# Лето, уходящее в осень...

Евгений Михайлович Гуреев

Уходит женщина, уходит любовь. Уходит жизнь. Прошло лето и наступила осень.

Лето, уходящее в осень.


Глубокая осень. Порывистый ветер.

Осенние листья давно отжелтели.

И парк по-осеннему редок и светел,

Взгрустнул в ожидании белой метели.

А я полон лета. Все в памяти жаркой,

Когда на любимую ветви смотрели,

Зеленые ветви под старою аркой,

И капли дождя на листве зеленели.

Глубокая осень. Порывистый ветер...

Уходит женщина, уходит любовь. Уходит жизнь. Прошло лето и наступила осень. Предчувствие дальнего расставания, а, может быть,  - совсем близкого. А Она - и есть лето, исчезающее в осени. И жизнь тоже кажется прошедшим летом. И ведет себя, подобно женщине. И любовь к ней тоже не всегда взаимна. Развязка неизбежна. Развязка всегда неизбежна. Но какой она будет и когда? Что главнее: "какой?" или "когда?"


А ты исчезнешь в голубых пространствах,

Приляжет отдохнуть усталый Бог.

И грянет осень в золотых убранствах,

И шепот листьев, словно чей-то вздох.

Иду по осени за золотой листвою,

И будто бы средь тысяч золотых

Хочу найти с твоею красотою,

И странно мне, ведь ты красивей их.

А ты ушла за голубым туманом,

За летнею воздушной синевой.

Другая девушка с красивым легким  станом

Напомнит мне про гордый облик твой.

Затосковало небо над земным простором.

Пошли дожди, и отдыхает Бог.

И голову прикрыл я головным убором.

Но сердце от любви -

укрыть не смог.

Любовь, планы, друзья! Летний вихрь пролетел, а мы опоздали к поезду, уходящему в будущее. А мы не верим в это, мы еще чего-то ждем, еще живы прошедшей любовью и прощающимися товарищами. Еще держим в руках их дары, и произносим слова благодарности, а потом -  чувство вселенского одиночества, скрашенное тем, что когда-то было.

Вот ураганы лета улеглись,

И зрима тишина, их сон спокойный.

И живописца красочная мысль

Все нарисует щедро и достойно.

Движенье воплотится в краски,

Любовь, безумство - пятна на холсте

Восторженной и грустной сказки.

Смирение - в увядшей желтизне.

Как тишину оберегают звуки,

Возникнув, - не перечат ей.

И отраженьем подлинной разлуки-

Лист одинокий посреди ветвей.

И вспоминается давняя осень, когда все было тихо, спокойно и безоблачно, когда можно было печалиться, не страдая, когда можно было думать о друзьях, а не искать в каждой толпе Ее фигурку. Тишина раздумий. Отдых. Собирание плодов и сил, и планы: планы на будущее.

Почти что голы на деревьях ветки,

Но хочется надеяться и ждать,

За прилежанье получать отметки,

Спокойно видеть, думать, узнавать.

Вот кружит лист, и взоры всех поэтов

Как будто бы прикованы к нему,

Пытаясь в нем увидеть зиму, лето,

Осеннюю постигнуть кутерьму.

Закружатся слова, стихов метели,

Зима придет чуть позже. Хороша.

Подождала, чтобы сложились,

Все одели. Черновики в беловики. Пора?

Но сегодня же осень! Не надо торопить:

К зиме, к зиме, к зиме!

Зима наступит, потерпите, после,

И выпадет еще блестящий белый снег.

Пока ж в снегах равнины не уснули,

Лишь листья гаснут, словно свет зари.

Короче дни. В том нас не обманули.

И в ночь все дольше смотрят фонари.

Нас поджидают мгла, тревожные бураны,

Но через осень вдаль протянута рука.

Мы строим тихие отчетливые планы

Сквозь зиму, лето, на века.

А как же осенью не посидеть с друзьями,

Быть может, первый раз присесть с весны.

Без спешки. Наливать бокалы

Некрепкого вина осенней тишины...

И вдруг - Она! Случайная встреча, ошибка. И нахлынули воспоминания, и стало светло. И кажется, что все плохое прошло, а хорошее вернулось.

Сколько зим прошло,

Сколько лет прошло,

Только осень - одна,

Тихо так, светло.

Словно  нет времен, -

Вечность правит бал

С золотистых крон

В золотистый зал.

Погружусь в их сон,

Погружусь в их жизнь.

Вихрями имен, -

Ветер, закружись-

Тех, кого я знал,

Верил и любил.

Осень, твой бокал

Полон чудных сил.

Вспомню я о тех,

За кого страдал,

С золотых ковров

Подниму бокал.

И в осенних снах

Зримым станет все.

Вечность на часах!

Выпьем за нее!

О, как хочется пройти через осень, через зиму, и любить эту женщину, подарить ей, себе и всему миру возвышенность и силу духа!

Я назову тебя любимой, дорогою,

И осень подарю со всей ее листвой,

Что вихрем золотым - над нашей головою,

Что падает к ногам легчайшей бахромой.

По осени ветра любовь мою носили,

И посвятили ей весь этот листопад.

А в нем тебя они на праздник пригласили,

На танец тишины, которой  мир объят.

Тебя я назову любимой, дорогою,

И подарю тебе огромный небосвод.

На волосы твои он звездною листвою

Рассыплется. И пусть зима идет...

Какого бы цвета ни были глаза у женщины, на фотографии они иногда выглядят голубыми, как знак того, что через женские глаза мы, в конечном счете, глядим в небо с его голубыми миражами, прикрывающими черный бездонный космос.

Слышишь, как осень идет

Под серебристый стук?

Чуешь, как сердце мое

Твоих касается рук?

Сердце взласкают мечты,

Прохладой повеет во сне.

Свои золотистые сны

Твоей стелю тишине.

Слышишь, как осень идет

Под серебристый звон?

Чуешь, как сердце мое

В твой погружается сон?

Сердце мое прильнет

К вздрогнувшим векам твоим.

Слышишь, как осень идет

К глазам твоим голубым?

Женщина должна быть мудрой, как змея и чистой, как ребенок. Но и ребенок может причинить страдания, а мудрость иногда чуть-чуть опаздывает. Как невозможно остановить время, так невозможно удержать и женщину, уходящую от нас в какие-то непонятные для нас миры. И снова - печальный аккорд...

Наутро, осветлив осенние пространства,

Пал наземь белый, чистый снег,

Прикрыв собой любви непостоянство,

Несбыточных надежд напрасный грех.

Я еще помню твой вчерашний смех,

Но пала картой истины пора:

Мы просыпаемся с надеждой на успех,

Глядь, все ушло в далекое "вчера".

Осенний вечер золотом светил,

Не гасли долго фонари...

Я это все под сердцем приютил,

Коль места нет у праведной зари.

Наутро, удлинив осенние пространства,

Как на века пал светлый, чистый снег,

Тщась показать нам истин постоянство

И призрачных надежд напрасный грех.

Дороги мудрости - длиннее прочих всех.

А женщина уходит. И гибнет мир. И Земля - другая. И нет Ее на Земле!

Не верю, не верю, не верю,

Что Вас на Земле больше нет!

За дверью, за дверью, за дверью

Горит еще в комнатах свет,

Зажженный вашей рукою,

Светивший вашим глазам.

Укрою, укрою, укрою,

И Вас не отдам я слезам.

Я Вас в небеса поцелую,

Ушедшую в дальнюю даль.

В квартиру зайду я пустую,

Чтоб с ней разделить всю печаль.

За дверью, за дверью, за дверью

Давно уже выключен свет.

Не верю, не верю, не верю! -

Молчание было в ответ.

Неужели это конец? Неужели высшему замыслу это нужно? Нет, высший замысел - это Вечность. В ней нет разлук, в ней нет одиночества. Так в чем же дело?

Зона протеста, время протеста! Не все зависит от силы воли, многое зависит от силы воображения. Человек, не имеющий воображения - беден. Имеющий- болен: он завязывает на предмет воображения всю свою жизнь,  и этот воображаемый предмет, материализуясь в ней, становится ее вдохновляющим смыслом и любовью.

Мираж, воздушный замок - вот что такое любовь. А мы, заболевшие этим, смотрим сквозь мираж  на все происходящее, и до какой-то поры не осознаем, что если он исчезнет, исчезнет и Вселенная, и мы окажемся в другом,  в совершенно чуждом нам мире. И до тех пор прилагаем всю свою волю, чтобы избавиться от миража, пока не осознаем, что это - самоубийство!

Если мы не хотим быть самоубийцами,  отрешимся от себя и спрятав любовь, останемся  верными ей. И тогда за осенними красками уходящего лета мы, может быть, снова увидим наши прекрасные воздушные замки и захотим жить.

Осенняя тоска, сменись надеждой! Если близкие люди тебя не предадут, ты сумеешь увидеть свет среди темноты, почувствовать тепло среди холода. Если твоя любовь жива, зима подарит тебе цветы. Если сердце живо, и ты не изменил своей жизни, то ты еще почувствуешь запахи летних гроз и ночную душистую мглу. Если  ты еще не разучился молиться, и радость от молитвы охватывает тебя - тебе поможет Он, твой Небесный Отец, к которому обратится твое сердце. И ты уйдешь от  уныния, от вражды и беды и  увидишь Солнце в осеннем саду.

Вот эпоха осенних дождей,

Вот тоска, барабанит тоска.

Средь холодных ветров обогрей

Меня, теплая в сердце река!

Напои мою душу вином,

Дай тоску мне в себе превозмочь.

А затем - королевским путем

Проводи в предстоящую ночь.

Я желанья в дождях разолью, -

Будет ночь исполнений полна.

Листья с крон продадут королю,

Мне подарят цветов имена.

В именах этих-запахи гроз,

И ночная душистая мгла.

В них сверкание утренних рос,

Напоенные светом луга.

А король разрисует листву

На щемящий осенний парад,

И пройдет, натянув тетиву,

В ожиданьи склонившийся сад.

И раскроется небо до звезд,

С синевою поднимется день.

Ветер, листья к ногам что принес, -

Королевски небрежная лень.

И раскроется небо до звезд,

Синим утром светла будет даль,

И на голеньких ветках берез

Мне почудится новый январь

На осеннее Солнце смотрю,

В сердце полная чаша вина,

Мне б ее поднести январю,

Пусть зима ее выпьет до дна.

Я же стану от радости пьян,

Ухожу от вражды и беды.

И природы доверчивой стан

Не снега опояшут - цветы!

Разлука - ложь! Страсти - обман! Пусть сияет свет! И тогда исчезнут темные очертания и мы увидим Божественную суть природы. Все пройдет. Пройдет боль, и еще много чего предстоит душе, обучающейся преодолевать страсти, невежество и смерть.

Созвездьями зовем

Мы звездные деревья.

Произрастают звезды,

Словно листья.

Однажды осенью

Слетят они с деревьев,

Исполнить песню сфер,

Под нашими ногами.

Мы можем догадаться

Их положить в ладони,

И горсть подбросить,

Чтобы засверкало

Над нами снова

Звездною листвою.

Так дело обстоит

На тех благих планетах,

Что осень звездную

Уже переживают.

Так выглядел наш мир

Из звездной колыбели.

Так будет выглядеть,

Когда он повзрослеет.

И будем вспоминать

Мы наши страхи и молитвы,

Как мы боялись

Смерти и болезней.

Так маленький ребенок полагает,

Что все уколы в мире

От злодейства.

Но повзрослев средь звезд,

Ссыпающихся с неба,

Мы истину поймем

И сущность обученья.

И, не боясь прививок,

Рассмеемся

Над детскими страданиями мира,

Величие природы сознавая,

Божественную милость

И искусство Любви и Красоты,

Что Бог нам преподносит.

Неземное мы учимся понимать на Земле. Простим этот мир, простим эту Землю. И спадет пелена с наших глаз. И увидим простую земную красоту и ее неземное, Божественное продолжение.

Любимая моя, на этом дивном свете

Ты в осени найдешь раздумье красоты.

На золоте страниц, творимых в однолетье

Из вечности в сердца протянуты мосты.

Вдруг ветер зашумит, сорвав охапку листьев, -

Не стоит слышать в том безрадостный мотив.

То музыка веков проникла в царство лисье,

Коснулся нас аккорд с высот миров иных.

***

Открыта настежь дверь

В пространства золотые.

Как краток этот миг,

Да  сказочно богат.

Огни горят в листве,

Поверьте, неземные.

То Солнце снизошло

В осенний листопад.

В ветвях тенистых - сон,

Но в пламени поляны.

Вот лист еще упал

На древний "космодром".

Кружит осенний вихрь,

А мы светлы и пьяны,

Соединивши все

В мгновении одном.

Все истины полно,  -

Есть высшее в печали,

Что с суетою нас

Готовит разлучить.

Посмотрим сквозь листву

В космические дали.

Там красота и Бог,

А значит, стоит жить.

Стоит жить, стоит радоваться золотой осени, и прозревать в ней не гибель, а совершенство, не скучное безмолвие, а сияющую тишину и рождающееся слово. И пусть все продолжается!

Разбросать бы краски-

И наступит лето,

Сочного зеленого,

Голубого цвета.

Чуть заменим краски-

Явится к нам осень.

Золотая, красная,

Милости вас просим!

Все сольются краски,

И придет зима, -

Белая красавица

На землю легла.

Зелени добавим-

Сердце запоет.

Вновь весна

Глазастая

Краски нам несет.

Разбросать бы краски-

И наступит лето,

Сочного зеленого,

Голубого цвета!