# "Слышу звон тишины..."

Виктор Николаевич Калугин

"СЛЫШУ ЗВОН ТИШИНЫ..."


Утро


Еще помалу утро зрело.


Октябрь спал.


Мороз лукавый индевело


Траву сковал.


Но луч зари волшебным гребнем


Уже чесал


Холмы, притихшие деревья.


Я различал


Домов мерцающие крылья


В размахе крыш.


Виденья обрастали былью,


Вспорхнула тишь.


Проснулся дом. За сетью шторок -


Игра теней.


К кому спешу, едва расставшись:


К себе ли, к ней?


* * *


Запылало солнце плашкой,


Млеет бирюза.


Облака в ночных рубашках -


Лики в образах.


Тлеет сумрак оловянный,


Пес тревожно спит.


Скрип калитки деревянный


Ухо теребит.


А заря вовсю хлопочет,


Окна запаля.


Стала на рассвет короче


Круговерть моя.


Бродячий пес


Бродячий пес, без дома и двора,


Свободен от цепи и от забора.


Ему не нужно с ночи до утра


Хранить невинность дома и затвора.


Свободен абсолютно, без натуг.


Нет конуры, а стало быть, уюта.


И бродит по дворам, ища приюта


У несвободных братьев и подруг.


Зима


Зима-зимушка, горки-саночки,


Зима - девица в полушалочке.


Закружилася рано поутру,


Разыгралася снегом по ветру.


Во поле поет, за околицей.


Молодец идет, хорохорится:


"Пришла зимушка, зима шалая,


Отворяй врата, Русь удалая!


Принимай гостей, Русь крещеная,


Серебром полей освещенная!"


Зима-зимушка - дама ладная,


Белолицая да румяная,


Укажи стезю бегу санному,


Моему коню окаянному.


Бубенцовый звон разливается,


Под копытами снег вздымается.


Устремилися в дальние края,


Где качается колыбель моя,


Где мечта живет в голубом краю...


А метель поет: "Баюшки-баю".


Зима-зимушка - баба хладная,


Пышногрудая стерва праздная.


Разгулялася, ненасытная,


Замела стезю горемычному.


Остудила кровь, встали саночки.


Холодна любовь в полушалочке.


Ночь, застав в пути, оседлала трон,


Да застыл в степи бубенцовый звон.


Посредине войны


Утомленная осень.


Слышу звон тишины.


Я сегодня убитый


Посредине войны.


Вижу зарево взрыва,


Две березы горят,


И снаряды лениво


Надо мною летят.


Кружат листья коленца


Под аккорд тишины.


И ложатся на сердце


Орденами войны.


Я лежу безымянный,


Убиенный войной.


Взор открыто-стеклянный


Восхищен тишиной.


Дева в мантии длинной


Подошла не спеша,


И на зов журавлиный


Отлетела душа.


Утомленная осень


На закланье войны.


Я сегодня убитый


Посреди тишины.


Месяц


За мое окошко месяц зацепился.


Ярко-желторотый, только что родился.


И струится лентой шелковой дорожка,


И стучится милый в темное окошко.


Ты зачем, сердечный, душу мне тревожишь?


Или плыть по небу ты один не можешь?


Или ты боишься в звездах затеряться?


Или жеребенком хочешь поиграться?


На потом оставлю я души мученья.


Я с тобой, дружочек. В прошлое сомненья!


Поиграю, так и быть, я с тобою в салки,


Если покачаешь на своей качалке.


А потом, под утро, до восхода солнца


Загляни, дружочек, к девице в оконце.


Подожди, строптивый, только не балуй.


Забегу, оставлю нежный поцелуй.


Я ей звезды с неба в локоны вплету,


Шелковою лентой косу подвяжу,


Жаркими губами перси потревожу


И любовь, быть может, в милой растревожу...


За мое окошко месяц зацепился


И мечтам поэта смехом разразился.


Гром


Грянул гром надежды.


Долгожданный дождь


Вымочил одежды


Легкие. Насквозь.


Под прилипшим платьем


Вздрагивает грудь.


Обнажил причастьем


Наливную суть.


Гром гремел все глуше:


"Ждите. Судным днем


Обнажу Вам души


Проливным дождем".


Солнцекупание


Потакая проказам


Уходящего дня,


Мгла легла над Кавказом,


Тайны ночи храня.


Спелый плод торопился


Горизонту в лукошко:


По волне прокатился


Золотистой дорожкой.


Месяц бросил усмешку


На невинную шалость -


Обнаженною девкой


В море солнце купалось.


Я живу в России


Я живу в России. Ну и что ж,


Что бывают в жизни огорченья,


Что гадюкой укусила ложь,


И горчит клубничное варенье.


Что уже отрезан ломоть жизни,


Юность ускользнула сквозняком.


Я пришел преемником в Отчизну,


А уйду отсюда босяком.


Ничего, что мне бывает трудно,


И порой в кармане ни гроша.


Я живу в России неприблудно,


Отчего же мечется душа?


Эпитафия


...Порой паря под небесами,


Жестокости людской не находя ответ,


Я Господа молю: "Пусть будет с Вами".


Как хорошо, что Вы теперь не с нами,


Хоть горько очень, что Вас нет.


* * *


Котенок листопадной масти


Дрожит "осиновым листом" -


Он избежал собачьей пасти,


Осину оседлав верхом.


Отчаянье в глазах котенка,


Трубою хвост и уши влет,


И зовом жалобным ребенка


С ветвей сигналы подает.


Лишь только я остановился,


Он по стволу чуть опустился


И встал... - страх обуял.


Я ж, изловчившись, "горе" снял.


Он благодарность источал


И, не давая мне дороги,


Мурлыкал ласково, скакал


И терся на ходу о ноги.


Так добрели мы косолапо,


Я и котенок-"верхолаз".


И, попрощавшись с ним за лапу,


Я молвил: "Ты мне душу спас".


Признание


Прими восторг очей моих,


Тесненье чувств необъяснимых,


Речей простор необозримый


И в твою честь нехитрый стих.


Природа! Лишь тебе одной


Дарую ласковые пени,


И свои бренные колени


Склоняю только пред тобой.


Обрывок детства


Обрывок детства: вьюга, сени, печка,


И половицы шаткие ворчат.


В углу икона, догорает свечка.


С мороза влажные поленья так коптят.


Древесный дух мои теребит ноздри.


Мне ново все - куда ни посмотрю:


В стене торчат забеленные гвозди,


От них стремится нить к календарю.


Качаюсь в люльке, светел и беспечен.


Ведь я пока не знаю ничего,


И от того пред долгой жизнью вечен.


Качаюсь в люльке, и гляжусь в него...


Обвисший потолок в тенетах с пауками


Я бороздил глазами, как моря.


И, утомленный, забывался снами.


Кряхтя, в печи ворочалась заря,


Бесились полуночные виденья,


Плясали тени по изъянам стен.


И мне шептали влажные поленья


О суете грядущих перемен.


И верно, перемена наступала -


Бабулечка - источник доброты,


Ворча, меня привычно пеленала:


"Ох, лихоманка, будь неладен ты..."


Обрывок детства: вьюга, сени, печка,


С мороза влажные поленья так коптят...


Мне память сохранила то местечко,


Где половицы шаткие ворчат.


* * *


Разбудите меня рано,


Разбудите на заре.


Под дождливое сопрано


В золотистом сентябре.


Я отправлюсь на свиданье


С юностью своей.


Под деревьев состраданье,


Под шатры ветвей.


Запоздалое признанье


Милой подарю...


Не подаренным букетом


На погост-зарю.


Красотка


Поразила, повергла, сразила


Легкой шашкою красота.


И в поверженного вонзила


Взгляд надменности свысока.


Красотою своей - ненадежна,


В совершенстве своем - неверна.


Так прекрасна! И так невозможна...


Слава Богу, что мне не жена!


* * *


В небе, где лишь звезды грезят,


Да не взятая строка,


Месяц золотой уздечкой


Погоняет облака.


Степь лазурную буравит


Блеск мерцающих сестриц.


А малец в уделы правит


Серебристых кобылиц.


Нет в желании порока -


Мыслью запрягу строку,


И помчусь на зов пророка


На заоблачном скаку.


В нашем мире так немного


Удивительных чудес.


Дайте ж, дайте мне потрогать


Край полотнища небес.


Где, вздыхая, звезды грезят,


Да не взятая строка,


Где малец златой уздечкой


Погоняет облака.


* * *


Утро кануло в тумане.


Крепнет озорник-мороз.


На заснеженной поляне


Вижу ноженьки берез.


За пределами тумана


Блекнет старая луна -


Соучастница обмана,


Не роняет свет она.


Лишь фонарь на косогоре,


Нарушая лжи покой,


Светится в ночном дозоре


Яркой свечкой над рекой.


Пробуждение


Хрустит под валенком зима.


Мохнатит шапкою берлога.


С берез обвислая чалма


Спадает. Эка недотрога!


Вот стукнул дятел, грея клюв.


Кора коростою слетела.


Сорока, крыльями махнув,


Вертя хвостом, поодаль села.


Пробился через толщу туч


Могучих крон веселый вестник:


Кусочек солнца - желтый луч,


Царя небесного наперсник.


Иду. Ступаю, трепеща,


Нарушить таинство боюсь.


Здесь пробуждалась не спеша


От долгой спячки моя Русь.


Последний путь


Осень, сыро, стылый ветер


С древа рвет листву.


Клен скрипит: "Еще не вечер",


Я еще живу.


Но по-прежнему теряет


За листком листок.


Жизни силы иссякают,


Значит, вышел срок.


Значит, время пролетело,


Значит, выпит сок.


И кружится ошалело


Золотой листок.


- Ты возьми меня с собою


В свой последний путь.


Я как ты лишен судьбою


Жизни. Ну и пусть.


Я уже всего изведал:


Был в рассвете сил,


Меда горького отведал,


Верил и любил.


А теперь, как лист осенний,


Сброшенный кружусь...


Знаю, скоро, день последний,


Я, как ты, дождусь.


Мишка


Мишка режет крендельки


На замерзшей луже.


У него-то "снегурки",


У меня - похуже.


Развязались ремешки,


На боку салазки.


В полушубке не с руки


Совладать с завязкой.


"Миша, Миша, завяжи!


Помоги, братишка..."


И, оставив виражи,


Выручает Мишка.


Мишка за меня горой -


Брат и друг надежный.


С ним идти не страшно в бой,


И в разведку можно.


Упаду - поднимет он,


Шапку нахлобучит.


Не какой-нибудь пижон,


Он всему научит!


Гвоздь забить, убрать занос -


Мишка все умеет!


Уши обморожу, нос -


Снегом отогреет.


Режут быстрые коньки


Пузо мерзлой лужи.


Жаль, короткие деньки,


Да кусает стужа.


Отзвенели снегурки,


Отогрелись уши...


Те морозные деньки


Невозвратно далеки,


А так греют душу!


Как жаль...

(В. Чурилину)


Как жаль,


Что я тебя не знал...


Легла печаль


Вороньей стаей -


Опустел души вокзал.


Ютились стайками клесты


В объятьях вьюг.


Их покидал,


Рубя концы,


Крылатый друг.


Могильный холмик -


Твой причал


Среди крестов.


Как жаль,


Что я тебя не знал,


Твоих "Клестов".


И пусть пройдет


Немалый срок,


Но прорастет


Среди живых,


Травою строк,


Поэт-пророк.


След


Льет луна холодный свет


В снежную тропинку.


Тень легла в собачий след,


Подмигнула льдинка.


Убегая, след ведет


За туман мохнатый.


Снег идет, идет, идет,


Да ложится ватой.


Растолкав березы врозь,


Вышла на смотрины


В белом полушалке гроздь


Молодой рябины.


След, вильнув, умчал вперед,


Пожелав удачи.


За туман, где кто-то ждет


Нежности собачьей.


Новогодье


Треск мороза, стынь до свода.


На березе снежный зонт.


С пробуждением восхода


Рисовался горизонт.


Розоватым полушалком


В сизом сумраке паря,


Обозначилась весталка -


Бугодакская гора...


А луна в молочном плене


Из промерзшей глубины,


Наблюдала пробужденье


Новогодней тишины.


* * *


По избе зашарахались мыши,


Карандаш по бумаге строчит.


В тишине заворожено слышу


Эфемерные вздохи ночи.


То сова неожиданно крикнет,


То лягушка несложный аккорд


Вознесет...и надрывно утихнет,


Бригантиной, входящею в порт.


Только тишь, писк мышей и пучина


В покосившейся раме окна.


Я спокоен, уснула Отчизна


И во сне... улыбнулась жена.


* * *


Как ямщик залетных гонит


В мыло. Право, не со зла.


И хрипя, взлетают кони


Закусивши удила...


Так и я гоню мгновенья


Тяжких размышлений труд.


И грызут узду сомненья -


Мысли взмыленных минут.


Та погоня бесполезна -


От себя, загнав коней...


Только на исходе дней,


Ясностью поманит бездна.


* * *


Что посеешь - то пожнешь.


Стерпишь - слюбится.


Помечтаешь горячо -


Смотришь - сбудется.


Не руби меня с плеча -


Чувства сколются.


Кто обидел сгоряча -


Долго молится.


* * *


Зажило, как бабка отшептала,


Все прошло, как не было беды.


На огранках мутного стакана,


Отпечатков таяли следы.


Не сбылось... так что ж,


Другое будет.


Я и сам теперь уже другой.


Может ту, которая полюбит,


Назову заветною мечтой.


Зажило, как бабка отшептала.


Все прошло, как не было беды.


Все прошло, но сердце клокотало


И в стакане не было воды.


В который раз...


В который раз пред Ним, в переднем,


Я преклоненно, вразнобой,


Ее оправдывал пред прежней,


Перед теперешним собой.


Желал ее, и гневил Бога,


Что проклинал ее затем...


Она простила у порога


Меня... За что? Зачем?


* * *


А луна сегодня полная,


Словно спелый апельсин.


На цепи собака сонная,


Проглотившая аршин.


Хоть бы тявкнула для верности:


Все в ночи не одному


Думу ворошить о вечности,


В неустроенном дому.


* * *


Обманули! Выкрали суму!?


Сняли с плеч последнюю рубаху!?


Каждому дается по уму:


Дураку - колпак, министру - бляху.


Обманули? Ну а ты - не вой.


Посмотри на горести иначе -


Может на последний рубль твой


Кто-то стал счастливей и богаче.


Время


Оно спешит, его торопят,


С надеждой ждут, и гонят прочь.


Бездельем заживо хоронят,


Тоску не в силах превозмочь.


Влюбленные не замечают.


Старик, предчувствуя черед,


Его с улыбкой вспоминает...


Оно же - знай себе идет.


Никто его не остановит.


И только озорной малыш,


Неутомимо время ловит


По капле... у покатых крыш...


* * *


Знаю - все кончается


И мой слог не нов.


Колыбель качается


С вереницей снов.


Ветерок баюкает


Тихую мечту,


Дочь моя агукает


Ясному Христу.


Лишь дитя общается


С Господом шутя...


Колыбель качается,


Спит мое дитя.


Колыбель качается


С вереницей снов...


Знаю, все кончается


И мой слог не нов.


* * *


У ночи строгие черты:


На переносицу окна,


Морщинка лунная легла.


А дальше - царство темноты...


Сегодня мы близки с тобой


И далеки, как никогда...


Упала за окном звезда -


Желаний, всколыхнулся рой...


Я взгляд поймал случайно твой.


А ты не здесь, и не со мной.


Войди в мой дом


Войди в мой дом,


Он для тебя.


Здесь все содеяно мечтою.


Войди в мой дом,


Войди со мною,


Здесь все содеяно, любя.


Пусть нету стен


И нету крыши,


Зато не угнетает плен.


А дом без крыши


Только выше,


И не грозит смердящий тлен.


Войди в мой дом...


Как хороша


Свеча, зажженная мечтою.


Войди в мой дом,


Войди со мною.


Святейший дом - моя душа.


Перевоплощение


А город спит и видит сны,


И тишь баюкает кварталы.


И крыш заснеженных увалы,


Сверкают серебром луны.


А я один во всей округе


Владею этой красотой!


И вижу первые потуги


Светила за слепой чертой.


Прошу тебя, замри, мгновенье!


Я надышусь твоей красой,


И с догоревшею звездой,


Постигну перевоплощенье.


* * *


Сентябрь желтою листвой


Сорил полуденным прохожим,


И покрывал бульвары кожей


Песчаной ящерки... Порой


Веселый ветер брал охапку


Кленовой россыпи в кулак,


И щедро чествовал зевак -


По-царски охровою шапкой...


Я брел по скверу над листвой,


Без вожделений и надежды.


Сегодня я топчу одежды,


Что завтра лягут надо мной.


Как переменчив этот мир.


Все, что любил я изначально,


Другим явилось, как печально...


Развенчан избранный кумир.


* * *


Задул Борей, прижал траву,


Затявкал по-щенячьи,


И заметался средь полей


Собакою бродячей.


И хлопнул гром, и дождь пошел,


И долго в окна бился.


И древний дед, что в дом вошел,


На угол покрестился.


- Что ж, проходи, садись, старик.


Вздремни, обсохни вволю,


Как в непогодицу идти


По залитому полю?


- Бог даст, Бог даст, - могучий бас


По дому прокатился...


А дождь услышал Божий глас,


И тотчас - прекратился.


Скука


Как здесь скучно, хочется в деревню.


На полати жаркие забраться


И, предавшись всемогущей лени,


С кошкою хозяйской забавляться.


Друг мой, после бани не попишешь.


Если в доме ты желанный гость,


Выпив самогоночки, услышишь,


Как в утробе тонут боль и злость.


Ах, какое для души спасенье!


В этот миг готов весь мир объять!


Влезть в ярмо, как дама в ожерелье...


Иноходцем вздыбленным заржать!


И бежать, бежать - поля велики.


Суховей колышет ковыли.


И, упав, отведать земляники


С пуповины матушки земли.


Здесь же скучно, хочется в деревню...


А из бани - сразу на полати.


Женщине отдаться ль, вдохновенью


В ситцевом, ромашковом халате.


М. Ю. Лермонтову на стихотворение

"Всевышний произнес свой приговор"


Позволь поспорить, мой поэт.


Всевышний нас с тобой не судит,


Отец детей безмерно любит;


Как может, бережет от бед.


Мы ж сами приговор выносим


Самим себе, своей судьбе;


Душой возлюбленных возносим,


Забыв любовь к Нему, к себе.


Все отдаем: здоровье, годы,


За взгляд красавицы хмельной.


Ревнуя, создаем невзгоды...


И тает образ озорной.


Мечта уж кажется причудой,


Улыбка - не такой живой,


Беседа - тягостной обузой,


Любимая - не дорогой.


Теряет смысл минут теченье,


И меркнут краски прежних дней.


Уста тревожат лишь моленья


К творцу и участи своей.


Отбрось унынье! Восхитись,


Как гордые летают птицы!


Там океан простора, высь!


А наша жизнь - полет орлицы.


Кружит! Кружит, ловя поток


Могучих чувств восторг глубокий,


И ощутив любви глоток,


В ущелье падает жестоко.


Но встав на вольное крыло,


Парит, и воздух пьет свободы...


В себе люби - дитя природы,


И не хули творца за "зло".


Резюме о финале романа А. С. Пушкина

"Евгений Онегин"


Я не хочу такой финал -


Досадный, Вашего романа.


Зачем душа моя Татьяна


Отвергла бывший идеал?


Что это было? Просто месть?


Отвергнутой любови спесь?


Нельзя, поэт, пойми, нельзя


Душой воистину любя,


Во имя пресловутой чести,


С моралью, нравственностью вместе,


Коль на весах любовь лежит -


Нельзя любовь любви лишить!


Фотография


Ее глаза уставшей птицы


Хранят по-прежнему любовь.


Бровей стремительные нити


Таят несказанную новь.


И повторяет взгляд улыбка,


И я Создателя хвалю.


И в океане страсти зыбкой


Кричу без голоса: Люблю.


Люблю, люблю... и все неважно:


Карьера, слава... Лишь душа,


Что вспыхнула в глазах однажды,


Улыбка нежная важна.


Боготворю ее начало,


оправы трепетный венец...


Как ты спасительно молчала,


Как я, разрушил все - глупец.


Невеста


В рассветном небе облака,


Как стая лебедей.


Невеста юная бледна;


Одна, среди людей.


Подобно белым облакам


Ей плыть по лону дней.


Растить и пестовать детей,


Как белых лебедей.


* * *


Зареченные пороки


От тюрьмы и от сумы.


И порочные пророки...


У одних - большие сроки,


У других - бессмертье тьмы.


Бабье лето


Печаль качнулась


В глазах твоих.


И встрепенула


Мой новый стих.


Он отозвался


В душе струной,


Листвой осенней


Над головой.


О, бабье лето!


Твоя пора


Мне всех дороже


Красот двора.


Печальна доля:


Во всей красе


Увять листвою...


Глаза в росе.


Но если снова


Качнется грусть


В глазах любимых,


Родится пусть


Весна ребенком,


Чей лепет тих.


С листвой зеленой


Родится стих.


Робость


Дорожу жестом,


Дорожу взглядом,


Когда нет тебя,


Нет со мной рядом.


Я ищу встречи,


Чтоб сказать много.


Но молчат речи,


Хороня слово.


Не ловлю взором,


Не ищу взглядом -


Щипачем-вором


Я иду рядом.