# Ложь и девальвация

Василий Георгиевич Колташов

Передовица:

Ложь и девальвация


Прошло не более трех месяцев с того времени, как государственные мужи, подготовляя обрушение рубля, обещали: девальвации не будет. Совсем недавно общество попробовало вздохнуть с успокоением. Власти заявили об окончании девальвации. Означает ли это, что девальвация рубля целиком миновала?


Газовая война с Украиной принесла корпоративной России прежде всего нефтяную победу. Цены на газ, поставляемый в Европу, привязаны к стоимости нефти. Дестабилизация поставок газа и угроза приостановки поступления нефти на большие рынки (в том числе из-за новой агрессии Израиля против палестинского народа) стабилизировали нефтяные цены. Падение углеводородов остановилось. Стабилизация цен позволила кремлевским чиновникам смягчить тон в отношении перспектив рубля. Девальвацию объявили законченной.


Форум 20 ведущих держав в Давосе не успел начаться, как стало ясно: стабилизация цен на углеводороды может носить только краткосрочный характер. Развитие глобального кризиса не остановилось. Промышленное производство сокращается. В предстоящие месяцы потребление сырья в мире снизится.


Правительство России поняло, что стоимость углеводородов вскоре опять поползет вниз. Центр экономических исследований ИГСО преподнес новый безжалостный прогноз. Цены на российскую нефть в ближайшие месяцы грозят опуститься до 30 долларов за баррель. К лету углеводороды могут подешеветь до 20 долларов. Чиновники робко заговорили о новом падении рубля в случае снижения цен на "черное золото". Девальвация не отменена. Она остается черной перспективой рубля и населения, которому вновь предстоит взять на себя финансовые тяготы антикризисной политики Кремля.


Снижение курса национальной валюты по отношению к иностранным валютам принято называть девальвацией. Согласно неолиберальной экономической теории девальвация повышает конкурентоспособность товаров на мировом рынке, чем стимулирует внутреннее производство ради экспорта. С другой стороны, девальвация поднимает цены на импортные товары и делает их менее конкурентоспособными по сравнению с местной продукцией. Однако подобное описание чудотворности девальвации не включает ее механики.


Власти, девальвирующие национальные валюты, добиваются снижения себестоимости производимых товаров только за счет обрушения реальных доходов трудящихся, что неотделимо от падения потребления. Девальвация - это политика умышленного ухудшения положения рабочих косвенным способом. Выигрыши от нее предназначены только капиталу. Резкое поднятие денежной массы в экономике приводит к абсолютному и относительному ослаблению национальной валюты.


Провозглашая "спасительную для экономики" политику девальвации рубля, российские власти обещали: ослабление национальной валюты избавит страну от отрицательного торгового баланса. В конце января чиновники разливались ликованием. Торговый баланс выровнялся. Цена нефти марки Urals поднялась до 44,6 долларов за баррель, что обеспечило корпорация выигрыши не только за счет экономии на зарплатах. Первый вице-премьер РФ Игорь Шувалов заявил в Давосе что видит позитивные признаки и считает "тяжелейшую экономическую ситуацию" пережитой.


Простой рецепт обрушения рубля подействовал, реально поставленные цели оказались достигнуты. Сырьевые экспортеры подняли свою рентабельность. Доходы россиян рухнули вместе с рублем. Население в отчаянье бросилось скупать доллары и евро, спасая сбережения, но сознавая, что завтрашнюю зарплату от обесценивания спасти не удастся. Власти заявляли о временном прекращении поддержки курса рубля, что якобы и привело к его резкому ослаблению. Искусственно создавалось впечатление, будто российская валюта держится исключительно на валютных интервенциях Центробанка. Население должно было поверить в то, что не безумная эмиссионная политика правительства ослабляет рубль, а сам он опускается, если ЦБ не выбрасывает на рынок очередную порцию валюты из резервов.


Ложь накладывалась на девальвацию. Все последние годы правительство за счет эмиссии снижало покупательную способность рубля, ведя борьбу с ростом доходов населения, вызванным высоким спросом на рабочую силу. Рубль укреплялся только на фоне таким же способом обесцениваемых долларов и евро. По сравнению с потребительскими товарами он слабел.


В 2007 году рублевая масса была увеличена в экономике на 50% (по неофициальным данным на 60%), что обернулось накануне кризиса ускорением инфляции. В 2008 году (еще до начала девальвации) правительство подняло рублевую массу в экономике на 35%, что способствовало съеданию ценами "лишних" доходов трудящихся. За счет переполнения экономики эмиссионными рублями власти производили перераспределение богатства в пользу крупного капитала. Свежеотпечатанные рубли шли на выкуп валютной выручки у корпораций, а не на поднятие пенсий, стипендий, зарплат бюджетников и социальных пособий. Стимулировался не рост потребления, а рост цен, ослабляющий покупательную способность населения.


Зимняя девальвация рубля преследовала прежние цели. Она не могла произойти без умышленной эмиссии российской валюты. Правительство, представляя интересы корпораций, добивалось обрушения реальных доходов трудящихся, в бюджетах компаний значившихся как затраты на рабочую силу. На фоне быстро слабеющих валют США и ЕС, рубль был опущен достаточно сильно. Однако вместе с падением реальных заработков населения девальвация нанесла мощный удар по внутреннему рынку России.


Сокращение доходов не могло не выразиться в сокращение потребления и без того снижавшегося под напором кризиса. Провозглашенные выигрыши экономики оказывались сомнительны. Девальвация подталкивала рост безработицы: сокращение русского рынка влекло сокращение числа рабочих мест. Даже выигрыши сырьевых монополий оказывались временными. Ясность в этом вопросе принес форум в Давосе. Металл в голосе чиновников по поводу "конца девальвации" сменился намеками на дальнейшее продолжение политики подрыва покупательной силы рубля.


С конца ноября 2008 года по февраль 2009 года рубль потерял 30% стоимости. Если нефть опустится вдвое в ближайшие месяцы, то рубль по отношению к иностранным валютам опустится также на 70-90%. В экономическом сообществе уже называются вероятная цена доллара в 50-70 рублей. Цифры эти звучат на фоне еще не прерванной стабильности сырьевых цен. Приход весны превратит, вероятно, радикализм подобных прогнозов в чрезмерную умеренность. Накопленные в США запасы нефти очень велики, зимний сезон подходит к концу, а промышленное производство готовится к новому падению. Торговые флоты замирают вместе с мировой торговлей.


Власти впервые за более чем год понимают текущую ситуацию. Их выводы просты. Требуется продолжать ослабление рубля, не давая печатному станку простаивать даже по ночам. Еще до того как мировые цены на нефть возобновят падение, рубль может резко подешеветь, подстраховав корпорации. За счет наемных работников вновь будет достигнута ускользающая рентабельность нефтяных гигантов. За кризисное падение спроса на нефть и иные виды сырья расплачиваться придется, прежде всего, населению. Вместе с ним заплатят за выигрыши монополий предприятия ориентированные на внутренний сбыт. Еще раз подтвердится правота формулы о том, что власть в России принадлежит сырьевым корпорациям, а любая политика направлена в ин интересах.


Девальвация не закончена. Завершить ее мог бы только отказ власти от решения всех проблем монополий за счет трудящихся, означающего вместе с этим быстрое разрушение внутреннего рынка страны. Остановить обесценивание рубля и рублевых доходов трудящихся может массовый протест либо новое крупное падение стоимости нефти. Когда мировые цены на российские углеводороды опустятся ниже их себестоимости у правительства России не останется другого пути, кроме перехода к политике создания внутреннего сбыта сырья. Такой курс потребует увеличения доходов населения, а не сокращения их. Но даже если российская нефть упадет ниже себестоимости, власти будут до последнего момента держаться прежней политики.


В Кремле ждут спонтанного завершения кризиса и возвращения прежних цен на сырье. Произойти этого не может. Экономика после кризиса будет основываться не на дешевом труде и дорогой энергии, а на новых технологиях, требующих массы дешевой энергии. Нефть никогда не вернет себе прежнего хозяйственного значения. Она стала слишком дорогой, чтобы поддерживать экономический рост. Текущая антикризисная политика российских властей обречена на катастрофу. Но прежде чем кризис загонит сырьевые монополии и власти в тупик, страну ждет немало умышленных "антикризисных" потрясений.


Девальвация продолжается. Долгое время трудящиеся не интересовались тайнами монетарных махинаций правительства. Теперь кризис не оставляет им выбора. Получит ли девальвация рубля социально-политическое развитие? Без вмешательства низов в собственные финансовые дела, кризис продолжит громоздить издержки на народных плечах. Все что принес людям экономический подъем, заберут кризис и "антикризисная" политика власти.


Пора готовиться к новому падению рубля.