# Из Импровизаций

Людмила Клементьева

Когда мы вернемся домой после Третьей Войны,

в соборе Архангельском трубы отбой отрыдают.

Мы выйдем на Красную площадь последней страны

средь воя окраин.


Голодное поле, сиротское поле горит

ордой насекомых. Вселенная к жатве готова.

И мы распадаемся - корни, кровавый гранит,

сухая солома, полова.


Квадриги на черных квадратах. Слепые глаза

усталых вождей. Так ликуй же, любовь даровая,

и руки вздымай. Нам уже не вернуться назад.

И Петр тяжелую дверь уже не закрывает.


28.06.2021


Этот Град на песчаном холме на зыбучих песках оползает.

Это Гад ли Горы завивается в цепь золотую - удавкою нимба,

Черноснежкою пены, пузырями земли Крыслова,

Вельзевулом окружий. Развеселые дети пропали, растаяли солью.

Пыльный факел в руке - из разломанной почвы ничьей.

Возвращайся, Аляска.


08.01.2021


Христос Воскресе! - во храме.

Без купола и креста,

чертополох и крапива,

кирпичи и бутылки, осколки,

срамные слова на стенах,

отверстые двери и окна,

под звездным паникадилом

на месте святом

ангелы блещут крылами:

Воистину Воскресе Христос!

Радуйтесь, люди не постившиеся,

возвеселитеся перед телевизорами,

ловко очищая яйца от праздничной скорлупы,

разрезая куличи - кексы весенние.

Христос Воскресе из мертвых.

День выходной, воскресение.


28 мая 2019 года


Ни за какие коврижки, пряники мятные,

облатки тонкие, хрусткие,

веночки, цветочки страстные, сладкие,

путь узкий не простирается

дорожкой ковровой, медовою,

змеею не изгибается.

Не тебе благодать, тать.


12.10. 2018


Вихри враждебные, завихрения местной вохры,

злобный вест, перекати-море, ядом из перстня -

вплавь, Британия. Даунинг-стрит желтеет охрой.

А на Площади Красной - впляс "Калинка-малинка" моя.

Улыбаясь во сне, спит устало Красная Пресня.

Неумолчной молитвой светит каждая солея.


23.09.2018


Памяти крестной Екатерины


Ай, люли, люли!

Летели две пули.

Прилетели пули -

деточки уснули.


Ангелы летают,

солдатку подымают.

Деточки у Бога,

а тебе дорога -

нянчить сиротинок

на вечный поминок.

Крестной тебе мати

долго доживати.


Ай, люли-люли,

Прилетели гули.

Ай, люди-люди,

будет вам, будет!


А крестной Катерине

вечный покой.


24 мая 2018 года


Бравы ребятушки поют на небесах.

"Как ныне сбирается" грозами гремит.

Гимнастерки вздыбились, рвутся паруса.

Белый ветер солнечный, черный динамит.


Шинели пробитые звездами горят,

из кокарды светит Полярная звезда.

Несвятое воинство летит за рядом ряд.

Прощание славянки - до Страшного суда.


27.07.2017 Москва


К столетию черного года


Я говорю: "Горе".

Ты говоришь: "Горю".

Твой чернобай в дозоре

высвистывает зарю.


Летит, фальшиво рыдая,

рядится скрипачом.

Твоя подруга незлая

блажит, что она не при чем.

Она не при том, не при этом.

Горит экономный фонарь.

За край нетварного света

ползет горючая тварь.


Я говорю "Горе".

Ты говоришь "Горю" -

шапкой на красном воре.

Свечечкою царю.


2017


Нас долго молодость водила

и к сожаленьям привела,

на все четыре отпустила,

смежив стальные два крыла.

И усмехнулась, и ушла.


Мой век стальной, иглой летящей

сшивает наспех лоскуты,

перемешав непреходящих

разновеликие черты.


В плаще с воротником высоким,

лицо не пряча от дождя,

перехожу через потоки,

не обернувшись уходя.


Мой век стальной, какою прозой

твоя поэзия жива?

Где сталь в глазах, где яд вопросов,

ответы - ад, пусты слова,

где слитны слава и молва.


Сын промотавшийся, неверный,

придешь с тревожною мольбой.

Мой век стальной,

мой Двадцать Первый,

любимый мой.

22 мая 2016. Москва


Проснулись дремотные страны,

дрожат напряженные струны,

зовут неумолчно каноны,

пылают свечами кануны.

Избрание званных.


Где щерятся смехом довольным,

пряча с лихвою прибытки,

где звери идут к водопою,

где все быстроголазые прытки,

сомненья- крамольны.


Но зов - по дороге к Дамаску,

рассвет - по дороге в Алеппо.

Ты видишь - сгущаются краски.

Но не прозревают, кто слепы

под золотою злой маской -

отвергающей небо.

Любимый, не ужасайся.


Москва. 17 марта 2016.


Улетел белым дымом высоким

от любопытных, охочих до слез чужих,

голос яростный, плач березовый. Тих

Чистопрудный. Одинокие - одиноки


по призванию, неволя - вольным.

Чиста рубаха смиренья - последней

каплей вина новогоднего. Бредней

не ждите, кончились, болью небредней.

Довольно.


Жил-был мальчик добрый, учился злости,

вырос до неба и перерос - до тьмы.

Без чемодана с наклейками, без сумы

улетел без оглядки. Вызывали гости

колымаги с шашечками - хоть до Колымы.


30.12.2015


Эти мысленные стрелы,

эти ржавые ножи

улетают за пределы

полуправды, полулжи.

И зияют пустотою -

повстречавшись на лету.

Черный шум земного боя

переполнил пустоту.

Проливается слезами -

кровь на север и на юг.

Заливая кровью знамя,

меловой чертили круг.

"Ни слезинки, ни ребенка

ты, Свобода, не жалей". -

Ангелу восплачут тонко

над каштанами Полей.

Только ангелы летают

и зовут по именам.

Плачет Дева Пресвятая.

И клубится Нотр-Дам.


15.11.2015


- Ай, березки-осинки да елочки, аюшки-ай!

Заплясал по полям, заскакал по родимым ухабам.

Хмыкнул черный мужик, засмеялась курносая баба.

То ли горе веревочкой вьет? То ли радость за край?

Кружит, кружит чудной, ловит ветер широкой ладонью.

Между пальцев клубятся, дождями летят облака.

Серебрится бревенчатый дом над холодной Шелонью.

- Спаси, Господи, всех! Да помилуй меня, дурака.


12.08.2015. Москва


Заговор

Уходи, жара,

с моего двора,

с моего крыльца,

от моего лица,

уходи за повороты,

за тесовые ворота,

за чугунные версты,

за хрустальные мосты,

за моря, за океаны,

уходи в жаркие страны,

в сторону закатную,

в землю тридевятную,

уходи, жара!

24 июля 2010. Москва

Из цикла "Портреты"


Понеже вельми Господне лето. Пыльный репейник,

брате, по улице нижней до лавки скудельной, судейной.

Девочка - лакомка, липкие руки длятся до крайней

палочки из петушка - слади последок взыскати. Не ране

прикосновения грязи канавной грубой канвою.

Шерстью ли, шелком, волосом жестким выю. Завоет

братец волчец. Да сестрица под лисьим убором зимует,

мышкует - хрустом по снежному саду - сигает, рифмует

метлами ветлы, березы свечами - беглым зигзагом.

Радуйся, брате, дань слободская и танцплощадная стягом

стянутым никнет, в лету впадая с берега карточки фото -

цыпки да цапки, йодные корки коленок. Люте дремотно

воспоминанье - шипы пластинок, сбитая черная нота.


12.12.2013.


Он закричал- сгибаясь на руке

надежной - гол и не умыт, вдох-выдох-

вдох.

А повитуха в маске:

В рубашке твой родился богатырь! Не плачь, мамаша.


А женщина " коктейли" разливает,

от яблока останется огрызок,

за масками и касками не видно -

орет, пылает, лязгает майдан.


Он закричал, сгибаясь на руке

чужой, и повалился, гаснет свет,

пинок, и лица в масках удалились.

Мамаша, богатырь твой. Плачь-не плачь.


1 марта 2014


Из цикла "Портреты"


-Слышишь, не бросай меня.

- Да куда же брошу?

Вот проспался за полдня,

и опять хороший.

Снова лысина блестит,

и очки сверкают,

И душа твоя горит,

не перегорает,

и дымится, и летит

сигаретным дымом -

мимо воющих навзрыд

и спешаших мимо.


9.04 2014