# Тантра Печорина

Валентин Юрьевич Ирхин

Григорий Печорин прочно вошел в программу советских духовных школ и училищ как герой последнего времени - сильный практик высших ступеней йоги и тантры, окончательно разрывающий оковы сансары.

Что до меня касается, то я убежден только в одном... - сказал доктор, - в том, что рано или поздно в одно прекрасное утро я умру.


Печорин и доктор Вернер

ведут рассуждения

о духовной практике,

стадиях пути к архатству,

ступенях к невозвращению

в традиции малой колесницы,

сколько им раз предстоит

на этом пути

умереть и родиться.

**

Овладевая практикой тантры,

Печорин сказал:

я люблю врагов,

хотя и не по-христиански,

они забавляют,

волнуют мне кровь,

дают жизненную энергию.


Но где нынче сыщешь врага такого?

Разве что звонки по телефону

от заграничных мошенников

испытывают добродетель

и поднимают давление.

**

Как только пахнет ветер,

Печорин бледнеет -

Он тонко чувствует

Дыхание вечности,

Святое присутствие

Тяжелой руки Отца.

Хотя и бесстрашен

В своем созерцании,

Не может смеяться,

Разве что от отчаянья.

**

Вечный российский спор

Стеньки с княжной,

Всевышнего с Церковью,

Христа с Невестой,

Печорина с Мери.


Великий святой

не выбирает любовь.

Еще минута, и он бы упал

смиренно к Ее ногам,

но высшей дхармой

побеждено состраданье.

**

Печорин совершенствует

Практику разделения.

В нем два человека:

Один живет на земле

И подвластен смерти,

Второй внутренним светом

Ему освещает жребий

И судит его на небе.

Удастся ли им встретиться?

**

Печорину не спится

Накануне дуэли:

Как бы ему отменить

Встречу с Грушницким,

Для мира смертельный

Диалог с Всевышним,

Пылающим гневом и ревностью?

Однако напрасны сомнения -

Пророчество не прекратится.

**

Мир раздирают бури и страсти,

Ноги скользят, дождь в Пятигорске.

Печорин не выстоял на дуэли,

Медленно падает в темную пропасть.

Но нет для героя опасности -

Он ведь недавно листал Кастанеду.*


Только надо успеть

Всё понять и простить,

Глядя на острые скалы

Людям послать счастья.

Руки сжимают затылок,

И как твердя молитву

Перечисляет Печорин любимых,

Спасает каждое имя:


Мери оставила блеск света

Ради Московского университета,

Вера в обойме гламурных писателей,

Роман о Григории издан Вагриусом,

Бэла постигла методы суфиев,

Пулям-кинжалам совсем недоступна.


Освоили контрабандисты

Гуманитарные миссии,

Обрел просветление Вулич,

Закончив с Танатосом битву.

Мудрый Максим Максимович

Один из Бессмертных Китая,

Стал генералом Грушницкий,

Жаль, что он книг не читает!


*Дар Орла, гл.15