# Об экологическом сознании

Генрих Грузман

Памяти несостоявшейся мечты о плнетарном общежитие людей ПОСВЯЩАЕТСЯ. Бог суть высшая совесть человека, которая не стала совестью человечества

ГЕНРИХ ГРУЗМАН


О Б Э К О Л О Г И Ч Е С К О М С О З Н А Н И И


Н А Г А Р И Я


2 0 1 0


Памяти несостояшевшейся мечты о планетарном

общежитие людей ПОСВЯЩАЕТСЯ


"Природа - сфинкс. И тем она верней

Своим искусом губит человека.

Что, может статься, никакой от века

Загадки нет и не было у ней"

Ф.И.ТЮТЧЕВ


В повествовательном плане эта работа кажется продолжением моего трактата "Ноосфера как философия экологии", - и так оно и есть, но только в жанровом отношении, поскольку излагается осмысление одной темы: экологическая катастрофа и её реальная альтернатива. В одном жанре философского эссе я мыслю не повторять и дублировать прежний опыт, а расширить и углубить эту тему, как со стороны экологической катастрофы, так и со стороны её панацеи, усиливая шансы русской либеральной науки на роль антикризисного декрета. Поводом, возбудившем моё намерение мыслить в этом направлении, послужило публичное заявление премьер-министра России В.В.Путина о строительстве в Дальневосточном крае России нового космодрома с целью удостоверить державный престиж России в освоении космического пространства. Этот монарший жест похоронил мою наивную веру в то, что верховная власть способна воодушевиться идеей альтернативы экологического бедствия и может сделать мечту о планетарном общежитии, взятой в качества антикризисного декрета, актуальной потребностью современности. Элегическая грусть, оставшаяся в результате крушения всех верований и мечтаний, стала побудительной причиной для расширения и углубления экологической темы, и в дальнейшем изложением раскроется смысл посвящения этой попытки.


-- НАТУРАЛЬНО-ЭМПИРИЧЕСКАЯ НАГЛЯДНОСТЬ

Климатические аномалии и необычные погодные катаклизмы в мировом масштабе за последние несколько десятков лет придали всегда актуальной теме глобального кризиса особую остроту, и появилось некое синтетическое понятие, вобравшее в себя всю трагедию экологического рока - глобальное потепление. Содержание этого понятия стало пониматься очень широко и в его компетенцию включаются все нарушения, деформации, депрессии и искажения материальной природной среды, проявившиеся в курсе экологического деструктивизма; глобальное потепление стало демоном биосферы.

А.В.Егошин сообщает на Интернет-портале (http://www.priroda.su/item/389):

"Глобальное потепление -- процесс постепенного роста средней годовой температуры поверхностного слоя атмосферы Земли и Мирового океана, вследствие всевозможных причин (увеличение концентрации парниковых газов в атмосфере Земли, изменение солнечной или вулканической активности и т.д.). Очень часто в качестве синонима глобального потепления употребляют словосочетание "парниковый эффект", но между этими понятиями есть небольшая разница. Парниковый эффект - это увеличение средней годовой температуры поверхностного слоя атмосферы Земли и Мирового океана вследствие роста в атмосфере Земли концентраций парниковых газов (углекислый газ, метан, водяной пар и т.д.). Эти газы выполняют роль плёнки или стекла теплицы (парника), они свободно пропускают солнечные лучи к поверхности Земли и задерживают тепло, покидающее атмосферу планеты..... Впервые о глобальном потеплении и парниковом эффекте заговорили в 60-ых годах XX века, а на уровне ООН проблему глобального изменения климата впервые озвучили в 1980 году. С тех пор над этой проблемой ломают головы многие учёные, зачастую, взаимно опровергая теории и предположения друг друга.... В целом за последние сто лет средняя температура поверхностного слоя атмосферы повысилась на 0,3-0,8°С, площадь снежного покрова в северном полушарии снизилась на 8%, а уровень Мирового океана поднялся в среднем на 10-20 сантиметров. Эти факты вызывают определённую озабоченность. Остановится ли глобальное потепление или дальнейший рост среднегодовой температуры на Земле продолжится, ответ на этот вопрос появится только тогда, когда будут точно установлены причины происходящих климатических изменений... Наибольшая роль в имеющем место глобальном потеплении отводится водяному пару и углекислому газу. На их долю приходится более 95% всего парникового эффекта. Именно благодаря этим двум газообразным веществам происходит разогрев атмосферы Земли на 33°С. Антропогенная деятельность оказывает наибольшее влияние на рост в атмосфере Земли концентрации углекислого газа, а содержание водяного пара в атмосфере растёт вслед за температурой на планете, вследствие увеличения испаряемости. Общий техногенный выброс СО2 в атмосферу Земли составляет 1.8 млрд. т/год, общее количество углекислого газа, которое связывает растительность Земли в результате фотосинтеза составляет 43 млрд. т/год, но почти всё это количество углерода в результате дыхания растений, пожаров, процессов разложения снова оказывается в атмосфере планеты и только 45 млн. т/год углерода оказывается депонированной в тканях растений, болотах суши и на глубинах океана. Эти цифры показывают, что деятельность человека потенциально может являться ощутимой силой, влияющей на климат Земли....Парниковая катастрофа - самый "неприятный" сценарий развития процессов глобального потепления. Автором теории является наш учёный Карнаухов, суть её в следующем. Рост среднегодовой температуры на Земле, вследствие увеличения в атмосфере Земли содержания антропогенного CO2, вызовет переход в атмосферу растворённого в океане CO2, а также спровоцирует разложение осадочных карбонатных пород с дополнительным выделением углекислого газа, который, в свою очередь, поднимет температуру на Земле ещё выше, что повлечёт за собой дальнейшее разложение карбонатов, лежащих в более глубоких слоях земной коры (в океане содержится углекислого газа в 60 раз больше, чем в атмосфере, а в земной коре почти в 50 000 раз больше). Ледники будут интенсивно таять, уменьшая альбедо Земли. Такое быстрое повышение температуры будет способствовать интенсивному поступлению метана из тающей вечной мерзлоты, а повышение температуры до 1,4-5,8°С к концу столетия будет способствовать разложению метангидратов (льдистых соединений воды и метана), сосредоточенных преимущественно в холодных местах Земли. Если учесть, что метан, является в 21 раз более сильным парниковым газом, чем CO2 рост температуры на Земле будет катастрофическим. Чтобы лучше представить, что будет с Землёй лучше всего обратить внимание на нашего соседа по солнечной системе - планету Венера. При таких же параметрах атмосферы, как на Земле, температура на Венере должна быть выше Земной всего на 60°С (Венера ближе Земли к Солнцу) т.е. быть в районе 75°С, в реальности же температура на Венере почти 500°С. Большинство карбонатных и метано-содержащих соединений на Венере давным давно были разрушены с выделением углекислого газа и метана. В настоящее время атмосфера Венеры состоит на 98% из СО2, что приводит к увеличению температуры планеты почти на 400°С Если глобальное потепление пойдёт по такому же сценарию, как на Венере, то температура приземных слоев атмосферы на Земле может достигнуть 150 градусов. Повышение температуры Земли даже на 50°С поставит крест на человеческой цивилизации, а увеличение температуры на 150°С вызовет гибель почти всех живых организмов планеты. По оптимистическому сценарию Карнаухова, если количество, поступающего в атмосферу CO2, останется на прежнем уровне, то температура 50°С, на Земле установится через 300 лет, а 150°С через 6000 лет. К сожалению, прогресс не остановить, с каждым годом объёмы выбросов CO2 только растут. По реалистическому сценарию, согласно которому выброс CO2 будет расти с такой же скоростью, удваиваясь каждые 50 лет, температура 50°С на Земле уже установится через 100 лет, а 150°С через 300 лет".

Не менее пессимистическим исходом обладает и другая научная интерпретация фактических данных: на интернет-портале журнала "Вокруг света" (http://www.vokrugsveta.ru/vs/article/2726/ сообщается: "Климатологи из крупнейших мировых исследовательских центров, собрав доступные архивы метеоданных из разных уголков земного шара, обработали их и привели по возможности к единой шкале. Получилось четыре ряда глобальных температур, начинающихся со второй половины XIX века. На них видны два отчетливых эпизода глобального потепления. Один из них приходится на период с 1910 по 1940 год. За это время средняя температура на Земле выросла на 0,3-- 0,4°C. Затем в течение 30 лет температура не росла и, возможно, даже немного снизилась. А с 1970 года начался новый эпизод потепления, который продолжается до сих пор. За это время температура повысилась еще на 0,6-- 0,8°C. Таким образом, в целом за XX век средняя глобальная температура приземного воздуха на Земле выросла примерно на один градус. Это довольно много, поскольку даже при выходе из ледникового периода потепление обычно составляет всего 4--5°C....Еще 10--15 лет назад большинство ученых считали, что наблюдаемое потепление климата -- всего лишь относительно крупный локальный всплеск на температурном графике. Однако уверенно регистрируемый рост температур в последние годы убедил большинство скептиков в том, что глобальное потепление действительно наступает. Причем уже понятно, что в различных районах оно проявляется с разной силой. Так, например, американский Национальный центр климатических данных NCDC проследил за изменениями температуры над океаном и сушей. Выяснилось, что над сушей температура растет заметно быстрее, чем над морской гладью, -- вполне прогнозируемый результат, если учесть огромную теплоемкость воды в океанах. Более подробное исследование предлагает Центр предсказания и исследования климата им. Хэдли (Hadley Centre for Climate Prediction and Research, Великобритания). Здесь есть данные более чем по 20 регионам. Бросается в глаза то, что факт потепления более бесспорен для Северного полушария Земли. Причем в самом Северном полушарии заметен меридиональный градиент -- на севере потепление заметнее, чем на юге. В Южном полушарии по-настоящему серьезное потепление отмечается только на Антарктическом полуострове. Причем на всей остальной территории Антарктиды, особенно в ее центральных районах, ничего похожего в последние 50 лет не наблюдается. Все это дает основание ряду ученых говорить, что потепление носит локальный характер, связанный с Северным полушарием Земли. Объяснение в этом случае предлагают искать в недостаточно изученных пока квазипериодических процессах перестройки океанических течений, подобных явлению Эль-Ниньо (это теплое течение, эпизодически возникающее у берегов Эквадора и Перу, воздействует на погоду во всем Тихоокеанском регионе), но, возможно, еще более медленных. Наиболее сильные колебания температуры наблюдаются в Арктике, Гренландии и на Антарктическом полуострове. Именно приполярные регионы, где вода находится на границе таяния и замерзания, наиболее чувствительны к изменениям климата. Здесь все пребывает в состоянии неустойчивого равновесия. Небольшое похолодание приводит к увеличению площади снегов и льдов, которые хорошо отражают в космос солнечное излучение, способствуя тем самым дальнейшему понижению температуры. И наоборот, потепление приводит к сокращению снежно-ледового покрова, что приводит к лучшему прогреву воды и почвы, а от них уже и воздуха. Возможно, что именно эта особенность полярного равновесия является одной из причин тех периодических оледенений, которые неоднократно переживала Земля на протяжении последних нескольких миллионов лет. По мнению некоторых климатологов, это равновесие настолько хрупко, что наблюдаемое в XX веке потепление уже стало необратимым и закончится полным таянием льдов, по крайней мере, в Северном полушарии. Однако большинство специалистов не столь радикальны в своих суждениях".

И уж совсем безрадостный прогноз исходит из мониторинга специалистов ООН (интернет-портал "Глобальное потепление - парниковый эффект" (http://zacheta.net.ua/referat-37099.html):

"Опубликованный в январе отчет ООН - самая детальная и серьезная на сегодняшний день работа, предупреждающая о последствиях глобального потепления. В опубликованном отчете говорится, что признаки этих изменений уже налицо....Ученые предсказывают, что в Азии и Африке уменьшатся урожаи, а Австралия и Новая Зеландия будут испытывать нехватку воды. Повысится риск

наводнений в Европе, а восточное побережье Соединенных Штатов подвергнется воздействию все более сильных штормов и эрозии побережья. Средняя температура в этом столетии возрастет от 1,4 до 5,8 градусов Цельсия, говорят ученые. Уровень моря может подняться на несколько десятков сантиметров, угрожая сотням миллионов людей в островных государствах и приморских странах. На планете будет меньше дождей, больше пустынь, больше бурь и наводнений. Уже через несколько лет все мы рискуем оказаться в незнакомом и пугающем мире, в котором над человечеством нависнет угроза губительных эпидемий, вызванных вышедшими из-под контроля инфекциями. По мнению ученых, собравшихся на научной конференции в Вашингтоне, глобальное потепление повлечет за собой новые эпидемии. Теплый и влажный климат, который установится на нашей планете в течение следующих 20 лет, поможет опасным болезням, таким как малярия или лихорадка Денге, уже сейчас представляющим для человечества серьезную угрозу, отвоевать новые рубежи. Больше всего пострадают небольшие островные государства. Развивающимся странам будет особенно нелегко приспосабливаться к меняющимся условиям".

На страницах всемирной сети не редки суждения, делающие глобальное потепление галактическим Апокалипсисом, типа нижеследующего: "В строгом научном смысле Парниковая катастрофа не закончится гибелью человечества и всего живого на нашей планете, что, безусловно, будет финалом ужасной катастрофы в обыденном житейском смысле этого слова (английский термин - disaster). Гибель человечества будет лишь одним из этапов планетарной катастрофы (catastrophe), которая сначала будет развиваться быстро (1000С за 300 лет - очень высокая скорость по геологическим меркам). Рост концентрации СО2 в атмосфере на этом этапе Парниковой катастрофы будет определяться техногенным выбросом и выделением СО2 из океанов (кстати, пока в расчетах учитывается только техногенный СО2). В дальнейшем скорость роста температуры несколько снизится. Это произойдет как по причине логарифмической зависимости среднепланетарной температуры от парциального давления углекислого газа, так и по причине замедления скорости поступления СО2 в атмосферу из-за прекращения техногенного выброса (гибель человечества), испарения океанов и низкой скорости прогрева земной коры (литосферы). Выход на стационарные значения температуры поверхности Земли, действительно, может занять несколько миллионов лет, в течение которых литосфера медленно прогреваясь будет высвобождать значительные количества СО2 в результате процесса разложения карбонатов (известняков, мрамора, доломитов, мела и т.д.). Поскольку общее количество углерода в земной коре примерно соответствует его количеству в атмосфере Венеры, то можно ожидать, что результирующая температура поверхности Земли будет примерно равна температуре поверхности Венеры (порядка 5000С), а давление атмосферы - примерно в 300 раз выше современного уровня на Земле (300 атм.) и примерно в 4 раза выше атмосферного давления на Венере (80 атм. из-за отсутствияН2О)".

Однако при всех способах систематизации и моделирования обширных наблюдений и фактов глобального потепления единодушным остаётся вывод об антропогенной причине глобального потепления как особого типа экологического кризиса. Злосчастный парниковый эффект - дело рук человеческих, а, следовательно, виновником сегодняшних деструктивных изменений климата планеты, столь обременительных, а порой губительных, для человеческих обитания, является сам человек. Таково общее заключение аналитической элиты человечества, для доказательства которого используется множество приёмов, что даёт огромный разброс результатов. Наиболее часто в качестве свидетельства пагубной роли человека в климате планеты фигурируют следующие цифры: при сжигании угля, нефти и газа в атмосферу сегодня выбрасываются около 20 млрд тонн углекислого газа в год, для чего человечество потребляет ежегодно 4.5 млрд тонн угля, 3.3 млрд тонн нефти и нефтепродуктов: кроме того автомобильные выхлопы, заводские трубы и прочие техногенные источники бесполезно производят около 22 млрд тонн парниковых газов в год.

Единственное положительное, что можно извлечь из этой мрачной и зловещей картины, состоит в том, что спонтанно возникает положение, при котором государственная власть каждой отдельной страны вынуждается брать в расчёт вселенские, межгосударственные, а не только свои иждивенческие, потребительские, интересы. В случае глобального потепления этот вселенский интерес разрешился способом, излюбленным в правлении демократии демоса - способом запрета. Появился международный Киотский протокол (1997 год) о сокращении техногенных выбросов парниковых газов в атмосферу, тобто запрет на расширение производственного процесса. В реальных условиях современного мира Киотский запрет означает снижение прибыли - станового хребта производства в странах демократии демоса, а потому сей документ закономерно обратился в памятник чиновничьей ретивости, - даже Тони Блэр, экс-премьер-министр Британии, бывший рьяным сторонником Киотского протокола, стал в настоящем его порицателем. Этот пример служит красноречивой иллюстрацией административного усердия по предотвращению экологического кризиса без знания, что сам кризис есть производное демократии демоса.

Разумеется, что доказательная база глобального потепления, понимаемая в качестве самого губительного компонента экологического кризиса в климатической сфере Земли, взята из познавательного арсенала классического цикла точного знания. В свою очередь, традиционные знания входят в состав традиционной научно-технической революции ХХ века, и методологически осуществляются те же объективно-эмпирические рычаги, принципы и средства познания, среди которых основными являются информационно-статистический мониторинг и традиционное рационалистическое мышление. Стало быть, недочёты, какие выявляются в объёме этого эмпирического стимулятора, являются также дефектами классического наукознания, проявленные в стандартном экологическом понимании всего процесса. Таких изъянов наблюдается великое множество и они сразу же заявляют о себе при конкретном рассмотрении в отдельном измерении. Но для освещения экологической темы в этом аналитически незнаемом ракурсе, в духе отрицания, я могу сослаться только на наиболее крупные, кричащие и свойственные всей системе явлений, контрасты и противоречия, сигнализирующие об общих, но никак не особенных, факторах. Количество таких ссылок, определяющее весомость научной критики, ограничивается исключительно демонстрационной целью, с фиксацией самих актов и констатацией признаков недостаточности классического научного мировоззрения.

В физической теории альбедо (отражательная способность) Земли установлена в 35-37%, а это означает, что 63-65% солнечной энергии, приходящей к Земле из Космоса, поглощается земным веществом, вследствие чего Земля неизбежно разогревается. Однако в геологической теории столь же твёрдо установлено, что за время существования, температура земной коры колебалась в незначительном диапазоне. Куда девается поглощённая энергия? Спонтанно и сама собой явилась идея о наличии канала для оттока энергии обратно в Космос. Здесь-то и явился феномен парниковых газов. Оказалось, что поверхности Земли достигают отнюдь не родоначальные солнечные фотоны, которые в первородном состоянии обладают чудовищной всеиспепеляющей энергией, или так называемое ультрафиолетовое коротковолновое излучение, а нечто преобразованное, вторичное. В верхних слоях атмосферы (в стратосфере) наличествует особый озоновый слой, который очищает солнечный свет от жесткого ультрафиолетового спектра, и переводит высокоэнергоёмкое излучение в малоёмкое длинноволновое образование, которое поглощается парниковыми газами. Если бы этого поглощения не происходило бы, избыточная ультрафиолетовая радиация уничтожила бы на поверхности Земли все формы живой жизни. В результате поглощения формируется органическое вещество, консервирующее энергию Солнца в химически связанном виде - прародитель почвы, её плодородия и осадочного слоя Земли. Следовательно, в обязанность парниковых газов входит функция удержания на Земле отражённых солнечных лучей, и они признаны воспрепятствовать тепловому излучению Земли. Существуют расчёты, показывающие, что Земля теряет излучением около трети того количества, которое она теряла бы при отсутствии защитного действия парниковых газов. В соответствии этот узел неразрешимых в классическом познании проблем можно назвать тайной озонового слоя.

Тепловой баланс Земли, или баланс энергии тепловых и радиационных процессов в атмосфере и на поверхности, состоит из двух частей: внешней, космической теплоты солнечной энергии, и внутренней энергии, выделяемой земными недрами. Тайна озонового слоя охватывает внешнюю часть теплового баланса Земли, но и внутренняя часть не менее загадочна. Физическая теория теплофизики Земли утверждает: "Измерения показали, что средний тепловой поток на континентах и в океанах одинаков. Этот результат объясняется тем, что в океанах большая часть тепла (до 90%) поступает из мантии, где интенсивнее происходит процесс переноса вещества движущимися потоками - конвенцией... Итак, изучение теплового потока Земли свидетельствует о конвективном перемещении вещества, связанном с тепловым потоком Земли, и о наличии ядра, мантии и коры, т.е. свидетельствует о её слоистом строении" (Я.Г.Кац, В.В.Козлов, Н.В.Макарова, Е.Д.Сулиди-Кондратьев "Геологи изучают планеты", 1984).

Под конвекцией в теплофизике понимается процесс, при котором разогретая жидкость расширяется, становясь легче, и поднимается, а более холодные слои опускаются. Именно такому виду движения противоречит максима, принятая в геологии, о твёрдом состоянии земных недр на глубину, по крайней мере, до ядра Земли (гипотетичная астеносфера в расчёт не принимается). Практические наблюдения свидетельствуют о прогрессирующем возрастании плотности земного вещества от 2.7 на поверхности до 10-11 в ядре, и при таком мощном гравитационном прессе, однонаправленном к центру Земли, какие-либо конвективные течения, согласно той же физической теории, невозможны в ином векторном направлении. Геотермическая ступень, которой определяется размер теплового потока Земли, ориентирована к центру Земли и увеличивается с глубиной на 15 градусов на 1 км. Тогда как мы воочию наблюдаем тепловую энергию недр Земли в лице вулканических извержений, направленную от центра Земли, и вектор движения при энергетических выбросах земного вещества не просто противостоит вектору гравитационной тяжести, определяемому по законам физики, но полностью его уничтожает. Совокупность проблем, неподвластных классическому миропредставлению, здесь можно объединить в потрясающую тайну энергии Земли.

Но едва ли не основное противоречие в классической физической теории, которой охватывается вся эпопея глобального потепления в качестве деструктивного монстра, выявляется при рассмотрении поведения парниковых газов в естественно-природной сфере, или, по Вернадскому, в биогеохимических условиях. Оказывается, что техногенный прирост парниковых газов не приводит к соответствующему усилению совокупной массы зелёных растений, питающихся углекислым газом. Также часто наблюдается, что повышение содержания парниковых газов в атмосфере, не предшествовало, как следует из физической теории, а следовало за потеплением, тобто увеличение содержания газов являлось не причиной, а следствием потепления, - и при наличии этого потепления увеличивается интенсивность выхода углекислого газа, растворённого в водах гидросферы. Итак, следующей неразрешимой проблемой становится биогеохимическая тайна парниковыз газов

Уже только постановка вопроса в таком аспекте непроизвольно вызывает еретическую мысль о том, что глобальное потепление в своём вселенском облике суть химера, ибо таковой не существует в биогеохимической реальности природы земного шара. А не существует потому, что величина "среднепланетарной температуры Земли", являющаяся доминантой во всех выведениях глобального потепления, в частности, радиационно-адиабатической модели А.В.Карнаухова, есть фигура мнимая и надуманная, и её эффект - это эффект средней температуры больницы.

И, наконец, наиболее значительная тайна для умопостижения классического познания содержится в факте количественного наличия азота в атмосфере: 75,6 % по массе и 78,09 % по объёму. В академической теории атмосферную оболочку Земли принято рассматривать как нечто переходное и связующее между материальным веществом планеты Земли и газовым составом Космосом, и здесь живое вещество даже не упоминается. В её строении принимает участие, как внешние астрономические силы, так и земные детерминаторы (к примеру, гипотеза дегазации мантии), при полном превосходстве первых, ибо их вклад в тепловой баланс Земли в 4 тыс. раз больше вторых. Стало быть, азот в атмосферу может быть принесен либо из Космоса, либо из недр Земли. Однако в обоих случаях содержание азота крайне ничтожно по сравнению с массой атмосферы (тропосферы): в земной коре азота содержится 0.001%, а на Солнце и метеоритах и того меньше (в единицах, которые являются логарифмом числа атомов азота на 10 млн атомов магния: на Солнце - 6.7, в метеоритах - 2.54). Итак, происхождение азота в атмосфере, а также происхождение самой атмосферы, наука объяснить не может. А если задаться естественным вопросом, - какова цель наличия этого гигантского резервуара в атмосфере, - то появится ещё одна, неподъёмная для традиционного мышления, тайна - тайна плодородия почвы.

Таким образом, глобальное потепление, взятое в качестве образца антропогенного деструктивизма в природе и источника катаклизмов современного земного климата, в итоге принесло только колоду тайн и пакет неразрешимых проблем. Последние в основном касается познавательного потенциала того, что принято называть точным знанием и что служит научным обеспечением технического прогресса современной НТР - главного делопроизводителя экологической катастрофы. В этом состоит отличие глобального потепления от другой разновидности техногенной экологической деятельности человека, - так называемого "космического мусора". По информационному шуму феномен "космического мусора" уравнивается с глобальным потеплением, но сообщения о нём состоят исключительно из наглядных наблюдений и зримых измерений, лишённых научных расчётов, прогнозных предположений и рационалистических выведений. Видимо, по этой причине "космический мусор" и глобальное потепление никогда не рассматриваются совместно, нигде не пересекаются, и состоят в обособленных членах общего экологического бедствия человечества..

Википедия - свободная и непредвзятая энциклопедия излагает расширенное представление явления: "Под космическим мусором подразумеваются все искусственные объекты и их фрагменты в космосе, которые уже неисправны, не функционируют и никогда более не смогут служить никаким полезным целям, но являющиеся опасным фактором воздействия на функционирующие космические аппараты, особенно пилотируемые. В некоторых случаях, крупные или содержащие на борту опасные (ядерные, токсичные и т. п.) материалы объекты космического мусора могут представлять прямую опасность и для Земли -- при их неконтролируемом сходе с орбиты, неполном сгорании при прохождении плотных слоев атмосферы Земли и выпадении обломков на населенные пункты, промышленные объекты, транспортные коммуникации и т. п....В настоящее время по разным оценкам в районе низких околоземных орбит (НОО) вплоть до высот около 2000 км находится до 5000 тонн техногенных объектов. На основе статистических оценок делаются выводы, что общее число объектов подобного рода (поперечником более 1 см) достаточно неопределенно и может достигать 60 000 -- 100 000. Из них только порядка 10 % (около 8600 объектов) обнаруживаются, отслеживаются и каталогизируются наземными радиолокационными и оптическими средствами и только около 6 % отслеживаемых объектов -- действующие. Около 22 % объектов прекратили функционирование, 17 % представляют собой отработанные верхние ступени и разгонные блоки ракет-носителей, и около 55 % -- отходы, технологические элементы, сопутствующие запускам, и обломки взрывов и фрагментации. Большинство этих объектов находится на орбитах с высоким наклонением, плоскости которых пересекаются, поэтому средняя относительная скорость их взаимного пролета составляет около 10 км/с. Вследствие огромного запаса кинетической энергии столкновение любого из этих объектов с действующим космическим летательным аппаратом может повредить его или даже вывести из строя. Эффективных мер защиты от объектов космического мусора размером более 1 см в поперечнике практически нет. Наиболее засорены те области орбит вокруг Земли, которые чаще всего используются для работы космических аппаратов. Это НОО, геостационарная орбита (ГСО) и солнечно-синхронные орбиты (ССО) Вклад в создание космического мусора по странам: Китай -- 40 %; США -- 27,5 %; Россия -- 25,5 %; остальные страны -- 7 %.....Эффективных практических мер по уничтожению космического мусора на орбитах более 600 км (где не сказывается очищающий эффект от торможения об атмосферу) на настоящем уровне технического развития человечества не существует. Хотя в ряду других рассматривался, например, проект спутника, который будет искать обломки, и испарять их мощным лазерным лучом. Вместе с тем актуальность задачи обеспечения безопасности космических полетов в условиях техногенного загрязнения околоземного космического пространства (ОКП) и снижения опасности для объектов на Земле при неконтролируемом вхождении космических объектов в плотные слои атмосферы и их падении на Землю стремительно растет".

По данным, опубликованным Управлением ООН по вопросам космического пространства в 2009 году сказано, что "Мусор на орбите по-прежнему серьёзно угрожает устойчивому использованию космического пространства. Вокруг Земли вращается около 3000 тысяч обломков мусора, которые серьёзно угрожают космическим аппаратам, в том числе 1000 спутников, обеспечивающих нас информацией о погоде, помогающих с развитием картографии и других основных услуг для населения".

Вот как рассматривают сложившуюся ситуацию советские специалисты, представители страны, значащейся в числе главных производителей космического мусора. Старший научный сотрудник НИИ астрономии РАН Александр Багров(http://www.popmech.ru/article/479-kosmicheskiy-musor/) изложил:

"Ситуация складывается парадоксальная. Чем больше мы запускаем аппаратов в космос, тем менее пригодным для использования он становится". И действительно, по оценкам российских специалистов, в настоящее время в космосе находится более 10 тысяч летательных аппаратов и спутников Земли, при этом функционируют из них только 6%. Космические аппараты выходят из строя с завидной регулярностью, а в результате плотность космического мусора на орбите ежегодно увеличивается на 4%. В настоящее время вокруг нашей планеты вращается около 70-150 тысяч объектов размером от 1 до 10 см, частиц же менее 1 см в диаметре - миллионы. И если на низких орбитах, примерно до 400 км, мусор притормаживает о верхние слои атмосферы и со временем падает на Землю, то на геостационарных орбитах он может вращаться бесконечно долго....Предотвращением дальнейшего загрязнения космического пространства занимаются несколько международных комиссий, в том числе под эгидой ООН, - рассказывает ученый секретарь Совета по космосу РАН Александр Алферов. - Правда, они сталкиваются с неповоротливостью ряда агентств, предпочитающих все очень тщательно взвесить, прежде чем идти на сотрудничество. Дело в том, что многие спутники принадлежат военным ведомствам и полную информацию о них получить весьма сложно. Нельзя сбрасывать со счетов и коммерческую сторону вопроса". Впрочем, приватизация космоса играет на руку тем, кто ратует за его чистоту. Космос постепенно превращается в зону вложения капитала, а коммерсантов всегда интересовали вопросы страхования рисков и возмещения потерь в результате тех или иных форс-мажорных обстоятельств. Без выработки единых правовых норм достичь этого не удастся. К примеру, кто должен отвечать, если старый безжизненный спутник или разгонный блок ракеты, запущенной одним государством, протаранит автоматическую станцию, принадлежащую другой стране? Пока на этот вопрос ответа нет, хотя подобные прецеденты уже имели место. И хотя частные космические компании делают только первые шаги, сам факт их появления на свет подтолкнул к выработке единых международных правил".

Заключительный итог или общий знаменатель возможно подвести словами Игоря Бондаренко (портал http://www.ufolog.ru/utils/view_photo.aspx?obj_id): "Картина вырисовывается мрачная. Если число объектов на околоземной орбите продолжит расти в тех же пропорциях, что и прежде, это может привести к трагической "цепной реакции". После взрывов отработанных ракетных ступеней и спутников количество обломков стремительно растёт. Соответственно будет расти и вероятность их столкновений с крупными объектами, и значит, всё больше будет космического мусора. Число соударений начнёт увеличиваться по экспоненте. Град этой космической "шрапнели" изрешетит любой космический аппарат, превратит его в гору мусора. Если засорение останется на прежнем уровне, существует большая вероятности, что через несколько десятилетий выход в космос станет опасным, т.к. вероятность столкновений с мусором увеличится многократно. Чтобы этого не случилось, нужно освободить всё околоземное пространство от мусора. И главное, на что следует обратить внимание, это геостационарная орбита, на которой расположены различные спутники, обеспечивающее мобильное вещание и телевещание".

На базе натурально-эмпирической наглядности, как совокупности непосредственных определителей онтологического бытия экологического процесса, прямо выводятся в качестве законов эмпирического наблюдения два вывода. Первый гласит: глобальное потепление, экстремальные вспышки которого стали "демоном биосферы" и единодушно смотрятся причиной климатических аномалий и прочих катаклизмов планетарной природы, - суть экологическая фикция. Теплота не является причиной энергетических явлений на Земле, - она сама суть их следствие, и потому не может быть виновником климатических деформаций. Глобальное потепление планеты есть не более, чем привидение исследователей, пришедших в отчаяние от обилия тайн.

Второй вывод заключает в себе печальную истину действительности: освоение Космоса окончательно трансформировалось в захламление Космоса. Околоземное космическое пространство имеет себя, по своей житейской сути, как громадный приусадебный участок одной усадьбы (дома) - планеты Земля, и принадлежать должен хозяину этого дома, действующего от лица и во имя интересов всего люда на Земле. Причина захламления Космоса есть появление на приусадебном участке множества хозяйчиков, если угодно, дачников, одержимых собственными эгоистическими запросами, и особенно страшно, когда эти захваты преследуют военные цели. Хозяин Космоса - вот альтернатива захламления Космоса.

Однако же самая большая важность и ценность натурально-эмпирической наглядности не только в демонстрации фактов губительной экологической катастрофы, но и в том умозаключении, какое неизбежно должно последовать как обобщённая совокупность двух этих выводов: человек представляет собой существо деструктивной природы. "Человек", как таковой, представляет собой основной объект познания в экологии, и опосредование его деструктивной стороны ставит первоочередную задачу в экологии, если она претендует на статус самостоятельной отрасли естествознания. Набор сугубо негативных показателей в натурально-эмпирической наглядности влечёт за собой вывод о соответствующем качестве природы человека. Именно в таком качестве выставляет человека в своём впечатляюще эрудированном сочинении И.В.Лысак "Человек - разрушитель: деструктивная деятельность человека как социокультурный феномен" (http://hdirussia.ru/179). Свою рефлексию Лысак начинает с утверждения: "Глубокие социальные изменения, происходящие в мире на рубеже ХХ-ХХ1 веков, заставляют по-новому взглянуть на ряд феноменов, исследованию которых ранее уделялось недостаточно внимания. Один из них - деструктивная деятельность человека. Разрушительная сторона человеческой природы особенно ярко проявилась в ХХ веке: массовые убийства, революции, войны, многочисленные террористические акты. Из средств массовой информации мы ежедневно узнаем о совершающихся даже в самых благополучных странах насильственных преступлениях. Никакие моральные, религиозные, правовые нормы не в состоянии предотвратить деструкцию. Даже самые комфортные условия существования не приводят к снижению деструктивности, причем она проявляется не только в отношении людей друг к другу - и природная среда, и памятники культуры, и простейшие предметы подвергаются бессмысленному разрушению. Учитывая современный уровень развития техники и технологии, деструктивная деятельность в настоящее время представляет реальную угрозу не только для отдельных социальных групп, но и для всего человечества".

Согласно древней антропологической аксиоме человеческое существование предстаёт в двух видах: созидательном и разрушительном (дезадаптивном, креативном). В концепции "человек - разрушитель", которую проповедует Лысак, именно эта аксиома взята как натурально-эмпирическая наглядность, и он излагает: "Таким образом, ведущими мотивами, побуждающим человека к деятельности (как к конструктивной, так и к деструктивной) являются его фундаментальные потребности в безопасности, уважении, признании и, наконец, в самоутверждении, самореализации, раскрытии своего творческого потенциала. Как указывают Е.П. Никитин и Н.Е. Харламенкова, самоутверждение, самореализация пронизывают всю нашу жизнь. Это очень мощная сила, которая может действовать по-разному. "Она может творить, создавать человека, вознося его чуть ли не до божественных высот, а может и разрушать его, полностью лишать человеческого облика, низвергать в бездны звериного".

Не задумываясь о причинах данной двойственности человеческой деятельности, Лысак направляет аналитические усилия всецело на разрушительную опцию человека, давая тем понять, что именно деструктивная тенденция в наибольшем виде выражает имманентную сущность человеческого существования. Созидательное творчество играет в жизни человека при таком подходе чрезвычайно важную, но всё же коннотационную (дополнительную) роль, и потому те формы, что человек производит в созидательном режиме - культура, цивилизация, искусство - всегда чреваты и порождают разрушительную стихию в обществе. Ю.М.Антонян указывает, что именно культура "...постоянно поддерживает высокий уровень губительной разрушительности. Поэтому есть все основания думать, что существованием деструктивных порывов мы не в меньшей степени, а, возможно, и в большей, обязаны цивилизации" (Ю.М.Антонян "Психология убийства", 1997). Деструктивную деятельность человека, которую Эрик Фромм образно назвал "бегством от свободы", И.В.Лысак почитает как "социокультурный феномен".

Итак, "человек - разрушитель" как концептуальный образ есть, прежде всего, законодатель войн, а в онтологическом плане - модернизированный фаустовский человек, что решительно противостоит не только идеологическим основам, но и по всему периметру архитектурной конструкции ноосферы Вернадского. Это понятие человека ноосфера Вернадского не приемлет ни с какой стороны, - ни как перспективы человечества в будущем, ни как феномен культурного творчества человека, ни как конспекта антикризисного декрета. Потому исключительно важно знать, что философски скрывается за концепцией "человек-разрушитель", и какая ведущая философская установка обосновывает противостояние с авторской идеологией ноосферы.

В суждениях И.В.Лысака данное обстоятельство выгодно отличается ясностью своих основ от аналогичных словопрений других почитателей данного воззрения, - и это есть коллективистский фактор социальной природы. Лысак повествует: "Именно в социуме человек становится личностью, в социуме трансформируются потребности человека и формируются такие специфические потребности, как потребность в самореализации, стремлении к превосходству, к расширению собственной власти, а также потребности в принадлежности, идеалах, ценностях, в объектах поклонения. Кроме того, потребности и удовлетворяются лишь в обществе и посредством общества в социально определенных формах, потому невозможно выяснить основания деструктивной деятельности без рассмотрения социальных потребностей индивида, а также без анализа отношений, складывающихся в обществе...Итак, человеку, как общественному существу, важно ощущать принадлежность к определенной группе, чувствовать себя частью целого, ему необходимы четкие ценностно-нормативные ориентиры. Если общество не может дать индивиду регулирующих норм, или наоборот, система норм является слишком жесткой и ограничивает свободу индивида, то у человека усиливаются деструктивные устремления".

В философском отношении (русского ранга) данное умозаключение кардинально противоречит максиме В.С.Соловьёва: "...общество есть дополненная или расширенная личность, а личность - сжатое, или сосредоточенная общество" (В.С.Соловьёв "Оправдание добра", 1996, с.204; выделено автором), а в научном плане отрицает положение, впитанного Вернадским, что культура суть воплощение культа личности. Никакая деструкция не может сочетаться с культурой, а соотносится только с бескультурьем, а в ноосферу имеет пропуск исключительно Homo sapiens faber (человек мыслящий созидающий) по В.И.Вернадскому. Таким образом, целевая установка концепции "человек-разрушитель" есть та же расхожая стратегия порабощения природы.


-- НАУЧНЫЕ СООБРАЖЕНИЯ

Научно-аналитический момент, с какого повинна начинаться должная рефлексия глобальной экологической катастрофы, в том числе, и глобального потепления как части целого, и какой неизбежно теряется при академическом методологическом подходе, состоит в понимании, что все экологические мистерии науки (как-то: тайна озонового слоя, тайна энергии Земли, биогеохимическая тайна парниковых газов, тайна плодородия почвы) не являются ни ошибками в расчёте, ни недосмотром в наблюдении, ни дефектом мышления. Глобальная экологическая катастрофа представляет собой закономерный итог, неизбежный исход и обязательное последствие научного мировоззрения точного знания, во-первых, и государственного правления в режиме демократии демоса, во-вторых. Итак, в целокупном ex toto (целиком) данные мистерии науки с убедительностью, присущей научным знаниям, указывают на несостоятельность классической науки и несовершенство демократии демоса.

Мысль о том, что несостоятельность классической науки разрешается русской либеральной наукой, высказывались мною неоднократно. Однако попытки были безуспешны и мысль не заимела своей аудитории, прежде всего, по причине того, что, как таковой, русской либеральной науки не существует, ибо у неё не существует двух главных компонентов любой науки: эмпирической базы и теоретического аппарата. Зато русская либеральная наука располагает идеями, из числа тех форм человеческого духа, которые плодят идеалы, воплощаемые в целевые установки, указывающие мысле путь к истине.

В русской либеральной науке идея, взятая как таковая, существует в качестве продукта гениальной интуиции (фрагмента неординарного вдохновения) или видения великого ума, а также как критерии, несовместимые с традиционной методологией и идеологией, так сказать, в форме некоего еретического импульса - апогея высочайшего стояния научной мысли. Именно по такого типа "еретичности" определяются конкретные носители русской либеральной науки: наука Сеченова, наука Докучаева, наука Вернадского, наука Мартьянова, наука Вавилова, наука Полынова. Однако, с точки зрения собственно русской либеральной науки, эти "науки" не имеют право быть "науками", ибо ни одно из них не является завершённым гнозисом, - все они есть, по своей коренной сути, великой пропедевтикой (предварительное упражнение), грандиозными пролегоменами (вводное суждение), и попросту пропилеи - монументальный вход в законченное архитектурное сооружение.

Конструктивное отличие русской либеральной науки заключено в том, что процесс получения знаний здесь определённым образом организовывается: в исследовании преследуется не строгая субординация двух рангов изучения - эмпирического и теоретического, а их тесная связь и взаимопроникновение, - такой способ познания Н.Е.Мартьянов назвал "переводом своих интуитивных идей на язык логики". Совершенным образцом последнего являются знаменитые селекционные станции Вавилова: выведя эксперимент, как средство получения фактов, из искусственных лабораторий, заводов и фабрик на естественные просторы, Вавилов не только изменил стратегию экспериментального подхода, но и поменял курс самого познания. Поэтому академики Вернадский и Вавилов прославлены, помимо своих научных достижений, ещё и как великие организаторы науки.

Научные соображения посредством идей, - то, что и поныне презирается в современной науке как произвольное теоретизирование, является отличительной чертой русской либеральной науки, как некоего нового конструкта научного постижения. Общее впечатление о реальном познавательном потенциале этого конструкта можно получить из рассмотрения указанных экологических тайн с позиции принципиальных положений русской либеральной науки.

Хотя система Вернадского не может считаться наукой в стиле познавательного духа русской либеральной науки, но в силу того, что в биосферном гнозисе Вернадского в апокрифическом виде содержится всё, что определяет этот самый познавательный дух, она представляет собой наиболее совершенный на данное время тип русской либеральной науки. В таком плане радикальные постижения Вернадского базируются на великих постулатах: постулат первый - вечность жизни; постулат второй - благоприятные для жизни условия в природе создаются самой жизнью. Отсюда вытекает конституальное положение, которое принимает форму закона живой жизни: "Жизнь создаёт в окружающей её среде условия, благоприятные для своего существования" (В.И.Вернадский "Химическое строение биосферы Земли и её окружения", 1987, с.47: выделено мною - Г.Г.).

Итак, Вернадский лишает жизнь права быть рядовым участником земных событий, а обременяет её обязанностью нести крест установочных функций динамики, быть составителем технологических программ процесса и преобразовывать собственные запросы в генеральные цели и задачи. Биосфера по Вернадскому - это кабинет жизни, где вся обстановка в целом и любая деталь интерьера служит для хозяина, отражает вкусы и потребности хозяина и предназначена для усиления творческого потенциала хозяина. С удостоверенностью закона Вернадским высказывается главная максима его научно-познавательной позиции: "Всякий геологический фактор проявляется в биосфере во всей своей силе только в работе поколений живых существ". Здесь следует видеть истоки и искать толчки для появления идеи Вернадского, которую можно раскрыть следующим образом: биосфера на Земле, находясь под идеологическим протекторатом русской либеральной науки, выражает себя целокупной формой в качестве сооружения, которому невозможно иной образ, как дом жизни, состоящий из трёх неразделимых этажей: атмосферы, гидросферы и литосферы. В своём макете пульсационной геологии, ещё одного члена клуба русской науки, которая исторически предназначена стать альтернативой классической геологии Чарлза Лайеля, Н.Е.Мартьянов дословно воспринял идею Вернадского: "Именно жизнь создала атмосферу и гидросферу".

А т м о с ф е р а. В традиционных отраслях науки, где изучаются проблемы биосферы, идея Вернадского не фигурирует даже как антитезисная точка зрения. Особенность земной атмосферы состоит в слоистом (концентрическом) строении, и в направлении от поверхности Земли тут располагаются: тропосфера, стратосфера, мезосфера, ионосфера (термосфера), линия Кармана (граница между атмосферой и Космосом, находится на высоте 100 км над уровнем моря). Историю образования атмосферы лапидарно представила Википедия - свободная энциклопедия: "Согласно наиболее распространённой теории, атмосфера Земли во времени пребывала в трёх различных составах. Первоначально она состояла из лёгких газов (водорода и гелия), захваченных из межпланетного пространства. Это так называемая первичная атмосфера (около четырех миллиардов лет назад). На следующем этапе активная вулканическая деятельность привела к насыщению атмосферы и другими газами, кроме водорода (углекислым газом, аммиаком, водяным паром). Так образовалась вторичная атмосфера (около трех миллиардов лет до наших дней). Эта атмосфера была восстановительной. Далее процесс образования атмосферы определялся следующими факторами: утечка легких газов (водорода и гелия) в межпланетное пространство; химические реакции, происходящие в атмосфере под влиянием ультрафиолетового излучения, грозовых разрядов и некоторых других факторов. Постепенно эти факторы привели к образованию третичной атмосферы, характеризующейся гораздо меньшим содержанием водорода и гораздо большим -- азота и углекислого газа (образованы в результате химических реакций из аммиака и углеводородов)".

Итак, традиционное представление связывает происхождение и становление атмосферы исключительно с внешнекосмическими, астрономическими, силами (преобладающими во взаимодействии) и внутриземными (дополнительными) источниками. Однако в конструктивный порядок этой здравой рациональной схемы не вписываются два момента, о которых современная аналитическая, и особенно учебная, литература предпочитает не распространяться, - это озоновый слой в атмосфере и содержание азота в атмосфере.

Характерные черты озона и озонового слоя в современном научном понимании даны в словарном определении: "Озоновый слой -- часть стратосферы на высоте от 12 до 50 км, в котором под воздействием ультрафиолетового излучения Солнца кислород (О2) ионизируется, приобретая третий атом кислорода, и получается озон (О3). Относительно высокая концентрация озона (около 8 мл/мЁ) поглощает опасные ультрафиолетовые лучи и защищает всё живущее на суше от губительного излучения. Более того, если бы не озоновый слой, то жизнь не смогла бы вообще выбраться из океанов и высокоразвитые формы жизни типа млекопитающих, включая человека, не возникли бы. Наибольшая плотность озона встречается на высоте около 20-25 км, наибольшая часть в общем объёме -- на высоте 40 км". К этому следует добавить фактические наблюдения, усиливающие загадочность сего объекта. Если в стратосфере озон выполняет определённую и весьма важную позитивную функцию, то в тропосфере озон является загрязняющим веществом. Озон в тропосфере снижает продуктивность сельскохозяйственных культур и замедляет фотосинтез в растениях. По оценкам специалистов, в США ежегодные потери кукурузы, пшеницы, соевых бобов и арахиса, вызванные озоном, достигают 1.9-4.5 млрд долларов.

Самая яркая особенность реальной эмпирической наглядности в атмосфере, какой современная наука не может подыскать достойного объяснения, состоит в том, что солнечный луч, который для нас, людей, служит эмблемой тепла, света, радости, отнюдь не является таковым в своём первобытном облике, а является "вторичным", приведенным явлением. Благодатная форма солнечного тепла есть очищающее действие озонового фильтра в стратосфере, в результате которого космическое солнечное излучение, несущее страшную губительную энергию, приводится к виду, потребному органической живой жизни. И ни для чего другого эта поразительная редукция не нужна. Аналогично обстоит дело с содержанием азота в атмосфере: в огромных количествах (78%) азот содержится в тропосфере, а тропосфера содержит в себе более 80% атмосферного воздуха, - и такое гигантское количество азота необходимо только для живой жизни.

Вернадский утверждает, что "Газовая атмосфера Земли едва ли поэтому является созданием фазовых равновесий планетного вещества, не есть астрономическое явление, но есть выявление химических и биогеохимических процессов земной коры... Земная атмосфера (тропосфера) не есть астрономическое явление в своей основе" (В.И.Вернадский "Труды по биогеохимии и геохимии почв", 1992, с.с.230,235). Все экологические рассуждения и претензии современной обширной аналитики по атмосферной тематике и проблематике проходят мимо кардинального открытия Вернадского, что парниковые газы (метан, водяной газ, углекислый газ), а также природный кислород и углерод имеют биогенное происхождение, тобто созданы живым веществом: "...все газы, образующиеся в биосфере, теснейшим образом связаны своим происхождением с жизнью, с живым веществом, всегда биогенны и изменяются, главным образом, биогенным путём" (В.И.Вернадский "Химическое строение биосферы Земли и её окружения", 1987, с.222).

Идея Вернадского круто переставила стрелку познавательного процесса в Космосе на другой, несовместимый с традиционным, курс: атмосфера стала ареной (механизмом) по прилаживанию космического вещества к нуждам и потребностям живой жизни на Земле (закон живой жизни В.И.Вернадского). В общенаучном, а равно, и общефилософском, контексте в итоге заявляется совершенно иная идеологическая сентенция: атмосфера есть конструктивный порядок по приспособлению не жизни к особенностям космической среды, как узаконено современной идеологией, а наоборот, - космического вещества к условиям живой жизни, осуществляемый живым веществом.

Последствия сего силлогизма трудно вообразить по своему размаху, ибо они направлены, прежде всего, против тотально значимой доктрины борьбы за существование, в ритме которой существует современное естествознание, вкупе с учением об адаптивном приспособлении (адаптациогенез). Живая жизнь адаптируется к внешним обстоятельствам своего существования - такой основной тезис идеологии борьбы за существование. Во времена Вернадского основной водораздел науки проходил по линии организм-среда, где советская наука осуществляла материалистическую позицию, исходящую из ведущего положения и инициативно-первичной роли внешнего фактора среды в жизни живого вещества. Это куцее мировоззрение, но питаемое неоспоримой ленинской философией воинствующего материализма, являлось господствующим, и оно в строю до настоящего времени, хотя само ядро идеологии не считается уже научным. Поэтому в наше время ещё актуальны извещения советских фанатиков материализма. Академик Т.Д.Лысенко: "Изменение условий жизни вынуждает изменяться сам тип развития растительных организмов. Видоизменённый тип развития является, таким образом, первопричиной изменения наследственности. Все те организмы, которые не могут изменяться соответственно изменившимся условиям жизни, не вызывает, не оставляет потомства...Наследственность есть эффект концентрирования воздействий условий внешней среды, ассимилированных организмами в ряде предшествующих поколений". Академик А.Н.Северцов установил, что единственным источником филогенетических изменений являются изменения в окружающей среде, и что именно они определяют эволюционный процесс. Известный воитель за материализм, излюбленный советской аналитикой, профессор К.А.Тимирязев, восхваляя Ж.-Б.Ламарка, писал: "Источником изменения растений он считал исключительно влияние внешних условий среды". И этот тезис Тимирязев делал боевым знаменем в биологии. В идее же Вернадского действие ориентировано в обратном направлении - от живого вещества на космическую среду, тобто Вернадский предлагает идеалистическую схему, что было самой большой ересью в советской науке. По этой причине в советской науке не могла найти не только поддержки, но даже словесного сочувствия, идея Вернадского, фиксирующая, по своей глубинной сущности, пункт в познании природы, на котором заканчивается эпоха классического мировоззрения, и просыпается новое воззрение, какое великий учёный нарёк ноосферой.

Идея Вернадского с наибольшей актуальностью проявляет свою новую сущность в климатической сфере Земли. Для понимания "климата", как такового, достаточно знать определение, данное родоначальником научной климатологии Александра Гумбольдта, какое действенно и по сию пору. В своём эпохальном "Космосе" классик сказал: "В самом общем смысле выражение "климат" означает все изменения в атмосфере, которые заметным образом воздействуют на наши органы". Современная аналитика климатологии с таким напором и экспрессией обвиняет во "всех изменениях в атмосфере" аномального типа глобальное потепление и парниковый эффект, что здесь трудно не заподозрить некое искусственное намерение. Действительно, имеется достаточно фактических оснований считать глобальное потепление как идею - фикцией, а парниковый эффект, как динамический принцип, не причастным к климатическим потрясениям. А после того, как Вернадский показал атмосферу в виде действующей структуры, какую живая жизнь сконструировала и построила из космического вещества для своей жизни и её воспроизводства, "все изменения в атмосфере", тобто деформация атмосферной конструкции, заимели своего истинного виновника - захламление Космоса.

Захламление Космоса прямо и непосредственно ломает и калечит изначальный структурный план атмосферы, как газовой оболочки Земли, которая предназначается для жизни, а потому губительные последствия этой агрессии через климатические аномалии сказываются на условиях жизни живого вещества, человека особенно. Хозяин Космоса кричаще взыскуется самим фактом наличия и масштабом захламления Космоса. Эта роль под силу только организации ООН, Таким образом, в антикризисном декрете, какой апокрифически свёрнут в интеллектуальном богатстве академика В.И.Вернадского, организация ООН исполняет главную управляющую деятельность по преодолению экологической катастрофы человечества. Положение об ооновской армии, предназначенной для ликвидации войн, и миссия по пресечению захламления Космоса суть первые параграфы этого антикризисного декрета.

Идея Вернадского числит за собой ещё и ту заслугу, что указывает на Россию, как на генетически возможную колыбель такой науки, какая в потенции содержит способность быть рулевым (к тому же единственным) на пути, ведущим в ноосферное будущее Земли. Однако реальная действительность в самой России питает мало надежд на благоприятный исход. В свете идеи Вернадского, благодаря которой захламление Космоса выявилось подлинным виновником климатической пагубы планеты, намерение премьер-министра В.В.Путина открыть в России новый космодром, вкупе с фатальным недопониманием замыслов Вернадского, оказывается похоронной эпитафией как раз по русской либеральной науке. Верховная власть в условиях правления демократии демоса никогда не следовала урокам исторической памяти, не потому, что не умела, а потому, что попросту не нуждалась в них, ибо свою компетенцию власть ощущает только в сиюминутной конъюнктуре. Цинизм же путинского заявления виден в том, что сей прожект был высказан в то время, когда страну поразили чудовищная засуха и небывалые лесные пожары, - из разряда тех "изменений в атмосфере", что вызываются космическим мусором, - и почти все плодородные регионы страны оказались в чрезвычайном положении.

Г и д р о с ф е р а. Итак, атмосфера, как особая газовая наволочка Земли, в функциональном плане оказалась не чем иным, как органической связью космической бесконечности с конечностью отдельной планеты Земля. Эта связь осуществляется посредством живой природы, а приспособление космического вещества к потребностям живой жизни суть освоение этой субстанции живым веществом в рамках данной органической связи. Аналогичное освоение производит живое вещество и с геоидной массой, с веществом, из которого состоит планета Земля, и гидросфера здесь выступает адекватом атмосферы.

Гидросфера в своём целокупном виде распадается на ряд структурных элементов: первый - океаносфера (компактный бассейн вод вне материков) и второй - разветвлённая речная сеть, замкнутых водоёмов на материках и подземных вод на континентах. Нет исследователя, кто, обозревая воду, как природный объект, не говорил бы о связи воды с жизнью. Но лучше всех это удалось красноречивому Антуану де Сент Экзюпери: "Вода! У тебя нет ни вкуса, ни цвета, ни запаха, тебя невозможно описать, тобой наслаждаются не ведая, что это такое! Нельзя сказать, что ты необходима для жизни: ты сама жизнь. Ты наполняешь нас радостью, которую не объяснишь нашими чувствами. Ты самое большое богатство на свете". Известный физиолог Эмиль Дюбуа-Реймон представил прелестный афоризм: "Живой организм есть одушевлённая вода".

В.И.Вернадский посвятил воде одну из самых блистательных своих работ - "Историю природных вод" (1933 год), которая, по словам автора, "...охватила её в таком аспекте, в каком многочисленные исследователи к ней не подходили". Таким аспектом является природный, биогеохимический, разрез, в каком воочию представляется биогенная природа воды, как результат приспособления земного вещества к потребностям живого вещества в биосфере. Этим аспектом объективируется органическая связь живой жизни с веществом Земли, а также материализуется триада Вернадского, где вода (гидросфера) выступает в роли третьей реальности как биокосный элемент. Вернадский писал: "Вода стоит особняком в истории нашей планеты. Нет природного тела, которое могло сравниться с ней по влиянию на ход основных, самых грандиозных, геологических процессов. Нет земного вещества - минерала, горной породы, живого тела, которое бы её не заключало. Всё земное вещество - под влиянием свойственных воде частичных сил, её парообразного состояния, её вездесущности в верхней части планеты - ею проникнуто и охвачено. Не только земная поверхность, но и глубокое - в масштабе биосферы - части планеты определяются, в самых существенных своих проявлениях, её существованием и её свойствами" (В.И.Вернадский "История природных вод", 2003, с.20).

Итак, во весь рост выступает эмпирическая наглядность гидрогеологической максимы (Вернадский называет её "водным равновесием земной коры"; в цикле наук о воде она именуется "система вода - порода"): как жизнь невозможна без воды, так вода неотделима от жизни. Гидрогеологическая максима суть произведение живой природы, - вода, как и все газы атмосферы, биогенна, - такова идеалистическая позиция В.И.Вернадского. Но в академических науках о воде такая идеалистическая картина полностью исключается, а догматизируется исключительно материалистический вариант, где связь воды с живой жизнью допускается лишь как благотворная среда для зарождения жизни, а источник воды находится внутри Земли и гидросфера Земли формируется за счёт вулканической деятельности (ювенильная концепция происхождения водной оболочки Земли)

Бытующие ныне в науке эскапады с "системой вода - порода" не похожи и не подобны материалистическим фигурам об абиогенезе или инсинуациям Лысенко, - это одна и та же идеология, одухотворенная доктриной борьбы за существование. И хотя эминенция Вернадского в этих сочинениях есть общее место, их методологическая сущность глубоко враждебна умозрению великого натуралиста, что чётко проявлено в суждениях апологета "системы вода-порода" С.П.Шварцева: "Система вода-порода по комплексу признаков, свойств и процессов формирует абиогенную диссипативную прогрессивно самоорганизующуюся структуру, которая возникла на самой ранней стадии развития Земли в момент появления свободной воды" (С.П.Шварцев "Основные процессы и механизмы эволюционного развития системы вода-порода").

Л и т о с ф е р а. Если атмосферу в учении Вернадского можно рассматривать как приспособление для освоения космической материи живым веществом, а гидросферу - освоения земного, планетного, вещества, то должно быть нечто, совмещающее в одном освоенные космический и планетный материал. Результатом такого совмещения и является литосфера, но не в образе общепринятого члена концентрически-оболочечной модели Земли - каменного слоя земной коры, подразделяемого на гранитный и базальтовый горизонты и ограниченного на глубине поверхностью Мохо. В биосфере Вернадского, таким образом, литосферная часть обладает своим специфическим обликом и совершенно самобытным содержанием, чего не наблюдается ни в какой другой оболочке. И таким уникумом является осадочная оболочка и процесс её образования - седиментация, где проявлены качественно особые механизмы и явления - эрозия, денудация, аккумуляция, выветривание.

Общность вещественного состава доступных для изучения объектов космического мира (Луна, метеориты, хондриты, астероиды) и минеральных образований земной коры и верхней мантии, а, главное, близость основных породообразующих минералов в них, заворожило исследователей. И хотя полного сходства между ними нет, а отмечаются характерные фрагментарные отличия (структурные, изотопные, химические), максимум аналитической энергии и наибольшие усилия направлены на их сравнительное сопоставление, ибо в таком виде перед исследователями витает надежда на успешное решение проблемы происхождения Земли и семейства планет Солнечной системы. Тогда как осадочная оболочка состоит из признаков, присущих только Земле, и аналогов которых нет нигде во Вселенной, и в таком виде осадочный комплекс и процесс седиментации не принимаются в расчёт при поисках этого решения. Немного найдётся учёных, которые отрицали бы роль живого вещества в осадочном процессе или седиментогенезе, но только Вернадский единственный решился признать за живым веществом роль направляющего и организующего фактора в седиментогенезе. Позиция Вернадского не только не коррелируется в содержательном аспекте с официозной точкой зрения в современной геохимии осадочного породообразования, он они не сходятся в методологическом отношении, - и генетический подход Вернадского противостоит статистическому обозрению современных специалистов. Яркий пример демонстрируют советские авторитеты осадочного литогенеза: "Представляется очевидным..., что пропорция и средний химический состав осадочных пород определяются химическим составом выветривающегося материала. Однако измеренные пропорции осадочных пород (глины; пески; карбонаты - 49:23:28) и их средний химический состав...при сравнении со средними составами изверженных пород "гранитной" и "базальтовой" оболочек свидетельствует об отсутствии такого баланса. Это несоответствие заключается, прежде всего, в значительном избытке кальция и некотором недостатке натрия в осадках, даже если учитывать натрий океанов. В настоящее время трудно предположить серьёзно обоснованное решение этой задачи" (А.Б.Ронов, А.А.Ярошевский "Тектоносфера Земли", 1978, с.40-41).

Как осадочная оболочка является уникальным структурным показателем планеты Земли во вселенском масштабе, так в объёме седиментогенеза неповторимым явлением, выступая диагностическим признаком, служит плодородие почвы. Именно своеобразием и самобытностью феномена плодородия почвы определяется статус литосферы в учении Вернадского, которая подчиняется общей познавательной концепции теории биосферы. Упрощенное понимание плодородия состоит в знании комплекса питательных веществ для растений, какой формируется из способностей растений добывать азот из воздуха, а минеральные вещества из земных недр, - и то, и другое в растениях превращается в совершенно специфические биогеохимические агрегаты - белки, жиры, углеводы, фитоциды. Органическое вещество, консервирующее энергию солнца в химически связанной форме - единственный источник для развития почвы и формирования её плодородия. Основным генератором первичного органического вещества, поступающего в почву, являются остатки растений. Процедурой "питание" Вернадский распространил поле предикации плодородия почвы на биосферу во всём её объёме, - на флористическую, фаунистическую и минеральную части; на особое место здесь выдвигается человек, - и как Homo sapiens и как Homo sapiens faber.

Осенью растения в большинстве своём погибают и попадают в почву. Эта огромная масса мёртвых растений, содержащих большое количество различных питательных веществ, остаётся на переработку микроорганизмам и почвенным животным, из которых особую роль предназначают дождевым червям, которые перерабатывают их в гумус. Из необычайно широкого спектра специфических биогеохимических взаимодействий и реакций в биосферной литосфере, основная доля приходится на процесс гумификации (гуминовые кислоты, фульвокислоты и гумины), где в сложнейший узел, неподдающийся лабораторному и экспериментальному воспроизведению, переплетены биотические и минеральные компоненты, строго сохраняя верховенство и организационное управление фракции живой жизни. Гумус - это "хлеб растений", в нём содержится и сосредоточено в различных формах 98% запасов почвенного азота. Из структурно-функциональных разновидностей почв наиболее плодородным видом считается чернозёмный тип, содержащий слой перегноя (гумуса) до 1.1 - 1.3 м, а самой бедной разновидностью числится подзолистая почва со слоем гумуса 2-3 см.

Главное понятие эпопеи Вернадского - вечность жизни приобретает здесь образную картину: отмирающие растения порождают новую жизнь, - так сказать, вечный круговорот жизни. Вечность жизни входит в миссию плодородия, и плодородие - это эликсир вечности жизни, а гумус - пророк жизни. Литосфера в теории Вернадского существует как особая сфера, где вечность жизни являет себя не только ноуменальным способом, но и в процессуальном виде, где главное понятие выражено как credo. Итак, credo жизни: воссоздавать себя из себя; жизнь существует для того, чтобы производить жизнь. В основе биосферной литосферы Вернадского свёрнут принцип Реди - живое из живого, и латентно Вернадский доводит принцип Реди до понимания того, что смерть, как элемент реальной жизни, не может находиться в соотношении с вечной жизнью: жизнь исключает смерть из поля своей предикации, и если жизнь вечность, то смерть - время, константа преходящего значения. В таком свете заявляет о себе самое важное и самое принципиальное отличие идеалистической экологии, которую исповедует в своей системе Вернадский, и материалистической экологии - продукта современного научного мировоззрения. Этот же тезис жизнь против смерти формирует идеологическую грань, разделяющую антикризисный декрет от экологической катастрофы.

Индустриализация сельского хозяйства в современных условиях выражается в интенсивном использовании химических удобрений и пестицидов. Последние вызывают усиленную минерализацию гумуса, тобто разложение его на углекислый газ и зольные элементы. Постоянное их использование ведёт к уменьшению содержания гумуса в почве, и разрушению почвы: она превращается в лёссоподобную массу, неспособную впитывать и удерживать влагу, легко омываемую водой и уносимую ветром, то есть к эрозии почвы. Усиливаются предпосылки к интенсификации овражно-балочного и карстового процессов на сельскохозяйственных площадях. На территории экс-СССР только в 1990 году загублено таким образом более 150 млн га плодороднейших земель (из 230 млн га пахотных угодий всего). Такова зловещая гримаса экологического кризиса.

Тезис "жизнь против смерти", являясь главным идеологическим регулятивом того понимания биосферы, какое существует только у Вернадского, и какой раскрывает суть антикризисной панацеи экологии, исходящей из этого представления, не единственный в числе научных радикализмов, содержащихся в теории биосферы Вернадского. Пожалуй, самым сенсационным, но, тем не менее, даже не упоминаемый в большой науке, актом умопостижения Вернадского следует рассматривать идею о ядерном синтезе и ядерных реакциях на поверхности и внутри Земли.

Происхождение химических элементов или возникновение атомов в ядерной физике относят к самым начальным моментам появления Вселенной и связывают с эпохой Большого Взрыва, приведшего к образованию элементарных частиц (фотонов, нейтрино, электронов, позитронов). Процесс перехода элементарных частиц в атомные ядра или химические элементы называется нуклеосинтезом. Первичный нуклеосинтез осуществляется в условиях Большого Взрыва, и приводит к образованию лёгких элементов, не тяжелее лития. Ядра тяжелее Fe и Ni формируются на последующих стадиях в условиях звёздного нуклеосинтеза. В науках космического цикла считается за неопровержимое правило, что для нуклеосинтеза необходимы особые условия - сверхдавление и сверхвысокие температуры, ибо при ядерной реакции ядра должны преодолевать силы взаимного отталкивания, так называемый Кулоновский барьер, что требует огромной энергии, чего на Земле нет. И далее, следующий директивный запрет обязан тому, что при ядерных реакциях выделяется колоссальное количество тепловой энергии, - таким способом образуется энергия в звёздных системах, - и Земля мгновенно расплавилась бы в этих условиях.

Постоянство атомного состава земного вещества и отсутствие условий атомных превращений в земных атомах слагает основополагающий фундамент точного знания, тобто того знания, что объективирует классическое мировоззрение (глобальный экологический кризис есть самый яркий маяк последнего). Периодический закон Д.И.Менделеева, выстроивший атомы по ранжиру, определивший их поведение и движение "все - в ногу", заключивший каждый атом в самостоятельную клетку, что сделало его заложником своей ячейки, и давший, в конце концов, грандиозную таблицу - шедевр точного знания, представляет собой наивысшее достижение материалистического миропонимания.

Открытие признаков внутриатомных превращений в земных объектах и земных условиях, - а к таковым относятся радиоактивный распад и наличие изотопов в ядрах, - должно бы повергнуть консервативную физику в шок, ибо, по существу, до настоящего времени она не имеет однозначных объяснений этих феноменов с позиции классических канонов. Но ничего не произошло: с миной верховного величия физика прошествовала мимо этих фактов в проблеме генезиса атомов, и потому мысль Вернадского, что радиоактивный распад наличествует в каждом химическом элементе, не нашла своей аудитории в академической физике. Равно, как она отмахнулась от утверждения Вернадского, проникнутого гениальной интуицией: "...можно считать более, чем вероятным, что изменение изотопического состава элементов организмами - живым веществом - происходит в биосфере при обыкновенном давлении и обыкновенной температуре поверхности Земли, тогда как для косной среды аналогичный процесс происходит только при высоком давлении и высокой температуре в недрах метаморфической оболочки" (В.И.Вернадский "Труды по биогеохимии и геохимии почв", 1992, с.321; выделено автором)

Однако интуиция не миновала и научную физическую элиту, похваляющуюся своим строгим рационалистическим расчётом и здравым смыслом, и в их среде заявилась научная сказка о "холодном ядерном синтезе", где во что бы не стало, стремятся доказать невозможность нуклеосинтеза при земных температурах. По поводу этого опуса физик из Сиэтла Лоренс Крам высказался: "Задача матушки-природы в том и состоит, чтобы делать из учёных полных дураков".

Но Вернадский не был писателем-фантастом, и его вдохновенная интуиция не является беспочвенным витанием неординарного ума. Идея Вернадского о ядерном синтезе, хотя и не снабжена строгой семантической формулировкой (а возможно, последняя таится в нераскрытых архивах учёного), но имеет такое идеологическое обоснование, как ни одна другая научная идея. Это обоснование есть геохимия Вернадского. Поразительно, но до сих пор, вознося хвалу Вернадскому как создателю геохимии, в аналитике не понимают новаторской сути этого мысленного усилия великого учёного. В настоящее время бурного расцвета достигло не постижение Вернадского, а то, что следует назвать статистической геохимией, трактующей о распространении, концентрации, консервации и миграции отдельных атомов, химических элементов и минералов во всех природных средах (Космосе, планетах, земной коре, океанах и континентах). Эта регистрационная опись лишь по касательной касается историко-генетической сущности учения Вернадского.

В.И.Вернадский постигает: "Каждый химический элемент отвечает для нас особому атому или атомам, определённо точно отличным по своему строению от других атомов, соответствующих другим химическим элементам. Атом науки XX в. не есть атом древних мыслителей - эллинов или индусов - или мусульманских мистиков средних веков и учёных нашей цивилизации последних четырёх столетий. Это совершенно новое представление, новое понятие. И если исторические корни современных понятий могут быть сведены к атомам и к элементам древней науки и философии, изменения, которые они претерпели, так велики, что от старого остались одни лишь названия. Всё изменилось коренным образом. Может быть, было бы правильнее дать "атому" XX в. новое название. Это можно было бы сделать без всякого ущерба для исторической правды...Факты вызвали создание новых научных дисциплин, отличных от прежних, изучавших материю - совокупность бесчисленных атомов - под статистическим углом зрения. И мы в XX столетии являемся свидетелями расцвета этого рода новых наук - наук об индивидуальных атомах - физики атомов, радиологии, радиохимии и последней выявившейся - геохимии, небольшой части астрофизики" (В.И.Вернадский "Очерки геохимии", 1983, с.с.12,13).

Таким образом, не статистика, а история - генеральное свойство индивидуальных атомов - положена в основу геохимии Вернадского. Смелой рукой Вернадский взломал темницы клеток, в которые атомы были заключены в таблице Менделеева, и отправил их в странствия по всей таблице. Со-общения атомов между собой или междуатомные взаимодействия определяют в геохимии Вернадского исторические анналы биосферы, а тем самым выводится важнейший идеологический вывод мировоззренческого ранга биосферной эпопеи Вернадского, самым ярким выразителем которого выступает у него наука геохимия: генеральным и кардинальным источником всех движений Земли является само вещество Земли. Профессор М.М.Тетяев, один из авторов пульсационной гипотезы в геологии, ветви русской либеральной науки, определил действующий принцип неклассической геологии: "...прежде всего мы должны понять историю Земли, как её саморазвитие, как имеющую в самой себе источник этого развития, одновременно представляя себе законы этого развития, как частное проявление общих космогонических законов Вселенной" (М.М.Тетяев "Основы геотектоники", 1934, с.55). В недрах той же пульсационной геологии Н.Е.Мартьянов, воспринимая междуатомные взаимодействия как акции индивидуальных атомов, представляет решение самой жгучей тайны современного естествознания - источника энергии Земли. У Мартьянова сказано: "Для того, чтобы энергия междуатомных взаимодействия могла производить работу тектонического процесса, необходимо, чтобы характер междуатомных взаимодействий изменялся не только в пространстве при переходе от одного типа атомов к другому, но также и во времени для каждого данного типа атомов" (Н.Е.Мартьянов "Размышления о пульсациях Земли", 2003, с.105; выделено автором)

Итак, научные соображения, принадлежащие по духу постижения к русской либеральной науке, охватывают положения экологического процесса, которые не в состоянии получить какого-нибудь обоснованного решения в современной науке, а имеют вид "тайн" или "мистерий", не давая возможности найти противопоказания глобальному экологическому кризису. Это не означает, что реально не существующая русская либеральная наука объявляет себя панацеей всех бед классического кругозора, - vice versa (наоборот) - она даже не шаг, а только взгляд в нужном направлении. Вся ценность русской либеральной науки в условиях сегодняшней ситуации в науке, как раз и содержится в утверждении этого нужного направления, в качестве предпосылки целевой установки антикризисного декрета. Само же данное направление зиждется на двух слонах: отсутствии человека-разрушителя как гоменоида и экологической катастрофы как совместного продукта классической науки и демократии демоса.

В русском постигающем познании это направление склоняется к мировоззренческому уклону благодаря тому, что она (наука) впитывает в себя специфическую и уникальную русскую духовную (идеалистическую) философию. Даже более того. Без русской духовной философии невозможно смысловое существование и как самобытной русской науки, и как действенного антикризисной панацеи. Это происходит по причине того, что только в русской духовной доктрине поставлена в качестве философемы проблема, имеющая себя ЭКОЛОГИЧЕСКИМ СОЗНАНИЕМ - самым главным атрибутом идеалистической экологии. Любой задекларированный проект станет действенной величиной при наличии понятной идеологии, и потому антикризисный декрет приобретёт свою реальность при условии, когда экологическое сознание разрастётся до стойкой идеологии, и тогда, только тогда, появятся новые афиши: экологическое миро-воззрение, экологическое миро-ощущение и ноосферный миро-порядок. Но и само экологическое сознание, как таковое, как особый вид постигающего человеческого духа, далеко не просто, и в дальнейшем будет видно, что даже такое могучее средство духовного проникновения, как русская духовная философия, не до конца разобралось с проблемой экологического сознания.


-- СОЗНАТЕЛЬНАЯ ЭКОЛОГИЯ

Сознательная экология есть умозрительный (сознательный) виртуальный переход от бессознательного (инстинкта) ощущения отношения с природой к устойчивому идеалистическому воззрению, диагностическим признаком которого выступает экологическое сознание. Экологическое сознание начинает зарождаться с отходом от язычества, и первые шаги на этом пути были - пещера, хижина, шалаш - в общем ойкос (жилище, обитание). Последующие гигантские шаги в становлении человека, известные из антропологии, вместе с тем были развитием экологического сознания, ибо, избавившись от языческой зависимости от природы, человек не избавился от связи с природой, и, как бы мстя за первобытный страх перед природой, человек попадает под власть назойливого мечтания о порабощении природы. Человек добился своего: современный глобальный экологический кризис есть результат того, что человек натворил на пути покорения природы. Однако человек, подчиняя природу и стремясь к господству в ней, вовсе не желал полного закабаления природы и не добивался от неё капитуляции, - он был удовлетворён чувством своего превосходства. Это превосходство и есть своеобразное экологическое сознание на сегодняшний день, тобто идеология НТР и экологический кризис, прекрасно выраженные в социалистической формуле: "мы не можем ждать милостей от природы, - взять их у неё - вот наша задача!". Этот разбойничий лозунг полнее всего обнажает шаткость и зыбкость экологического сознания в установке на порабощение природы. Само собой разумеется, что нынешнее экологическое сознание должно быть отвергнуто в антикризисном декрете также решительно, как идеология научно-технической революции. Здесь возникает вопрос вопросов: при общем контрасте материальной природы и человеческого духа, каковы их действительные соотношения между собой? От этого будет зависеть содержательный облик антикризисного экологического сознания.

В недрах русской духовной былины в трёх конструкциях, являющихся составными частями доктрины - системе Соловьёва, системе Толстого и системе Франка - главным рефреном проходит общая тема враждебного отношения материальной природы к человеку и беззащитности человека перед злобными стихиями. Эта тема, извлечённая из церковных арсеналов, по крайней мере, в её идейном содержании, тем не менее, не зависит от богословских уклонений авторов: учение Соловьёва, явно склонное к апофатическому направлению, солидарно в этом вопросе с системами Толстого и Франка, твёрдо стоящие в катафатической позиции. Франк эмоционально живописует: "...если мы как личности, как носители внутренней реальности непосредственного самобытия остаёмся одинокими перед лицом холодного, бездушного и безличного, равнодушного к нам предметного мира, если мы в этом мире - беспомощные и беззащитные изгнанники и скитальцы, то именно потому, что мы имеем родину в иной области реальности". Здесь начинается сольная партия Соловьёва на тему человека, уходящего от враждебной среды в родственную и близкую ему сферу духа, где, обращаясь исключительно в атмосфере духа, приобретает могучее средство защиты от внешней стихии. Действительно, человек познаёт внешний мир и единственно силой духа извлекает из безличного бытия знания и истины, а, впитывая их в себя, делает из них орудия не только защиты, но и покорения внешних циклопов. Человек открывает в себе способность к познанию, то есть владению, всеми истинами мира, и уже не он беззащитен перед миром, а мир открыт ему во всей своей прозрачности и доступности. Эта способность есть глубоко имманентное и интимное, что предопределяет качественную содержательность духовной существенности и самой личности, и жизни внешнего мира в недрах личной жизни; это есть нечто изначально первичное и абсолютно единичное, что способно всю необъятную массу внеличного бытия поместить в призрачные контуры духовного бытия. Данная способность, в интровертивном смысле ассоциирующаяся с талантом личности, выступает во всех отношениях абсолютной потенцией человека, и, как таковое, образует жизненный стержень человеческого сознания, а в поисках, раскрытии и степени обладания сией внутрииндивидуальной константой полагается смысл жизни человека. Франк пишет по поводу таких поисков: "Но раз мы его нашли, мы тем самым имеем сознание, что дело идёт вместе с тем о первоединстве, которое, как таковое властвует над всем бытием и проникает его, объемлет его и проходит через него" (С.Л.Франк "Непостижимое". В сборнике "Сочинения", 1990, с.с.438-439,445). Данное "первоединство" (или ещё "первооснова") названо Франком "Божеством" а Божество, открытое человеку, называется Богом. Итак, в понимании русского философа, Божество есть универсальность мира, а Бог суть индивидуальность мира или человек.

Эта величественная картина, нарисованная титанами русской философии - В.С.Соловьёвым и С.Л.Франком, повёрнута в одну сторону - в сторону враждебности материальной среды человеческому духу и озвучена в одном регистре - защиты от бездушной природы. Основная цель и главное предназначение первоосновы или Божества Франка телеологически заключены в покорении и подчинении безличной натуры, и переводе её элементов в психофизическое состояние верховенства духовного начала, осуществляемых исключительно в режиме разрушения "враждебных" сил, как обязательной предпосылки "защиты" личности.

В чисто экологическом ракурсе в этом глубокомыслии если и есть логика мудрости, то в нём нет логики культуры и отсутствует культ созидания, тобто из философии "враждебности" выпадает чисто ноосферный контекст, лишённый сугубо ноосферных параметров - "культуры" и "созидания". Как известно, ноосфера есть особое состояние биосферы, и это состояние зиждется на субстрате двух сентенций: экология есть человек в природе и культура суть природа в человеке. Следовательно, ноосфера есть неразрывное единство человека и природы, - культура в форме природы в человеке, основывающаяся на разрушительных побуждениях в отношении этой самой природы, никак не может быть ноосферной, и там не будет человека faber/

Итак, мотив "враждебной" природы есть не что иное, как затасканная мелодия покорения природы, и менестрелем её объявил себя воинствующий материализм.. Тема "холодного, бездушного и безличного, равнодушного к нам предметного мира" оказалась общей для грубого воинствующего материализма, занимающегося эксплуатацией (точнее, мародёрством) природы, и русской идеалистической школы, воспринимающей природу как непременное бытие сущего. По правилам формальной логики из этого должен следовать вывод, что господство человека над природой есть общая и конечная цель, объединяющая примитивную философию воинствующего материализма и утончённую архиинтеллектуальную русскую духовную доктрину. Но ложность этого силлогизма доказывается хотя бы тем, что русская доктрина раскрывается в акцию "богопостижения" С.Л.Франка. А к общему отношению к природе, доминирующему в русской философии, эпитетом можно поставить слова Ф.И.Тютчева - самого философского поэта в мировой литературе:


"Не то, что мните вы, природа:


Не слепок, не бездушный лик -


В ней есть душа, в ней есть свобода


В ней есть любовь, в ней есть язык"


Философия воинствующего материализма (особенно в ленинском варианте диалектического материализма) суть злейший антагонист русского духовного воззрения, - они несовместимы ни по каким существенным основаниям. В 1922 году этот антагонизм реализовался в историческое действие: по воле В.И.Ульянова-Ленина советская власть изгнала ведущих представителей русского идеалистического познания за пределы России (так называемый "эпизод философского парохода"). Русская духовная школа была в буквальном, физическом, смысле разгромлена. Этот факт обладает ценностью в том отношении, что удостоверяет реальность негативного "враждебного" отношения, на базе которого строилась воинствующая идеология, причём в формах, более сильных, чем духовный антагонист, ставший её жертвой. Не разрешив подобного противоречия, невозможно выйти на экологическое сознание, как демиурга культуры ноосферы и как обоснование антикризисного декрета

Самое полное философское раскрытие концепции "враждебности предметного мира", или внеличного бытия как антитезиса системы человек-природа в порядке основного вопроса экология-экономия, представлено великим русским философом С.Л.Франком в его монументальной монографии "Непостижимое" (1939 г.) - одного из самых глубокомысленных, и в такой же мере сложных, философских произведений XX века. Поэтому кардинальные моменты внутреннего содержания и конструктивные фрагменты внешней формы экологического сознания необходимо должны быть изъяты из мудрословия франковского гнозиса. Параметр "враждебность" Франк исследует в русле самого модного понятия философии, внедрённого великим Г.Гегелем, - отрицание. Франк отталкивается от аксиомы: "Основоположное условие всякого познания есть различения, орудием же различения служит отрицание". А первой обязанностью отрицания или его главной миссией выступает очищение реальности от ошибочных и ложных объективизмов и субъективизмов, - по Франку: "Раз реальность очищена от всего ложного - этим исчерпано дело отрицания, и в самой реальности тогда остаётся только положительное". У Франка общий итог имеет следующий вид: "Отрицание - как мы это выяснили - само не может быть в абсолютном смысле отрицаемо, но оно должно быть преодолено в своей абсолютности, с сохранением своего положительного значения" (С.Л.Франк "Непостижимое". В сборнике "Сочинения", 1990, с.с.291,299,302; выделено автором).

Данные силлогизмы, являясь радикальными в разрезе основного объекта познания Франка о "Непостижимом", однако, для представления об экологическом сознании, имеют лишь вводное, но не существенное, значение. В том контексте, в каком рассматривается концепция "враждебности" в русской философии, и, прежде всего, в генерации Франка, не рефлектируется вопрос в аспекте, начально-нужном для познания экологического процесса: что в глубинной своей основе враждебно - человек природе либо природа человеку. Здесь не пригодно объяснение Франка об отрицании ложного, ибо в действительности отрицание происходит не только через "преодоление", но и через "разрушение", и, даже более того, отрицание-разрушение являет себя в столь выразительно-категорической форме, что, прежде всего, обращает на себя внимание, и, по крайней мере, концепция "враждебности" имеет это отрицание в качестве первой преамбулы.

Так называемая объективная реальность не существует вне познающего сознания, то есть все признаки внеличного бытия есть фигуры разума. Такова исходная аксиома всех философий, положивших человеческий дух как предмет познания, но, как часто мы забываем то, чему нас учили в первом классе. К примеру, если и может быть ничто, как совершенное ничего, тобто то, что нельзя назвать (даже в этом случае это не есть ничто, ибо оно уже получило определение разума), то только в материальном мире; в духовной же сфере ничего не существует. Брачные пляски муравьёв в созвездии Скорпиона суть ничто не потому, что оно не существует, а потому, что эта существенность не стала духовной определённостью, не прошла горнило духовной первичности и потому, даже как существенность, существует в несуществующей для человека стихии. Все рассуждения о ничто, как и все возможные конъюнктуры с первичностью материи и вторичностью сознания, и наоборот, даже сама мысль, что подобные суждения присущи лишь разуму, а не материальному бытию, суть не что иное, как ухищрения мыслящего сознания, тобто духовная действительность и никакая иная.

Первый урок в первом классе философии, который основательно забыт, гласит: материя есть инобытие сознания. Но зато хорошо усвоен второй урок: сознание есть инобытие материи. А третий урок философии провозглашает: никакое бытие немыслимо без своего инобытия. Но это уже урок философии абсолютного, как хартии всеединства. Когда Франк заявляет, что "первооснова и есть всеединство или всеединое", то его следует понимать так, что постигаемое как условие постигающего органически сочетается с постигающим как предпосылкой постигаемого, и оно происходит в сфере абсолютного, а точнее, эта конъюнкция и создаёт особую парафию, называемую абсолютным. А духовная консистенция абсолютного и есть экологическое сознание. Отсюда понятно, что данное сочетание не может базироваться на враждебности двух слагаемых, а если и может, - и это действительно так, ибо отрицание возможно и с разрушением, - то не различие полагается двигателем конъюнктивного принципа сочетания, а тождество или единство есть генезис абсолютного. Любой ойкос есть соединение, сочленение, единение, а потому тот духовный элемент, что составляет динамический принцип внутренней сущности этого ойкоса, и есть экологическое со-знание.

Было бы противоестественным, если бы такой проницательный аналитик, как Франк, прошёл мимо этого обстоятельства: "Несмотря на все расхождения и всю разнородность между непосредственным самобытием и предметным бытием - несмотря на то, что мы обречены жить одновременно в этих двух враждебно сталкивающихся мирах, мы всё же чуем, испытываем последнее, непостижимое единство обоих этих миров, обладаем этим единством, хотя это достояние как-то удалено от нас и лишь с трудом поддаётся полному осуществлению. Это единство есть, следовательно, истинная, лежащая в бесконечной глубине точка схождения, конвергенция этих двух разнородных слоёв бытия, составляющих бытие вообще" (выделено мною - Г.Г.). Но не "несмотря", а именно "смотря!" - смотря на все различия между духовным миром ("непосредственным самобытием") и предметным миром. И выводится глубокое их единство, тобто такое единение, которое исключает враждебное противостояние как принцип сосуществования, и переводит саму враждебность в преходящий момент общности. Как в своё время В.С.Соловьёв, Франк поддаётся воздействию своей могучей интуиции, и высказывает глубокие, но непоследовательные мысли: "Мир" - во всём его облике тёмной фактичности и безличности - потенциально человечен, есть потенциальная человечность, потому что через его основанность в Боге он связан с началом человека и даже совпадает с ним" (С.Л.Франк "Непостижимое", В сборнике "Сочинения", 1990, с.с.444-445,527).

Таким образом, в недрах русской идеалистической философии отчётливо намечаются философские основания для деления экологической системы человек-природа на два функциональных типа: "враждебность" и единство. Данная типология ценна не сама по себе, как реально-объективный факт, а как источник особых требований к экологическому сознанию, как единственному параметрическому мерилу этих типов. Представленный ранее вид экологического сознания, как сущности всеединства человека и природы, в таком плане оказывается недостаточным, ибо из поля её предикации выпадает случай "враждебности" в сочетании человека и природы. Диалектически неординарно мыслящий Франк не противопоставляет эти две точки зрения, и глубина его постижения заключена в том, что идею враждебности он увязывает с вековечной дилеммой "Бог в мире", и направляет её в лоно самой человеческой духовности, где обнажились новые слои когнитивного пространства - сфера абсолютного и особый познавательный конструкт - Бог. Экологическое сознание, в таком виде выставляет свои уникальные и самостоятельные критерии - Абсолют и Бог.

Стало быть, без хотя бы ретроспективного обзора понятия Абсолюта нет возможности проникнуть в сущность экологического сознания, как качественно нового фабриката человеческого духа. Лежащая на поверхности синонимизация всеединства и абсолютного есть, по сути, формальное знание абсолютного, если последнее понимать в сугубо духовном, а не религиозном и не психологическом, плане. Первое истинно философское определение Абсолюта было дано великим польским философом И.М.Гоэнэ-Вронским (первая половина XIX века), который признавал за Абсолютом безусловный, первый и вечный принцип Вселенной, имеющим в себе начало своего существования, и который сам собою пребывает. Гоэнэ-Вронский опосредует Абсолют как постулат разума. (Классическая европейская философия отвергла систему И.М.Гоэнэ-Вронского, содержащую не только суждения об Абсолюте. На русский язык сочинения Вронского не переводились, и только в 1956 году русский философ игумен Геннадий в своей блистательной магистерской диссертации показал на русском языке "Закон Творения" И.М.Гоэнэ-Вронского)

Со временем философский подход, где философия понималась как наука о человеке, полностью поглотил атрибутику Абсолюта, и последний стал полным адекватом человека: основатель философии экзистенциализма С.Кьеркегор отметил, "...что абсолют - это я сам; я сам полагаю начало абсолюту, т.е. я сам выбираю собой абсолют; иначе говоря: выбирая абсолют, я выбираю себя". Мощную философскую поддержку такая схема получила в лице европейской концепции человека как члена человечества, где человек исповедуется в качестве юридического лица (среднестатистической персоны), обладающего задатками фаустовского гоменоида, и категорически отвергающего все индивидуальные побуждения индивида. Главное, что такая схема в идеологическом плане неизбежно впитывает в себя дух религии человечества - человекобожия (человек равен Богу), что отдаляет Абсолют от Бога. Климат отстранённости от религии и Бога европейская схема со временем укоренила и узаконила до поведенческих нормативов в производственной деятельности и демократическом устройстве, и глобальным образом вывела, как окончательный итог, в экологическую катастрофу человечества.

Полный переворот в осмыслении Абсолюта и абсолютного был совершён в русской духовной философии гением В.С.Соловьёва. Соловьёв совершил поразительное открытие в реальной действительности мира: "Человеческое Я безусловно в возможности и ничтожно в действительности" и расшифровал эту философскую формулу: "...с одной стороны, человек есть существо с безусловным значением, с безусловными правами и требованиями, и тот же человек есть только ограниченное и преходящее явление, факт среди множества других фактов, со всех сторон ими ограниченный и от них зависящий, - и не только отдельный человек, но и всё человечество" (В.С.Соловьёв "Спор о справедливости", 1999, с.с.48,43).

Второй член соловьёвской дилеммы есть эпицентр европейской схемы, и выражает совокупность существенностей, входящих в содержание концепции человека члена человечества. А концентром свой философской системы Соловьёв сделал первый член дилеммы: в итоге явилась русская концепция человека как культа личности, которую великий философ снабдил нравственной философией. Итак, индивидуальная личность в своём живом лице, отдельном, самобытном и неповторимом, представляет Абсолют как таковой в русском мудролюбии, и в последнем зародилась философия абсолютного - новая дисциплина философского цикла. Экологическое сознание априорно принадлежит философии абсолютного, как отрасли, осмысляющей живую индивидуальную личность, а потому все особенности философии абсолютного, явленные при этом, в той или иной мере характеризуют экологическое сознание.

Европейская концептуальная схема зиждется на отстранённости от христианского Бога, как иносказания абсолютного. А в русской концепции, наоборот, пытаются найти пути к совмещению Абсолюта и Бога. В своей диссертации игумен Геннадий писал: "Как мы можем охватить одним понятием и Бога и мир? Конечно, не извне, не становясь как бы на точку, внешнюю по отношению и к Богу и миру, а только лишь изнутри, постулируя, что и я, мыслящий субъект, и то, что я мыслю, находится в Боге, в Абсолюте (конечно, не в физическом плане), Им объемлется" (1956, с.267). Философия абсолютного ограничила гегемонию материалистической догмы "сознание есть инобытие материи", и, сочленив её с однотипной идеалистической догмой "материя есть инобытие сознания", получила качественно новый и научно невиданный, но философски ощущаемый, мир Бога. Это означает, что Бог существует в таких же критериях вечности, что и Природа, взятая в форме материи, как инобытия сознания. Каждый атом, каждый минерал, каждая тварь содержит в себе свой Абсолют, как постигаемую истину и первооснову всего сущего.

В досознательном инобытие сознания абсолютное каждой вещи существовало в себе и для себя, проявляясь лишь внешним образом, что и воспринимается положительной наукой как внутренняя сущность. Великие законы Природы в этом плане суть не что иное, как правила игры внешностей. Взаимодействующие тела Природы никогда не теряли своего основополагающего признака - конечности и определённости, доказывая, что постигаемая первооснова, или иначе Бог, содержится внутри материи в свёрнутом виде. Но инобытийное сознание требовало своего выхода, и эволюция Природы протекала в направлении способа явления Бога миру, а этот способ был открыт в виде появления познающего сознания за счёт акции ойкоса, который в философском выражении имеет вид перехода инобытия сознания (экологии) в инобытие материи (экономии). Так философия абсолютного подтверждает гипотезу Вернадского о появлении живой органической жизни на Земле вследствие крутого перелома всей планетарной системы, а не за счёт маловероятных единичных событий в одной или отдельных точках земного пространства, как трактуется в современной биологии.. Появление познающего сознания (синоним - экологическое сознание) или переход потенциального в актуальное не может проходить спорадически в борьбе с противостоящими реалиями, ибо здесь нет борьбы и нет агентов борьбы - данное явление происходит спонтанно и повсеместно за счёт смены одного состояния другим, но, естественно, с разной интенсивностью и в различных формах.

Экологическое сознание приобретает в объёме философии абсолютного свою определённость в случае, когда она ощущает себя системой человек-Бог. Другими словами, вдохновение, которое выводит индивид из обыденного, мещанско-языческого и универсально-узаконенного состояния, поднимает экологическое сознание личности на более высокий одушевлённый уровень. Здесь неважно и не нужно знать этого "Бога", как деятельного атрибута, - главное Его чувствование и ощущение, ибо какой бы Он не был, Он всегда положительный, но и всегда индивидуальный, рассчитанный на особенную личность. В этом секторе русское духовное постижение достигло впечатляющего успеха, выйдя на специального гоменоида - Богочеловека (по В.С.Соловьёву, это образование состоит из неразрывного единения Божества и Природы, а, следовательно, экологическое сознание есть колыбель Богочеловека, хотя у Соловьёва отсутствует данный ноуменальный оборот).

Система человек-Бог есть единственный механизм по выработке абсолютного в его безусловно-духовной форме, а объектом-носителем выступает Богочеловек, как личность, наделённая ощущением Бога - чувством вечности, знанием любви к людям, и, главное, снабжённая нравственным духостоянием. Эти Божественные знаки сфокусированы исключительно на индивидуальную личность с целью стимулирования созидания его абсолютного и безусловного, то есть угодного Богу. Таким содержанием оплодотворяется практическая деятельность Богочеловека в общении с инобытийным сознанием, тобто с материальным веществом, и это содержание вводится в основное оценочное мерило предметной деятельности человека - экономическую выгоду, а доминирование здесь духовных Божественных критериев указывает на деятельность Богочеловека в его отличии от человека. Отличие Богочеловека от человека мыслится в разделе принципиально важных концептуальных величин, но как раз с этой стороны они не выяснены, но более ясны общие философские моменты этого отношения, достаточные для трассирования линии раздела между философией абсолютного и традиционной философией.

Обычная человеческая деятельность, контролируемая экономической выгодой и разворачивающаяся в среде предметного производства проходит в атмосфере потребительства и неизбежно создаёт вещественные приоритеты, погружая человека в пучину самодовольства и равнодушия к окружающим, и при этом человек не испытывает особого душевного дискомфорта, ибо моральные критерии обычно адаптированы к сложившимся обстоятельствам. В этом пункте заканчивает свой маршрут традиционная философия, уступая место практической психологии, но с этого момента начинает показывать себя философия абсолютного, полем деятельности которой является исключительно внутренняя сфера человека, или, как обозначил Франк, "идеальное бытие", а иначе, экологическое сознание. Психологически этот момент является результатом перевода конечного предметного материала, принесенного экономической выгодой, в индивидуальное безусловное личности. Талант, - эта подсознательная первооснова человека, - становится главным действующим лицом жизненной драмы, а вера в собственный талант - ярким прожектором и стимулятором духовного либидо. Но основные ориентиры на этом пути не могут находиться внутри системы, ибо в этом случае безусловное неизбежно замкнётся в своей конечности и превратится в условное, а личность потеряется для абсолютного и для бессмертия. Множество факторов влияет на выбор человеком жизненных ориентиров и целевых установок, но если главную роль в этом процессе будут играть исторический опыт и соответствующее воспитание, то человек неотвратимо будет направлен в нравственное религиозное пространство, где властвуют принципы Бога с ведущим императивом любви к людям. Человек расширяет своё экологическое сознание до системы человек-Бог и, приобретя в этом свою безусловную неопределённость, становится Богочеловеком. Важно, что, черпая нравственные законы из внешней Божеской среды, человек не ограничивается их неукоснительным исполнением, и при восприятии некоторых общих моментов, формирует свой внутренний нравственный кодекс; но это уже из области гипотез: нравственная философия В.С.Соловьёва остановилась на этом пункте.

Итак, напрашивается гипотеза, согласно которой индивидуальная личность приобретает возможность развернуть своё экологическое сознание в богочеловеческом направлении в систему человек-Бог. На этом пути индивид приводит в действие персональный талант, - свою подсознательную первооснову и свой Абсолют, - и, используя свой нравственный кодекс, уходит из системы и обращается к миру других гоменоидов. Короче говоря, человеческий индивид творит культуру как реализацию культа личности, Отсюда исходит непосредственный вывод: экологическое сознание нацелено на культуротворчество, и культура суть потенциал экологического сознания, созревающего до системы человек-Бог. Стало быть, экологическое сознание есть плодородная почва для ноосферы, и через экологическое сознание ноосфера становится кузницей будущей человеческой культуры.

Итак, культурное творчество осуществляется в системе человек-Бог, которую каждая личность создаёт сама в рамках своей психикофизиологической данности. Внешняя сторона этой деятельности, то есть положение творца культуры в системе связей с неживой природой, продуцируется в направлении одушевления неодушевлённого и одухотворения неодухотворённого, или, другими словами - переводу потенциально постигаемого бытия - истины, знания, идеи - в актуально безусловную абсолютность идеального бытия. Содержанием культурной деятельности становится, таким образом, обожествление внеличной природы, в чём следует видеть имманентный смысл максимы: культура есть природа в человеке. Этим полностью исключается какое-либо враждебное отношение природы к человеку, а даже напротив, - человек становится для природы её Абсолютом или Богом, а сама она приходит в состояние любящего и верующего существа. В этом-то и заложена величайшая мудрость творения живой природы, в этом-то и заложена эзотерическая причина перевода инобытийного сознания в абсолютное сознание - динамику экологического сознания. Именно деятельность, называемая культурой, единственно угодна Природе, и этот смысл направляется в экономическую сферу в виде истины - природе полезно то, что экономически выгодно человеку.

Индустриальная культура, создаваемая человеком в процессе НТР, не может быть экономически выгодной человеку, невзирая на все расчёты и прогнозы, ибо имеет в своей глубинной основе разрушительный, а не созидательный характер. Создавая системы и объекты, каких не существует в натуральном естестве, человек закладывает в них потребительско-хищнические цели и задачи, а потому все они контактируют с природно-естественными системами по линии разрушения или деформации последних. Любой полёт самолёта, каждый рейс парохода, всякий выстрел не уничтожает среду, а вносит в неё поток деструкции, который тогда обретает смысл обратный обожествлению природы, когда не входит долей в экономическую выгоду человека, тобто не влечёт за собой культурно-нравственную отдачу. Природа становится враждебной человеку в том случае, когда он забывает эту свою священную обязанность по обожествлению природы, или в другом более понятном выражении: природа мстит человеку за то, что он забыл Бога. В этом контексте выявляется самая важная конструктивная черта современной экологической катастрофы: человекобожие классической европейской философии, сместившее Бога с его высшего пьедестала, или, как назвал русский философ о.С.Н.Булгаков, атеистический гуманизм этого мировоззрения, есть генеральная причина и кардинальный источник кризиса всей производственной деятельности человечества Тогда как в лоне русского духовного сказания звучат другие, прямо обратные, мысли, идеи и вожделения, философское выражение которым придал великий русский философ С.Л.Франк: "Всякое "для-себя-бытие" по самому своему понятию есть собственно "бытие-с-Богом", "бытие-для-Бога" - всё равно в какой мере мы это сознаём и в практическом образе нашего самосознания, нашей жизненной установке сознательно это осуществляем" (С.Л.Франк "Непостижимое". В сборнике "Сочинения", 1990, с.472).

Обилием человеческих жертв, разнообразием форм принижения человека и преследования инакомыслия, фантастическим совершенством средств уничтожения человека XX столетие повергло в трепет все предшествующие века. Однако количество людей, общая масса индивидуальных сознаний на планете Земля вовсе не снижается, а, наоборот, возрастает. Демографические взрывы и среднестатический рост населения при этом не могут быть прямым следствием сознательной жизнедеятельности человечества, которое не знает никакой другой, кроме технологической, деятельности, приводящей к экологическому бедствию. И это чрезвычайно важно, ибо означает, что Природа не только мстит человеку, но и пытается помочь, нейтрализуя его пагубные действия, старается, вопреки абсолютистской доктрине враждебности, сохранить и увеличить свою величайшую ценность - человеческий генофонд. И только отсутствием Бога в душе можно объяснить те действия, в которых демографические всплески и рост деторождения объявляются не благодатью, а какой-то опасностью, требующей принятия мер борьбы; и аборты пытаются объявить правами женщин.

Глобальная экологическая катастрофа, как уже не раз провозглашалось, не есть просто пример неразумной деятельности человека, не преходящий момент человеческой истории, и не роковое стечение обстоятельств, - это Судьба человечества, крутой перелом христианской цивилизации, вознёсший идею Всеединства или "русскую идею" Соловьёва и идею ноосферы или "русскую идею" Вернадского на уровень единственной спасительной альтернативы. Установлено, что формула НТР - "знание против сознания" - есть формула самоуничтожения человечества, и это возможно по той причине, что нынешние знания не доходят до уровня превращения их в абсолютное человека ввиду принижения духовного начала человека в технологическом бытие. Бог, как должно понимать, не имеет отношения ни к разрушительным действиям людей, ни к уничтожению человеческой среды обитания, ни к вселенскому злу на Земле, - наоборот, всё это вырастает из сознательного пренебрежения понятием Бога: во главе Мира сегодня стоит не духовный человек, а гоменоид, лишённый ощущения Бога, - животный человек (синонимом которого можно считать человека-разрушителя). Бог суть высшая совесть человека, которая не стала совестью человечества.

Русские духовные мыслители, трактуя о враждебности предметной среды человеческому духу, не погрешили против истины и излагали действительное положение дел: они обозревали кругозор животного человека - нынешнего властителя дум в Мире. И заслуга русской постигающей мысли, сродни духовному подвигу, состоит в том, что параметром "враждебность" отнюдь не исчерпывается духовная суть всего сущего в экологическом соотношении природы и человека. Как раз, напротив, - в основе Мира русскими мыслителями полагается органическая спороднённость этих субстанций, осенённая перспективой и альтернативой Всеединства. Именно эта идея была воплощена с такой мощью, глубокомыслием и широтой, что в итоге явилась качественно новая философская отрасль и специфическая русская духовная школа, равнопринципная и противостоящая классической европейской философии. Уникальность русского философского воззрения более всего репрезентовала самобытная русская концепция человека как культ личности, огромный познавательный потенциал которой был проиллюстрирован оригинальной философией абсолютного.

Выдающимся образцом умопостижения в этом секторе русской духовной философии явились разделы трактата С.Л.Франка "Непостижимое": "отношение "я-ты", "Бог и я", "Бог и мир". Логика Франка состоит в том, что отторгнутое враждебностью внеличного мира, сознание погружается в свой духовный мир и, так как в силу своей абсолютной природы не может содержаться в собственной неопределённости, сознание устремляется к внешнему, но родственному духовному бытию "ты", которое по определению дружественно раскрыто ему. Поскольку здесь нет враждебного противостояния, то общение происходит в доминирующем режиме родства и согласованности до полного слияния, идеалом которого постулирована любовь мужчины и женщины, сделавшаяся универсальной схемой всего духовно-сущего. Идиллия общелюдской любви Франк рисует в эминентном стиле: "...любящий, отдаваясь самозабвенно и самоотверженно любимому, переносит - не переставая быть самим собой - средоточие своего бытия в любимого, пребывает в любимом, как и любимый - в любящем; "я" теряю себя в "ты" и именно тем обретаю себя, обогащённый привступившим ко мне дарованным мне "ты". Дающий и расточающий именно в силу этого становится обретающим" (С.Л.Франк "Непостижимое". В сборнике "Сочинения", 1990, с.495).Здесь я не могу изложить в деталях исключительно глубокомысленное и сложномысленное творение Франка. Гениальность философского дарования Франка раскрылось ещё и в другом плане, какой имеет отношение к теме об экологическом сознании, и в этом ракурсе автор не успел до конца домыслить своё открытие.

В чисто методологическом отношении русская философия эмпирически объяла два функциональных состояния всего сущего: "враждебность" мира и духа, с одной стороны, и, с другой стороны, их идеологическое родство и органическую близость. Но на этом эмпирическом законе наблюдаемости С.Л.Франк не остановился: эту эмпирию философ повысил до теоретического ранга, и определил причину или закон этой дуалистической данности. Франк постигает, что "...не существует конкретного отношения "я-ты", которое наряду с моментом "родного", нахождения себя в "другом", не содержало бы в себе и противоположного момента "чуждого", "жуткого", инородного и враждебного в "ты". Капля горького разочарования содержится в самом интимном и осчастливающем отношении "я-ты" (С.Л.Франк "Непостижимое". В сборнике "Сочинения", 1990, с.386). Однако в реальной жизни наличествует ни "я" как первая субъективность, ни "ты" как вторая субъективность, а нечто третье, которое Франк назвал "актуальной реальностью", - то, что индивидуум Я выбрал, собрал в окружающем мире для своего духовного бытия.

Таким способом Франк приходит к новому понятию - к духовному отбору, как поиску, предназначенному для удовлетворения или пополнения сущностных показателей индивида. Духовный отбор Франк рассматривает в качестве средства, благодаря чему осуществляется не только духовная механика и динамика индивидуальной личности в духовном мире, но и раскрывается сущность самой личности. Франк постигает: "На этом основана таинственная способность человека - единственный подлинный признак, отличающий его от животного - соблюдать дистанцию в отношении самого себя, привлекая свою непосредственную самость на суд высшей инстанции, оценивать и судить её и все её цели. Это высшая, духовная "самость" и конституирует то, что мы называем личностью. Личность есть самость, как она стоит перед лицом высших, духовных, объективно-значимых сил и вместе с тем проникнута ими и их представляет, - начало сверхприродного, сверхестественного бытия, как оно обнаруживается в самом непосредственном самобытии" (С.Л.Франк "Непостижимое". В сборнике "Сочинения", 1990, с.408-409).

Идея духовного отбора (или духовного поиска) внесла значительные коррективы в познавательную стратегию русской духовной философии. Но до сих пор не понята и не оценена удельная доля С.Л.Франка в этом творчестве. Духовный отбор суть первый постулат философии абсолютного, а система "я-ты" стала онтологией и гносеологией выбора и отбора в духовном мире. Процедура духовного отбора (трансцендирование) ценна не столько как средство, сколько как результат: какова цель и что ищет личность в духовном поиске? Франк утверждает, что посредством духовного отбора сознание Я изыскивает реальность, которая была бы "сродной ему по существу", и он глаголет: "Реальное трансцендирование непосредственного самобытия, подлинная его связь и слияние с превосходящей его реальностью, подлинное обретение его субъективности совершается лишь там, где непосредственное самобытие встречает и обретает вне себя самого, за своими пределами, реальность, в каком-то смысле сродную по существу ему самому, с которой поэтому оно может прочно опереться своим внутренним существом" (С.Л.Франк "Непостижимое". В сборнике "Сочинения", 1990, с.346). В итоге, сознание Я (непосредственное самобытие) в духовном поиске и выборе ищет самого себя.

Франк не успел в своих изысканиях поставить только точку над i: этому поиску "сродни самого себя" дать название духовный отбор и указать, что данный отбор в духовном мире суть тот же естественный отбор в дарвинизме. Они оба продукты единого универсально-вечного постулата о первично-инициативном достоинстве фактора индивидуальности: личность - в духовном мире, организм - в биологии, ген - в генетике, атом - в химии. Интуиция гениального Дарвина подарила биологии помимо прочего выдающееся открытие - искусственный отбор, тобто отбор, совершаемый человеком наряду с организмами. В западном дарвинизме эта новация не прижилась, зато на русской стороне ноуменальное проникновение в этот предмет сделало из русского дарвинизма специфическую модификацию: блестящие исследования русского дарвиниста И.И.Шмальгаузена превратили искусственный отбор в откровение, какое дало русской либеральной науке её жемчужину - генетическую селекцию Н.И.Вавилова. Закономерно, хотя и спонтанно, стихийно, искусственный отбор человека, представленный академиком Н.И.Вавиловым генетической селекцией, нравственно совместился с духовным отбором в русской духовной философией. Именно нравственным свойством более всего привлекательна процессуальная сторона духовного отбора в философском глубокомыслии Франка. Не нравственность ли стала причиной, что оба эти эпохальные произведения русской постигающей мысли, - русская духовная философия и генетическая селекция Вавилова, - были в своё время разгромлены в Советском Союзе?

Итак, философское опознание в недрах русской духовной философии феномена соотношения человека и природы, или экологического процесса, приводит к выявлению двухчленной функциональной схемы, состоящей из: динамического принципа, базирующегося на духовном отборе, и духовного принципа нравственной природы. Реально-объективное содержание данного процесса, исходящее из мировоззренческих установок русского воззрения, определяется непременным приоритетом духовного принципа или нравственного фактора, - и методологически этот приоритет являет собой действующим стимулятором во всех формах проявления экологического процесса. А такие формы в реальной действительности существуют в виде двух эмпирических антиподах. Первая антиподальная форма обнимает весь спектр диагностических признаков животного человека: выбранный при духовном отборе тип враждебного отношения к природе, на базе которого формируется стратегия покорения природы, и глобальный экологический кризис, как итог; направляющим регулятивом здесь является нравственность, но нравственность особого, вторичного, класса: производное от власти (модель: закон власти). Эта форма названа материалистической экологией.

Вторая антиподальная форма концентрирует в себе признаки и критерии духовного человека: духовный отбор осуществляется в ритме связки "я-ты", развёрнутой в богочеловеческом направлении, и организовываемой нравственностью, первичной по отношению к власти (модель: власть закона). Эта форма называется идеалистической экологией, а духовным человеком в экологической сфере должен числиться гоменоид, обладающий экологическим сознанием. Это означает, что никакие административные мероприятия или верховно-государственные уложения не способны пресечь экологическую эпидемию, ибо они сами служат не столько противопоказаниями разрушительному процессу, сколько катализаторами этого последнего. Итак, главной целью антикризисного декрета является приобретение экологического сознания, а без него закрыт путь в ноосферу.