# Культура и поэзия - опыт литературного досье (Москва, 2004 г., Компания "Спутник +")

Евгений Михайлович Гуреев

Сборник рекомендуется читателям, не утратившим способность мыслить самостоятельно и нестандартно (академик АТП, философ, культуролог, искусствовед Д.И. Корнющенко)

Е.М. Гуреев, Д.И. Корнющенко


КУЛЬТУРА И ПОЭЗИЯ:


опыт литературного досье


ЭЛЕКТРОННАЯ ВЕРСИЯ


Москва 2004


Составитель:


Д.И. Корнющенко


Редактор:


Т.М. Корнющенко


Подготовка текста:


Е.М. Гуреев


ISBN 5-93406-845-8


Сборник рекомендуется читателям, не утратившим способность мыслить самостоятельно и нестандартно.


ББК 71.0


СОДЕРЖАНИЕ

1. От авторов..........................................................................

2. Справка...............................................................................

3. Е. Гуреев: Марк Белый. "Дай о тебе подумать, жизнь..."..................................................................................

4. Д. Корнющенко. Литературно-педагогический диалог....................................................................................

5. О России, христианстве, современном образовании

и о многом другом: Интервью Д. Корнющенко...............

6. Pro et contra......................................................................

7. Е. Гуреев. "Ответ оппонентам"......................................

8. Д. Корнющенко. Культура и поэзия.............................

9. Е. Гуреев. Комментарий к статье Д. Корнющенко...

10. Д. Корнющенко. "Без назвния"...................................

11. Е. Гуреев. Заявление в Ч0 РСПЛ.................................

12. Комментарий к Заявлению Е. Гуреева членов Чапаевского отделения РСПЛ...........................................

13. Переписка......................................................................

14.Продолжение дискуссии...............................................

15. Завершение дискуссии

16. Новое - забытое старое................................................

Postscriptum............................................................


Поэтам и прозаикам


города Чапаевска посвящается.


От авторов


В начале XX века американский художник-импрессионист Дж. Уистлер издал книгу под названием "Изящное искусство создавать себе врагов". А в начале XXI века в одном из провинциальных городков нашей необъятной России авторы и составители предлагаемого читателю литературного досье убедились, что и они не чужды этого "изящного искусства".

За прошедшее столетие в жизни творческих сообществ мало что изменилось - все это, к сожалению, сопровождало и продолжает сопровождать процесс литературного творчества, зачастую превращающегося в ревностное соревнование. Отсутствие толерантности, эмпатии - увы, частые спутники творческих организаций. Нежелание понять чужую мысль, иной взгляда на искусство, на мир в целом, даже зоологический страх перед ними приводит к неприятию "другого", становящегося "чужим", "чуждым", "чужеродным".

Чем больше провинционализма в творческих организациях, тем более сильно все это проявляется. А когда происходит в таком обнаженном и концентрированном виде, как произошло в литературной организации маленького городка Чапаевск, то представляет интересный материал для изучения и раздумий.

Это история о том, как косность, пошлость, консерватизм мышления, себялюбие, зависть, наконец, элементарное неумение смотреть правде в глаза и называть вещи своими именами, сопровождающиеся предательствами и интригами, превращаются в невежественное, беспощадное и безоглядное орудие уничтожения "соперников", не брезгующее никакими средствами, в том числе и манипуляциями с общественным сознанием. Беспомощность аргументов и позиций превращается в силу заговоров и фальсификаций.

Авторы попробовали на основании своих литературных публикаций и своих оппонентов на страницах газеты "Всякая Всячина" продемонстрировать некую "технологию подавления", которая не отличается новизной, но всегда действует безукоризненно, и почему-то всегда застает нас врасплох. Конечно, авторы и сами обладают какими-то негативными качествами. Тем не менее, они убеждены в необходимости представить картину литературной жизни небольшого городка в полном ее объеме. И пусть судит читатель и делает выводы. Если это кому-то в чем-то поможет, поможет понять ситуацию и исправить ее, то наша задача выполнена.


1 ноября 2004 г. Д. Корнющенко. Е. Гуреев.


СПРАВКА


Эта справка необходима для лучшего понимания тех литературных и окололитературных процессов, которые развивались в городе и произошедших на их фоне событий.

В середине 80-х годов прошлого столетия в Чапаевске возник Литературный клуб "Пегас", который организовал член Союза журналистов Тазиев Георгий Ибрагимович. После кончины Г.И. Тазиева клуб в течение продолжительного времени бездействовал вплоть до полного распада. В начале 1999 года Литературный клуб был воссоздан на новой основе и в новом составе. Клуб возглавила Мария Осиповна Пахомова. Отдав клубу много сил и времени (он был ее любимым детищем), она сделала его заметным литературно-общественным явлением в городе.

В 2001 году я был избран председателем ЧО РСПЛ, под эгидой которого работал этот клуб. В городской газете "Всякая Всячина" стали выходить помимо Литературной страницы еще и философско-публицистическая страница "Зеркала", в которой поднимались общественно-философские и литературные вопросы, "Литературный салон", "Сквозь время...". Немаловажным считаю организацию "Виртуального литературного клуба "Илла", и соответствующей страницы "Илла" в той же газете. Илла - это имя молодой девушки, которая пишет стихи и увлекается философией. Она, по существу, и стала хозяйкой этой литературно-философской страницы.

Значительным событием и для меня лично, и для этих страниц явилось мое личное знакомство с Дмитрием Ильичем Корнющенко, автором многих статей и книг по философии, и педагогике, культурологом, в дальнейшем - академиком АТП. Мне удалось поместить небольшие выдержки из "Метафизики ленты Мёбиуса" в "Зеркалах", что вызвало небезынтересную дискуссию на страницах "Зеркал".


Осенью 2003 года Дмитрий Ильич показал мне небольшой сборник стихов "Дай о тебе подумать, жизнь..." своего безвременно погибшего сына Бориса Корнющенко (Марка Белого) Стихи и личность Марка Белого произвели на меня и на клуб "Илла" впечатление, и весною 2004 года по инициативе клуба "Илла" на страницах "ВВ" состоялся поэтический конкурс "Памяти поэта и журналиста Марка Белого и всех, одаренных Божественной искрой и преждевременно ушедших от нас". Конкурс прошел на достаточно высоком уровне и выявил новые молодые поэтические таланты, порой не уступающие членам Литературного клуба.

Однако, появление на горизонте нового, хотя и погибшего, поэта, поэта с острым ощущением жизни и ее трагизма и совершенно не вписывающегося в привычные рамки "Пегасовской" облегченно-поверхностной поэзии, вызвало активное противодействие и до сих пор ни в одном из списков упоминаемых поэтов города не числится его имя.. "Мы не знаем его поэзии!" - так говорят прописные "поэты", имеющие возможность прочитать его стихи и в "ВВ", и в городской библиотеке.

Вот на этом фоне разворачиваются дальнейшие события и связаны они, прежде всего, с группой наших литераторов: В.Я. Семендяем, Евгением Сартиновым, Мариной Беловой, Татьяной Кижайкиной.

Речь не идет о профессиональном мастерстве четверых литераторов. Однако, речь идет о значительно большем: ради чего и в каком общественно-культурном ракурсе ведется общественно-литературная работа и какое значение это имеет и для культуры, и для общества? Об этом и идет речь в данном сборнике.

Итак, Владимир Яковлевич Семендяй, предприниматель, "поэт, музыкант, композитор, певец" и многое другое (в настоящее время, начиная с 2004 г., - спикер городской Думы). Я не стану оценивать его как предпринимателя, а об его человеческих качествах внимательный читатель почерпнет кое-что из предлагаемого в этой книжке материала. Что же касается искусств, то здесь я должен со всей ответственностью заявить о его творческой всеядности и верхоглядстве, о готовности браться за любую тему ради дешевой популярности.

Весною 2004 года В.Я. издал сборник стихов "Ба, знакомые всё лица!", посвящений именитым жителям города Чапаевска, и слабый в смысловом и поэтическом отношениях. К своему юбилейному творческому вечеру В.Я Семендяй написал заявление с просьбой принять его в члены РСПЛ.

Все члены ЧО РСПЛ (за исключением меня) проголосовали за вступление В.Я. в РСПЛ, хотя было единодушное мнение, что упомянутый сборник стихов не может являться основой для членства, и члены РСПЛ просили В.Я. Семендяя повременить. Но В.Я. выбрал свой вариант решения и буквально через несколько дней стал членом РСПЛ. Уже тогда всем стало ясно, что в нашей литературной организации произойдут серьезные изменения.

Все началось с интервью с Дмитрием Ильичем Корнющенко, в котором Д.И. как культуролог затронул три стихотворения В.Я. Семендяя, представленные последним среди прочих стихов как аргумент для вступление в РСПЛ и опубликованные 11 июня в "ВВ".


В.Я. Семендяй


Роза.

В уютной комнате, в тепле

Лилася проза.

Сидели двое. На столе

Стояла роза.

Общались близких две души -

Сердца их пели.

И, как звезда в ночной тиши,

Глаза горели,

Когда зовущий баритон

Ковром стелился.

То желто-розовый бутон

Багрянцем крылся,

И знак созвездия "Весы"

Мерцал... Томился.

И запах утренней росы

Из розы лился.

Почти не пили ничего -

Лишь говорили,

Но опьянели от того,

Что рядом были.

Дарили откровенья суть,

Раскрывши душу.

Судьба скрестила жизни путь,

Покой нарушив.

Сердца охвачены огнем,

Стучат набатом.

Эх, роза, роза, ведь во всем

Ты виновата...


Посвящение России

Много бродил я по свету,

Много измерил дорог -

Краше страны моей нету,

Лучше я встретить не смог.

Здесь я провел свое детство,

Встретил любовь и судьбу -

Здесь я оставлю в наследство

Душу России свою.

Пр. Все пережить она сможет

Многострадальная Русь.

Пусть ей Всевышний поможет -

Я за нее помолюсь.

<...>

Рождество.

Ночью, в сочельник. Звезда выплывает:

Божье знаменье идет от поста,

Праздник Рожденья для нас наступает -

Спаса Иисуса Христа.

Припев: Славим, Всевышний, Твое мы на свет появленье.

Слово Господне во плоть превратилося вдруг.

Светом познанья укажешь пути просветленья.

Царство небесное - Сын и Отец, Святой Дух.

Звезды ночные, как души, мерцают,

Черное небо от света кипит.

Ангелы Божьи Зарю возвещают.

Небо хрустально звенит.

Люди, возрадуйтесь в ночь примиренья -

Праведный, грешный - живите в Христе,

Бог нам подарит и мир и спасенье.

Господи, Слава Тебе.

О дальнейших поучительных событиях и повествуют пункты этой книги. Внимательный читатель может многое понять в предлагаемых текстах, увидеть срез нашего непростого в культурном аспекте Российского бытия, о распространении, увы, под флагом творчества невежества и вседозволенности.


20 ноября 2004 г., Е.М. Гуреев.


"ДАЙ О ТЕБЕ ПОДУМАТЬ, ЖИЗНЬ..."


Начать, как первый раз

Все сначала,

Ведь разбитого лба

Все время мало. (Марк Белый)

Посвящение Дмитрия Ильича Корнющенко сыну своему в предисловии к сборнику стихов Бориса Корнющенко "Дай о тебе подумать, жизнь..."


Д.И. Корнющенко


Может быть этот сборник окажется своеобразной книгой-предупреждением для "русских мальчиков, которым важно не миллион нажить, а мысль разрешить". (Ф. М. Достоевский)?

Много их сегодня: молодых и талантливых, но таких "бесшабашных"...

Марк Белый (Борис Дмитриевич Корнющенко) родился 18 июня 1966 года. Жил и учился в разных городах России. Окончил школу N 1 в городе Чапаевске. Работал, служил в Армии, снова работал. В начале 1988 года переселился в Самару. Не имея специального образования, с июня 1991 года начал заниматься журналистской деятельностью. Корреспондент ныне не существующей газеты "Молодежная волна", работа в телекомпании "СКАТ", с конца 1992 года -- музыкальный редактор студии "Радио Самара-- максимум",-- таковы вехи его короткой творческой биографии.

Главная тема его статей, теле-- и радиопередач (на "СКАТе" он вел программу "Сделано"), других выступлений -- рок- музыка. Серьезные профессиональные знания в этой сфере современной культуры обеспечили ему прочное уважение среди её приверженцев. "Он был рокером", -- сказал о Борисе ведущий радиопередачи, посвященной его памяти. Не имея высшего образования. Марк Белый (этот псевдоним навеян литературными и музыкальными реминисценциями) был человеком широко образованным, хорошо начитанным и информированным. Он был своим в среде молодых интеллектуалов, его знали и уважали самарские хиппи, его музыкальными программами и статьями интересовались за пределами России. Он был человеком и ничто человеческое не .было ему чуждо. В одной из газетных статей в 1991 году он писал: "Россия всегда обладала лишь душой: чистой и темной. Все это воплотилось, хоть кладезь, видно, еще полон. С телом же -- загвоздка, так и в музыке". ("М. В. " N 24).

В душе Бориса, тоже чистой и темной, воплотилось многое, свойственное русскому национальному характеру. В последние годы своей короткой жизни он не случайно устремился к христианскому православному идеалу, к русской идее и ее воплощениям в философии и художественной культуре.

Не случайными были его стихи, в которых можно найти прямое предсказание своей трагической гибели. Он любил исследовать пределы дозволенного, видимо, зная, что когда-нибудь перейдет роковую черту, отделяющую жизнь от смерти.

В ночь с 9 на 10 января 1993 года эта черта оказалась стертой. Борис Корнющенко -- Марк Белый -- трагически погиб, попав под трамвай, в возрасте двадцати шести с половиной лет. Что сверкнуло в его сознании в последние секунды жизни, -- мы никогда не узнаем.

В 1991 году в некрологе Майку Науменко, знаменитому рокмену, он писал: "Земля ушла из-под ног и Майк, упав на асфальт, смертельно разбил свою бесшабашную голову. .... Борис написал это как будто о своей собственной гибели...

Прошли радио-- и телепередачи, ему посвященные. На сороковой день состоялся рок-концерт в Самаре памяти Марка Белого. Он остается жить в сердцах и памяти его друзей и близких. Не может примириться с его смертью вдова Стелла, которой он посвятил столько пронзительных стихов.

Борис не стремился к публикациям, поэтому не придавал особого значения стихотворной технике.


Поговори со мною жизнь,

Останови свой взгляд беспечный.

Ты ведь моя, не кипятись,

Во времени и ты не вечна.

...Мне выпадет шанс подняться,

Когда я дослушаю дождь.


В его стихах можно найти прямое предсказание трагической гибели. В ночь с 9 на 10 января 1993 года он погиб на рельсах трамвая, "...упав на асфальт, смертельно разбил свою бесшабашную голову...".


Е. Гуреев


Стихи Бориса Корнющенко (Марка Белого) будут опубликованы в последнем номере журнала "Литературная учеба", 2004.


Я хочу быть поэтом,

Я хочу быть раздетым


Эти щемящие строчки предваряют стихи сборника Марка Белого, изданного посмертно его отцом. В них - что-то от Рембо.

Обнаженная открытость его стихов, его души.... И такая сложность. Просто и сложно - все в одном поэте. Как бы сложилась судьба этого человека, не погибни он в ту ночь 1993 года? К какой миссии был он предназначен? А не было, наверное, никакой иной миссии, кроме той, какую он выполнил в своей короткой жизни. В единственно данной ему судьбе. У кого-то несколько судеб (выбирай!) - у него одна. А, значит, - всё же миссия? Остается понять, в чем она. Может быть, и вот в этих двух строчках, что приведены выше. Эти две строчки - и всё сказано! И в них - всё остальное. Сам поэт - здесь! - квинтэссенция поэзии. И столь же сложно говорить об этом, как и о черном квадрате Малевича. Что еще заключено в этих строчках? Минуту назад я увидел в них вызов. Не стреляющий стрелами в мир, а себя открывающий стрелам. Хороший вызов, жертвенный.

Никогда мне не было так сложно писать о стихах. Какая-то неизмеренная глубина, а вроде бы - все здесь, перед тобой. Я не смог выразить чего-то еще, что вижу в этой глубине. Ставлю точку и понимаю: не всё осознал и вскоре после опубликования этих заметок буду сожалеть, что не так сказал, упустил что-то. Но я рад этой философской глубине, меня тянет в нее. И в следующий раз (когда - то он будет) напишу совсем иначе, другими словами, но о том же самом. Две строчки - и в них вся жизнь? Две строчки, сборник стихов, память друзей и родственников и - две короткие персоналии: в "Историко-культурной энциклопедии Самарского края, т. 1, Самара, 1993, с. 117 и в энциклопедическом словаре-справочнике "Новая Россия: мир литературы", т. 1, М., 2002, с 144.


Очень короткая жизнь...

Но, кажется, что-то не сделал,

Что где-то, что-то оставил.

И голос плачет за дело,

Которое не исправил....

(Марк Белый)


Главная тема его выступлений - рок-музыка. Он печатал свои статьи на страницах газеты "Молодежная волна", где он не только представлял группы, но и давал анализ творчеству. "Главное, что отличает рок-н-ролл от шоу-бизнеса, это то, что каждый музыкант, создающий эту культуру, индивидуален в своем творчестве, неповторим. И именно благодаря таким людям, таким музыкантам, тинейджерская культура танцев и досуга выросла в мировое музыкальное мышление. Рок стал одним из лидеров ощущения свободы. Свободы жизни. " (по материалам буклета ЦБС, составленного Трубниковой О.Н.)

Раздетая свобода его стихов. А они - это он:


***

Никогда и нигде

Не имел я врагов,

Я прощал людям все,

Сам я верил в любовь.

***

Не покидайте меня друзья

Ведь я без вас - совсем не я...

Я мог стать, кем ты хочешь

И кем хочется им.

Я мог стать кем угодно,

Но я стану другим. ...

И он стал другим...

***

Я хочу быть поэтом,

Я хочу быть раздетым.

Кто ты, поэт?

Ты из рода калек?

Ты -- из рода безродных,

С землёю -- бездомный?

Ты -- нарыв на успехе?

Ты с чужими на "ты"?

Ты в пыли подорожник,

А в пустыне -- кусты?

Ты -- глашатай помоек?

Ты певец дивных дам?

Дон-Жуан или стоик?

Ты паяц в море драм?

Ты -- один или рота?

Ты -- родитель иль сын?

Ты -- вино или рвота?

Ты безмолвье иль крик?

Ты один во всех лицах,

Ты есть жизнь,

Ты есть смерть.

Твоей кровью умыта

Вся земля, что здесь есть.

Твой покой -- дикий хохот,

Твои пьянки -- в слезах,

Твое слово, как грохот

Отдается в сердцах.

А в российском поэте

Особенный лад:

Мы -- скелет на скелете --

Хороним русский сад.

Другой Марк, кинорежиссер Марк Захаров, как-то, давая интервью, вспомнил о своих юношеских годах и о своем увлечении стихами: "Всё было в моих стихах: и рифма, и размер, и мысль, и слова красивые, и образность - все было. Не было одного - поэзии. Когда я понял это, то перешел на прозу". Что же это за неуловимая штука такая - поэзия, когда всё есть, а поэзии нет? А бывает ли так, что ничего нет, а поэзия есть? Не знаю. Но в стихах Марка Белого нет некоторых привычных атрибутов, а поэзия - вот Она!

Что такое поэзия? Личность! Сама поэзия - личность. Оригинальная, яркая, самобытная, простая и неразгаданная, Вершина, которая видна; натянутая струна души; световой луч, идущий до конца, до упора. Словно морская сирена привлекает, и ты бросаешься в ее объятия и не в силах вырваться. Это тайна, которая каждый раз показывает тебе свои новые грани. Она становится частью твоей души и тебе начинает казаться, что её слова - это твои слова, и ты повторяешь их про себя и цитируешь вслух. Поэзия - как любовь. Когда ее нет, ты спрашиваешь: "Любовь ли это?" Когда она приходит, ты сам говоришь: "Любовь!". Поэзия подобна любви - Она и сама есть любовь: любовь к дому, к женщине, к Родине, ...

РОССИИ

Заплакать хочется навзрыд,

Уткнуться лбом в стекло.

А сердце бьется в такт копыт,

Хоть руки вновь свело.

Болезнь России - паралич.

Тебе не назван срок.

Ты не инфекция, не бич --

Младенческий порок.

А от усталости балдеешь,

Когда опять сумел устать?

И снова понял, что Россию

В который раз не угадать.

Не угадать её народа.

Основу всех её основ,

Который, потерявши Бога,

Своих понаставлял богов.

Отдавши веру за идею

И позабыв про идеал,

На всю Россию -- портупею

И всех людей -- в материал.

Россия -- ты страна холопов?!

Ты ж била шведов и татар,

Гнала французов ты галопом,

Свободен был и млад и стар.

Но как беды заморской нету,

Хомут готова надевать.

Россия -- ты страна Советов?

Советов жить иль умирать?!

1991.

***

Каждый день уходя,

На пороге дождя

Замереть в ожидании чуда.

Неспроста роль Христа

Не сыграешь с листа,

Если есть про запас

Нерастраченный шанс

Стать Иудой.

***

Втоптали солнце, мочит дождь

И новый день бросает в дрожь.

Мы ждем, когда же ты умрешь

Над правдою царица-ложь.

Тебя рождали всем народом,

А убивали верой в Бога.

Покрытая костьми дорога,

Обкомы, взводы, синагога...

А мне нужна такая вера,

Чтоб не страшна любая мера.

Я жить без веры не хочу --

За веру жизнью заплачу.

90 г.

Россия - Вера - Бог .

Однажды меня спросят, а на какое место я поставил бы его поэзию в ряду других.

Настоящая поэзия не имеет места в ряду. Она - нигде, так как никому не мешает, ни с кем не толкается за право быть первой. Она - всюду, так как открывает себя всем желающим видеть, слышать чувствовать, перекликается с родственной эй поэзией. Ее не приколешь булавкой, и не выставишь как зоологический экспонат для любителей мертвечины. Она выше того этажа, где всё расставляется по полочкам. И пусть любители арифмометра заносят ее в свои клеточки-схемы - она не там!


***

Моя душа глядит в окно,

А за окном безумный снег

Летит вслепую на сугроб.

Дорога в белом полотне

Успокоенье дарит мне.

Я успокоюсь, прикажите,

Простите, милые, простите,

Что я хотел пожить восласть,

Ее ж я не хотел украсть.

Но если щель в окне я встречу,

Я позабуду тихий вечер.

Душе не нужен ваш покой,

Ее спокойствие -- разбой.

Я изогнусь змеей в поэте,

Душа не гибнет на рассвете.

И, словно обалдевший князь,

Через восставшуюся грязь,

Через усталость, через отдых

Судьбе без жалости дам поддых.

Душа моя не птичий шорох --

Моя душа -- проросший порох,

И каяться лишь буду я

В горах, где не был никогда.

Декабрь 88 г.

"Судьбе без жалости дам поддых...", - это шутка. Это опережение: когда видят опасность, идут ей навстречу. Он постарался забежать вперед и встретился с самим собою - в предчувствиях и стихах. В одном случае стихи покидают автора и начинает жить по своим законам, излучая свой свет, в них переливаются собственные краски и звучат собственные мелодии. В другом случае стихи и автор неразрывны. Автор ушел в свою поэзию, слился с ней и иная форма существование - уже не его форма. Это - о Марке Белом. Одни его стихи зажили своею собственной жизнью, в других- он сам. В форме этих стихов и пребывает поэт на Земле, в родном городе, в родном Поволжье.


* * *

Покоя -- вон

Из всех окон!

Подумай сам

Глазами внутрь.

Там, где меня

Глушил огонь,

И там, где мною

Он потушен.

Подайте, только не возьму,

Даю, но только не берите.

Пытает время красоту,

Юродствуйте, но берегите.

И я стою

На трех ногах:

На теле, разуме и духе.

Лишь задыхаться я могу,

И от дождя

Мне в горле сухо.

От хилой жареной любви

Всегда я слышу запах гнили,

А я сырую берегу --

Такой, какой её родили.

Июнь 88 г.

"На трех ногах", - встать на них и поднять одну...Ребенок в начале - ребенок в конце. И стих-ребенок, повзрослевший в вечность. И любовь, пришедшая Оттуда, вернется Домой.

Потрашенные мысли

Из вас не измерю

Никогда не поставлю

На жизни креста.

...

Верить в скорость огней,

Верить в совести святость.

Мать из всех матерей

Лишь поймет твою слабость.

Дай прощение нам,

Укрощенным тобою,

Никогда не увиденный

И не понятый мною.

Мы все Его не понимаем. Но потом наступает ясность, и мы можем обратиться к нему. Когда ясность достигает предела, открываются глубины, и мы снова восклицаем: "Не понимаю!" - и наступает высшее понимание, какое только доступно человеку. Тяжелые роды смерти. Каждый из нас отправляется в этот путь.

***

Бросьте взгляд мне в след - я ухожу,

Только обязательно взгляните.

Лишь взойдет Луна -

И я уйду. А когда я скроюсь - разойдитесь.

Поклонитесь Солнцу от меня:

Я с ним, грешным делом, не простился.

И с тобою, черная земля,

Нам теперь придется породниться.

Уходя, я не подам руки,

И друзьям я не оставлю взгляда,

Я недолюблю всего одну,

Я не выпью полного бокала.

Я не оставлю миру ничего,

Все мое я заберу с собою,

На пути туда не нужен мне никто,

Только прожитая жизнь всегда со мною.

Май 1988.

Забрал туда всё. Какую-то внутреннюю боль и какое-то прозрение. Ничего не оставил, - а оно есть. Почему? Потому что - соприкосновение двух миров. Он соприкоснул их.

** *

Не судите её, не судите,

Все суды не достойны её.

Не взывайте вы к ней, не молитесь,

Она верно идет на костер.

Не судите её, не судите,

Не ходите за ней по следам,

Приговоров вы ей не пишите.

Не подвластна такая судам.

Не судите меня, не судите,

Я в ответе на все времена.

Приговоров вы мне не пишите,

Перед богом она мне жена.

Не судите вы нас. не судите,

Мы едины: я день, она ночь.

Приговоров вы нам не пишите

Мы не можем ничем вам помочь.

Да, судите, пишите приказы,

Мы лишь вам обернемся в ответ.

Чем разлука, сильней нету казни,

Смерть вдвоем, -- все равно, что рассвет.

Он ушел туда один. Он не мог иначе. Слишком далеко зашел в своем диалоге с жизнью. До предела. Вернуться было невозможно - он не виноват.

Похмелье

Мне не нужно удачи,

Мне не нужен покой,

Может быть, это счастье,

Что ты не со мной?

Может быть, то что есть,

Стоит больше, чем нет.

И в глаза поглядеть

Стоит больших побед.

12. 02. 88.

Она - не с ним, но он со всеми и с ней - тоже.

Он бросил стихи в свое настоящее и в будущее.

Ценить то, что есть. Ценить то, что будет. В малом находить большое, там - Победа! Друзья и любимые должны жить. Его путь - это его путь. Случайность? Но случайностей не бывает. И окликает, предупреждает, успокаивает из своего будущего, в котором его теперь нет на Земле.

* * *

Наверно, я любил лишь миф,

Как мимолетный град надежды,

Как укрощенный важный скиф --

Я голый в панцире одежды.

И вздохом лета пред зимою

Наполнен был последний день.

Ты шла вперед -- я за тобою.

Ты шла святая -- я как тень.

Вот только ночью -- тень не видно,

А тень, скрываясь, видит все, --

Как обернулась у подъезда,

Как вслед мне бросила лицо.

Ты можешь быть совсем далече

И даже хочешь все забыть.

Быть может, я дожгу все свечи,

Что мы забыли потушить.

Но все останется как в сказке

И в то же время это быль:

Цветная на глазах повязка,

А на губах -- трава-полынь.

1988 -- 1990 гг.

Опять этот мотив: "голый в панцире одежды". Голый - это душа, панцирь - тело. Он добился своего, сумев дожечь в своих стихах непотушенные свечи. А стихи сами стали свечами и снова - зажженные. Вернулся, уходя.

* * *

Будет? Не будет?

Что было -- то было.

Бог не забудет.

Время простило.

Но, кажется, что-то не сделал,

Что где-то, что-то оставил.

И голос плачет за дело,

Которое не исправил.

***

Дай о тебе подумать, жизнь,

Останови свой бег на время,

Когда вдруг оборвется нить.

Хочу готовым быть во стремя.

Я говорю тебе без страха,

Что твой конец мне не предел

И нет глупей боятся плахи,

Когда собою жить сумел.

Тебя не покупал я оптом,

Не торговал тобой с лотка.

Тебя я взял рожденьем крестным,

Хоть был крещен через года.

Рожден мужчиной, стал младенцем.

Увидел свет, прожив года,

С годами с этими развелся.

И думаю, что навсегда.

Годов немного я потратил,

Лишь два десятка с ноготком.

И пред собою белу скатерть

Стелю, и это мой закон.

Поговори со мною жизнь,

Останови мой взгляд беспечный,

Ты ведь моя. не кипятись.

Во времени и ты не вечна.

1989.

Уйти в Вечность, значит, уйти в себя - там, где бездонное сердце, там и Бог:


"И нет глупей боятся плахи,

Когда собою жить сумел....".

Поговори со мною жизнь", - к жизни обращаются, когда хотят поговорить о смерти. Не о смерти, а о том, что выше ее, что над смертью. И жизнь ответила. Он стал младенцем. Она раздела его и растворила в себе.

...

Твое имя больше Христа.

И не светит икона другая.

Под единой ногою креста

Мы прощаемся, не прощая.

И наполнив сутью бокал,

Я залью ненадежную грудь,

Не расставшись с тем, что отдал.

Я опять продолжаю путь.


Отдал - значит, вернул, остался продолжать свой путь, ибо суть была - отдать себя. Отдать Себе, Богу, Жизни.

***

Последнее предсмертное стихотворение, которое милиция нашла в кармане пиджака погибшего (а ещё - листочек с Нагорной проповедью, он всегда носил его с собою).


Последний бросок,

словно пуля в висок.

Мне хочется

встать и остаться,

Но что-то,

как ветер,

Толкает меня --

не сопротивляться.

9 января 1993 г.


Бросок - он бросился к одному трамваю и попал под другой. Какой ветер бросил его туда? Встать с рельсов и остаться в жизни? Но какая сила толкнула не сопротивляться? О чем стихотворение? Неужели предвидел? Если разговаривал с жизнью, то, может, и записал разговор. Расшифровал ли его в момент записи? Тайна. И совпадения - тайна. Но не случайность. Человек - в центре жизни - и жизнь вокруг него сгущается. Случайностей не бывает. Случайности - для слепых. Для мудрых - тайна. Для понимающих - закономерность.

Стихотворение, посвященное жене Стелле.

Хмель.


Я убит в феврале

не ружьем, не кинжалом.

Не отравлен был ядом,

не брошен в петлю.

Я убит этим деревом

Я убит этим взглядом

Я убит этим вечером,

этим днем хороню.

Я убит этим небом,

Я звездою убит.

Я убит этим снегом,

Я об воздух разбит.

Я убит добровольно,

Я закрыл свою дверь.

Распахните же окна:

Смерть прекрасна, поверь!

Время стало,

обратно считает мой бег.

Смерть пожизненна --

это рожденье.

Я рожден в феврале,

был убит и в завет

Я назад не хочу возвращенья.

11. 02. 88.

"Я убит этим снегом, я о воздух разбит", - так оно и случилось. Антигравитация. Он хотел взлететь, но сначала упал на рельсы. Свершилось. - "Я убит добровольно". Их было двое: он и жизнь.


15 августа 2003 г.


Из выступления Председателя ЧО РСПЛ по итогам поэтического конкурса памяти Марка Белого... (март - май 2004 года)

-- Инициатором конкурса памяти Марка Белого и других творческих личностей, преждевременно покинувших наш мир, который проходил на страницах газеты "Всякая Всячина", явился виртуальный клуб "Илла", который попросил ЧО РСПЛ образовать жюри этого конкурса из небольшого количества членов.

-- Цели конкурса были следующими: Активизация и развитие поэтического процесса в общественной жизни города как части общероссийского литературного и общекультурного процессов.

-- Активизация творческого общения между всеми поэтами города, в том числе - не входящих в литературные объединения.

-- Выявление и поддержка литературно одаренных жителей г. Чапаевска, включение их в активную творческую деятельность.

-- Сочетание конкурса с элементами литературной учебы. Воспитание поэтической культуры начинающих поэтов и читателя.

Но самой главной целью было обратить внимание и поэтов, и читателей на духовную сторону нашей жизни. Вот почему, когда стал вопрос, памяти какого поэта проводить конкурс, выбор пал на Марка Белого, чьи стихи о любви, о России, о жизни проникнуты глубоким философским раздумьем и болью человеческого сердца, отчаянно любившего жизнь, но не шедшего на сделку с совестью.

Его жизнь это трагедия, любовь и противостояние. Про него, как и про Высоцкого, можно сказать:


Благословен судья,

сам истиной судимый.

Тост возгласим

за яростный Парнас,

Что суд над бытием

вершит неотвратимый,

И совесть словом

пробуждает в нас.

И, став кричащей

русской правдой,

Ни поучений

не страшился, ни хулы...


Судя по присланным к нам стихам цель эта в какой-то мере выполнена. Во всяком случае, - отклик получен.


ОБ итогАХ конкурса памяти Марка Белого


-- Продолжительность конкурса - менее двух месяцев. Для сравнения - конкурс 2003 длился около 4 месяцев.

-- На конкурсе уже представлено 27 поэтов (2003 год - 34 поэта). В количестве строк это выражено так: 2896 строк (2003 год - 2883 строчки).

-- Ход проведения конкурса был с элементами учебы и направлен на то, чтобы не допустить откровенно слабых стихов. В качественном отношении конкурс достиг очень высоких показателей. На очень высоком уровне - 3 поэта (в 2003 году - только Татьяна Кижайкина). На высоком уровне - 12 поэтов (в 2003 году - 3 поэта). Откровенно слабых стихов - только один поэт.

-- В участии приняли представители других городов - 1 поэт из Сызрани и 3 из Самары.

-- Новые поэты по сравнению с 2003 годом - 23 человека. Из прошлогодних конкурсантов представлены только 4.

-- В результате открыто несколько новых поэтических талантов: Яна Северская, Т. Герасимчук, Н. Акулькина, А. Колонкова, Т. Петрянкина, В. Банкетов, В. Чеславин, П. Киряшов, С. Оганесян, А. Виленкин, и др. ...


Председатель Чапаевского отделения РСПЛ Е.М. Гуреев.


Д. И. Корнющенко.


Член Российского философского общества, лауреат I\/ Артиады народов России.


Литературно-педагогический диалог.


(из главы новой книги)


Формы воплощения вербального (речевого, устного) диалога в визуальный (воспринимаемый зрением) текст разнообразны. Такой текст может (и должен) содержать в себе черты демонстративной и перформативной группы текстов, т.е. он становится текстом-контаминацией. Демонстративный текст предполагает отделенность от описываемых ситуаций, действий. Автор является активным участником этих событий, но процесс описания их - это иная ситуация, отличаемая от самого действия. В момент их описания эти события и действия уже в прошлом и лишь фиксируются в тексте. Это своего рода оформление совершенных ранее поступков. Демонстративный текст показывает, "демонстрирует" достижения, он предполагает, что автор в данной области достиг чего-то большего, чем будущие читатели. Это - трансляция знаний и методов. Но методы не передаются в подобной трансляции, т.к. традиционно они передаются в самой деятельности.

Информативный текст - это высказывания-утверждения, которые не просто описывают некоторые действия, а сами являются такими действиями, акциями. Т.е., перформативный текст - не описание какой-либо деятельности, а сама эта деятельность. Процесс его создания - не отчет о прошлых успехах в решении проблем: автор решает их здесь и теперь в самом процессе написания текста. В отличие от демонстративного, перформативный текст не отсылает никуда и ни к кому, кроме самого себя; все, что достиг автор, явлено в этом тексте, в его содержании и способе организации. Если автор создает своим текстом нечто и для него новое, то его зависимость от внешней оценки не отель однозначна: даже если текст воспринят негативно, он всегда все равно остается при авторе. В таком. тексте тоже есть элементы трансляции - описание параметров объекта, но особым образом организованный текст, т.е. его специфика, превращает его в деятельность (для автора - в изложении, для читателя - в восприятии ). Эта та самая деятельность, в которой только и могут передаваться и усваиваться методы,

Перформативный текст предъявляет авторскую работу по достижению чего-то, трудности и сомнения автора, который исходит из предпосылки, что достичь чего-либо человек может лишь сам. Автор может лишь помочь читателю в этом, но отношение, мышление, деятельность должны быть его. Автор предлагает вам методы развития мышления не потому, что оно у него развито больше, чем у вас. Но он предполагает, что в той области, которая составляет главный смысл его бытия, у него больше сомнений, исканий, обретений и переживаний.

Поэтому педагогический диалог может иметь форму художественно - смоделированного диалога. Такая: форма позволяет оперировать сочетанием обеих групп текстов, что предоставляет широкие и неожиданные возможности для выражения авторского замысла. У одного латиноамериканского писателя есть цикл притч-диалогов Старика и Мальчика. В одной из них Мальчик спрашивает собеседника: - Ты всегда отвечаешь мне правду? Старик говорит: - Да, всегда! - А почему? - Потому, что ты всегда спрашиваешь правду.

Примером такого диалога являются творческие поиски Е.М. Гуреева (г. Чапаевск. Самарской обл.). Учитель математики с огромным педагогическим опытом, и в то же время талантливый поэт и прозаик, оригинальный философ (Е.М. Гуреев является членом Российского союза профессиональных литераторов и председателем Ч0 РСПЛ, членом Российского философского общества, создал на страницах местной печати своеобразную модель виртуального диалога, в котором собеседниками являются юная начинающая поэтесса Илла Истрицкая, еще школьница, и он сам, выступая в роли то равноправного участника беседы, то поэтического и философского наставника девушки, то умудренного жизнью и опытом немолодого мужчины, хотя и восхищается молодостью и необычностью своего "визави" все же не может время от времени не "укрощать" чрезмерно гордую своим творческим имиджем Иллу. Т.е. автор диалогов ни на минуту не забывает, что он, прежде всего, педагог-воспитатель, хотя в выражении своей позиции стремится к маскировке педагогических целей, лишь иногда совершенно точно указывая на эксцентричные, поэтому слабые, места в аргументации юной женщины, т.к. этот педагогический диалог в то же время - диалог Мужчины и Женщины, которые стремятся понять друг друга, порой не делая скидок на различия в возрасте и человеческом опыте. Но то, что давно известно ему, еще не известно Ей, - и в этом скрытый смысл диалога.

Героиня текстов - Е.М. Гуреева, Илла, перечитывает Библию, задумывается о проблемах Мироздания, интересуется философией и метафизическими антиномиями Космоса, Человека, Жизни. Она - поэтесса и ее поэзия сродни ее мятущейся, еще не окрепшей душе. Это красивая поэзия, и, как подобает стихам 17-летней девушки, в ней много загадочности, космической мистики, метафизики любви. Безусловно, среди девушек, оканчивающих среднюю школу, такие, как она, встречаются не часто. Но они есть, были и будут всегда. Вероятнее всего, автор в своей многолетней практике педагогического и человеческого общения встречал прототипы своей собеседницы и смоделировал ее синкретичный образ, ключом к пониманию которого является знаменитая мысль Ф.М. Достоевского о русских мальчиках, которым "важно не миллион нажить, а мысль разрешить". Сегодня, действительно, более верно так говорить о "русских девочках", а почему, - об этом часто размышляет сама Илла.

Не часто встретишь ныне среди учителей российской школы и такого мудрого собеседника, каким является автор. Иначе не стояла бы российская школа в начале ХI века на распутье, не зная, куда идти. Но они тоже есть, были и будут, хотя становятся все более уникальными экспонатами в современных структурах образования. Собеседник Иллы - под стать своей "Василисе Премудрой", иначе их диалог не мог бы состояться или превратился бы в антидиалог. В первых "разговорах запросто" если вспомнить знаменитое учебное пособие Эразма Роттердамского, так называвшееся, нить диалога в своих руках держит старший. Илла и Автор и спрашивают, и отвечают друг другу о Боге, о Вселенной, о Поэзии и трагической участи женщины-поэта в России, о Любви и Ненависти, о Человеке и Сверхчеловеке...

....

На глазах читателя происходит заметная трансформация юной поэтессы: образ резкой, порой вздорной старшеклассницы с большими амбициями, меняется; она становится более терпимой, не такой самоуверенной, обнаруживающей, что есть люди умнее, образованнее, талантливее, чем она думала о себе. Все больше из ее уст звучит самокритика, признание опрометчивости некоторых своих поступков, раскаяние и готовность к прощению людей, которых считают плохими. Автор, который этот нравственный трансвертизм и подготовил, позволяет Илле говорить о себе как о простой девчонке с забавной путаностью в мыслях, из-за которой Она часто противоречит сама себе. Постепенно он передает нить диалога в ее руки, и вопрошающим и комментирующим персонажем становится уже не он, а его собеседница, обретающая мудрость чуть ли не женщины - философа-гностика Гипатии из далекого) века, растерзанной религиозными фанатиками в Александрии. Ведь беседующие обсуждают ни много, ни мало - альтернативную, гипотезу эволюции Вселенной. Это превращение, разумеется, условно, чего не скрывает сам автор, но в логике такого художественно-педагогического диалога оно необходимо, так как является выводом и неизбежным следствием первоначальных посылок. Вот отдельные эпизоды этой беседы, наиболее соответствующие понятию педагогического диалога в контексте тех принципов и функций, которые были обозначены нами ранее. Этот виртуальный диалог продолжался на страницах местной газеты в течение полугода.

- А ты Библию читала? - Не читала, а читаю, перечитываю. Не люблю прочитавших. Прочитали и пошли дальше, так что ли? <...>. - Ты считаешь себя инопланетянкой? - Я так и думала, что Вы это скажете. Нет, я земная, совершенно земная женщина... - Женщина или девочка? - По возрасту - девочка, по сердцу - женщина.

Мне кажется, нет, я уверена, что была на звездах. Но это как-то иначе, не в прошлой жизни. <...>.

- А Вам нравятся мои стихи? - Я их понимаю, твой стиль близок моему. - Только не надо так говорить. Сначала Вы сочувствуете, восхищаетесь, помогаете, потом - влюбляетесь. Так и бывает с мужчинами, со взрослыми особенно. Ничего хорошего Вам от этого не будет. А вот встречаться с Ваш - мы где-то уже. встречались. Вы же не наивный человек, понимаете, что земные встречи случайными не бывают. <...>.

- Через несколько месяцев ты заканчиваешь школу. Куда пойдешь учиться? - В этой жизни я все же - простая девчонка, даже двойки иногда получаю. Не хочу объяснять, почему. Сама виновата. А учиться - у меня много вариантов: мехмат университета, юридический, институт культуры, Литературный институт, факультет философии, дворничиха - этому тоже нужно учиться... <...>.

- А поэзия? Ты не хочешь стать поэтессой? - Нет, это меня к чему-то обязало бы. Нужна полная раскованность. Захочет душа - будет стихотворение. Не сможет - значит, не созрело. Может, напечатаю. Может, оставлю для друзей. Я посмотрю. Дело не принципах. Дело в том, кому это нужно и какая польза. Если Литературный институт поступлю, то - для этого. /Илла. /Виртуальный клуб/ // Всякая всячина, М9, 5.12.03, г. Чапаевск, с 11./.

-Идла, в нашем с тобой интервью мы всех запутали. Вот, говорят, что ничего не понятно: сначала Илла утверждает, что она "небесная", "звездная:"..., то вдруг начинает страстно утверждать, что она, Илла" самая земная и никакой другой быть не хочет. Какой же ты считаешь себя на самом деле? <...>.

- Вот, Когда я чувствовала, что Вы хотите сделать из меня небесного "ангелочка", я немного возмутилась и стала отстаивать свою земную сущность. Я не права? Когда Вы ударились в другую крайность ,я отстаивала свою небесность. Не хочу быть односторонне земной, и не хочу быть односторонне небесной. Что же здесь непонятного? Слушая человека, нужно видеть себя на его месте, вживаться. - Илла, еще упрек: ты слишком много философствуешь. - ... Нужно более точно задавать вопросы. - Не будем ссориться. - Я не ссорюсь. А то, что ж философствую, это что, упрек? Люди разные. А я даже не философствую, просто так выражаюсь.. <...>.

- Илла, кому-то ты можешь показаться резкой. Я-то тебя понимаю: все это у тебя искренне, от души. Брать интервью, в самом деле, очень сложно. А с редактированием еще сложнее. Начинающие, как видно, очень болезненно к этому относятся. - А почему болезненно? Вы меня убедите... Если мать родит больного ребенка, разве она же несет его в больницу? - Илла, ты умная девочка. Иногда мне кажется, что ты совсем ребенок. Потом оказывается, что ты взрослая. <...>.

- Илла, а ты любила? - любила и страдала. Потом все повторялось. -Теперь отдыхаю. - Замечательно же у тебя все "распланировано". Страдания были вызваны ревностью? - Ну что Вы! Это хуже ревности - это разочарование. <...>. /Всякая Всячина, N 50, 11.12.03./

- Воля - это для тебя так важно? Илла, а ты не считаешь себя сверхчеловеком? - В смысле Ницше? - И в этом смысле, и просто в "общенародном", так скажем. - Можно в своем смысле? - Да, пожалуйста.

- Сверхчеловек по естественной семантике понятия - это "выше человека". А выше человека - Бог, рядом Христос. А значит - Жертвенность. Хотелось бы быть сверхчеловеком в этом смысле: ближе к Богу, Отдача и Жертвенность, - но не в смысле "Повелевать" (у А.И. Солженицына в статье "Образованщина" /1974/ есть понятие "жертвенная элита", очень близкое к размышлениям Иллы - Д.К.). Помните, от Иисуса Христа ждали, что он царством Земным будет править. А он в Царство Небесное звал. А Воля нужна - сильная, добрая, умная. Если Вы хотите так считать, то считайте меня Сверхчеловеком - тогда я самое уязвимое существо на свете. Что касается Ницше, то его просто неправильно - поняли. - Но с этим как-то не сочетается... Девочки прочитали и говорят: "сама сознается, что двойки получает, а чего-то из себя строит.

- Глупенькие. Они же по себе судят. Я не люблю двойки получать, - это стыдно и глупое. Это же, как было: я получила пятерку по географии, а через два дня нужно снова готовиться к этому уроку, А я в этот день философией занималась, стихи сочиняла, а времени в сутках не хватает - сами знаете. Ну вот, я решила не прерываться: что за занятия философией с прерыванием. Это же потеря мысли. А географию я могла бы в другой раз выучить - мне не надо напоминать. Вот и решила рискнуть. Когда меня вызвали, я призналась, что не готова и мне честно поставили двойку. - А почему "честно поставили", ты могла бы объяснить ситуацию заранее. - А у нас была дискуссия в перемену, и я не то, что забыла - не успела. Только собралась, а меня и вызвали. Но объяснять ничего не стала. Вы же знаете, какие дети и как трудно преподавателям. Простили бы мне - потеряли бы контроль над другими, так что все правильно - я сама виновата. - Ты никогда никого не винишь? - плохих, людей, например

- И это тоже глупо. Никогда не называю людей плохими. Зачем? У каждого свой свет. Ну, поставили клеймо - лучше будет? Мало кто будет дет бороться с клеймом. В основном люди - внушаемые, слабые, обидчивые: "ну, раз назвали, таким и буду". Что значит "плохие"? - несчастных много". /Всякая всячина, N7, 13.02.04./.

- Илла, а тебе не кажется, что иногда твоя искренность может быть немного "убийственной", как и забота? - Сами же понимаете, что это не так. Искренность не может быть убийственной по определению. А если убийственная, значит подделка под искренность, надругательство над ней. Так бывает, я знаю. Говорят: "Я тебе искренне правду скажу..." - а на деле - цинизм. /Всякая всячина,N1, 12.03.04./.

- Что там сейчас обо мне говорят? Повторите. - Что много мнит о себе. Что Илла вообще не существует - мистификация. Что Илла - какая-нибудь уродина, а о мальчиках все выдумала и теперь боится показаться. Что она боится, что ее узнают учителя и будут придираться... - Что касается таинственности, то я уже в прошлый раз: объяснила, почему все так. И что здесь вообще такого?! А кто такой Козьма Прутков? - это теперь все известно" А кто за Шекспира писал? А сколько литературных мистификаций, таинств!? Это же литературный прием" А "Звездный Виртуальный клуб" просто обязан быть носителем таинственности, иначе он не звездный и не виртуальный. /Всякая всячина, N З, 26.03.04./.

Да, эти виртуальные диалоги - действительно тонкая и добрая литературная мистификация. Какова ее педагогическая наполненность, каков ее смысл?

1. Развивавшийся на многих газетных листах разговор школьницы и учителя обладает той несомненной ценностью, что мы видим непрерывный процесс структурирования вполне незаурядной личности, но склонной к хаотичности и эксцентричности мышления, соединенного с интровертивной рефлексией. Автор помогает ей своими вопросами и ответами медленно, но неустанно "открывать свое Я", не то, которое кажется Илле собственной самостыо, а то, которое, вероятнее всего, существует на самом деле (с поправкой на виртуальность персонажа). "Илла, познай самою Себя! "• - таков неоглашаемый рефрен всего большого интервью-диалога" Нельзя утверждать, что это (форма "сократического диалога", но упомянутый путь был и путем учеников Сократа, ведомых учителем неспешным шагом беседы.

2. Сверстницы и сверстники Иллы могут что угодно думать и говорить о ней, вплоть до полного неприятия ее речей. Но каждый обязательно тайно соразмерит себя с ее личностью, сравнит себя с нею - в полном соответствии с законами психологии ранней юности. "Мы всегда явно отвергаем то, на что втайне хотели бы походить "" Ведь Илла тоже все время опрашивает и отвечает "правду". И, возможно, это сравнения себя с другим вызовет у читателей желание продолжить уже свой диалог с героиней Е.М. Гуреева. Таким образом, произошла встреча "Я и Ты", в которой человек через Ты становится Я, как считал крупнейший философ Мартин Бубер. Познание Другого как части самого себя есть событие-встреча - одно из главных положений в культурофилософии М. Бубера. Именно педагогичесяое мастерство, человеческая и поэтическая чуткость автора и помогли смоделировать в форме художественного артефакта вот такое диалогическое "отстранение" от стандартных приемов воспитания, и методом виртуального диалога способствовать вполне реальному и земному, всем так необходимому явлению - событию-встрече.

З. Можно предположить, что - для автора текстов об Илле этот виртуальный персонаж является своеобразным "альтер эго" - его вторым я. В таком случае, педагогический диалог - средство творческого самопознания, самодиалог. Ведь в своих учениках-собеседниках умный педагог всегда стремится найти и обычно находит то, что особенно дорого его личной самости. Роль наставника, духовного отца всегда предполагает , что мы не только передаем воспитаннику лучшие качества своей натуры, но и берем у него взамен нечто, чем не обладаем сами* "Юность - это возмездие" - сказал Г. Ибсен. Но юность - это и позабытое наше прошлое, школа, в которую мы никогда не вернемся, но можем хотя бы мысленно, виртуально в случае Е.М. Гуреева, вообразить индивидуума, каким хотели бы быть в свои годы молодости. Лев Шестов в книге "Достоевский и Ницше" задавал мучительный вопрос: "Знаете ли вы, что для иных учителей нет больших мук в мире, чем слишком верующие и последовательные ученики?" /Сочинения. М., 1990, с. 35/. Анализированные тексты говорят о том, что Е.М.Гуреев это знает.


11 июня 2004 г.


О России, христианстве, современном образовании


и о многом другом


Интервью Д.И. Корнющенко Е.М. Гурееву


Дмитрий Ильич Корнющенко - историк, философ, педагог, культуролог, искусствовед, Лауреат I\/-ой Артиады в области литературы, член РФО, автор многих трудов по философии, культуре, педагогике. Недавно был избран академиком Академии Творческой педагогики.


Гуреев Евгений Михайлович, член РСПЛ, председатель ЧО РСПЛ, член РФО, координатор Виртуального литературного клуба "Илла", постоянный ведущий "Литературной страницы", рубрик "Зеркала", "Литературно-музыкальный салон", "Сквозь время", "Илла" в городской газете "Всякая Всячина".


Гуреев Е, М.: В ходе интервью мои личные оценки временами в чем-то расходятся с оценками Дмитрия Ильича, особенно по части западничества и русофильства, но, это не дает оснований превращать интервью в полемику. Прошу и других читателей принимать точку зрения Д.И., как и всех интервьюируемых, спокойно.


Интервью


Е.М. Вас недавно избрали Академиком АТП (Академии творческой педагогики). Расскажите немного о том, как Вам удалось получить такое высокое звание - ведь вместе с Вами баллотировались известные ученые, но не всем удалось получить это звание.

Д.И. АТП возникла как альтернатива организации педагогов-ученых, теоретиков и практиков. С середины 90-х годов XX века стало очевидным, что АПН (РАО) не способна живо откликаться на животрепещущие вопросы образования и воспитания. Кроме того, приняв название "Российская Академия образования", она широко распахнула двери для избрания в академики лиц, совершенно никакого отношения ни к теории, ни к практике педагогики не имеющих. Замечу, тем не менее, что РАО остается очень престижной педагогической системой, но выборы и баллотировка в членкоры и академики давно уже превратились в закулисный сговор. Выбирают не тех, кто достоин, а тех, кто нужен и полезен. На моих глазах провалены несколько очень заслуженных кандидатов, зато выбрали тех, о ком знают

АТП принимает в свои ряды, напротив, тех, кто способен генерировать новые идеи, "пассионариев" в педагогике, тех, кто и словом, и делом доказал нешаблонность мышления, кто в живом педагогическом пространстве смог добиться впечатляющих результатов. Президиум АТП не придерживается принципа научной иерархии (насколько мне известно, в Чапаевске двое директоров школ тоже являются членами АТП), однако, отбор кандидатур тоже достаточно строг, нужны убедительные свидетельства того, что ты имеешь право претендовать на титул Академика АТП.

В 2003 г. в педагогических и философских журналах Москвы были опубликованы два цикла моих статей: первый - о концепции элитарного образования, вторая - о состоянии философии образования. Они привлекли серьезное внимание и педагогов, и философов, т.к. и та, и другая темы в отечественной литературе практически не представлены (за немногим исключением). В октябре-декабре этого года полностью вышел из печати пятитысячный тираж второго издания моей книги "Интегральная диалогика": попытка новой технологии гуманитарного образования. Этот трактат объединяет в себе обе темы и не только на теоретическом, но и на практическом уровнях. Поэтому он и был рекомендован в качестве учебно-методического пособия для педагогических вузов. Пользуюсь случаем, чтобы поблагодарить Вас, Е.М., за первый отклик (в январе 2004г.) на выход в свет моей главной книги. Потом были и другие отзывы, но Ваш мне особенно дорог. Книга была быстро распределена по научно-педагогическим библиотекам (я читал в декабре сведения о ней в каталожной карточке библиотеки имени Ушинского), поступила в продажу в книготорговую сеть и к весне полностью разошлась. В этом отношении у нее был существенный недостаток: цена одного экземпляра - 296 рублей. Я ведь писал свой труд, прежде всего, для учителей!

Вот на основании этой информации Президент АТП Л.И. Рувинский, с которым мы были когда-то шапочно знакомы, предложил мне через других лиц подать заявление о вступлении в АТП, биографические сведения и список научных трудов. В начале апреля я это сделал. 27 мая в НИИ Института теории и истории педагогики РАО мне торжественно был вручен диплом Академика АТП, - вместе с М.А. Лукацким, видным специалистом в изучении педагогического наследия Л.Н. Толстого.

-- Вам предлагали вступить в Союз писателей. Почему Вы отказались от этого предложения?

Во-первых, не считаю себя писателем, хотя являюсь автором пяти книг и, примерно, двух десятков статей, эссе, предисловий и послесловий к чужим книгам. "Метафизика ленты Мёбиуса" была награждена дипломом Артиады \/I именно в номинации "Литература. Лига Мастеров. Гильдия профессионалов". Т.е. по стандартным критериям все вроде бы сходится, а рекомендации мне могли бы дать широко известные литературные деятели, например, Л.А. Аннинский. Однако, в моем представлении статус писателя стоит значительно выше тех возможностей, которые я мог бы уделить писательскому делу в настоящее время.

Во- вторых, мне предлагали вступить в Союз писателей Москвы, а эта творческая организация имеет иные эстетические, политические, религиозные принципы, чем те, которыми обладаю я. Москва издревле считалась синекдохой "почвы и крови", оплотом национал-патриотизма. Печатным органом СПМ является журнал "Литературная учеба". Это центристско-умеренный журнал, отражающий позиции "просвещенного патриотизма". Я хорошо знаю многих членов редакции, включая гл. редактора В. Малютина, по их приглашению бывал на нескольких вечерах ЦДЛ. Это уважаемые и достойные люди, но чуть больше, чем следовало бы, педализирующие тему патриотизма и православия. Концентрированно это можно выразить такой максимой: "быть русским - это значит быть православным. А быть православным - это значит быть патриотом", которая неадекватно используется. Вначале я спорил с ними, потом перестал, т.к. обнаружил в их образовании серьезные пробелы в сфере русской истории, философии, да и канонического православия. Думаю, эти пробелы и позволяют им часто безапелляционно демонстрировать утверждение, вроде приведенного выше. И Бог с ними, это факт их биографии, а не моей.

Однако, идеологическим рупором СПМ является очень неглупый, талантливый, эрудированный критик В. Бондаренко, который заявил о себе впечатляющими статьями в середине 80-х годов. Этот литератор принадлежит к числу "оголтелых православных патриотов", и нельзя сказать, что я не вижу в его творчестве верных, вполне приемлемых идей. Если мы оказываемся вместе на каком-то литературном мероприятии, ко мне обязательно подойдут и предупредят: "Смотрите, не сцепитесь с Бондаренко!" Не знаю, предупреждают ли его. Но наши книги каким-то загадочным образом оказываются всегда рядом. Так на последней церемонии вручения дипломов Артиады \/II, на которую я был приглашен как лауреат предыдущей Артиады, произошел забавный казус: на стенде-выставке мирно стояли рядышком его книга "красный лик патриотизма" и моя "Метафизика ленты Мёбиуса и "Интегральная диалогика"! Сама церемония происходила 27.02.04 в "Доме национальностей Москвы". После окончания церемонии ответственный секретарь Л.У. Звонарева тревожно спросила меня, разговаривал ли я с Бондаренко. Я же неожиданно для себя произнес: "Нет, но книгу его я видал". - Какую книгу? - "Красный член патриотизма"! У меня, очевидно, возникла ассоциация со строкой древнеславянского текста "Слова о полку Игореве": "мечут стрелами, как алыми удами", которая буквально на современный русский язык не переводится. Звонарева посмотрела на меня подозрительно и с каким-то ужасом, и ничего не ответила.

Вот почему я отказался от предложения вступить в СПМ. Хотя я не исключаю возможности позднее войти в одну из писательских организаций Москвы либерально-европейского направления. Просто до поры до времени мне приходится пользоваться тем, что случай ставит на моем пути, а сознательно стремиться найти своих "братьев по крови" я всерьез не предпринимал по множеству обстоятельств.

Между прочим, после завершения награждения новых лауреатов Артиады \/II, я беседовал с Президентом Артийского комитета России. Господин Тарбоков дал мне понять, что в 2005 году на Артиаду \/III моя "Интегральная диалогика" будет выдвинута в номинации "Подвижничество".


Е.М. Ваши научные интересы многоплановы: собственно философия, история, культурология, история искусств, педагогика и психология, социология и политология, методология науки, литературоведение. Ваш подход к этим направлениям является интегральным и диалогичным. Тем не менее, отдаете ли Вы в настоящее время чему-либо из перечисленного особый приоритет? С чем это связано?

Д.И. Возможно, кое-кто из жителей Чапаевска еще помнит мою обширную библиотеку, из-за которой ко мне десятки лет обращались за помощью многие и многие. И никогда не получали отказа, так как в библиотеке были нужные и редкие книги по всем областям гуманитарного знания и правоведения, не говоря уже о художественной литературе высокого уровня, огромного количества литературных, искусствоведческих, общественно-политических журналов.

Все эти науки я преподавал, порою по несколько курсов, одним и тем же ученикам или студентам. Интерес к гуманитарии появился у меня с раннего детства, пробудила его моя мать Корнющенко Надежда Дмитриевна, которая родилась в начале XX века, поэтому успела получить классическое гимназическое образование. Доступ в советский вуз ей был закрыт из-за дворянского происхождения. Тем не менее, она была прекрасным педагогом дошкольного воспитания, а уровень ее образованности, начитанности на порядок превосходил уровень наших "образованцев", закончивших советские вузы. От матери я узнал и услышал много такого, о чем даже не подозревали мои сверстники. Плюс чудом сохранившиеся остатки библиотеки прадеда и деда, прижизненные издания авторов "Серебряного века", Ницше, Шопенгауэр, Бердяев, Л. Шестов и т.п. Все это обсуждалось в нашей семье в тяжкие послевоенные годы. Эти строки интервью - дань уважения памяти моей матери, т.к. приближается 100-летняя годовщина ее рождения.

Ныне, Вы правы, я сосредоточился сравнительно на немногом. Приоритет отдается тому, что, на мой взгляд, имеет наибольшую аксиологическую значимость в сфере образования. Поэтому философия, педагогика, психология, методология науки в моем сегодняшнем сознании включены в общую научно-педагогическую парадигму: философия педагогики.

Культурология, история искусств, литературоведение включены в культурно-педагогическую парадигму: диалог культур.

В совокупности эти парадигмы составляют самое главное в моей сегодняшней мысли: дальнейшее расширение и разработка интенсивно-креативной технологии интегральной диалогики как элитарной педагогической концепции гуманитарного образования и воспитания. Это первое, второе и третье.

Четвертое - синтез истории, социологии и политологии, культурологии России X\/III века.

Почему происходит такое сужение рамок научной мысли? Прежде всего это связано с моим возрастом, который почему-то возрастает в годах, а не убывает.

Во-вторых, Вы помните, Е.М., строку на последней обложке "Интегральной диалогики"? - "...Это книга для тех, кому не безразлична судьба России". По-моему, это готовый ответ.

В-третьих, - возвращение долга памяти молим предкам, жившим и служившим на благо России в X\/III веке, и - выполнение долга перед детьми и внуками, которые должны знать, - кто же им предшествовал в N - ом поколении. Никто, кроме меня, этот долг выполнить не может.

Современной социологией и политологией я больше не занимаюсь. На ближайшие два десятилетия в главном направлении развития общества России худо-бедно все просматривается, и это направление не пробуждает во мне инстинкта исследователя. А потом меня не будет, ничего не поделаешь. Поэтому я хочу больше оставить детям и особенно внукам. Мне бы очень хотелось, чтобы они жили среди людей, умеющих мыслить и жить достойно. Отсюда: воспитание и восстановление исторической памяти.

Е.М. Ваши книги и статьи часто затрагивают непростые вопросы нашего общественного бытия и вызывают взаимоисключающие отклики. Почему так происходит?

Д.И. Наверное, как раз потому, что затрагивают непростые вопросы, на которые я и сам нередко не знаю ответа. Но поставить вопрос (вспомните методологию науки, в частности, книгу Т. Куна "Структура научных революций"), - это уже наполовину решить проблему. Кроме того, многое зависит от совпадения архетипа автора и архетипа читателя, а еще больше - от уровня культуры и образованности читателя. Вспомните полемику годичной давности. Ну что я мог поделать с читателем, который метафизику называет лжеучением? Или с другим читателем, считающим себя марксистом, но сообщающим о святая святых диалектического марксизма - спиралевидной модели развития общества - что это реакционная теория вечного возвращения? Я могу лишь сказать: бедные Гегель и Маркс с Энгельсом, получившие таких наследников.

На семинарах и "круглых столах" в институте философии, истории, социологии РАН мне приходилось выступать с куда более радикальными, антимифическими заявлениями, не сглаживая углов, а предлагая рассмотреть проблему или изнутри, или со стороны другого (т.е. эмпатически).

Вот, например, вопрос, который я предложил рассмотреть на "круглом столе" в Институте отечественной истории. Какой характер носила вторая мировая война с конца 1944 г. со стороны СССР и со стороны Германии? Пришлось признать, что со стороны Советского Союза она уже не была "отечественной", а вот со стороны Германии приобрела именно такой характер. Мне даже подсказали: война 1612 г. носила характер отечественной до изгнания Наполеона из России. Последующие военные действия назывались: "заграничные походы русской армии в 1813 - 1814 гг.

Второй мой вопрос, прозвучавший там же (февраль 2003 г.), - "Кого должна больше благодарить Западная Европа за освобождение: наступающую с востока героическую Красную армию или героически сопротивляющийся ей до последнего человека Вермахт? Непристрастный анализ показал, что отчаянное сопротивление немцев, допустивших Советские войска только до Эльбы, оказало решающее влияние на послевоенные судьбы Западной Европы, особенно - в сравнении с порабощенными коммунистическим гнетом народами Восточной Европы.

Эту опасность прекрасно видел У. Черчилль, когда настойчиво требовал от Г. Трумена и Д. Эйзенхауэра подтягивания войск союзников для штурм а Берлина с Запада. Но оба не приняли требований Черчилля: Трумен - по политическим соображениям, Эйзенхауэр - по военным. А также - потому, что оба ценили жизнь американских солдат, чтобы бросить их на убой. Это сыграло на руку Сталину - ценой свыше 300 тысяч бойцов Красной Армии. Зато послевоенная история показала, что прав был Черчилль, так как взятие Берлина союзниками в корне изменило бы сложившуюся после войны Ялтинско - Потсдамскую систему миропорядка. Возможно, не было бы 100 миллионов жертв коммунистических репрессий во всех частях света, исключая, разве что, Австралию и Антарктиду.

История - наука точная и требует не менее строгих дефиниций, чем математические и естественные науки. Но она имеет один роковой недостаток: эти дефиниции появляются намного позже явления, которое они определяют. До их появления эту роль выполняют мифологемы, созданные на потребу дня господствующей идеологией.

Е.М. Дмитрий Ильич, это все очень интересно, но это было в Москве. В Чапаевске это вызовет настоящий ураган эмоций и агрессии. Поэтому прошу у Вас извинения, но про Великую Отечественную войну мы на этот раз опустим и продолжим дальше.

Д.И. Ну вот другой пример. Мое большое эссе "Каким воспитателем был Ницше" в "Трудах членов РФО" Л.Н. Балашов сопроводил критическим текстом, который завершил сакраментальной фразой: "тот, кто восхваляет философию Ницше, является пособником зла!"

Это выглядело настолько нелепо в наши дни, когда еще в советские времена был поколеблен миф о Ницше как пособнике зла, когда тиражи книг Ницше с 1989 давно перевалили за миллионную отметку, когда издано множество отечественных и зарубежных монографий, сборников работ о великом немецком философе-поэте, - что мне оставалось лишь недоуменно пожать плечами. Но мой друг, старейший российский философ В.А. Разумный, автор концепции о наступлении эпохи быдлизма и йехуизма в современном российском обществе и культуре возмущенно сказал: Вы же автор двух прекрасных книг о Ницше! Да за такие выпады раньше на дуэль вызывали!" Но на вызов Балашова я ответил по-своему: опубликовал в тех же "Трудах" огромную философско-историческую статью, в которой свел на нет все обвинения господина Балашова. Вот такой был предложен диалог. Больше комментариев не последовало.

Самый сильный резонанс имела моя статья, которую Вы (Е.М.) уже дважды упоминали на страницах "В.В.": Философия образования - неуловимая структура современной педагогики" в журнале "Образование и общество". Значимость проблем образования, затронутых в этой статье, была настолько велика, что из Новосибирска приехала специально для встречи со мной Н.В. Наливайко - директор единственного в стране НИИ философии образования (мы знакомы с 2001 г. по совместному участию в семинарах философского актива России; в их журнале "Философия образования XXI века" я публиковал огромные главы из "Интегральной диалогики"). После двухчасовой беседы я, в свою очередь, познакомил ее с лабораторией "философии образования" в системе РАО. В результате возникла идея о создании Всероссийской Ассоциации философии образования, которая должна объединить педагогов-теоретиков и практиков, философов - всех, кто занимается вопросами Ф.О.

Другой своей удачей считаю помощь при создании отделения РФО при Сам ГПУ по изучению дэсмоэкологии. Это новое научное направление, разрабатываемое зав. Кафедрой экологии А.Г. Бусыгиным. Идея родилась в Президиуме РФО при моем активном содействии. Затем я помог в технических и организационных формах созданию названного отделения, - и вот оно существует в составе 23 человек.

Вот такова "неоднозначная" оценка моих трудов на гуманитарной ниве.

Е.М.: В своих работах Вы часто обращаетесь к понятию "элита", а в педагогике отстаиваете идею элитарного образования. В целом я разделяю Вашу позицию, но не могли бы Вы прояснить ее для читателя?

Д.И.: Понятие "элита" было не новым и для советского общества. Оно функционировало на уровне знаменитого лозунга из сказки - утопии Д.Оруэлла: "Скотный двор" - "все животные равны, но есть животные, которые наиболее равны". Вот эти "наиболее равные животные и составляли партийную, советскую, хозяйственную и даже творческую элиту. Все остальные граждане были равны в бесправии, полунищете, в праве гордиться своим передовым общественным строем. И на верхах, и на нижних этажах власти это были такие образчики элиты, что их взаимозаменяемость ровным счетом качественно ничего изменить не могла.

Е.М.: Но теперь наша славная "демократия" пытается выстроить нечто подобное.

Д.И.: Демократия - в кавычках. Если же серьезно говорить о слое элиты, неизбежном и необходимом в любом государстве, обществе, их структурах, то существует наука "Элитология". Ее основателем был итальянский социолог В. Парето, в книге которого "Теория элит" (начало XXвека) им была впервые проведена градация элит: "элита крови" в традиционном обществе, "элита богатства" в индустриальном, "властная элита" в любом обществе. Современная элитология (в России ведущими элитологами являются Г.Н. Ашин, издается журнал "Элитологические исследования") дополнила классификацию В. Парето еще одним понятием "элита знаний" в постиндустриальном обществе, особенно - в стадии информационной эпохи. "Элита власти" в демократическом обществе трактуется достаточно просто: это люди, в результате демократических процедур вставшие у кормила трех ветвей власти - законодательной, исполнительной, судебной. Произошли новые выборы - и происходит смена элит, власть получают другие люди и становятся "элитой власти", а прежние превращаются в обычных граждан. Это простой, достаточно отработанный процесс, в котором правовое государство контактирует с гражданским обществом, а понятие "элита" относится к разряду политологических терминов.

Международное операциональное и антропологическое определение элит звучит так: "Элиты - это те, кто имеет большую долю каких бы ни было лимитированных благ данного общества. Массы - это те, кому принадлежит меньшая доля этих благ".

Понятие "элита" может быть наполнено иным, обыденным содержанием; в частности, в российском обществе оно причудливо сочетает в себе негативно-подозрительное и, в то же время, тайно-завистливое отношение. Вроде бы все элиту не любят, но все хотели бы войти в ее состав. Мое личное транскрибирование включает, прежде всего, в состав элитарности духовное и творческое начала.

Е.М.: В этом и состоит идея понятия "элита" и ее конечная версификация. Если мы будем придавать этому понятию его целевое значение, то рано или поздно добьемся, что оно будет основной версией понятия. Извините, что перебил.

Д.И.: Ни происхождение, ни богатство, ни власть не являются для моего оценочного критерия признаком элиты. Напротив, очень часто я наблюдаю, что люди, возомнившие себя элитой на основании перечисленных выше признаков, в действительности по своим этическим, эстетическим качествам принадлежат к совершенно противоположной категории к категории "быдла", в том числе - и в творческой среде. "Быдло" - не оскорбление, не ругательство. Это стиль поведения, образ мышления, образ жизни. Как термин он входит ныне в категориальный аппарат социологии и социальной психологии. Расширенная дефиниция понятия "быдла" принадлежит В.А. Разумному и особенно точно описал этот, далеко не новый для России феномен, социолог Игорь Яковенко. Чаще всего он предстает в образе хама, обрадованного тем, что "начальство ушло" (из В. Розанова). Вот почему названные специалисты считают, что к быдлу следует отнести 2/3 населения России. Рост объясняется тем, что раньше, все-таки, начальства боялись, а как пользоваться свободой русского человека никто не научил.

Е.М.: Мы с Вами, по-моему, здесь не расходимся: приоритет учителя должен быть предоставлен духовности и культуре.

Д.И.: Подлинной культуре! ...Быдло всегда себе на уме, знает, как из любой ситуации "выжать" максимальное количество благ лично для себя. И. Янковсий очень удачно назвал эту неискоренимую потребность быдла извлекать из всего выгоду простонародным словом: "хитрожопость". В то же время быдло труслив, подобострастный лакей с вышестоящими. Однако, он отыгрывается на нижестоящих, или на тех, кто не способен действовать его методами. Раб и тиран в одном лице, быдло легко становится мучителем и палачом. Принадлежность к сословию интеллигенции значения не имеет, поскольку среди нее много "образованцев". Интеллигентом он является только по социальной роли.

Е.М.: Я бы отметил такой момент, касающийся идеи термина "быдло". Все-таки она (не научное значение, а идея) носит оскорбительный характер. А нашему человеку так свойственно: идею понятия "элита" (поскольку оно положительное) не замечает и использует нынешнее ее операциональное значение. А вот в отношении "быдла" идея-то как раз и замечается (поскольку она отрицательная), а об операциональном, прагматическом значении понятия мало кто догадывается, а, догадавшись, все равно не признает. Может, со временем в научно-социологической литературе будет найден другой термин. Кроме того, очень редко отдельного человека можно целиком отнести к "элите" или "быдлу"

Д.И.: В связи с этим следует честно признать, что линия раздела между элитой и быдло проходит через каждого человека, а не только между людьми. И я могу сказать о себе: внезапно, вдруг, обнаруживаю у себя что-то вроде очень похожее на наш российский быдлизм.

Е.М.: А я за этим фактом вашего внезапного прозрения обнаруживаю дополнительный плюс на "чаше элитарности".

Д.И.: Порой замечаю то же самое у достойных, высоко духовных людей. Такова природа человека. Но разница все-таки есть: быдло никогда не заметит и не скажет о себе "я быдло". Человек элиты обязательно заметит это за собой и скажет "я поступил, как быдло".

Е.М.: Дмитрий Ильич, я-то понимаю, на каком языке Вы говорите, но я попробую перевести это на другой язык, хотя не гарантирую, что любой читатель поймет и его. Хочу подчеркнуть, что мы оба против навешивания ярлыков (чего не может избежать социология при своем анализе уже не конкретных, а абстрактных людей) Во-первых, человек существо внушаемое. Во-вторых, перенос человека в какую-либо категориальную нишу неправомерен - это кастовость. Каждому дано право на исправление. Прошу читателя смотреть не по поверхности сказанного, а вглубь. Когда вам кажется, что "неправда", ищите правду. Когда кажется, что все верно - ищите ошибку. Перевожу слова Д.И. так: "быдло никогда не заметит и не скажет о себе: "я быдло", пока он - быдло. Если это не научная, не философская статья (или, Боже упаси, - эмоциональный срыв), то мы оба согласны с тем, что называть быдлом конкретного человека не следует, а - указывать на то, что какие-то черты являются "быдлизмом" - это, может и резко, но допустимо и даже во многих случаях неизбежно.

Д.И.: То понятие элиты, которое я считаю совершенным, лучше всего выразил А.И. Солженицын в статье "Образованщина"(1974). "первое малое меньшинство которое найдет себе новое определение - еще в фильтре или уже по другую сторону его, узнавая себя и друг друга.... Не ошибемся, назвав их пока жертвенной элитой". Тут слово "элита" уже не вызовет ничьей зависти, уж очень беззавистный отбор в нее, никто не обжалует, почему его не включили: включайся, ради Бога! Иди, продавливайся. Духовная сфера деятельности жертвенной элиты это та трагедия, на подмостки которой вступают только добровольцы духа.

Е.М.: Полагаю, что и здесь всё же может быть "зависть", хорошая (а, может, и нехорошая тоже) зависть: "а почему я не в силах пойти на такую жертвенность?!" Может, я немножко разойдусь с Александром Исаевичем, но думаю, что элита всегда должна быть жертвенной, даже при самом благополучном обществе. И меньшинством в идеале она не обязана быть: нужно стремиться, насколько это возможно на грешной Земле, чтобы все стали "элитой", вопреки изначальному ограничительному значению понятия.

Д.И.: Вот из этого многоуровневого социального, культурного, психологического пласта и вырастает моя педагогическая концепция элитарного образования. В сфере образования под благами следует понимать те духовные и интеллектуальные ценности, которые предлагаются учащимся. Если их объем, уровень преподавания, степень инновационной значимости значительно превышает стандартны образования в общеобразовательной школе, то, следовательно, мы будем иметь форму элитарного (или элитного образования). Социальный и материальный факторы при отборе учащихся не являются критерием элиты, хотя могут повлиять на обретение духовных благ вне рамок учебного заведения как положительно, так и резко отрицательно. Но в идеальном варианте элитарного образования эти факторы не учитываются. Обучать всех детей методами высоких технологий, к числу которых по общепринятой классификации принадлежит интегральная диалогика, нельзя.

Е.М.: И опасно...

Д.И.: Думаю, мы хорошо понимаем друг друга. Массовая школа губит детей с нестандартными формами мышления, с глубокими интересами в какой-то области науки или культуры. Я понял это еще в 60-хе годы и всегда старался находить детей с гуманитарными формой мышления, с правополушарным мышлением. Это не "одаренные дети" (расхожий и неправильно понимаемый термин), но способные в какой-то одной, поглощающей их сфере деятельности, достичь высоких результатов. Часто они принадлежат к категории детей с высокой степенью обучаемости, но могут показывать и катастрофические результаты в сфере математических и естественных наук. Таков их менталитет: любознательные книгочеи или странники по сети Интернета, мечтатели, обладающие системой ценностей, которую приходится скрывать от сверстников, опасаясь насмешек; в обычной школе им не только неуютно, но порою и страшно.

Вот для таких детей необходимы образовательные учреждения нового типа: гимназии, лицеи, колледжи. В них ребенок обретает столь необходимую ему интеллектуальную и психологическую нишу. По опыту работы в таких учреждениях знаю, как даже в условиях наибольшего благоприятствования им трудно перейти к новому, нестесненному для них образу мысли и свободного поведения.

Для других школ уход таких детей - не всегда приятное событие: "утечка мозгов". Но другого пути для создания высокообразованной, духовноориентированной элиты порка нет и не видно. Нее будет ее - не будет культурного мозга нации.

Е.М.: Не только утечка мозгов, но и утечка зарплаты из учительского не очень богатого кармана. Благодаря нашей умело поставленной "пропаганде" мало, кто подозревает, что ставка учителя колеблется где-то в районе 800-1500 - 1700 рублей!!!, и ту есть угроза урезать. Что делать учителю?

Д.И.: Это на грани преступления. И вместо преобладания "элиты знаний и культуры", как это принято ныне в цивилизованном мире, опять получим быдлократию. Нам, россиянам, не привыкать. Поэтому тешим себя собственными открытиями. В Чапаевске и области несколько лет назад появилось неизвестно кем сочиненная концепция воспитания одаренных детей. Сначала я недоумевал: откуда эти методисты взяли "одаренных детей"? За 43 года работы я, может быть, встретил человек пять одаренных детей (в какой-то одной области) и, может быть, 1-2 особо одаренных ребенка. Такие дети встречаются редко: 1 на несколько тысяч и более.

Е.М.: У меня почти такие же цифры. Но это девальвация понятий. Никто не понимает опасности такого явления. Я хочу проанализировать его с семантической, и социальной точек зрения в "Трудах РФО". Приятно, конечно, ребенку считать себя одаренным, а кто не хочет сделать приятное. Ну вот, мы с Вами, наверное, уже и "враги". А кто задумывается о том, что из-за этого потом может сломаться судьба человека?

Д.И.: Общепринятые данные статистики показывает, что особо одаренных детей бывает 2 - 3%. В Чапаевске же их обнаружилось 25%. И никакой методики выявления одаренных детей, хотя такая методика существует и на самых разных уровнях. Постепенно я выяснил, что к "одаренным" в Чапаевске относят детей, помещающих заметки и стихотворения в местной печати, занимающиеся в музыкальных школах в пресс-центре, в танцевальных и хоровых коллективах, в музыкальных ансамблях и т.д. И еще - победители предметных городских и областных олимпиад.

Следовательно, всё то, что в психологии называется задатками, способностями, интересами, попало одним махом в высшую категорию одаренности, а там - недалеко и до гениальности

Е.М.: Ну, на уровне не детей, а - наших литераторов, такие уже вроде бы и появились. Нужно проанализировать, почему в Чапаевске во всех сферах жизни такой перекос в сторону маниловщины, преувеличения заслуг, подобострастия, безмерного соглашательства. Ведь это имеет какую-то историческую подоплеку.

Д.И.: Я думаю, это искусственное причисление к элите многим способным детям сослужило плохую службу, когда они обнаружили, что таких, как они, очень много. Хорошо, что они есть, но плохо, что они изначально чувствовали себя благодаря ореолу одаренности, навязанному им взрослыми тетями, людьми первого сорта, а остальных - второго, третьего, что, кстати, никогда не позволит себе истинно одаренный школьник. А попробуйте покритиковать такого "одаренного"? - для него это трагедия! Представьте себе, Е.М., что в вашей литературной организации появится некто, который начнет делить чапаевских поэтов по сортам: этот первосортный, этот второсортный, этот третьесортный. Что можно сказать о таком Угрюм - Бурчееве, который в городе Глупове установил для каждого гражданина строгий ранжир?

Е.М. Вы, как в воду смотрите, - я об этом даже в газете писал. Увы, безрезультатно.

Д.И.: Я бы подумал, что такой человек впал в маразм и потерял чувство реальности, провозгласив некий поэтический расизм. Есть такая прописная истина: нет поэтов больших и маленьких, есть хорошие поэты и плохие поэты. Первые - талантливы, вторые - графоманы. А.П. Чехов в одной из записных книжек полушутя констатировал: "Есть большие собаки и маленькие собаки, но последние не должны смущаться существованием больших и подавать тот голос, который им дан природой". И у великих поэтов мы найдем слабые стихи, и у средних иногда обнаруживаются шедевры. Вопрос - в способности к творчеству. Окончательную оценку поэту можно дать только после его смерти.

Е.М.: Полагаю, как и в случае прозвищ: сортовать нужно не поэтов, а конкретные стихи, да и то - по конкретике. Это - как больное дитя - его лечить надо. А если родители отказываются лечить - за это и ругать.

Д.И.: Я придумал этот пример, чтобы лучше пояснить свою концепцию элитарного образования, так как исходил из того, чтобы лучше пояснить свою концепцию элитарного образования, так как исходил из того, что мои ученики все без исключения способны к творческому обучению и старался дать им интеллектуальный первотолчок, создать ситуацию вызова-провокации; а когда, достигая этого, говорил им: "Поднимайте после каждого удачного прыжка вашу планку все выше и выше - и перепрыгивайте через нее до изнеможения, пока не одолеете высоту". И ни в коем случае не делил учеников на категории, хотя, конечно, знал, кто способен на большее, а кто - на меньшее.

Е.М.: Самое время задать Вам вопрос: какое впечатление произвел на Вас конкурс памяти Вашего сына Бориса (Марка Белого)?

Д.И. Самое отрадное впечатление. Я внимательно следил за публикациями, предваряющими конкурс с начала марта (мне приносили или присылали газеты), читал все поэтические конкурсные страницы "ВВ" с середины марта до конца мая и, конечно, подведение итогов конкурса в начале июня. Я знаю, какая это была огромная, бескорыстная работа, тем более, что конкурс "вышел" за пределы г. Чапаевска и его можно считать общегубернским. Я очень благодарен членам жюри этого конкурса М.В. Беловой и Т.В. Изотовой. Но моя самая глубокая благодарность, которую трудно передать словами, Вам, Евгений Михайлович, так как хорошо знаю, сколько усилий, сколько нервного напряжения Вам пришлось потратить. Вы были главной действующей пружиной всего процесса конкурса. Как мог, я помогал Вам, но знаю, что моя помощь в сравнении с тем, что Вы сделали, в сущности минимальными средствами. В моем личном экзистенциальном бытии этот конкурс представляется еще одним заслуженным памятником на могилу сына.

К сожалению, я не мог присутствовать на церемонии подведения итогов конкурса по причинам, о которых я сказал в начале интервью. Но на церемонии присутствовала моя жена Т.М. Корнющенко, мои внуки, в том числе Настя - дочь Бориса. После моего возвращения я услышал подробный восхищенный рассказ из их уст.

Однако, к чувству радости и благодарности примешивается чувство горечи и досады: человек, который был близким другом сына и который сам предложил мне проект второго издания книги М. Белого - для подарка всем участникам конкурса - и до последней минуты перед моим отъездом клятвенно уверял, что все будет выполнено в срок, но не сдержал обещание по причинам, которые очень трудно понять. Мне остается только принести извинения перед победителями конкурса и Вами лично, так как мы с Вами невольно оказались в роли фальсификаторов, лжецов. Через несколько дней я навсегда покидаю Чапаевск и вот это чувство невольной лжи, затронувшей многих людей и память моего сына, приходится увозить с собой. Мне остается только принести покаянные извинения и перед Вами, и перед всеми участниками конкурса не только за себя, но и за человека, который многие годы называл меня своим "духовным отцом".

Е.М. Увы, я тоже не ожидал такого поворота. Для меня это было ударом. Все это - на руку противникам конкурса, а такие нашлись. Объяснить их появление, я полагаю, можно только одним: ущемленное самолюбие и зависть. Факт нашего с Вами "фальсификаторства" стал теперь для них одним из аргументом: "Вот какие друзья были у Марка Белого!"

Д.И. Корнющенко. Что же, в моей жизни встречались предательства...

Е.М. В моей тоже. Хотелось бы надеяться, что мы ошибаемся, но время идет, события происходят, причем - необратимые...

Д.И. Я успел лично поблагодарить Валерия Щежина за добрые слова о моем покойном сыне. Мне приятно было видеть фамилии моих бывших учеников - авторов конкурсных стихотворений. Я очень благодарен и ведущей конкурса Екатерине Борщовой, тоже моей бывшей ученицы, с которой долго сохранялись теплые отношения, за прекрасное декламирование стихов сына. И, конечно, я благодарен всем поэтессам и поэтам, приславших свои стихи на конкурс.

Е.М. Добавлю, что Валерий Щежин, спасибо ему за это (это как бы оценка качества мероприятия), покритиковал меня за то, что конкурсный вечер оказался камерным - можно было пригласить больше людей, если бы мероприятие проходило не в библиотеке, а в каком-нибудь большом зале. Но я сознательно пошел на камерный характер мероприятия, опасаясь, как бы мероприятие случайно не превратилось в шоу. Я не простил бы себе такого. Именно эта локальность, как я теперь вижу, удачно оттенила и поэзию Марка, и сам конкурс от амбициозного поэтического выпендрежа.

Д.И. Я понимаю Вас - Вы правильно сделали.

Е.М., Вы обязали меня долгом дать культурологический (а, следовательно, и литературоведческий) анализ литературного процесса в Чапаевске. Считаю, что это справедливо. Но в данный момент я просто не в состоянии исполнить этот долг, однако, обещаю, что сделаю это, возможно, в течение ближайшего месяца.

В нашем интервью я хотел бы ограничиться некоторыми аналитическими наблюдениями. Среди конкурсных стихотворений профессиональной поэтической версификацией отличаются стихи В. Юдиной. С моей точки зрения, они отвечают всем канонам настоящей поэзии.

О других поэтах со всей ответственностью могу сказать следующее: подавляющее большинство стихов, прочитанных мною ходе конкурса в большинстве своем не хуже тех, которые я слышал в Центральный дом литераторов в Москве. Но и не лучше. Есть нечто, что их объединяет. Я скажу об этом, а Вы уж судите сами, прав я или не прав. Стихотворения авторов очень похожи одно на другое: формой, содержанием, мотивами. И мне кажется, это зависит от малого знакомства с русской и мировой поэзией. Достижения поэтической лиры поэтов с мировым именем, видимо, прошло стороной для поэтического цеха г. Чапаевска. Например, в европейской поэзии давно уже отказались от рифмы, преобладает верлибр, белый стих. Также пишут и российские поэты-концептуалисты. Я совсем не призываю менять форму строфы, нет! Но не знать о верлибре, не понимать такую поэзию...! Именно необычностью выглядят среди всех стихотворений строки неизвестного автора, посвященные Нике Турбиной и стихотворения Антона Большого Хулигана. По крайней мере, можно сказать, что первый автор знаком со знаменитой строфой "Дуинезских эллегий" Р. Рильке, а второй не забыл поэзию русских футуристов и обэриутов.

Видимо, поэтам Чапаевска следовало бы читать не только друг друга, но вспомнить, что мировая поэзия насчитывает не менее пяти тысячелетий и существует не только в Чапаевске.

Е.М. К сожалению, "общее" лицо нашей поэзии не вызывает особой скорби, а попытка связать наше местное творчество с классикой в "Литературном салоне" вызывает даже критику. Но Вы не упомянули имя Стеллы Оганесян. Я хотел бы, чтобы Вы оценили и ее творчество

Д.И. Вы понимаете, почему я не могу похвалить ее стихи - из чувства такта. Но раз уж вопрос прозвучал, то отвечу, что ее поэтическая форма как раз соответствует мировому поэтическому дискурсу - она блестяща, хотя содержание текстов могло бы быть менее истеричным. Она как бы смотрит на себя в зеркало и примеряет на себя все новые роли-маски. Но стихотворение о волке - бесподобно!

Е.М. Вы помните, я сразу же взял его в печать.

Д.И. Если Вы не против, я снова вернусь к мировой поэзии. Уже после конкурса я прочитал несколько стихотворений В.Я. Семендяя на Литературной странице. Все-таки я должен признаться, что не могу считать себя большим знатоком чапаевской поэзии, тем более - ее горячим поклонником. Но худо-бедно я знаю мировую поэзию: с древнейших шумерских текстов III тысячелетия до Р.Х. до современных российских поэтов А. Еременко, веры Павловой, Анны Горенко. Поэзия всегда составляла важнейшую духовную часть моего внутреннего мира. Но знание рождает и трудности. Я почти не ведаю, кто такой В.Я. Семендяй, однако мне известно, что он оказал финансовую помощь в проведении конкурса памяти Марка Белого и за это ему мое огромное спасибо.

Е.М. Это его долг как предпринимателя и поэта оказать какую-то услугу литературному процессу и начинающим поэтам.

Д.И. Да, конечно. Но коль скоро мы ведем речь о поэзии, а в поэзии все творчески равны, и добрые дела не равнозначны хорошим стихам. В случае В.Я. Семендяя нужно внести поправку в мою предыдущую инвективу. Он как раз неплохо знает русскую поэзию и настолько сравнился с творчеством Б. Пастернака, что написал стихотворение "Роза" - парафраз хрестоматийной пастернаковской "Метели". Бывает, что парафразы становятся не менее знаменитыми, чем оригиналы. Таков, например, знаменитый "Ворон" А.С. Вольпина, сына Сергея Есенина. Великое стихотворение "Ворон" Эдгара По нисколько от этого не пострадало. По крайней мере, парафраз должен быть адекватен оригиналу.

У поэта Семендяя, увы, трагическая, вечная суть "Метели" оказалась подмененной такой банальностью (в данном контексте), что поражаешься дурновкусию автора: вместо гениальной "свечи", воспетой в музыке, графике, живописи - пошло-слащавая "роза" из дамских блокнотов (хотя в ином контексте роза могла бы быть мистическим образом). Вместо трагического, рокового притяжения мужчины - примитивное сексуальное томления. И все стихотворение - пример сшибки талантливого и пошлого. То, что талантливо (размер) принадлежит Б. Пастернаку. То, что пошло (смысл) - В. Семендяю.

Е.М. Увы, я вынужден констатировать, что "занижение" до уровня клубнички стало у Владимира Яковлевича не только личной поэтической программой, но и программой, которую он внедряет в культурную жизнь города. Мотивируется тем, что публика встречает все это "на ура!" А мы молчим!

Д.И. В этом случае у Вас как руководителя ЧО РСПЛ весьма тяжелая задача. Вспомните Галича: "Промолчи - попадешь в палачи". Я бы продолжил. Второе стихотворение "Посвящение России" (оба текста цитируются по: "ВВ", N24, 11.06.04), вероятно, задумано как гимн. И в нем масса литературных реминисценций: хор М. Глинки "Славься!", поэзия Некрасова, Есенина, Лебедева-Кумача, можно и кое-кого из советских поэтов-лизоблюдов вспомнить. Хотя и не плагиат, но вопрос поэтической этики: должно же быть что-то свое. Но меня смущает другое, почему В.Я. Семендяй уверен, что он может вот так, походя, молиться за Русь? С древнейших времен на Руси это право принадлежало святым и подвижникам, а также Русской соборности. Святой Алексий (митрополит Московский), Святой Сергий Радонежский, Святой Серафим Саровский, святой Амвросий, - вот кого и народ, и церковь называли "праведными молельщиками за Русь", им вверяли надежду, что их молитва дойдет до Бога. Этот мотив "молиться за Россию" стал дежурной темой и у некоторых других ваших поэтов. Чуть ли не панибратские отношения с Богом, Иисусом Христом, Богоматерью. Есть два великих поэтических религиозных текста: Ветхозаветные псалмы" Давида (10 в. до Р.Х.) и Христианская "Книга скорбных песнопений" Григора Нарекаци (10 век от Р. Х). они навеки определили форму обращения человека к Богу, смирения и покаяния перед Богом. Разухабистые строчки поэта В. Семендяя призваны поставить автора в один ряд со Всевышним: он России поможет, а Семендяй за нее помолится. Возникает нелепый нонсенс, который он даже не замечает. Почему бы ему не спросить себя: имею ли я право молиться за Россию?

Что касается стихотворения-песни "Рождество", то это уж явно не Пастернак с его "Рождественской звездой". Если В. Семендяй - верующий православный человек, то неплохо бы ему заглянуть в "Православный катехизис" или в учебник "Закона Божия". Потому что стихотворение, принадлежащее к жанру "Коляд" настолько не канонично, что неудобно его и анализировать.

Е.М. Я приведу все же несколько строчек из песни: Рождество.


Божье знаменье идет от поста,

Праздник Рожденья для нас наступает -

Спаса Иисуса Христа.<...>

Слово Господне во плоть превратилося вдруг.

Светом познанья укажешь пути просветленья

Царство небесное - Сын и Отец, Святой Дух.


Все это невообразимо режет и слух, и разум, и душу.

Д.И. Евгений Михайлович! Я сожалею, что Вы тратите свои силы в последнее время не на творчество, а на организационное и идеологическое обеспечение деятельности ЧО РСПЛ, которые даются Вам все труднее и труднее. У Вас в этом году выходят Ваши статьи в трех престижных журналах: "Динамическое моделирование как средство познания" в журнале РАО "Мир образования - образование миру" - N3, статья о пространственно-временном континууме и апориях Зенона в "Трудах членов РФО и РАН - N9, литературно-критическая статья в "Литературной учебе" - N6. Это и много (об этом многие могли бы лишь мечтать), но одновременно и мало. Я бы посоветовал Вам сосредоточиться на философской и, может быть, чисто литературной работе. Я полагаю, что нужно завершить некий этап моей работы в качестве председателя РСПЛ.

Наше отделение РСПЛ должно давать оценку того, что пишут члены РСПЛ в том числе и В. Семендяй, который тоже стал его членом. Хотя, с другой стороны, В.Я. было обо всем этом сказано.

Прошла мимо внимания РСПЛ и его песня "Томление души". Эта песня звучит не только в Чапаевске, но и в Самарских ресторанах и получила гран-при на фестивале самодеятельной песни в Ульновске. Начнем с того, что дурной вкус и пошлость стали уже банальным явлением на нашей эстраде, но это не снимает ответственности с РСПЛ.

Есть, однако, одна особенность: авторы эстрадной клубнички, не связывают ее, по крайней мере, с высшими духовными понятиями. А вот В. Семендяй, так получается, собирается выстроить новую религию: синтез возвышенного и низкого.

Есть "томление души", связанное с ее духовными атрибутами, и "томление тела", связанное с физическими желаниями. "Томление души" В. Семендяй по своим понятиям отождествил с томлением тела, как это мог бы сделать заядлый атеист, а не поэт, который подвизается еще и на религиозной ниве, и теперь воспевает это томление: "Я томленье души и желанье твое". А далее благодарит женщину за то, что она его сердце избрала для соблазна. А ведь томление души глубинным образом связано с духовным миром человека, с тоской о Боге, а не о женском соблазне, как у Семендяя. Вот несколько цитат:

...не имей раздвоенного сердца, когда просишь одного, а думаешь о другом, жертвуешь, желая прибыли выше жертвы; не лицемерь перед другими; будь внимателен к произносимым тобой словам; не возноси себя и исключи лукавство. Нарушишь их, Господь откроет для Себя все наше тайное и унизит, даст болезни, страдание, томление души, опьянит и уронит в грязь... (Сирах 4:12-22)

А ислам? Понятия "поиск" и "священное томление души" являются основными принципами Ислама, на которых строится жизнь человека и его взаимоотношения с Аллахом. <...>, человек подсознательно стремится к тому, что увидел и пережил при первой встрече с Аллахом, стремится к Аллаху. Такое состояние человека получило название "священное томление души".

Вернемся к христианству. ... Не настала ли пора обучиться азам духовной жизни? Мы можем избежать ошибок и искушений, страхований и бесовских наваждений, отогнать томление души и волнения сердца только Крестом и молитвою. Многие наши болезни от врага. (Псалом 142: ГОСПОДИ, УСЛЫШИ МОЛИТВУ МОЮ... ПЕСНЬ 6)

...Волна -- это источник движения мысли. Эта волна вызывает "томление души" и взлёт её на небывалую высоту, где находится истина. (Тора).

"Но сравнив безумье и мудрость, понял я на все времена, что и это - пустое томленье, ибо участь у них одна: рок и мудрому, и безумцу прерывает с насущным связь, только мудрый уходит в печали, а глупец уходит смеясь. <...>... всё на свете тщета и пустое томленье души!"

Томлением души все мировые религии связывают или с поиском Бога, или ощущением разрыва с ним. А ведь, чем дальше, тем интересней: оказывается, что Ее "благородный лик полон страсти большой, молодой красоты льется сила". Благородство - высокая нравственность, самоотверженность, честность - но это по Ожегову. По В.Я. благородство - опять-таки в соблазне и земных страстях. Все мы - грешные люди, каяться нам и каяться, а не воспевать. А вот соединять благое и греховное и воспевать - уже втройне ... . Сладостный яд песни и ее томность привлекают неискушенного зрителя, новые "поэтические образы" незаметно проникают в подсознание слушателя и делают "нормой" новые "представления" о теле, душе и духе. Теперь душа направлена не вверх, а вниз. Я призываю Владимира Яковлевича самому обо всем этом подумать.

Для понимания же того, почему российская эстрада так терпима к дурному вкусу, читателя можно отослать, например, к мнению независимого человека, прекрасно знающего мир музыки и шоу-бизнеса, - известного композитора Владимира ДАШКЕВИЧА, опубликованное в газете "Труд" от 26 июня 2004 г. по поводу поведения певца Ф. Киркорова.

-- Поведение, продемонстрированное господином Киркоровым, объясняется просто: так ведут себя монополисты, ни с кем в своей области не считающиеся, -- начал Владимир Сергеевич. <...> К сожалению, наше общество выдало карт-бланш на определение политики ведущих телеканалов в сфере популярной музыки в руки не самых талантливых и не самых ответственных людей. Поверьте мне, я знаю, как звучат "сырые", не обработанные записи Киркорова. У этого человека очень средний, а может, даже ниже среднего музыкальный слух. И если бы не современная компьютерная техника и специалисты - звукорежиссеры, эту фальшь слышали бы все. <...> Наши всем известные деятели эстрады -- часто держатели значительной части акций государственного телевидения. Ситуация типично российская, нигде в других странах не встречающаяся: там уж если канал государственный -- он именно государственный, а у нас половина акций отдана в частные руки. Вот эти люди и ведут себя так, что никто им не указ. Пользуясь своим положением, не пускают на телеэкран действительно талантливых молодых конкурентов, а себе устанавливают исключительные ставки гонораров. Не говорю уж о прямом хамстве...


Вот поэтому бездарности лезут вверх, а таланты уезжают на работу в Польшу и другие страны, которым интересна русская культура.

"Промолчи - попадешь в палачи", - а мы молчим, а если и говорим, то так, что до Владимира Яковлевича не доходит. Хотелось бы надеяться, что Владимир Яковлевич или изменит свою поэтическую идеологию, или вообще перестанет писать. В конце концов, русское меценатство заключалось в помощи одаренным людям, а не в собственном литературном или художественном благополучии, тем более - не в пропаганде безвкусицы. Есть у В.Я. несколько милых песен (в том числе - "Осенний вальс" на стихи А. Дугиной и "Дорога" на стихи М. Беловой), есть стихи о природе, о жизни (без сложных духовно-телесных проблем) - в этом духе и можно было бы продолжать работать. Я готов с В. Семендяем во всем этом сотрудничать.

Одна цитата: "Уважаемый Евгений Михайлович! Мне совершенно понятно Ваше негативное отношение к подобному песенному творчеству. Это ближе протестантам с их восторгами, чем суровости и аскетизму православия. Для меня вообще поэты вызывают определённое смущение, хотя некоторые великие святые, Истины Богопознания изрекали поэтическими формами.  Вот и мы не будем, уж слишком строги к подобной "поэзии". Помилуй Бог давать оценку с позиции догматического богословия, это всего лишь песня, надо душу свою спасать, кому-то хочется, пусть поют, большого вреда не будет, впрочем, пользы, тоже.  Спаси Вас Бог!" - Это мнение отца Николая (протоиерея Николая Рощина) о песне "Рождество", которому я глубоко признателен за предупреждение от моей собственной гордыни. Это послание я понимаю в том духе, о котором написано выше: кайся в собственных грехах, а потом занимайся общественными. Истина конкретна и я не на кого не могу перекладывать принятие собственного решения, в том числе и на отца Николая. К тому же смысловая эквилибристика имеет отношение не только к проблемам, которые имеет в виду отец Николай, но и к общему художественному качеству чапаевской поэзии.

Я полагаю, что будут материалы и о моей литературной работе.

Д.И. Вернусь к теме Я слишком много знаю о человеке как таковом, так как почти полвека занимался педагогикой и психологией. Далеко не профан и в сфере религии. Из трех текстов методом психологического анализа можно сделать единственный вывод: человек Семендяй впал в грех гордыни, который принадлежит в христианском каноне к числу смертных грехов. Поэт Семендяй транслирует свою гордыню в собственные поэтические тексты и, вероятно, находит множество восхвалителей своего творчества.

Е.М. Поскольку я давно знаю Семендяя, скажу, что вышеназванное качество видно за версту. Только вот некому ему сказать об этом.

Д.И. Короля играет свита, но она никогда не делает это бескорыстно, даже если среди этой свиты оказываются священнослужители. В таких случаях альтруистических "виватов" не бывает. И, по-моему, вечер, посвященный юбилею поэта-предпринимателя В. Семендяю с такой помпой, как я прочитал об этом в "Чапаевском рабочем" - воплощение нескромности.

Е.М. На виновности свиты я и делаю акцент. Продолжая тему, задаю Вам вопрос о категориях "греха" и "покаяния", именно в связи с Россией.

Д.И. А я задам встречный вопрос: нужно ли вообще молиться за сегодняшнюю Россию? Не Церкви - это входит в ее религиозные прерогативы, а поэтам, политикам, деловым людям и просто грешникам? Молитва - акт глубоко личностный и самооценочный - дойдет ли моя молитва до Бога? Мне кажется, что в России только один человек имеет право на такую молитву: А.И. Солженицын. Сказал же он когда-то: "Не стоит на земле село без праведника." вот он и остался таким праведником. В 1854 году, когда Россия вступила в Крымскую войну, А.С. Хомяков, духовный вождь славянофилов и одна из самых светлых личностей в русской культуре, написал стихотворение "К России". В нем он перечислили все страшные грехи отечества, всю неправду, все насилия России над другими народами. Цензура стихотворение запретила. Московский генерал-губернатор не советовал автору читать его в собраниях. А Хомяков считал, что вот настал час, когда Россия кровью своей очистится от грехов и помогает освободиться балканским славянам от турок. Только тогда произойдет ее покаяние перед миром. Россия войну позорно проиграла. Но через несколько лет началось очищение от грехов: Великие реформы Александра II. Покаяние перед крестьянством - конец крепостного права. "манифест об освобождении крестьян" написал митрополит Московский и Коломенский Филарет Дроздов. Потом последовала русско-турецкая война и значительная часть балканских славян была освобождена от гнета. Т.е. призыв Хомякова был услышан. Но ведь он не молился за Россию, а обличал ее грехи, призывал к покаянию! Что такое "покаяние"? это смиренное признание того, что я есть Каин - братоубийца, но я признал свой грех и хочу его искупить.

В XX веке Россия накопила столько грехов, что их не удалось смыть всей кровью самой страшной войны. Напротив, после войны они все возрастают и возрастают и охватывают уже не только СССР, но и огромный социалистический лагерь. Опять наступает время покаяния, но какого?! Ни перед своим народом, ни перед народами других стран, вынужденных повторять советские эксперименты, никто не принес извинений. Даже компартию не удалось осудить и признать преступной организацией. Даже трупы величайшего преступника против человечества В.И. Ульянова так и не предали погребению. Кремль как символический центр России весь пропитан преступлениями, в нем "даже воздух пахнет кровью". И за эту Россию нам предлагают молиться?

А все мы, ее граждане, - святые и подвижники? Очищение от грехов нужно начинать с молитвы за себя.

Е.М. Ваши оппоненты скажут: "За будущую Россию". Но чем будет отличаться будущая Россия от прошлой, если она не порвет со скверной, которая накопилась?

Д.И. Может, Бог потому и оставил Россию, что не может принимать молитвы от людей, которые не только не покаялись за грехи свои и своей страны, но и продолжают отрицать их. Что такое русский человек в советском прошлом и в современном настоящем? Это субъект, умеющий обличать чужих (правых и неправых) и лицемерить. Такова генеалогия российской личности. Не скоро дойдут ее молитвы до Бога. России еще предстоит "раскаяние". Это значит - перестать быть Каином, братоубийцей. А для этого нужно отучаться от провинциального эгоцентризма. Россия - небольшая часть мира. Малокультурная, бедная, не очень умная часть мира. И мир это знает. То обстоятельство, что в XIX веке расцвела гениальная литература, в XX веке - мощный художественный авангард, в XXI столетии не должно нам мешать видеть реальную картину.

Е.М. Провинциальный эгоцентризм имеет в своей основе пренебрежение всем, что, по нашим понятиям, кажется нам чуждым. Убей "чужого!" - вот девиз! Это почти на уровне рефлекса: увидел чужака - убивай - некогда разбираться, какому миру он принадлежит: светлому или темному. Другой кусочек Вселенной, другая логика, другие чувства - а мы "патриоты!"

Каково, в свете сказанного, Ваше отношение к религии, Богу? К современной Русской Православной церкви? К отечественному богословию? Как Вы относитесь к тому лубочному православию, которое зачастую пропагандируется нашими СМИ наряду с элементами язычества?

Д.И. К религии я всегда относился уважительно, независимо от ее форм. Долгое время я считал себя деистом, однако, чем больше размышлял, тем более я приходил к выводу, что я теист, т.е. верующий. Этот процесс прошли многие люди, в том числе гораздо мудрее меня. Чем больше постигаешь мир, тем больше убеждаешься в неизбежном существовании Бога. У меня этот процесс завершился примерно к 40 годам. Позднее я пришел к выводу, что атеизм зрелых людей это не только результат идеологической обработки, но и неумение мыслить рационально. Это не парадокс. По-настоящему здравомыслящий человек, способный к расстановке причинно-следственных связей, обязательно придет к идее Бога. Но в этом и серьезный недостаток моей веры: я верю, скорее, разумом, чем сердцем. Настоящая же вера должна быть иной, не рассуждающей: "верую потому, что это абсурдно".

Я крещен в лоне РПЦ в возрасте 55 лет, хотя уже много лет считал себя верующим христианином. Почему не был крещен в младенчестве? По той простой причине, что родился на территории советского концлагеря, заключенные которого строили мощную оросительную систему в 1937 - 42 гг. отец был начальником участка, мать - медсестрой и воспитателем в лагерном медпункте. Происхождение у обоих было весьма сомнительным с точки зрения начальства. Даже моя мудрая бабушка не решилась окрестить меня тайно, как это иногда делалось: боялась опасностей для дочери и зятя.

Я признаю все догматы, каноны и Символ веры по православному образцу. Однако, не "воцерковлен", в Храме бываю лишь для того, чтобы поставить свечи за здравие и упокой. Молюсь, но редко. Службы не посещаю. Т. е. Канонически я далеко не примерный верующий. Однако, главным своим достоинством считаю внутреннее осознание принадлежности к христианству. Хорошо знаю Священное писание: начинал читать Библию еще в 20 лет. С тех пор частенько раскрываю ее. По началу, хорошее знание Библейских текстов было мне необходимо для преподавания истории искусств, а в музеях мне часто приходил выполнять роль экскурсовода. Помню, как я водил своих друзей-солдат по Дрезденской галерее в 1963 г. и объяснял им мифологическое, ветхозаветное, новозаветное содержание великих полотен. И вдруг застыл на месте, увидев "Сикстинскую мадонну" Рафаэля, а ребята не могли понять, что со мной произошло. А произошло, я думаю, как раз то, что тогда я сделал первый шаг к вере в Бога. Иисуса Христа считаю величайшей личностью в истории человечества и верю во всё, что говорится в Евангелиях. Разночтения меня не смущают. Христос для меня - величайшая фигура в истории человечества.

Неплохо знаю и Священное предание, читал многих Отцов церкви. Наиболее близок мне Блаженный Августин, хотя позднейшая церковная традиция отказалась от его учения о свободе воли и предопределенности.

К современной православной церкви я отношусь, мягко говоря, без особого уважения. И в прошлом, и в настоящем. Всегда считал, что в событиях катастрофы 1917 года есть немалая доля вины церкви как духовного наставника народа. Оказалось, что православие "народа-богоносца" слиняло в три дня. Героические усилия Патриарха Тихона, предавшего анафеме большевиков и советское правительство, ничего уже изменить не могли. Сыграл свою роль и массовый антицерковный террор: были уничтожены 300 тысяч клириков разного ранга.

И вот с этим режимом РПЦ всё-таки нашла общий язык. "Всякая власть да пребудет от Бога!" но Христос не относил этот завет к власти Антихриста.

Большинство лиц высшего клира оказались в прямой зависимости от советской власти и КГБ, хотя был провозглашен принцип отделения церкви от государства. Многие, очень многие из числа архиереев стали тайными осведомителями государственной тайной полиции (КГБ), в том числе - и нынешний Святейший патриарх - с 1958 г. он был агентом ГБ в рядах духовенства, имея агентурную кличку "Дроздов". Вспомните, чья это фамилия и подивитесь такому цинизму.

А ведь был пример архиепископа Луки Войно-Ясенецкого, выдающегося хирурга, который ни на йоту не отступил от своих убеждений и, являясь заключенным, спасал советских воинов на фронтах в госпиталях гнойной хирургии! Вот еще один ответ на вопрос: кому молиться за Россию?!

Кстати, Е.М., вот Вам любопытный лингвистический казус. Во всех странах мира существует государственная тайная полиция. Обычно ее называют путем сокращения этих слов. В Третьем Рейхе такое сокращение немецких слов породило "гестапо", ставшее символом террора и ужаса. В России тоже была такая государственная тайная полиция (ВЧК - КГБ). Сделайте сокращение трех слов и получится в итоге "гостапо". Различие в одной букве. Любопытно, не правда ли? Как же мы должны называть наших доблестных чекистов, прошлых и ныне здравствующих, если строго следовать правилам морфологии? Этому любопытному наблюдению я обязан философу и писателю А.В. Кацуре в его книге "В погоне за белым листом", М. 2000, с 305-306)

Православная церковь погрязла в тех же грехах, что и вся Россия. Кроме "обрядоверия" ей нечего предложить верующим. Верующих, кстати, не так уж и много. По выкладкам известного цивилиографа И. Переслегина наша пресловутая "православно-христианская" цивилизация насчитывает от силы 10% населения, придерживающегося канонически христианской культуры. Но из них только 2% способны объяснить главные догматы веры и хотя бы понимать, чем православие отличается от католицизма. РПЦ практически отвергает эйкуменистическое движение, т.е. ту вселенскую церковь, о которой мечтал великий философ В. Соловьев. РПЦ заражена грехом антисемитизма, так как некоторые священники отвергают еврейское происхождение Христа, а это прямая ересь. В некоторых приходах сжигались протестантские книги по благославлению местного владыки. Одно время в литературе бытовал термин "православный фашизм". Слабое движение "обновленцев" конца 80-х - начала 90-х гг. (о. Свиридов, о. Кочеткович) было, по сути, раздавлено, а на ее лидеров была наложена строгая эпитимия. То же произошло с выдающимся иконописцем о. Зеноном, чьи иконы славились по всему христианскому миру.

Современная Православная церковь способна только на религиозные обрядовые зрелища, которые не затрагивают душу подлинного христианина. И это действительно полуязыческие лубочные зрелища, рассчитанные главным образом на "простецов". Впрочем, так было и раньше, но тогда люди знали, что они есть неотъемлемая часть литургий, крестных ходов и т.д. Сейчас же люди ощущают себя просто зрителями. Меня охватывает чувство глубокого стыда, когда я вижу нечто подобное, поэтому предпочитаю не смотреть на этот лубочно-религиозный маскарад с участием первых лиц государства.

Это все в совокупности не могло сказаться на снижении уровня православной богословской мысли. После страшной гибели А. меня (вот вам проявление греха антисемитизма!, на мой взгляд, произошел резкий упадок богословия. Из современных богословов я выделяю дьякона о. Андрея Кураева, декана богословского факультета Московской духовной академии. Далеко не во всем я согласен с его взглядами, но он один из первых выступил против нарастающей волны язычества и оккультизма. А совсем недавно написал замечательную книжку о романах Д. Роулинг про "Гарри Поттера", где в пику псевдоревнителям православия от педагогики доказал, что все книги написаны с позиций христианской этики и иносказательно изображают борьбу христианского добра с антихристианским злом.

Поэтому РПЦ предпочитает окармливать верующий люд древними, устаревшими идеями. Опять возродили концепцию "Москва - Третий Рим", - значит, она единственное в мире убежище истинного благочестия. Кстати, инок Филофей, автор этой идеи в начале X\/I века, имел в виду совершенно другое, обращаясь к Василию III. К началу X\/I века русское церковное общество преисполнилось религиозной самоуверенностью. Основным мотивом этой самоуверенности была мысль, что православная Россия осталась единственной обладательницей и хранительницей христианской истины, чистоты православия. В свою очередь, национальное самосознание вывело убеждение, что христианство, которым обладает Россия, со всеми его местными особенностями, есть единственное в мире истинное христианство, что другого чистого православия, кроме русского, нет и не будет. Идея Вселенской церкви, таким образом, замкнулась в тесные географические пределы одной из поместных церквей, что позволяет христианам России возвышаться над другими.

Е.М. Дмитрий Ильич, разделяя с Вами критику в отношении РПЦ, я все же разделил бы и опасения РПЦ насчет того, что ее разрушение было бы подобно разрушению Третьего Рима и имело бы далеко идущие последствия для православия в целом. Наверное, действительно началось бы наступление на православие по всем направлениям. Но я должен согласиться с Вами в том, что такая "защита" РПЦ, которая имеет место сегодня, сродни внутреннему подтачиванию ее. Чтобы уберечься от врага внешнего, нужно изнутри укреплять Церковь. Укреплять правильными церковной политикой и правильными богословскими методами. Нынешнее положение РКЦ возлагает особую ответственность на ее служителей и всех российских православных. "Исключительность" русского православия, понимаемая в ином смысле, порождает неуместную религиозную гордыню, стагнирует нынешнее культурно-духовное состояние общества со всеми типично российскими недостатками, которыми не умиляться нужно, а немедленно и безоговорочно исправлять. Я уже писал, что считаю, что Российская Православная церковь не справилась и не справляется с проникновение в нее идей неоязычества. И, конечно же, РКЦ ответственна и за нынешний общекультурный уровень населения России, который складывался не только из глобальных большевистских преобразований, но и из того исходного культурного уровня, с которым Россия подошла к большевистскому перевороту, и из того, что происходит сейчас.

Д.И. Нечто подобное уже происходило в Московском царстве в начале X\/II века накануне Великой Смуты.

Не случайно многие уважаемые мною священнослужители переходят в лоно Зарубежной Православной церкви, которая отличается широтой и глубиной конфессионального подхода к верующим. Так, например, недавно поступил протоирей о. Михаил Ардов.

Е.М. Снова вернемся к вопросам культуры, литературы, искусства. Ваше отношение к поэзии, музыке, живописи? Что для Вас наиболее близко в духовной культуре?

Д.И. Я уже упоминал о том, что поэзия являлась неотъемлемой частью моего духовного мира. То же самое могу сказать о музыке и живописи. Книги в моей библиотеке не менее, чем на четверть, составляли поэзию. Сохранились сотни пластинок с записями почти всей музыкальной классики, сотни альбомов живописи и монографий об искусстве, тысячи репродукций, гравюр, подборок художественных открыток. Сейчас все это богатство поступило в распоряжение моих детей и внуков. А раньше мы, родители и дети, пользовались ими совместно.

Без хвастовства могу сказать, что, читая поэзию всех времен и народов, испытывал увлечение то ирано-таджикской поэзией, то древнекитайской, то поэзией французских "проклятых поэтов", то русской поэзией Серебряного века. С возрастом, однако, произошла окончательная кристаллизация поэтических пристрастий и я могу уверенно сказать, что наиболее значимыми и дорогими поэтами остались для меня Данте, Гете, А. Рембо, Р. Рильке, Т.С. Элиот, О.Э. Мандельштам. Может быть, еще Уолт Уитмен. Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Пастернака, Ахматову, Цветаеву не называю по той причине, что "это праздник, который всегда с тобой".

Из современных российских поэтов второй половины XX века мне ближе всех И. Бродский, Л. Губанов, О. Седакова, А. Еременко, Вера Павлова, Анна Горенко (увы, погибшая). Это уже наши дни.

В музыке с детства и юности остались любимыми М.П. Мусоргский, Р. Вагнер, А. Н. Скрябин (хотя двум последним я дал в своих книгах очень жесткую оценку в связи с влиянием их музыкальной эстетики на политические идеи нацизма и большевизма)...

Е.М. В оценке Скрябина Вы не расходитесь в оценках ни с автором "Розы мира" Даниилом Андреевым, ни с физиком А. Вейником, делавшим энергетические замеры музыкальных произведений ... Но извините, что перебил.

Д.И. Продолжаю список: С. Рахманинов, И. Стравинский, Р. Штраус (особенно его симфония "Так говорил Заратустра"). Очень любил позднего Д. Шостаковича. Из композиторов конца века восхищался музыкой А. Шнитке, С. Губайдуллиной, Э. Денисова, В. Артемьева. Да, забыл упомянуть еще Бела Бартока.

Мои молодые друзья в 70-ые годы, а позже и сын - телеведущий рок-программ, помогли мне понять классический рок. Продолжаю любить классический джаз.

Что касается современной массовой музыки, я ее просто не замечаю, не знаю ни авторов, ни исполнителей. если случайно услышу что-то, то поражаюсь примитивности слов и мелодий. Насколько это далеко от песен Б. Окуджавы, В. Высоцкого, А. Галича, А. Башлачева, А. Градского, которых я время от времени слушал и продолжаю слушать. В Москве работает радиостанция "Орфей", которая с утра до вечера передает классическую музыку. Вот ею и спасаюсь. Баха, Генделя, Моцарта, Бетховена я не упомянул по тем же причинам, что и Пушкина. И т.д.

Е.М. В современной массовой музыке ощущениями (особенно - моторикой) воспринимаются, прежде всего, видимые и невидимые музыкально-вербальные ритмы. Через моторику, слуховые, зрительные и прочие ощущения эти ритмы проникают не столько в сознание, сколько в подсознание, производя там ни для кого невидимую работу. Вполне возможно, что какая-то часть ритмов вполне безобидна и вызывает всего лишь безвредный кайф. Но какая-то часть, в этом у меня нет сомнений, производит темный зомбирующий настрой. Разновидность неоязычества, которое, кстати, тоже многопланово по своей природе. Многие из современных музыкальных произведений нужно оценивать или с точки зрения медитации (а она также бывает и положительной, и отрицательной), или с точки зрения психиатрии. Я не знаю, занимается ли вообще кто-нибудь этой проблемой. В свое время этим занимался физик А. Вейник, но после серии своих довольно откровенных статей по этой тематике погиб в автокатострофе. Поэтому мне вполне понятна Ваша фраза "Вот ею и спасаюсь". Наверное, для искусствоведа (его подсознания) не совсем безопасно общение с такой "музыкой". А духовная музыка?

Д.И. Хорошо знаю и люблю русскую духовную музыку: Бортнянского, Березовского, Гречанинова, Честнокова...

В живописи я также переживал периоды увлечения различными эпохами и художественными школами. Очень близкой мне остается живопись Северного Возрождения: А. Дюрер, И. Босх, П. Брейгель, С. Боттичелли, М. Грюневальд... Люблю Эль Греко, Веласкеса, Э. Делакруа, Энгра. Очень любил и люблю живопись французских импрессионистов и постимпрессионистов. Увлекался модернизмом начала XX века: Кандинский, Шагал, Пикассо, Матисс, русский художественный авангард.

В классической русской живописи мне ближе всех В. Суриков и М. Врубель. Из современных художников высоко ценю живопись Н. Нестеровой и Т. Назаренко. Очень не люблю лакированного А. Шилова и аляповатого И. Глазунова, хотя у последнего мне нравились работы 50 - 70-х гг., да и иллюстративное искусство художника заслуживает уважения.

Как и в поэзии, у меня на склоне лет выделились главные имена: Рембрандт, Ван-Гог, Микеланджело, Роден, П. Брейгель, Ф. Гойя, П. Пикассо. Советскую живопись в общей ее массе я просто не считаю живописью, как и пластику настоящей пластикой. В молодости я сам работал в технике рисунка, акварели, графики. В некоторых домах Москвы, Самары до сих пор сохранились мои композиции.

Я рад тому, что мне не довелось (пока!) испытать то чувство потери, о котором рассказывал Ч. Дарвин в своей "Автобиографии": после 50-ти лет он полностью утратил эстетическое чувство и потерял интерес к литературе и искусству. Сам он рассматривал это как трагедию, равноценную утрате жизни.

Я постоянно хожу с внучкой в музеи и испытываю чувство новой встречи с давно знакомыми мне произведениями искусства.

Е.М. Что Вы думаете о современном состоянии России и о нелегких, противоречивых процессах, происходящих в ней в последние десятилетия? Как Вы оцениваете современное состояние структур власти с точки зрения преодоления перманентного кризиса государства и общества?

Д.И. Мне уже приходилось писать и выступать на эту тему. На рубеже ?? - ??? веков в России произошел новый цивилизационный разлом. за свою сравнительно короткую историю Россия-Русь уже пережила два подобных разлома. Первый приходится на середину ?III века - как следствие монголо-татарского нашествия. Существовавший четыреста лет тип варяжско-славянско-византийской цивилизации, известной как Киевская Русь, сломался почти мгновенно. Этому способствовали непрерывные свары русских князей и потеря духовно-христианского влияния со стороны Константинополя, временно захваченного крестоносцами. На Руси сохранялись еще отношения военной демократии и начала прослеживающейся тенденции сближения с Западной Европой. "Погибель русской земли" диктовала два варианта дальнейшего существования: или смирение и рабство, или отчаянное сопротивление и победа с помощью рыцарских сил Запада, но при условии: или признание верховенства Рима или слияние римско-католической и православной церквей во Вселенскую. Оба варианта были связаны с именами знаменитых полководцев Древней Руси. Первый - с именем Александра Невского, второй - с именами Даниила Галицкого. Князь Александр, однако, как раз и оказался причиной невозможности существования второго варианта.

Одержав великие, но роковые для Руси победы над шведами и киевскими рыцарями, он фактически остановил процесс сближения Руси и Запада. Став великим князем Владимирским, он начал политику открытого коллаборационизма, сотрудничал с Золотой Ордой в подавлении всех очагов сопротивления. Признание его заслуг выразилось в том, что хан Батый признал его своим приемным сыном. На Западе это было воспринято как предательство интересов христианства: монголы в те годы оставались еще язычниками. Версия о том, что политикой уступок и показного смирения князь Александр хотел усыпить бдительность ханов и втайне готовил всеобщее восстание на Руси, не выдерживает критики. Во-первых, ни в одном из исторических источников нет ни малейшего намека на такие планы, даже в "Жизни Благоверного князя Александра Невского". Во-вторых, любое восстание без помощи извне было бы потоплено в крови: в предыдущих битвах Русь потеряла свою главную мощь - профессиональных воинов-дружинников. Не случайно эту версию разрабатывали исторические романисты, но не серьезные исследователи.

Даниил Галицкий ушел на Запад после отчаянного сопротивления монголам. Все города его княжества были завалены разлагающимися трупами, и в них невозможно было жить. Он установил связи с королевствами католической веры, был принят Римским папой и заручился их поддержкой, с условием объединения обеих христианских церквей. В южную Русь он вернулся с титулом короля. Казалось бы, вот-вот - и ордынскому игу настанет конец. Но вмешалась высшая иерархия Православной церкви, не пожелавшей жить под "схизматиками". Она повлияла на бояр, на массы - и шанс победы над Ордой и превращения Руси в европейскую державу был упущен.

Е.М. Из чего следует, что при монголах были шансы остаться с Православием, а в коалиции с Западом таких шансов не было. Случилось, как угодно было Богу. Допустим, что Православие имело основание опасаться растворения в Римско-католической церкви. Но сумело ли Православие, дистанцируясь с католичеством, выполнить свою историческую миссию, миссию, данную Господом? - вот в чем вопрос. Взяв власть над душою русского народа, нужно умело властью этой воспользоваться. Иначе, - ради чего всё? Болтаемся между Западом и Востоком, так и не найдя своего собственного лица ни на Западе, ни на Востоке, ни на собственной территории. Шарахаемся от католичества, а позиции Православия размениваем на дешевый патриотизм, призываем к всенародной молитве за победу наших спортсменов на Олимпиаде, т.е. в игре, объявленной чуть ли не войною с Западом!!! Разве нет более достойных тем для молитвы? Я православный и не собираюсь переходить в иную веру, но я удивлен и поражен. Спасая Православие от внешнего "врага", отдали его в руки внутреннего. В чем-то я разделяю Вашу точку зрения.

Д.И. Давайте, Е.М., сначала пройдем через рассматриваемый исторический момент, на котором возникает новый тип древнерусской цивилизации: московско-татарский с восточно-авторитарной формой правления. Через четыреста лет происходит новый цивилизационный разлом. В начале X\/II века - Смутное время. В типологических признаках он похож на первый. Гражданская война в России всех против всех (противники делились совсем не по классовому признаку) вызывает интервенцию, приход на русский престол Дмитрия I. Кем бы ни был этот самозванец, но он принадлежал к новому типу людей, сформировавшемуся к началу века на Западе. Его преобразовательские проекты удивительно напоминают будущие реформы Петра Великого. Россия, четыреста лет простоявшая спиной к Западу и лицом к Востоку, поворачивается и происходит новое сближение. Однако, вмешивается группировка бояр Шуйских. Самозванец погиб не в результате народного восстания, а от рук кучки заговорщиков в 300 человек, обманувшей стражу Кремля криком: Поляки государя бьют! Мы идем спасать государя!"

Ополчение Минина и Пожарского окончательно разрушило возможность сближения России с Европой. С воцарением Романовых наступает последний четырехсотлетний период отечественной истории: московско-имперский-советский. Воцаряется авторитарно-тоталитарный режим.

Е.М. Дмитрий Ильич, прошу прощения, но я все же должен попросить иного негодующего читателя воздержаться от "благородного", а точнее -неблагородного негодования и попросить сказать Вам мысленное спасибо за предоставление иной, аргументированной точки зрения. Любому читающему предоставляется возможность подумать и скорректировать свою точку зрения или укрепить ее своими новыми аргументами. И это надо ценить. Подлость, предательство, ложь, фальсификаторство - вот что должно вызывать благородное негодование! Очень жаль, что есть читатели, поступающие в указанных случаях с точностью до "наоборот". Извините, что наученный горьким опытом, я вынужден сделать такое отступление.

Д.И. Я понимаю Вас и отдаю отчет во всем, что говорю. Ужасающий воображение цивилизационный разлом 90-х годов XX века, произошедший, казалось бы, без видимых причин, без военного вмешательства, был связан с тем, что постепенная утрата национальной индификации, начавшаяся с 60-х годов и подрывавшая основы "русизма", совпала с крахом (политическим, экономическим, идеологическим) коммунистической формации. Цивилизационный кризис наложился на формационный кризис, и произошло это на границе двух тысячелетий, что имеет свое сакральное значение.

Возникшее протодемократическое государство сочетает в себе черты авторитарно-демократического режима. Правовое государство и гражданское общество маячат где-то в неопределенной дали.

Разрушение Советского Союза в ходе последнего цивилизационного разлома было неизбежным. Этого ждали. Мало кто помнит, что в 1968 г. диссидент А. Амальрик написал знаменитую статью "Просуществует ли Советский Союз до 1984 года?" об этом же предупреждал А.И. Солженицын в "Письме к вождям Советского Союза". Нет пророков в своем отечестве.

Что ожидает Россию в будущем? Известный психолог В. Леви предложил такой образ: когда в джунглях погибает слон, т о в результате разложения туши на долгое время все в округе отравлено миазмами. Никто близ трупа не живет, ничто не растет. Но проходит время, останки перерабатываются в перегной и на месте зловонной кучи все начинает цвести, расти с удвоенной силой, поселяется животный мир. Мы же хотим слишком быстро увидеть расцвет там, где еще не закончилось гниение.

Россия переживает социальный метаморфоз. Продолжают разрушаться существующие структуры. Образуются новые. Тревожное чувство неопределенности, неясности даже ближайшего будущего характерно для таких периодов. В биологическом метаморфозе гусеница не может сразу превратиться в бабочку. Она сначала превращается в куколку. Внутри нее гибнет почти все, что было ранее гусеницей, но сохраняется нервная система. Потом формируются новые органы, оболочка раскрывается и вылетает прекрасная бабочка. Следовательно, необходимо сохранение интеллектуального каркаса (нервной системы общества) - это условие возрождения и величия России.

За десятилетия XX века произошел не метаморфоз, а деградация. Нервная система общества была нарушена, понесла урон, однако не распалась. И в этом, и, может быть, только в этом, залог и надежда на возрождение нашей страны в будущем.

Интеллектуальная основа общества сохраняется лишь при условии связи поколений, при непосредственном общении "отцов" и "детей". Н.В. Тимофеев-Ресовский ("Зубр") говорил в 60-ые годы: "Всякое коренное изменение состояние общества длится не менее 5-ти поколений. Так что не суетитесь, и размножайтесь!" "Размножайтесь" - т.е. учите, чему можете, молодое поколение. Воспитывайте из них элиту! Но сделать это может тоже только элита - интеллектуальная и духовная.

За последние примерно 20 лет в Российском обществе произошел "пассионарный перегрев". Учение о пассионариях разработал Л.Н. Гумилев. Со многими положениями его взглядов на этногенезис и становление, развития и умирания этносов я не могу согласиться, но с теорией пассионарности - да.

Пассионарные личности (с лат. "страстные") - это вожди, лидеры, революционеры. Они так или иначе ведут, даже толкают свой народ вперед. Среди них нередко оказываются люди с некрофильским характером, т.е. со страстью к разрушению и уничтожению. Нередко их девизом является: "Да здравствует смерть!"

Пассионарий нередко готов без особых и колебаний сражаться и умирать за интересы, которые оказываются чужими интересами. Но пассионария переполняет энергия, не только отвлекающая его от рационального анализа собственных действий, но и отодвигающая на второй план инстинкт самосохранения. Л.Н. Гумилев подчеркивал, что пассионарии - это чаще всего люди толп. Вожди и всякого рода лидеры, вплоть до мелких групповых соблазнителей, очень часто сами пассионариями не являются. В том смысле, что готовы других кидать на баррикады, сами же отсиживаясь "в разного рода бункерах" (А.В. Кацура, указ. соч., с. 275 - 276)

Это в XX веке: известна патологическая трусость Ленина и Сталина, но личная храбрость Муссолини и Гитлера.

Всем пассионариям, большим и малым, требуется несметное количество героев. Отсюда воспевание массового героизма в советском обществе. Героизм, сам по себе, похвальное человеческое качество, если иметь в виду человеческую психологию. Но что это за общество, которое не может жить без героизма и особенно - без массового героизма? Демократическое общество отменяет героев как основу общественного существования. А в России? Устали ли мы от назидательного воспевания героизма? Наверное, не все, иначе бы не было фантастически нелепого восхваления этого явления по случаю каждой годовщины Дня Победы. Честь и слава героям! Но это не оправдывает руководителей, не сумевших организовать отпор врагу и сохранить максимально возможное количество жизней. Вспомним, что Победа далась ценой жизни 30-40 миллионов человек, но ее сразу же украли у народа советские "пассионарии".

Е.М. Я согласен: героизм это личное дело человека, но плохо, когда государство строит свою политику в расчете на "массовый героизм" и только на "массовый героизм". Еще хуже, когда оно интерполирует эту политику и на далекое будущее. Это государственный (пассионарный) эгоизм, злоупотребление лучшими человеческими качествами, ставящий под угрозу человеческую жизнь. Что касается пассионариев, то на определенных этапах общественного развития без них, видимо, не обойтись. Я имею в виду тех пассионариев, деятельность которых изначально направлена на общественное благо. Но нужна такая культурная почва, которая способствовала бы тому, чтобы за пассионариями шли лишь жертвенные добровольцы, отдающие себе полный отчет в пути, который они избрали. Нужны "противовесы".

Д.И. К счастью для человечества, наряду с пассионариями существуют и "субпассионарии", которые оказываются спасителями своих этносов, когда пассионарность вождей вступает в стадию "перегрева" и из силы созидательной превращается в разрушительную. Вот тогда-то появляются "гармоничные особи", пассионарный импульс которых равен по величине импульсу инстинкта самосохранения. Это особи энергоуравновешенного типа, - люди, производящие столько работы, сколько требуется для личного самосохранения (поддержания своей жизни и жизни потомства). Характеризуются способностью к полноценной адаптации в среде, но не проявляют при этом повышенной целенаправленной активности. В структуре этноса гармоничные люди играют исключительную роль стабилизирующего фактора, поддерживающего этническую традицию.

Кроме того, в огромном числе случаев субпассионарии проявляют активность, иногда значительную, но не по своей собственной инициативе. Классическим примером субпассионария являлся Л.И. Брежнев.

На рубеже двух веков произошла смена политических элит - к власти пришла "элита субпассионариев". Общество, уставшее от пассионарного перегрева, охотно приняло эту трансформацию власти. Эта смена действительно была необходима.

Однако, вот в чем заключается скрытый смысл прихода субпассионариев. Ночь после битвы принадлежит мародерам. Властная элита субпассионариев незаметно для общества производит вивисекцию мародерства духовного: одна за другой отсекаются, опошляются, ликвидируются пассионарные качества народа. Ему предлагают ретроспективу, а не футуроперспективу, и большая часть народа, озабоченная проблемой выживания, принимает это обращение к прошлому. Нам опять предлагают "годить", как гениально выразился Салтыков-Щедрин о времени отката реформ после 1866 года. Это какая-то обреченность повторяющейся ситуации. Но совсем ликвидировать пассионарное начало в обществе нельзя. Будем надеяться на появление новой популяции пассионариев.

Поэтому перманентный кризис государства и общества будет продолжаться. Господин Путин и его ближайшее окружение - не те люди по всем своим психологическим и политическим качествам, чтобы преодолеть кризис.

Кроме тог, в соответствии с законами цивилизационного разлома и социального метаморфоза это произойдет в период жизни нескольких поколений. Единственно, на что можно надеяться - это на переход России из стадии индустриального общества в стадию постиндустриального общества и приближения ее к информационной эпохе мирового стандарта. Это возможно на протяжении ближайших 20-25 лет, если элита власти будет прислушиваться к советам "духовной элиты" и "элиты знания".

Е.М. Каковы Ваши ближайшие научные планы?

Д.И. Я тружусь над разработкой учебно-методического курса "Интегрально-креативная технология гуманитарного образования" В основе курса лежит моя "Интегральная диалогика". В рукописи выполнено уже более половины работы. Благодарю Вам, Евгений Михайлович, за публикацию небольшого отрывка из этой рукописи на стр. В.В. Курс предназначен для студентов-педагогов, будущих гувернеров (моя технология в рамках существующей классификации тоже можно отнести к "гувернерской". Продолжаю и сам преподавать этот курс, т.е. учить других тому, чему научился сам за всю свою педагогическую жизнь. Большая часть глав из еще не завершенной книги уже публикуется в нескольких философских и педагогических журналах.

Второй замысел - почти готовая книга "Род Черкасовых в истории России". Исторические, архивные мемуары и прочие материалы мы много лет собирали совместно с Е.Д. Макеевой, моей дочерью, кандидатом исторических наук. Поэтому в свет она выйдет как наше совместное сочинение. В сущности, эта книга о всей истории России X\/III - XIXвеков. Вот, например, государственные посты, которые занимали Черкасовы: кабинет-секретарь, вице-адмирал, президент медицинской комиссии, старшая фрейлина, директриса Смольного Института благородных девиц, член Государственной Думы. В культуре и науке: писательница, фольклорный этнограф, путешественник, член литературного кружка В.А. Жуковского, предшественника общества "Арзамас", и т.д. В X\/III - начале XIX веков все Черкасовы завершают службу в ранге действительного тайного советника - это 2-ой класс, выше в "Табеле о рангах" был только канцлер. Баронский род Черкасовых был связан семейными узами с герцогским родом Баронов, графов Татищевых, князей Белосельских и с другими дворянскими родами, прославившими Отечество. О них есть что сказать потомкам.

Но эта историческая книга - только часть более обширного замысла. И мной, и моей женой написаны главы-биографии о ее и моих родителях, о наших бабушках и дедах, о прадедах и других близких родственниках. Это уже XX век. Ничем особенным не знаменитые, эти люди прожили нелегкую жизнь, какой жило большинство их современников в России. Будет материал о Черкасовых и в Русском Зарубежье. Расскажем мы и о своих детях. Т.е. это семейная летопись, которую мы не предназначаем для печати, а только для создания нескольких рукописных материалов - для детей и внуков.

Еще раз хочу поблагодарить Вас, Евгений Михайлович, за кропотливую работу по подготовке серии исторических портретов для этой книги.

Третий замысел - создание книги "Элитарное педагогическое учение в философии Ф. Ницше" (рабочее название). Первая книга о Ницше: "Элитарная концепция искусства в философии Ф. Ницше" написана мною в 1970 г. Толчком послужило эссе С. Лема, знаменитого польского фантаста, "Мифотворчество Томаса Манна" (речь шла о романе "Доктор Фаустус", в котором автор использовал некоторые факты биографии Ницше в образе героя-композитора Адриана Леверкюрна).

Эссе было опубликовано в "Новом мире", который еще держался как журнал советско-либеральной ориентации, благодаря редакторству А.Т. Твардовского. С. Лем достаточно осторожно, но очень убедительно доказал, что не Ницше породил фашизм, а фашизм породил Ницше. Я развил этот тезис и в свою очередь показал, что уж если и были "правоверные ницшеанцы", использовавшие некоторые действительно двусмысленные идеи Ницше, то в Советском Союзе, в лице ВКП(б) и советских вождей - Ленина и Сталина. В те годы о публикации этой книги не могло быть и речи. Мне удалось ее издать только в 1999 г. - накануне 100-летия со дня смерти философа. Но, между прочим, на основании текста рукописи, ходившего в самиздате, в 90-ые годы были защищены две кандидатские диссертации по эстетике и философии Ницше.

Что касается педагогических воззрений Ницше, то за прошедшие 100 лет на русском языке были опубликованы только шесть статей о его педагогическом идеале. Три работы из шести принадлежат мне. Пока я только накапливаю материал, делаю отдельные записями, наброски, тезисы. Рукописи еще нет, работа далека от завершения, тем более, что я ищу современное образовательные учреждения, которые соответствовали бы главным педагогическим концепциям Ницше, а это очень непростое дело.

Если бы я брал интервью у Вас, то тогда спросил бы о Ваших планах. Вы отличаетесь излишней скромностью. А читателю было бы интересно узнать, что во второй половине года у Вас выйдут в свет несколько статей в московских элитных журналах: о математическом моделировании в журнале РАО "Мир образования - образование миру", N3, статья о пространственно-временном континууме и апориях Зенона в "Трудах членов РФО и РАН, N9, литературно-критическая статья в Литературной учебе ( в начале 2005 года).

Думаю, что не только чапаевский, но и московский учитель не может похвастаться таким разнообразием тем и местам публикаций статей. Вам есть, чем гордиться с полным на то основанием, в отличие от тех, кто слывет первым парнем в родной деревне и только и хвалит родное болото как кулик в известной поговорке.

Е.М. Я задам Вам последний вопрос, аналогичный только что прозвучавшему вопросу: о чем бы Вы спросили себя, находясь на месте интервьюатора?

Д.И. я много лет задаю себе одни и те же вопросы, задал бы их и сейчас. Это вопросы, которые И. Кант считал главными вопросами философии:


"Что я хочу знать?"

"Что я должен сделать?"

"На что я смею надеяться?"

"Что есть сам человек?"


В последние годы я стал задавать себе новый вопрос: "Что я могу успеть?"


22 - 24 июня 2004 г.


ПРИМЕЧАНИЕ: Из-за противодействия членов ЧО РСПЛ опубликовать полностью это интервью не удалось. Среди опубликованного, однако, оказалась часть моментов, касающихся критики стихов предпринимателя-поэта В. Семендяя.


ПЕРВЫЕ ОТКЛИКИ


Вопрос В.Я. Аникиной Е.М. Гурееву: Вы объявили войну В.Я. Семендяю. Зачем Вам это нужно? Вы позорите, прежде всего, себя... Вы просто завидуете его успеху...

Гуреев Е.М. : Войну В.Я. я не объявлял. Что касается самого В.Я., то он часто объявляет войну здравому смыслу. Впрочем, у него есть и приличные стихи.

Вопрос В.Я. Аникиной: Чего Вы нагородили про "томление души? Зачем Вы сделали из этого сакральное понятие? Вы вообще-то читали когда-нибудь художественную литературу? Вот Дуняша говорит: "томится моя душенька по милому...". Вы совершенно безграмотный человек и Вам не место в Союзе литераторов и в Союзе философов... Человек искренне обратился к Богу, он рад своей встрече с ним - об этом и песня "Рождество", верующие приняли ее. А Вы? - цепляетесь за какие-то теологические нюансы, философствуете. Вы сами-то пробовали написать на эту тему?

Гуреев Е.М. Фраза "душенька томится" состоит из двух понятий: "душенька" и "томится" - это во-первых. Во-вторых, даже в этом аспекте она вторична по отношению к единому "сакральному" понятию "томление души" и означает в православии "отпад от Бога", поиск его на ином уровне, на уровне земного мужчины. Вы же знаете, что российское православие на бытовом уровне неразрывно связано с язычеством и разными бытовыми моментами. Девушки, прежде чем произвести языческий обряд, на время снимали крестик.... Здесь - как бы тоже самое. Но дело не в этом. Я уже говорил о двух аспектах понятия "Томление души", которое в таком сочетании слов действительно близко по значению к сакральному: подъем к Богу и отпад от Него. Подумайте сами - душа, хотя и связана с телом (а поэтому ей доступны физические страсти), все же по своей природе нетелесна, поэтому ее сущностные качества касаются отношений с духовным, с Богом. Первое есть занижение души. Второе - возвышение, т.е. соответствие её самой себе, своей сущности. Русские девушки часто говорили так: "сердечко мое томится". Вот это "сердечко" есть очень аккуратное признание телесности своего желания, неумения справиться с ним. Но есть разница между неумением справиться и воспеванием, согласитесь. Одно - чистое, другое - называйте сами.

Если взять, согласитесь, сильную фразу " Я - томленье души", ее "вызывающее" звучание, знаем мы о том или нет, все равно означает нечто большее, чем набор понятий "томление" и "душа". Если взять первый смысл (подъем к Богу), то тогда имеем вопиющее несоответствие "соблазну". Если взять второй смысл (отпад от Бога), то тогда в песне - не "временное снимание крестика", а любование до восхищения своим глобальным, захватившем всё "Я", уходом в соблазн. А в восхищенной фразе (цитирую примерно) "неужели ты сердце мое избрала для соблазна?" последнее слово так и напрашивается заменить (по ассоциации) другим более адекватным. Называть его нет необходимости: каждый и так сообразит, и это будет лучшим показателем качества этой фразы. А вообще-то это всё и без пояснений хорошо ощущается каждым внимательным слушателем.

Вот переписка в Интернет (дети и то понимают): "Лишним не будет. Я сейчас побегу на 2-ой оздоровительный, так вот: после занятий дня 4-го обуяла мне тревога, ну душа томится. После прощения все как рукой сняло, хотя ничего личного, в так вообще просила прощения. Может, кому на хвост наступила и не заметила", "Душа томится от накопившихся эмоциональных обид и тяжести от нанесенных вами обид. Облегчите душу Прощением". И еще:

По чём душа томится - не выдам никому.

Я знала, что синица - не ровня журавлю.

Журавль в небе снится... Но, там, в родном краю.

А я - в руках синица, в загадочном раю!

"Апофеоз лермонтовской поэтической мощи должен рождать не ответы, но вопросы, восхищение художественной энергией поэмы не отменяет той тревоги, с которой она начиналась когда-то для Лермонтова: "Страстная душа томится...".А должна ли томиться "страстная душа"? Что значит ее порыв в бесконечность? Стоит ли за ним крайний эгоизм того, кто не хочет идти общей дорогой, или истинная тяга к подлинному бытию, о котором забыли "люди Земли"?", - опять разговор о вечном, а не о примитивном соблазне тела, увлекающим в соблазн еще и душу.

Но если кому-то хочется петь песню или слушать ее - это их дело. Я эту проблему решал на уровне того критического анализа, который должно делать на уровне РСПЛ по отношению к члену РСПЛ.

Что касается песни "Рождество", то я бы подразделил приход поэта к Божественной тематике на три этапа: этап искренности, этап ответственности, этап Веры (пост, моления перед написанием песни и т.д.). Бывает еще этап любопытства - иногда тупиковый, - когда поэт просто хочет попробовать (гонясь за модой), как у него получится. Лично я нахожусь на этапе ответственности, поэтому не допускаю того, к чему не готов. Дело самого автора и Церкви оценивать искренность, ответственность и Веру. Если Церковь не имеет возражения против песни - это ее внутреннее дело. Речь идет о том, что В.Я. Семендяй как член РСПЛ должен обладать еще и профессиональной ответственностью за смысловую начинку текста: она должна быть тоже профессиональной. Об этом и писал Д. Корнющенко со своей профессиональной точки зрения культуролога. А поэт по своей сути тоже должен быть "культурологом", а не просто следовать за слушателем по принципу "понравилось - не понравилось". 16 июля

Дополнительно отвечаю всем членам клуба "Илла", что никакого отношения к выпуску сборника поэтических произведений Владимира Семендяя "Ба, знакомые все лица" не имею. Насколько мне известно, его сборник редактировали Т. Изотова и М. Белова, поэтому их фамилии и указаны в сборнике. Моя фамилия (Е. М. Гуреев) оказалась там по недоразумению.


2 июля


ДИСКУССИЯ


Сергей Балыкин


"... а теперь, видно, так мне и надо."

" Веленью Божию, о муза, будь послушна,

Обиды не страшась, не требуя венца;

Хвалу и клевету приемли равнодушно

И не оспаривай глупца." Я.С.Пушкин


Мне нравятся стихи местных поэтов. За их непосредственность, которую ещё можно встретить в российской глубинке. Не редко, если не всё стихотворение целиком, а только несколько строчек - до того понравятся, что ходишь и не замечаешь, что повторяешь и повторяешь их. Подобное было со строкой, которую я и поставил в заглавие. Поставил далеко не случайно. Это из стихотворения "Раскаяние" Владимира Семендяя, который неожиданно для меня стал мишенью критических стрел выпущенных достаточно прицельно Председателем местного отделения РСПЛ Е.М. Гуреевым. Понятное дело господин Гуреев не прибегал как в старь к помощи многочисленных писем "возмущенных читателей". Аутодафе было проведено по светски, для этого использовалось мнение академика АТП нашего земляка Д.И. Корнющенко, протирея Николая Рощина. Так же по тому же назначению использовались цитаты из А. Галича, Н. Ожегова. Странно даже в "Деяниях Апостолов" написанных в 1 веке, господин Гуреев нашел рекомендации, как требуется молиться, именно народам России и конкретно для нашего времени. Такое прочтение Святого Писание воистину ставит господина Гуреева в один ряд с самими Апостолами. Какой по счету? Впрочем последнее опечатка, но как она удачно вписывается!

Первое что приходит в голову - за что? "дурновкусие, пошлость", - Это самое малое, чем одаривает зрелого мужа, юбилейный творческий вечер, которого происходивший в Д.К. имени Горького при переполненном зрительным зале, останется ещё, думаю, надолго центральным культурным событием нашего города.

" В.Семендяй ... собирается выстроить новую религию: синтез возвышенного и низкого" вот этот перл Владимир Яковлевич заслужил за слова к романсу "Томленье души", музыку сочинила известная в городе композитор Людмила Блынская, творческие вечера, которой стали в Чапаевске регулярными и на них считают за честь участвовать не только известные исполнители, но и хоровые коллективы города. Романс "Томленье души" в исполнении замечательного певца В.Киргинцева, получил гран-при на фестивале самодеятельной песни в Ульяновске. В настоящее время В.Я.Семендяй спонсирует участие В.Киргинцева на вокальном конкурсе в Одессе. В.Киргинцев является солистом хора "Благовест", руководит которым Л.В.Семистеннова. Этот хор не давно принимал участие в Самаре на Всероссийских торжествах посвященных Дням Славянской Письменности.

Хор не только известен тем, что является лауреатом международных конкурсов камерных хоров проходивших в Ялте, но и тем, что постоянно выступает на воскресных и праздничных Богослужении в Никольском храме. И настоятель храма проитерей Иоан Хоменко сам регулярно присутствует на всех выступлениях хора - будь то "Рождественские вечера" или их отчетный концерт, которые происходят ежегодно в Д.К. имени Чапаева. Присутствовал он и на упомянутом юбилейном вечере В.Я.Семендяя. Меня очень удивляет его трогательная забота, внимание к своим духовным чадам коими являются все участники хора "Благовест". Проитерей следит за репертуаром хора, и даже сам составляет его. Он же и благословил поездку В.Киргинцева в Одессу. Это я не только к тому, что батюшке сам Бог помогает пресекать все попытки проникновения пошлости в его паству и не нам вмешиваться в его деятельность, но и к тому, что следующим объектом "праведного гнева" инквизитора Гуреева стала как раз песня В.Я.Семендяя "Рождество" из репертуара "Благовеста."

Я очень даже согласен с мнением Д.И. Корнющенко, что эта песня неканоническая, но она не относится к жанру "Коляд". Да и если бы относилась в чём грех то?. До революции существовал огромнейший пласт неканонической народной поэзии, которая помогала крестьянам и вне стен церкви оставаться рядом с Богом. Вот, к примеру, классическая коляда: "Благослови нас Бог, Завтра Новый год. Всё Святые вечера! Таусень! Собирался Иван Ко заутрени: Надевал кафтан Во сто рублей и т.д." Это пелось не вовремя поста. Примером неканонической поэзии являются припевки, поговорки которые посвящены каждому календарному дню. "Пришел Прохор и Влас: "Никак скоро весна у нас!"" Даже в самой церкви бабушка протягивает свечку и говорит: "Сынок, поставь Миколе ..." Тут бы Е.М. Гурееву надо стоять и поправлять: "Окстись бабуля, как ты смеешь так называть Святителя Николая Архиепископа Мир Ликийских Чудотворца" Неканонической поэзией занимались не только крестьяне. Известный русский поэт Великий Князь Константин Константинович (К.Р.)- автор знаменитой пьесы "Царь Иудейский". И таких примеров бесчисленное множество. Протоирей Иоан Хоменко родом с Украины попросите, его он напоёт Вам столько неканонических духовных песен, что Председателю Чапаевского отделения РСПЛ с таким компроматом долго не разобраться.

Я согласен, что каждая строка из стихотворения "Рождество"- "невообразимо режет и слух, и разум, и душу." Но это объяснимо. В.Я. Семендяй очень ответственный человек и боясь нарушить религиозные каноны создал очень сложную для восприятия песню. Но это очень простительно. Современный текст гимна России, автором которого является не менее ответственный Сергей Михалков, тоже "невообразимо режет и слух, и разум, и душу." Иные также воспринимают и церковнославянский на котором ведётся Богослужение, но это вообще люди пропащие. Думаю не стоит повторяться почему текст другой очень серьёзной песни "Посвящение России" как написано в статье - сплошь "литературные реминисценции". Таже самая причина. Автор боялся выпятить в ней себя.

Ведь правильно заметили стихотворение "задумано, как гимн. " А припев просто великолепен:


"Всё пережить она сможет,

Многострадальная Русь.

Пусть ей Всевышний поможет,

Я за неё помолюсь."


Как бы там не мудрствовали Е.М. Гуреев и Д.И.Корнющенко - молится мне ни кто не запретит. Другое дело, какова сила моей молитвы, но если мы очень уж бессильны в этом то тем более - молитвы господи помилуй мя, как и господи Спаси Россию должны у каждого россиянина звучать при каждом -выдохе. Вместе то молитва звучит сильнее. Следующее стихотворение, которое подверглось бичеванию, называется "Роза". Я честно признаться не пойму к чему такие слова в статье - "пошлослащавая "роза" из дамских блокнотов." Я ни когда, ни читал и читать не собираюсь, что написано в дамских блокнотах. Но я даже и не сомневаюсь, что там пишут только о святом, чистом, целомудренном. А цветок розу, меня на всю жизнь заставили полюбить - Маленький Принц Антуана де Сент Экзюпери и стихотворение Ивана Мятлева "Как хороши, как свежи были розы ..."и ничто этой любви не помешает.

Очень верно замечено "Роза" В.Я. Семендяя "парафраз хрестоматийно пастернаковской "Метели". Пускай читатель сам сравнит эти стихотворения, и сам решит насколько талантливо у Б. Пастернака и насколько "пошло" у В.Я. Семендяя. Стихотворение "Роза" далеко не плохое стихотворение, а то что у .Пастернака лучше-то кто в это сомневался ? Если существуют Пушкин, Пастернак или упомянутый в статье Райнер Мария Рильке то, что же и писать стихи прекратить? ""Блаженны нищие духом, - "'" эта заповедь подходит для большинства чапаевских поэтов. Они "томимые духовной жаждой" заметно отличаются от пресыщенных знаниями многих участников поэтического конкурса памяти поэта Марка Белого и всех, кто, одаренный Божественной искрой, преждевременно ушел от нас: Ники Турбиной и т.д. и название конкурса само по себе симптоматично. А же мурашки по-коже. Среди участников этого по истине мистического конкурса, не мало я повторяю молодых да ранних. В их стихах полностью отсутствует "романтика будней". Этакие умудренные жизненным опытом малолетние старички.

Интересно мнение знакомого Е.М. Гуреева протирея Николая Рощина о этом поэтическом "шабаше" молодых. Может за спонсорскую поддержку конкурса и попустил Бог чтоб так по "черному" отблагодарили В.Я. Семендяя. Куда неизвестно исчез конкурс памяти замечательного русского писателя В. Бондаренко, нашего земляка?

В.Я. Семендяй хотя и крещеный и названный по святцам православный человек - не является видно прихожанином храма. Он по дон-кихотски думает с помощью худ. Самодеятельности возродить былое величие Чапаевска. Сейчас Семендяй переживает творческий взлет. Слишком велики будут искушения которые ему придется встретить. Ему следует по-примеру хора "Благовест" найти духовного наставника. Перечисленные грехи Семендяя В.Я. в статье всего лишь огрехи. Мешать же ему в творчестве - запрещать писать стихи - поистине великий грех. Матфей п.31. "Всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа не простится..."


23 июля


ПРИМЕЧАНИЕ: В статье сохранена оригинальная орфография


Евгений Сартинов


СПАСИБО, БАРИН!


В недавнем номере газеты сдвоенный центр нападения в лице наших философов, Е. Гуреева и Д. Корнющенко предпринял критическую атаку на творчество В. Семендяя. Критика, дело нужное, тем более для Владимира Яковлевича. Ну, он не Пастернак, это да, много было в словах философов верного. Но меня как-то больно корябнул стиль всего этого повествования. Стиль этот давно известен, прозван: "Приехал барин, научил дураков".

Во-первых, удивило отношение к Семендяю, как к источнику всемирной пошлости. Нашли, наконец- то, крайнего. Ему, это, может быть, и польстит, но что плохого в том, что его песни поют в прибрежных ресторанчиках? Вертинский всю жизнь пел в кабаках, а слава его не сравниться ни с чьей, и переживет

всех нас, хоть собери наши все жизни, плюс Корнющенко и Гуреева. А после последних "шедевров" Глюкозы и Кати Лель семендяевское "Томление души" слушается прямо как шедевр духовности.

Наши философы так далеко забрели в духовные дебри, что постепенно начали нести явную ахинею. По их мнению, Семендяй не достоин того, чтобы молиться за Родину, а должны это делать только Сергий Радонежский и Серафим Саровский. Я что-то не понял, достал классиков. Лев Толстой, "Война и Мир", накануне Бородинского сражения. "Огромная толпа с открытыми головами офицеров, солдат, ополченцев окружала икону и чаще опускались головы, встряхивались волоса и слышались вздохи и удары крестов по грудям".Трудно представить, чтобы перед этим молебном Кутузов бегал перед строем солдат и запрещал молиться тому, кто плохо поет или пляшет. Значит, по мнению философов, и наши бабушки, и прабабушки, во время Великой Войны молившие о победе Родны, совершали жуткий грех. Вот и получается, что одни должны молить о благе родины, а другие только о том, чтобы редька уродилась, да хрен рос. Я обратился к отцу Иоанну, настоятелю нашей Свято-Никольской церкви, того также удивила такая постановка вопроса. Как можно кому-то запретить молиться, ведь молитва, это самое интимное общение с богом.

При этом удивляет методичная уверенность наших янусообразных философов в том, что они должны вершить все церковные законы. Какие это они семинарии кончали?

Ну, и конечно, главное. Из такого синтеза искусств, которым является песня, трудно подходить с обычными мерками. Мелодия как бы сглаживает шероховатости текста, а порой служит усилению самого смысла. При этом невольно вспоминается еще одна ехидная усмешка великих: "Кто может, тот пишет, кто не может -- тот критикует". И вспоминаются строки еще одного гения: "Суха мой друг, теория, а древо жизни вечно зеленеет".

Я как-то думал, что критика должна касаться несовершенства поэтического размера, слога. Но подобное препарирование на философских высотах подобно Пушкинскому Сальери. "Я алгеброй гармонию

проверил..." Только в поэзии бывает важен не только алгебраический настрой, а то, что настроение, состояние души. И на высокомерное поучение о том, что сейчас весь Запад перешел на верлибр, охота

ответить коротко -- покажи сам, а мы посмотрим, как-то у тебя получиться. Так что, спасибо, барин, за тулупчик заячий, но мы как-нибудь сами.


23 июля


Р.5. Недавно Виктор Киргинцев возвратился с международного конкурса из Одессы, где занял ) место за песни "Томление души" (ст. В.Я. Семендяя, муз. Л. Блынской). И "Движение жизни" (ст. М. Беловой, муз. В Семендяя). На фестивале В. Семендяй получил благо-

дарственное письмо за предоставленные песни.


23 июля


ПРОДОЛЖЕНИЕ ДИСКУССИИ

Хотя полемика в основных чертах завершена, еще приходят отклики на нее. Замалчивать их невозможно, но и полемику продолжать до бесконечности тоже нельзя. Поэтому публикуются только выдержки из этих откликов, отражающие новые нюансы и задающие новые вопросы.

Валерий Щежин, композитор и певец: Евгений Михайлович, с огромным удовольствием прочел материалы по дискуссии. Спасибо. ... сам факт такой острой, искренней дискуссии в Чапаевске - явление неординарное и говорит о возросшем культурном уровне города, хотя бы в кругах творческой интеллигенции. И в этом, конечно, Ваша неоспоримая заслуга! С уважением,  Валерий Щежин.


6 августа


Яна Северская: Я думала, что РСПЛ это серьезная литературная организация. Но когда узнаю, что граждане, не являющиеся членами РСПЛ, дают рекомендации вступающим в РСПЛ; когда слышу, читаю, что мнение члена РСПЛ в литературной области для самих же литераторов имеет меньший вес, чем мнение всевозможных нелитературных организаций (а это уже давно заметно по материалам Литературной страницы), то у меня, естественно, возникает вопрос: "Что же это за организация, которая не дорожит собственным авторитетом и сводит его к нулю в глазах читателя?", "Что за мазохизм, чем он объясняется?". Вы как председатель разве не несете за это ответственность? Может это не "союз профессиональных литераторов", а "союз непрофессиональных литераторов"? - тогда всё понятно. Познакомьте, пожалуйста, читателя с историей возникновения РСПЛ и его делами. Если есть история, должны быть традиции, уважение к ним. Тогда будет уважение и к самой организации, а это поможет ей в ее делах.


6 августа


Галина Давыдова: Неприятно, горько и стыдно читать на страницах газеты на протяжении нескольких номеров даже не дискуссию, а отзвуки какой-то склоки среди наших городских литераторов Стыдно за них -- вместо того, чтобы заниматься творчеством, писатели и поэты стараются побольше "укусить" друг друга. И все эти "ушаты грязи" выливаются и на нас, читателей. Неужели вам нельзя было решить все проблемы в вашем узком кругу, не вынося "сор из избы"? Зачем нам, читателям, портить наше мнение о вас? Нельзя таким образом формировать наши эстетические вкусы. Предоставьте нам, читателям, самим решать, нравятся нам творения того или другого автора или нет. И не противоречьте самим себе сначала вы публикуете стихи В. Семендяя (в т ч и те, из-за которых разгорелся сыр-бор), принимаете его в РСПЛ, а потом камня на камне не оставляете на его творчестве, дойдя даже до того, что публично призываете его не писать.

Почему Е. М. Гуреев так хочет всем навязать свою точку зрения, что даже отказывает оппонентам в праве иметь другое мнение? Поменьше назидательности, дорогие литераторы! Не надо нас поучать! Вы больше пишите для нас, мы ждем с нетерпением ваших стихов и рассказов. А уж выводы о них мы сделаем сами.


6 августа


Примечание: Как потом выяснится, за возмущенным читателем Галиной Давыдовой скрывается скрывавшая свое несогласие с Е.М. Гуреевым член ЧО РСПЛ Марина Белова.

Сергей Балыкин: Идет невидимая брань. Бездуховность пулеметной очередью косит ряды наших ближних. И можно ли критиковать В.Я. за то, что он в минуты всеобщей растерянности бросился не размышляя, подобно Александру Матросову, на амбразуру дота, там где укрепился враг...<...> И не прекрасна ли его Рождественская песня, которую мы слышали вместо грохочущего лязга погибельной какофонии окружающих нас звуков.

Дай Бог будущим участникам конкурса написать новые песни и о Родине, и о Любви, и о Вере. Но Навсегда нам останутся спасительными именно нынешние песни В.Я. Семендяя и которые, надеюсь, скоро появятся. Дай Бог ему не зарывать Свой талант, кто бы и как бы ни склонял его к этому Духовному Самоубийству. Всякий грех простится <...> а этот никогда<...> С. Балыкин.


13 августа


Православный центр "К истинному православию", г. Барнаул (о песне "Рождество"): <...>. Если не знаешь Св. Писание, то не только эта песня не смутит, но и многое, что творится вопреки Слову Божию. Во-первых, неверны слова "...грешный - живите в Христе". Вот что говорит о грешном Иисус, сын Сираха: "... и Всевышний ненавидит грешников и нечестивым воздает отмщением." (Сир.12:6) Если же этого не знать, то получается, что можно грешить и спокойно "жить в Христе". А на самом деле еще необходимо покаяние. "Так, говорю вам, бывает радость у Ангелов Божиих и об одном грешнике кающемся."(Лук.15:10) Слово "Всевышний" к Иисусу Христу в Библии не применяется, т.к. Иисус - Сын Всевышнего: "Он будет велик и наречется Сыном Всевышнего, и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его..." (Лук.1:32) Поэтичность этого произведения также сомнительна, есть много старинных рождественских колядок, в том числе переведенных на русский язык, из Православных песнопений, лучше брать их, чем выдумывать такое...


С уважением, К истинному Православию


13 августа


Яна Северская: Что же это происходит на странице городской газеты? - просто картина: "Униженные и оскорбленные"! Критика была, есть и будет существовать, шагая вместе с творчеством людей, и нужно научиться ее воспринимать и понимать, не как нечто негативное, а наоборот. Это же целый литературный жанр. А вот открывать новый литературный жанр "Критика на критику" вряд ли стоит, а называть ее грязью - тем более. Мы что же, в школе не учились, имена и произведения русских критиков не знаем? Не согласны с критикой того или иного произведения - пишите свой критический анализ на это же произведение, приводите контраргументы. Так делалось в русской литературе, да и, наверное, не только в русской - а то - ни одного нет. И критика бывает даже более жесткой, на то она и критика. Понятно, что бывает больное самолюбие не только у пишущего, но и у влюбленного читателя особенно, которое мешает воспринимать действительность и делает каждого, высказавшего неодобрение, врагом. Но это ли разумная позиция? Я, например, жду критики на свои произведения - аргументированной критики. И я просила бы, в том числе и Евгения Михайловича, не делать скидок на мой возраст. С уважением, Яна Северская.


13 августа


Алексей Виленский (АБН, Самара): <...> Галина Давыдова - выражение бездарного читательского высокомерия: клиент, т.е. читатель, всегда прав. "Не надо нас поучать", - да ведь поэзия это тоже учеба и урок, если это хорошая поэзия. Если же поэтов считаете дураками, зачем они Вам? Или литература и искусство оказалась в сфере услуги, а "понравилось" - главный критерий? А ведь подлинное, настоящее и не должно нравиться, потому что оно, как Зеркало, в котором мы все выглядим виновными. Тут пониманите должно быть. <...> Бросаться с кулаками на литературную критику, называть ее вынесением мусора из избы?

Извините, дорогие чапаевцы, я проучился несколько лет в чапаевской школе, и меня учили и на уроках литературы, и на уроках обществоведения, и на других уроках говорить правду, - а неправда всегда ищет кулуарных решений и боится света. И я благодарен чапаевским учителям за этот урок. И еще меня учили, что критика - дело общественное, а не личное, не "укусить друг друга". У кого учились те люди, которые хотят загнать литературную критику в кулуарные конюшни, не знаю. Не согласны с критикой - приводите аргументы, но не набрасывайтесь на нее. <...> Я пишу пародии, но, думаю, Вы и на них наброситесь - уже переврали... . Честно говоря, мне расхотелось их присылать.... И еще. Положение критика не менее тяжелое и ответственное, чем остальных литераторов, а в каком-то смысле даже более тяжелое и неблагодарное. В Чапаевске же нужно обладать большой смелостью, чтобы быть критиком <...>. Валерий Щежин - молодец, первый нормальную речь произнес... Интересная цитата у Давыдовой: "Почему Е.М. Гуреев так хочет всем навязать свою точку зрения, что даже отказывает оппонентам в праве иметь другое мнение?" Я увидел только одно: человек последовательно отстаивает свою точку зрения, за что я не могу его не уважать. Кому и где Гуреев отказывает в праве иметь другое мнение? - я бы на месте Гуреева подал в суд за клевету, поскольку читал его тексты и ничего подобного не обнаружил. А Е.М. Гурееву мой совет: Ну, разобьете Вы, воин-одиночка, ..., еще кого-нибудь в словесных баталиях. И что? Сторонников не наберете. Вы проиграли, несмотря на "победы". Я симпатизирую Вам, поэтому говорю: бегите, бегите с корабля сумасшедших, иначе сами станете сумасшедшим...

Интервью с тележурнаплистом Виктором Шалимовым - не душещипательное повествование о хорошем парне, а ворох проблем, важнейших общественные проблемы для вашего города. Чувствуется, гордая душа кровоточит, помощи просит. У Вас талантливые художники умирают, а их картины теряются, ... Ваша помощь нужна, читатели и Ваша помощь, Галина. Вот о чем пишите. Будут отклики? Ау! - есть кто живой? Или мы только на добивание работаем?


13 августа


Письма, пришедшие после 13 августа и не опубликованные в газете

Любовь Щетинина: Вы (Гуреев)- литературный киллер, Вы убиваете живую мысль, человеческие чувства. Я Вам скажу по-русски: Вы убийца... Люди пишут сердцем, а Вы убиваете их своим жестоким, где-то для адских целей натренированным разумом... Ну убили, а дальше-то что?

Антонина: Не считайте, уважаемый Е.М. Гуреев, читателей газеты ослами. Нас не собьют ваши словесные выкрутасы, заумные построения и схемы, и где этому Вы только научились? Полнейшая бездуховность во всех этих ваших статьях, поддержанная небезызвестным Корнющенко, резко контрастируют с вечной зеленью жизни, как метко выразился Евгений Сартинов, остальных чапаевских поэтов и литераторов. Прочь с дороги!

Сергей Балыкин: <...> А насчёт критики. Сколько пользы для процветания России сделали оды М.В. Ломоносова? Последователи Радищева и на самом деле страшнее Пугачёва оказались.


15-20 августаЕ.М. Гуреев


ОТВЕТ ОППОНЕНТАМ


ХВАЛЯ ДРУГИХ, ВОЗВЕЛИЧИВАЕМ И СЕБЯ (Атри)


Вот и дошли до логического конца в нашем бесконечном славословии В.Я. Семендяя: критика на В.Я. не больше и не меньше, чем хула на Духа Святого.

-- Все, что было в моей критике (неполной, но резкой,) - не выходило за пределы литературно-публицистического плана и касалось В. Семендяя как члена РСПЛ, действующего на городском уровне. А Вы уважаемый, воистину апостол, бросились защищать и воспевать его на всех планах бытия и задействовали множество уважаемых лиц, даже Господа упомянули. Хорошо ли прикрываться именем Господа? Почему Вы не допускаете, что Бог и мне помогает отличать хорошее от плохого? Будем спорить, кого Господь любит больше?

-- "Дурновкусие, пошлость" касались только тех литературных элементов, на которые указывала критика. Вы же распространили это на все творчество В.Я. - "хорошая" услуга.

-- "Странно даже в "Деяниях Апостолов" написанных в 1-ом веке, господин Гуреев нашел рекомендации, как требуется молиться" (Балыкин). Речь идет о молитвенном календаре, где рекомендации, чему и как молиться, перемежаются с наставлениями из апостольских посланий. А Вы сделали "масштабные" и пристрастные выводы.

-- Разберитесь, пожалуйста, кто получил Гран-при, песня или исполнитель. В газете "ЧР" попеременно утверждается то одно, то другое. И что же именно спонсирует В.Я. Семендяй: исполнителя или свою песню? Мне, в конце концов, приходится делать ссылки. Можно запутаться. И похоже на этическое нарушение. Если бы это делал сам В.Я. Семендяй, то про устав РСПЛ нужно было бы помнить

-- "До революции существовал огромнейший пласт неканонической народной поэзии, которая помогала крестьянам и вне стен церкви оставаться рядом с Богом" (Балыкин)

Жаль Вашего пафоса при перечислении всех авторов, писавших неканонические тексты. Вы могли бы сберечь свои силы, если бы знали, что Гуреев и сам печатал неканонические тексты в виде марсианской Книги. Меня оправдывало не только то, что это был фантастический жанр, но и то, что эти тесты, с моей точки зрения, не вступали в конфликт с Христианским учением. Посвятив большую часть своего текста азбучным истинам, Вы лукаво обошли вопрос о самом понятии "неканоничности". К неканоническим религиозным текстам (в узком смысле этого понятия) относят тексты, в своей основе не противоречащие учению, но твердо не установленные, церковно не узаконенные. Д.И. Корнющенко, чтобы смягчить свою оценку, использовал это понятие для обозначения текста, который вышел даже за рамки неканонического. Две конкретные строчки из "Рождества": 1) "Славим Всевышний, Твое мы на свет появленье". Но Всевышний, Владыка, Бог, Творец, Первопричина - в христианстве: триединое божество, творец и всеобщее мировое начало -- Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святой. А Творец - изначален. Свет, бытие, даже категория "существования" - вторичны. На свет появился Сын Божий Иисус Христос, а не Всевышний.!!!

2) "Слово Господне во плоть превратилося вдруг". Почему "вдруг"? - ради рифмы? - тогда это пустое суесловие. Почему "превратилось"? Почему в "плоть"? У Иисуса Христа, извините, не одна только плоть была. И если Слово превратилось, значит, - исчезло, стало адекватно плоти. Высшее стало низшим. Если Слово приравнивается к Богу, то Бог исчез, превратившись в плоть. Явная нелепица, абсурд. Божественное Слово может облечься в плоть - это другое дело. Вот это и "режет" слух, душу и разум, а не надуманные "сложность" или "скромность" автора. С точки зрения богословия, все сказанное В. Семендяем, - ересь. С точки зрения философии -глупость. Вот в чем, мягко выражаясь, "неканоничность" этих и ряда других строк.

7. Вы представили дело таким образом, что Д.И. Корнющенко и Е.М. Гуреев (не иначе как, свихнувшись) инквизируют коляды, а также религиозный и околорелигиозный эпос. По содержанию любого текста видно, касается он религиозной догматики или нет. Если касается, то далее идут вопросы непротиворечивости, церковного использования, а значит - каноничности. Коляды не претендуют на внутрицерковное использование, лишь слегка касаются догматики и ей не противоречат. И никаких высказываний против коляд ни у меня, ни у Д.И. не было. В песне "Рождество", как я уже показал, догматика затрагивается самым непосредственным и грубым образом.

8. В вашем гимне неканоничности Вы косвенно тронули и языческие элементы. Есть глубокое православие, а есть фанатично-поверхностное. Довольно часто "внутреннее православие" оказывается или лубочным, или любопытствующе-туристическим, или пользовательским. Разберитесь в этих вопросах. Языческие элементы всегда присутствовали возле православного учения, но внутри сознания православных людей, - они-то и явились троянским конем в дни Октябрьских событий. Откуда иначе вылезло все это идолопоклонство и уничтожение священников? Язычество вне православия это одно, а внутри православного сознания - нечто иное. Если же Вы допускаете полное смешение в православии всего и вся, то для чего вообще делить тексты на канонические, неканонические и прочие?

11. "Думаю не стоит повторяться почему текст другой очень серьёзной песни "Посвящение России" как написано в статье - сплошь "литературные реминисценции". Та же самая причина. Автор боялся выпятить в ней себя. Ведь правильно заметили стихотворение "задумано, как гимн. " А припев просто великолепен (Балыкин):

"Всё пережить она сможет,

Многострадальная Русь"

Первые две строчки - не В.Я. принадлежат; хорошие, но примелькались, стали общим местом - это не для поэта.

Пусть (!!!, Е.М.) ей Всевышний поможет,

Я за неё помолюсь."


Где же молитва, "соль"? Одно только обещание. Не в пустых, легковесных обещаниях суть, а в молитве. Не просто слова, а - Молитва-покаяние, молитва-жертва, молитва - обет. Ученики просили Иисуса научить их молиться. В.Я. полностью обошел этот трудный для него вопрос? Чем же Вы восхищаетесь, уважаемый? Восторженная пустота, напыщенный пафос - вспомните, что сказал Сергей Рощин. И вообще, на сделку похоже: я помолюсь - Всевышний поможет (во всяком случае, такое толкование напрашивается - одно "пусть" чего стоит!!!), или еще хуже - в обратном направлении. А где же, хотя бы в подтексте: "Да будет на все воля Твоя"? Сравните: "Пусть Никифор дрова привезет, я заплачу". Поразительно, но обращение к Всевышнему не прямое, а в третьем лице. А это означает бессознательное обращение к чему-то обезличенному (как и в случае обычного светского пожелания), надстоящему над Всевышним. Если и есть искренность, то искренность панибратства с Горним миром, но не трепетности. А далее в стихотворении - вообще поэтически неудачные строчки.

Насчет жанра: задуман как гимн России, но, включая в него высокую и глубокую тему моления, автор нарушил жанровую определенность. Получилось, что-то между гимном и молитвой. Вот почему и сказано: "походя помолился" (кстати, молитвы о России не пишут в виде гимна). А, значит, неизбежно приходится оценивать по двум параметрам. Как Вы полагаете, нужно ли ответственно относиться к стихам из цикла "Молитва о России"? Сколько Вы найдете поэтов, которые рискнули бы вынести на суд общественности разработки по этой теме? Пересчитайте, а потом загляните, как они пишут. Посмотрите и Иеромонаха Романа. Есть ли, где-нибудь подобное? Не будем приказывать Господу, тем более - торговаться! - слишком непомерна наша гордыня. Россия превыше? Всевышний - прислужник? Владимир Яковлевич помолился и дело сделано? Кстати, многие, идущие к вере облегченно, с парадного крыльца, поймут ли сказанное?

А вот параллельный пример Божественного гимна, сравните: "Когда исполненный сердечных восхищений, Я духом вознестись к тебе дерзну моим, О Боже!.. посреди любви, благодарений. Теряюсь, изумлен величеством твоим!.."


10. "Как бы там не мудрствовали Е.М. Гуреев и Д.И.Корнющенко - молится мне ни кто не запретит". "...молитвы господи помилуй мя, как и господи Спаси Россию должны у каждого россиянина звучать при каждом -выдохе", (Балыкин)

Но где это "помилуй мя" в стихотворении В.Я. Семендяя? Что касается запретов, то опять Вы говорите неправду. Никто ни кому молиться не запрещал. Речь идет об использовании молитвенной темы в гласной поэтической форме. Порядочно так вести дискуссию? Ведь именно необходимость "помилуй мя" я и объяснял. Напомню свой текст: "...прежде чем молиться за Россию, мы должны молиться за прощение наших грехов, иначе наш голос не дойдет до Всевышнего. И уже потом не на распев, не на виду и слуху, а наедине с Богом вершить молитву о России и человечестве или в Соборной форме". Как видите, уважаемый, о запрете на молитву России здесь и речи нет - речь о собственном покаянии. Как Вы могли этого не заметить? Придется признаться, что я тоже молюсь за Россию, но декларирую это всему свету только в особых обстоятельствах. Но нужно обладать внутренним правом на то, чтобы молиться за Россию в гласной поэтической форме, иначе можно обесценить это глубокое и ответственное действие. Дело в том, что слушатель оценивает не только духовную песню, но и соответствие ее авторов этой духовности!!!.. Если Владимир Яковлевич ощутил в себе такое право, то Бог ему судья и Вам тоже. Я не фанатик, но не разрешаю себе таких вольностей. А это для Вас лично: Молитва является естественным стремлением души к общению с Богом, как и жертву можно назвать воплощенной молитвой (Пс 140.2). О молитве в Священном Писании имеется более 40 различных указаний Важнейшие из них следующие: • молиться нужно с верою (Мф 21.22; Иак 1.6), • втайне (Быт 24.63; Мф 6.6; Лк 9.18), • кратко (Неем 2.4; Мф 6.7; Ин 12.28), • тихо (Неем 2.4; Пс 5.2), • искренне (Пс 118.58), • смиренно (Лк 18.10-14),...

1Тим.2:8 Итак желаю, чтобы на всяком месте произносили молитвы мужи, воздевая чистые руки без гнева и сомнения; 1Иоан.5:14 И вот какое дерзновение мы имеем к Нему, что, когда просим чего по воле Его, Он слушает нас. Есть немало примеров, когда Господь не ответил на молитву и не дал просимого (Вт 3.24-27; 2Ц 12.12-18а; Мф 20.20-22а; 2Кор 12.7-9а).

Если Вы молитесь за Россию без покаяния за Россию, и за себя как кусочек России, из-за чего молитва не дойдет до Всевышнего, Вы суесловите - и только. Почитайте иеромонаха Романа, например, у него на первом месте покаяние - в самих песнях покаяние. Неужели такие элементарные для православного истины Вам нужно объяснять?

-- Про образ "розы" - явная передержка. Вы опять-таки умудрились не заметить фразу: "хотя в ином контексте роза могла бы быть мистическим образом". Т.е. роза как поэтический символ не отрицается. Вот прекрасный образ у Окуджавы: "...из-под импортного пива Роза красная цвела гордо и неторопливо". Да будет Вам известно, что и у меня роза в стихах встречается. Вы опять стреляете куда-то не туда, а, в конечном счете, попадаете в В. Яковлевича.

12. "Стихотворение "Роза" далеко не плохое стихотворение, а то что у Б. Пастернака лучше-то кто в это сомневался ?" - Вашими бы устами да мед пить! Истина конкретна, а демагогия - вне конкретности, хотя и призывает все время к ней. Так что не будем играть в "кошки-мышки" и напечатаем несколько строчек В.Я.

.....

И, как звезда в ночной тиши "

Глаза горели,

Когда зовущий баритон

Ковром стелился.

То желто-розовый бутон

Багрянцем крылся, ...


"зовущий баритон", "ковром стелился". Багрянцем все же бутон крылся - значит, стыдно стало розе и за зовущий баритон, и за такое ее использование в тексте. Ваше право, уважаемый, считать это святым, чистым, целомудренным, но не обессудьте: на Вас смотрят и другие читатели. А какой неподражаемый образ "глаза горели". У кого глаза-то горят, помните?

-- "Если существуют Пушкин, Пастернак или упомянутый в статье Райнер Мария Рильке то, что же и писать стихи прекратить?" Стройте свое поэтическое пространство и пишите. Иначе - замаскированный плагиат. Хотите взять форму в долг - платите проценты качеством!

-- "Интересно мнение знакомого Е.М. Гуреева протоиерея Николая Рощина о этом поэтическом "шабаше" молодых" . И как у Вас все просто - и на участников конкурса - грязь вылили, и литераторов в городе на две части поделили. Я думаю, и пост Председателя РСПЛ мы с Вами поделить сумеем. А вот про "шабаш" - это очень сильное заявление. Я, уважаемый, - православный человек и на груди- православный крест. И никто не имеет права отлучить меня от Господа, кроме самого Господа. А "молодых" - за что? Какая же непомерная гордыня, все-таки, Вас укусила! Марк Белый, между прочим, тоже наш земляк. Он всю свою короткую жизнь шел к Богу. Когда он погиб трагически, то в кармане его пиджака нашли листочек с Нагорной проповедью, который он всегда носил с собой и перечитывал на ночь. И как Вам в голову пришло такое?!

-- Насчет мистики. Божественная мистика - не криминал в православии. Вы, видимо, имеете в виду иную мистику. Но для меня является мистическим сам факт моего "знакомства" с Вами. Я ни разу с Вами не встречался, но Вы постоянно оказываетесь где-то рядом. Первый раз - это было все нормально - Вы были участником конкурса памяти В. Бондаренко. Первое место не заняли - не страшно. Нужно было или успокоиться, или продолжать работать над стихом. Тогда бы мы с Вами еще раз встретились при "литературных обстоятельствах". Но вот Вы попадаете на Литературную страницу со своей культурно-поэтической программой. Третий раз Вы пытаетесь зачем-то встретиться со мной. Четвертый - я прочитал удивительную рекомендацию В.Я. Семендяю, написанную Вашими стихами для принятия В.Я. в члены РСПЛ. Какое отношение Вы имеете к РСПЛ, я, право, не знаю. Впрочем, криминала здесь нет, но нескромность - налицо. Пятый раз я встретился с Вашим "двойником". Мне рассказали про некоего Сергея Балыкина, которому один "замечательный русский писатель" виделся с рогами и хвостиком. Я сначала, было, подумал, что это Вы, но, прочитав Ваше восхищение упомянутым писателем, понял, что это был другой человек. - Все равно мистика. И вот, наконец, шестая заочная встреча с Вами - я готов перекреститься. В чем дело? Если Вы "посланец", то откуда?

-- Насчет спонсорской помощи. В клубе "Илла" были против спонсорских денег. Я писал об этом. Лично несу за все ответственность. Я обратился в отдел культуры, где пошли навстречу клубу и выделили основную часть средств. Потом обратился и к Владимиру Яковлевичу, поставив всех перед свершившимся фактом, и полагая, что чапаевский поэт-предприниматель мог бы и сам помочь литературному движению в городе. Его деньги в небольшом количестве пошли на покрытие технических расходов, остальные - на награды иногородним участникам конкурса.

-- "Он по дон-кихотски думает с помощью худ. самодеятельности возродить былое величие Чапаевска" Вам виднее, о чем он думает. Но, извините, а что же тогда делают все остальные? Разве до этого концерта было чисто поле? Не было двух фестивалей "Музыка души", разве не было других литературных и музыкальных мероприятий городского масштаба, творческих вечеров? "Процесс пошел..." (ЧР) - а что было до этого? и куда процесс пошел?

-- "Мешать же ему в творчестве - запрещать писать стихи - поистине великий грех". О, как! Насчет поучений и критики В.Я. Семендяй не последний в нашем литературном объединении. И если В.Я. имеет право (а он имеет его), никого не спрашивая, устраивать общегородские мероприятия, то почему Гуреев Е.М., все же - член РСПЛ и председатель Чапаевского отделения, не имеет права высказывать своего, пусть и резкого мнения? - почему такая избирательность? Никаких запретов нет и быть не может (где Вы вычитали про запрет?), а на свободу писать стихи должна быть свобода их анализа. Слышал бы В.Я. все замечания, адресованные ему раньше, не получилось бы то, что мы имеем сейчас. И давайте перестанем делать идолов.

-- "Куда неизвестно исчез конкурс памяти замечательного русского писателя В. Бондаренко, нашего земляка?" Небезынтересно Вам, уважаемый, знать (а, скорее всего, - вспомнить), что Е.М. Гуреев был инициатором и председателем жюри первого конкурса памяти В. Бондаренко. Он же был инициатором и второго конкурса, который продолжился в рамках газеты "Чапаевский рабочий". Но у многих, и у Вас в том числе, - избирательная память. Гуреев же выступил с инициативой провести Бондаренковские чтения осенью этого года. Но это не только инициатива, но и тяжелый труд для председателя, который не только денег за это не получает, но и свои порой тратит, не получая, извините, никакой благодарности. Я ее не просил и не прошу, но прошу и настаиваю на порядочности. Что касается непосредственно проведения конкурса памяти В. Бондаренко в этом году, то напомню, что конкурс находится в ведении Администрации города и газеты "Чапаевский рабочий". Могу сказать, что РСПЛ присоединилось к мнению редакции газеты насчет нецелесообразности проведения конкурса в этом году. Мотивировки были разными, но согласие - одно: целесообразно проводить конкурс В. Бондаренко один раз в два-три года, но зато основательно и серьезно (об этом писалось в газете). Удалось же на высоком уровне провести конкурс памяти Марка Белого, талантливых участников которого Вы оскорбили. А что касается "земляков", то не мешало бы всех честных, умных, людей, приносящих пользу России и планете считать своими "земляками". Прискорбно, что Вы придерживаетесь иной "веры", перемежая искренность с серостью. А у "нищих духом", если и нет литературной или иной творческой работы, то есть "работа души и сердца" или искреннее покаяние. В чем я Вам желаю преуспеть. Что касается Владимира Яковлевича, то он только что стал членом РСПЛ, и если он достойно пройдет сквозь "огонь критики", это будет ему на пользу. Тема исчерпана. Мир Всем!


23 июля


Е.М. Гуреев


не ложью единой ...


(В завершение полемики, возникшей в связи с критическими замечаниями Д.И. Корнющенко и Е.М. Гуреева по поводу отдельных произведений В. Семендяя)


Я, было, поставил точку в газетной полемике, отвечая С. Балыкину в прошлом номере газеты, чтобы перенести ее на уровень РСПЛ. Но внезапно появившаяся статья журналиста Евгения Сартинова "Спасибо, барин", по замыслу - полемическая, по сути - чисто пропагандистская, наполненная недомолвками, искажениями, намеками, завуалированными и прямыми оскорблениями, дает мне право и обязывает на гласный ответ. Полемика может быть острой, но не должна быть развязной. Есть определенные правила, касающиеся культуры полемики. Непременным условием ее является цитирование оппонента. Иначе получается так: оппоненту приписываются мысли, которых он не высказывал и начинается " разнос и уничтожение", в расчете на то, что кто-то оригинал не читал, кто-то читал невнимательно, а кто-то забыл содержимое. А вот Евгений Петрович Сартинов, использовали такой прием неоднократно: у Вас, Евгений Петрович, - ни одной цитаты из моего текста. Все дозволено?

А это, Евгений Петрович, из Вашего текста: "Ему (Семендяю, - Е.Г.), это, может быть, и польстит, но что плохого в том, что его песни поют в прибрежных ресторанчиках? Вертинский всю жизнь пел в кабаках, а слава его не сравнится ни с чьей, и переживет всех нас, хоть собери наши все жизни, плюс Корнющенко и Гуреева".

С кем воюете, Е.П.? - ни у меня, ни у Корнющенко не было этой темы и, тем более, - про пение в ресторанчике, и никаких цитат, подтверждающих наличие этой темы, Вы не привели, и выход на Вертинского неправомерен, но Вам, видимо, так удобнее? А что касается Корнющенко, которого Вы поставили в один ряд с собой, не мешало бы Вам прочитать его произведения - у Вас есть чему поучиться в его произведениях: и культуре слова, и общей культуре. Весьма непривлекательно с Вашей стороны выглядит следующее: "...охота ответить коротко - покажи сам, а мы посмотрим, как это у тебя получится. Так что, спасибо, барин, за тулупчик заячий, но мы как-нибудь сами".


"Барин" (видимо, Д.И. Корнющенко) уехал, и Вы действительно ведете себя подобно распоясавшемуся холопу: "покажи сам", "как это у тебя получится", а "мы посмотрим".

Е. Сартинов: "Как можно кому-то запретить молиться, ведь молитва, это самое интимное общение с богом". У меня даже компьютер, Евгений Петрович, и то, слово Бог с большой буквы пишет. Я написал по-вашему, а он исправил - пришлось вмешиваться. Про интимность Вы же заговорили, видимо, по невнимательности. Об этой интимности, только иными словами, я и говорил. А вот интимность, сообщенная всему свету, перестает быть интимностью.

Е. Сартинов: "По их мнению, Семендяй не достоин того, чтобы молиться за Родину..." Про запрет с молитвой - это же чистой воды вымысел, причем многоплановый. Вы выхватили из интервью с Д.И. Корнющенко одно место, даже не процитировав его, и размахиваете им, как флагом. Это работа на безнаказанность. Я сделал все необходимые разъяснения уже в первом тексте, что Вы упрямо игнорируете. Ну что же - еще раз. Во-первых, речь идет не о самом акте молитвы, а его всенародном оглашении, о позе, о показухе. Гласная молитва - это уже в каком-то смысле "проповедь", а проповедничество это особый образ жизни. Мы-то с Вами (Сартинов, Семендяй, Гуреев) не так уж и много знаем друг друга, но и того, что знаем... - "ай, да сукины дети!" Вопрос не в том, однако, где мы сейчас находимся, а куда идем. Здесь, Евгений Петрович, Вам нужно открыть Библию и с нею спорить, а не со мной. Во-вторых: "Трудно представить, чтобы перед этим молебном Кутузов бегал перед строем солдат и запрещал молиться тому, кто плохо поет или пляшет" (Сартинов) - ??? О плясках и песнях перед смертным боем - шутить изволите? Если бы Вы были адекватным, Вы бы написали иначе: Трудно представить, чтобы перед этим молебном Кутузов бегал перед строем солдат и запрещал молиться тому, кто не раскаялся за свои грехи, душу не очистил". Ну, тогда бы остроты было поменьше - у Вас же, язвительное слово впереди смысла идет. А над солдатом сам Господь, а не Кутузов надстоит, а Ему и бегать не надо - Он все видит.

Не о запрете молитвы речь идет: нужно просто понимать - их молитва в том мере бесплодна, в какой мере грешны они и не покаялись. А поэту, который на все это машет рукой, необходимо сделать замечание, потому что, повторяюсь, в его исполнении это уже проповедь определенного отношения к Господу. Поэтому вместо "запрещают молиться" следует говорить "мешают проповедовать легкое отношение к Всевышнему". Евгений Петрович, нужно не только романы впопыхах читать, но и историю вспоминать: русский народ в основе своей был верующим и Закон Божий учил, и напоминать ему о личной молитве и причастии не нужно было. А теперь представьте, грешный, нераскаявшийся в своих грехах народ просит Бога сокрушить врага. Как Вы полагаете дальнейшее? (см. Вт 3.24-27; 2Ц 12.12-18а; Мф 20.20-22а; 2Кор 12.7-9а).

И еще. Не просто разум и сердце, но и дело должно "молиться" за Россию. Очень это легко: сходил, помолился - и все при тебе: и деньги, и благополучие. Люди и то не поверят в искренность такой молитвы. По такой простой схеме многие в России с 91 года молятся. Каков результат? А критерий истины - Практика (даже в Духовной области).

Каждый из нас в зависимости от сил своих, способностей может сделать что-то для России на своем месте. Помолись и начни дело для Ее пользы, помолись за благоприятный исход его. Это очень важный кусочек общей молитвы за Россию. Очень удачный в этом плане пример Вы привели, Евгений Петрович: солдаты, перед Бородинским сражением молясь за Россию, молились еще и за дело во благо России, царя, жен своих и детей: головы свои положить ради. Молитва жертвы требует - не лежа же на печке молиться, а Бог, как золотая рыбка, все нам даст. Но посмотрите на наши храмы - кто за Россию молится? Престарелые женщины в основном. А где они, сильные здоровые мужики? Ну, понятно, молиться без дела стыдно (правильно!), а дело начинать - еще не научились. Нашим бабушкам и дедушкам за детей и внуков помолиться, чтобы дело полезное для людей начали и успешно завершили. Так что, приведя пример про Бородинское сражение, Вы сами того не подозревая, важный аспект молитвы затронули.

И еще раз. Не нужно спорить со мной или с Д.И. Обратитесь к Библии, тем более, что я сделал необходимые ссылки. Обратитесь к "Ветхозаветным псалмам" Давида (10 в. до Р.Х.) и Христианской "Книга скорбных песнопений" Григора Нарекаци (10 век от Р.Х.). "Они навеки определили форму обращения человека к Богу, смирения и покаяния перед Богом", - Д.И.. Кому непонятно, что опираться необходимо именно на такие источники?

Посмотрите, наконец, наших великих поэтов и просто религиозных поэтов. Там все есть, чтобы понять проблему. Зачем огород городить, когда и у нас в Чапаевске не только один поэт к Богу обращается. Посмотрите, как тактично, аккуратно, непретенциозно, не влезая в богословские дебри, вполне умеренно (не употребляй имя Господне всуе) обращаются к Богу Татьяна Кижайкина, Татьяна Изотова и многие другие авторы (в том числе и молодые). В прошлом номере газеты были очень удачные стихи Сергея Полунина. Вот где пафос и тема Господа удачно сочетаются. По-своему берет эту тему, глубоко пересмотревший свой жизненный путь, молодой человек, но уже со сложной судьбой, В. Чеславин. И все-таки, встречаются переборы. Нужна мера и в частоте, и в глубине вхождения.

Е. Сартинов: "Я как-то думал, что критика должна касаться несовершенства поэтического размера, слога". Литературная критика вбирает в себя не только анализ поэтического размера и слога - видимо, Ваша способность делать выводы по формуле "как-то" опережает Вашу информированность. Дмитрий Ильич сделал акцент на собственно культурологическом аспекте, но не отказался (и об этом написано - извольте читать) от литературоведческого анализа в полном объеме. Могли и Вы выступить со своим анализом - Вы же беретесь судить, кто поэт, а кто - нет. Позвольте напомнить, что на заседании ЧО РСПЛ, на котором все присутствующие единодушно заявили (и Вы - тоже), что только что вышедший сборник стихов Семендяя не может служить основой для приема в РСПЛ. Значит, о стихах В. Семендяя у Вас есть представление.

Е. Сартинов: "Кто может, тот пишет, кто не может - тот критикует". "Суха мой друг, теория, а древо жизни вечно зеленеет". В лучших парках мира всю зелень и деревья "ножницами" стригут, иначе парки не парками были бы, а непроходимыми зарослями. Так что и растительность нужна, и без ножниц не обойтись. Диалектика. Системный анализ. Против них и классики бессильны.

Е. Сартинов: "Но подобное препарирование на философских высотах подобно Пушкинскому Сальери. "Я алгеброй гармонию поверил...". Понятно, Сальери - это Гуреев, Корнющенко или оба вместе, Моцарт - Семендяй. И не такое я от Вас слышал. Но с логикой у Вас проблема: если философия это алгебра, то поэтический размер и слог, извините, что такое? Арифметика? Арифметикой, значит, гармонию поверять можно? Повторюсь: кто Вам мешает сделать анализ? Не хотите на алгебраическом уровне - делайте на ботаническом.

Е. Сартинов: "А после последних "шедевров" Глюкозы и Кати Лель семендяевское "Томление души" слушается прямо как шедевр духовности", - Е. Сартинов. Наши (Сартинов, Гуреев, Семендяй) мировоззренческие и культурные установки слишком разнятся, порою до диаметральности. Что касается Вас лично, то качество своей "культурной программы" Вы раскрыли, предлагая оценку художественных произведений вести не от Пастернака, а от глупеньких "Глюкозы" и "Кати Лель".

Е. Сартинов: "И на высокомерное поучение о том, что сейчас весь Запад перешел на верлибр, охота ответить коротко - покажи сам, а мы посмотрим, как это у тебя получится". Насчет же "верлибра" Вы уже опоздали - а Вы, оказывается, об этом даже не знаете. В нашей поэзии два направления: традиционное (оплот - Литературная учеба) и новое (НЛО - "Новое литературное обозрение"). Мы с Д.И. принадлежим больше, все-таки, к традиционному направлению, хотя у меня есть несколько опубликованных стихов в верлибре. Верлибром в основном писал и И. Бродский, и Б. Окуджавы, ... И - никакого навязывания верлибра, а его защита от непонимания и отрицания.

Пожалуйста "смотрите"- И. Шотол в переводе Б. Окуджавы:


"А, впрочем, кто из нас не сушит

Таинственной розы в толстом томе?

А, впрочем, кто из нас не прячет

Ржавой булки и поздней ночью,

Когда копаешься, как в чемодане в жизни,

Не чувствуя ее укола?

Внезапная боль - противная, сладкая,

и слезы, слезы, слезы...

О, если бы черным кипящим асфальтом

Заливали бы не дорогу, а душу..."


Вы против?

Е. Сартинов: "Мелодия как бы сглаживает шероховатости текста, а порой служит усилению самого смысла". Что касается мелодии и состояния души - пафос обычно самодостаточен. Согласен, что пафос строчек о молении настолько силен (хотя и вторичен), что многие удивятся: за что же критиковать? Но именно так производятся ритмическое (и музыкальное) зомбирование. Текст под приятным ритмом (песни), подобно 25 кадру, проникает в подсознание и обусловливает мироощущение, а в дальнейшем - и мировоззрение человека. Так что с помощью музыки в подсознание человека можно ввести и усилить что угодно. Не случайно ее господство в наших аудио и теле - источниках. Это не сказки.

Е. Сартинов: "Я обратился к отцу Иоанну, настоятелю нашей Свято-Никольской церкви, того тоже удивила такая постановка вопроса", "Недавно Виктор Киргинцев возвратился с международного конкурса из Одессы, где занял 1 место за песни "Томление души"...".

Поскольку ссылка на фестивали, конкурсы, мнения в данной полемике звучит навязчиво и неоднократно, обойти этот момент нельзя:

-- есть престижные литературные фестивали, конкурсы, премии (Букеровская премия, например), есть серьезные литературные журналы. Они могут быть серьезным аргументом в полемике. Хотя и они не должны мешать оппоненту придерживаться своей точки зрения, если он уверен в своей правоте. В рамках нашей полемики такие конкурсы, премии, фестивали, литературные журналы пока не фигурировали (по крайней мере, все это затушевано).

-- При обращении к постороннему лицу за советом ему должна быть представлена точка зрения оппонента в "оригинальном виде", а не через свое собственное истолкование - и в ходе полемики вид представления должен быть ясен. Е.П. Сартинов затушевывает этот момент - это некультурное и неприемлемое ведение полемики.

-- При ссылке на лауреатство берется Диплом и цитируется его содержимое. Именно так поступал я, сообщая о том, что Д.И. Корнющенко является Артийским лауреатом.

-- Очень уважаю Виктора Киргинцева как исполнителя и ничего плохого не могу сказать об отце Иоанне, с которым я не знаком, но раз такие аргументы пошли в ход, должен заявить следующее: будьте добры, Евгений Петрович, сообщите, в каком виде была представлена моя точка зрения отцу Иоанну: в письменном виде (две газеты) или в Вашем изложении, Кто (что) получил (получило) "Гран-при": 1) В. Киргинцев, 2) песни Семендяя, 3) или Виктор Киргинцев за песни Семендяя? В последнем случае возникает ряд вопросов, которые я не хотел задавать, но теперь приходится. По моим сведениям (возможно, ошибочным) под конкурсом имелся в виду отраслевой конкурс самодеятельных исполнителей (железнодорожный транспорт), но никак - не литературный конкурс. И, насколько мне известно, в первом туре Виктор Киргинцев вышел в финал с песней А.П. Дугиной "Рожь золотистая". Почему в дальнейшем эта песня исчезает и заменяется песней "Я томленье души"? Если исполнитель получает гран-при за определенную песню, такое невозможно. Почему вокруг этого такая таинственность и неопределенность? Почему Евгений Петрович, Вы преподносите это в завуалированной форме? Вы - журналист и обязаны знать, насколько пунктуально Вы должны все это делать.

-- Е. Сартинов: "...удивило отношение к Семендя.ю, как к источнику всемирной пошлости" Все Вы понимаете, Евгений Петрович. В.Семендяй, прежде всего, - предприниматель. Предприниматель может принять участие в культурном процессе как спонсор, как меценат (но и этим нужно пользоваться культурно и осторожно), анонимно, или...как прямой участник литературного процесса, что в нашей сегодняшней действительности может вылиться в диктаторство и монополизм в области культуры, что мы видим и на общероссийском уровне, только - в обратном направлении: деятели культуры становились предпринимателями и "вершителями". Музыкальный студия, целый творческий коллектив несомненно одаренных и музыкально, и поэтически людей, которых В.Я. собирал по всему Чапаевску, работал исключительно на Владимира Яковлевича.

Это в какой-то степени можно оправдать предъюбилейным для В.Я. периодом - имеет значение, что будет дальше. Поэтому поэтические (да и музыкальные) вкусы В.Я. и приобретают такое большое значение. Впрочем, он еще и член РСПЛ.

9. Е. Сартинов: "При этом меня удивляет методичная уверенность наших янусообразных философов в том, что они должны вершить все церковные законы. Какие это они семинарии кончали?

Обычно принято говорить "доморощенных", хорошо, что Вы не пошли по стандарту, но причем тут "янусообразные"? - мы дали повод для обвинения нас в двуликости? А насчет семинарий - кто их кончал? Вы или кто еще? Проблемами, о которых речь идет, я занимаюсь с 15 лет (логика, семантика, методология, теология, математика), но никогда не скажу Вам: "Не суйте свой нос ...". А скажу иначе: "Нет приватизированных тем, но если Вы за тему взялись, изучите ее основательно", - что при Вашем живом, бойком, язвительном до уничижения слове (а таким словом нужно пользоваться с осторожностью) Вы не всегда делали и уже садились в лужу. Что касается Д.И. Корнющенко, то его специальность - "историк, философ, культуролог" - предполагает знакомство с богословско-религиозной проблематикой. Если бы Вы читали его книги, не могли бы не заметить этих вопросов. Некоторые из них уже давно прочитаны в академических кругах, в том числе и специалистами по религиоведению Конечно, я не давлю на вас авторитетами, но и Вы аккуратно используйте такой аргумент.

Предлагаю, в случае необходимости продолжения полемики, перенести ее на уровень ЧО РСПЛ и РСПЛ и прошу редакцию газеты все дальнейшие письма по этой теме передавать непосредственно в ЧО РСПРЛ в лице ее председателя.


30 июля


О МОЛИТВЕ. Борис Чижов (цитаты)

Борис Чижов, настоятель храма Покрова пресвятой Богородицы, Московское епархиальное управление.

Братья и сестры! Где нет нравственности, там царствуют пороки и преступность. Мы все стали свидетелями того, что принудительными методами, не обращаясь к нравственности человека, к его совести, разуму, моральному выбору и внутренней свободе, нельзя осуществить самые прекрасные социальные идеи. Тяжелое положение, в котором сейчас находится наша страна - это, прежде всего, произошло из-за духовного обнищания нашего государства, личное и корыстное стало преобладающим. Кто слепо верит в прогресс современности цивилизации и считает его ростом нашего общества, он глубоко заблуждается, потому что любой прогресс вне Бога или точнее без Бога, оборачивается безумием и обогащением кучки людей, которые приводят государство к разрушению.

Самое страшное то, что люди не хотят понять бессмысленность беззакония/духовное падение портит нас и делает слабыми по отношению ко греху. К сожалению, живя в обществе/ориентированном на потреблении, многие люди и в церковь приходят, чтобы удовлетворить свои разовые потребности/а заодно и сделать запросы Богу/и очень часто возмущаются/так как их запросы не исполняются/после чего возникает ропот на Господа.

В нынешние, непростые условия поставлены мы все, за грехи, в которых не пытаемся раскаяться. Надо духовно встать на ноги иначе самые сильные человеческие усилия, могут оказаться тщетными. Неразумные траты на пустоту, которая самим же, через некоторое время надоест, надо прекратить.

Сегодня мы с Вами строим будущее России, воссоздаем духовную опору нашего государства. Время течет, силы наши истощаются, благие порывы очень часто гаснут из-за того, что мы сами теряем возможность творить добро из-за отсутствия этой возможности. Надо все делать в свое время, при этом никогда не забывать, что все мы ходим под Богом. Совесть наша - главный наставник жизни. Не надо стремиться опередить кого-то в излишествах, это может погубить душу, которой нужна духовность.

Но не ошибается тот, то ничего не делает и поэтому/надо чаше каяться и молиться Господу. Господь знает, что мы слабы. А не было бы греха -. мы возгордились своей святостью, а за это, как известно пал с Неба Денница и превратился в Сатану. В глубине души мы чувствуем Господа, но все равно надеемся на слепой случай и самостоятельно принимаем решение идти в никуда. А нужно всего лишь подумать и помолиться о задуманном и Господь Сам откроет двери в этот путь, если этот путь необходим для Вас. Путь России неведом никому пока, но мы идем по нему, выполняя каждый свою миссию. Смирение - это выход из любой ситуации.

Господь ничего у нас не просит/кроме покаяния в грехах. Покаяние - это оздоровление сознания и перемена образа мыслей. Чем выше подымаешься духовно, тем больше видешь. Вера в Бога - это живая потребность каждого из нас... Страдания и болезни очищают нас от душевной скверны, заставляют нас думать о Господе, которого мы часто забываем, от этого и страдаем. Но когда мы молимся Господу и думаем о Боге, мы тем самым смиряем свою душу, смягчаем ее и заглаживаем свои грехи. Надо не забывать просить прощения у Господа: "Господи прости мя грешнаго", Господь всегда услышит Вашу молитву, если она будет искренне исходить из сердца.

Один из постоянных вопросов/который часто задают люди- неужели мы спасемся, а все остальные миллиарды людей погибнут? Этот вопрос беспокоил многих людей не только сегодня/но во все времена и наверное на него есть ответ у преподобного Антония Великого, которому было открыто Свыше: "Антоний! Себе внимай, позаботься о своём собственном спасении, а спасение остальных люде? предоставь Промыслу Божию/который неполезно тебе знать в настоящей жизни." Думаю, что и нам нужно ограничиваться этим откровением в пределах нашей земной жизни и нашего понимания.

Те люди, которые понимают, что ответ перед Господом придется давать, воспринимают жизнь спокойно, такой, какая она есть и привыкают, что на все Воля Божия. Но есть такие люди, которым Господь позволили подняться на одну ступеньку повыше, они ведут себя, как будто прошли всю лестницу до конца, поэтому после падения они становятся злыми и всех считают своими врагами, кроме себя самих, а самооправдание это уход от ответственности.

Все самое главное происходит в нашей душе, там заключается мир и бывают сражения, в которых мы и победители, и побежденные, потому что это наше личное поле боя. Мы же не глупцы, уважающие себя за совершенную глупость - мы ответственные люди, потому что православные, для которых покаяние - это не пустые слова, а Истина.


(Выделено жирным шрифтом - Е. Гуреев).


6 августа


Е. Гуреев. Нет запретов на молитвы. Но нужно осознавать действенность и ответственность молитвы, чтобы не была она простым физическим упражнением. Молитва-покаяние, молитва-жертва, молитва-зарок - это всё означает, что молитва есть ответственность. Помолиться за человека - значит, взять на себя ответственность за него, взять на себя часть его грехов - можешь ли их вынести, если и за свои не покаялся? И будет ли услышана молитва? Помолился за страну, взял на себя все ее грехи - в состоянии выдержать? И будет ли услышана молитва? Помолился за силы темные, чтобы Господь осветлил их, помолился за то, чтобы Господь сатану вразумил и... - не знаю в истории человека, который взялся за такую молитву и не вижу такого человека даже среди святых, которого она не раздавила бы. Переоценить же свои силы - дополнительный грех, грех гордыни, и он еще навалится.

Матф.18:20 "ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них". Чем больше молящихся за единое дело, тем большее они могут на себя взять. Но только ли о живущих идет речь? Православный просит Божию матерь помолиться перед Господом за него и вместе с ним. Дело человеческое и любовь тоже обязаны "молиться" - Втор.6:16 "Не искушайте Господа, Бога вашего, как вы искушали Его в Массе", Матф.4:7 "Иисус сказал ему: написано также: не искушай Господа Бога твоего".

Если любишь человека - молись за него, даже если предписания говорят, что молиться не надо. И твоя любовь тоже будет "молиться", беря на себя часть ответственности. И чем больше любовь, тем больше с тебя снимет. Любишь Россию - бери на себя все ее грехи и беды, как брали на себя Святые мученики, святые молельщики. Никаких запретов - это долг любящего: чем больше любишь и чем большее дело делаешь для России, чем меньше на тебе собственных грехов, тем действеннее молитва. Каждый из нас ответственен и любовью, и делами, и последствиями.

Но самое действенное - соборная молитва, когда уже не один храм, а все храмы одновременно молятся. Только не о временной синхронизации идет речь, а о духовной.

То же самое с проповедью. Проповедь, в отличие от отповеди, идет вперед, проявляет инициативу - поэтому на ней больше ответственности, чем на отповеди, которая, хотя и имеет большое значение, но защищает устоявшееся, выверенное, отмоленное. Поэтому на проповедь нужно иметь внутреннее право, ощущать поддержку Всевышнего. Других прав нет.


6 августа


Е.М. Гуреев: В статье Галины Давыдовой, которая вызвала новый всплеск полемики, все передернуто, нет ни одной моей цитаты, подтверждающей нелепые обвинения: "навязать свою точку зрения", "отказывает оппонентам в праве иметь другое мнение". Вдаваться в подробный анализ такой статьи не имеет смысла. Но на некоторые вопросы отвечу, поскольку это ответ другим оппонентам.

Раскритикованные произведения стали литературным фактом на городском и более высоких уровнях еще до публикации некоторых из них в "ВВ". Поэтому литературная критика не могла ограничиться "кулуарами". Уровни должны быть одинаковыми. Это не склоки, а позиции, не решаемые внутренним образом.

Не только критика, но и другие внутренние вопросы, раз уж о них заходит речь, могут выноситься на "свет", т.е. на общественность. Если бы в свое время во МХАТе не было решено обнародовать внутренние проблемы, мы бы не имели сейчас театра, возглавляемого Т. Дорониной. И т.д.

Не публиковать стихи члена РСПЛ на литературной странице не имею права (объяснять все подробно - новый виток обид, обвинений и полемики). Но есть другое право - право критики. А вот запретить кому-либо что-либо писать, как утверждают некоторые оппоненты, - никакими возможностями для этого Гуреев не обладает - что за бред! Насчет публичного призыва не писать (опять вранье!) - речь шла об отдельных темах (об этом очень четко написано) - и вообще в этом нет ничего криминального. Есть совет: не писать на те темы, в которых поэт не разбирается. Плохой совет? Еще более жесткий совет В.Н. Бондаренко давал - спросите у оппонента. Хочет человек писать - пусть основательно изучит предмет. Тоже неправильно? Хотите писать коляды, станьте для начала верующим человеком, потом - глубоко верующим, изучите Православие, поститесь и молитесь перед написанием, попросите у Бога разрешения, а у батюшки - благословения. Кому от этого плохо и почему непременно нужно, чтобы все было иначе? Это призыв к Духовному самоубийству или к Духовному рождению?

В суд, по совету АБН, подавать не буду, но нужно помнить, что клевета наказуема.

И последнее. Все позиции Гуреева, Сартинова, Семендяя носят принципиальный характер. Поэтому я не считаю, что разногласия нужно переносить на личный уровень. И призываю к этому своих оппонентов. Во всяком случае, с моей стороны на личный уровень эти разногласия не перенесены - отдельные же личностные моменты могут быть убраны как издержки полемики. Что касается интервью Виктора Шалимова, почему бы и в самом деле и Галине Давыдовой, и другим читателям не поддержать кинотележурналиста?!


13 августа


Д.И. Корнющенко, Академик АТП, член РФО, работник Института философии РАН,


лауреат \/I Артиады народов России. (Москва)


КУЛЬТУРА И ПОЭЗИЯ


Хочу напомнить о недавнем знаменательном событии в жизни Русской Православной Церкви (РПЦ). Из сокровищниц Ватикана по личному решению Главы Римско-католической церкви в Россию возвращены две Чудотворных иконы Божьей Матери: Тихвинская и Казанская. В 2000 г, я писал в книге "Метафизика ленты Мебиуса": "Существует поверие, что когда все великие Чудотворные иконы Божьей Матери снова соединятся в России, вот тогда-то и наступит наше избавление от беспрерывных бед, распрей и т.д..".

Однако, это условие связано еще с одним обязательным условием..." (с. 176), "Собираются все Чудотворные иконы Божьей Матери и погребается ТРУП мертвеца (В.И. Ленина), зловеще порабощавшего российский народ три четверти столетия"(с.190).

Следует разъяснить этот уже давний текст. Спасая честь Русского Православия, в начале апреля 1925 г. за три дня до смерти Патриарх Всея Руси Святой Тихон тайно хиротонисует в Патриархи Истинно-Православной Церкви - катакомбной (ИПЦ) архиепископа Серафима Соловецкого (Поздеева). Ему-то и принадлежит пророчество об условиях будущего возрождения России. Когда в 1927 г. митрополит Сергий во время своего четвертого ареста, под угрозой казни всех епископов, арестованных ОГПУ, выдал декларацию о поддержке советской власти, ИПЦ во главе с частью духовенства объединилась вокруг ленинградского митрополита Иосифа (Петровых) и отказалась поддержать и признать "сергианцев". Все годы советской власти ИПЦ действовала нелегально, подвергаясь гонениям со стороны РПЦ и нешуточным репрессиям со стороны карательных органов государства (отсюда и ее второе название - "подземная", как у первых христиан). Её положение напоминало существование раскольников-старообрядцев с середины Х\/II до середины XIX вв., но было опаснее: тех хотя бы не обвиняли в связях с империалистической разведкой.

Продолжает ИПЦ существовать и ныне в форме общин, независимых от РПЦ. Верующим христианам следует учитывать два факта: 1) в мире существуют пятнадцать Православных автокефальных церквей, три Православные автономные церкви; 2) в мире в начале XXI в. существует четыре Русских православных церкви: автокефальная поместная Русская Православная Церковь во главе со Священным Синодом и Патриархом, карловацкая русская Православная Церковь за рубежом, Истинно-Православная церковь (катакомбная), Старообрядческая Русская Православная Церковь во главе с митрополитом Олимпием. Отношения между этими церковными организациями, в сущности принадлежащих к одной и той же конфессии, не отличаются дружелюбием и толерантностью.

Уже известно, что религиозно-культурный дружественный акт Ватикана был воспринят Святым Синодом без особого восторга. Может быть, как раз потому, что начавшееся исполнение пророчества оправдывает существование ИПЦ? Или потому, что Казанская Богоматерь не является подлинной древней иконой? В конце XIX века в России было совершено чудовищное святотатство: из Казанского собора в С-Петербурге, который и был выстроен в начале XIX в. для священного пребывания иконы Богоматери, эта икона была похищена и уничтожена. Действовала шайка грабителей во главе с опытным вором Чугиным. Разумеется, их интересовала не древность и не святость иконы, а ее драгоценный оклад с множеством жемчуга и бриллиантов. Преступники были арестованы, на следствии Чугин признал, что совершил акт кощунства: чтобы замести следы, разрубил топором икону на лучину для самовара (была такая книжка А. Бреговой "Дело о Казанской чудотворной". М.,1969).

Однако, как это не раз в подобных случаях бывало и не только в России, икона "чудесным образом возродилась" и снова заняла свое место в Соборе, а потом в сумятице революции и гражданской войны оказалась за рубежом, как и другие святыни Православия. Мне не известно точное число русских чудотворных икон, находящихся в храмах Зарубежной Православной Церкви и в реликвиатах других конфессий, но, если не ошибаюсь, среди них находятся Курская, Боголюбская, Иерусалимская, Иверская (?) иконы Богоматери, Любопытно, что через несколько лет в 1913 г. в Киеве по тому же криминальному сценарию была похищена и таким же образом уничтожена еще одна древняя икона - шайкой во главе с мадам Чибиряк. Эта кража послужила завязкой печально знаменитого дела Бейлиса, Однако, и полиция и суд оказались на высоте, несмотря на антисемитскую травлю в черносотенной печати, и виновные получили по заслугам, а невиновный - оправдан (с кражей было связано убийство ребенка, невольного свидетеля, в смерти которого и обвинили еврея М. Бейлиса).

Эти два, столетней давности, факта вполне красноречиво свидетельствуют о сомнительности утверждений об исключительной богобоязненности и христолюбии русского народа. Вот сегодня криминальный мир охотно жертвует РКЦ немалые средства - видимо, в надежде, что святые отцы отмолят у Бога их грехи! И, если хотите, в этом больше кощунства, лицемерия и дикости, чем у грабителей начала века: тех все-таки толкала на воровство беспросветная нужда. И что говорить о большевиках-безбожниках, которые десятками тысяч уничтожали иконы, превращали храмы в конюшни и склады, или в музеи атеизма, как тот же Казанский собор. Им было на кого опереться в своей антирелигиозной политике. Правда, потом спохватились и за бесценок начали продавать драгоценную церковную утварь, изъятую в начале 20-х гг., якобы, для борьбы с голодом, те же древние иконы, на которые всегда был спрос у зарубежных коллекционеров. Страдали не только церкви, но и крупнейшие музеи: сколько полотен великих мастеров прошлого, скульптур, произведений ювелирного и декоративного искусства, редчайших книг навсегда покинуло пределы России. Во время оккупации побежденных стран военная советская администрация попыталась было возместить утраченное путем элементарного грабежа - одна история с "золотом Трои" чего стоит! - да только награбленное впрок не пошло: не тот уровень оказался у наших специалистов, чтобы разобраться в "немых сокровищах". Впрочем, этот полускрытый грабеж можно рассматривать как возмездие за расхищение и уничтожение культурных ценностей на огромной территории СССР другими оккупантами.

К чему такой религиозно-исторический зачин в статье о культуре и поэзии? А вот к чему: не умолкающие до сих пор стенания об утрате высокой духовности и соответствующей ей культуре российско-советского общества слышатся в первую очередь из буквально раскаленного добела, в высшей степени пассионарно-патриотического лагеря индоктринированных антизападников, разоблачающих происки "атлантистов". Адекватная аудитория этого крайнего политического лагеря сравнительно невелика, но, тем не менее, идеи и настроения, генерируемые идеологами самоизоляции и активного противостояния, индуцируются во внешнюю среду, главным образом - в массу среднеобразованной постсоветской интеллигенции, воспитанной на артефактах советской массовой культуры, ибо поэзия, живопись, музыка для всех - предпосылка тоталитаризма. Но искусство - не для всех. Такова его сокровенная сущность. Все великое не для всех - все великое для тех, кто желает возвыситься до него. Происходит постоянная подмена понятий: сегодняшние низкопробные, пошлые проявления российской массовой культуры получают антитезу ностальгии по штампам советской культуры, имеющей свои достижения, но, чаще всего, как составляющие основу господствующей идеологии. Все, что не соответствовало этой идеологии, безжалостно отсекалось или подвергалось шельмованию, - оно и было, если не великим, то хотя бы незаурядным искусством. Хотелось бы напомнить, что разговоры об утрате духовности, о ее воспитании, о снижении уровня культуры, о борьбе за духовность общества - самая любимая и бесконечная тема разговоров в кругах российской интеллигенции. Я слушаю эти разговоры более сорока лет и сам был очень активным радетелем возвращения русской духовности путем культуртрегерства. Изменилось лишь аксиологическое содержание культурных ламентаций: в 60-70-е гг. страдали об утрате высокой дореволюционной культуры, русского авангарда начала века, православно-христианских ценностей, а когда с середины 80- гг. начался процесс возвращения этих самых утраченных ценностей и, казалось бы, вот, насыщайтесь тем, что снова стало духовной пищей нации, то вдруг обнаружился процесс несварения - слишком долго общества питалось недоброкачественной культурой - и появилась тоска по той простенькой окрошке, которой под видом культуры советская власть пичкала свой народ (и чуть ли не весь XX век, да еще приговаривала, что вот это блюдо и есть самая высокая, самая совершенная культура в мире, так как она опирается на самые передовые принципы марксисгско-ленинской эстетики.

Эту тенденцию можно обозначить как ностальгическую эстетизацию советского опыта или соблазн культурной ностальгии. В ней мы сталкиваемся с поэтизацией и эстетизацией не слишком давнего советского прошлого, его культуры, с утверждением человеческих ценностей ушедшей эпохи. Заметим, что речь идет о послевоенной эпохе, о живой памяти культуры, о поколении сегодняшних стариков, которые тогда были молоды, И поскольку вся послевоенная культура базировалась на отрицании западных человеческих ценностей (в начале 80-х гг. официально в культуре и образовании была пролонгирована задача "контрпропаганды"), то и все несуразности российской массовой культуры, а, заодно, и вся дисгармония социальных и экономических отношений легко и просто объясняются тлетворным влиянием Запада.

Отчетливо фиксируются процессы, вектор которых отличается или прямо противостоит движению в сторону Запада. Этот вектор всегда присутствовал в российском консервативном общественном настроении и становился особенно четким в периоды кризисных явлений. Надо сказать, что вообще самодержавно-официальная теория, согласно которой всякая "крамола" проникает на "Святую Русь" с этого самого "гнилого Запада" - теория, с точки зрения даже психологической, совершенно троглодитская. Она шла от древнего-предревнего поверья: "человека сглазили". Она основывалась в старые времена на представлении о мысли как о заразе: достаточно, мол, здоровому человеку соприкоснуться с больным - дело сделано: болезнь передалась; "нельзя заразиться здоровьем", заразиться можно только недугом. В то же время эта теория всегда отражает и вполне полицейские взгляды блюстителей государственности на распространение идей как на всякую контрабанду: закройте границы и крамола прекратится. Однако конец XX века внес существенные коррективы и навсегда похоронил надежды блюстителей: отменить информационную эпоху и современные средства информации они также не в состоянии, как не в состоянии был "отменить Америку" один из градоначальников города Глупова. Утрачен и другой существенный социокультурный фактор, столетиями укреплявший российскую государственность, который П.Я. Чаадаев назвал "покорным энтузиазмом толпы". Российское общество приобретает характер массового общества. Этот феномен XX века в 30-е гг. был озвучен западной философской мыслью как "восстание масс". Массовое общество - не "открытое общество". Последнее было достигнуто западной цивилизацией в результате совокупной медленной, но неуклонной многовековой работе всех ее институтов; формирование массового демократического общества приходится, как завершающий этап, на послевоенные десятилетия. Россия по-прежнему чрезвычайно далека от решительного процесса становления открытого общества: зачатки его можно обнаружить только путем тщательного и скрупулезного анализа. А вот процесс формирования массового общества, стихийный и неуправляемый, идет такими ускоренными темпами, которые и не снились Западу. В культурном отношении западная цивилизация трехслойна: небольшой, но влиятельный и стабильный слой духовной и интеллектуальной элиты, многочисленный, широкий и мощный слой хорошо образованного среднего класса, который преимущественно воспринимает и транслирует духовные ценности, поступающие из верхнего слоя, и является его неиссякаемой подпиткой, и - низовой, нередко маргинальный слой общества, которому нет дела до этих ценностей, но зато он обладает той субкультурой, которая вполне соответствует его потребностям. Тем не менее, все три слоя находятся в состоянии постоянной диффузности, между ними возможен обмен ценностями. Так было, например, с рок-культурой, которая начиналась как типично маргинальное явление, но со временем получила признание в элитарном слое, в свою очередь индуцировав из него ценности, в которых она первоначально не нуждалась.

Российская цивилизация со времен Петра Великого двухслойна: тонкий, маловлиятельный и нестабильный, убывающий слой духовной элиты (качественно не совпадающий с аналогичным слоем зал" цивилизации), - и почти сразу же, без среднего слоя - вся масса населения, в принципе образованного и профессионально подготовленного, но в духовном отношении ориентированный) преимущественно на массовую культуру, в лучшем случае - на суррогаты высокой культуры, адаптированные, упрощенные и оглупленные: на "культуру-дайджест". Это та среда, которую еще Л. Толстой назвал "власть тьмы", В этом слое в последние годы процветает патриотизм лавочников. На Запад модно смотреть свысока и презирать его, особенно Штаты. "Мне часто приходится разговаривать с молодежью лет 18-20, на которую свойственно возлагать надежды как на поколение, не испорченное "совком". Увы, все это вздор. Например, московское студенчество, ограниченно, абсолютно некритично к происходящему на родине... Идиотски архаичная система образования с нелепыми вступительными экзаменами, невозможность частого перехода из вуза в вуз, как за заграницей, чтобы поучиться везде лучшему, с давно отставшими от жизни тщеславными преподавателями, с ненужными предметами, со взяточничеством, с авторитарными отношениями по линии студент - профессор. И ей гордятся, считая лучшей в мире, самые молодые!" (из книги М. Артемьева "Почему". М.,2004), Массовое общество нуждается в массовой культуре, но уже иного пошиба, нежели советская культура. Воспитание эстетических вкусов, этических начал и прочих замечательных вещей практически не координируется в процессе становления массового общества. Воспитание идет стихийно за счет четырех социальных сфер. Воспитывает школа. Воспитывает плохо, но воспитание все равно происходит. Воспитывает семья - худо-бедно, но она пока это еще делает. Воспитывает Церковь. Пока плохо, в крайне малых формах и неумело. И, наконец, воспитывает зона, лагерь. Вот эта-то сфера больше всего преуспела в воспитании. И началось это "антивоспитание" не сегодня, а с начала 50-х гг., когда после смерти Сталина в общество влилась огромная масса амнистированных людей, со своей, сложившейся за долгие годы субкультурой и системой ценностей - и сразу же - резко повлияла на усиление криминально-блатного вектора в советской культуре.

Да и что другое могло быть в стране, где чуть ли не каждый второй "сидел"? С того незапамятного времени начинается перманентное увлечение молодежи блатной романтикой, а ныне для большинства молодых люмпенизированных людей отсидка в зоне - своеобразная форма мужской инициации, как в традиционных общинах, они рвутся туда, чтобы потом гордиться отсиженным "сроком" как знаком доблести. И не столько западная, как многие наивно полагают, сколько лагерная субкультура рвется сейчас на экраны телевизора, проникает в песенные шлягеры, вторгается в быт, внося весь свой цинизм, сленг, сквернословие и жестокость, свою своеобразную эстетику. Западные атрибуты массовой культуры - это лишь ширма обычной русской пошлости. Именно лагерь делегирует в юношескую среду своих лидеров, которые имеют у детей огромный авторитет. Массовое телевизионное сознание и массовая культура, таким образом, имеют две составляющих: это пена западноевропейской цивилизации и лагерный дух / жаргон, законы и прочее/.

Отсюда, к вечным русским вопросам "кто виноват?" и "что делать?" на рубеже столетий прибавился еще один роковой вопрос интеллигенции: "как нам обустроить быдло?" Наличие этого нового вопроса подтверждает Государственная программа "Патриотическое воспитание граждан РФ на 2001-2005 гг.", в которой современное состояние духовных ценностей характеризуется как резко сниженное в результате аморфного воздействия воспитательных факторов российской культуры, искусства и образования, постепенная утрата обществом традиционно российского патриотизма, широкое распространение равнодушия, эгоизма, индивидуализма, цинизма, немотивированной агрессивности, неуважительного отношения к государству и социальным ценностям. Курьезность, мягко говоря, такого государственного проекта подтверждается его фактическим невыполнением и полной его нереализуемостью. Ибо упомянутые "Программой" негативные явления как раз и являются атрибутами массового общества, В западном мире они корректируются многовековыми традициями, гражданским обществом, правовым государством, христианской этикой. Средства преодоления социокультурного кризиса развиваются одновременно с кризисными явлениями, В России преодоление любого кризиса всегда шло путем "революции сверху" (что доказывается и пресловутой "Программой"); А.С. Пушкин прозорливо писал в черновике письма к П. Чаадаеву: "правительство все еще единственный европеец в России. И сколь грубо и цинично оно не было, от него зависало бы стать сто крат хуже. Ни кто не обратил бы на это ни малейшего внимания". Есть ли большая разница между правительством 1836 г. и правительством 2004 г.? Только в усилении еще одного российского феномена: наверху "тьма власти". И вот в начале ХХI века мы обнаруживаем изменение ролевых парадигм: "сверху" - насаждение национальной патриотической идей, русской духовности и т.п. (вопрос, насколько серьезно играется эта роль ее исполнителями, остается открытым); "снизу" - процесс стихийной европеизации, но на массовом и примитивном уровне. Эта вестернизация происходит двумя путями. С позиций культурной антропологии их можно назвать "дорефлективным" и "рефлексивно-идеологическим". Дорефлективный - это уровень самоорганизации

социокультурного целого, это уровень естественных процессов, вырастающие из органики новых экономических отношений, культурных выборов и предпочтений, рождающихся вне пространства идеологических оценок. Все происходит как бы само собой и отвечает слабо осознанным выборам основной массы общества. Это синергетический процесс. На рефлексивно-идеологическом уровне разворачивается оценка происходящего с позиций некоторых традиционных для страны критериев, ценностей, цивилизационных идентичностей и стереотипов восприятия. Второй уровень воплощает в себе механизмы идеологической коррекции стихийных процессов саморегуляции. Эти - уровни развития общества резко расходятся по своим векторам. Между ними возникают своеобразные "ножницы" (Игорь Яковенко. Динамика образа Запада в отечественной культуре 1990-х годов //Россия и мир глазами друг друга. М. 2002, с. 387-388). Это расхождение векторов и проявилось в вышеупомянутой Программе, которая выглядит попыткой привить к дичку /массовому обществу/ особь ценной породу /русскую духовность/. Меняется не только образ культуры. Трансформация идет далее знаково-символического уровня, меняется система ценностей. Советское общество в некотором отношении воспроизводило большую деревню: подлинно значимой оставалась сфера производства. В массовом сознании доминировала задача сделать что-либо (вопрос "зачем сделать?" оставался на периферии массового сознания). Важен был сам процесс делания, он и признавался мерилом оценки личности (герои труда, стахановцы, ударные стройки, целина и т.д.). Постсоветское общество перешло к работе, нацеленной на человека. Задача его ублажить, насытить, реализовать все возможные и невозможные прихоти и желания стали целью и ценностной доминантой трудовой деятельности. Критерий успешности работы - жалкий прежде потребитель, "голосующий" своим рублем. Это - глубокая культурная революция, которая значительно сильнее фиксирует движение на Запад, чем вестернизированная массовая культура, Массовое общество называют еще потребительским обществом, но для России эта оценка пока преждевременна: слишком немногочислен и худосочен слой активных потребителей (использованы наблюдения Игоря Яковенко. Указ. Соч., с. 393).

Антизападные настроение в первые годы XXI века, проникшие в сознание массового человека, мгновенно исчезнут при любых попытках перехода к политике изоляционизма, не говоря уже о прямом противостоянии, ибо не предполагают готовности лишиться чего-либо из достижений последнего десятилетия: образ жизни, информационная и личностная свобода, товары, вовлеченность в мировой контекст и т.д. В обществе в целом происходит нормальный процесс коррекции представлений о Западе, а, значит, и о самой России. Изживаются мифы, уточняются акценты, обнаруживается, что евро-атлантическая цивилизация, как и российская цивилизация ставят перед собой те же вечные вопросы - о смысле человеческого бытия, о предназначении человека. Ведь впервые эти вопросы прозвучали в философских исканиях Б. Паскаля, Б. Спинозы, И. Канта, - российская мысль смогла адекватно воспринять их идеи только к середине XIX века.

Рождаются новые мифы. К популярному, буквально идиоматическому выражению "русская духовность" желательно относиться с максимальной долей критичности" т.к. существует серьезное подозрение: а существовала ли она в реальности? В том мифологизированном представлении о ней, которое включает в себя синкретику язычества и христианства, В. Соловьева и В. Ленина, славянофильства и национал-большевизма" К. Маркса и Л. Гумилева, - можно видеть только комический парадокс, который, однако, при определенных условиях может превратиться в гремучую смесь" Хорошо известные вспышки ксенофобии нельзя объяснять только проявлениями хулиганства. Пока эти проявления имеют преимущественно внутреннюю направленность, но кто поручиться, что не найдутся умелые режиссеры, которые перенаправят их вне России? Ведь "русский национальный дух" - понятие как раз не мифическое, а реальное. Еще один парадокс заключается как раз в том, что русский национальный дух отрицает русскую духовность, "снимает" ее, говоря на языке Гегеля, так как она может только мешать его широким проявлениям. И начало этого "снятия" произошло около ста лет назад - после 1917 г. Почти весь XX век русский и другие народы вели "жизнь во лжи" (Г. Ибсен). Пожалуй, трудно будет доказать, что привычное двоемыслие и даже троемыслие советского человека, лживость и государства и его подданных во всех сферах, начиная с экономики и кончая, образованием, постоянный самообман общества (как будто бы мы демонстрировали свои успехи инопланетянам" которым не стыдно и солгать ради престижа нации) - так вот, доказать, что все это и являлось и является русской духовностью, повторяю, очень трудно. Во всяком случае эта "духовность" не выдержала самого простого испытания путем правды и гласности, доказав, что у лжи длинные, но тонкие ноги, В переводе на операциональный язык культурологии узкий смысл понятия "духовность" может иметь следующее определение: духовность - это такое рефлексивно-аксиологическое состояние личности, когда ее культурные, интеллектуальные потребности возвышаются над повседневными утилитарными потребностями. На этом оселке мы можем проверить все состояние "постсоветской духовности". Очевиден ответ, какая сила одержала победу - наш доморощенный российский быдлизм. Некого и незачем спрашивать, по ком звонит колокол. И лишь тонкий слой российского общества, способный наследственно передать ценности духовной культуры, может служить опорой в сохранении духовности без всякого национального адреса, так как . по логике аксиологии духовная элита должна воспроизводить духовную элиту. Возвышение духа над материей - так образно можно передать сущность менталитета этого немногочисленного (пока?) слоя российского общества. Однако, если исходить из реалий существующего мира, а не из фантомных представлений о категориях духовной культуры, в том числе и о духовности, без которой этот мир, якобы, не может быть полноценным, то вот какие мысли приходят в голову - именно на почве нашей российской действительности. Мысли, которые не отрицают содержание предыдущего текста, но корректируют его основную парадигму, "Пора понять, что за вакханалией призывов к духовности все чаще скрывается пренебрежение к конкретной жизни, к природе вещей, тенденция к замене их информацией. Упования на духовность становятся в таком случае ширмой этого процесса, а сама духовность лишается души, ибо душа - это внутренние духовные чувства, базой которых являются чувства внешние. Деградация последних ведет к атрофии первых, того, что мы называем деятельной любовью, волей, дружбой, милосердием, восприятием красоты. Вялость желаний, отказ от поступков и прочив проявления "гиподинамии души" есть, говоря в широком плане, следствие гиподинамии тела. Жалобы на потерю смысла жизни весьма часто, особенно у интеллектуалов, скрывают потерю чувства жизни. Кризис эмоциональности превращает духовность в целеполагание, в рационально-теоретическое знание и расчет, в информацию. Человек "духовный" становится человеком бездушным. В подобном качестве он сближается с системами искусственного интеллекта, но никогда их не догонит, ибо техноэволюция развивается быстрее биоэволюции и соревноваться с ним в уровне рациональности достаточно бесперспективно" (В. Кутырев. Из статьи "Понимаю, следовательно, существую...// ОНС, 1995, N1). Следовательно, нужно не забывать о чувстве меры и о чувстве ответственности в дерзаниях наполнить оскудевший сосуд духовности России. А вдруг небывалое свершится? И духовность хлынет через край? Получим мы тогда общество, гениально обрисованное Г. Уэллсом в "Машине времени": мир изнеженных, духовно богатых, но беззащитных энлоев, которых пожирают живущие под землей, полудикие и беспощадные морлоки.

Часть 2

Существует два знаменитых определения поэзии, данные гениальными поэтами XIX в. "Поэзия должна быть глуповата:....", - А.С. Пушкин. Это не случайно брошенная фраза великого творца. Ею Пушкин подвел итог спорам в немецком романтизме о "наивной и сентиментальной поэзии", встав в нем на сторону И. Гете, который в отличие от Ф.Шиллера утверждал приоритет "наивности" в искусстве. Наивность == искренности = "глуповатости". Гете только услышал несколько стихов Пушкина на русском языке в чтении В.А. Жуковского - и передал ему для вручения молодому поэту свое перо, интуитивно угадав в нем равновеликого гения, может быть, восприемника в европейской поэзии. Второе определение принадлежит французу Полю Верлену:


- О музыке на первом месте!

Предпочитай размер такой,

Что зыбок, растворим и вместе

Не давит строгой полнотой. /.../

Пусть в час, когда все небо хмуро,

Твой стих несется вдоль полян

И мятою "и тмином пьян.".

Все прочее - литература!

("Искусство поэзии", 1879)


Не трудно увидеть сходство в понимании поэтического искусства у русского и французского поэтов. Вся великая поэзия так или иначе соответствовала этим постулатам. А другая поэзия, вполне хорошая, оставалась литературой: рифмотворчеством, стихосложением, версификаторством... Зато она была более понятна, близка современникам своей доступной формой, ее охотно читали. Потом забывали, нередко навсегда. "Поэзия - поэт - общество" - важнейшая тема русского искусства. Замечательно остро суммировал все коллизии этой темы Ар. Беленков, на мой взгляд, самый блестящий литературный критик-диссидент 60-х гг., выпихнутый советской властью в эмиграцию за книгу "Сдача и гибель советского интеллигента. Юрий Олеша", появившуюся в России только в 1996 г. Вот несколько цитат из главы "Поэт и Толстяк":

"Эта важнейшая тема... излагается так: несмотря на то, что меж детей ничтожных мира, быть может, всех ничтожней поэт, его душа способна встрепенуться тотчас же, как только чуткого слуха коснется божественный глагол. Предполагается, что поэт по разным обстоятельствам может быть не чужд самых разнообразных недостатков... Однако, несмотря на все это поэт неминуемо обладает достоинством, делающим его безоговорочно выше общества. Неминуемое достоинство, делающее поэта безоговорочно выше общества, заключается в том, что он к ногам кумира не клонит гордой головы, а так же в том, что он - свободный человек, не боящийся обличать пороки общества." /.../. "Конфликт художника и общества трагичен, естественен и неминуем. Почти всегда он кончается гибелью художника. Но попытка этот конфликт, этот закон отменить, сделать вид, что его нет, не должно быть, кончается уже не только гибелью художника, но и гибелью искусства. Из всех условий существования поэта единственное, которым нельзя пренебречь, это - правда, которую он обязан говорить обществу /..../. "Поэт говорит только правду. И ни пытки, ни казни, ни голод, ни страх, ни искушения, ни соблазны, ни кровь жены и детей, ни щепки, загоняемые под ногти, ни женщина, которую он любит и которая предает его, не в состоянии заставить поэта говорить неправду, льстить, лгать, клонить голову и славить тирана. Сдавшийся человек не может быть поэтом. Человек, испугавшийся сказать обществу то, что он о нем думает, перестает быть поэтом и становится таким же ничтожным сыном мира, как и все другие ничтожные сыновья. Искушения, жажда власти, забота о славе, малодушие, соблазны и страх мешают художнику осуществить свое право и назначение - говорить обществу то, что он о нем думает и что заслуживает оно. Между художником и обществом идет кровавое неумолимое побоище: общество борется за то, чтобы художник изобразил его таким, каким оно себе нравится, а истинный художник изображает его таким, какое оно есть.

В этой борьбе побеждают только великие художники, знающие, что они ежеминутно могут погибнуть и гибнущие. Других общество уничтожает. Великие произведения так уникальны, потому что выстоять художнику еще труднее, чем создать их".

Пушкин и Лермонтов оставили великое, но страшное завещание: поэт не может быть великим, если он не изгнанник, если он не убит (А. Кацура, указ. соч. с. 8). В. Высоцкий высказал это завещание в чеканной строке: "Кто кончил жизнь трагически, тот истинный поэт". Однако, дело не только в обществе. В поэзии и в искусстве вообще существует понятие "архетип автора". Архетип, по К. Г. Юнгу, это способность подсознательно образовывать некоторые общие символы. Это психический орган, вырастающий в душе человека, как цветок. Литературный архетип, проявляющийся в качестве основополагающей модели в творчестве одного или нескольких художников, в свою очередь сформируется на основе глубинных моделей мирового приятия, свойственных именно той или иной авторской категории. Д. Андреев в "Розе мира" предложил для гениев соответствующего психологического ряда название "вестники". Среди них выделяются несколько "архетипов автора"" наделенных таинственной властью пронизывать все пространство мировой культуры - от ее первоистоков до наших дней. В том контексте, который мною предложен выше, мы обнаружим творцов, которым аккомпанирует гибель. Они торопят свою смерть и даже внешне благополучные условия жизни и творчества, даже успех не останавливают их на пути в никуда. Немногие из них успевают "пройти земную жизнь до половины". Эту когорту обреченных на раннюю гибель творцов я назвал однажды "архетип-Эмпедокл" (именем древнегреческого философа и поэта, жившего около 490-430 до Р.Х. и бывшего настолько необычным в жизни и философии, что аналоги ему появятся лишь через тысячелетия: свою жизнь он завершил тем, что бросился в кратер вулкана Этны, желая испытать судьбу). Роковой смысл "архетипа-Эмпедокл": бросить всего себя в бездну, надеясь на взлет. Но те, кто вглядывается в бездну, даже упавшие, заставляют бездну вглядываться в себя. Принадлежа к данному архетипу, авторы просто не могут творить иначе и иначе жить. Им приходиться выбирать между "гибелью всерьез" или творческой смертью. И они выбирают, как правила первое. Общество, даже если бы и хотело их остановить на краю бездны, не способно это сделать. Однако, чаще всего общество не хочет и иногда со злорадством, иногда с любопытством или безразличием смотрит на самосожжение своих слишком обременительным по духу сограждан.

В России за прошедшие 25 лет мы обнаруживаем просто хрестоматийные примеры, иллюстрирующие эту коллизию. Вот мартиролог талантливейших поэтов, которых она потеряла с 1980 года. В. Высоцкий, Л. Губанов, Н. Искренко, Ю. Визбор, А. Башлачев, Яна Дягилева, В. Цой, Ника Турбина, Анна Горенко (Елена Карпа), Борис Рыжий, - и это только те, кто был широко известен, признан или в культуре андеграунда, или на полуофициальном уровне. Эти люди сознательно отказывались жить дальше, сознательно шли навстречу гибели: алкоголь, наркотики, самоубийство помогли чуть ли не большинству из упомянутых поэтов решить свое "быть или не быть". Почему? Нет ответа... Кроме единственного: для этого мира они оказались слишком уязвимыми, слишком ранимыми, лишенными кожи и - с обнаженными нервами. "Поэты ходят пятками по лезвию ножа и режут в кровь свои босые души", - пел В. Высоцкий.

Поэзия и музыка всегда расценивались как наиболее влиятельные сферы духовной культуры. Влиятельными в том смысле, что обладают наиболее эмоциональными средствами воздействия на общественное настроение, влияют не только на формирование эстетических и этических ценностей, но и на политическое сознание. "Поэт в России больше, чем поэт, - было сказано не зря, и до некоторых пор этот афоризм Е. Евтушенко оправдывал себя. Но меняются времена, появляются новые формы воздействия не только на сознание, но и на подсознание масс, меняются эстетические критерии. Последний мощный всплеск увлечения поэзией русское общество пережило в десятилетие сер. 80-90-х гг. - времени возвращения к читателю забытых и полузабытых имен, запрещенных и просто "нежелательных" поэтов прошлого, русского зарубежья, поэтов-современников, писавших "в стол", так как не имели шансов быть опубликованными при коммунистическом режиме. Впервые издавались многие зарубежные поэты, чьи имена были известны понаслышке. Оживились и поэты, имевшие устойчивый успех, благодаря репутации фрондирующих гениев, что не мешало им вполне мирно и не без выгоды для себя сосуществовать с советской властью. Было в этом возвращении и "очищении" немало ложного пафоса, иногда комичного, но, тем не менее, вся трагедия русской литературы во всей полноте была понята и осмысленна именно в то недавнее время - теми, кто хотел ее осмыслить. Потом начался спад интереса к серьезной литературе, а поэзия и вовсе стала интересовать совсем небольшой круг ее ценителей. Времена наступали все более не поэтические, а на рынке культурных услуг появился новый потребитель - человек массы. Кто платит, тот и заказывает музыку (часто в буквальном смысле слова). Новые боги - дорвавшиеся до запретных плодов люди массы - жаждали именно той музыки, которой они хотели? "сделайте нам красиво!". Современное поэтическое творчество стало приходить к потребителю "красивого" в упаковке песенных шлягеров. Быть популярным поэтом ныне - это значит быть автором постоянно звучащих текстов, которые на свой лад приспосабливают авторы музыки и исполнители. Однако, за немногим исключением - публика не знает и не интересуется авторами. Да и зачем их помнить? Вся слава достается достаточно хорошо "раскрученному исполнителю". Видимо, поэтому все три ипостаси все чаще и чаще сливаются в одну: и поэт, и композитор, и исполнитель в едином лице, как говорится, "и швец, и жнец, и на дуде игрец". Это вполне новое для российской культуры явление, если рассматривать его как массовое явление. В культурно-историческом же аспекте всегда существовали русский романс, поэты-песенники, наконец, авторская песня поэтов-бардов. Обычно это было сочетанием хорошей поэзии и хорошей музыки. И вся история мировой поэзии связана с мелосом. Изображение арфисток, флейтисток и т.п. на сохранившихся фресках древнейших цивилизаций - это и знак поэзии. Музу Эрато всегда сопровождала муза Эвтерпа, играющая на флейте. Древнегреческие аэды исполняли свои произведения песенным речитативом под аккомпанемент лиры /Демодок в "Одиссее" Гомера и сам Гомер/. Эта традиция сохраняется и в средневековье: шпильманы, скальды, трубадуры, ваганты - это все певцы-поэты. Названия крупнейших эпосов: "Песнь о Роланде", 'Песнь о Нибелунгах", "Песнь о моем Сиде" у разных народов Европы свидетельствует о характере исполнения этих, порой, гигантских произведений. В Европе эта традиция начинает нарушаться лишь в эпоху Ренессанса: поэзия становится самостоятельно-локальным жанром, прежде всего у Данте Алигьери, В Древней Руси - та же картина. Былинный, сказовый жанр - песенный жанр. Имя Бояна, эпического поэта- певца дошло до наших дней не случайно. Новый феномен российской массовой культуры чаще всего заключается в сочетании скверной поэзии, скверной музыки и скверного исполнения, но все-таки удовлетворяет соответствующую эстетическую потребность, а авторам-исполнителям приносит неплохие доходы. Любая критика, возмущение, негодование по этому поводу будут направлены в пустоту. Факт существования такой поэзии и такой музыки оправдан уже самим их существованием: на это есть спрос, есть и признание у публики. Западная культурология давно уже признала всю атрибутику поп-культуры, дала множество метких и точных характеристик шоу-бизнесу с позиций социологии, психологии, антропологии, эстетики, а заодно дала и немало полезных советов тем,

кто создает новых идолов для восторженных толп. Осваивается этот новый паттерн культуры и российскими культурологами, но с большим трудом, так как не выработан пока отечественный инструментарий познания этого явления, а тот, которым располагает зарубежная наука .просто не "работает" в пространстве постсоветской массовой культуры. Даже то, что удалось накопить - в осмысливании культуры андеграунда с трудом может быть использовано в этом пространстве, ибо эстетика "другой культуры" опиралась на достаточно сложные, философские системы от А. Шопенгауэра и Ф. Ницше до дзэн-буддизма и обычно принадлежала к полуэлитарной культуре. Эстетической же формулой нашего массового искусства может быть только очень простая парадигма: голый человек на голой земле. Никакой культуры до него не существовало, С ним же наступает антикультура.

"Примитивная сложность" этого явления усиливается тем фактором, что хорошая настоящая поэзия продолжает существовать, И если нет сегодня в России поэтов великих (их и нигде нет), то есть много поэтов "хороших и разных". То обстоятельство, что хорошая поэзия ныне находится на периферии интересов массового читателя, никак не сказывается на творческих стремлениях поэтов. Человек, обладающий поэтическим даром, будет писать стихи даже на необитаемом острове. Если с некоторой долей приближенности поляризировать современную российскую поэзию, то можно увидеть два основных русла:

Первое - традиционная форма стихосложения, традиционные темы, но усиленные христианско-православным колоритом. Среди своих духовных отцов авторы этого направления числят Ф. Тютчева. Ап. Майкова, Аф. Фета (тех, кого "демократическая критика" XIX в. упрекала в "искусстве для искусства"). Наследники этой, как они сами себя называют, "православно-христианской патриотической поэзии" преимущественно публикуются на страницах журналов "Литературная учеба"" "Москва", "Наш современник", Второе - в какой-то мере продолжение традиций культуры модернизма и андеграунда, достижений русского и зарубежного авангарда в контексте постмодернизма, с сильным психоаналитическим концептуальным ракурсом в рассмотрении и транскрипции поэтического дискурса. Это направление представлено мощным/теоретическим журналом "Новое литературное обозрение (НЛО), с петербургской поэтической школой, долго следовавшей по тропе, проложенной И. Бродским, но ныне нашедшей другие пути, журналами "Знамя", "Иностранная литература". Поэзия "западно-модернистского космополитического" русла часто является "искусством для искусства", но это искусство для немногих, нередко для таких же поэтов-концептуалистов и для аналитиков-постмодернистов, занимающихся изучением "биологии стиха". Этот метод "расщепления слова" часто напоминает "игру в бисер" - виртуозное, но совершенно бесполезное с точки зрения здравого смысла занятие героев одноименного романа Г. Гессе. И поэзия и теория соответственно предназначены для высокообразованной, хорошо знакомой с практикой модернизма и постмодернизма, а также с методологией семантики, семиотики, герменевтики читательской аудитории. Естественно, таких не много, Поэтому названная школа поэзии и ее метод высоко элитарны.

Еще одним, по сути антиномичным процессом, является тот неоспоримый факт, что, несмотря на снижение роли поэзии в духовной жизни общества, значительно увеличилось (и усилилось) число провинциальных поэтов, которые меньше всего ориентируются на признанные поэтические центры со всеми сложностями их направлений, а пишут так, как им подсказывает их поэтическое чутье и ищут признания в поэтической среде ближайшего окружения. Этот тоже исключительно российский феномен (кстати, в пользу довода о русской духовности) стал проявлять себя все сильнее и сильнее по мере роста числа местных газет и журналов, и в связи с отменой цензуры. "Главлит" охватывал своим контролем всю советскую печать: от газет-многотиражек до энциклопедий и определял структуру культурных ценностей. Желательно помнить об этом. Но появились другие возможности ограничения свободы слова и публикаций. Поэты провинции, может быть, не самые гениальные, но, наверное, самые бескорыстные служители опальной королевы Поэзии. Гонорары им не светят, на издание собственных поэтических сборников нет средств (поэзия и большие деньги - вещи несовместные), надежды на помощь спонсоров и местной администрации иллюзорны. Поэтому они ревнивы друг к другу и отчаянно борются за "место под солнцем" - за право публиковаться на страницах местных газет и журналов, в коллективных сборниках. Выход собственного сборника воспринимается как акт священнодействия, озаряемого мистическим светом. Увы, качество стихов при этом нередко значения не имеет, зато ранг поэта определяется их количеством и частотой издания его книг. По-человечески это очень понятно. Мечтал же А. Галич увидеть на прилавке магазина хотя бы одну свою книзу. Так и не дождался. И все-таки они пишут, талант невозможно законсервировать. Помню, как лет пять назад я видел в вагоне электрички немолодую женщину, продававшую свои книжки. Маленькая внучка купила у нее тоненькую книжицу. На обложке стояло: "М.О. Пахомова. Попугай" - книжка цела до сих пор. Не поэт, а автор небольших анималистических рассказов о животных, вызвала у меня искреннее восхищение своей культуртрегерской миссией. Чувствовалось, что не мизерные суммы за книги ее толкают на коробейническую акцию, а желание донести свое творчество до читателя, а оно стоило этих усилий: рассказы были безыскусные, но какие-то светлые, и точно угадывали адрес читателей- детей. И у меня от встречи с ней долго оставалось светлое, но щемящее чувство. Много позднее я узнал, что М.О. Пахомова скоропостижно скончалась чуть ли не по причине какой-то обиды, нанесенной собратьями по перу". Но пишут и графоманы и тоже не могут не писать: что для других графоманство, для графомана - высокое творчество.

Профессионализм поэта - понятие сложное и с трудом однозначно редуцируемое, хотя в версификации стиха обнаруживается сразу. Поэтический дар чаще всего обнаруживается случайно и за пределами профессионализма. Разумеется, идеальный случай, когда и то и другое начинает постепенно синтезироваться, когда "алгебра поверяет гармонию". Но вспомним, что эту неглупую мысль у Пушкина высказывает Сальери, противопоставляя себя Моцарту (Сальери не был злодеем, к Моцарту относился с уважением, помогал ему деньгами и давно реабилитирован в глазах потомства - но мы продолжаем верить Пушкину: вот, что такое великая поэзия, она создает мифы на века!).


Часть 3


Вот так автор подошел к теме "поэзия чапаевских поэтов" и сразу же хочет констатировать: тот факт, что в г. Чапаевске существует сильная литературная организация в рамках отделения РСПЛ, являясь ядром более широкого литературного сообщества, что постоянно работает литературный клуб и музыкально-поэтический салон, что поэзия и проза постоянно публикуются на страницах местной печати, выходят книги поэтов и прозаиков, проводятся поэтические акции в форме поэтических вечеров, конкурсов, изданий сборников молодых поэтов, - является тоже феноменальным фактом. Ибо трудно найти город, который по всем параметрам меньше всего мог бы претендовать на роль места, где процветает поэзия, а опытные поэты-профессионалы должны конкурировать с молодой литературной порослью. Возможно, это как раз пример микромодели двухслойной российской цивилизации: немногочисленная местная творческая элита, и вся остальная масса населения города, которая часто и знать не знает своих поэтов, или знает их совсем в другой роли. Но что-то затрагивает и эту массу: газеты читают, на поэтическо-музыкальные вечера ходят, а это уже соприкосновение с культурой слова. Хотя не исключено другое, более сложное объяснение.

Совершенно не касаясь внутренних организационных проблем чапаевского литературного сообщества, которые, вероятно, имеются, я попытаюсь представить достаточно ограниченную картину мира чапаевской поэзии, в композиции которой будут участвовать только те поэты, чьи имена встречаются на страницах газеты "Всякая всячина". Только такими страницами, да несколькими ксерокопиями я и располагаю. Но, чтобы дать общий анализ, увидеть в ходе его соответствующие культурологические и литературные парадигмы поэтического творчества этого материала достаточно, хотя ни о каком исчерпывающем обзоре я и не помышляю; наверное, каких-то имен

будет не хватать в дальнейшем тексте, но я уже объяснил причину. Из поэтов Чапаевска я абсолютно ни с кем не знаком, кроме Е.М. Гуреева, их имена мне мало что говорят. Какова их поэтическая иерархия, я тоже не знаю. Поэтому мне только остается частично воспользоваться методологией семиолога Р. Барта, провозгласившего когда-то "смерть автора" и призвавшего рассматривать только тексты - вне всего остального контекста творчества автора и той или иной его позиции: только конкретика. Хотя, разумеется, имена поэтов я буду называть. Мы все-таки не во Франции, Просмотренный поэтический материал позволяет сразу же сделать однозначный вывод: все, отмеченные выше тенденции, существующие под покровительством поэтических Муз /Эрато, Эвтерпа, Полигимния, Каллиопа/, просматриваются и в поэзии Чапаевска. Можно конкретизировать: в творчестве некоторых поэтов прослеживается присутствие и разных направлений. и разных жанров. Полагаю, что это совершенное естественное и даже обязательное условие творчества: хороший поэт не может не попробовать силу своего дара в разнообразных экспериментах со словом.

Вот стихотворение М.В. Беловой "Иранон /по Лавкрафту/", Каждый, кто читал мистическую прозу Г.Ф. Лавкрафта, знает, что она не для простецов и не для слабонервных. "Перевести" эту прозу на язык поэзии - задача не из легких. Уже тот факт" что автор поставила ее перед собой, говорит о том, что М.В. Белова не рассчитывает на общее понимание. Стихотворение как раз передает всю трагичность вечной коллизии: поэт и общество, Чуть "хромает" стилистика и лучше бы обойтись без последних банально-назидательных строк, которые диссонируют и с Г. Лавкрафтом и с автором. Судите сами, какое это направление. Во всяком случае, мне стихотворение понравилось сразу, а я - любитель элитарной поэзии.

А.П. Дугина пишет замечательные простые стихотворения на вечные женские темы: о дочери, о матерях, о детстве, о любви, о природе. Стихотворение "Черногривый конь" чем-то неуловимым напоминает знаменитое стихотворение Л. Губанова к. 60-х: "Я беру кривоногое лето коня...". Жанр тихого скромного патриотизма, особенно в песнях. И вдруг - нечто непонятное по смыслу, "Не надейтесь, враги окаянные, Не запугать родную Русь. Не зырьтесь, злыдни жадные, Не одолеть Отчизну-Русь", И таковы еще три строфы. Очень подошел бы заголовок "Гей, славяне!"

Нечто подобное я читал в начале 60-х в газете Северной группы войск в Германии, в которой печатались и самодеятельные армейские поэты. Тогда это еще как-то можно было понять: мы ведь готовились к марш-броску через всю Европу на побережье Ла Манша. Но где сегодня автор обнаружила "врагов окаянных, злыдней жадных"? Общее мнение российских политологов всех направлений таково: даже если Россия очень попросит, никто на нее не нападет, все ведь знают, что окажутся в ситуации, юмористически обрисованной А.К. Толстым в "Истории Государства Российского". Всех своих несчастий, неурядиц, глупостей Россия добилась своими собственными силами в прошедшее полустолетие - вполне справилась с этим без посторонней помощи. Опасность для мира заключается именно в России с ее огромными запасами ядерного оружия, крайне отсталыми военными технологиями, и в то же время нарастающим духом милитаризма.

И ведь явно стихотворение вымученное, чуждое самому автору. Допускаю, что А. Дугина решила посостязаться в истерическом патриотизме со своим известным однофамильцем философом-геополитиком А.Г. Дугиным, духовным лидером "консервативной революции". Между прочим, девизом этого движения является "Да, смерть!" Вот таким же некрофильством повеяло от героико-патриотического гимна, еще раз подчеркну, очень неплохой поэтессы.

А.Бабич, видимо, молодая начинающая поэтесса. Неумелые, но искренние стихи о родном городе" Есть интересная попытка совмещения белого и рифмованного стиха. Поэтесса уже успела проникнуться местной "поэтической теологией": "за тебя помолюсь я Богу, за тебя поставлю свечу" /за Чалаевск/, Опытные поэты, к вам обращаюсь: вспомните заповедь Св. Писания: не упоминай имя Господне всуе! Молодежь вам подражает, не вдумываясь в сакральный смысл святых истин, "Нам заново кувшин наполнить святой Иисусовой водой". Вы не объясните мне, откуда взялась эта нелепость на грани кощунства? у молодой поэтессы? Есть чаша Св. Грааля, наполненная кровью Иисуса Христа из его ран, собранная Иосифом Аримафейским - символ-образ, пронизывающий огромный пласт европейской культуры от средневековых романов о короле Артуре и рыцарях Круглого стола до опер Р. Вагнера в XIX в. Св. Грааль в христианской мифологии гетерогенно объединяется с копьем Лонгия - центуриона, нанесшего удар Христу, чтобы завершить муки Распятия. А что такое "святая иисусова вода"? Евангелие от Матфея называет "водой" жидкость, вылившуюся вместе с кровью из раны, нанесенной копьем, что имеет медицинское объяснение. Освященная вода называется "Богоявленской водой".

Я еще ни разу не обратился к понятию "лирика", которое часто употребляется как синоним поэзии, но уже в античности знали о различии жанров, отсюда и четыре музы-покровительницы своего "профиля". Никто не называл лириками Гомера, Вергилия, но - Сафо, Анакреонта, Катулла... Лирике неизменно соответствует лирический герой автора, не обязательно сам автор. Именно лирикой с полным основанием можно назвать поэзию Т.В. Изотовой и Т.В. Кижайкиной, лирический герой /иня/ проявляет себя адекватно лирической теме, заявленной поэтессами" И Т. Изотова и Т. Кижайкина имеют свой поэтический лейтмотив, поэзия эта очень разнится, и вряд ли можно перепутать их имена.

Т. Изотова похожа на М. Цветаеву - и на Жанну д* Арк, когда в своем программном стихотворении кличет: "Зовет труба: всем, кто со мной, поднять небесные знамена!" Не знаю, известны ли ей лозунги французской народной героини, или это знаменательное совпадение. Цель у поэтессы тоже серьезная: бой за красоту, гуманизм, свободу, - таков ее лейтмотив. Любовная лирика пронзительна, но деструктивна: хочется и любить и быть свободной от любви-зависимости. Явный случай М. Цветаевой: скольких измучила и сколько намучилась сама в поисках любви! Лирической героине жизнь дана с тем условием, чтобы ежедневно ее защищать всеми силами женской души. Близко к "архетипу - Эмпедокл". Вероятно, поэтому так много стихотворений-посвящений: поиск опоры, которую ее героиня разрушает в других стихах, обращаясь к теме покаяния. Это делают обычно смелый, вольнолюбивые души, полные сомнений, ищущие смысл бытия. Им-то каяться как раз не в чем, но они обязательно найдут собственный малозаметный изъян, чтобы упрекать себя всю жизнь. Раньше это называлось совестью" По-моему ,и сейчас так же называется. С такими не соскучишься. Яркий сильный талант Т.В. Изотовой может получить еще больший расцвет, если в ее поэзию войдут символы, знаки, образы мировой культуры, к этому взывает парадигмальное общечеловеческое содержание ее лирики.

Поэзия Т. Кижайкиной более женственна, рефлексивна. Соединение поэтического дара с даром художника-иллюстратора /мне известна только ее графика/ обычно сопровождается многомерным познанием мира, интуитивно коррелируются лирический и графический образы, расширяются горизонты видения. Православно-патриотические образы поэтессы ясно свидетельствуют о принадлежности ее лиры к традиционному миру русской поэзии, о котором я упоминал вначале. Её лирика - замечательный пример чувства такта, чувства меры в обращении к христианским святыням. Не перейдена грань и в теме патриотизма. Патриотизм - чувство глубоко личное, о ней кричать во всю Ивановскую нельзя. Если супруги открыто демонстрируют свою любовь, то можно смело утверждать, что на самом деле любви давно нет. По аналогии, если человек беспрерывно громогласно говорит о любви к Родине, то его патриотизму грош цена. Л. Толстой очень любил повторять фразу С. Джонсона: "Патриотизм - последнее убежище негодяя". Как там у Лермонтова? "Люблю отчизну я, но странною любовью..." Лирическая героиня Т. Кижайкиной печалится о России, ищет ответа на больные вопросы, скорбит от того, что не находит ответа. Но она надеется и верит. И ей веришь, т.к. искренность нельзя сфальсифицировать, В этих стихах - больше гармонии, меньше страстности. Однако, несколько последних стихотворений эту гармонию нарушают, обнаруживается мятущаяся страдающая душа, которая не в|ладу с собой, она задыхается в этом недобром мире, кажется, что она готова "вернуть творцу билет" как Иван Карамазов или та же М. Цветаева. Но дисгармония долго в лирике Т. Кижайкиной не уживается, ей все-таки ближе признание себя в чем-то виноватой, обращение к раскаянию помогают очищению души. К своему собственному удивлению, стремясь найти какой-то аналог к этой поэзии, я вспомнил суровое поэтическое творчество великого Микельанжело. Казалось бы, ничего общего и поэтесса отнюдь не сурова, а вот... Возможно, название ее полусонета "Молю тебя ,о Боже, не спеши" создало такое неожиданное сближение? У МикельАнджело: "Я удивляюсь. Господа, тебе". Или вот та самая дисгармония нескольких стихов? На мой взгляд, они самые сильные в творчестве Т. Кижайкиной. Может быть, это русло следует углублять и далее?

Акулькина Таша - моя бывшая ученица, которую я помню вдумчивой и серьезной девочкой, с чувством собственного достоинства. Ее стихи - зеркало личности. Возможно, ей известна мудрость Ф. Ницше - "Стань самим собой! " отсюда и сильно выраженная в стихах потребность видеть у окружающих ее людей признание своего собственного самопризнания. Поэзия нервная, на грани срыва, чем она и интересна. Одиночество и память - постоянные спутники ее лирической героини. Если бы я не знал, что это совсем еще юная девушка, мог бы решить, что передо мной лирика много пережившей в своих разочарованиях, но не потерявшей еще надежды на понимание, женщины" Ритм стихотворений тяготеет к верлибру, но поэтесса не осмеливается нарушать традиции местной поэзии и старательно рифмует слова, которые были бы свободны в белом стихе. Таша, не пишите о солдатах и о войне. Это не Ваша тема, найдутся поэты-милитаристы и без Вас.

Т. Петрянкина - ее стихи интересный пример пантеистической поэзии. Природа, человек, космос - и любовь, как природная стихия, сон, которой может обернуться явью. Отдаленная похожесть на поэзию Ф. Тютчева и Е. Баратынского. Простое, но очень цельное стихотворение об "отличном Человеке" /слово "отличный" лучше бы заменить синонимом/. Может быть, это гимн Поэту, как и стихотворение о звезде?

Екатерина Славина - единственное, известное мне стихотворение "Где взять мне сил..." создано очень крепко: и форма и содержание слиты в неустанном поиске лада в своей душе, добра для других. Знаменательны две последние строки: "Но я хочу, чтобы земля цвела, Когда по ней ступают мои дети." Это очень человечно и мудро. И. Кант говорил, что детей нужно воспитывать для другого, для лучшего, чем сегодняшний, мира.

В начале обзора я заявил, что в чапаевской поэзии представлены все поэтические линии" Это мнение можно иллюстрировать поэзией Н. Зиньковской. Эзотерическая поэзия, имеющая давние традиции от Я. Бёме и У. Блейка до современного поэта, философа, ученого Ю.В. Линника из Петрозаводска /одно время мы обменивались с ним своими книгами/ завладела и творческой лирой чапаевской поэтессы. Или наоборот. Мифически-пантеистические мотивы ее стихотворений все решительнее вытесняются мотивами экологической эсхатологии и какой-то пестрой мозаикой из эзотерических учений Востока, понятий солярного /солнечного/ культа, древнейших образов Великих Матерей, митраизма, теософии Е. Блаватской, индуизма в интерпретации супругов Е. и Н. Рерихов и ,конечно же, мистического христианства. Такой вот религиозный плюрализм в одной голове явно экзальтированной женщины. Проецируется этот плюрализм все-таки на Россию. Называется такая форма религиозного /ибо поэзия Н. Зиньковской глубоко религиозна/ мировоззрения очень просто: неоязычество. Ничего нового и невероятного в этом нет, Россия уже однажды проходила этот путь как раз накануне 1917 г. и вновь встала на ту же тропу в конце XX в. Если брать чисто культурологический аспект, то довольно любопытно" хотя и утомительно, "анатомировать" стихи, в которых известные в различных мифологиях понятия интерпретируются самым неожиданным образом. Судите сами. Вероятно, это выражение какого-то нового солярного культа, соединяющего в себе вещи несоединимые /по нашей российской привычке скрещивать все со всем, лишь бы удивить мир/. Стихотворение "Океан любви" написано или от имени Гелиоса - Митры /древнегреческий и древнеиранский боги Солнца, или, скорее всего, от имени Митры-Варуны /мифология древнеиндуистских "Вед" и "Ригведы"/, т.к. Солнце - глаз Митры и Варуны; Митра - бог дружбы, милосердия к людям, особенно к певцам, приносит им богатство. Его основная функция - объединение людей. Но здесь же тема любви, которая несет спасение в мир, - это из философии уже упоминавшегося Эмпедокла, из фрагментов его поэмы "Очищения". Стихотворение построено на солярных мифах. Далее еще интереснее:

"Я помню, к Богу как пришла,

В свои пятнадцать лет

Неверующей Фомой была,

Иной не видя свет".

В пятнадцать лет можно и не знать, что Апостол Фома не верил лишь в Воскресение Христа, пока не вложил в раны его свои персты. Только в этом смысле он был неверующим. Гностическая традиция представляет Фому единственным из апостолов, кто удостоился откровения о тайном смысле учения Христа, т.к. только он проник в его воскресшее тело. Ему приписывают апокрифическое "Евангелие от Фомы". В "Деяниях Фомы", тоже гностических, Св. Фома оказывается в северозападной Индии, борется с идолопоклонниками и там же погибает. Индийские христиане с 4 века называют себя "христианами Апостола Фомы". Зрелой поэтессе Апостол должен быть близок, т.к. она стремится в "Индию Духа". В этом же стихотворении автор сообщает, как она стала верующей:

"О Кальки книгу я прочла,

О братстве всех людей.

О том, что Бог един для всех,

И жизнь не просто тлен".

Это уже буддизм. Кальки - имя двадцати пяти правителей Шамбалы, каждый из которых правит сто лет. Кальки призваны хранить и развивать учение "калачакры" /колесо времени/, изложенное буддой Шакьямуни одному из первых царей Шамбалы. Я так много писал о Шамбале, Махатмах, рерихианстве, что неудобно повторять себя. Скажу лишь, что в европейскую культуру вести о Шамбале и Агарти впервые принесли в 20-е гг. XX в. русский эмигрант Оссиндовский /книга "И звери, и люди, и боги"/ и французский философ-мистик Р. Генон /книга "Царь мира/. Маги-водители народов могут заключить договор с Шамбалой, принося клятвы и жертвы. В годы Мировой войны скрестились пути разведок Германии и: СССР, пытавшихся проникнуть в таинственный мир Тибета, шла незримая битва за Гималаи, в которой выиграл Сталин, не без помощи супругов Рерихов, тайных агентов советских спецслужб /в мифическом плане/, Е. Рерих приветствовала все тоталитарные режимы XX века. Ни о каком братстве людей Махатмы не помышляли, хотя ,по мифу, была другая страна "Агарти", не вмешивающаяся в мирские дела. На Нюрнбергском процессе эти два слова часто звучали в показаниях подсудимых, но судьи не понимали, о чем идет речь. Так сплелись мифология и страшная реальность. Далее следует еще один казус:

"Святой индийский аватар,

Родным мне словно стал,

И православие Христа

С любовью мне отдал."

А это индуизм. "Аватара" - воплощение в смертное существо бога Вишну. Общепризнанными являются 10 аватар /в том числе Будда, но в негативном аспекте/. Десятая аватара - Калки /белый конь/. Это будущая мессианистская аватара Вишну и произойдет она в конце калиюги /современного исторического периода/. Вишну, сидя на белом коне, истребит всех злодеев и подготовит грядущего возрождение мира. Очевидно, у поэтессы существует мистическая визионерская связь с Вишну, если он мог ей одной отдать не просто Христа, но и его "православие"/ на Голгофе он не был ни католиком, ни православным/. Видимо, все-таки правы те, кто утверждает, что любой плюрализм в одной голове кончается бредом. Я не знаю, кто все это рассказал Н. Зиньковской, и со своей стороны могу лишь посоветовать прочитать великие поэмы "Махабхарату" и "Рамаяну". Но не хочу ее обидеть, уязвить, так как, часто сталкивался с подобными сочетаниями, удивить меня трудно. Эзотерика может быть темой высокой поэзии, но не на таком уровне. Стихотворение о Божьей Матери. Ее же автор называет "Матерь мира". У Гете в "Фаусте" есть так и не разгаданный Фрагмент о Матерях, чья тайна смущает и Мефистофеля и Фауста. В вавилонской мифологии Великая Богиня-Мать - Иштар - олицетворяет темное сексуальное женское начало. Во Фригии Великая Мать - Кибела, требующая жертвоприношений /часто оскопления мужчин/. В Греции - Персефона, в честь которой устраивались Элевсинские мистерии - тайные /без участия мужчин. В Риме существовал культ Великой Матери и ее возлюбленного Аттиса. В иудаизме это Шехина, равнозначная Св. Духу в христианстве. В гностицизме - София, или Эннойя, так волновавшая русского философа В. Соловьева, наделившего Софию "вечной женственностью". В учении, и особенно в живописи Н. Рериха и его сына Святослава, этот единый, но многоликий образ приобрел новое воплощение Матери мира, связанный с более спиритуалистским символом Душа Мира /в Веданте - "брахман"/ - понятие, существовавшее от Платона до В. Соловьева, и получившее теософское оформление в книгах Е. Елаватской. В образе Богоматери Марии, пусть и в сильно зашифрованном виде, продолжает жить Великая Мать. В 1964 г. католическая церковь объявила Марию "матерью церкви". У Н. Зиньковской читаем:

"О, Матерь Мира, мать людей,

Прости же свой народ,

За то, что чаще боль несем,

Житейских мы невзгод."

Так кто же тогда Богоматерь - Мать мира или беспомощная мать-покровительница только русского народа? Сумбурность, частая алогичность текстов, поверхностное, на уровне терминов, представление о сложнейших религиозных системах, но претендующее на откровение о некой вселенской полуязыческой, полухристианской религии явно снижают возможности поэтессы. Стих неряшлив, частая инверсия ради рифмы, очень упрощенной. Одно из стихотворений начинается так: "Наш ум подобен обезьяне И ищем мы во всем изъяны", Ну зачем же, Вы, так об обезьяне? Чем она виновата? Только тем, что человеку подражает, это его ум может создавать химеры и не видеть в них ни малейших изъянов. Замедлите свой бег к Солнцу, вспомните, что оно погубило отважного Икара. Ведь есть у Вас очень хорошее стихотворение "По воле Бога я дышу", без всяких суперрелигиозных фантазий, и оно талантливо. Ваше право - верить во что угодно, но совсем не обязательно воплощать свои сакральные чувства в неважных стихах.

С.Д. Чернягина, насколько я знаю, старейшина поэтического цеха г. Чапавска. Человек старшего поколения, естественно, сохранивший давно сложившейся стиль поэтического творчества, представления о смысле и назначении поэзии. Подобную поэзию я читал и 30, и 40, и 50 лет назад. Л. Татьяничева, О. Фокина, И. Снегова - вспоминаю первые пришедшие на ум имена советских поэтесс. Это хорошая, "правильная" поэзия. Но скучная. Текст одного стихотворения можно легко "наложить" на текст другого, особенно лирику о природе - и не заметишь, что изменилось в результате. Мотивы пантеизма, но слишком приземленного. Естественный соблазн "ностальгии" по прошлому. Стихи о трагедии войны, изломавшей судьбы простых людей, наверное, написаны кровью сердца автора, это непреходящая боль памяти ее лирической героини. Но почему так банально изложена эта тема? Скорее, здесь рифмованная проза, а поэзия тут и не ночевала. Из-за этой банальности, избитости образов даже сочувствие-соучастие приходится из себя буквально выдавливать, собрав все запасы эмпатии. Почему? Потому, что не возникает поэтический катарсис - высшая точка напряжения, освобождения и очищения. Без силы катарсиса самая трагичная тема предстанет будничным событием. Когда С. Чернягина выходит за пределы привычного ей лейтмотива, рождаются стихи с оригинальным сюжетом и развитием темы. "Там, где душа его вечно живет" - о молодом Пушкине на свидании с девушкой-крестьянкой. Все бы хорошо, но вот знать бы поэтессе, что после таких свиданий у крепостных девушек рождались дети, о которых поэт поручал заботиться своим друзьям, если это были мальчики. Великий поэт был далеко не бестелесным, на свидания ему пробираться не требовалось: "девок" поставляла Арина Родионовна, которую Пушкин подкупал вином - любимая няня была алкоголичкой. Вел он себя

как тысячи молодых дворян его эпохи и не стыдился этого. Я, пожалуй, зря придираюсь, откуда это может знать С. Чернягина? М. Цветаева и А, Ахматова знали, и о любовных похождениях поэта никогда не писали. Но такой вот "катарсис". Стихотворение "Талая вода" навеяно мотивами славянско-языческой мифологии. После выхода в свет во второй пол. XIX в. 3-томного исследования А.И. Афанасьева "Поэтические воззрения славян на природу" русская литература начала осваивать территорию русской мифологической школы, У Афанасьева есть глава "Вода". На рубеже веков этот и другие сюжеты мы находим в поэзии молодого И. Бунина" С. Городецкого, Н. Клюева... Не обошли их стороной и поэты-символисты. После более, чем столетнего перерыва 3-томник дважды издавался, с 90-е гг. С. Д. Чернягиной делает честь, если она эти огромные тома просматривала. Впрочем, поверье в народе было давно известно. Стихотворение производит впечатление своей концовкой: героиня ведь обманом, с помощью ведовства добивается любви своего избранника. В народе такой "приворот" считался делом бесовским. В книге С. Максимова "Нечистая, неведомая и крестная сила" есть глава "Вода-царица" - об этом. Широко известный обычай усиления женской красы давно заменен косметикой, женщины ныне знают секреты посильнее волшебства. С. Чернягина может писать очень сильные стихи. Таков "Диссонанс": "А грустный дождь все плакал, плакал, плакал..." Это так напомнило мне гениальное стихотворение П. Верлена!

О поэзии В.Я. Семендяя ранее я уже сказал несколько слов. В моем распоряжении есть другие тексты поэта, что позволяет расширить аналитический диапазон, т.к. "истина конкретна". Автор - приверженец двух жанров: песенно-эстрадного, преимущественно с любовной тематикой, и пейзажно-лирического, Его творчество демонстрирует знакомство автора с мировой и русской поэзией, но несколько поверхностное. В песне "Музе" припевом являются строки: "Пусть придумал тебя я / Как Петрарка Лауру, в стихах..." Петрарка не придумывал Лауру. Он всю жизнь любил ее такой, какой впервые увидел в Авиньоне в 1327 г. - юной девушкой - и посвятил ей свыше 300 стихотворных произведений, большинство из которых знаменитые сонеты. Узнав о ее смерти, он напишет самую мрачную в мировой лирике строку: "Вошел я в лабиринт, в котором нет исхода" /цитирую по памяти/. В песенном жанре у автора много "красивостей"; вполне возможно, что эти тексты выражают страдания души поэта, но эстетика пошлости, к сожалению, берет верх над искренностью чувств. Таково стихотворение "Снежная сказка" - в своем роде классический пример альбомно-тетрадочного жанра девочек-учениц ПТУ. Некоторые стихотворения просто пародийны /"Хризантем белоснежный букет", "Спасибо тебе"/. В начале XX в. была знаменитая пародия на подобную лирику: "Под душистою веткой сирени пред тобой я упал на колени...". Пошлость неистребима и неумираема. Если подобная песенно-поэтическая "лирика" вызывает восторг у слушателей, то это всего лишь свидетельствует о соответствующем этой поэзии эстетическом вкусе публики. Насколько я знаю, он никогда не был высоким, сейчас же тем более. "Какое время на дворе - таков мессия". Называть В. Семендяя поэтом-бардом у меня просто не поворачивается язык: я еще не забыл, кого так называли в России. Расстояние не соизмеримо. Но вот лирико-пейзажный жанр В. Семендяя - явление очень интересное. Ассоциативность, склонность к парафразам, видимо, обязательное условие для его творческого метода. Стихотворение "Зимы последний день": "Вчера теплее было, - сегодня Молодит", С утра зима застила, Снежок слегка хрустит". А теперь вспомним знаменитое: "Зима не даром злится, Прошла ее пора, Весна в окно стучится И гонит со двора". Может быть, у чапаевского поэта есть и стихотворение "Торжество зимы", у Пушкина тоже неплохая поэтическая канва. Напевные, много говорящие уму и сердцу русского человека стихи "Осень и ностальгия", "Вербное". И - скользящие легкой тенью Мотивы Я. Полонского, И. Сурикова, И, Никитина, Ал. Кольцова, С. Клычкова, П. Орешина. Читая "Вербное" я не мог не вспомнить цикл знаменитых когда-то "триолетов" И. Рукавишникова. Возможно, это объясняется единым архетипом автора: этих русских поэтов и В. Семендяя. Допустим, что перед нами "архетип-Гесиод" /древнегреческий поэт 8-7 вв. до Р.Х. в "Трудах и днях" рассказавший о сельской жизни и природе/ Дело в том, что в стихотворениях пейзажного плана меняется архитектоника стиха - это хорошая лирика, в отличие от другой, небрежной - и наполненной тривиальными рифмами и штампами любовной тематики / в песне это сойдет !/. Может быть, В.Я. Семендяю отказаться от услуг муз Эрато и Эвтерпы? И всерьез заняться буколической поэзией? Не будет бурных аплодисментов, но будет хорошая лирика.

Е.М. Гуреев посвятил свою лиру воспеванию женщины. Женщина-мать, возлюбленная, женщина-друг, - к ним обращается его лирический герой. Одна из ипостасей "прекрасной дамы" - и живой, и виртуальный образ собеседницы Иллы. Лирика Е. Гуреева вызывает более древние ассоциации: поэзию миннезингеров, трубадуров, труверов... Он был бы своим среди тех, кто славил рыцарскую любовь и культ служения даме в средневековых замках , на поэтических турнирах. Героиня его лирики таинственна, как "незнакомка" Блока, поэт заранее готов простить ей и лукавство и недосягаемость. Мужское целомудрие в поэзии говорит о любви гораздо больше, чем неприкрытая страстная эротика. Автор сильнее верит в мудрое волшебство любви, чем в призывы, упреки, сожаления о потерях /когда их много - это уже не потери/. Его стихи-послания напоминают своей сдержанной страстью письма П. Абеляра к возлюбленной Элоизе. Философско-научные интересы автора гармонируют с темой космоса и религии /"Марсианка", "Озоли"/. Программным можно считать стихотворение "Ее, нареченную Евой /Все королевой зовут". Это о современной Еве, Венере, Мадонне - той женщине, которую наше время упорно стремится лишить женственности, но она существует, как бы ни был к ней жесток и похотлив мир. Вероятно, В. Гурееву близко учение В. Соловьева о "вечной женственности", так как его тема в поэзии - постижение смысла любви /так называется знаменитый цикл статей русского философа/, а некоторые поэтические образы и метафоры адекватны поэме "Три свидания". В случае Е. Гуреева можно говорить о синкретичности темы земной любви с темой божественной эротики, той скрытой синергийности любви мужчины к женщине, которая создала средневековый культ мистической любви к Розе /"Роман о Розе"/, Приснодеве-Мадонне. Тема эта очень волновала А. Пушкина и Ф. Достоевского. "Жил на свете рыцарь бедный / Молчаливый и простой / С виду сумрачный и бледный/ Духом смелый и прямой./Он имел одно виденье/ Недоступное уму..." /цитирую по памяти/. "Рыцарь бедный" - название главы в романе о князе Мышкине. Быть сегодня поэтом-рыцарем очень не просто и не легко. Тема вечного мирового эроса обязывает к строгой работе со стихом. У Е. Гуреева трудно найти что-то, созданное наспех. Поэтический ритм, рифма, метафоричность рождают внутреннюю гармонию его лирики.

"Хозяйка" виртуального клуба поэзии Илла Истрицкая. удачно смоделированный персонаж", о котором я тоже писал, вероятно, имеет в лице Е. Гуреева поэтического наставника. Явно, что конкретная личность за именем "Илла" скрывается. В ее поэзии, кроме мистической красоты, космических мотивов есть еще довольно сложные построения о неизбежной связи добра и зла, от которой не свободна и самая искренняя любовь, т.к. с неизбежностью существуют ревность и соперничество /"Черное озеро"/. В этой поэме оригинально разработана популярная тема романтизма о любви между земным и неземным существами и напоминает "Коринфскую невесту Гете. Интересен опыт белого стиха: кажется, единственное стихотворение встретившееся мне среди других текстов "Моя любовь - звезда" воздано автором в стиле верлибра. В поэзии Иллы светится неизменное чувство доброты к людям, даже, когда сами люди недобры и жестоки. Обоим авторам было бы полезно в конкретике поэзии усилить элемент эскизности, импрессивности.

Поэт, о котором я скажу в заключении обзора, совершенно не похож на других чапаевских поэтов. В этом смысле творчество В.Юрьевича уникально, хотя я могу судить о нем только на основании двух стихотворений. И эти стихотворения, по моему мнению, - самые высококвалифицированные среди всего рассмотренного поэтического материала. И с точки зрения поэтической усложненной формы, и с точки зрения глубины поэтической темы. "Мечта безумца" и "Край, где жил счастливец" принадлежат к редкому ныне жанру философской лирики и их можно назвать балладами-притчами.

В прошлом этот жанр активно использовался немецкими романтиками /И. Гете, Ф. Шиллер, Л. Тик, К. Брентано, Л. Уланд, Н. Ленау, Э. Гофман, Г. Гейне/, продолжен французскими поэтами XIX века /Т. Готье, В. Гюго, Л. де Лиль, Ж, де Нерваль, А. Бертран, Ш. Бодлер, Ламартин, Лотреамон, А. Рембо/, был он близок английской поэзии /Дж. Байрон, У. Кольридж, У. Теннисон, Р. Браунинг" О. Уалбд/, не чуралась его молодая американская литература /Н. Готорн, Э. По, Г. Торо, А. Бирс/. В западной поэзии нередко это были "стихотворения в прозе". Значительное место притчевой балладе принадлежит в русской поэзии 80-90-х гг. XIX в. /А. Апухтин, К. Случевский, А. Голенищев-Кутузов, Д. Мережковский/ и в поэзии ранних символистов /В. Брюсов, К. Бальмонт, Н. Минский/. В поэзии акмеистов у Н. Гумилева, Г. Иванова тоже встречается этот жанр. Перечисление многочисленных предшественников всего лишь демонстрирует типологический ряд, в который вписывается и поэзия В. Юрьевича. Сюжетное оформление стихотворений более близко к поэзии французского сюрреализма /Л. Арагон, Г. Аполлинер, А. Арто, П. Элюар/ немецкого экспрессионизма /Ф. Ведекинд, Г. Гейм, Г. Тракль, Ф. Верфель, Г. Бенн/, Оба стихотворения-мистерии содержат тему несправедливого возмездия, добро и зло обмениваются ролевыми масками, их герои обречены на гибель лишь за то, что испытали короткое счастье. Множество аллюзий мировой культуры и литературы: Гераклит, гностицизм, средневековая эмблематика, Данте /"Ад"/, И. Босх /"Сад наслаждений"/, Дж. Байрон /"Тьма"/ Ж. П. Беранже /"Безумцы"/, Ламартин /"Злобный гений"/, Г. Торо /"Уолден : или Жизнь в лесах/, Д. Андреев /"Роза мира"/, Т.С. Элиот /"Пепельная среда"/, А. Белый" Р. Штайнер. Есть даже нечто из романов Дж. Роллинг о Гарри Поттере.

Стихотворение о "счастливце" трагично своей контрастностью. Первая часть, навеянная пантеистической философией Г. Торо, резко сменяется гностическим образом злого демиурга, который создал мир не для счастья людей, а для их погибели. Зависть космического зла уничтожает мир радости.

Возможна и другая интерпретация в духе учения манихейства: мир состоит из добра /Бог/ и зла /Дьявол/. Борьба их царств завершится катастрофой: погибнет мир материи, но станет свободным Дух. Добро невозможно в мире Зла.

А может быть, это жестокое повествование о неосторожном человечестве, которое поддавшись соблазнительным успехам индустриальной и технотронной цивилизаций, довело состояние природы до экологической катастрофы. Тема космической эсхатологии - очень жесткая тема и передана поэтом с трагической силой. Он соблюдает условия жанра баллады и меняет форму строф, что не нарушает ритмику стиха, а соответствует событию и хронотопу баллады. Эта смена метрической схемы строфы - от двустишия до двадцатистишия - довольно сложное построение у автора /вероятно, неизбежное для его поэзии/ и скреплено бесконечной связью внутренних рифм. Тем не менее, автору следует учесть, что многострочные строфы труднее воспринимаются и слухом и зрением.

Оба стихотворения могут быть поняты и как аллегория: жизнь обычного человека, живущего в согласии с самим собой, любящего и любимого, легко превратить в ад и погибель, или своими собственными иллюзиями и химерами, ведущими к безумию, или совершенно будничной подлостью и завистью других людей. Ад - это другие, но и мы являемся адом для других.

Хотелось бы, чтобы поэт В. Юрьевич в дальнейшем усилил волю к сопротивлению злу своего лирического героя, чтобы катарсис его поэзии имел не только трагическую окраску. Такая "воля к жизни и добру" усилит его, талант. С некоторой долей условности эту лирику можно отнести к высокоэлитарной поэзии.

Мой аналитический обзор завершен. Я придерживался принципов конкретности и нелицеприятности. Отбор имен поэтов зависел исключительно от наличия поэтических текстов. Высказана лишь моя точка зрения, и хотя я стремился обосновывать ее определенными требованиями культурологии и литературоведения, она не может не быть в какой-то степени субъективной. Всем поэтам г. Чапаевска я желаю творческих успехов и, главное - не покидать ниву поэзии. Без ваших усилий храм мировой культуры будет строиться медленнее, т.к. каждый из вас вносит в его стены свои крупицы и камешки.


Из писем для редакции, 6 - 20 августа 2004 г.


ПРИМЕЧАНИЕ: Изложенная статья не была опубликована из-за противодействия членов ЧО РСПЛ. Было опубликовано лишь высказывание Д.И. Корнющенко о В. Юрьевиче.


Е.М. Гуреев


Комментарий


Очень обстоятельный типологический анализ, который произвел Д.И. Корнющенко, весьма ценен и для В. Юрьевича, и для других наших поэтов. Несомненно, что Дмитрий Ильич сделал в этом анализе все, чтобы вдохновить поэта на дальнейшую работу со стихом и в плане темы, и в плане формы. Поэтому я постараюсь, не разрушая цели этого анализа, коснуться двух моментов. Первый: "Хотелось бы, чтобы поэт В. Юрьевич в дальнейшем усилил волю к сопротивлению злу своего лирического героя, чтобы катарсис его поэзии имел не только трагическую окраску". - Я бы продолжил эту мысль. Я полагаю, дело не только в мировоззренческих позициях относительно противостояния добра и зла - в поэтическом истолковании победа зла в конце стиха может (это зависит от искусства автора) быть призывом к борьбе со злом - а в том, что уже на современном этапе эта борьба приняла усложненные формы: зло маскируется под добро (как и Антихрист придет изначально под флагом Христа), причем добра может быть много, а зло, маленькое зло, теряться на его фоне, пока вдруг не развернется во всю свою силу. Вот этой усложненности, коллизий борьбы добра и зла и не хватает пока поэту для того, чтобы можно было назвать его поэзию элитарной в полном смысле. Пока что путь борьбы предстает однолинейным или двулинейным: есть ярко выраженное "Добро-счастье" и ярко выраженное "Зло-зависть". В зримом поэтическом виде, который передан остро эмоционально, контрастно и возвышенно, Зло-зависть хотя и побеждает, но порождает (благодаря художественно умелому отражению поэтом первого плана, выбора правильного ритмически-смыслового рисунка), второй поэтический план, который ставит читателя на сторону добра, а значит, в умах и сердцах побеждает все же Добро. Это замечательно. И если ко всему этому однажды будут добавлены сложные коллизии борьбы, то можно с полным правом будет сказать: перед нами настоящая элитарная поэзия. Единственное, от чего в этом плане хочется предостеречь поэта, это от поспешности создания искусственных коллизий - необходимо философски глубоко освоить тему борьбы мирового Зла с Добром. Но очень радует обращение Чапаевского поэта к такой серьезной проблематике.

Второй момент касается реминисценций. Не совсем четкая граница разделяет реминисценции от подражательства. К тому же эта граница очень подвижная. Поэтому я бы посоветовал, имея в виду форму стиха, найти в той типологии, которую предложил Д.И. Корнющенко, свое оригинальное место. Значит, еще нужна работа по поиску отличительно своего художественно-поэтического выражения.

Я бы хотел обратиться и к другим поэтам, которые ищут "выигрышные" темы: не надо сразу же хвататься за разработку указанной темы - нехорошо, когда поэту все время, который сам открыл себе тему, "дышат в затылок". И только если эта тема действительно задела Ваш ум и сердце и Вы пошли параллельным курсом, обрели понимание темы и сделали открытие - никто Вас не осудит.


20 августа


Д.И. Корнющенко


Без названия


С большим запозданием я узнал о ходе полемики, развернувшуюся на страницах "Всякой всячины". Возможно, это моя вина перед Е.М. Гуреевым, т.к. случайным инициатором критики поэзии В.Я. Семендяя был именно я. а отбиваться от некорректных возражений пришлось именно ему. Оправданием моего запоздания может служить лишь то, что все материалы, касающиеся предмета полемики я получил постфактум /все началось 9.07, а сегодня уже 24.08 /. Возможно, к моменту получения этого текста в Чапаевске, его содержание уже утратит свою значимость. Тем не менее, я считаю своим долгом выступить в роли "ul + ima ratio" /последнего довода/, так как сложившаяся ситуация, в которой Е.М.Гурееву приходиться сражаться с агрессивной пустотой, мне издалека видится до крайности нелепой".

Кроме того: друзья в Москве, узнав о моем желании написать культурологический анализ на тему о Чапаевской поэзии, сказали мне примерно так: "И хочется Вам этим заниматься, тратить время - это же провинция!". Я им ответил, что сам был в "ссылке" в этой самой провинции и понимаю, что до тех пор пока провинция будет дышать провинциально, а Москва превращаться в большую провинцию, что она, хотя и сопротивляясь, но медленно и неуклонно делает, Россия не возродится. В провинции, как раз, и идет бой между самым закостенелым невежеством и свежим взглядом на мир и человека.

Прежде всего, несколько уточнений и пояснений. Почему в своем интервью я заговорил о стихах В.Я. Семендяя, чью поэзию я ранее никогда не читал, чьих песен никогда не слышал, а то, что едва знал о нем как раз и сообщил интервьюру? В ранней юности я очень тяжело пережил расправу с Б.Л. Пастернаком в 1958 г., - и не я один - так же, как и вскоре последовавшую за нею его смерть в 1960 г. Многие этого уже не помнят, да и не могут помнить. Причиной послужила публикация за границей романа "Доктор Живаго". Приведу только одну фразу тогдашнего Первого секретаря ЦК ВЛКСМ Семичастного на собрании МО Союза писателей: "Даже свинья не гадит там, где кушает, а Пастернак нагадил там, где живет и жрет". Вся обстановка этих диких гонений, организованных своими же "братьями-писателями", науськавших Н. С. Хрущева на великого поэта, была пропитана тяжелой махровой пошлостью: литературной, политической, этической... Даже некролог в 1960 г., набранный петитом, был образцово-пошлым: "скончался член Литфонда поэт Б.Л. Пастернак". Пошлостью были окружены его похороны, когда ГБ и милиция чуть ли не каждого пришедшего "брали на прицел". Позднее обстановку всего этого шабаша блестяще передал А. Галич в своей песенной балладе из цикла "Литераторские мостки". К чести Н. Хрущева следует упомянуть, что когда он находился летом 1964 г. с визитом в Югославии, то, прочитав русский текст романа, он хлопнул себя по лбу и сказал с досадой: "Ну и идиоты же мы! Ведь он всю правду о революции рассказал. Роман надо обязательно издать в СССР" /документально зафиксировано/. Но не успел. Среди главных заговорщиков, отстранивших его от власти был уже Председатель КГБ Семичастный, подтвердивший своим примером фразу о "кушающей свинье".

Имя Б. Пастернака еще долго оставалось полузапретным. В концлагере находились возлюбленная поэта О. Ивинская и ее дочь Ирина: за хранение рукописи романа. О. Ивинская скончалась в 2000 г. В эти же годы родился мой сын Борис - будущий поэт Марк Белый. Имя он получил в честь Б. Пастернака.

И вот после только что успешно прошедшего конкурса им. М. Белого и Других безвременно ушедших поэтов, я совершенно случайно читаю стихотворение В. Семендяя "Роза". Оно буквально резануло меня по сердцу: как мгновенная вспышка вспомнилась та, многолетней давности глумливая пошлость расправы над великим поэтом, сын, который боготворил Пастернака, - и все это в сочетании с новой пошлостью прочитанного стихотворения-парафразы. Необходимое уточнение: у Б. Пастернака есть стихотворение-диптих "Метель", написанное в 1914 г. Стихотворение,, которое подверг поэтической профанации В. Семендяй называется "Зимняя ночь" /1946/. Хорошо помня о первой "Метели", я тем не менее, назвал в интервью так же и более позднее стихотворение: в 1978 г. знаменитый рок-певец А. Градский начал исполнять музыкальную балладу на эти стихи и называл ее то "Свеча", то "Метель". Приношу свои извинения читателям, если ввел их этим в некоторое заблуждение. В поэзии каноны важны не менее, чем в религии. Это первый мой долг.

Второй мой долг заключается в личном ответе господам С. Балыкину и Е. Сартинову, главным оппонентам Е.М. Гуреева, и, следовательно, и моим. Со своими ответами Е. Гуреев блестяще справился, я давно не читал такой высоко аргументированной, профессиональной, стилистически прекрасно структурированной, сохранившей всю возможную тактичность в ситуации бестактности методологию ответа по существу. Я искренне завидую творческой мудрости Е. Гуреева. Но за пределами его ответов остались некоторые, незамеченные им /да разве за всем уследишь в этом "бурном потоке"?/ нелепости, и, прямо скажу, невежество в письменных выступлениях наших оппонентов. О чём шумите Вы, народные витии?

Вы не знаете о существовании пошлости в жизни, в искусстве, в литературе и т.д.? О пошлом образе жизни, о дурном вкусе в поэзии, музыке? Пошлость как морально-этическое понятие возникло с появлением homo sapiens. Пошлость в литературе и искусстве появилась вместе с литературой и искусством. Вы напрасно навязываете лавровые венки борцов с "всемирной пошлостью" Гурееву и Корнющенко. Они их не заслужили. Борьба с пошлостью началась в момент ее рождения. Пошлость своих современников обличал мудрый Гераклит Эфесский /ок. 544- ок. 483 до Р.Х./. Издевался над напыщенной пошлостью философии софистов, искусством модных художников и поэтов философ-киник Диоген /404-323 до Р.Х./. Насмешник Аристофан /ок. 446-385 до Р.Х./ ."отец комедии", безжалостно выводил на сцену персонажей -пошляков, в которых зрители узнавали - кого бы вы думали? - своих великих сограждан: Перикла, Сократа, Еврипида, т. к. от пошлости не застрахован никто. Не буду упоминать заслуги самого Сократа и его ученика Платона в уничтожающей критике современной им пошлости, они слишком хрестоматийны. В Др. Риме пошлость в искусстве и жизни обличали сатирики Марк Марциал /ок. 40- ок. 104 /, Децим Ювенал /ок. 60- ок. 127/ - "Ювеналов бич" - у Пушкина. Исключительной силы в обличении пошлости достиг Петроний Арбитр /ум. 66 от Р.Х./ в романе "Сатирикон", Для нашей темы крайне интересен фрагмент "Пир Тримальхиона" - описание быта, нравов, эстетических вкусов богатого вольноотпущенника, этакого современного варианта Кузьмы Скоробогатого. Петроний покончил с собой по приказу Нерона. В русской литературе с пошлостью воевали путем ее имитации - надев

маску пошляка. Господин Балыкин, Вы любите стихотворение И.П.Мятлева о розах? Прочитайте его большую юмористическую поэму, написанную макароническим стилем, "Сенсации и замечания госпожи Курдюковой за границей", высмеивающую все невежественное и пошлое в русском человеке, решившим учить иностранцев русской мудрости,, в том числе и поэзии. Вам нравится Роза - возлюбленная Маленького принца А. де Сент-Экзюпери? Прочтите через несколько страниц сцену, в которой Маленький принц на планете Земля встречает сад, полный роз. Он почувствовал себя несчастным, лег в траву и заплакал. Ибо одна Роза - это красота и любовь, единственная в мире, а множество роз - это пошлость, красивая ,но пустая. Между красотой и пошлостью существует такая незаметная грань, что перейдя ее Вы даже не сразу поймете, что оказались по другую сторону красоты. В этом и

заключается искусство поэзии - не зайти за эту грань.

"Госпожа Курдюкова" предвосхитила еще один образ торжествующего пошляка: "директора пробирной палатки Козьмы Пруткова "- Братья Жемчужниковы и А.К. Толстой создали шедевры пошлости в его афоризмах, стихотворениях и прочих сочинениях. Но попробуйте найти в их поэзии хоть крупицу пошлости - не найдете! Так литература стала защищаться от пошлости, используя средства самой пошлости. Ведь любой литератор сгорит со стыда, если ему скажут: "Вы пишете так же гениально, как Козьма Прутков!" Еще могу порекомендовать Вам "Лексикон прописных истин" Г. Флобера, в котором великий французский писатель сконцентрировал весь ходячий набор пошлости во французском обществе времен Второй империи.

Так что же такое "пошлость"? "Словарь по этике" дает такую дефиницию этому понятию: "К многообразным проявлениям пошлости относятся: ограниченность интересов" низменность мотивов" мелочность в действиях, прикрываемых высокопарными рассуждениями и сентиментальной мечтательностью; превращение обывательски понимаемой "мудрости жизни", себялюбивого благоразумия в жизненный моральный принцип; самодовольная посредственность, утверждающая себя путем воинствующего отрицания и осмеяния всего истинно возвышенного, героического, великого, выходящего за рамки обыденного; некритически -догматическое усвоение "прописных истин" и попытки с их помощью разрешить сложные жизненные проблемы; отсутствие чувства юмора и остроумия и обусловленная этим способность постоянно попадать в комическое положение; вульгарность во вкусах, рабское подражание моде и далеко не лучшим образцам в одежде и манерам" /с. 260-261/. Я не большой любитель цитировать К. Маркса, но на сей раз с удовольствием обращусь к его характеристика воинствующей пошлости: "Плоская, бездарно-болтливая, фанфоронствующая, хвастливая... прет претенциозно - грубая в нападении и истерически чувствительная к чужой грубости... неустанно проповедующая добрые нравы и неустанно их нарушающая; комично сочетающая пафос с вульгарностью... скованная ограниченными догматическими понятиями и в такой же мере апеллирующая в противовес всякой теории к мелочной практике... /т. 4, с. 291-292/. "Толковый словарь живого великорусского языка" В.И. Даля дополняет: "Пошлый - ... избитый, общеизвестный и надокучивший, вышедший из обычая; неприличный,, почитаемый грубым, простым, низким,, подлым, площадным; вульгарный, тривиальный" т. 3, 1882, с. 374.

Вы никогда не читали дамские блокноты? /правильнее, конечно, было бы "альбомы", признаю свою поспешность/. Очень жаль. Не надо этим гордиться. Часто только в этих альбомах и обнаруживались неизвестные стихи великих и прославленных поэтов, которые потом вносились в их собрания сочинений. Они и писали их то по просьбе: владелец, то по собственному почину. Разное писали. И великое, и вот, например, такое. Раздосадованный А.С. Пушкин написал одной своей несговорчивой пассии: "'Она на щепочку поссыт, но и понюхать не позволит".

М.Ю. Лермонтов, уязвляя некую чрезмерно кокетливую особу, так высказался: "За девицей Эмили Молодежь как кобели". И то и другое не очень целомудренно, правда? Но - не. пошло! У меня сохранились альбомы двух старших родственниц. Им почти 100 лет. Много в этих альбомах того разного, что интересовало дворянских барышень в начале XX века. Всякое есть, - и поэзия великолепная, и хорошая, и плохая. Кстати, есть и стихи И. Мятлева и других, писавших о розах любви. Ни Гуреев, ни я и не помышляли обозначить "розой" символ пошлости. Любовь розы и соловья, любовь к Розе и Кресту, к мистически недосягаемой Розе-Приснодеве, - это вечные темы арабской, ирано-таджикской, западно-средневековой, русской народной поэзий. Но еще раз напомню о грани между пошлым и прекрасным.

Десятки лет я занимался эстетическим воспитанием в школе, вкладывая в это понятие совсем не то содержание, которое господствовало в советской педагогике. Те "дамские альбомы", о которых я упоминал только что, сама собой исчезли из обихода с сер. 30-х гг. XX века. В годы Большого террора они превращались в опасные улики: когда поэтов и писателей тысячами расстреливают и: отправляют в концлагеря, любой их автограф мог помочь разоблачить еще одного "врага народа". Та же участь постигла дневники, которые традиционно вела российская интеллигенция - в большинстве своем авторы их уничтожали, боясь, что любая двусмысленность в тексте, может привести к репрессиям. Так исчез в большинстве своем важнейший слой российской культуры.

В 60-е годы на смену женским альбомам пришли "девичьи альбомы": общие тетради с заветными мыслями, изречениями, поэзией и прозой. Это была неофициальная молодежная субкультура, но преобладала она все-таки чаще среди девушек из малообразованных слоев населения /примерно с 14 лет/. Боже, чего там только не было! И прежде всего масса вклеенных открыток с изображением цветов, обычно роз с соответствующими сентенциями о шипах и увядающих лепестках, о том, что розы нужно срывать во всей их свежести. Роза - всегда скрытый символ женской эротики, олицетворение женско-сексуального, но еще не пробудившегося начала. Об этом в довольно откровенных символах свидетельствует средневековая эмблематика алхимии, ордена розенкрейцеров, астрологические знаки. Девушка, сами того не сознавая, идентифицировали свою пробуждавшуюся сексуальность с розой: ее шипы - защита невинности, но и помеха в неосознанной готовности расстаться с ней. Но замечу следующее: если в альбомах "дам былых времен" поэзия в духе стихов В. Семендяя напрочь отсутствовала / этому не позволял эстетический вкус женщин/, то стихи в тетрадях старшеклассниц и учениц ПТУ были совершенно адекватному, что сегодня он пишет о любви и красоте. Во всяком случае за то," что я прочитал, ручаюсь. В те времена 60- 80-х гг. с этой "пошлостью" боролись всеми средствами. Я же, напротив, просил у девушек разрешения читать их заветные альбомы, и некоторые, хотя и недоверчиво /они считались тайной/, но давали их мне на время.

И я сумел понять, что для них эти любовно оформленные тетради , - всего лишь суррогаты прекрасного, недосягаемого, их убогий представления об эстетических и этических канонах. Это была их мечта о некоем Идеале красоты. Бороться с этим было бесполезно. Нужно было воспитывать иные идеалы, но этому мешала официальная советская культура, навязывающая молодежи свои идеалы. Поэтому такая необходимая субкультура протеста была так же неизбежна, как субкультура блатного мира, "зоны". По многим параметрам они были сходны. Те девушки, кто быстро взрослел и умнел, после 16-17 лет выбрасывали свои заветные тетради, или передавали их

младшим сестрам. У некоторых эстетическая инфантильность продолжалась гораздо дольше, я встречал подобное даже у студенток 1-2 курсов. Когда взрослым не до поэзии, ее место занимает в жизни молодых попса, кич, эрзац-искусство, что прекрасно иллюстрирует ситуацию творчество В.Я. Семендяя"

Сейчас эти "девичьи альбомы" - бесценней достояние культурологов. Ведь по их содержанию можно исследовать гендерный менталитет тех русских женщин, которым сегодня от 40 до 50 лет и более. Что их сформировало в юности? Как их вкусы влияют на состояние современной массовой культуры? общества? что передали они своим детям? Вышло уже несколько интереснейших исследований. Вы понимаете, к чему я веду? Не эти ли женщины, будучи девочками, с замиранием сердца клеившие в тетради открытки с розами,, теперь с замиранием сердца и с искренним восхищением слушают песни и читают стихи В. Семендяя? Ведь сей "зрелый муж" пробуждает в их душах полустертые воспоминания о красоте и любви в их несостоявшихся мечтах" т.е., говоря языком психоанализа, помогает "возвращению вытесненного", Это, в сущности, тот же феномен,, когда немолодые замотанные заботами женщины взахлеб читают глупейшие "женские романы" о счастливой или роковой любви. Массовая культура, ничего не поделаешь! Эти тетради-альбомы существуют у провинциальных девочек и поныне, удовлетворяя их тягу к возвышенному.

Но вы-то, зрелые мужи, здесь при чем? Неужели Вам не понятно, что тот же юбилейный вечер, проведенный с такой помпой, есть ни что иное, как выражение пошлого представления о том, как должен вести себя популярный поэт? Это не культурное событие - это событие торжествующей пошлости, как тот "Пир Тримальхиона", о котором рассказал Петроний две тысячи лет назад. Русские купцы П. Третьяков, М. Морозов устраивали банкеты для людей своего сословия по случаю приобретения ими картин. П. Третьяков особенно гордился В. Васнецовым и В. Суриковым, хоть и скуповат был, а М. Морозов - привезенной из Парижа коллекцией полотен П. Гогена. Сотоварищи купцы смотрели на полотна, вывешенные на стенах, - и поздравляли обоих с удачными приобретениями. Никаких других заслуг им не приписывали. Вы же утверждаете, что с помощью художественной самодеятельности В, Семендяй возрождает былое величие Чапаевска. Эта фраза настолько умилила меня, что я прочитал ее несколько раз. Как говорили Д. Фонвизину после создания "Недоросля": "Умри, Денис, лучше не напишешь!" Вы, видимо, вообще склонны к местно-патриотической патетике. Я же, прожив в Чапаевске более 30 лет из всего его "величия" помню лишь перманентное воинствующее хамство, поголовное пьянство, поножовщину молодежи, вечно перекопанные улицы, непролазную грязь. И усиливающуюся год от года деградацию населения в массовом порядке. Работая чуть ли не в каждом учебном заведении города, я мог наблюдать, как снижается интеллектуальный и культурный уровень чапаевской молодежи. Да, Чапаевск добился мировой славы, дав название заболеванию, внесенному в список Всемирной Организации здравоохранения /ВОЗ/: "чапаевский синдром".

Его симптомы: "синдром патологического старения и интеллектуального вырождения детей". Дети с этим синдромом предрасположены к комплексу разных заболеваний/включая рак/ и патологическому ускоренному старению. Пока "чапаевский синдром" наблюдается лишь в нескольких экологически "горячих" точках планеты, но при определенных условиях он может перейти в лавинный поток генетической мутации". Я цитирую самого себя, и если Вы захотите подробнее узнать о том, как было достигнуто "величие" Чалаевска, можете посмотреть мою книгу "Интегральная диалогика". Самара, 2002, с. 77-82.

И Вы всерьез полагаете, что весь этот кошмар бытия города можно преодолеть с помощью художественной самодеятельности? Как у Вас обстоит дело с чувством юмора? Или .хотя бы, с чувством меры? В.Я. Семендяй - Дон-Кихот? "Рыцарь печального образа", у которого, по слухам, чуть ли не вся администрация города ходит в оруженосцах? "Странствующий рыцарь", закатывающий такие банкеты, что пыль до небес стоит? Дон Кихот Ламачский, между прочим, тоже был поэтом. Возьмите Сервантеса, прочитайте канцоны, сложенные им в честь Дульсинеи - и сравните их со стихами В. Семендяя.

И в бой рыцарь вступал сам, а не поручал поединок Санчо Пансе. Дальше у Вас еще мощнее: "... он в минуту всеобщей растерянности бросился, не размышляя, подобно Александру Матросову, на амбразуру дота, там где укрепился враг..." Вообще ,весь этот пассаж из 2-Х абзацев нужно бы включить в какую-нибудь хрестоматию под названием "За алтари и очаги". Я же только спрошу Вас: Вы сами не пробовали бросаться на амбразуру? Если бы видели эти немецкие доты и дзоты, то не написали бы такую высокопарную чушь. Я их видел: сохранившиеся после войны в Польше и в Германии, Саша Матросов не бросался на амбразуру дота, это было бессмысленно: ее не только хрупким юношеским телом не закроешь, но и самой толстой комиссарской задницей. Этот миф давно разоблачен замечательными писателями-фронтовиками В. Кондратьевым и В. Астафьевым, прошедших войну на передовой, а не в штабных вагонах и не в редакциях армейских газет. Правду знал и автор повести "Александр Матросов" П. Журба /1949/, но создал красивую легенду о беспризорнике, ставшем Героем Советского Союза, хотя обещал, что когда-нибудь скажет, как все было. А правда была такой горькой, что оказалась хуже лжи" На фронт А. Матросов ушел добровольно из колонии для малолетних преступников /реабилитирован только в 1968 г./

Служил в штрафном батальоне. В бою получил приказ подавить дот с помощью трехлинейки и двух гранат. Не смог, но попал в мертвую зону огня. Залез на крышу дота и своими слабыми руками попытался вытащить пулемет наверх. Немцы за руки стащили его вниз и расстреляли. Заминкой воспользовался 254 гвардейский полк, находившейся за штрафниками, и занял высоту. Так возник миф, на примере которого политработники учили героизму других зеленых мальчишек. И были случаи, когда они бросались на амбразуры. Военные и просто психологи, проанализировав каждую подобную ситуацию с дотошностью ученых, пришли к однозначному выводу: это типичные примеры спорадического военно-истерического психоза, порожденного отчаянием. В армиях других воюющих государств / с обеих сторон/ не было ни одного подобного подвига. В 1975 г. все исследования по этой теме были законсервированы, Я начинал военную службу в Панфиловской дивизии, в этом самом 254 полку, который был им. А. Матросова, в Таллине. И, между прочим, тогда, 45 лет назад, солдаты полка знали, как било на самом деле.

Что же Вы В.Я. Семендяя еще с Прометеем не сравнили?! Но это все: образы известные, избитые. Предлагаю для будущих славословий малоизвестный: скандинавский верховный бог Один, похитивший "мед поэзии" у великана Суттунга, чтобы отдать его тем людям , которые умеют слагать стихи" /"Старшая Эдда"/.

Несколько слов о методе ведения полемики господами С. Балыкиным и Е. Сартиновым. Он известен с давних времен под названием "софистика". Фигуры софистики могут содержаться во всех видах полемической деятельности, когда полемисты вынуждены заполнять неизбежные пробелы за счет иррационального, по существу, фантазирования" Один из таких стилистических приемов называется "фигурой умолчания", он же применяется в риторике. Суть его в том, что полемист, возражая противнику, говорит о чем угодно, только не о том, что содержится в речах или текстах оппонента, и часто возражает тому, о чем оппонент вообще ничего не говорил, зато ему можно приписать те мнения и идеи, которые выгодно критиковать.

Особого успеха достигли в этом марксистские критики, начиная с самих К. Маркса и Ф. Энгельса, а новое поколение русских социал-демократов, начиная с В. Ленина и Л. Троцкого довело эту тактику ответов не по существу до исключительного совершенства, добавив в нее непревзойденное публицистическое хамство /исключение нужно сделать для Г. Плеханова, который до таких методов не опускался/. Стилистическая методология софистики продолжает использоваться и поныне, что и подтверждается двумя письмами-статьями наших оппонентов. Народная мудрость такую форму аргументации назвала просто: "В огороде бузина, а в Киеве дядька". Все необходимые исчерпывающие разъяснения по этому поводу сделал Е.М. Гуреев, и я думаю, ему этого не простят не только вы, но и другие, кого он так или иначе поставил в тупик своими ответами. Когда недостает рациональной аргументации, в ход вступают другие методы полемики, и чаще; всего самый простой: наброситься всей сворой на человека, чьи достоинства очевидны, но который уж слишком "не наш", поэтому самим фактом своего

существования мешает беспринципному торжеству "наших". Ф.М. Достоевский в главе "У наших" в романе "Бесы" сказал об этом все. Боюсь, что Е.М. Гурееву тоже выпадет участь расправы со стороны чапаевских "бесов".

И все-таки я добавлю самую чуточку к его ответам. О песне-колядке "Рождество". Уважаемый А. Балыкин, прослушайте запись произведения английского композитора Б. Бриттена "Обряд коляд для пения и арфы", и тогда Вы не будете утверждать, что это не жанр "коляды". Я употребил вполне обтекаемое слово "неканоничность", чтобы не употреблять резкое "еретичность" и "невежество". Е. Гуреев сделал это и сделал правильно. Такое понимание ипостасей Св. Троицы называется антитринитаризмом и существовало со 2 по 6 века, являясь религиозной опорой ранних христианских сект: монархиане, арианство и др. и было осуждено на Никейском соборе в 325 г. как ересь. Чтобы наглядно показать, насколько заблуждается православный поэт В. Семендяй в понимании обряда евхаристии /"Слово Господне во плоть превратилося вдруг"/ воспользуюсь приемом компаративистского наложения текстов.


"В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово Было Бог.

Оно было в начале у Бога.

Все через него начало быть, и без него ничто не начало быть, что

начало быть". Иоан. 1,2,3.


Если хотите, замените в тексте Евангелия от Иоанна "Слово" "плотью" и посмотрите, что получится. Сам я этого делать не буду - стыдно. Больше всего упреков мы получили за, якобы, выраженный запрет на молитвы за Россию. Ведь такое нарочно не придумаешь!. Даже если бы нам пришла на ум такая кровожадность, то, любопытно, где бы мы нашли средства для ее воплощения? Речь-то шла о праве на такую молитву и не на демонстративно-разухабистую, а на такую, которая приписана Св. Писанием и Св. Преданием. И опять я признай., что мне трудно что-либо добавить к разъяснениям Е. Гуреева. Но вот одно любопытное сообщение сделаю. Где-то накануне большевистского переворота в 1917 г. замечательный русский писатель А.М. Ремизов сказал такую загадочную фразу: "Отдал Господь Светлую Русь в лапы самому Сатане на поругание". Все, кто знал этого оригинальнейшего и необычного человека, талантливого мистификатора, фантазера, - и в России ,и в эмиграции, - всерьез утверждали, что от него попахивает серой и были убеждены, что уж он-то о дьяволом на короткой ноге. Да и как не поверить Ремизову, зная все кровавые эксперименты, все насилие и внешнее и внутреннее над русским народом в XX веке? Вспомним "Книгу Иова", в которой Господь и сатана испытывают "лояльность" Иова Богу. Вот о чем не мешало бы задуматься тем, кто только и знает, что молится Господу за Россию. А имя Господне произносить всуе - великий грех. И народная поговорка это хорошо зафиксировала: "Заставь дурака Боту молиться, - он весь лоб расшибет.

Но оставим в покое и каноны, и ереси, и молитвы. Мы ведь все-таки светские люди, а не клирики, и никому из нас не грозит ни инквизиция, ни отлучение, ни даже епитимья. Не будем больше играть в игры, не для нас предназначенные. Я хочу обратиться к другому оппоненту: прославленному мастеру детективной прозы, а по совместительству большому знатоку русской и мировой литературы и культуры. Господин Е. Сартинов, строка из Н. А. Некрасова звучит так: "Вот приедет барин, барин нас рассудит!" Дураками ни Гуреев, ни Корнющенко никого не называли и не помышляли об этом.

Но коль скоро о дураках упомянули Вы, то Вам виднее, Александр Вертинский никогда не пел в кабаках. В России он пел в артистических театрах, эстрадных кабаре, а за рубежом: в Париже, Варшаве, Нью-Йорке, Шанхае - в больших концертных залах, в кабаре и мюзикхоллах. Случалось, пел в ресторанах, где собиралась русская эмиграция - нужда заставляла, семью нужно было кормить. Надеюсь, Вы знаете разницу между кабаком и рестораном? Почитайте его воспоминания "Дорогой длинною". Сравнивать драматическую судьбу Вертинского и жизнь вполне благополучного Семендяя не очень корректно, - Вы не находите?

О молитве накануне Бородинского сражения нужно читать не у Л. Толстого, а первоисточники: С.Н. Глинку - "Записки о 1812 годе" и его брата Ф.Н. Глинку - "Письма русского офицера. Оба брата, особенно первый, оставили потомству описание действительно священного обряда литургии перед битвой. Все это сейчас издано. Л. Толстой следовал за братьями, но придал этому сакральному событию тот смысл, который укладывался в его общую историческую концепцию /и без всяких молитв все само собой привело бы

Россию к победе/. Его вера, если Вы помните, была очень даже не каноническая. Вы бы еще текст о таинстве евхаристии из "Воскресения" привели. Все остальное в вашем пассаже, извините, полная ахинея, - возвращаю Вам бумерангом слово, которое Вы адресовали Гурееву и мне.

О творчестве А.С. Пушкина. Сцена встречи Моцарта и Сальери в его маленькой трагедии начинается с рассказа Моцарта о нищем музыканте, который безобразно исполнял его сонату. Сальери возмущен: "Мне не смешно, когда глупец своею кистью мажет Станцы Рафаэля!" /цитирую по памяти/. В данном

случае я на стороне Сальери. Нельзя путать Божий Дар с яичницей, надеюсь понимаете, что я имею в виду. В "Капитанской дочке" Пугачев заячий тулупчик у Петра Гринева с радостью взял, да еще облаял Савельича, защищавшего барское добро. Может быть, В.Я. Семендяю тоже следует "примерить наши замечания и посоветовать своим преданным палладинам С. Балыкину и Е. Сартинову не вмешиваться в чужие дела?

Самым выдающимся стилистическим перлом вашего творения является выражение "янусообразные философы" - о Гурееве и Корнющенко, С транскрипцией этого изречения даже Е.М. встал в тупик. Предложить Вам заглянуть в "Мифологический словарь" как-то неудобно, уж очень расхожий образ, хотя в мифологии его содержание намного сложнее общепринятого понимания. Может быть, наша "двуликость" /только так остается понимать вашу фразу/ выразилась в том, что все материалы о Вашем участии в конкурсе "Российский сюжет", о включении Вашего произведения в шорт-лист, о награждении Вас поощрительной премией в две тысячи долларов, и даже Ваше интервью - все это присылал Е.М. Гурееву я, а он - добросовестно публиковал их на литературной странице? Поверьте, меня под дулом пистолета не заставят прочитать даже пол-страницы из ваших опусов /впрочем, как и из других российских детективщиков/ и мне достаточно было Ваших двух-трех абзацев, чтобы понять, что у меня перед глазами, но я считал своим долгом передавать честную информацию об успехах чапаевского писателя, и Гуреев так же честно доводил ее до читателя.

Вы ведь пишете для низкого вкуса, для быдла, не так ли? Не это ли обстоятельство заставляет Вас защищать то, что защищать не следовало бы? Ко когда долго занимаешься таким творческим делом, то... - можете продолжить мою фразу в любом удобном для Вас ракурсе.

И последнее. Отправив председателю РСПЛ Е.М. Гурееву большую статью с обзором творчества чапаевских поэтов, я считал, что выполнил свой долг и моя миссия окончена. Однако, получив те материалы, которым я посвятил этот ответ, я ради профессионального любопытства захотел узнать мнение более высококвалифицированного специалиста - что называется, "собаку съевшего" на литературоведении, - чем я сам. Поэтому обратился к знакомому известному литературоведу и критику доктору филологических наук, ведущему научному сотруднику Института мировой литературы РАН /ИШГИ/ А.Ю. Большаковой и показал ей тексты стихов В.Я. Семендяя /только те, которые были у меня, т.е. те, которые мне Е.М. Гуреев подал как представленные для вступления в РСПЛ)/, опросив, каково ее мнение об этой поэзии. Прочитав их, она, в свою очередь, спросила меня: " А разве это поэзия? Это, скорее, "рыба"!" "Рыбой" на профессиональном жаргоне поэтов-песенников называется совершенно бессмысленный текст, который пишется вначале по размеру готовой мелодии песни, а уж потом ему придается более-менее вразумительное содержание. Однако, А.Ю. сказала, что его стихи лирико-пейзажного жанра выделяются среди других "стихов" как наиболее удачные, если над ними поработать и что на этом направлении ему и следует продвигаться, о чем говорил и Е.М. Гуреев и я в своем культурологическом анализе, который, как мне стало известно, встретил большие трудности для его публикации в лице чапаевских поэтов.


Из писем для редакции, 18 августа 2004 г.


ПРИМЕЧАНИЕ: Изложенная статья не была опубликована из-за противодействия членов ЧО РСПЛ.


Коллективное письмо членов ЧОЛ РСПЛ его председателю Гурееву Е.М., зачитанное С.Д. Чернягиной 20 августа на очередном заседании ЧО РСПЛ


Уважаемый Евгений Михайлович!

<...>. Оставить без ответа ваши с Д. Корнющенко выпады и в адрес Семендяя и в адрес клуба просто невозможно. Вы очень навредили нашему общему делу, подорвали его репутацию (и свою тоже) <...> А это - простонародная газета, и читатели ждут стихов и рассказов, вместо которых их пичкают всякими "Зеркалами" и заумностями, авторами которых являются Е. Гуреев и Д. Корнющенко. Их просто никто не читает, даже мы. И это некорректно - использовать страницу клуба в газете для Ваших с Д. Корнющенко философских рассуждений, непонятных и ненужных читателям газеты, уровень образования которых далек от Вашего. Давно бы следовало опубликовать в газете приглашение горожанам - присылать свои отклики на содержание "Литературной страницы", и увидели бы, как Вы просто задавили читателей этими своими опусами.

<...> ... с какой же стати Вы определили его в аналитики нашего творчества, да еще по нескольким случайно прочитанным (или специально подсунутыми Вами) стихам? <...>И вот незнакомый и неавторитетный для нас человек высокомерно прохаживается по нашему творчеству и навешивает ярлыки.

Он, хоть и "не ведает, кто такой Семендяй", походя, зачислил его и в плагиаторы, и в пошляки, и в распространители "клубнички". <...>...Вы заняты популяризацией личного творчества, навязыванием личного мировоззрения, осуществлением каких-то собственных пристрастий с привлечением иногородних таинственных личностей, организацией виртуальных клубов, чего Вам никто не поручал.

<...> Нашему непрошеному критику хочется, что бы В.Я. Семендяй и другие наши поэты, изливая свои мысли и чувства в стихах, держали перед собой Евангелие и Православный Катехизис (или хотя бы учебник "Закона Божия") и писали "Соборные молитвы покаяния и воззвания к народу", который должен "каяться и молить Господа об избавлении страны от демонического давления"...

<...>. И для простых людей "Томление души" - совсем не поиск Бога, а все то, что занимает, тревожит, не дает покоя. <...>. Авторитарные методы руководства и некорректность в общении с коллегами для председателя отделения РСПЛ просто недопустимы, тем более, под эгидой нашего клуба.


Заявление


Слагаю с себя обязанности председателя Чапаевского отделения РСПЛ и выхожу из Литературного клуба.

Двухлетняя борьба против меня Сартинова Е.П., Семендяя В.Я. и К0... завершилась. Это, как я теперь понимаю, была борьба и против "заумных" страниц "Зеркала" и "Илла", не имеющих, в отличие от "Литературной страницы", прямого отношения к РСПЛ и рассчитанных, конечно, на узкий круг читателя - читатель и состоит из узких кругов: и знаменитые романы Е.П. Сартинова тоже далеко не все читают, хотя необходимо, без всякого сарказма, признать, что пропустить целый роман через массовую газету - это большая честь для литератора. Такой чести, по моему, не удосуживался даже Александр Солженицын.

В свое время под давлением В.Я. Семендяя был убран девиз Литературно-музыкального фестиваля "За красоту, гуманизм, и Духовность" - все были довольны! Господа Чапаевские литераторы, то ли сошли с ума, то ли это Ваша беспредельная инфантильность! Дело-то не просто в девизе, а в том, что красота, гуманизм, и Духовность давно уже давно не присутствовали на заседаниях Литературного клуба, руководимого Е.П. Сартиновым, не было их и на последнем заседании РСПЛ. Анна Петровна Дугина несколько раз напоминала: "Как это все некрасиво!", но к ее мнению никто не прислушался - всё шло по отрепетированному в чьей-то квартире сценарию. Вот Вам, уважаемые "читатели", и кулуарные методы борьбы, к которым "вы" призывали под лозунгом "Не выносить грязь на страницы газеты". Я вынужден всюду поставить кавычки, так как на странице газеты была разыграна сцена с переодеванием: от имени возмущенного читателя Галины Давыдовой выступила наша очаровательная Марина Белова. Такой читатель, конечно, существует, так что, можно считать, что М. Белова использовала не очень удачный, но все же - литературный прием.

Предъявленный же длинный список обвинений, на который мне даже не дали ответить и вся работа литературного клуба четко указали на несколько обстоятельств: 1) Литературная критика в этой организации считается опасным криминальным действием в отношении "неприкасаемых" лиц, что кокетливо переименовано в "неумение Гуреева работать с людьми и что-то еще в этом роде);

2) Чапаевские литераторы, в большинстве своем, больны нарциссцизмом и, действительно, как заметил Д.И. Корнющенко, невежественно полагают, что кроме них в мире нет больше литераторов, нет и каких-либо выработанных человечеством правил литературной жизни, 3) самым большим грехом, с точки зрения наших литераторов, - это быть "чужаком", т.е. не быть похожим, иметь свою собственную точку зрения; 4) наши литераторы давно считают приемлемыми методами борьбы сговор, искажение первоисточников или пренебрежение ими и другие недостойные приемы кулуарной борьбы, 5) практически никто не думает о читателе как таковом (низкий уровень которого постоянно подчеркивается), а только о собственном успехе, порой за счет своего коллеги.

На заседании, о котором я веду речь, никто не пожелал отвечать на мой вопрос, который я повторил 6 или 8 раз: "Почему В.Я. можно, ни с кем не советуясь, выносить свои произведения, на городской уровень, а я, даже не как член РСПЛ, а гражданин этого государства, не могу прилюдно высказывать об этих произведениях свое мнение? Почему душа Семендяя может гласить о Боге, всё, что ей заблагорассудится, а моя душа - не может этим возмутиться? Речь и не шла об аргументах - речь шла об "уничтожении". Кстати, наш "святой" В.Я. Семендяй очень высокомерно реагировал на мои вопросы примерно так, как невоспитанный ученик: "С кем советоваться, с тобою что ли?"

Подверглись остракизму и другие участники полемики: некорректные фразы о Православном центре, о клубе "Илла", который, якобы, работает под "прикрытием" РСПЛ - выражение какое! Протоиерея Николая Рощина превратили в моего оппонента - абсурд на грани умственного расстройства! Вы же ничего не поняли, господа! Очень гибкий совет на грани религии и житейской мудрости Вы приняли как указание политбюро. С его стороны это не анафема богословию(?!), а предупреждение о людском непонимании и неприятии! Т.е. - о Вашем неприятии.

А уж поливание грязью конкурса памяти Марка Белого, нашего трагически погибшего земляка, поэта и журналиста - это ли не кощунственно перед памятью о человеке? Где же ваш гуманизм, Светлана Дмитриевна - я обращаюсь к Вам - или он улетучился вместе с исчезнувшим девизом? - а ведь Вы были в числе лауреатов этого конкурса. А Ваше утверждения, что философ, академик, Д.И. Корнющенко, которого многие знают и в Чапаевске, для Вас не авторитет - хотя бы снисходительно объяснили, почему известный специалист и знаток своего дела - не авторитет. Этим Вы разом перечеркнули его работу над присланным мне литературным анализом, которую он провел, отложив другие важные дела. А прохладное отношение к памяти Марии Осиповны Пахомовой? - да некоторым свои грехи перед ней нужно замаливать, а не за Россию молиться.

Заседание РСПЛ, которое я назначил и на котором оппоненты, видимо, готовились снять меня с поста председателя за мою критику и первоначально даже не осмелившиеся занести это в повестку дня, уже в "разном" превратили заседание сначала в судилище, а, когда мне то не давали слова для ответа, то перебивали, - в прямую расправу над "возмутителем спокойствия", Это было комично-некрасиво, уважаемые Е.П. Сартинов, М.В. Белова, В.Я. Семендяй, С.Д. Чернягина... Вы не учли только одного: никогда в жизни я не называл черное белым, а белое черным. После того, как Е.П. Сартинов, отвергнув мое предложение о "цивильном" решении проблемы и взяв на себя роль председателя, заявил о назначении через неделю заседания по Гурееву, я понял, что оставаться в этой организации не могу.

И еще: если Вы продолжите полемику, то должны помнить общепринятое правило: завершает полемику тот, кто ее начинает. И я буду требовать этого. Постарайтесь соответствовать тем положительным героям, о которых вы пишете в стихах и романах.

Хочу добавить, что заседание фактически превратилось и в борьбу с самой литературной критикой как литературным явлением - и в этом выразился отчаянный провинциализм ЧО РСПЛ. Критика всегда занимается актуальными проблемами. Когда актуален анализ всего творчества литератора, она анализирует все творчество. Когда актуальны отдельные произведения, она занимается ими. Наши литераторы этого не понимают. Привычка жить без литературной критики всех избаловала. Так что бьем по ней - наотмашь. И совсем уж "кощунственный" вопрос, боюсь, не поплачусь ли я за него "жизнью": А романы Е.П. Сартинова критиковать разрешается? Кстати - о "плюсах", которые я "не заметил" в творчестве В.Я. Вопрос нужно снять хотя бы потому, что уважаемые оппоненты не заметили и не замечали не одного плюса и во всей моей деятельности.

Я не буду участвовать в намеченном Литературно-музыкальном фестивале, но считаю, что его организаторы (Семендяй, Белова, Сартинов) должны пригласить на него поэтов, которые были выявлены как победители на прошедших конкурсах - около 15 человек, - они заслуживают трибуны, независимо от меня или вас. Иначе, чапаевская организация РСПЛ окончательно покажет свою полную несостоятельность как организация, несмотря на все аплодированные фестивали. Я также договорился с библиотекой имени В. Бондаренко, что стихи победители конкурса "Мы молодые" и "Памяти Марка Белого" будут включены в выпускаемый литературный буклет и я полагаю, что этому никто не будет препятствовать. И прошу никого не рассчитывать, что Гуреев, пока он член РСПЛ, полностью прекратит свою литературно-философскую деятельность. Противодействовать положительным элементам деятельности ЧО РСПЛ, разумеется, не буду.

Что касается того, что Гуреев "узурпировал" Литературную страницу и прославлял собственное имя - чем были заполнены литературные страницы этого года? Моими собственными художественными произведениями? Кажется, это были весьма приличные произведения, присланные на Литературный конкурс. Разве не задача председателя РСПЛ - открытие новых литературных имен? Я взял интервью, имевших цель объединить творческие силы города, поставить, а, может, и решить какие-то творческие проблемы в городе - это тоже криминал для председателя РСПЛ? Помог в становлении клуба "Илла" и другие общественно-литературные дела. Конечно, образовалась очередь желающих опубликоваться. Насколько мог, старался представить наших литераторов, отказывая себе в публикации собственных литературных произведений - я почти год сам стою в этой очереди, пропуская других. Кто из Литературного клуба, обратившийся ко мне, может сказать, что я отказал ему в публикации? - разве лишь только сам Е.М. Гуреев. А каждая подпись под страницей - это, прежде всего, моя ответственность за нее. Непорядочно с чьей-либо стороны не замечать этого. Настоящими узурпаторами оказались в конечном итоге наши литературные "демократы" - теперь фактические руководители ЧО РСПЛ, независимо от того, кто будет председателем.

"Зеркала", Клуб "Илла" (весьма успешно исполнивший литературный конкурс), а также литературный анализ, который сделал Д.И. Корнющенко (и который мало кого из наших литераторов заинтересовал), не смогут далее выходить на страницах "Всякой Всячины" и временно переходят на интернетовские сайты. А также - в наш новый, чапаевский "Самиздат". С чем нас, господа, в эпоху "демократии" и "свободы слова", всех поздравляю!


27 августа. Е.М. Гуреев, член РСПЛ и РФО, координатор ЛВК "Илла"


Илла Истрицкая: Очень благодарна газете "Всякая Всячина" за публикацию материалов о клубе "Илла" и за проведение конкурса памяти Марка Белого. Я даже не мечтала о таком! Прощаюсь с читателями и благодарю их за внимание. Извиняюсь перед теми читателями, которые не восприняли меня и которым я надоела. Извиняюсь перед всеми литераторами, которым я чем-либо помешала. Что касается меня, я поступила в Университет на любимую специальность и очень рада! А если, кто считает, что меня обидел, я прощаю, уже простила. Надеюсь, что Е.М. сделает то же самое - очень надеюсь. Прощайте! Илла.

Е.М.: Я прощаю в тишине, Илла, а не на поле боя. Удачи тебе! Клуб попробую сохранить.


27 августа 2004 г.


ОТКЛИК НА ЗАЯВЛЕНИЕ Е,М, ГУРЕЕВА СО СТОРОНЫ ЧО РСПЛ

Несмотря на неоднократные просьбы, с которыми все члены ЧО РСПЛ не раз обращались к бывшему председателю Е. М. Гуреееву, он продолжает вести полемику. Даже его так называемое "Заявление о сложении с себя обязанностей председателя ЧО РСПЛ и выходе из Литературного клуба" стало попыткой вновь навязать нам дискуссию. Не собираемся вступать в спор с нашим, по-прежнему уважаемым, бывшим председателем и заявляем, что решением заседания ЧО РСПЛ от 20.08.2004 г. отставка Е. М. Гуреева с поста председателя принята ("за" проголосовали 7 человек, "против" -- 1).

Е. М. Гурееву было предложено вести в Ч0 РСПЛ секцию литературной критики (чем он и занимался ранее, до избрания его председателем ЧО РСПЛ) и работу с талантливой молодежью. Е. М. Гуреев отказался.

Председателем ЧО РСПЛ избрана большинством голосов Т. В. Кижайкина ("за" -- 7 голосов, "воздержавшийся" -- 1).

Все вопросы публикации ваших стихов, рассказов, повестей на "Литературной странице", а также другие обращения можете адресовать ей -- в редакцию газеты "Всякая Всячина".

Члены Ч0 РСПЛ: САРТИНОВ Е. П., ЧЕРНЯГИНА С. Д., ИЗОТОВА Г. В., БЕЛОВА М. В., ХОЛКИН А. М., СЕМЕНДЯЙ В. Я.


27 августа 2004 г.


Выписка из "Вестника" Российского Союза профессиональных литераторов


Слушали: Михайловскую Т.Г. о письмах, полученных из Чапаевского городского отделения Самарской области, входящего в состав Самарской региональной организации РСПЛ. Гуреев Е.М., председатель этого отделения написал о расколе, происшедшем в отделении. Один из членов отделения выпустил книгу, которая была подвергнута критике некоторыми членами организации. Полемика вылилась на страницы местной печати. Председатель отделения Гуриев Е.М. вышел из организации, сложил с себя полномочия председателя и просит КС РСПЛ поддержать его позицию и признать отколовшуюся часть отделения.

<...> В ходе обсуждения было отмечено, что КС РСПЛ не является литературным начальником для региональных организаций и их членов, а конфликты и расколы никогда не давали положительных результатов. Надо искать пути объединения, а не разъединения.

Решили: рекомендовать чапаевским литераторам уладить конфликт самостоятельно, а правлению Самарской организации провести общее собрание (конференцию), обсудив вопросы консолидации сил литераторов Самарской области и выработать конкретные меры по восстановлению юридического статуса региональной организации.


Принято единогласно. 22 сентября 2004 г.


Ответ Молько А.В., председателя Самарского городского отделения РСПЛ на просьбу Гуреева Е.М. поддержать его и параллельную организацию РСПЛ.


<...>. На мой взгляд, происходящее у вас - это еще одно воплощение, проявление серьезнейшей тенденции, которая всегда существовала в мировой /и отечественной литературной и, шире, художественной жизни" В ней всегда возникали наряженные коллизии, сталкивались мнения и целые идейно-творческие платформы и программы, кипели споры" Вспомним хотя бы начало ушедшего века, отношения символистов, футуристов и акмеистов, А 1920-е годы, взаимное неприятие и отрицание РАППа и группы "Перевал"? И подобных примеров - бесчисленное, поистине неохватное, необъятное множество. По-видимому, сама многоликая, переменчивая стихия творчества подталкивает писателей к общественному самоопределению и позицинированию в социо-культурном пространстве, в ходе которого естественно складываются более или менее крупные и устойчивые- группы, содружества, объединения близких по духу и взглядам индивидуальностей.

Вот и у Вас, в Чапаевске, судя по всему, появились разные концептуальные подходы к интерпретации природы и целей [удожественного творчества. Что ж, это - факт непреложный, и его, конечно же, следует признать.

Но, как представляется, не следует распространять эти вполне правомерные и понятные творческие расхождения на сферу организационно-административную. В рамках одной городской организации могут существовать различные группы с известной степенью самостоятельности, автономности. Устав РСПЛ никоим образом не ограничивает такую возможность.

<...> Надо подумать над каким-то вариантом компромиссно-дипломатического урегулирования. Например, ввести институт сопредседателей, имея в виду, что каждый из них непосредственно руководит "своей", так сказать, литературно-творческой группой и общается с другим лишь в редких случаях, когда появляется возможность проведения совместных мероприятий. Сложную структуру организации можно закрепить в специальном Положении, тогда ее составные части будут иметь соответствующие названия <...>

На мой взгляд, у Вас есть единомышленники, с которыми можно работать не пересекаясь с людьми, придерживающимися иных взглядов и позиций. <...>


Гуреев Е.М.


В КООРДИНАЦИОННЫЙ СОВЕТ РСПЛ

<...>В нашей литературной организации сложилось положение, при котором мне, например, невозможно реализовывать свои философские и литературные концепции. Даже то, что я осуществлял, вызывало такое большое сопротивление, что мною осуществлялось в очень урезанном виде. "Размежевание" в нашем случае - это возможность реализовать творческую "независимость". Я не знаю, как ее можно было осуществить иначе. "Еккл.3:5 время разбрасывать камни, и время собирать камни; время обнимать, и время уклоняться от объятий".

<...>Что касается "плюрализма", то адекватное использование этого принципа возможно лишь в отношении точек зрения, находящихся на одинаковом уровне обоснованности. А у нас некоторые литераторы, извините за резкость, проповедуют апологетику невежества. Возможен ли плюрализм в отношении последнего? <...>


НОВОЕ - ЗАБЫТОЕ СТАРОЕ


ПРИМЕЧАНИЕ: 26 сентября в газете "Чапаевский рабочий" удалось опубликовать сокращенную версию статьи Д.И. Корнющенко "Культура и поэзия, отвергнутую нашими Чапаевскими литераторами. Помещаем отклики на эту статью.


Ирина Сысцова


Где тонко - там и рвется. Отсюда к вечным русским вопросам "кто виноват?" и "что делать?" на рубеже столетий прибавился еще один роковой вопрос интеллигенции: "как нам обустроить быдло?". Наличие этого нового вопроса подтверждает Государственная программа "Патриотическое воспитание граждан РФ на 2001 - 2005 гг.", в которой современное состояние духовных ценностей характеризуется как резко сниженное...".

Буквально на другой день, как в газете была опубликована статья Д. Корнющенко "Культура и поэзия", цитату из которой мы предпослали здесь в качестве эпиграфа, в редакцию позвонил наш давний читатель, убеленный сединами ветеран, и с некоторой долей растерянности, недоумения и даже обиды в голосе начал высказывать свое мнение. Что удивительно, звонивший вроде бы был согласен со многими выводами автора, а уж с оценкой им творчества чапаевских поэтов - безусловно, но общий тон был враждебный. Одно слово (а ветерану не все слова, которыми оперирует Д. И. Корнющенко, были понятны) так и не было названо, а из-за него-то, из-за этого слова, как мне кажется, и обиделся ветеран, говоря, что нельзя ругать всех подряд и что и у нас было и есть много хорошего.

Но не буду гадать за других. Скажу, что почувствовала я (и о чем передумала), напоровшись, словно на нож, на это "быдло", да еще в контексте, по смысловой направленности исключающем, казалось бы, употребление подобных слов. На мой взгляд, оно страшное, это слово (как и производное от него "быдлизм", которое тоже фигурирует в тексте), и в моем сознании ассоциируется чуть ли не с матерщиной. В словаре Ожегова слово "быдло" ("В устах реакционеров: о людях, народе, выполняющих волю эксплуататоров" - поясняет составитель) дано с пометкой "устар.". Как видим, никакое оно не устаревшее, и наш автор заставляет сиять его заново, обозначив им чуть ли не все население постсоветской России. "И лишь тонкий

слой российского общества, способный наследственно передать ценности духовной культуры, может служить опорой в сохранении духовности без всякого национального адреса" - делает свое умозаключение автор.

Сразу возникает вопрос: что наследует и что может передать новым поколениям материэовавшийся из этого "тонкого слоя" философ типа Корнющенко, который вообще сомневается в существовании "русской духовности" (по его мнению, это всего лишь идиоматическое выражение), противопоставляя ее "русскому

национальному духу", который, опять же, по мнению Корнющенко, "отрицает русскую духовность, "снимает" ее... так как она может только мешать его широким проявлениям". И далее, говоря о времени, наступившем после 1917 года (начале "снятия"), он пишет: "Пожалуй, трудно будет доказать, что привычное двоемыслие и даже троемыслие советского человека, лживость и государства, и его поданных во всех сферах, начиная с экономики и кончая образованием... - так вот, доказать, что все это и являлось и является русской духовностью, повторяю, очень трудно. Во всяком случае, эта "духовность" не выдержала самого простого испытания путем правды и гласности, доказав, что у лжи длинные, но тонкие ноги. Очевиден ответ, какая сила одержала победу - наш доморощенный российский быдлизм. Некого и нечего спрашивать, по ком звонит колокол". Колокол звонит по советской идеологии, в которой действительно было много лжи и обмана.

Русская духовность одной этой идеологией не исчерпывается. Она живет в творениях Пушкина, Тургенева, Толстого, Достоевского, Чехова (всех все равно не перечислить), в музыке Чайковского, Римского-Корсакова... И в лучших произведениях советского искусства всегда брезжит этот лучик, берущий начало из тьмы веков и вспыхнувший вдруг ярким светом в девятнадцатом столетии, породив такое уникальное вление, как русская литература и русская философская мысль. Берусь утверждать, что то и другое (как и русское искусство в целом) - тоже порождение "русского национального духа", который, как верно заметил Корнющенко, широк в своих проявлениях. Еще Иван Бунин писал, что у России два лика: Инония (темное начало) и Китеж (светлое). Наш автор предпочитает видеть только Инонию и потому удивляется, что в городе Чапаевске, "который по всем параметрам меньше всего мог бы претендовать на роль места, где процветает поэзия", вдруг появилось столько местных поэтов. А чуть выше, отметив рост числа провинциальных поэтов вообще за последнее время, что "тоже исключительно российский феномен", роняет снисходительно: "кстати, в пользу довода о русской духовности", заключив свою "ремарку" в скобки. В пользу довода о русской духовности говорит и тот факт, что социал-демократы конца девятнадцатого столетия никогда не называли народ "быдлом" и скорее идеализировали его, признавая в то же время все те делающие народ темным качества. Чернышевский с Добролюбовым в гробу перевернулись бы, услышав, как некто Корнющенко, спустя сто лет сформулировал и добавил к "вечным русским вопросам" еще один: "как обустроить быдло?".

А дальше и вовсе непонятное. Причем здесь программа патриотического воспитания? По мысли автора, она нереализуема, потому что все те негативные явления, которые в ней перечисляются - постепенная утрата обществом традиционно российского патриотизма, широкое распространение равнодушия, эгоизма, индивидуализма, цинизма, немотивированной агрессивности, неуважительного отношения к государству и социальным ценностям, - "как раз и являются атрибутами массового общества". (Читай: массового сознания, носителем которого, по логике автора статьи, является это самое "быдло". А что, тонкому слою российской интеллигенции эти "атрибуты" не свойственны? Еще Пушкин писал, что он глубоко презирает свое отечество, хотя и не любит, когда это делают другие.)

Но я отвлеклась. Согласна: программа патриотического воспитания нереализуема, но совсем по другим, как мне думается, причинам. Обустройство и воспитание - суть разные вещи. Нас, как известно, только и делали, что воспитывали (продолжают воспитывать и теперь). Обустройством занимались и занимаются гораздо меньше. Вот если бы все мы имели достойную зарплату и пенсию и не ломали бы голову, что лучше - льготы или их компенсация, если бы все имели благоустроенное жилье (с горячей водой круглый год и хорошим отоплением) и если бы надежно были защищены от произвола чиновников, то и воспитывать бы никого не надо было. Патриотизм явился бы сам собой.


Газета "Чапаевский рабочий, 3 ноября 2004 г.


Н. Г. Воронцов, пенсионер.


Словами патриота и гражданина не воспитаешь. Я внимательно прочитал статью академика Д. И. Корнющенко. Мне кажется, своевременно автор поднимает вопросы духовности, патриотизма, ведь до сих пор во всех кругах идут споры о том, что такое сегодня патриотизм и нужно ли его специально воспитывать в школе. А может, вся та среда, обстановка в стране, в городе уже должна способствовать формированию патриотов Отечества и своей малой родины. Разными постановлениями, решениями, программами патриотов не воспитать.

Если среда, в которой живет человек, чистая, духовная, высоконравственная, значит, этот человек будет и гражданином, и патриотом. Что из того, если мы будем говорить молодежи: "Вы должны быть патриотами". Она все равно будет жить по своим законам, впитывая все - и плохое, и хорошее, - что

она видит вокруг себя. Если "воспитателем" пацанов во дворе станет кто-то вернувшийся из тюрьмы, то мальчишки усвоят эти зэковские законы. С этим пойдут в жизнь. А это очень страшно.

Вся Россия может превратиться в один большой лагерь. И этот процесс фактически уже идет. Как его остановить? Кто может это знать? Вот только и надежда на тонкий слои русской интеллигенции.

Хорошо, что у нас в городе много поэтов. Мне кажется, тот, кто пишет стихи, не может быть плохим человеком. Хотя, я знаю, что сейчас и в колониях много поэтов. Только вот не знаю, до того как они совершили преступление, они тоже стихи писали... Многих из чапаевских поэтов, тех, кого называет Дмитрий Ильич Корнющенко в своей статье, я знаю лично. Они действительно духовно богатые люди. И хорошо, что они объединились в свою организацию. Пусть она расширяется и пополняется молодежью.


Г. П. Кельчин, пенсионер.


Быцло - это не по-интеллигентски. Внимательно прочитав отрывки из статьи "Культура и поэзия", я пришел к выводу: верно пишет автор о нашей современной действительности - плохо воспитывают подрастающее поколение школа, семья, в крайне малых формах - церковь. Больше всего преуспевает в этом воспитании зона, лагерь. Происходит повсеместное увлечение молодежи романтикой уголовного мира.

Лагерная субкультура рвется сейчас на экраны телевизоров, проникает в песенные шлягеры, вторгается в быт.

Да, эта субкультура вносит свой цинизм, сквернословие и жестокость, свою эстетику. Именно лагерь посылает в юношескую среду своих лидеров, которые имеют у детей огромный авторитет. "Современное общество постепенно утрачивает традиционный российский патриотизм. Широко распространяются равнодушие, эгоизм, индивидуализм, неуважительное отношение к государству и социальным ценностям". Согласен, что современное общество ставит задачу ублажения, насыщения человека, реализация всевозможных и невозможных прихотей и желаний стала целью трудовой деятельности. Конечный результат успеха в работе - нажива. И это - культурная революция?

"Поэзия и музыка всегда расценивались как наиболее влиятельные сферы культуры. Они обладают эмоциональными средствами воздействия на общественное настроение, влияют на формирование эстетических и этических ценностей, на политическое сознание", - пишет автор статьи. И в настоящее

время действительно произошел спад интереса к серьезной литературе, поэзия стала интересовать небольшой круг ее ценителей. Времена наступили совсем непоэтические. На рынке культурных услуг появился новый потребитель - человек массы. И русская пословица "Кто платит, тот и музыку заказывает" стала реализовываться в жизнь. А у того, кто заказывает музыку, как правило, нет ни вкуса, ни слуха... Вот и получается, что культуры как таковой в современном обществе нет, тем более - духовности. И, как пишет автор, только тонкий слой российского общества способен наследственно передать ценности духовной культуры, может служить опорой в сохранении духовности.

Со многим, что написано в статье, я согласен, но нигде, ни у одного деятеля культуры я не встречал такого пренебрежительного, высокомерного отношения к народу, как у Корнющенко Д. И. Он пишет: "...к вечным русским вопросам "кто виноват?" и "что делать?" на рубеже столетий прибавился еще один роковой вопрос интеллигенции: "Как нам обустроить быдло?". Быдло, быдлизм - слова-то какие! Или это так и положено относиться к людям деятелям духовной культуры, которые призваны внедрять в массы эту культуру? Далее автор пишет, что настоящая поэзия продолжает существовать. В России есть много поэтов "хороших и разных". "Несмотря на снижение роли поэзии в духовной жизни, увеличилось число провинциальных поэтов. Они пишут так, как подсказывает им их поэтическое чутье, они меньше всего ориентируются на признанные поэтические центры со всеми сложностями их направлений".

Отрадно то, что Корнющенко Дмитрий Ильич делает аналитический обзор творчества поэтов города Чалаевска. Он пишет, что в городе существует сильная литературная организация, что постоянно работает литературный клуб и музыкально-поэтический салон, что поэзия и проза постоянно публикуются на страницах местной печати, выходят книги поэтов и прозаиков. И мне кажется, что существование провинциальной поэзии говорит в пользу того, что русская духовность жива.


Е.М. Гуреев, член РФО и РСПЛ


"линия раздела между элитой и быдло проходит через каждого человека"


(по поводу статьи Д.И. Корнющенко "Культура и поэзия")


Сначала я должен сказать, что статья Д.И. Корнющенко "Поэзия и культура" была написана по моей просьбе для Чапаевского литературного клуба "Пегас" и ЧО РСПЛ в бытность мою председателем ЧО РСПЛ. Перед этим я взял обширное интервью у Дмитрия Ильича по вопросам культуры, религии и т.д.

Часть этого интервью было опубликована в газете "Всякая Всячина", но закончить публикацию не удалось из-за противодействия ЧО РСПЛ. Точно также Чапаевское отделение РСПЛ не проявило никакого интереса к работе Д.И. Корнющенко "Культура и поэзия". Я счел своим долгом опубликовать ее хотя бы в сокращенном варианте в газете "Чапаевский рабочий".

Из-за большого объема статьи публикация ее без сокращений была невозможной. Л. Н. Дешевых удачно произвела это сокращение, особенно первых двух частей, согласовав его со мной (Дмитрий Ильич доверил мне возможность такого рода правок). В частности, я должен об этом сказать, была пропущена критика некоторых Чапаевских поэтов (полный вариант статьи я отдал в библиотеку имени В. Бондаренко). Уже после публикации данной статьи Дмитрий Ильич сердечно поблагодарил Л.Н. за удачное редактирование. И я, в свою очередь, получил благодарственный отклик людей, мнением которых я дорожу, за то, что статья появилась в газете.

Конечно, большинство читателей, как и полагается, остались равнодушными к публикации. Но я рад, что нашлись активные читатели, приславшие письменные отклики. Неважно, что их мнение местами расходится с мнением Дмитрия Ильича и моим мнением. Должен отметить, что даже резкое несогласие с Д.И. Корнющенко изложено во вполне допустимых полемических формах. Это впервые за последнее время.

Но я не могу не сказать о некоторых недоразумениях.

Поскольку, повторюсь, статья Д.И. Корнющенко была написана прежде всего для членов Чапаевского отделения РСПЛ, то невозможно здесь не упомянуть о совместном отклике членов этого объединения еще до ознакомления большинством из них с содержанием статьи.

Привожу несколько цитат: "А это ("Всякая Всячина" - Е.М.) - простонародная газета, и читатели ждут стихов и рассказов, вместо которых их пичкают всякими "Зеркалами" и заумностями, авторами которых являются Е. Гуреев и Д. Корнющенко. Их просто никто не читает, даже мы. <...> Давно бы следовало опубликовать в газете приглашение горожанам - присылать свои отклики на содержание "Литературной страницы", и увидели бы, как Вы просто задавили читателей этими своими опусами. <...> И вот незнакомый и неавторитетный для нас человек (Д.И. Корнющенко - Е.М.) высокомерно прохаживается по нашему творчеству и навешивает ярлыки".

Этот текст говорит сам за себя. Должен лишь заявить, что никаких ярлыков Д.И. Корнющенко никогда ни на кого не навешивал - это несовместимо с его культурным уровнем. Скорее всего, авторы отклика не совсем понимают, что такое "ярлык" и отождествляют это понятие с любым критическим замечанием, каждое из которых принимается ими "в штыки". Я приношу извинения перед Дмитрием Ильичем Корнющенко за то, что по моей просьбе он затратил время, работая над статьей, которая оказалась неблагодарно невостребованной.

2. Но я хотел бы вернуться к другим аспектом статьи. Вторым недоразумением, вызвавшим активное неприятие ряда читателей, связано с терминологической проблемой. Речь идет о термине "быдло". Не все знают, что этот термин (может, не совсем удачный, но очень емкий и понятный) используется ныне в отечественной социологии и социальной психологии, и вся вина Дмитрия Ильича в том, что он оперирует им как научным термином.. Должен сказать, что в той части интервью, которая была опубликована во "Всякой Всячине", были даны соответствующие разъяснения. Я вынужден процитировать.

"Д.И.: .... "Быдло" - не оскорбление, не ругательство. Это стиль поведения, образ мышления, образ жизни. Как термин он входит ныне в категориальный аппарат социологии и социальной психологии. Расширенная дефиниция понятия "быдла" принадлежит В.А. Разумному и особенно точно описал этот, далеко не новый для России феномен, социолог Игорь Яковенко. <...>

3. Что касается "русской духовности", о которой упомянуто в одном из откликов, то я должен согласиться с Д.И.: либо мы шовинисты, либо должны признать, что Божественная духовность вне национальности. Естественно, есть разные религиозные конфессии. Если бы речь шла о Православной духовности, то на фоне разделения церквей, это было бы достаточно адекватным понятием. "Русская же духовность" - нечто иное. Представьте себе: греческая духовность, новозеландская духовность... Конечно, есть национальные проявления духовности - даже в пределах православия это неизбежно. Но это не суть. Когда же национальные проявления делают сутью, то происходит стагнация не только положительных проявлений, но и дурных. Вместо того, чтобы исправлять дурные проявления, нации навязывают самолюбование, умилительное отношение к тому, что нужно было бы с неизбежностью отвергнуть. Более того, эти качества иногда даже являются предметом национального чванства.

В произведениях Пушкина живет не некая русская духовность, а единая, неделимая духовность, к которой приобщился русский народ согласно его языку и предшествующей культуре, удаляя от себя все худшее. Хочу сказать четко: есть русский язык, есть русская культура, но нет русской духовности, равно, как нет и русской религии, и русского Бога - это равнозначные понятия.

4. Теперь о патриотизме. Позволю себе несколько цитат:

"...Нападки... на недостатки и пороки народности есть не преступление, а заслуга, есть истинный патриотизм", - В. Белинский.

"Любовь к своему народу должна быть творческой любовью, творческим инстинктом. И менее всего она означает вражду и ненависть к другим народам", - Н. Бердяев.

"Настоящий патриотизм не тот, который суетится и чванится в торжественные минуты, а тот, который ежедневно и неутомимо заботится об общем благе и не бахвалится этим", - А Граф.

"Патриотизм -- последнее убежище подлеца", - С. Джонсон.

"Чем дальше я подвигаюсь на моем жизненном пути, тем проще я становлюсь и тем большим патриотом всего человечества я себя чувствую", - В. Гюго.

Истинный патриотизм должен быть основан не на ненависти, а на любви! Если защищать, то -любовь. Значит, первым проявлением патриотизма является проявление любви к ближнему, а поскольку ближний - это чаще всего мать, отец, представитель собственной нации, то и любовь в первую очередь обнаруживается на них. А теперь скажите себе, как мы относимся к матерям и отцам, как мы, россияне, относимся друг к другу? О каком патриотизме речь? Поголовный мат - это уже осквернение женщины-матери, своих собственных национальных, родовых корней. Где об этом в программах патриотического воспитания? Когда в магазине продавец набрасывается на покупателя, а покупатель на продавца, когда различные службы, призванные облегчать жизнь населения, буквально измываются над ним, отнимая и время, и силы, когда при посадке в автобус сильный отталкивает слабого, когда за счет нищенства стариков и бюджетников строится новая экономика..., о каком патриотизме идет речь? На каждом шагу - сплошное антипатриотическое воспитание. Что ему противопоставлено в программах? Зоологический патриотизм? Ненависть? - найти бы врага! Враг или культура - вот два средства для сплочения страны. Что мы выбираем? До сих пор Россию сплачивал враг. Но нельзя бесконечно эксплуатировать этот стимул объединения - в век новых технологий это слишком опасно и для России, и для всего мира. Собираемся ли мы вырываться из порочного круга?

Если собираемся, то следует понять, что патриотическое воспитание возможно лишь в рамках культуры, а не в рамках ненависти, шагистики, митингов, преувеличения своих достижений и голых бойцовских технологий, чему, собственно, и посвящены последние выступления Д.И. Корнющенко (в том числе и в Чапаевской печати). Бескультурность - это уже антипатриотизм. Воспитание патриотизма должно быть воспитанием любви не только к родному дому и национальному государству. Начиная от них, необходимо воспитывать любовь ко всему живому, прекрасному, ко всей биосфере и ноосфере, к Богу.

Быть патриотами не только своего Дома, Города, Страны, но и своей Планеты, Галактики, Вселенной, всего Бытия. Не подняться вверх по этой иерархии, не дойти до Бытия в целом - значит, допустить в свой разум антибытиё и окружить им свое сердце. Если мы видим, как англичанин уничтожает свою культуру, Шекспира, например, разве как патриоты планеты мы не должны воспрепятствовать этому? Но еще более оснований у нас защищать русскую культуру, так как мы выросли в ней, знаем, что именно в ней защищать и как, и пусть англичанин поможет нам. Меня лично соединяет с русской культурой - еще и религиозно-духовный выбор. Если же мы остановились только на своем российском или только на внероссийском - наш патриотизм ущемлен, извращен. В первом случае - "ура-патриотизм", во втором "ура - космополитизм".

5. В духовно развитом обществе (человеке) сознание первично по отношению к бытию; в бездуховном - бытие полностью определяет сознание. Т.е. та или иная экономическая, политическая, идеологическая системы могут функционировать лишь при наличии вполне определенного культурного слоя. Культурология убедительно показала, что начертанные общественно-экономические преобразования возможны лишь при достижении обществом (т.е. подавляющей его части) определенного культурного уровня, в который включаются не только литература и искусство, но и духовный, идеологический, экономический, правовой, экологический, трудовой, бытовой, семейный, санитарный и другие аспекты культуры, культура языка, общения, национальных отношений...

Проявления же духа, не оформленные в рамках культуры - непредсказуемы. Проявления духа, загнанные в рамки жесткой схемы, бедны; и дух начинает умирать. Вот между этими полюсами лежит Истина. Один полюс - непредсказуемый русский характер, другой - недавно еще благополучный и успокоенный Запад. Но угрозы человечеству растут и требуют от человечества новых культурных высот.

Достижение оптимального культурного уровня общества для выполнения поставленных задач его преобразования и обустройства должно быть первой задачей всех реформаторов и всего общества.

Работами советских и западных ученых было показано, что, например, экономика западных стран обусловлена в первую очередь тем культурным слоем, который образован усердием протестантских церквей. Не следует, конечно, забывать, что этому предшествовала работа католической церкви, дворянства и королей. Не будем анализировать причины, по которым о многоплановом развитии культурного слоя в России никто особенно не был озабочен на протяжении столетий и особенно в течении всего периода после 1917 года. Отметим лишь, что своего рода заменителем культурного слоя в дореволюционной России являлся духовный православный слой.

Затем телега была поставлена впереди лошади. Это произошло и в начале 90-х годов минувшего столетия, когда общество (точнее, одна из его элит) приступило к решению экономических задач, не решив задач политических, идеологических, нравственных, культурных, духовных.

Еще в 1987-1990 годах члены существовавшего тогда в Самаре философского клуба, руководимым Сергеем Горяиновым, были почти единодушны в том, что качество культурного слоя в России не позволяет осуществить в ней демократические преобразования по образцу западных, что в дальнейшем и подтвердилось. Я был тогда почти единственным оптимистом в этом клубе и надеялся, что восходящий Б.Н. Ельцин сможет опереться на подлинно культурную академическую элиту, которая тогда не проявляла себя активно, но была достаточно сильна. Увы, оправдались худшие ожидания.

Но было бы странным, если бы вместо поднятия общественной культуры, мы снова прокладывали свой особый путь, приспосабливаясь к низкому культурному уровню. В новом столетии это не пройдет. Выбор будет очень жестким, даже жестоким.

Язык, культура, духовно-нравственные традиции - основа существования любой нации. Что мы имеем? Культурные, духовно-нравственные традиции, в каком бы несовершенном виде они не существовали, почти полностью разрушены, Язык также ставится под угрозу, и не только со стороны американизированной элиты и всех, кто ей подражает, но и со стороны "люмпен-языка": пошлость, низменность, мат, богохульство.... Культурно-нравственное разложение России, идущее быстрыми темпами, зачастую при поддержке нашей "интеллигентной "элиты", если не прекратится, то определит ее экономический и политический распад.

Культура и искусство захвачено несколькими господствующими культурными концепциями, которые хотя и противостоят друг другу, но, взятые в целом, агрессивно вытесняют осмысление реальности, в которой оказались и Россия и все человечество в начале нового столетия. Это концепции "веселизма", "восторженной экзальтации", "сентиментально-слезливой экзальтации", "шокирующей "клубнички", "идиллического умиротворения", "йехуизма", ... - первые тревожные симптомы и для нации, и для всего мирового сообщества. Вместо того, чтобы подготовить сообщество к многочисленным и опасным вызовам, которые ему бросает новая эпоха, ему советуют "отвлечься, расслабиться, забыться или предаться азарту и страстям" - самое время!!! Причем, к наибольшим проблемам культурно-общественного восприятия и различного рода культурных организаций и сообществ относятся отсутствие любви к истине, провинционализм, приспособленчество, заглаживание острых углов и проблем, амбициозность, властолюбие, невежество. Как ответная реакция в литературу и искусство врываются пессимизм, безысходность, цинизм, апокалиптические настроения. В конце концов, они могут захлестнуть общественное сознание. Что дальше? Вспомним могущественный Древний Рим в тот период, когда культурной квинтэссенцией стали требования хлеба, женщин и зрелищ. Затем - распад Рима, и не только: исчезновение культуры, живого разговорного языка и самой некогда господствующей нации.

Может показаться, что философы, культурологи, некоторые литераторы, в частности, Д.И. Корнющенко и Е.М. Гуреев нагнетают все это, сгущают краски. Точнее сказать - мы ставим определенные акценты, про которые в обществе забывают. Да, есть в нашем обществе некоторые обнадеживающие и светлые моменты. И концепции "веселизма" и "идиллического умиротворения" (другие перечисленные я отвергаю) нужны в "терапевтических" целях, но нельзя всё сводить только к ним, иначе - катастрофа.

Есть крылатая фраза: "Провинция спасет Россию". Но провинция ее может и уничтожить, точнее - не провинция, а провинционализм (не нужно путать эти понятия). Провинционализм это слепота во времени и пространстве, изолированность и нетерпимость, страусиная политика, отрицание всего иного, неизвестного, неосвоенного, нового; боязнь выхода за границы "своей территории". Провинционализм, зарождающийся в провинции, может заразить и столицы. С другой стороны, провинция, как мы видим на примерах Э. Циолковского, М. Шолохова, В. Астафьева и других многочисленных примерах, может явиться источником общероссийского, общепланетарного и космического мышления.

Вот почему Д.И. Корнющенко и обратился к анализу провинциальной поэзии на примере г. Чапаевска. Его критика и моя критика не носили уничтожающего характера, хотя и были адекватно резкими. Я, конечно, не занимался критикой своих произведений, но должен сказать, что и относительно них у меня происходит вполне естественная эволюция взглядов. Но все же главным для себя я считаю не эти произведения, а гласный литературно-философский анализ.

В Чапаевске много талантливых поэтов. В том числе - и в Литературном клубе "Пегас", из которого я вынужден был уйти. И каждый из них должен, делая осознанный выбор в литературно-культурном плане, научиться трезво и правильно оценивать этот выбор, не навязывая его общественности как единственную культурную программу и не стараясь сделать его предметом безрассудного культа. Поэтическая культура поэта - в его служении идее, Истине, Красоте, людям, а не раздутому личному тщеславию. Это одновременно и вызов, и скромность; и поэтическое безрассудство и ответственность.


"Чапаевский рабочий", Декабрь 2004


Примечание: Статья опубликована с большими сокращениями.


ПОСТСКРИПТУМ


Дискуссия прошла, страсти отшумели. Многие наблюдатели, с интересом следившие за "дракой", как они ее назвали, неожиданной для города, с одной стороны, социально больного, с другой, судя по местным СМИ, - исполненном тиши и благодати.

Все остались "при своих мнениях". Только ли - мнениях?

Гурееву и Корнющенко почти перекрыт канал доступа к Чапаевским СМИ. С большим трудом удается публиковать некоторые заметки и объявления. А по следам (а иногда и с опережением) идут все тот же незабвенный Владимир Яковлевич Семендяй (спикер городской Думы) и новый председатель ЧО РСПЛ Т.В. Кижайкина, негодующие и требующие не давать печатного места, прекратить, запретить ... Последовали и другие "внелитературные" акции, который читатель вполне может представить, ибо непорядочность всегда банальна и ничего нового изобрести не может...

Особое "возмущение" этих общественно-литературных деятелей, с их совковым представлением об общественных организациях, вызывают возникающие в городе другие литературные организации и клубы. Стадная "правота" придает им сил и убежденности в своих окололитературных действах.

Страницы "Зеркала", "Илла" и другие заблокированы, а вместо них за три прошедших месяца - несколько бездарных "литературных анализов" Марины Беловой и Татьяны Кижайкиной, да одно стихотворение упомянутого В.Я. Семендяя, которые даже стыдно публиковать в этом сборнике. И все!

Конечно, в городе нашлось немало людей, которые оказали нам моральную поддержку в этой жесткой ситуации. Они не писали заметок, не ходили по инстанциям, но их слова солидарности и благодарности многого стоят. Это певец, музыкант и композитор Валерий Щежин, тележурналист Виктор Шалимов, художник Федор Босый, специалист-проектировщих Анатолий Царев, и другие. И мы выражаем им ответную благодарность.

Кто-то говорит: "Кто победил - тот и прав!". Кто-то считает - победила неправда. Мы бы сказали иначе: "У правды свой путь. Но она идет! Идет длинною и трудною дорогой..."


4


Йехуизм - становление особой породы людей, которую никак нельзя назвать венцом

творения, а скорее -- природной аномалией, йеху двадцать первого столетия, бесчеловечья в человеке, реального носителя всех признаков дьявольского перерождения человека, общественного животного, уничтожающего соплеменника.