского еврейства во взаимоотношении с воинствующей кастой израильского иудаизма. В небесноисторическом ракурсе это означает, что как раз русское еврейство, а никак не система воинствующего иудаизма, несёт в себе свет заветов Моисея.

Если по эту сторону Стены слышатся недоумевающие и разочарованные трели, то по ту сторону Стены раздаются вовсе другие мелодии, похожие на какофонические рыки. "Ведь разгуливают по Израилю хулиганы, бандиты, убийцы, насильники - выходцы из СНГ, которые натурально травят - не в прессе, а в жизни - еврейское население, и старожилов и олим, - пишет Игаэль Иегуди (статья "Русскоязычные евреи или ивритоговорящие русские", газета "Наша страна" от 10.06.1999г)., - Кто же они? Кто даёт процент криминальности, не превышающий "среднеизраильский" (кстати, среди молодёжи превышает намного)? Это - гоим" (неевреи - Г.Г.).

В 2005 году юридический советник правительства получил от общественного движения "Центр еврейского плюаризма" обращение с просьбой открыть уголовное дело против редакторов и журналистов газеты "Ха-Модиа" ("Объявление"). Журналисты газеты утверждали, что репатрианты из бывшего СССР сплошь "низкие убийцы", "пьяницы" и "пятая колонна" в еврейском государстве, и что алия из экс-СССР превращает Израиль в "государство убийц и рассадник неонацизма". Один из корреспондентов за подписью М.Шалом написал: "Израильтяне, сыновья еврейского народа, начинают осознавать, что даже если эти чужие люди получили права репатриантов и выучили иврит, в их жилах течёт нееврейская кровь. Во всех населённых пунктах, где живут репатрианты - неевреи из СНГ, кровавые руки Евгениев и Николаев убивают ни в чём не повинных евреев и евреек". Обращение не возымело никакого действия.

Козырной картой всех упрёков в адрес русскоязычных репатриантов служит большое количество криминальных и антисоциальных элементов, прибывших в страну с Большой Алией 90-тых. Но такой довод не может позорить членов формации русского еврейства, ибо он относится не к ним и порицает не их, а законоохранительные органы Израиля. Криминалитет всегда очень чутко оценивает ситуацию внутри страны, и он в массовом порядке стекается туда, где имеются благоприятные для него условия, в данном случае, в государство Израиль, для чего и был использован Закон о возвращении. На цветы слетаются пчёлы, а на вещество с неприятным запахом - навозные мухи, здесь в полной мере срабатывает схема "свои" к "своим". Израильская законоохранная служба, не способная справиться с коренным криминалитетом, оказалась бессильной перед приезжим, активным и дерзким, преступным миром, а дабы соблюсти в чистоте свой мундир, оплёвывает всех русских репатриантов.

Если в большинстве "русская улица" в Израиле отличается относительной законопослушностью, то противостоящая ей среда воинствующего иудаизма, по закону противоречия, будет выступать нарушителем законности. И эту честь с какой-то вызывающей бравадой несут представители секты ультрарелигиозных ортодоксов - передового отряда системы воинствующего иудаизма, какие сделали устройство публичных бесчинств своим излюбленным занятием, а в последнее время, используя самые вздорные поводы, похоже, перевели данное занятие в потребность. Среди тривиальных перекрытия дорог, нарушений общественного порядка, метания камней и поджога покрышек, в деятельности ортодоксов иногда происходят события неординарные. В мае 2008 года во дворе синагоги Ор-Иехуды был разложен костёр из сотни книг Нового Завета; точь-в-точь, как в XIII веке, когда еврейские ортодоксы упросили христианских сжечь книги Рамбама (великого мудреца Моисея Маймонида). Инициатором бесчинства в Ор-Иехуде выступили местные муниципальные власти и ученики местной иешивы, - важно здесь то, что данная чудовищная проделка не получила осуждения ни одного раввина и ни одного депутата парламента, что даёт основание рассматривать акт сожжения как момент государственной политики. Тут нельзя говорить, что черное израильское духовенство опустилось до уровня средневековья, - оно не поднималось с этого уровня, ибо осуществляло универсальное для всякой воинствующей идеологии действие: борьбу с инакомыслием, инаковерием, инородством. Такова компетенция воинствующих христианства, православия, ленинского материализма, и таков круг бытия воинствующего иудаизма. История свидетельствует: там, где начинают жечь книги, кончают сожжением людей, - израильская система уже доросла до погромов, о чём будет сказано впоследствии.

Ещё об одном неординарном событии, но произошедшем во вполне ординарном воинствующем режиме, сообщил журналист Сергей Бавли: "В День Независимости Израиля в славном городе Бейт-Шемеше ультрарелигиозные ортодоксы собрались на демонстрацию. Вели себя, по обыкновению, очень шумно, временами агрессивно, но полиция их до поры до времени и пальцем не трогала, должно быть. полагая, что граждане, по здешней традиции, пойдут, оглаживая пейсы, громить и поджигать русские магазины. Но повод у собравшихся на сей раз был куда серьёзнее....И тут выяснилось, что демонстранты протестуют как раз против самого факта существования государства Израиль....Вот демонстранты в Бейт-Шемеше, громко всё это высказав, публично сожгли израильский флаг" (статья "Гордые люди со спичками и протянутой рукой", журнал "Глобус" 657 от 22.05.2005г.; выделено мною - Г.Г.). Автор статьи не считает нужным пояснить, что против существования государства Израиль высказывают не весь лагерь верующих (харедим), а лишь определённые их разновидности, которых Дов Конторер объединяет в группу под названием "ультраортодоксия". Пафос статьи сосредоточен в возмущении автором бессовестностью и наглостью ортодоксов, которые проклинают государство, за счёт которого они существуют. Однако суть феномена заключается не в ортодоксах, а в государстве, какое, притесняя потомков русского еврейства, создавших это государство, содержит паразитическую прослойку, требующую его уничтожения, публично сжигая книги и флаги. Метко определили Дов Конторер: "Никогда и нигде огромная масса ультраортодоксального населения не могла бы жить так, как она живёт сегодня в Израиле, навязывая себя остальному обществу в качестве жреческого сословия, получающего своё содержание из государственной казны, за счёт налоговых отчислений работающих граждан" (2005).

Наивысшей аналитической нелепостью было бы исключать или обособлять в разрезе русского еврейства собственно русский компонент. Связь между русским и еврейским, - и именно плодотворная связь во всех аспектах, - не подлежит сомнению ни с какой стороны, ибо она (связь) положена основой культурного симбиоза двух духовностей. Как русская парадигма не может быть без места в ней еврейского модуса, точно также еврейская парадигма имеет в себе место для русского фактора. Поэтому при сотворении государства Израиль русское еврейство необходимо предусматривала конструктивное участие русских в качестве граждан Израиля. Но как раз это обстоятельство нарушало канонический строй воинствующего иудаизма в секулярной сфере, а именно гипотезу о врождённом антисемитизме русской культуры. А потому нынче наблюдается то, о чём сообщает Анатолий Герасимов на интернет-сайте "Русская община в Израиле": "У русских, имеющих израильское гражданство, а таких около 50-70 тысяч (1,5% от всего населения) нет ни одной общественной организации, ни одного общинного дома, ни одного культурного центра, нет даже ни одного русского кладбища; - Русских солдат хоронят не рядом с их боевыми товарищами, а на отдельных участках воинских кладбищ; - Более 80 профессий закрыты для русских в Израиле, так как они не являются евреями; - В Израиле по сей день убивают за русскую речь и убийцы не несут заслуженного наказания; - Русскоязычная пресса поливает грязью русских и Россию; - В русскоязычных еврейских школах русских детей нередко обзывают русскими свиньями и гоями, а учителя в ответ на жалобу ребёнка предлагают ему просить родителей, чтобы сделали ему гиюр (религиозная форма обращения в еврейство - Г.Г.). О защите прав населения: русскоязычными евреями составлена Черная Книга преступлений израильской полиции в отношении русских и русскоязычных евреев. Там хорошо написано, как и кем в Израиле "защищаются" права граждан. Депутат Кнессета Михаил Кляйн сказал, что "русские - это помои, которые сливает в Израиль Россия"".

Иная статистическая база содержится в статье Константина Капитонова "быть русским в Израиле" (газета "Труд" от 13.07.2004г.), но в содержательном плане показана та же безрадостная картина: "Опрос, проведенный центром социологических исследований имени Рабина среди русскоязычного населения Израиля показал, что 44% опрошенных определяют свою этническую принадлежность как русские, что составляет около 500 тысяч человек. Эти данные в израильских СМИ были названы "разочаровывающими". Каково же быть русским в еврейском государстве? Чтобы найти факты ущемления русского национального меньшинства в Израиле, не надо прикладывать особых усилий. Они - на поверхности. Запреты на профессии (для них закрыты более 80 профессий). Увольнение с работы только за то, что еврей-работодатель увидел на груди у русского крестик. Невозможность быть похоронёнными рядом со своими ближними на одном кладбище. Залепленные чёрной плёнкой фотографии на русских могилах. Всего не перечислишь... В тель-авивской газете "Маарив" бывший министр внутренних дел, один из лидеров религиозной партии ШАС (верховный штаб воинствующего иудаизма - Г.Г.) Эли Ишай в прямой и недвусмысленной форме дал понять неевреям, гражданам Израиля, что они "являются объектом преследования со стороны религиозной части израильского общества". То есть он практически открыл "сезон охоты" на своих сограждан",

Однако К.Капитонов не совсем точен: министр Э.Ишай открыл не "сезон охоты", а изложил принцип стратегии воинствующей религиозной доктрины харедим, господствующей в израильском обществе. Культурное принижение русских граждан в Израиле есть первейшее проявление насильственной природы израильского иудаизма и излюбленное занятие "безродных космополитов", отколовшихся от формации русского еврейства и специализирующихся на перекраске русской классической литературы в антисемитский колер. Капитонову принадлежит красноречивое наблюдение: "...в Израиле нет ни одной русской школы. Поэтому, когда говорят о том, что здесь открыты "русские" школы, это означает, что они открыты для еврейских мальчиков и девочек, неспособных быстро выучить язык своей страны. Кроме русского языка, в этих школах больше ничего русского нет. Русских детей эти школы превращают в безродных космополитов. Ибо, выйдя из них, они не испытывают никакой любви ни к Израилю, ни к России".

Первое, что прежде всего, более всего и больнее всего поражает репатрианта в израильской жизни, пункт, с которого иллюзия "своих" перестаёт действовать, - это проблема работы. Острота проблемы усугубляется тем, что на своей генетической родине советские евреи не знали этой проблемы. Дотошные русскоязычные репатрианты быстро поняли, что эта проблема имеет чисто специфический облик, а объяснения об экономических причинах безработицы репатриантов - капиталистический строй, рыночные отношения, производственный застой, - какие в изобилии лились и льются из уст министров, депутатов, политологов, на телевидении и в прессе, суть невежественный обман или сознательная ложь. На портале IZRUS сказано: "По данным отчета, опубликованного недавно Ассоциацией по правам человека, процент новых репатриантов с высшим образованием из бывшего Советского Союза, работающих в соответствии с их данными самый низкий среди всех слоев населения. 16% новых репатриантов работают уборщиками, сторожами и по другим подобным профессиям, в то время как среди остальных слоев населения в этой сфере заняты 5%. И это при том, что процент людей с высшим образованием среди новых репатриантов выше, чем среди остального населения. Многие новые репатрианты, живущие в Израиле, не реализуют своего потенциала на рынке труда. Это положение тяжело для новых репатриантов и задерживает развитие хозяйства страны. Именно сейчас, в период экономического кризиса, время, когда государство должно делать все возможное для поддержки развития хозяйства страны, оно обязано использовать человеческий капитал, который привезли с собой новые репатрианты, чтобы изменить ситуацию" (2005)

Любовь к своей профессии и гордость за свои знания были присущи представителям русского еврейства, прибывшим в Израиль в надежде послужить этим своим достоянием "своим". На генетической родине, в экс-СССР, работу подыскивали, прежде всего, как средство или способ самопроявления, и потому далеко не всякая работа была по нутру еврею, а именно та, что позволяла ему раскрыть это своё нутро с максимальной пользой для себя и окружающих. Но новоприобретённая родина перечеркнула все подобные иллюзии, и в этом сказалась чужая природа несостоявшихся "своих". В Израиле не гордятся профессией, работа здесь исполняет только одну миссию: быть занятием для добывания средств к существованию. Приведенные факты показывают, что рассчитывать на работу, как средство для самопроявления, не в праве люди с высшим образованием, обладатели гуманитарных профессий и культурных специальностей. Они принуждаются к работе ради выживания и физического существования. За этим негуманным, и даже варварским, обращением, однако, кроется глубокий смысл.

Будущие непредвзятые аналитики истории Израиля, несомненно, будут заинтригованы тем фактом, что экономическое бытие, сконструированное русским еврейством (А.Гордон, Б.Борохов, Н.Сыркин), для еврейского государства, принципиально отличается от марксизма, взятого как целокупное экономическое учение, приоритетом духовного над материальным. Поэтому в научной схеме труда, разработанной русским еврейством, и внедряемой через кибуцную организацию, запрещён наёмный труд и облагорожен физический труд. Аналитические соображения говорят, что трансформация "своего" в "чужого" была обусловлена, и начало ей было положено разрушением этой научной схемы труда, осуществленного воздействием воинствующего иудаизма. В приоритетную духовную часть еврейского сознания проникла фарисейская доктрина, культивирующая принцип превосходства и избранности. В итоге физический, "чёрный", труд был объявлен позорным, недостойным еврея (особенно верующего еврея), а всю "чёрную" работу в еврейском государстве должны исполнять "низшие", гои (неевреи). Был отменён запрет на наёмный труд и сломана экономическая структура кибуцного хозяйства. Страну заполонили сотни тысяч иностранных рабочих, пребывающих в Израиле на правах рабов, стремительно росла разница между бедными и богатыми, - явления, в корне противоречащие устройству еврейского общения по Торе.

Известно, что воинствующее духовенство существует на эксплуатации духовного, но еврейское воинствующее духовенство держится на мародёрстве духовного. Именно этим объясняется столь низкая духовная консистенция израильского общества, блестяще вскрытая специалистами из среды русского еврейства (Л.Меньшиков, И.Юдовин). Эта причина лежит в основе скандально малого морально-нравственного потенциала раввинов, стоящих во главе религиозной израильской доктрины, - носителей принципа превосходства. Скандалы, сотрясающие этот пласт израильского общества, грозят превратиться в хронические. Более всего среди раввинов распространены нарушения, которые в Торе отнесены к самым презренным - взяточничество, мздоимство, казнокрадство. В эпоху массовой репатриации особая нагрузка в религиозной сфере приходится на службу гиюра (религиозная форма обращения в еврейство). Оставляя в стороне идеологический вопрос о необходимости этой службы в системе подлинно религиозного познания, отметим методологическую важность гиюра в нынешней структуре религиозной доктрины. Может быть, в силу этой идеологической ложности гиюра, служба гиюра в системе этой последней является самой горячей точкой, которая безотказно генерирует скандалы, склоки, интриги. Журналист Пинхас Бен-Хаим провёл журналистское расследование этой службы и установил, что служба гиюра в настоящем виде есть организованная область наживы и незаконного обогащения, а обратиться в еврейскую веру возможно просто за деньги, несмотря на клятвенные заверения в обратном ведущих раввинов. Журналист сформулировал резюме своего расследования: "Цена обращения в иудаизм на "свободном рынке" гиюров колеблется от 2500 до 4000 долларов. В стоимость гиюра входят услуги самой фирмы и взятки, предназначенные для раввинов и сотрудников МВД" (статья "Гиюр по сходной цене", журнал "Новости недели" от 14.10.1999г.).

Беззакония в службе гиюра есть лишь одно, чисто внутреннее проявление природы воинствующего иудаизма, другой полюс таких беззаконий связан с обращением представителей русского еврейства, образованных и просвещённых, в люмпен-пролетариат (Lumpen - лохмотья). Уже упоминавшийся Михаил Беркович из Ашкелона заявил: "Стандартное, давно и всем известное положение. Вчерашние инженеры, врачи, писатели и журналисты сегодня стали подметальщиками улиц, уборщиками, няньками, моющими зады умирающим родителям богатых евреев". О том же с горькой грустью сообщает Григорий Брейгин: "Вчерашний русский интеллигент еврейского происхождения, с дипломом университета, а то и с учёной степенью, в Израиле - во всяком случае, в первые годы жизни - может рассчитывать только на чёрную работу - уборщика, мусорщика, грузчика. В этой "профессиональной среде" он сталкивается, в основном, с хамовитым кабланом - подрядчиком, с такого же пошиба владельцем лавки и т.п. Многие очень близкие мне люди прошли эту школу, и я доподлинно знаю ту меру унижения человеческого достоинства, которое они испытали" (журнал "Глобус" 641,2005г.). До слёз обидно было узнать, что в иерусалимском доме престарелых подмывает дам преклонного возраста Жанна Глебова - блистательная Сильва из одноимённого фильма А.Фрида; моя супруга, кандидат геолого-минералогических наук, специалист-нефтяник, дававшая консультации за рубежом (в Бангладеш, в Испании), моет лестницы в домах богатых евреев; я разносил газеты вместе с бывшим руководителем проектно-конструкторского бюро одного из крупных станкостроительных заводов Белоруссии. Примеров множество и я упоминаю их единственно с целью показать, что данный процесс люмпенизации является целенаправленной акцией. Люмпенизация представляет собой самый сильный удар по наиболее чувствительному месту русского еврейства: по культуроносной миссии русского еврейства.

В начале 2005 года в Израиле разразился скандал, всколыхнувший весь репатриантский мир: сотрудница культурного центра "Мандель" в Тель-Авиве Анна Поволоцкая было уволена за то, что разговаривала по телефону по-русски. В этом информационной шуме, с одной стороны, было нечто показушное, - в Израиле подобная ситуация с русским языком является вполне рядовой, и перед этим был убит солдат Ян Шапшович за то, что говорил по-русски. С другой стороны, этот шум был знаменательным, ибо А.Поволоцкая относилась к музыкальной семье, какая в полной мере была характерна и показательна для русского еврейства в его культурно-ценностном контексте. А со стороны израильского истеблишмента увольнение Анны Поволоцкой было мелким и ничтожным, сполна отражающим уровень культурного образования этого истеблишмента, уколом русскому еврейству. Не следует много напрягаться, чтобы понять, что этот волюнтаристский акт принадлежит к арсеналу средств воинствующего иудаизма и продиктован завистью и злобой. Данный случай выпадает из разряда обыденных казусов ещё и потому, что породил отповедь, где русское еврейство высказало своё достоинство. Это было сделано Григорием Брейгиным в цитировавшейся статье журнала "Глобус": "Особая тема - русский язык. История увольнения Анны Поволоцкой,...лишь крохотный кусочек айсберга, случайно оказавшийся на поверхности. Израильтяне очень ревностно относятся к своей культуре и почему-то убеждены, что бытование русского языка её подрывает. Это, конечно, полная чушь: во все времена взаимопроникновение культур обогащало их. Но сотни тысяч "русских" не желают жить по принципу "или-или" и не хотят отказываться от своего культурного прошлого, которому иной раз и нет замены. Израильтянами это воспринималось как угроза. Дело дошло до запретов разговаривать на русском языке в школах, до крестового похода на искажённо представленную прессу и т.д." (2005).

Если люмпенизация русского еврейства в Израиле есть тяжёлый удар по сущностному достоинству русского еврейства - культуре, то отношение к детям репатриантов в Израиле суть ещё один тяжёлый удар, умерщвляющий будущее русского еврейства. С еврейскими детыми в экс-СССР было связано особое отношение. Взрослый еврей там мог стать объектом каких угодно инсинуаций: ему завидовали и порицали, хвалили и поносили, вслух и про себя, прямо и косвенно, постоянно и периодически. Но ничего подобного не было в отношении еврейских детей, - в названии "еврейские дети" не было скрытого смысла, а наличествовало лишь одно понимание: еврейские дети - это знак качества. В любой школе, где были еврейские дети, они по преимуществу значились в отличниках и передовиках; еврейские дети были гордостью школ, учителей и родителей.

Детский фактор был первейшей побудительной причиной репатриации, ради детей родители идеализировали иллюзию "своих", во имя детей родители готовы были терпеть все невзгоды и трудности приспособления к новым условиям обитания. Это были еврейские дети, и это было еврейское отношение к детям. Но в реальности трудностей не было: был чужой, а не свой мир. Общегосударственная дискриминация русского еврейства в Израиле в особом виде сказалась в школьном мире, помноженная на детскую непосредственность. Школа стала для репатриантского ребёнка рассадником страданий и юдолью слёз, видимых и невидимых. О каких "еврейских детях", о каком "знаке качества" можно здесь говорить?

Русское учительство, задавленное в советское время планами, программами, инструкциями, методичками, инспекциями райОНО и облОНО (ОНО - отдел народного образования), невзирая на это, обладало профессиональным качеством, какого начисто лишено израильское поучающее сословие - самоотверженностью и подвижничеством. Это качество было привито в русском просвещении земскими реформами Александра II. Русское еврейство выделило из своих недр едва ли не самую значимую в педагогике теорию детского воспитания - школу Льва Выготского. ОТТУДА, из просторов огромной страны, СЮДА, в маленький Израиль, стекалось множество профессиональных величин, которые могли создать концентрат, чреватый наивысшим в мире потенциалом учительского мастерства. Но тактика люмпенизации и стратегия яростного противления инородному и инакомыслию воинствующего иудаизма похоронило все перспективы. Итог ужасен: 16% репатриантских детей (каждый шестой ребёнок!) покидает учёбу в израильской школе.

Дело никак не в достоверности этой цифры, - она страшна в любом своём значении, - а дело в том, что еврейский ребёнок, бывший на генетической родине передовиком педагогического процесса, на исторической родине лишается книги, учения, знаний, - в общем, еврейского естества, по поводу которого Лев Толстой сказал: "Не земля, а книга сделалась его отечеством. И это одно из великолепнейших зрелищ в истории, лучшее призвание, какое только может пожелать себе человек". Но вместо "лучшего призвания" израильский истеблишмент выставляет условия, в которых русское еврейство существовать не может, и эти условия с нескрываемой болью изложила Анна Копыловская на Интернет-сайте israelinfo/ru: "С сожалением приходится констатировать: из года в год социальные и психологические проблемы школьников из числа репатриантов абсолютно не волнуют ни администрацию школ, ни муниципальные структуры. Вследствие чего эти проблемы становятся всё более запущенными, а ситуация - неуклонно ухудшается. Весьма своеобразную позицию в этом заняло правительство Израиля, которое откровенно дистанцируется от вмешательства в "семейные дела" репатриантов. Приведу лишь слова бывшего министра абсорбции Зеэва Бойма, заявившего, что Израиль ежегодно тратит на абсорбцию детей-репатриантов 10 миллионов шекелей. Речь идёт об огромной сумме, которая - будь она реально направлена на интеграцию наших детей-школьников в израильскую жизнь - могла бы в корне изменить порочный круг этой острейшей проблемы. Я далека от намерения уличить уважаемого министра абсорбции в искажении фактов. Но ведь не секрет, что большая часть целевых субсидий государства частенько "теряется по дороге", не доходя до получателя. А отчёты государственного контролёра неоднократно вскрывали случаи, когда муниципалитеты, занимающиеся распределением государственных средств, тратят предназначенные для детей-репатриантов деньги на абсолютно иные цели. Непродуманная, поверхностная, а зачастую, откровенно примитивная работа школ с учениками репатриантами приводит к тому, что для многих наших детей путь к высшему образованию оказывается наглухо закрытым. Причём речь идёт не только о детях, не проявляющих особого желания постигать науки и стремиться к образованию - таких, увы, тоже немало. За чертой оказываются способные, трудолюбивые и стремящиеся к знаниям подростки, которым очень непросто реализовать в стенах израильских школ стремление получить "багрут" (аттестат зрелости - Г.Г.) и пробить себе дорогу в большую жизнь. В результате, потеряв надежду и интерес в учёбе, школьники из семей новых репатриантов находят альтернативу знаниям в уличным компаниях, алкоголе, наркотиках...Так что, опубликованная на днях статистика столь же печальна, сколь и закономерна: 45 процентов от общего числа "вылетевших" из израильских школ в минувшем учебном году составляют новые репатрианты из бывшего СССР. И ещё одна удручающая цифра: несмотря на то, что репатрианты составляют всего 11 процентов от общего числа израильских детей, 40 процентов подростков, состоящих на учёте в полиции - дети из репатриантских семей" (2008)

Так что с репатриантскими детьми происходит нечто особое, аналогичное люмпенизации взрослого населения репатриантов, и его, дабы выделить для удобства пользования, можно условно обозначить последовательной деевризацией детей. Как ни помпезно звучит этот термин, но его потребность продиктована необходимостью знать характерный признак того, что происходит исключительно с репатриацией русского еврейства в Израиле.

Но и это не всё. Оказывается, не только большая часть русскоязычных детей отстраняется от школы, но дети репатриантов становятся бесризлониками. Под таким титулом в журнале "Глобус" 811 от 4.05.2008г. опубликована заметка, где сказано: "По данным организации "Элем", занимающейся социально-экономическими проблемами молодёжи, ежедневно по улицам израильских городов и весей "слоняются" не менее 32 тысяч подростков и детей. 8 тысяч из них - бездомные. 40% этих детей и подростков нигде не учатся, а по достижении 18-летнего возраста большинство из них не идут служить в армию. Среди бездомных подростков и детей около 2 тысяч девушек - на 10% больше, чем в 2004 году. В организации "Элем" отмечают, что подавляющее большинство израильских беспризорников составляют репатрианты из бывшего СССР. Жить на улицу их, как правило, приводят сложности интеграции в израильское общество и экономические трудности". Стандартные и ложные объяснения по этому поводу, - "сложности интеграции", "экономические трудности", - представленные организацией "Элем", не могут заслонить серьёзности зловещего прогноза о прогрессивном увеличении числа беспризорных детей на 5% ежегодно при снижении их среднего возраста.

Говорят, что "есть ложь, большая ложь и статистика". Репатриантская статистика кошмарна, но является ли она ложью? Индивидуальные судьбы русскоязычных репатриантов не менее кошмарны и пронзительны, но зато они откровенно и однозначно показывают живую правду жизни. Такое живое повествование Аллы Митницкой из Нетании Инна Стессель поместила в свою рубрику журнала "Новости недели" от 23.10.2008г.. Я могу привести лишь фрагмент проникновенного письма А.Митницкой в передаче И.Стессель: "Израиль мы восприняли как остров спасения. Эйфория продолжалась года полтора, пока реальность не лишила нас иллюзий и надежд...Я оглядываюсь вокруг и вижу: ни в моей жизни, ни в жизни большинства моих ровесников, репатриировавшихся в Израиль в возрасте под 40, самые жизненно важные вопросы так и не решены. Но я давно смирилась и со съёмным жильём, и с тем, что мне предстоит, насколько хватит здоровья, мыть чужие унитазы. Психика человеческая очень пластична. Из моей памяти стёрлись - во всяком случае, я так считала, - тяжёлые первые годы репатриации, я уже не оплакиваю прошлое, где была неплохим инженером, жила насыщенной жизнью, не пропускала нашумевших спектаклей, хорошего кино, стремилась быть в курсе литературных новинок..." Автор пишет о своём 9-летнем сыне: "Он способный мальчик, но учился плохо. Учителя каждый раз вызывали меня, чтобы объявить: мальчик отстаёт в развитии. Я-то знала, что это глупость, просто он зажат, чувствует себя чужим среди сверстников и нуждается не в нелепом диагнозе, а в помощи. Но помощи неоткуда было взяться. В школе к нему прикрепили ярлык отстающего, я сбивалась с ног, чтобы выжить, ни времени, ни сил, чтобы всерьёз заняться ребёнком не было. Он был тихим мальчиком, не требовал к себе особого внимания. Читать научился рано - ему ещё пяти не было. В Израиле книги стали его единственными друзьями, причём книги исключительно на русском. Мы привезли с собой неплохую библиотеку, и сын читал всё подряд. Понятное дело, чтение на русском языке не способствовало успехам в иврите и сближению с соучениками. Тем не менее, школу он закончил с вполне приличными отметками". Пример этого мальчика - оплеуха израильской педагогической системе, и не удивительно, что, женившись, он возвратился в Россию. Извлекать опыт из сделанных ошибок в Израиле не принято.

Итак, тот интервал исторической летописи, какой отмечен в биографии русского еврейства Большой Алиёй 90-тых, представлен в динамическом плане тремя процессами: расколом, люмпенизацией взрослой части и деевризацией детской части. Данный отрезок времени земной истории русского еврейства в обязательном порядке должен иметь некое целокупное выражение, символизирующее этот этап биографии. Такой вехой выступает акт убийства солдата Яна Шапшовича в ноябре 1998 года в Ашкелоне группой евреев за то, что разговаривал на русском языке. Как не омерзительно выглядит сам факт убийства, но сущностное содержание явления было сосредоточено не в убийстве, а в судебном процессе, который вёлся 3 года. Феномен этого судопроизводства, сделавшего его исторической эмблемой, состоял в демонстративном и вызывающем применении всех нарушений норм правосудия. Бравирование беззаконием явно преследовало цель показать, что для русского еврейства в израильском суде нет правосудия: все убийцы Яна Шапшовича фактически были оправданы. По поводу этого суда можно вспомнить слова библейского пророка Амоса: "Ибо я знаю, как многочисленны преступления и как тяжки грехи ваши: вы - враги правого, берёте взятки и извращаете в суде дела бедных" (Ам. 5:12).

Не секрет, что судебная система Израиля весьма несовершенна, и справедливо отметил Ипполит Соболь в журнале "Семь дней" от 13.02.2003г.: "Судебная система Израиля впитала в себя худшие образцы мировых судебных систем с добавлением левантийского менталитета и общинных симпатий и антипатий. Ряд известных мне судебных дел свидетельствует о том, что понятие "правосудие" в своём изначальном смысле часто вообще не укладывается в рамки израильской судебной системы. Решения, принимаемые по впечатлениям судей, по наветам, по недоследованным делам - обычное явление". К этой характеристике я хочу добавить немаловажный критерий, что при формировании судебной системы Израиля русское еврейство не принимало никакого участия, по крайней мере, в таком виде, как это наблюдалось в случае политического и экономического факторов государства. В деле Яна Шапшовича несовершенство и предвзятость суда полно улеглось в рамки общегосударственной дискриминации русского еврейства, и решение приняло вид политического вердикта. В своём раннем трактате ("Слёзы мира и еврейская духовность") политическое убийство Яна Шапшовича я поместил на одну ось с политическим убийством премьер-министра Ицхака Рабина, а как собственно политическую акцию оценил его в качестве предупреждения со стороны общества в адрес русского еврейства, переданное через судебную власть.

Но если в то время (2004 год) неправедное дело Яна Шапшовича ещё производило впечатление предупредительного сигнала, то вскоре израильская судебная система провела дело, где предостережение против русского еврейства было переведено в высшее воплощение. В 2007 году русскоязычная репатриантка Изабелла Бельфер была осуждена за помощь при спасении своей внучки от притязания отца-психопата, коренного израильтянина; семидесятилетняя больная женщина была отправлена в тюрьму сроком на 6 лет. Итак, израильская Фемида осудила женщину, спасающую своего ребёнка. Ни в одном уголовном кодексе мира нет подобной вины, напротив, участие в этом действии на стороне женщины принимается добродетельным и благородным делом. Стыдно и больно было смотреть в телеинтервью Изабеллы Бельфер и её противника, как представитель русскоязычного телеэкрана, заискивая перед власть предержащими, пытался примирить жертву и палача. Жалкое зрелище представляет собой президент Израиля, который не решается принять определённое решение по этому делу. И только в российской прессе (корреспондент Сергей Пашков) высказана полная поддержка. Я глубоко убеждён, что наши великие патриархи и пророки даже в страшном сне не хотели бы видеть, чтобы такое чудовищное беззаконие случилось на еврейской земле.

Но случилось.... И случилось по причине того, что судебная власть Израиля, действуя от лица государства, объявила русскому еврейству уже не предупреждение, а признала русское еврейство своим врагом. Дело Яна Шапшовича, где оправданы убийцы невинного человека, и дело Изабеллы Бельфер, где осуждена мать, спасающая своего ребёнка, связаны между собой не юридически, а политически на почве вражды к русскому еврейству. Можно не сомневаться, что множество подобных дел скрыто за чистотой мундира, какое в израильском обществе почитается как первейшее дело чести. Духом вражды несёт от демонстративного отказа недавнего премьер-министра Эгуда Ольмерта включить в правительство представителей русскоязычного населения Израиля. И не потому ли правительство Ольмерта было самым позорным в истории Израиля: министром финансов был казнокрад, президентом государства был половой насильник, а сам премьер-министр был мелким мздоимцем и, возможно, квартирным спекулянтом. Если в 1948 году правительство только родившегося государство на 98% состояло из представителей русского еврейства и смогло не только отстоять страну от арабской агрессии, но, и, не располагая регулярной армией, разгромить объединённую армаду пяти арабских государств, то в 2006 году правительство Ольмерта, имея в распоряжении самую сильную армию на Ближнем Востоке, не смогло одолеть пятитысячную группировку Хизбаллы.

Враждебный дух к "русским" (так полупрезрительно называют в израильских верхах русскоговорящих граждан Израиля), исходящий из всех правительственных органов, в полной мере сконденсировался в действиях израильской полиции. По существу, деятельность полиции в отношении к "русским" не нуждается в особом определении, оно существует давно: погром. Особо ретивое старание в этом направлении проявила ашкелонская полиция, которая превратила Ашкелон в адекват Кишинёва. Чтобы знать, что такое еврейский погром, не обязательно читать "Кровавый разлив" Давида Айзмана, достаточно ознакомиться со статьёй Марка Мирского "Государство против тёти Сони" в еженедельнике "Вестник" от 18.02.2005г., живописующей о событиях 28 июля 2004 года. И обратно, чтобы знать, что сотворила в это время полиция с репатриантской семьёй Рудницких, достаточно прочитать у Давида Айзмана: "И не было жалости, не было сострадания, утрачивались чувства правды и стыда, - и всё, что человека от скота отделяет, утрачивалось и исчезало. Темнее скота становился человек, кровожаднее волка... Кровь и безнаказанность!". Айзман нарисовал образ, который евреи никогда не простят своей генетической родине, а на что же рассчитывает историческая родина?

Общественный израильский "Комитет в защиту демократии и прав человека" ведёт "Чёрную книгу" - летопись погромных подвигов израильской полиции, отрывок из которой был помещён в журнале "Новости недели" от 04.11.2004г. В выдержке перечислялись случае издевательств полиции над русскоязычными гражданами: "Вот лишь некоторые их этих вопиющих свидетельств: Полиция Иерусалима избила инвалида, профессора, с него сорвали протез и волокли его, беспомощного, по земле к полицейской машине; В Реховоте больную девушку полицейские били головой об асфальт; Подросток (13 лет) из Афулы повесился после "общения" с израильской полицией; Убийца солдата Шапшовича, бывший полицейский, разгуливает на свободе. Напомним, что вся "вина" Яна Шапшовича была в том, что он в кафе с друзьями разговаривал по-русски; В Беэр-Шеве пятеро полицейских избивали женщину - бывшую учительницу из Петербурга, - били ногами в пах, поломали ей ноги". Выпуски "Чёрной книги" направлялись премьер-министру, проводились выездные сессии, создавались комиссии, было много информационного шума, - как всегда. И, как всегда, никаких дел и изменений, хотя известны случаи, когда объектом полицейского произвола оказывался коренной житель, меры принимались эффективно. Это не удивительно, - в противном случае дискриминация была бы не целенаправленной государственной политикой, а случайным стечением обстоятельств.

Итак, русское еврейство в Израиле стало врагом правительственного истеблишмента, - причём объявление войны последовало со стороны последнего. В истории и биографии русского еврейства прецедент уже случался, с правительством Александра III, но в Израиле исторические уроки не в почёте. В отличие от этого прецедента русскоязычное еврейство Израиля не ответило на вызов, и оно не объявляло нынешнее правительство своим врагом, как случилось в истории России. Однако зловещие симптомы спонтанно заявляют о себе.

Статью "Новость второй свежести, или неонацизм в Израиле" (еженедельник "Еврейский камертон" от 25.09.2007г.) Александр Шойхет начинает с гвалта: "По всему Израилю недавно разнеслась "новость второй свежести": в нашем еврейском государстве существуют неонацисты! Они малюют свастики на стенах синагог! Они убивают религиозных евреев (ой-ва-вой!). Они пишут на стенах антисемитские лозунги! На своих интернетовских сайтах восхваляют Гитлера и призывают к убийству евреев! И (самое плохое!), при этом служат в ЦАХАЛе!". И действительно, факты удручающие, кадры насилия, снятые самими насильниками и показанные на телеэкране, повергают в шок, - их показывали так много и так долго, что это стало смахивать не на иллюстрацию, а на агитацию. Но это всего лишь факты. Как сказал Альберт Эйштейн: "Предрассудок, который сохранился и до сих пор, заключается в убеждении, будто факты сами по себе, без свободного теоретического построения, могут и должны привести к научному познанию". Но в Израиле ценят только факты, как сенсации, а потому моя попытка создать их этих убийственных фактов "свободное теоретическое построение" потерпела крах, и мою статью на данную тему не опубликовало ни одно русское издательство в Израиле, куда я обращался со своим предложением. Этот отвергнутый материал я предлагаю сейчас.


ГЕНРИХ ГРУЗМАН


ОТВЕТ ПОГРОМЩИКУ


"Залман Гиличенский, автор статьи "Неонацистские движения в Израиле" ("ЕК" от 24.11.05) и руководитель объединения "Дмир" сообщил свой E:mail (электронный адрес): zalman@pogrom.org.il. Вот этот-то "pogrom" (погром), всегда задевающий еврейское ухо, привлёк внимание к не очень-то объективной, а точнее, полностью предвзятой, статье г-на З.Гиличенского. Слоган "pogrom" настолько приглянулся З.Гиличенскому, что он внёс его в свой электронный адрес. О каком pogrom'е глаголет сей господин?

Г-н З.Гиличенский подробно излагает факты наличия в Израиле объединений, группировок и попросту банд антисемитского направления, бравирующих нацистской и гитлеровской символикой. Безусловно, эти факты не могут не вызвать отвращения, поскольку они направлены против евреев и государства Израиля. Но г-н Гиличенский делает акцент совсем на другом. А именно на том, что эти группировки принадлежат исключительно русскоязычным репатриантам, тобто составляют как бы свойство того, что в Израиле именуется "русской улицей". Упирая на то, что "русская улица", дескать, таит угрозу еврейскому государству, автор отнюдь не бессознательно обходит стороной то обстоятельство, что уже не угрозы, а требования о ликвидации государства Израиль исходят с противоположной стороны, как раз тех, которых г-н Гиличенский якобы защищает от непатриотической "русской" угрозы. В прессе неоднократно сообщалось о том, что в среде верующих (харедим) в Израиле наличествуют отдельные религиозные секты, которые протестуют против существования государства Израиль: они демонстративно нарушают "минуты молчания" в День Памяти Павших и даже сжигают государственный флаг Израиля в День Независимости. Само собой разумеется, что нацистская символика и сожжение государственного флага Израиля равноценны по своей антисемитской природе. Но г-н Гиличенский направляет своё негодующее жало только против "русских". Почему?

О дискриминации и унижении русскоязычного сектора в израильском обществе говорилось много, обстоятельно и безрезультатно. Чтобы не казаться голословным приведу заявление известного в Израиле политика Юрия Штерна: "Я и в самом деле не могу отделаться от чувства, что израильский истеблишмент, израильская элита преднамеренно спускают на "русскую" улицу всех собак...Кто только не шлёт на нас проклятия и какие только обвинения не сыплются на нашу голову! Полиция, гоняясь за выдуманным призраком "русской мафии", безнаказанно расправляется с пожилыми людьми, выходцами из России, и не испытывает при этом никаких угрызений совести; некоторые мэры в порыве откровенности заявляют, что появление алии резко снизило уровень жизни в их городах и чуть ли ни "испортило" окружающую среду" ("МИГ" от 2.09.2004г.)

Здесь впору вспомнить солдата Яна Шапшовича, убитого ударом ножа за то, что говорил на русском языке; убийство произошло в ноябре 1998 года в Ашкелоне среди бела дня и прилюдном месте, но убийца не найден по сию пору. В том же Ашкелоне полиция неоднократно, по видимости вроде бы регулярно, устраивает расправы над престарелыми репатриантами. За недостатком места я не привожу детального описания этих действий, но скажу, что они если и отличаются от, к примеру, Кишинёвского погрома 1903 года, то только особенностями времени, но не по существу. (Кстати, на судебном процессе убийц Яна Шапшовича защищали первоклассные и высокооплачиваемые адвокаты, а адвокатура пострадавшего содержалась на персональных пожертвованиях, - точь-в-точь, как при еврейских погромах в царской России). В Ашкелоне израильская полиция провела не что иное, как еврейский погром, и, следовательно, русскоязычное население стало объектом державного антисемитизма. Из этого вполне отчётливо вырисовывается определённость слогана pogrom г-на Гиличенского, и какие чаяния он закодировал в своём электронном адресе.

У русскоязычного сектора израильского общества, как выразился журналист Александр Логовский, "нет социальной политической защиты". Памятны горячие филиппики Марины Солодкиной по делу Яна Шапшовича, аналогичны выступления упомянутого Юрия Штерна по поводу полицейских погромов, но никакого результата, кроме увеличения политического веса обличителей и сотрясения воздуха, они не имели. Русскоязычное население Израиля разуверилось в государственной поддержке, а также в способностях своих представителей в правительстве и Кнессете. Помощь против антисемитизма верховной власти оно ожидает только от своих детей, которые, в большинстве, служат в армии. "Русские" евреи, следуя многолетнему еврейскому инстинкту самосохранения, непроизвольно выделяют из своей среды именно то, что некогда З.Жаботинский назвал "отрядами самообороны". И здесь складывается абсурдная ситуация (одна из многих абсурдов израильской жизни): антисемитизм в ответ на антисемитизм.

Слов нет, омерзительно жонглирование нацистской атрибутикой, но ведь суть дела вовсе не в показном шуме, на который так падка современная молодёжь, тем более, что он эпатирует немилосердное к ней общество. Это-то прекрасно понял хайфский мировой суд в деле Ильи Золотова, назначив этому "фюреру" исправительное наказание. Но этого категорически отказывается понимать г-н Гиличенский, продолжая настойчиво драматизировать юношеское бахвальство и превращая его в политическое преступление. Почему?

Рост того, что г-н Гиличенский именует "неонацистским движением в Израиле", совпадает, а правильнее сказать, выходит следствием из другого движения: усиления имущественного раскола в стране. Обогащение богатых и обнищание бедных есть самая суровая реальность современного Израиля. Ещё в античные времена греческий мудрец Платон указал в своём учении о государстве, которое действенно и по сей день в науке, что если разница между богатыми и бедными превышает четырёхкратный интервал, страна находится на грани социального взрыва. Я своими глазами читал, что сейчас в Израиле эта пропорция составляет 1:44, а своими ушами слышал, что она достигает чудовищной величины 1:76. Александр Логовский написал: "Такой пропасти между доходами верхней и нижней трети общества, как в нашей стране, нет, не только в развитых обществах, но и во многих государствах третьего мира" ("Новости" от 8.12.05г.)

57% опрошенных в Израиле требуют изгнания израильских неонацистов из страны, на этом же настаивают г-да Гиличенский, Шойхет и иже с ними. Но никто не предлагает эту меру наказания для раввинов, измывающихся нал памятью павших и сжигающих государственный флаг. А даже как бы наоборот. Раввинам, которые нигде не работают и не служат в армии, государство позволяет паразитировать за счёт налогоплательщиков, в которые входят и родители изгоняемых детей. Почему? Здесь достаточно прямо сформулировать вопрос: репатриантские дети и раввины-ортодоксы, - и ответ будет на слуху, а на нюху - нацистский запах.

Не принимается во внимание то обстоятельство, что неонацистскими погремушками занимаются дети и подростки, которые выбыли из школьной среды и оказались за пределами учебного процесса, - те из репатриантских детей, что были извергнуты израильской педагогической системой, и в этом сказывается не просто кризис, а глубокая порочность этой системы, ответственность за которую несёт государство. Да и сама школьная среда во многом и слишком часто оказывается враждебной внутреннему миру репатриантского ребёнка. Забрать у еврейского ребёнка учёбу, книги, школу, - значит лишить его еврейства, есть своеобразная деевризация. В этом ребёнок подсознательно ощущает глубокое оскорбление еврейских генов, заложенных в его натуре изначально. Дети также очень чутко ощущают все тяготы своих родителей, их неустроенность в этом мире. С максимализмом молодости они однозначно определяют виновника своих бед и бед своих родителей - израильское общество. Но они бессильны перед этим монстром. И вот пытливый детский ум отыскал средство, которое ущемляет это общество, эпатирует его, делает ему больно почти так же, как это общество делает больно ему, - нацистская атрибутика и идеология. Репатриантские дети не понимают подлинной сути нацистского славословия, у них другая цель: как они говорят, "достать" еврейское общество, которое их отвергло. Итак, не пропаганда неонацизма, а протест против деевризации".

Можно ли сказать, что подобная протестная активность детского фактора русского еврейства означает, что оно приняло вызов израильского истеблишмента и наши дети вышли на тропу войны, вызвав переполох в обществе и гвалт г-д Гиличенского, Шойхета и иже с ними? Вопрос в таком виде поставлен некорректно, и он не может стоять в отрыве от общей материнской тенденции русского еврейства. Правильнее этот "неонацистский" бум рассматривать в порядке одного из признаков глубокой деформации русского еврейства под влиянием репатриации в Израиль. Причина же оной деформации заключена в том, что в израильской действительности не была задолжена культуроносная миссия русского еврейства, и весь огромнейший творческий потенциал русского еврейства не был востребован в Израиле. Именно с культурной стороны русское еврейство в Израиле оказалось стерильным, и за 20 лет Большой Алии 90-тых отсюда не вышло ничего, хоть отдалённо напоминающее то, чем обогатилось еврейство в царской и советской России: Антокольского, Левитана, Шагала, Шолом-Алейхема, Бялика, Фруга, Айзмана, Выготского, Гилельса, Ойстраха, Дунаевского, Маршака, Жаботинского. Притом, что панегирики в честь русскоязычного еврейства являют собой общее место израильских политиков, но эти рулады звучат только в секулярном секторе и только в предвыборный период. Последствия такой творческой блокировки не заставили себя ждать: перед русским еврейством вновь возникла дилемма - ТУТ или ТУДА, тобто остаться на исторической родине, ТУТ в Израиле, либо вернуться на генетическую родину, ТУДА, в Россию. Начался отток евреев из Израиля. С этой акцией сопряжён крутой последний перелом в истории и биографии русского еврейства.

Процесс добровольного оттока евреев из Израиля, помимо очевидного демографического эффекта, имеет моральное и духовное значение, гораздо большее, чем приток евреев в Израиль, причём значение во всех отношениях негативное. Отток означает несбыточность и несостоятельность всех целей, задач и перспектив, какие еврейские мыслители намечали для своего народа, подрывает духовный авторитет тысячелетней еврейской доктрины, и, наконец, представляет собой новое явление, неизвестное до того в еврейской истории. "Но, - как указывает Ираида Гранде в 2003 году, - сегодня можно смело говорить о принципиально новом явлении, причём явлении небывалых масштабов, - люди не просто эмигрируют, а бегут из Израиля, причём либо они больше не намерены сюда возвращаться (даже в качестве туристов), либо считают, что существующий в нашей стране режим долго не продержится". Официальная израильская статистика держит под строгим запретом данные об исходе евреев из Израиля. Израильское издание "Глобус" 811 от 4.05.2008г. поместила заметку российского корреспондента Валерия Петрова, где он пишет: "По данным журнала "Еврейский мир", ежегодно "землю обетованную" покидают 20-30 тысяч евреев. А в 2003 году, по сведениям российского МВД, лишь в Россию вернулось 50 тысяч человек. а эмигрировало 10 тысяч, т.е. вернулось в пять раз больше евреев, чем выехало (сомнительно, чтобы этот процесс замедлился в последующие годы, но пресс-служба МВД отказалась предоставить мне какие-либо сведения на этот счёт). Таким образом, как констатирует тот же "Еврейский мир", "отток евреев из Израиля в недалёком будущем может стать одной из самых острых проблем государства, если уже не стал таковой". В интервью религиозному изданию "Наасэ вэ нишма" главный раввин России Берл Лазар сообщил, что в прошлом году только в Москве насчитывалось 50 тысяч евреев-возвращенцев.

Большая Алия 90-тых, как коллективный исход русского еврейства из экс-СССР, однако, не была направлена только в Землю Обетованную, - в силу разных исторических и психологических причин эмиграция евреев осуществлялась также и в Германию. В немецкой русскоязычной "Еврейской газете" (4(08) 2003г.) появилась заметка Павла Полана, где автор сообщал, что "...только в двух странах мира число евреев в настоящее время ощутимо растёт: одна из них - Израиль, а вторая - Германия. Мало того, сопоставление официальных итогов еврейской эмиграции в эти две страны из постсоветского пространства за 2002 год дало совершенно поразительный результат: в Израиль прибыли 18878 человек, а в Германию - 19262. Таким образом, впервые в 122-летней истории еврейской эмиграции из России Германия опередила Израиль!". Насколько серьёзна должна быть причина, которая заставила евреев родине Моисея предпочесть родину Холокоста! Эмиграция евреев из Израиля на иврите называется йерида, и йерида русскоязычных евреев в Россию, тобто обратная репатриация, представляет собой особое явление, а момент, когда эта йерида превышает алию (въезд в страну) выступает знаковой вехой, фиксирующей исторический перелом, а потому имеющей тотальную и глубокую причину.

Полицейский произвол, религиозное засилье, общественное бездушие, ложь депутатов, ставшая их эмблемой, недобросовестность министров, ставшая их символом, чудовищный разрыв между бедными и богатыми, культ "золотого тельца" и шкурных интересов, - эти реалии современной жизни в Израиле никак, - ни раздельно, ни в совокупности, - не могут быть характеристическими параметрами сионистского идеала в редакции русского еврейства. Главный глашатай русской сионистской идеи и верховный идеолог русского еврейства Семён Дубнов предрекал: "Увы! диаспора никогда не исчезнет, если не включить в расчёт мессианского "конца времён"; но осветить диаспору хотя бы небольшим факелом, зажжённым на вершине Сиона, создать в исторической колыбели еврейства хотя бы небольшой национально-духовный центр, образцовый питомник чистой национальной культуры - это уже задача великая, могущая занять место в ряду других реальных наших задач. Жив будет не тот сионизм, который хочет завладеть всем национальным движением, а тот, который признаёт себя лишь частью этого движения. Силу исторического фактора сохранит не тот сионизм, который отрицает диаспору и питает несбыточную надежду о прекращении её, а тот, который, в ряду других задач внутреннего возрождения еврейства во всём мире, ставит себе целью создать ещё один аккумулятор самобытной духовной энергии для питания диаспоры, которая всеми силами борется за своё национальное существование" (цитируется по Н.Портновой, 2002, с.122).

Современная реальность Израиля не просто противоречит программным задачам сионизма, намеченным С.Дубновым, но выступает идеологическим антагонистом там, где дело касается духовных и культурных императивов. В целокупности это означает, что нынешний Израиль не в состоянии исполнять роль национального центра всех евреев, и, следовательно, в Израиле потерпела крах сионистская идея в том её виде, где центральным двигателем выставляется мысль о "национальном доме-очаге" евреев, тобто идея русского культуроносного сионизма. Это обстоятельство является главной и единственной посылкой исхода евреев из Земли Обетованной. Темпераментный Влад Ривлин считает этот исход протестом против государственной стратегии дискриминации русскоязычного еврейства и предъявляет иск в адрес правящей камарильи Израиля (статья "Почему мы уезжаем?" в интернет-журнале "Самиздат", 2008г.): "Господа премьеры, бывшие и ныне здравствующие, министры и "народные избранники"! Судя по публикациям в местной прессе, телевидении и радио вы чрезвычайно обеспокоены эмиграцией из Израиля. Ваша тревога вполне объяснима: целые районы еврейских городов Юга и Севера Израиля уже сегодня говорят по-арабски, и вас это как сионистов жутко пугает. Сегодня вы, наверное, с тоской вспоминаете начало 90-х, когда вы стремительно обогащались за счёт дешёвой, почти бесплатной рабсилы сначала палестинских арабов, а потом эмигрантов из бывшего СССР. Увы, ваш золотой век больше не вернётся. А почему, вы прекрасно знаете, только говорить об этом вслух вам неудобно, и вы, возможно, хотели бы забыть об этом, но я всё-таки вам напомню. Итак, напрягите память и вспомните:

Сколько иммигрантов стали инвалидами в результате т.н. "прямой абсорбции"? (Лев Гунин в своей книге "Гулаг Палестины" приводит цифру в 329 тысяч человек в той или иной степени пострадавших на местном производстве).

Сколько иммигрантов покончили жизнь самоубийством в результате прямой абсорбции?

Сколько иммигрантов умерли раньше времени в результате прямой абсорбции?

Сколько семей распались в результате вашей заботы?

Сколько иммигрантов угодили в психушку в результате прямой абсорбции?

Сколько женщин из числа иммигрантов стали жертвами сексуальных домогательств или были вынуждены заниматься проституцией как результат долговой кабалы?

Сколько иммигрантов стали жертвами полицейского произвола или нападений на расовой или этнической почве?

Вспомните травлю выходцев из СССР в израильских СМИ. Эта травля очень похожа по форме и по содержанию на аналогичную травлю евреев в нацистских газетах и радио в период 30-х годов. Вспомните и тот факт, что даже согласно официальной израильской статистике, 75% новоприбывших были специалистами с высшим или средним специальным образованием и в большинстве своём обладали достаточно большим профессиональным опытом. Кем большинство из них стали в Израиле? - уборщиками и чернорабочими.

Может быть, вы всё это забыли, но мы-то помним и не собираемся забывать. К тому же сегодня ваше подлинное лицо хорошо всем известно. Поэтому от вас все уезжают, и никто к вам не едет. Подводя итог всему вышесказанному, могу добавить, что на сегодняшний день именно Израиль является главным врагом евреев. При существовании государства Израиль в его нынешнем виде, другие антисемиты уже не нужны. В заключение хочу добавить, что лично я не желаю иметь ни с вами, ни с вашим режимом ничего общего".

Итак, крутой последний перелом в биографии русского еврейства случился в 2002-2003 годах, когда исход русскоязычных евреев в Россию (йерида) превзошёл их приток (алию) на Землю Обетованную. Этот последний биографический штрих судьбы русского еврейства по своему содержанию парадоксален до абсурда: русское еврейство исторически является матерью государства Израиль, а последнее, развившись до того, что стало принимать прибывающих со стороны, вдруг оказалось злой мачехой для русскоязычных репатриантов; и далее - русское еврейство создало государство Израиль, но в нём терпит крах основная сионистская идея русского еврейства, и "именно Израиль является главным врагом евреев". Коренная первопричина этого заключается в том, что развитие израильского общества пошло по пути политического сионизма Герцля, избрав образцом западную демократию демоса, а отнюдь не культурологический (духовный) сионизм русского еврейства.

Таким образом, еврейское сообщество, взяв за основу европейский макет политического сионизма, необходимо приходит к такой государственной организации, которая скомпонована на внешней модели "быть как у всех". И в этом пункте заключён исторический момент, ибо вопрос решался в духе тысячелетней еврейской тяжбы: "как мы" или "как у всех". В древние библейские времена к пророку Самуилу пришли еврейские старейшины и потребовали: "...поставь над нами царя, чтобы он судил нас, как у прочих народов", и народ сказал: "...пусть царь будет над нами. И мы будем, как прочие народы". Против этой схемы "быть как все" возражали Бог и пророк Самуил, которые отстаивали модель "быть как мы". В основе последней лежало то, что в современном понимании даётся как духовно-национальный очаг (дом) - внутреннее еврейское достояние. Но победила схема "как у всех". "И сказал Господь Самуилу: послушай голоса народа во всём, что они говорят тебе, ибо не тебя они отвергли, но отвергли Меня, чтоб Я не царствовал над ними"(1Цар. 8:5,19-20,7; выделено мною - Г.Г.). Чтобы Бог "не царствовал над ними", хотели левиты (священнослужители) и наученный ими народ, а, следовательно, схема "как у всех" предрасположена к отстранению Бога. Именно такую возможность предоставляет политический сионизм Герцля, что для еврейского духовенства, которое вековечно было обуяно жаждой царствовать вместо Бога, было жизненно важно.

Схема "как у всех" - сущностное содержание политического сионизма - внесло в житейскую обыденность израильской жизни особый параметр - политизацию. Хотя политизация, в общем и целом, характерна для всех форм демократии демоса, но вряд ли можно найти другую страну (может, Северная Корея или Куба) с торжеством абсолютной политизации большим, чем в Израиле. Ибо еврейское сообщество обладает для этого историческим обоснованием, - политизация, как форма государственного общения людей, ведёт своё начало от фарисейства, лицемерие и двойной стандарт которого и есть эмбриональные формы политизации. Но д-р Исаак Юдовин вывел, как высшее качество современной политизации в Израиле, иной параметр - демагогию. И.Юдовин говорит об израильских политиках: "Сплошь и рядом от их деятельности отдаёт настолько откровенной демагогией, что невольно начинаешь думать: а испытывают ли они маломальскую потребность в соблюдении элементарных этических норм? Главное, что характеризует многих из них, это не стремление служить народу, делать его жизнь полноценной, а гипертрофированная амбициозность и чуть ли не патологическая жажда власти. Складывается впечатление, что у многих израильских политиков (и не только израильских) демагогия превращается в неотъемлемое свойство личности, в их потребность, и проявляется не только в политической деятельности. Нередко амбиции, жажда власти и демагогия сливаются у них в одно целое" (журнал "Новости недели" от 27.09.2004г.).

Самое страшное произошло тогда когда политизация и демагогия завладели недрами религиозного учения, которое в конечном итоге приобрело воинствующий характер: течение Мицрахи изъяло из еврейского сознания понятие "культура", а принципы Демократической фракции Вейцмана были изгнаны с поля просвещения, и сама суть и духовное предназначение просвещения были похоронены схемой, которая является губительной для всякого просвещения, - разделением образования на государственное и религиозное. Итак, к моменту начала Большой Алии 90-тых израильский общественный организм был подвергнут хирургическим изменениям, которые мы, репатрианты, несущие в себе инстинкты и интуицию русского еврейства и иллюзии "своих", вправе были знать, но которое многочисленные зазывалы, пропагандисты и агитаторы Сохнута и Натива держали от нас в строгом секрете.

Но правильно видеть в этом основание попенять евреям за легковерие и доверчивость, как попытался сделать д-р Исаак Юдовин? Конечно, нет: еврей всегда будет там, где наличествует корень веры, и легковерие и доверчивость есть родимые пятна еврея. Замечательный еврейский философ Мартин Бубер мудро заметил: "Никто, как еврей, не может понять, что значит быть соблазнённым самим собой, ни у кого нет такой полноты задатков и такой полноты препятствий" Так что не приходится сомневаться, чем будут заниматься те русскоязычные евреи, которые вернутся и возвращаются ТУДА, в Россию: плодить иллюзии и искать "своих", где только возможно. Гораздо сложнее определить духовную судьбу тех, кто остаётся ТУТ, на Земле Обетованной, в условиях государства гомункулуса, в который превратили деяние их предков. Несомненно, что этим открывается новая страница биографии русского еврейства, и также несомненно, что эта страница потребует иных средств аналитического восприятия, отличных от принятых в данном очерке.

Ранее указывалось на публицистическую активность "русской улицы", несопоставимо высокую в сравнении с жизнедеятельностью иных этнических групп в Израиле, не исключая титульную группу. К этому следует добавить такую же беспрецедентную живость в общественном сегменте, - я не знаю точное количество объединений, компаний, товариществ, ассоциаций русскоязычных репатриантов в Израиле, но я знаю, что из недр известных мне амутот (товариществ) ("Сионистский форум", "Объединение выходцев из СССР-СНГ", "Конгресс русскоязычных общин и организаций Израиля"), не вышло ни одного мало-мальски полезного русской общине предмета или действия. И это на фоне поразительно энергичной интеллигенции духа, - воистину деятельные бездельники: специалисты по переливанию из пустого в порожнее, умельцы толочь воду в ступе, знатоки переноски песка в решете, могущие ответить на вопрос Козьмы Пруткова - где начало конца, которым кончается начало? Вместе с тем, нелепо распространять эту характеристику на весь контингент русскоязычного еврейства в Израиле, наследников русского еврейства с его насыщенным историческим опытом и огромным арсеналом духовных ценностей и реальных приобретений Несомненно, что в недрах этого контингента имеются индивидуальные личности, которые продолжают общественные традиции русского еврейства в теоретических размышлениях и оригинальных исследованиях, имена которых нельзя найти в академических изданиях и в журнальных публикациях Израиля, а обитают они на страницах интернетовского "Самиздата".

Одного из таких исследователей зовут Ираида Юрьевна Гранде, бывший депутат городского совета Арада. Незаурядное аналитическое дарование И.Гранде позволило её познающему взору проникнуть во все поры сложно перепутанного репатриантского бытия, а независимое мышление стало источником смелых и глубокомысленных выводов и сентенций, целиком разрушающих те стандартные рамки, какие официозная правящая каста в Израиле воздвигла для русского еврейства на Земле Обетованной. Поэтому сочинения и инвективы Ираиды Гранде появляются лишь в объёме интернетовского "Самиздата", опровергая громогласные и множественные извещения о свободе слова в Израиле; свобода слова в стране, где господствует воинствующая идеология, - фикция! Но в отличие от других критиков, Гранде не останавливается на отрицательном знании, которое для неё тоже знание, из которого она умеет компоновать теоретические конструкции созидательного плана. Таким образом, Ираида Гранде заявляет о себе первым идеологом репатриировавшегося русского еврейства. Важное здесь то, что И.Гранде, как идеолог, тобто выразитель идей, русского еврейства в Израиле вышла не из рядов политической партии, как обычно бывает, а в Израиле наблюдается, как правило, а из глубин коренной муниципальной жизни русскоговорящих евреев, и она демонстрирует доскональное знание всех их бед и тягот вкупе с полным пониманием правовых условий "русской улицы", Это означает, что Гранде есть не только первый идеолог, но и первый социолог русскоязычного населения Израиля.

Основным достижением свободного теоретизирования Ираиды Гранды, что, в свою очередь, делает этого мыслителя украшением интеллектуальной части современного русского еврейства, является сочинение о конституции евреев, принадлежащих к формации русского еврейства. А существенное состоит в том, что данное заявление об основном законе (конституции) сделано в стране, которая лишена конституции как таковой, и где представления о конституции относятся к числу ненужных и пустых. При этом следует иметь в виду, что евреи никогда и нигде не имели своей конституции. Но вместе с тем евреи первые в истории создали макет основного закона - Тору.

Полный титул работы И.Гранде следующий: "Проект Основного закона об этническом меньшинстве (общине) русскоязычных жителей Израиля". Аналитический разбор работы И.Гранде дело будущего и требует специального подхода, - я же должен акцентировать внимание на значимость самого факта появления этого документа. Способность иметь свою конституцию означает надёжную гарантию наличия целокупной духовной структуры. Иначе говоря, И.Гранде удостоверила русскую общину в качестве самочинного элемента общественной жизни Израиля, и оказалась лицом к лицу с ивритоговорящей интеллектуальной плеядой. Я далёк от намерения рассматривать всех интеллектуалов Израиля сторонниками своего правительства, которое видит в русском еврействе врага, но непонимание и спесивое высокомерие к "русской улице" наличествуют наглядно и в массовом порядке. В этом состоит самое грубое упущение самодовольной ивритоговорящей доктрины, ибо без истории русского еврейства нет истории Израиля, о которой в интеллектуальных кругах говорят безостановочно. Правящая клика Израиля, похоже, так и не поняла и не осознала ни характера, ни размеров опасности, от которой она была спасена Большой Алией 90-тых русского еврейства. Воинствующая идеология всегда и везде неизбежно обращается в рассадник насилия, - Израиль в этом отношении, не может быть исключением, а только красноречивым подтверждением. Воинствующая идеология есть динамическая первопричина того, что градус насилия в стране закономерно и неуклонно разрастается в ширь и в глубь: насилие в школе и в семье, насилие на улице и на дороге, насилие над детьми и над женщинами. Практика человечества доказывает, что самым эффективным противодействием насилию в обществе является культура. Следовательно, у государства Израиль нет будущего без русского еврейства.

Итак, И.Гранде сохранила культурно-общественную ценность русской общины, которая постоянно попирается со стороны правящей элиты страны. Дабы отметить общественное лицо репатриировавшего русского еврейства, возможно, на основе соображений И.Гранде, украсить его собственным девизом, состоявшим из трёх императивов: 1. отчленение религии от государства, 2.признание русского языка и языка идиш в качестве гражданских языков Израиля, и 3.пересмотра уголовного дела Яна Шапшовича.

Признано, что начало Большой Алии в Израиль датировано 1989 годом, - следовательно, в этом году наступила юбилейная дата: двадцатилетие репатриации русского еврейства на Землю Обетованную. Израильское общество, падкое на подобного рода памятные даты, не преминуло воспользоваться данным поводом для упражнений в излюбленной демагогии. Возглавляемые самим премьер-министром, израильские демагоги были, как всегда, на высоте, блестяще оперируя главным демагогическим триумвиратом: славословием, пустословием и словоблудием. Израильское телевидение (так называемая "Открытая студия") показала идиллические картинки райской жизни русских репатриантов в условиях демократического израильского общества. Речь шла о том, как много израильскому государству дали 20 лет репатриации русского еврейства. Но ни звука не было произнесено о том, что дало государство русскому еврейству, большинство которого по прошествии этих двадцати лет оказалось в положении обездоленных, попав под власть своего триумвирата: нищеты, бесправья и бездомья. Большая часть русскоязычного еврейства не удовлетворена условиями жизни в Израиле, ибо она лишила их двигающей силы и своей духовной потребности - культуры. Русское еврейство в Израиле оказалось выбитым из своей дороги жизни - из культурной колеи. В стране, где витает дух воинствующей идеологии, речь о подлинной культуре идти не может. То обстоятельство, что все факты, ущемляющие достоинство русскоязычных репатриантов, замалчиваются, нивелируются, и. попросту, подавляются, с гарантией говорит об умерщвлении русского еврейства в Израиле как общественной данности

Л и т е р а т у р а

Авинери Ш. Основные направления в еврейской политической мысли

Иерусалим, 1983

Бикерман И.М. Россия и русское еврейство

Еженедельник "Час пик", 1998 284-287, Тель-Авив

Будницкий О. В чужом пиру похмелье (Евреи и русская революция)

Вестник ЕУМ 3 (13), 1996

Булгаков С.Н. отец. Христианство и еврейский вопрос

YMCA-PRESS, Париж, 1991

Гершензон М.О. Судьбы еврейского народа и другие произведения

Изд. "Захаров", М., 2001

Гессен Ю.И. История еврейского народа в России. В 2-х томах

Л., 1925

Горький М. Несвоевременные мысли

М., 1990

Гранде И.Ю. Ещё не всё потеряно

Интернет-журнал "Самиздат", 2003

Дубнов С.М. Письма о старом и новом еврействе

С.-Птб, 1907

Дубнов С.М. Книга жизни

С-Птб., 1998

Дикий А. Евреи в России и в СССР. Исторический очерк. Издание 2-ое

Изд. "Благовест", Новосибирск, 1994

Динур Б. Религиозно-национальный облик русского еврейства.

В сборнике "Книга о русском еврействе", книга 1, Минск, 2002

Жаботинский В. Избранное. Издание 3-е

М., 1990

Зеленина Г. Сефардские мудрствующие, фантомная ересь и слава шпанского короля

Журнал "Ad imperio", 2000 3.

Зимин А.А. Россия на рубеже XV-XVI столетий

М., 1982

Зимин А.А. Возрождение России. Разгром московской ереси

Интернет-сайт

Казакова Н.А., Лурье Я.С. Антифеодальные еретические движения на Руси XIV - начале XVI века

М.-Л., 1955

Кандель Ф. История еврейского народа на территории России

Интернет-сайт "Форум Зануды. Свободный И и П", 2008

Каретникова М.С. Русское богоискательство

Интернет-сайт "Библиотека Гумер - история Церкви"

Карсавин Л.П. Россия и евреи

В сборнике "Версты", 1928, 3, Париж

Клаузнер И.Л. Литература на иврит в России

В сборнике "Книга о русском еврействе". Книга 1, Минск. 2002

Кириллин В.М. Литературное наследие преподобного Иосифа Волоцкого

Интернет-сайт

Кириллин В.М. Ересь жидовствующих

Интернет-сайт "Просветитель" преподобного Иосифа Волоцкого"

Клиер Дж.Д. Россия собирает своих евреев (Происхождение еврейского вопроса в России 1772-1825)

Интернет-сайт

Ключевский в.о. Русская история. Полный курс лекций. В трёх книгах

Изд. "Феникс", Ростов-на-Дону, 2000

Конторер Дов. Размышления над руинами

Журнал "Вести 2" от 6.10.2005г., Тель-Авив

Лакер В. История сионизма

Изд. "Крон-Пресс", М., 2000

Лихачёв Д.С. Русские летописи и их культурно-историческое значение

М.-Л., 1847

Лурье Я.С. Идеологическая борьба в русской публицистике конца XV - начале XVI века

М.-Л., 1960

Лурье Я.С. История одной жизни

С-Птб., 2004

Марголин Ю. Русско-еврейская иммиграция в Израиль

В сборнике "Книга о русском еврействе". Кн.2, Минск, 2002

Менес А. В мире еврейских религиозных исканий (Ешиботы и течение "мусарников")

В сборнике "Книга о русском еврействе". Кн.1, Минск, 2002

Платонов С.Ф. Москва и Запад

Изд. "Обелиск", Берлин, 1926

Поляков л. История антисемитизма. Эпоха знаний

Изд. "Гешарим", Москва-Иерусалим, 1998

Портнова Н. Эпоха самосознания, возрождения и соблазнов

В сборнике "Быть евреем в России. Материалы по истории русского еврейства. 1880 - 1890-е годы". Иерусалим, 1999

Свет Г. Русские евреи в сионизме и в строительстве Палестины и Израиля

В сборнике "Книга о русском еврействе". Кн.1, Минск, 2002

Синцова Н. Душеубийцы. Современная ересь жидовствующих в Русской Православной Церкви

Интернет-сайт "Церковь Иоанна Богослова"

Солженицын А.И. Двести лет вместе (1795-1925)

Кн.1 - 2001. Кн.2 - 2002. Изд. "Русский путь", М.

Творогов О.В. Литература Древней Руси

Интернет-сайт

Тростников В.И. "Ересь жидовствующих", марксизм и секуляризм

Интернет-сайт, 2000

Трунк Исай. Историки русского еврейства

В сборнике "Книга о русском еврействе". Кн.1, Минск, 2002

Филькенштейн Э. Евреи в СССР. Путь в XXI век

Журнал "Страна и мир", 1989, 1 (49), Мюнхен

Флоровский г., отец, Пути Русского Богословия

Интернет-сайт "Библиотека "Вехи"

Фроянов И.Я. Интервью

Интернет-сайт "Советская Россия", 2005

Храмов А. Ересь жидовствующих: "православный фашизм"

Интернет-сайт, 2006

Шехтман И.Б. Советская Россия, сионизм и Израиль

В сборнике "Книга о русском еврействе", Кн.1, Минск, 2002

Шуб Д.Н. Политические деятели России (1850-тых - 1920-тых г.г.)

Изд. "Новый журнал", Нью-Йорк, 1939


.