# Южноитальянская история

Роман Аронович Камбург

Романтика она везде романтика..а уж в Южной Италии..побывайте..посмотрите

Южноитальянская сказка


Простота, Постоянство и Постоянное Разнообразие-вот Вам рецепт счастья, мой дорогой Бенвенутто.


Мадлен 1


Cтена голая, гладкая без выступов и четких очертаний, похожая на утреннюю ненакрашенную женщину, служила фасадом двухэтажному дому весьма странного эклектического стиля, или скорее с отсутствием всякого стиля. Стена выходила на шумную узкую улицу с односторонним движением и трамвайными путями. Машины ехали по трамвайным путям, а трамвай здесь у дома делал резкий поворот, и снопы искр сыпались из под дуг, а колеса скрежетали о сталь старинных рельс. Кто-то крикнул из раскрытого окна трамвая в сторону дома-Эй! Мадлен! Доброе утро!-Мадлен, рыжеволосая, выглянула на крик из своей кухни, но успела увидеть только удаляющийся трамвай. Сегодня начиналась новая неделя, и утренний мужской возглас поднял ей настроение. Мадлен привычно закурила свою утреннюю дамскую сигаретку, дождалась у окна следующего трамвая, словно в надежде, что кто-то опять пожелает ей доброго утра. Но прошел следующий, и еще один, и еще...Мечты ее витали далеко. А когда она как бы очнулась, то отошла от окна к остывшему кофе. Допила его и докурила сигаретку.-Это был опять он-с улыбкой подумала Мадлен о незнакомце.

А рано утром следующего понедельника ровно через неделю Мадлен вновь услышала долгожданный крик-Эээй!!! Мадлен! Доброе утро!- И снова она не успела добежать до окна. Но когда выглянула, то заметила на асфальте около поворота что-то голубое, чистого цвета как их южноитальянское небо. Она мгновенно сбежала вниз, и голубое пятно превратилось в букетик фиалок. Там, где цветы связывались вместе, белел маленький свернутый листок бумаги. Мадлен наклонилась и вдруг обратила внимание на свои ноги, вернее на ногти с красным облупившимся лаком. Если бы ей лет десять назад показали бы такие ноги, она не поверила бы что это ее ноги. А теперь нужен был букет фиалок, брошенный ее невидимым воздыхателем, чтоб разбудить ее от спячки. -Сейчас же займусь ногтями-подумала Мадлен, поднимая фиалки и разворачивая записку.

-Синьора Мадлен! Пусть неделя будет для вас удачной. Молюсь за вас и припадаю к вашим ножкам. Бенвенутто.

Чтоб никто из редких прохожих не видел, Мадлен поцеловала фиалки и как девочка вприпрыжку побежала на свой второй этаж.-Письмо словно из прошлого-молюсь за вас и припадаю к вашим ножкам.-Торопясь, она налила горячей воды в таз и погрузила туда ступни. -Что же случилось со мной?-Мадлен лихорадочно повторяла-Бенвенутто...Бенвенутто...Бенвенутто...

Мечты ее парили далеко-далеко, высоко-высоко, когда раздалась электронная тарантелла целлюлярного телефона. Звонили из страховой компании. За прошлогоднюю аварию ей полагалось 12 тысяч евро в виде компенсации. Просили подтверждение адреса, чтоб выслать бланки для заполнения. -Виа дель Бьянка, 14-3, Неаполь. А когда я смогу получить деньги?-поинтересовалась Мадлен. -В течение месяца после получения заполненного бланка мы переведем их на вас счет, синьора-ответил ей искусственно вежливый голос агента.-Что ж действительно неделя начинается удачно, и молитва Бенвеннуто помогла... Мадлен улыбнулась, снова начав грезить о таинственном незнакомце. А еще через полчаса она с удовольствием разглядывала свою работу, так идеально лег сегодня лак на ее ногти.-Теперь уж он точно сможет припасть к этим ножкам, и Мадлен кокетливо стопроцентно по-женски покрутила ногой перед собой. Ее густой южноитальянский смех рассыпался по старой квартире.


Сон 1


Бенвенутто часто видел один и тот же сон. Он понимал, что продолжать убегать было абсолютно бессмыссленно, потому что с каждой минутой они приближались. Отчего то мелькнуло-а вдруг я полечу, как в детских снах. И вспомнилось быстро как перед смертью, прокрутилось как в фильме в этих удивительно повторяющихся снах, страх, даже нет, леденящий ужас преследования, сменяющийся на удивительное избавление в виде полета, отрыва от земли и божественной легкости, и обескураженности преследователей.

Другая мысль, мгновенно сменившая первую, дарила фантастические надежды на раскрытие в экстремальных ситуациях невероятных сил, превосходивших намного обычные силы человека. Так он всю жизнь ждал чуда, а оно не приходило.

Неведомым чувством он уже знал, что черные дыры стволов следуют за ним плавно и незаметно, суля через инфракрасные прицелы только одно-конец.

Физическая усталость и психологическое истощение брали верх над жаждой жизни, и тогда он начал на бегу, задыхаясь, про себя шептать словно молитву обращение к отцу. Не к Отцу-Богу, он не умел при жизни общаться с ним, а к своему, ушедшему в иной мир, отцу-папе.-Отец, научи, чтобы сделал ты в моем положении? Помоги мне, папочка!-И вдруг словно без его участия, словно уже сраженный пулей, он упал подкошенный на жесткую траву, перевернулся несколько раз и полетел куда-то вниз, раздирая колени и локти. Пули летели вслед, ударяясь рядом о камни. Очнулся на дне оврага в одном только ожидании, что сейчас появятся у края они, окружая со всех сторон и целясь уже прямо в лоб или сердце. Однако вместо этого громко переливалась вода и то ли ручей то ли речка подхватила его словно камень и понесла куда-то. Сознание провалилось, оставив последним ощущением шум воды, боль в локтях и коленях...и все...все. Когда же он очнулся, то ощутил себя лежащим в грязи, нет это был речной ил, гладкий, скользкий, но удивительно пахнущий свежестью и свободой. Правда свободу разбитое тело воспринимало пока как покой, долгий, удивительный покой...


Видно быстрый сон этот пришел под утро, под самое пробуждение. А первая мысль при пробуждении была-Зачем? Зачем я встаю? Опять в те же заботы. И где они, где-чудеса?


Мадлен 2


С того достопамятного дня, когда через окно трамвая он увидел вдруг рыжеволосую Мадлен с тонкой сигареткой, он потерял покой своего долгого уже устоявшегося одиночества. В тот же день после работы он вышел у поворота на Виа дель Бьянка и несколько раз прошелся вокруг странного дома с гладким фасадом. Тогда он и узнал ее имя Мадлен. Какая то женщина во дворе звала ее, а потом она выглянула из того же окна, как и сегодняшним утром, неприбранная и с распущенными, поразившими его волосами, показавшись ему вечером как то более близкой и домашней. Он вернулся домой, но его беспокойство нарастало, и теперь каждое утро он, садясь в трамвай, пристраивался у раскрытого окна. Дважды ему повезло. Первый раз он только успел крикнуть-Эй, Мадлен, доброе утро! Потом он начал ежедневно покупать фиалки и прикалывать к ним записку. Так он ехал на работу, а на работе ставил цветы в стакан с водой. Когда он отвлекался от бумаг и компьютера, а взгляд его падал на фиалки, он мысленно мгновенно возвращался к Мадлен. Грезил об их знакомстве. А вечером вынимал букет и брал его с собой домой. Ставил в маленькую, но невероятно изящную сделанную под старину и доставшуюся от мамы вазу. А на следующее утро Бенвенутто вновь покупал фиалки у трамвайной остановки, и история повторялась. За неделю добродушная толстуха, продававшая цветы уже узнавала Бенвенутто, кивала ему, и как-то она заговорила с ним-Синьор, завтра как обычно вам будут нужны свежие фиалки?-Да, синьора, пожалуйста. Она только понимающе улыбнулась. А еще через несколько дней цветочница сказала-Синьор, сезон фиалок к сожалению кончается. Какие цветы вы будете покупать-будет гербера, гиацинты...-Я не знаю синьора, пока не знаю...давайте подождем еще несколько дней.-Что ж подождем, подождем-пробормотала она и подумала ему вслед-Какой милый и странный синьор. Самое удивительное, что в это же утро Бенвенутто повезло. Еще издали он заметил ее у раскрытого окна. Он изготовился. А еще через несколько секунд она отошла, но он уже метнул букетик на асфальт и крикнул-Эй, Мадлен, доброе утро! Он был уверен, что она возьмет букет с запиской, и следующие несколько дней он не покупал фиалки. Зато после работы он ежедневно выходил около ее дома, обходил его по несколько раз, садился на лавку и начинал мечтать, прислушиваясь к каждому звуку. Ему казалось, что он слышал ее голос и чувствовал ее шаги.


В следующий понедельник Мадлен встала рано, одела праздничное платье. Долго с непривычки делала макияж, даже подушилась, поймав себя на мысли, что запаха на таком расстянии Бенвенуто не почувствует.-Был бы он бабочкой, так почувствовал бы мои феромоны за пять километров!-Было около 8 утра, когда она заметалась, то выглядывая в окно в надежде крикнуть ему ответное- Доброе утро!, то сбегая вниз и снова поднимаясь бегом к раскрытому окну. Часы шли вперед 8, 8.10, 8.20, 8.25, 8.27, 8.28...а его не было. -Может я его пропустила, когда бежала по лестнице. Дура, надо было стоять и терпеливо ждать у окна! Всю жизнь ее подводило нетерпение. Мадлен нервно курила, глядя на приближающуюся к 9 часовую стрелку. Первый раз за последние недели он не появился в понедельник.

А Бенвенутто? Он не спал почти всю эту ночь. Видно сказывалось напряжение последних дней. Лишь под утро около 6 сон сразил его. Он проснулся в десятом часу опять с сердцебиением от погони и с мыслью, что пропустил свидание с Мадлен и опоздал на работу.


Сон 2


А сновидение было из тех же, повторяющихся...

Бенвенутто бежал вверх по винтовой лестнице, ведущей к колоколам. Церковная колокольня, запущенная с паутиной, голубями и полуразрушенными ступенями, возвышалась над пространством. Еле переводя дыхание, он выглянул в стрельчатое окно. Внизу насколько хватало глаз стелился туман. Бенвенутто вспомнил, такой пейзаж совершенно сюрреалистический он видел в фильме русского итальянца Тарковского. Он забыл название фильма, но туман и журчащая вода его поразили навсегда. А внизу за ним бежали люди в болотного цвета касках, похожих на кастрюли. Он был уверен, что это немцы. Немцы времен средневековья, или немцы первой мировой войны, ассоциирующиеся у него с ипритом, противогазами и кастрюлеподобными касками, как на картинах Дикса, или нацисты, но снизу на него дышала холодная жуткая организованная сила с автоматами и слышался тяжелый топот сапог. Бенвенутто продолжал бежать и все чаще заглядывал в окна. Почему, он не знал, но что-то подсознательное зрело в нем. Он добежал до очередной площадки, пытаясь понять что мешает им стрелять в него. Но сейчас он уже знал, что будет делать. Он выпрыгнул в окно, раскинув руки, словно крылья. И пачал парить как орел, погружаясь в туман и отдаляясь от колокольни. Теперь они, удивленные и ошеломленные, что такая лакомая и близкая жертва как беспомощный Бенвенутто ускользнул от них да еще таким странным нечеловеческим способом, стреляли и стреляли без конца. Очереди пуль свистели где-то неподалеку, но ни одна из них даже не приблизилась к нему. Ощущение же Бенвенутто напоминало чудесное избавление, а радость полета и парения нельзя было передать словами.


Первый раз в жизни Бенвенутто опоздал на работу. Трясущимися руками он набрал телефон босса, невнятно объяснял ему, что плохо себя чувствует и собирается идти к врачу. Вместо врача он пошел к психоаналитику.


Психоаналитик


У профессора Витторио Бенвенутто прождал в приемной не менее часа, рассматривая еа стенах оригинальные карикатуры на Фрейда, Фромма и Юнга. Потом улыбчивая как и полагается секретарша пригласила его пройти-Профессор ждет Вас, синьор- Витторио все в один голос рекомендовали как сильнейшего психоаналитика в округе. Он действительно сразу располагал к себе, вальяжно развалившись в глубоком мягком кресле, и посасывал потухшую трубку. Сидел он свободно без налета важности, которая всегда ставит стенку с собеседником.-Ну-с. Что Вас привело ко мне, дорогой Бенвенутто? Он даже не запнулся на имени и не скосил глаза в какую-нибудь записку, он назвал Бенвенутто, как будто знал его всю жизнь. Бенвенутто впечатлился этим на миг, прежде чем сосредоточится и начать свой рассказ.-Профессор, меня много лет мучает один и тот же сон-Это любопытно, хотя достаточно тривиально. Но прежде, чем рассказать про сон, расскажите немного про Вашу жизнь. Мне интересно.

-Я? Я старый холостяк, профессор. Живу один много лет. Иногда, конечно мечтаю, все реже и реже, правда...Но...Вы знаете в моем возрасте не так легко знакомиться. Правда...-А сколько Вам лет?-перебил его Витторио.-Уже 56.-Ну что Вы, дорогой! Еще 56!-Так я несколько недель назад встретил одну...Не так...Я увидел через окно трамвая одно женское лицо, которое не дает мне покоя все эти недели. Мне кажется от этого я в сильном стрессе. Сегодня я плохо спал и даже проспал на работу, со мной такого никогда еще не было. Да еще сон.

-Так, так, романтическая история. Но все-таки Вы можете связать свой сон с реальностью, ведь самый лучший психоаналитик для каждого человека-сам человек.-Мне кажется, что я с детства был очень неуверен в себе. Ну страхи разные. Может из-за этого я не нашел себе пару, не женился. Ведь с любой женщиной нужна уверенность, я бы сказал даже напор.- Витторио рассмеялся.-Да, Вы абсолютно правы-напор, натиск! Я и по себе это знаю. У меня много женщин было, а еще больше могло бы быть, если бы я делал вовремя то, что Вы рекомендуете -напор, натиск.-Может быть страхи и неуверенность породили во мне эти навязчивые сны преследования?-спросил Бенвенутто.-Эти сны очень мешают Вам жить?-вопросом на вопрос ответил профессор.-Да нет, я бы не сказал...-Вы спасаетесь от преследования или в конце концов они ловят Вас?-Раньше в детстве часто ловили, и тогда я просыпался в поту и с колотящимся сердцем. Но с годами я все чаще ускользаю от них. А в последнее время они ни разу меня не догнали. Причем спасаюсь я обычно тем, что вдруг неожиданно взлетаю.-Великолепно! После того, что Вы рассказали остается только ждать побед с Вашей незнакомкой.-Вы думаете, профессор?-Я уверен. А что Вы предприняли до сих пор? -Как то бросил ей фиалки с запиской.-И кстати как ее зовут?-Мадлен.-Чудесное имя.-Для меня оно звучит, как музыка, как лучшая в мире ария. Мадлен. Маад-лен.-Вы романтик, Бенвенутто. Сделайте просто. Постучите к ней в дверь и скажите-Я тот, кто бросал Вам цветы. И назовите ее по имени, как Вы сейчас пропели мне Маад-лен. Я уверен в успехе.-Так просто?-Ну не кружить же Вам до бесконечности вокруг ее дома и не сидеть же по ночам на лавочках.-Откуда Вы знаете?-Вместо ответа профессор сказал-Лучше всего сводите ее в ресторан, потанцуйте. Танец очень сильно сближает мужчину и женщину.-Как же такие простые вещи не приходили мне в голову самому?-Все гениальное просто, мой друг. Простота-это залог счастья. Утром подать кофе. Поцеловать на прощание.Позвонить по телефону. Сделать комплемент. Ну и конечно, здоровый секс. Да, чуть не забыл про еще один секрет. Он один из самых трудновыполнимых. Но применив его, Вы всегда обречены на счастье. Все, что я Вам рекомендовал-кофе, поцелуй, звонок, комплемент, секс, все это надо делать постоянно на протяжении всей жизни, да еще и так, чтоб это ей не надоедало. Поэтому нужно разнообразие. Простота, Постоянство и Постоянное Разнообразие-вот Вам рецепт счастья, мой дорогой Бенвенутто. Но немногие владеют этим рецептом.-Витторио улыбнулся широко и дружелюбно, не выпуская трубки изо рта.

-Огромное спасибо, профессор! Сколько я Вам должен за визит?- О, Вы задали напоследок самый трудный и я бы сказал коварный вопрос. Просто визит 80000 лир. А если завоюете свою Мадлен и станете с ней счастливым, будете мне выплачивать пожизненную ренту, ренту счастья. И еще, передайте мой рецепт Вашим будущим детям.-Я все исполню. Когда заключим договор о ренте?-После того, как станете счастливым.-А что делать со снами, профессор?-Как опытный психоаналитик скажу Вам, когда Мадлен будет засыпать и просыпаться в Ваших объятиях, сон сам собой исчезнет.

Мадлен 3


После работы Бенвенутто зашел в парикмахерскую.-Синьор, Бенвенутто, но Вы были у меня только несколько дней назад. У Вас безукоризненная стрижка.-Я бы хотел подравнять виски, и еще...Ну не знаю, проверьте сзади, не отросли ли волосы на шее.-Бенвенутто сидел рассеянно в кресле, ничего не слыша, и сосредоточившись на одной мысли-Сегодня он пойдет к Мадлен. После парикмахерской Бенвенутто купил в одном из центральных магазинов Неаполя роскошный и безумно дорогой букет роз, сел на трамвай. Сердце колотилось, как перед экзаменом. Букет потел, сжатый в руке.- Простота, Постоянство и Постоянное Разнообразие-вот Вам рецепт счастья, мой дорогой Бенвенутто-звучали в голове слова профессора Витторио, повторяясь снова и снова-Простота, Постоянство и Постоянное Разнообразие. Мудрейший человек!

Остановка. Ее остановка. И дом на повороте. Бенвенутто уже знал, что у Мадлен квартира номер 3 на втором этаже.-Черт, как держать букет? Перед собой? Внизу? За спиной? Он подошел к заветной двери. Напряжение Бенвенутто достигло предела, словно решалась его судьба. Может она и решалась? Он нажал на черную кнопку звонка. Она открыла дверь, даже не спросив традиционное кто там. Она стояла перед ним празднично одетая. Он никогда не видел ее такой и не представлял ее такую. Она была божественно хороша. Звучала легкая музыка. Стоял запах жаркого. Вдруг раздалось-Кто там? Но это был не ее голос, а мужской баритон откуда-то изнутри. В сердце Бенвенутто все оборвалось. Цветы упали на лестничную площадку, он уже спускался, почти бежал, вниз.-Синьор! Куда Вы? Стойте!-кричала Мадлен вслед ему.-Она даже не называет меня Бенвенутто! Она даже не помнит моего имени! У нее давно кто-то есть! Конечно! Как может быть такая женщина одной! Даже странно, что ему такие мысли приходили! Дурак! Старый глупый и занудный холостяк!

Бенвенутто не хотел, чтоб она видела его из окна на трамвайной остановке, он пошел задами, в окружную на следующую остановку. Ну и что, что ему идти километра полтора-два. Позор! Позор перед ней! Да еще и неприятности ей доставил! Наверное баритон сейчас ее пытает кто это был! А что интересно с цветами? Она их не подобрала? Выбросила? Спрятала? Выставила на суд того господина! Кто он ей? Муж? Друг? Любовник? Да какая теперь разница! Он чувствовал, как сильно подвел профессора Витторио- Простота, Постоянство и Постоянное Разнообразие-вот Вам рецепт счастья, мой дорогой Бенвенутто.-Если б профессор знал до конца какая он тряпка, бестолочь...

Бенвенутто ненавидел себя в эти минуты лютой ненавистью. Уже сидя в трамвае и приближаясь к дому, он решил для себя-Все! Больше ни одним словом, ни одним криком, да что там, ни одним взглядом он не напомнит ей о себе. Назавтра я сяду с другой стороны, противоположной от ее дома. А еще лучше найти другой маршрут. А может сменить работу, чтобы вообще не проезжать мимо ее дома? Надо подумать, не такой уж плохой вариант, тем более, что работа ему изрядно надоела. Он уже на одном месте почти 15 лет. Завтра он купит газету с объявлениями о вакансиях и забудет о цветах, о всяких фиалках, розах, гиацинтах. Надо еще проходить мимо цветочницы-толстухи, и она обязательно спросит-Синьор, сегодня Вы не купите цветов?-Он не купит их ни сегодня, ни завтра, уже никогда Бенвенутто не купит цветов.

Зайдя в свою аккуратно прибранную, но при том очевидно холостяцкую квартиру, он прямиком подошел к бару, вынул бутылку сухого Мартини и налил пол стакана. Потом взял водки, смешал с Мартини. Бросил туда несколько кубиков льда, и не дожидаясь пока коктейль остынет, отхлебнул добрую треть стакана. Бенвенутто не привык пить такие крепкие напитки, его нормой был стаканчик легкого Кьянти перед обедом, поэтому эффект водки с Мартини он ощутил сразу же, словно смесь ракетой вонзилась в мозг. Но он этого хотел сегодня. Бездумно включил телевизор. Мысль его уже не задерживалась на предметах, а перелетала как бабочка с цветка на цветок. Несколько раз Бенвенутто поиграл пультом телевизора, оставив Фэшн Тиви. Он с трудом сделал еще пару больших глотков, а через несколько минут провалился в сон прямо в кресле, не раздеваясь, в сон без его привычных сновидений.


Мадлен 4


Сказать, что Мадлен после внезапного визита и такого же поспешного побега Бенвенутто, была в шоке, значит ничего не сказать. Оставив своего гостя она кинулась на улицу и добежала до трамвайной остановки. Нечастые прохожие оборачивались на Мадлен. Она стояла, тупо пропуская один за другим трамваи. Наконец, Мадлен не выдержала, села на скамейку и разрыдалась.-Ну почему, почему? Почему мне не везет? Только в книжках и этих глупых голливудских фильмах он вдруг появляется и подхватывает свою любимую на руки. Цветы, шампанское, смех, счастье...А где ее счастье? В рыданиях на трамвайной остановке у окраины Неаполя. А где ее цветы? Брошены у двери, а сейчас стоят сухие в гнусной банке от конфитюра.

Волосы ее растрепались на ветру, косметика на лице расплылась. Один из подожедших к остановке вежливо поинтересовался-Вы в порядке, синьора? Вам помочь?-Нет, спасибо, я сама справлюсь. И Мадлен медленно, еле передвигая ноги, как после операции, пошла к дому. Голова ее была абсолютно пуста.


На кухне силы совсем оставили ее. Мадлен взяла таблетку валиума, запив противной хлорной водой из крана, успела наполнить банку с цветами той же водой, направилась в спальню. Она скинула туфли и немедленно погрузилась в сон, скорее от потрясения, чем от таблетки. Ее гость осторожно открыл дверь, покачал головой и выключил свет.

Так закончился этот странный вечер для Мадлен и Бенвенутто.


Они пробудились почти одновременно около 6 утра. Он с тяжелой головой от выпитого, она, еще не полностью отойдя от валиума. Он обнаружил, что спал в костюме, сидя в кресле. Она была в платье, и в размазанной по лицу, но не смытой с вечера, косметике. Оба, словно сговорившись, они сорвали с себя праздничные, но никому не нужные наряды. Оба каждый в своем доме побежал под душ. Бенвенутто быстро побрился, схватил сандвич, не думая о Мадлен, выскочил на улицу.

Мадлен умылась, раскурила свою утреннюю привычную сигаретку, сделала кофе. Без четверти восемь ее как-будто подбросило.В это время Бенвенутто обычно кричал с улицы- Доброе утро, Мадлен! Как давно это было. Всего то недели две назад. Как-будто в прошлой жизни. Мадлен, следуя внутреннему чувству словно непонятному животному зову, кинулась вниз по лестнице. В одной руке у нее была сигаретка, а в другой чашка с кофе. По стуку рельс она поняла, что трамвай приближается. Она в одном халате выскочила на рельсы и побежала к остановившемуся у остановки трамваю с криком-Бенвенутто, доброе утро! Доброе утро!

Он выпрыгнул из задней двери в последнюю минуту и помчался к ней навстречу. Они обнялись.Он не выпускал из рук кейса с сандвичем и бумагами. Она с кофе и сигареткой.-Милый Бенвенутто! Почему ты вчера убежал? Ты приревновал меня к моему двоюродному брату?-Я думал...я думал...-Ладно, не говори, я знаю, что ты думал. Он же только повторял, нет пел ее имя-Мааадлен, Мааадлен...-Ну, иди, иди теперь на следующий трамвай, а то опоздаешь на работу. Вечером я тебя жду. До вечера, Бенвенутто.-До вечера, Мадлен.